Конфетка

Глава 12

Танька

Утро началось с жуткой боли в коленках. Я приподняла край одеяла и с ужасом уставилась на свои раны, пришлось содрать пластырь. Кожа горела и полыхала, будто сверху красным перцем присыпали. Я мысленно проклинала Матвеева, ведь именно он стал источником моих страшных бедствий. И чтобы скрыть свой позор и расспросы мамы, я надела плотные чёрные колготки. Это был лучший вариант, хотя и жаркий. Впрочем, может у меня модный лук такой, чёрные колготки, синяя юбка и красный пиджак. Но стоило мне выйти на улицу, как сразу пожалела о своём решении. Сегодня было очень тепло, и мимо меня пробежали восьмиклашки в гольфиках и ветровках. «Мне надо продержаться только половину дня», – мысленно успокоила я саму себя и пошла в школу, стараясь страдальчески не кривиться после каждого шага.

День и вправду оказался тяжёлым. Математику со второго урока передвинули на самый конец, а вместо неё поставили сдвоенный урок физкультуры, значит, мне придётся пялиться на Матвеева. Настроение тут же скатилось в пропасть. Ленка заметила меня около доски с расписанием, подошла и специально толкнула плечом.

– Чего не здороваешься, Орлова? Зазналась?

– Иди к чёрту! – сквозь зубы прошипела я и отошла в сторону, уступая место задире.

Я быстро переписала обновлённое расписание в блокнот и двинулась к классу биологии. Машка выразительно посмотрела на мои чёрные колготки и чуть не закатила глаза. Кажется, у меня сегодня модный провал. Впрочем, это было не так страшно, а вот за разбитые коленки меня бы точно выставили на посмешище. Я заметила Ника Фролова, он ещё слонялся в коридоре и не заходил в класс. Чтобы остаться с ним наедине и поговорить, я нарочно скинула с плеча сумку и сделала вид, будто она соскользнула к моим ногам. Машка вошла в класс, следом за ней последовала и Ленка, рассказывая о том, какой классный фильм она вчера посмотрела.

Минута. Долгая минута и обжигающий взгляд Ника, словно я провинилась перед ним. Я шагнула к нему, чувствуя, как перехватывает дыхание, и в этот момент оказалась за колонной, а вот моя злополучная сумка на лямке тащилась за мной. Неожиданно она с силой полетела вперёд, у меня чуть руку не оторвало.

– Пискля! – заорал во всю глотку Матвеев, едва не растянувшись на полу. – Ты опять за своё чёрное дело взялась?!

Стас

Не день, а сплошная катастрофа. Крыса окончательно разболелась, мама с утра расстроилась и потащила её в больницу. Следовательно, всю неделю дома будет карантин. И мама обязательно полезет убираться в мою комнату, так что стоит спрятать комиксы, которые мне дал почитать Димка, а то придётся ещё и перед отцом оправдываться за откровенные картинки. Кстати, об отце. Он всё утро странно на меня поглядывал, но хоть матери про Писклю не сказал, и то ладно. Я подвёз маму и Крыску в больницу, поэтому жутко опаздывал в школу. Пришлось даже на красный свет проскочить, хорошо хоть камеры в том районе не было, а то бы отец меня придушил за штраф.

Проблемы нашли меня прямо на школьном крыльце. Димка Чёрный маялся на улице, а под его правым глазом виднелся синяк, да и выглядел он помятым. Я помахал другу, припарковался на свободное место, вышел, и он тут же ко мне подбежал.

– Что случилось? – коротко спросил я.

– Проблемы, – тихо сказал Димка.

– Ты опять в чужом районе тусил?

– Стас, походу я нарвался на неприятности, – честно признался Димка.

– Чёрт! И что ты в этот раз натворил?

– Помнишь девчонок из пятнадцатого лицея?

Мы с ними познакомились на соревнованиях в прошлом году, и Димке запала в душу самая высокая из них, сильная и красивая. Я бы тоже за ней приударил, но наш пыл быстро остудили ребята, приглядывающие за своей командой. Был там один верзила, к тому же ещё и старший брат той девчонки.

– Ты опять к ним ходил?!

– Ну, хотел ещё разок проверить свои чувства.

– И как? – язвительно поинтересовался я.

– Её брат на меня наскочил, еле отбился.

– Они тебе стрелку забили?

– Нет, но сказали, что в следующий раз ноги мне переломают.

– Так не ходи туда больше.

– Не могу, – печально вздохнул Димка. – Я думал, ты меня поймёшь. Стас, надеюсь ты влюбишься, и чтобы она тебе не отвечала взаимностью. Вот!

– Я тебя сейчас по лбу врежу! – пригрозил я другу.

Мы поторопились в класс, Димка прошёл нормально, а я, задумавшись о нём и той глупой девчонке, около колонны чуть не убился насмерть.

– Пискля! – заорал я, оказывается, запнулся о её дурацкую сумку.

Ну, вот какого чёрта она это сделала?!

– Матвеев, – Пискля ещё хватило наглости на меня голос повысить. – Какой же ты козёл!

– Да я тебя…

Звонок не дал мне закончить свою убийственную фразу, и я просто показал кулак девчонке, обещая скорую расправу. Голубые глазки Пискли заблестели, но не от слёз, это был блеск ярости и лютой злобы. И у меня впервые от Таньки Орловой по спине пробежали колючие мурашки.

Глава 13

Танька

Правая рука жутко болела, голова гудела, словно по ней хорошенько ударили молотком, а сердце… Оно как будто исчезло из моей груди. Матвеев специально всё испортил! У меня был шанс поговорить с Ником, но снова всё пошло наперекосяк. Матвеев! Упырь! Боже, как же я его ненавижу! Матвеев раньше меня никогда не замечал. Что же пошло не так?! Меня аж затрясло от обиды. И как назло я никак не могла придумать план мести. Я прекрасно понимала, что Матвееву это нельзя спускать с рук. Но что мне предпринять?!

Урок пролетел быстро, и я почти ничего не записала. Кое-как собрала мысли в кулак и отметила параграф, который пропустила во время урока. Ничего страшного, дома ещё раз прочитаю, а если не пойму, то залезу в интернет. Там сейчас полно обучающих роликов, главное правильно поиск сформулировать.

Вторым уроком, да ещё сдвоенным, шла физкультура. Я переоделась в форму, когда все ушли из раздевалки, а затем подкараулила учителя.

– Игорь Борисович! – мой голос из-за волнения стал совсем писклявым.

– Таня?

– Я вчера упала, – я наклонилась и задрала штанины, показывая свои разбитые коленки.

– Таня, у тебя вечно какие-то проблемы, – укоризненно покачал головой Игорь Борисович. – Ладно, собери по залу мячи, оставшиеся после восьмого класса, а потом тихонько посиди на скамейке до окончания урока.

– Спасибо, Игорь Борисович!

Стас

Я разминал ноги, Фролов крутился рядом и бросал на меня злобные взгляды. Вроде бы с ним с утра не ругались, но он явно точил на меня свои зубы. Урод! Я едва переносил его. И дело было не только в том, что Ник всё время наступал мне на пятки и пытался стать капитаном команды за моей спиной. Это сложно передать словами, наверное Машенька смогла бы точно объяснить. Я же нутром чуял, что Ник гнилой и трусливый. Впрочем, мне хватало ума не затевать с ним ссоры.

– Ну, готовы к разминке? – появился Игорь Борисович, наш бессменный тренер и учитель физкультуры.

Он был хорошим мужиком, умел воодушевить на победу, когда, казалось, будто игра уже сложилась в не нашу пользу. Мы ему доверяли.

– Соберитесь, ребята! От этого года будет зависеть ваше будущее, если захотите получить стипендию от спортивного комитета. Дима Чёрный! Ты всё лето сладости трескал?! Ты посмотри, как распустил своё пузо. Три дополнительных круга! Фролов! У тебя щёки, как у хомяка. Небось, все торты в городе слопал?

Я быстро втянул живот в себя, стараясь выглядеть крепче, но досталось и мне на орехи.

– Стас, проснись! Урок начался, а ты где-то в облаках витаешь!

– Он влюбился! – крикнул Егор Потапов, который постоянно тусовался с Фроловым.

Я показал наглецу кулак, и все разговоры о моих чувствах молниеносно умолкли. Пискля в общее построение не встала и собирала мячи по залу, видимо, отпросилась у Игоря Борисовича. Я боялся насмешки со стороны тренера, поэтому всегда скрывал, что люблю сладкое, особенно шоколад. К тому же смеялись бы надо мной всем классом. Ну, не по статусу мне разгуливать с шоколадом по школе.

Танька

Я выбрала дальнюю скамейку и уселась на неё, ребята разбились на команды и стали играть в волейбол. Так получилось, что Матвеев очутился неподалёку от меня. Я хотела пересесть, но свободные места заняла Машка с подружками, и мне пришлось остаться здесь. Матвеев бросал на меня злобные взгляды, а я всё ещё никак не придумала план мести. Это должна была быть коварная месть! Жестокая! И тут меня вдруг осенило!

Я достала из сумки батончик: печенье с карамелью и молочным шоколадом. Медленно стянула с него шуршащую обёртку и краем глаза заметила, как Матвеев побледнел. Ха! Вот ты и попался! Я широко ухмыльнулась и надкусила батончик, раздался хруст, а потом на мои белые кроссовки полетели капли крови.

Стас

Стерва она и в Африке стерва! Пискля специально села так, чтобы я её видел. Но этого было мало подлой девчонке, и она начала жрать шоколад прямо у меня на глазах. Шоколад! У меня на глазах! Пискля!..

Я пропустил из-за неё подачу, мяч перешёл к Фролову, и тот вложил в удар всю свою силу. Я слышал, как хрустит батончик, чувствовал вкус шоколада и печенья у себя во рту.

– Стас!

Я не заметил летящий мне в лицо мяч, потому что не мог сосредоточиться на игре. Боль была жуткой! Сразу же хлынула кровь из разбитого носа. А я мог думать только о том, что Пискля жрёт шоколадный батончик!

– Матвеев! – с укором проговорил Игорь Борисович. – Я же говорил тебе, чтобы ты не спал во время игры!

Я даже ответить не смог, кровь во рту мешала говорить. Тренер повёл меня к медсестре, а я всё думал о Пискле…

Глава 14

Танька

Я превратилась в незаметную, серую мышку, когда Матвеев со своим разбитым носом оказался в центре внимания. Никто не связал мой шоколадный батончик с трагедией вселенского масштаба. Самый красивый парень класса истекал кровью у всех на глазах! Мне хватило сил сдержать ухмылку. Так ему и надо! Игорь Борисович повёл Матвеева к медсестре, ребята вернулись к игре, а девчонки начали обсуждать происшествие. И я даже обрадовалась, что все забыли про моё существование. Зря!

– Пискля, я видел, как ты пялилась на Стаса, – рядом со мной на скамейку опустился Димка Чёрный и сделал вид, будто завязывает шнурки на кедах.

– Тебе показалось, – огрызнулась я, побаиваясь дружка Матвеева.

– Надо же, какая ты смелая стала, – с угрозой проговорил Димка.

– Чего ты ко мне прицепился?!

– Я знаю, чего ты добиваешься, Пискля.

– Да?!

– Стас никогда не станет встречаться с тобой, дура! – выдал мне своё авторитетное мнение Димка.

– Кажется, я тоже кое-что поняла. Ты когда лезешь не в своё дело, то у тебя синяки под глазами появляются.

– Крыса!

– Мы со Стасиком сами разберёмся, – и нарочно сказала это громко, чтобы нас услышал Ник.

Минута моего уединения завершилась, теперь на меня опять пялился весь класс. Ник был так увлечён игрой, что, кажется, ничего вокруг интереснее не существовало. Машка Евсеева вылупила на меня глазищи и неодобрительно поджала губы, Ленка же чуть взглядом не убила. Ванька Лысиков подошёл к нам и потянул меня за руку.

– Пойдём, иначе опять наживёшь себе проблемы.

– А если Игорь Борисович вернётся?

– Да он со своего любимчика Матвеева будет сейчас пылинку сдувать, про нас даже не вспомнит.

Мы с Ванькой разошлись по раздевалкам, он свернул налево, я – направо. Гадкий осадочек всё равно остался после неприятного разговора с Димкой. Интересно, они со Стасом обсуждали меня? И как тогда Матвеев высказался обо мне? Конечно, плохо! Тут и сомневаться не приходилось. Я тяжко вздохнула и села на лавку, хотелось сжаться в комочек и не дышать, стать невидимкой. Почему Ванька не вмешался сразу? Тогда бы Димка не успел мне наговорить гадостей. Неужели Матвеев всё вывернул так, будто я за ним начала бегать? Вот козёл!

Стас

Я мог получить справку об освобождении от занятий и со спокойной душой пойти домой, но тогда бы Пискля осталась без наказания. К тому же Крыска и мама, наверное, уже вернулись из больницы. Лучше уж в школе промаяться, чем дома слушать вопли младшей сестрёнки. Я просидел второй урок физкультуры в кабинете медсестры, держа пакет со льдом, который дала нам Марьяна Васильевна, у разбитого носа. Кровь перестала течь, но под глазами появились тёмные круги, и теперь можно было смело сказать, что мы с Димкой вместе вчера отхватили неприятностей. Впрочем, мой внешний виде сейчас не стоял на первом месте, до выпускного всё заживёт.

Пискля! Как же сильно я ненавидел эту девчонку! Я просто не мог ни о чём другом думать, только о вредной Таньке Орловой, посмевшей довести меня до ручки. Она ела шоколад! Только за это одно её можно было смело убить. И я вдруг ощутил всю уязвимость своего шаткого положения. Орлова просекла мой секрет и умело пользовалась этим. Надо было тренировать силу воли, чтобы не поддаваться на её провокации, но внутри меня кипела кровь и требовала мести.

– Стас? – на перемене ко мне заглянула Машенька Евсеева.

– Ужасно, да? – спросил я у неё, убрав от лица пакет со льдом.

– Да, – грустно улыбнулась она, присела рядом со мной на кушетку и прижалась ко мне плечом. – Я не знаю, что там у вас с Писклей происходит, но ты не забудь про мой день рождения.

– Я обязательно приду! – клятвенно пообещал я, ведь только на праздниках у друзей можно было без зазрения совести слопать кусочек торта, да ещё и добавку попросить, мол, не пропадать же добру.

– Если хочешь, я могу Писклю приструнить.

– Да я сам я с ней разберусь, – мне стало приятно, что Машенька заботится обо мне.

Мы вместе направились в класс. Пискля стояла у колонны в коридоре и злобно смотрела на Димку Чёрного. Я незаметно подошёл к девчонке со спины, кашлянул, но она меня проигнорировала, а все остальные замерли, ожидая моих действия. И я с ухмылкой отвесил Пискле подзатыльник. Послышался глухой звук, словно я по пустой тыкве ударил. Пискля громко клацнула зубами, получилось забавно, и все начали смеяться. Даже её дружок Ванька Лысиков захохотал. Ну, правда вышло смешно! Пискля покраснела, схватила сумку и побежала прятаться в туалете. Будет знать, как жрать шоколадные батончики и изводить меня!

Глава 15

Стас

Урок математики начался, а Орловой всё не было. Я не нервничал, чёрт возьми! Я психовал! С каждой минутой возрастал риск, что кто-нибудь из учителей застанет рыдающую Орлову в туалете, а она ведь сразу меня сдаст. Второй день подряд идти к директору не хотелось.

– Наталья Степановна, можно выйти? – я поднял руку и даже встал, чтобы училка не смогла меня проигнорировать.

– Матвеев, урок только что начался, – возмутилась она.

– Он сегодня после физры контуженный, – крикнул с задней парты Димка.

– Иди, Матвеев, – раздражённо проговорила Наталья Степановна.

Я вышел из класса и поторопился в женский туалет, открыл дверь и прислушался. Тихо, как в гробу!

– Пискля?

Мне послышался звук из дальней кабинки, я вошёл в туалет и приблизился к тому месту.

– Пискля, выходи!

Дверь начала открываться со стороны коридора, у меня душа в пятки ухнула. Если меня здесь застанут, то всё – труба. Лучше бы с сигаретой поймали за школой, чем в женском туалете. Я толкнул дверцу кабинки, конечно, Пискля пряталась именно там. Пришлось толкнуть её и самому влезть внутрь. Я прижал ладонь к губам девчонки, чтобы она не начала вопить, как резаная курица. Пискля выпучила на меня глаза, но услышала голоса и не стала выдавать меня. Хорошо, или плохо? Пискля каждый раз поступала по-идиотски, так что я уже не мог предугадать, что от неё ожидать.

Танька

Мне нигде не было спасения от вездесущего Матвеева! Все ждали, что начну плакать, но я сбежала в туалет. Но и здесь меня нашёл Матвеев. Мы стояли в кабинке и ждали, когда уйдут девчонки. Этот козёл ещё и рот мне ладонью зажимал! Я оттолкнула его руку и презрительно скривила губы. Если сейчас ему всё выскажу, это хоть как-то подействует? Или бессмысленно говорить с тупым качком?

– Слушай, Стас…

– Пискля, ты опять вздумала меня подставить? – Матвеев мне и слова не дал сказать, сразу же перешёл в наступление. – У меня, между прочим, курица ты тупая, сотрясение башки.

– А тебя, что ли, мозги там были? – искренне удивилась я.

Матвеев схватил меня волосы и намотал их на запястье, у меня кровь застучала в висках от его наглости и… близости. Чёрт, он был красивым! Правда, красивым.

– Давай проясним, Танечка, наши непростые отношения, – прохрипел Матвеев.

Я услышала, что в туалет снова кто-то вошёл. И если нас здесь застукают, то будет скандал на всю школу. Я не могла допустить, чтобы к проблемам по математике, добавились бы ещё проблемы по поведению. Мама ведь тогда обозлится на меня и запретит праздновать день рождения, а вот к Машке Евсеевой метлой погонит. Чёрт, что же мне делать?!

Стас

Я снова оказался в ловушке! Зачем вообще пошёл за этой дурой? Пискля смешно округлила глаза, привстала на цыпочки и… поцеловала меня! Чёрт!

– Матвеев! – у меня чуть сердце не выпрыгнуло из груди от громкого голоса Афанаса, нашего директора школы. – Орлова!

Я отпустил волосы Пискли, но её запах и сладость чёртового шоколадного батончика остались на моих губах. Катастрофа!

– Афанасий Алексеевич, – затараторила Пискля. – Стас меня успокаивал, всё вышло случайно.

Я повернулся к директору, тот с нескрываемым удивлением смотрел на нас.

– Афанасий Алексеевич, а что вы делаете в женском туалете? – поинтересовался я у директора.

– Матвеев!

– Стас, заткнись! – взмолилась Пискля. – Афанасий Алексеевич, мы ведь ничего плохого не сделали.

– Вы урок математики прогуливаете, – строго вымолвил директор.

Я выдержал его взгляд, а вот Пискля…

Танька

Я была на грани отчаянья, Матвеев всё портил своим дерзким поведением. Директор нахмурился, значит, жди беды!

– Афанасий Алексеевич, Стасик сегодня на физкультуре мячом по башке получил, вот и пристал ко мне, говорит, что влюбился без памяти. Его ведь пожалеть надо! Что с дурака взять?

Я услышала сопение за своей спиной, кажется, Матвеев сейчас меня убьёт на глазах директора. Афанасий Алексеевич вдруг рассмеялся, глядя на нас, махнул рукой и отправил на урок. Я первой вылетела из туалета, следом за мной пыхтел Матвеев.

– Пискля, я тебя…

Я развернулась, гордо вскинула голову и ткнула указательным пальцем в грудь Матвеева. Чёрт! Это было очень больно! Словно я пальцем приложилась об асфальт.

– Ещё одно слово, и я пойду к твоим родителям?

– Чего?!

– Матвеев, ты реально меня достал, – процедила я сквозь зубы, мысленно жалея, что ткнула пальцем ему в грудь. – И я уже видела твоего отца. Будешь меня доставать, я приду и пожалуюсь ему на тебя. Понял?!

– Пискля, у тебя кишка тонка, – презрительно усмехнулся Матвеев.

Я уловила в его голосе нотки страха, значит, нащупала самое больное место этого самовлюблённого мажора.

– Слово даю!

– Попробуй, Пискля, – глаза Матвеева потемнели от злости.

– Жди меня вечером в гости! – меня аж затрясло от ярости и обиды.

– Шоколадку не забудь принести, – язвительно отозвался Матвеев.

– Принесу!

Глава 16

Стас

Почему девчонки такие тупые?! Мы вошли в класс, и Димка решил подшутить над нами.

– Вы, что ли, в туалете целовались?

Секунда, и на лице Пискли отразилось абсолютно всё, что мы делали в туалете. Она пискнула и покраснела, а затем ещё и виновато опустила голову. Все дружно загоготали. Пискля могла просто сесть на своё чертово место, но она вся сгорбилась и ещё спряталась за меня. Дура!

– Завидуй молча! – с ехидной улыбочкой осадил я Димку.

Ну, а что мне оставалось делать?! Не стоять же идиотом перед всем классом, когда Пискля нас топит. Боже!

– Орлова, Матвеев, сядьте! – потребовала Наталья Степановна.

Я уселся за первую парту. И что сделала Пискля?! Правильно! Эта дура села рядом со мной, Димка от смеха свалился от стула, со всех сторон послышалось неодобрительное шипение, а мне в затылок прилетел комочек бумаги. Больше всего я переживал из-за Машеньки. У неё скоро день рождения, а у меня тут острая фаза конфликта с Писклей. Надо будет после уроков объясниться с Машенькой. Мы же с ней всё-таки лучшие друзья! А Пискля… Я глянул на девчонку, её щёки были пунцовыми, а волосы, кажется, вздыбились. И тут я заметил, что за Писклей со второго ряда наблюдает Ник Фролов.

Смутные подозрения возникли у меня. Конечно, Ник мне жутко завидовал, тем более, что я второй раз за день стал центром внимания в нашем классе. Но Пискля явно была замешана в этом деле. Чёрт! Вот я же идиот! Пискля нарочно отвлекала меня во время игры, села-то она ведь специально неподалёку от меня. Ник знал, где я живу, и он подослал её ко мне вчера вечером. Что же ещё они задумали против меня?!

Танька

Стыд! Позор! Мне хотелось исчезнуть, чтобы никто больше не пялился на меня. Я сидела за первой партой рядом с Матвеевым и умирала. Второй день занятий в школе, меня все ненавидят, а теперь ещё и знают, что мы с ним целовались. Матвеев мог отмочить какую-нибудь свою дурацкую шуточку, но он всем признался. Как мне теперь посмотреть в глаза Машки Евсеевой? Все считали их парочкой, а тут вмешалась я. Соперница из меня плохая, скорее всего, просто побьют после школы.

– Орлова, хватит мечтать! – строгий голос Натальи Степановны вернул меня в жестокую реальность.

Я кивнула и открыла тетрадку, а затем увидела, как Ник смотрит на меня. Пристально так, со злостью, словно хочет шею сломать. Кажется, я попала! Урок длился невыносимо долго, жутко чесались коленки, ноги вспотели в чёрных колготках. Я еле дышала и думала о звонке, как о спасательном круге. И как только он раздался, схватила свои вещи, сумку и рванула из класса, даже домашнее задание не записав. Потом у Ивановой спрошу, сейчас надо было спасаться бегством.

Прохладный ветерок и яркое солнышко немного успокоили меня. Страх остался позади, а вместо него появилась дикая злость. Всему виной был Матвеев! Я зашла в ближайший магазинчик и купила самую большую шоколадку. Месть! Я направилась к дому Матвеева, чувствуя себя супергероиней. «Всё выскажу его родителям! – думала я, наполняясь внутренней силой и уверенностью. – Пусть знают, какого упыря они воспитали! Как он обижает девчонок! Как не даёт мне жизни в классе! А ещё про конфеты, которые он сожрал, расскажу»!