Дама в шляпе и с котом

Утро в Тригорске, как, впрочем, и в соседних курортных городах, начиналось с водопоя, так приезжие называли активное потребление минеральной воды, весьма целительной для периферии телесной. Перед завтраком они направлялись к бюветами и галереям, согласно порядка, установленного почти три века назад. После приема разных и полезных процедур, а также легкого отдыха, курортный народ преображался. Дамы срочно делали себе прически и рисовали лица, мужчины старательно прятали животы под пиджаками, вторые подбородки под воротничками, и все отправлялись в парк, который манил музыкой, тенистыми аллеями, многочисленными ресторанами и кафе, и обещал радость, если не на всю жизнь, то хотя бы на вечер.

И никто из них не подозревал, что именно в этом парке два года назад случилось событие, после которого началась череда многочисленных приключений и больших изменений в жизни двух закадычных подружек и соседок Анны Сергеевны Истоминой и Гелены Казимировны Новицкой. Тогда собачка по имени Крыся, любимица обеих, на утренней прогулке обнаружила труп. Дамы к тому времени только-только стали пенсионерками и благодаря наличию свободного времени, любопытству и некоторой склонности к авантюризму, начали расследовать смерть неизвестного. В результате длинной истории Истомина получила большое наследство, из-за которого на нее покушались, встретила главного мужчину своей жизни в чине генерал-майора, и вместе с Геленой Казимировной познакомилась с его подчиненными – симпатичными офицерами полиции.[1] С ними, а также с Крысей и котом Арни подруги участвовали в раскрытии преступлений, добиваясь стопроцентного успеха.

Спустя два года после всех событий Анна Сергеевна и Гелена Казимировна, стали владелицами небольшого двухэтажного особнячка благодаря большому наследству, полученному Истоминой от сводного брата. По давней традиции они завтракали вместе.

– Гелька, рассказывай, куда это ты последние два дня по утрам шастаешь? Хахаля завела?

– Ты что, шпионишь за мной?

– А чего мне шпионить, если ты после завтрака на весь дом орешь, – Арни, за мной, – и твой толстопопый кот спускается со второго этажа вниз, как стадо слонов. Потом внизу хлопает дверь и наступает тишина. Так что давай, колись.

– А вот и не буду. Вечно ты у меня все секреты выпытываешь, а женщина без тайны, все равно, что квартира без мебели.

– Подруга, все твои секреты заканчиваются печально, вот я и беспокоюсь. Ты же обязательно вляпаешься в какое-нибуть дерьмо, а я потом тебя отпаиваю валерьянкой.

– Ой, и куда это я вляпывалась?

– Если забыла, так я скажу. Помнишь, как ты задружилась с Полиной Аркадьевной? Вы с ней в кафе, она к тебе в гости, причем, втайне от меня. Сама потом призналась, что не хотела нас знакомить, боялась, что я ее раскритикую такую милую и приятную. Чем все закончилось? Она у тебя сперла кольцо, серьги, и тысячу рублей.

– Ну, это было только один раз.

– Да, что ты говоришь. А про покупку акций очередного МММ забыла? Тоже в секрете держала, потому как знала, что я не верю в сумасшедшие дивиденды. В результате компания накрылась медным тазиком, а твои деньги пропали. Все, хватит с меня твоих тайн, открывайся.

– Ну, ладно. Я как-то гуляла по нашему парку и наткнулась на клуб пенсионеров. Они собираются два раза в день и обсуждают разные вопросы, начиная с внешней политики и заканчивая коммунальным хозяйством. Меня это заинтересовало, вот я к ним и примкнула, потому, что наша жизнь стала какой-то пресной.

– Гель, ты чего, мы же недавно закончили капитальный ремонт дома, пристроили гараж, да и в Ракитовке летнюю дачу соорудили. Ты вспомни, сколько было хлопот, проблем и разной суеты. Только- только начали от всего этого отходить, как тебе уже стало скучно жить. Передохни, и скушай мармеладку.

– Не хочу ни мармеладку, ни шоколадку, хочу приключений. Всего год назад, чего только не происходило. Алкоголика с ружьем задерживали, похищенную Варвару разыскивали, Федора спасали, даже в операции по задержанию боевиков участвовали,[2] а сейчас ничего. Теперь наши молодые приезжают только во время сессии, и головы у них заняты экзаменами да зачетами. Комаров с Забелиным тоже стали редкими гостями, а генерал твой всего три раза за это время приезжал. Ни тебе драйва, ни адреналина.

– Геля, ты не справедлива. Варя с Федором поженились, стали студентами, конечно у них забот прибавилось. А что касается остальных, то, извини, нам во время ремонта и строительства было не до них. Сама знаешь, превратить четырех квартирный дом в особняк с апартаментами для тебя, меня и гостей, не фунт изюма. И все это прекрасно понимали. Скажи спасибо, что помогали, кто чем мог. Так что не возводи напраслину на наших, а то мы тебя с Крыськой защекочем. Правда, девочка?

Собачка лениво зевнула и ушла наверх, где у нее и кота Арни были собственные апартаменты, то бишь холл с диваном, креслами, трюмо и телевизором.

– Вот видишь, Аня, даже Крысе стало скучно, она уже не гойдает по городу со своим спецназом, как раньше, а сидит дома. Нет, так жить нельзя.

– Флаг тебе в руки, подруга, смотри не найди на свою задницу приключения.

– Аня, что может случиться среди мирных граждан?

– Как бы у тех граждан не стоял бронепоезд на запасном пути.

– Боюсь, что у них уже нигде ничего не стоит, – хихикнула Гелена.

– Хулиганка, – засмеялась Анна Сергеевна. Ты зачем кота с собой таскаешь, он ведь тяжелый.

– А для форсу. И для привлечения внимания. Когда пришла два дня назад на пенсионерскую тусовку, все сразу бросились к Арни, – ах, какой котик, что за красавец, а как зовут хозяйку, так я со всеми и познакомилась.

– Ну, ты стратег.

– А то. Что-то я с тобой, подруга заболталась, давай убирать со стола, как бы мне не опоздать на утреннюю встречу.

Через полтора часа Гелена Казимировна ввалилась в дом и радостно закричала, – Аня, на меня маньяк напал!

Истомина выскочила из своих апартаментов.

– Что случилось, ты не пострадала?

– Ха, это ему нужна медицинская помощь. Дай мне скорее воды, а то я запыхалась пока бежала домой. Рассказываю. Сижу на лавочке позади всех, рядом корзинка с котом, слушаем выступления, которые звучат с трибуны, установленной на летней эстраде. Подсаживается ко мне Николай Гаврилович Петраков, пенсионер из нашей тусовки и говорит, – ну, здравствуй, Гелечка, третий день к тебе приглядываюсь, понравилась ты мне. И гладит меня по спине. Я вскочила, – хам, как вы смеете, подите вон. Он тоже подскочил и отвечает, – ты чего выпендриваешься, старая дура, я тут половину баб уже перещупал, теперь твой черед настал.

Представляешь, Аня? Тогда я дернула Арни за хвост, он выпрыгнул из корзины, и вцепился этому придурку в руку. Тот заорал, и получил от меня коленкой в самое больное место. А когда согнулся вдвое, я сняла шляпку, двинула ему пару раз по башке, и пошла домой. К сожалению, мою викторию никто не видел и не оценил, так как народ награждал громкими аплодисментами очередного оратора, – вздохнула Гелена Казимировна.

– Не нравится мне все это, подруга. Как бы этот старый козел не сотворил какую-нибудь пакость.

– Побоится, он ведь живет по соседству. Пойду, приведу себя в порядок.

Подумав, Истомина позвала Крысю.

– Девочка, сегодня в парке на нашу Гелю напал старый козел, в смысле пенсионер. Ты возьми с собой спецназ и прикрывайте ее. В случае чего, работайте по полной программе, как во время задержания беглых заключенных.[3] Хорошо?

Собачка важно кивнула.

– Геля, хватит плескаться, к нам гость идет, – крикнула Анна Сергеевна, заметив в окно молодого мужчину в форме, входящего во двор.

– Лейтенант Дубинин, ваш участковый уполномоченный, – представился молодой человек, войдя в дом, и добавил, – Алексей. Заочно я с вами знаком, и рад нынешней встрече.

– Очень приятно, – пропела Гелена Казимировна, – проходите, будем закреплять наше знакомство бутербродами, чаем с вареньем и печеньем. Позвольте полюбопытствовать, юноша, откуда вы нас знаете, собираете досье на каждого жителя участка?

– Нет, что вы, – смутился лейтенант, – я друг Федора Климова, мужа вашей родственницы Вари, мы вместе учились в школе милиции, после ее окончания его назначили на ваш участок, а меня – на соседний. Когда Федор уезжал в Ракитовку, то попросил приглядывать за его дамочками. Ой, извините, это он так говорил, – покраснел Дубинин. Ну, и рассказывал немного о вас. Мне давно хотелось познакомиться, да все не получалось. А теперь вот решил зайти.

Крыся закрутилась под ногами лейтенанта и, не выдержав, тявкнула.

– Это и есть знаменитая Крысечка? – засмеялся Алексей, подхватив ее на руки. Ну, здравствуй, красавица.

Справедливости ради стоит сказать, что собачонка была страшненькая. Ее щеночком нашла под кустиком Гелена Казимировна и подарила Анне Сергеевне на день рождения. Ростом Крыся не вышла, короткие кривенькие ножки и тонкий крысиный хвост красоты не добавляли, серо-бурый окрас, и приплюснутый нос, тем более. Правда, под челочкой скрывался высокий лоб, а глаза на полмордочки светились умом, но об этом знали только самые близкие люди. А вообще, все, кто знакомился с этой незаурядной барышней, почему-то в нее влюблялись и считали, чуть ли не совершенством. Крыся была согласна с таким мнением и потому оскалилась и лизнула лейтенанта в нос. Подруги переглянулись и улыбнулись.

– Алексей, предупреждаем сразу, наша девочка не равнодушна к мужскому полу и весьма любвеобильна, поэтому учтите, что ваш роман с ней будет кратковременным, – сказала Истомина.

Дубинин расхохотался.

– Я не возражаю и готов к флирту, переходящему в длительную дружбу.

– Аня, по-моему, это наш человек, – шепнула Гелена Казимировна.

– Согласна, – тихо ответила подруга. Вы, Алексей, ешьте, пейте чай, и не стесняйтесь, заходите просто так. Кстати, вы знаете, что у нас в парке организовался клуб пенсионеров, вы бы присмотрели за ними, как бы кто не обидел стариков.

– Я слышал, сегодня же туда зайду.

Когда Дубинин ушел, Анна Сергеевна сказала, – он мне напоминает нашего Федора двухлетней давности. Такой же худенький, подтянутый, немножко смущающийся. Лицо славное, и улыбка хорошая. Представляешь, Гелечка, уже два года прошло, а кажется, что все было только вчера.

– Сама удивляюсь. Федя за это время успел стать студентом и мужем Вари, а мы с тобой, увы, не помолодели.

– Брось, подруга, ты у нас еще ого-го какая. Не успела покрутиться среди пенсионеров, как один уже тебя возжелал.

– Ну да, что ни какашка, то к нашему берегу, – заметила Новицкая и хихикнула, – вот я ему врезала. Жалко шляпку придется выбрасывать. Но я надену новую, с перышком.

– Это называется, и перышко вам в зад, – пробормотала про себя Анна.

Как только Гелена Казимировна отправилась после обеда на тусовку в парк, следом за ней выбежала Крыся, к которой присоединился ее верный спецназ – две дворняги по кличке Бим и Бом.

– Пришла, все-таки, не побоялась, сучка, – гадливо улыбнулся Петраков, подойдя к Гелене Казимировне.

– А чего мне бояться, тебя, что ли, кобель драный, забыв о своем аристократическом происхождении, – произнесла Новицкая.

– Если ты такая смелая, может, отойдем в сторонку, поговорим.

– А чего ж, пошли, – согласилась Гелена и скосила глаза на бегающую рядом Крысю.

– Слушай меня внимательно, старая перечница, я тебя буду щупать столько, сколько захочу, и сегодня, завтра, и потом.

– А если я закричу?

– Да, кто тебя на хрен услышит. Эти, что ли? Так половина из них глухие, а остальные слышат только себя.

Не успел Петраков протянуть руки к Гелене Казимировне, как Крыся тявкнула, и из кустов выбежали две дворняги. Одна вцепилась ему в ягодицу, а вторая укусила ногу.

Тот заорал, собаки и их командирша исчезли.

– Что случилось? – спросил, внезапно появившийся Дубинин.

– Этот гражданин покушался на мою честь и достоинство, – заявила Гелена. Надеюсь, господин офицер, он будет наказан по всей строгости нашего закона. Я готова дать показания.

– Какое покушение, продолжал кричать Николай Гаврилович. Вызывайте «Скорую помощь». Эта стерва натравила на меня собак.

– Оскорблять никого не советую, «Скорую помощь» вызываю, а вы гражданочка, действительно, травили его собаками?

– Господь с вами, где вы их здесь видите? Пусть лучше этот маньяк расскажет об угрозах в мой адрес.

– Петраков, вы у нас человек известный, несколько жалоб на вас имеется, так что отвечайте, вы угрожали гражданке?

– Нет, – продолжал тот орать. Мы просто с ней беседовали.

– Тогда, зачем травить вас собаками?

– Доктор, – закричал Петраков, увидев вышедшую из «Скорой помощи» женщину в белом халате. Помогите, меня покусали собаки.

– Успокойтесь, сейчас мы вам сделаем противостолбнячный укол. Где собаки?

– Не знаю, я их не видел. Наверное, убежали.

– Тогда я выпишу направление, и вам сделают сорок уколов от бешенства.

– Нет, – заорал Петраков, я боюсь уколов.

– А умереть от бешенства не боитесь? Поехали, мы вас довезем до дома. Завтра с утра явитесь в поликлинику.

Спустя два часа Дубинин позвонил в дверь особняка.

– Алексей, садитесь за стол, мы вас покормим, вы, наверное, не обедали, – пригласила его Истомина, сидевшая в гостиной у подруги.

Немного помявшись, Дубинин спросил, – это вы придумали фокус с собаками?

– А вы как думаете? – улыбнулась Анна Сергеевна. Этот старый придурок с утра уже приставал к Геле, правда, получил отпор, но он, как видите, не успокоился. Таких мерзавцев надо наказывать сразу и жестко, чтоб неповадно было.

Лейтенант засмеялся, – а здорово вы придумали. Главное, что не подкопаешься. Этот Петраков уже всех достал. На него постоянно соседи жалуются. То мусор в контейнере подожжет, то собачье дерьмо к подъезду подбросит, то старушку обматерит. И такой хитрый гад, за руку никак не поймаешь.

– Алексей, так его и сейчас нельзя наказать? – удивилась Гелена Казимировна.

Тот тяжело вздохнул, – у вас свидетелей не было. Но вы ведь все равно его наказали. Я думаю, что сорок болезненных уколов пострашнее будут денежного штрафа. А кстати, где ваша Крыся?

– Во дворе спецназ кормит и проводит разбор полетов, – ответила Истомина.

– Ой, можно я посмотрю?

Дубинин выглянул в окно. Перед двумя дворнягами важно прохаживалась Крыська и тявкала. Те внимательно ее слушали, затем одновременно бросились к мискам. Собачка недовольно фыркнула, они притормозили и не спеша приступили к обеду. Лейтенант от удивления раскрыл рот, затем начал хохотать.

– Это все правда? Мне не снится? Она такая умная?

– Она у нас и не на такое способна, – вздохнула Истомина. Строит не только собак, но и всех нас тоже. Только Алексей, надеюсь, вы…

– Не волнуйтесь, Анна Сергеевна, я все понимаю, это чудо оберегать надо от чужих глаз и дурных языков. У дворняг тоже имена есть?

– А как же, та, что потемнее – Бим, а светленькая – Бом. Только мы до сих пор не знаем, какого они пола.

– Пойду, открою нашей барышне дверь, – заторопилась Гелена Казимировна. Ну что, мордуленция, поруководила дворнягами? Иди поешь, сама ведь голодная.

Крыся, не обращая внимания на Гелену, вошла в комнату, остановилась перед лейтенантом, задрала голову и потявкала. Тот вопросительно взглянул на подруг.

– Это она доложила о выполнении задания, – тихонько пояснила Анна Сергеевна.

– Рапорт принят, благодарю за службу! – едва сдерживаясь, произнес лейтенант и, не выдержав, схватил собачку на руки и чмокнул ее в нос.

Крыся положила голову ему на плечо и закатила глаза.

– Ах, как мы разомлели, ах, как мы поплыли, – возмущенно проговорила Истомина. Не успела познакомиться, как уже все себе позволяешь. И не стыдно прилюдно так себя вести.

Крыся приподняла голову, показала розовый язычок и снова опустила ее на погон лейтенанта.

– Ой, я не могу, – расхохотался тот снова.

– Я думаю, Алексей, – сказала Анна Сергеевна, – этого Петракова надо хотя бы первое время контролировать. Крыська, ты слышала? Скажи своему спецназу, чтоб за этим козлом присматривали, в случае чего, пусть лают и клацают перед ним зубами. Поняла?

Собачка фыркнула.

– Я, пожалуй, пойду, – заторопился Дубинин.

– Подождите, Алексей, возьмите пакет с пирожками, поужинаете.

– Вот спасибо, я так рад, что с вами познакомился. И с Крысей тоже, и с ее спецназом.

– Геля, по-моему, нам повезло с Алексеем, хороший парень, – сказала Истомина после ухода лейтенанта.

– Ему, между прочим, с нами тоже повезло, подкормим юношу. Я смотрю, подруга, что-то давненько тебе генерал не звонил. Поругались, что ли?

– В командировке он, и майор Комаров с ним. Когда Андрей уезжает, я места себе не нахожу. Сидел бы в Москве в кабинете, так нет же, все по горам, по долам скачет.

Утренний завтрак подруг следующего дня прервал очередной визит лейтенанта Дубинина.

– Алексей, вы вовремя, садитесь за стол, – обрадовались обе.

– Спасибо, я на минутку. Может быть, вы знаете Михаила Петровича Игнатенко – бывшего участкового из Ракитовки?

– Конечно, а что случилось?

– Сегодня рано утром он обнаружен с черепно-мозговой травмой на улице Ленина. Его увезла «Скорая помощь». Я хотел сообщить Федору, но у него телефон не отвечает, а Варин не знаю, поэтому решил посоветоваться с вами.

– Вы все сделали правильно, – сказала Истомина. Как его опознали?

– Во внутреннем кармане пиджака нашли пенсионное удостоверение.

– Каковы выводы оперативно-следственной группы?

– Все склоняются к тому, что это дело рук отморозков. При нем ничего не было, возможно, его ограбили.

– Понятно, звоните, Алексей, в больницу и узнавайте состояние Петровича, вам быстрее сообщат, чем нам. Геля, набирай Варвару, а я постараюсь разыскать Максима. Крыся, ты где? Собирай спецназ, он может нам пригодиться.

– Анна Сергеевна, у Михаила Петровича, как я и говорил, черепно-мозговая травма средней тяжести, но он пока не пришел в сознание, – доложил лейтенант после телефонного разговора.

– Геля, что у тебя?

– Федор на совещании в районе, Варя поедет за ним и они сразу же к нам примчатся.

– Максим появится только через полтора часа. Жаль, Алексей, что вы не на машине, – заметила Истомина.

– Обижаете, Анна Сергеевна, я сегодня на колесах, у меня хоть и старенькая «Нива», но бегает шустро.

– Тогда берем Крысю, спецназ и выезжаем на место, возможно, они что-нибудь нароют.

– Аня, а мне что делать?

– Жди ребят и готовь обед, все съедутся голодные. Мы поехали, Крыська с дворнягами уже во дворе. Бим и Бом, прыгайте назад и устраивайтесь на полу, а ты, моя девочка, садись ко мне на ручки. Мордуленция, ты помнишь участкового из Ракитовки? Он еще тебя ватрушкой кормил, а ты его облизывала. Так вот, его кто-то очень сильно ударил и теперь Петрович в больнице. Сейчас подъедем на место, побегай там с собачатами, может, что найдете или узнаете, – скомандовала Истомина.

– Анна Сергеевна, думаете, у них получится?

– Надеюсь, – вздохнула она.

Свою «Ниву» лейтенант остановил метров за сто до места преступления.

– Как вы думайте, Алексей, не пошарить ли нашим собачатам по соседним дворам?

– Согласен, оперативники, наверняка, тщательно осмотрели улицу и ближайший двор, нам там ловить нечего.

– Крысенька, ты поняла? И скажи спецназу, чтоб обратили внимание на мусорные контейнеры, надеюсь, наше спецавтохозяйство еще не успело их опустошить.

Прошло не менее получаса, пока из-за угла не выскочили собаки. Алексей быстро открыл заднюю дверцу автомобиля и дворняги уселись на пол. Следом за ними прибежала Крыся.

– Ах, ты моя грязненькая, подхватила ее Истомина, – рассказывай, что-нибудь нашли?

Собачка кивнула.

– Скажи, это лежит на земле?

Крыся промолчала.

В контейнере?

Та тявкнула и задрала хвост.

– Покажешь двор? Только туда не заходи. Алексей, я сама пойду, не надо вам светиться в форме.

Собаченция потрусила по улице, добежала до распахнутых железных ворот и остановилась.

Истомина вошла во двор, поискала глазами контейнеры, подошла к ним и начала туда заглядывать.

– Дама, что вы там ищите? – спросила одна из женщин, сидящих во дворе на лавочке.

– Представляете, внук вынес на улицу пожарную машинку, которую ему недавно купили. Они ее с друзьями рассматривали, разбирали и, в конце концов, разломали. Внук перепугался, бросил в контейнер, а нам сказал, что ее у него стащили. После долгих разбирательств во всем признался. Сын у меня рукастый, починить может все что угодно, ну и потребовал, чтобы ребенок нашел игрушку. Тот в слезы, не помнит, где выбросил, говорит, где-то рядом. Приходится ребенка выручать. Брожу теперь по дворам и заглядываю в контейнеры.

– Кто как не бабушка защитит своего внука, – посочувствовала одна из старушек.

Анна Сергеевна, оглянувшись на пенсионерок, которые уже не обращали на нее внимания, вытащила из мусорника аккуратный пакет, заглянула в него и заторопилась.

– Алексей, поехали, кажется, я что-то нашла.

Гелена Казимировна, увидев в окно дома «Ниву», побежала к двери.

– Аня, ну что? Не подвели собачата?

– Не подвели, достань, пожалуйста, газету и расстели на столе.

Истомина вынула из пакета фрукты, пирожки и банку варенья.

– Похоже, пакет Петровича, но что это нам дает? Ничего.

– Подождите, Анна Сергеевна, кажется, здесь какая-то квитанция, – сказал Дубинин. На обратной стороне, что-то написано. Разобрать трудно, но можно, наверное, Петрович второпях писал.

– Или на ходу, – добавила Истомина.

– Ребята приехали, – увидев в окно молодоженов, въезжавших на своих машинах во двор, – произнесла Гелена.

После коротких приветствий и знакомства Алексея с Варей, Анна Сергеевна быстро ввела их в курс дела и показала находку.

– Это пакет Петровича, – сразу же сказала девушка. У нас в Ракитовке такие продают, а пирожки пекла Катерина Алексеевна, видите, как она их защипывает. Вишневое варенье тоже она варила, я его ни с каким другим не спутаю. Видно Михаил Петрович вез все это внукам. Его дочка и зять знают, что он в больнице?

– Нет, нам не известно, где они живут, – ответила Гелена.

– Федя, что мы скажем Катерине Алексеевне? – встревожилась Варвара.

– Пока ничего. Потом что-нибудь придумаем. Надо искать причину нападения на Петровича. Я не верю, что его хотели ограбить, тем более, что пакет не взяли, а выбросили. Если бы это были отморозки, они бы внутрь заглянули и пирожками не побрезговали бы.

– Может у него была приличная сумма денег? – предположила Анна Сергеевна.

– Исключено, месяц назад он отдал дочери двадцать тысяч рублей на оплату кредита, и сам у меня стрельнул тысячу до пенсии. Возможно, Петрович что-то видел или слышал. Поэтому его решили убрать как свидетеля. Алексей, ты разобрал надпись на квитанции?

– Здесь написано первомайск, д. 17 кв.55, а может 35. И еще сокращенно – зхвт. Что такое Первомайск? Поселок, хутор?

– Может быть, это улица Первомайская? – предположила Истомина. Я выудила пакет из контейнера, который стоит во дворе двух угловых домов. Один выходит на улицу Ленина, а второй на Первомайскую. Кстати, какой адрес дочери Петровича?

– Да мы сами не знаем, – ответила Варя. Придется выяснять у Катерины Алексеевны, хоть и нежелательно. Начнутся вопросы, зачем и для чего.

– Фамилию, имя, отчество знаете? – спросил Дубинин.

– Ольга Михайловна, а вот фамилия у нее, наверное, по мужу, да, Федя?

– Нет, Петрович говорил, что она не захотела ее менять, не помню по какой причине, чем зять был очень не доволен, так что она Игнатенко.

Дубинин взялся за телефон, – я сейчас выясню их адрес. Ну вот, живут они на улице Железнодорожной, дом 9, квартира 18. А это в противоположной стороне от Первомайской.

– Скорее всего, Петрович за кем- то следил. А он мужик вдумчивый, значит, увидел или услышал, что-то очень важное, раз не пошел сразу к внукам, – вздохнул Федор.

– Если учесть его маршрут, то вероятнее всего, он стал свидетелем на отрезке между Ракитовкой и Тригорском, – сказала Анна Сергеевна.

– Согласен, я тогда погнал на автобусную станцию и попробую разыскать водителя маршрутки, на которой ехал Петрович. Может быть, тот что-нибудь заметил. Ты, Варя, езжай к Ольге. Надо ей сообщить о Петровиче. Алексей, позвони в больницу, узнай, как там дела, а я свяжусь с моими верными помощницами. Год назад Федора Климова назначили участковым в его родную деревню Ракитовку, где несмотря на молодость, его быстро все зауважали. Особенно подскочил его авторитет, когда он раскрыл кражу домашней птицы на хуторе Горячем и помог собрать деньги для обустройства торговых рядов на трассе, где продавали творог, сметану, молоко и прочее жительницы Ракитовки.