Колино счастье. Всем детям войны посвящается

Редактор Мартин Шнайдер

Корректор Светлана Харитонова

Фото на обложке (Мальчик с собакой) из архива Ветчинкина Н.В.

Фото на обложке (Мальчик в пилотке) Alfred Plischka

Фото на обложке (Лес) i Stock 616891550

Фото автора Rhein-Ruhr-Russland e.V.

Дизайнер обложки Александр Грохотов

© Любовь Яковлева, 2024

© Александр Грохотов, дизайн обложки, 2024

ISBN 978-5-0064-1019-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

В память о моем отце

Всем детям Великой Отечественной войны посвящается

Вступление

Habent sua fata libelli – «У книг, так же, как и у людей, есть своя судьба».

Этой повести могло и не быть, если бы однажды снежным декабрьским вечером я не натолкнулась случайно на старый пожелтевший ежедневник.

Расскажу все по порядку.

Разбирая накануне новогодних праздников в моей московской квартире в комнате родителей стеллажи, с мыслью – выбросить перед новым годом ненужное старье, я заметила под «Самоучителем игры на гитаре», 1970 года издания две толстых тетради. Одна из них оказалась календарем с надписью «Москва» за 1972 год, а другая – с зеленой дерматиновой обложкой – общей тетрадью в клеточку. Это были записки моего отца, Ветчинкина Николая Васильевича, о его жизни в эвакуации в Татарстане.

Красивым, ровным почерком, чернилами, а где-то и простым карандашом, рукой отца описывались разные события из его детства. Военное и послевоенное время – начиная с сорок четвертого и заканчивая сорок девятым годом.

Поначалу я не поняла, какое сокровище попало мне в руки. Отца не стало более 17 лет назад.

Он написал свои записки без хронологической последовательности, очевидно, «по мере вспоминания» событий. Это не было дневником или же какой-то подготовленной к печати рукописью, нет. Скорее, просто фиксацией определенных происшествий, важных для ребенка военных лет, его встречи, люди, места.

Во время чтения этих детских историй на потемневших от времени страницах в моей памяти всплывали беседы с отцом, а также то, что мне рассказывали о семье бабушки и дед. Знакомясь с папиными мемуарами, я как бы вступала во внутренний диалог с ним, мысленно разговаривала и с моими близкими.

Так я решила написать эту книгу и посвятить ее всем тем, чье детство пришлось на время той страшной войны и послевоенные годы.

Отец перечисляет имена своих реальных друзей, учителей, указывает конкретные географические названия. Когда я только начала работать над книгой, мне хотелось изменить, убрать всю конкретику – ведь нельзя же строго считать эти записки документом эпохи, невозможно и поручиться за то, что именно говорили когда-то герои нашей повести на самом деле. А потом я решила, что пусть будет так, как в рукописном тексте у отца!

Каждый год исчезает с карты и из нашей памяти какой-нибудь населенный пункт, уходят люди.

До сих пор в Татарстане, однако, течет речка Ик, сохранился поселок Русский каран, село Николаевка и райцентр Старая Матвеевка, остались школы, клубы, поля, леса, где, вероятно, бывал и мой отец. Возможно, жив еще кто-то из тех детей войны, а может быть, даже из учителей – его современников. Невзирая на все ужасы Великой Отечественной войны, через которые прошли герои этой книги, их жизнь полна глубокого прекрасного смысла, наполнена позитивом и оптимизмом. Мы грустим и смеемся вместе с ними, ждем с фронта родных, оплакиваем погибших, работаем в поле, ловим рыбу, читаем при свете керосиновой лампы, смотрим кино и играем в шахматы. Пусть эта книга, написанная в жанре художественно-документальной повести, станет литературной памятью о них, таких далеких и таких родных.

Живя в современном, быстро меняющемся обществе, наполненном событиями, всегда находящими моментальное отражение в интернете и на просторах соцсетей, резонанс в чатах, в лайках и комментариях, в виртуальных словесных «баттлах» с искусственным интеллектом, я, благодаря вновь обретенному общению с отцом, поняла, что человеческие ценности остаются неизменными. Сегодня, как и тогда, восемьдесят лет назад, мальчишки хотят быть похожими на героев, грезят о небе и покорении космоса, возятся с техникой, машинами и так же верят в свою мечту.

Меняется антураж, внешняя сторона жизни, но по-прежнему важны честная дружба, верная любовь, надежная семья, искренняя страсть к познанию нового. Так было и так будет всегда!

Спасибо тебе, отец, что через столько лет ты дал нам заглянуть в твой многообразный мир!

Москва, 2024 год

Автор

Глава 1

Полгода до окончания войны

Я, побывавший там, где вы не бывали,

Я, повидавший то, чего вы не видали,

Я, уже ТАМ стоявший одной ногою,

Я говорю вам – жизнь все равно прекрасна.

Да, говорю я, жизнь все равно прекрасна,

Даже когда трудна и когда опасна,

Даже когда несносна, почти ужасна,

Жизнь, говорю я, жизнь все равно прекрасна.

В небольшом татарском поселке под необычным названием Русский Каран главным местом была изба-читальня. Собственно, единственным местом, таким своего рода культурным центром, объединявшим и клуб, и библиотеку, и общественное место встреч, где можно было радио послушать. Дети там собирались после школы, а взрослые – эвакуированные и местные – заглядывали в воскресенье. Заведовал избой-читальней двадцатидвухлетний инвалид, дядя Миша. На войне дядя Миша был сильно ранен в ногу, быстро ходить не мог и к военной службе был не годен. Зато в тылу, в деревне, фронтовика ценили и уважали, для любой работы руки мужские нужны, да и образованный человек тоже редкость. Вот и трудился дядя Миша с раннего утра в колхозе, а с обеда с детишками в избе-читальне занимался. Шел 1944 год…

Всю первую и вторую четверть закадычные друзья, второклассники Колька и Толик, делали домашние задания вместе. Так получалось, не сказать, чтобы намного быстрее, но веселее. Толька учился слабее Николаши, поэтому с радостью решал дома задачки по арифметике с помощью друга.

Осенью ребята частенько наведывались в избу-читальню, слушали радио. Особенно нравилась им песня Утесова «С боем взяли мы Орел», которую довольно часто передавали. Новые куплеты в эту песню певец Леонид Утесов добавлял, когда советские войска отвоевывали у фашистов следующий важный город в направлении Берлина. Зимой Утесов пел уже: «С боем взяли мы Варшаву, город весь прошли и последней улицы название прочли, а название такое, право слово боевое, „Берлинская улица“ на запад нас ведет».

– «Значит, нам туда дорога, значит, нам туда дорога!» – громко подхватывали хором мальчишки.

Колька верил, что скоро германская столица будет взята, значит, победа. Значит, папа вернется домой…

Незаметно наступила зима 1945 года.

В Татарии она была довольно холодной. Всегда было приятно, когда выпадало много снега, – это позволяло ребятам строить снежные сооружения: пещеры, различные защитные доты или длинные ходы между разными точками. С середины зимы, однако, было очень морозно и приходилось сидеть дома в выходные дни. В школе с декабря по февраль устраивали лыжные или конькобежные соревнования. Коньки были простые «снегурки», которые прикреплялись к валенкам веревкой и тщательно завязывались. Кольке нравилось, что они с другом частенько оказывались в числе победителей.

Сосед дядя Саня всегда интересовался результатом, особенно по лыжам, и одобрительно говорил:

– Молодец, Николай! Правильно, на лыжах нужно бегать легко и быстро. В армии лыжи – первое дело! Они позволяют подойти к врагу незаметно и в неожиданном месте. Вот так-то, Николай. А уж как полезно! Хорошо двигаешься и на свежем морозном воздухе! Зима, брат, – это кладовая здоровья!

Зима в том году долго не хотела сдавать свои позиции, еще в марте было довольно прохладно. Все ждали весны, холод уже надоел. Когда неожиданно светло и ярко засветило солнце, все обрадовались.

Под звон мартовской капели не очень хотелось сидеть в помещении, но отказать себе в удовольствии послушать радио в избе-читальне ребята не могли.

Как-то раз дядя Миша обещал интересную радиопередачу о летчиках-героях: Иване Кожедубе и Александре Покрышкине. В назначенный час радиоприемник почему-то не заработал.

– Эх, что ж нам так не повезло?! – расстроился Коля.

– Техника… подводит иной раз, – ответил бывший фронтовик. – Ну, раз уж вы пришли, то я вам расскажу про этих героев сам. Во всех газетах о них пишут, и вы, конечно, должны об их подвигах знать.

– Нам учитель наш, Михаил Иванович, много на уроках об этом говорил. Но хочется-то побольше знать. – Колька внимательно смотрел на дядю Мишу. – Как нашим летчикам удается сбивать так много фашистских самолетов, а сами они остаются целыми?

– Понимаете, друзья, – мужчина сделал многозначительную паузу, – дело все в том мастерстве, с которым герои ведут бой. Видимо, они отлично подготовлены к сражениям, знают, с кем придется воевать. Техника советская их не подводит!

Фронтовик уверенным взглядом посмотрел на ребят.

– И еще они постоянно совершенствуют свое мастерство – и на земле, и в воздухе. Да и повадки врага они хорошо изучили, а сами такие методы нападения применяют, что не может их немец никак раскусить.

Колька и Толька слушали рассказ, затаив дыхание, а дядя Миша продолжил:

– В каждом бою Кожедуб и Покрышкин ловко используют маневр самолета. Иногда и хитрости разные применяют, а как же! Например, возьмем неожиданный выход из боя – фашист думает, что самолет сбит, а наш летчик атакует с другой стороны, да еще и с применением фигур высшего пилотажа! Враг в панике от неожиданности, а наши «летчики-молодчики», – тут дядя Миша прищурился и даже щелкнул языком, – используют замешательство и… мгновенной атакой поражают противника!

Ребята слушали, не отрывая взгляда от рассказчика, и думали, как было бы хорошо пригласить дядю Мишу в школу, чтобы все одноклассники услышали о таких интересных делах летчиков-героев.

– Вот вы знаете, до чего довел Покрышкин фашистов? – продолжил фронтовик.

– Нет, – дружно ответили друзья.

– Как только самолет Покрышкина появляется в небе, они тут же по радио передают: «Ахтунг-ахтунг, им химмель Покрышкин!» Значит: «Осторожно, в небе Покрышкин». – Дядя Миша улыбнулся. – Вот в каком страхе он держит врагов!

Красноармеец посмотрел на притихших ребят и предложил:

– Ну, Николаша и Толя, чайку попьем? Только сахара у меня нет.

Ребята с радостью закивали головами. Дядя Миша еще долго рассказывал мальчишкам о войне, о танковых сражениях под Курском, у села Прохоровка, где участвовали тысячи танков. Советские танкисты проявили себя настоящими героями, таким же героем был и Колькин отец. Молодой лейтенант был командиром танкового взвода и уже был награжден орденом. Колька очень гордился папой и знал, что танкисты погнали врага уже к границе.

Вечером по дороге домой, у Николая из головы не выходил рассказ о подвигах героев-летчиков. Мальчишеская мечта Кольки – стать после школы начальником автоколонны «Студебеккеров» – как-то стала отходить на второй план. Куда интересней стать летчиком! Быть летчиком – это да!

Пока вырастешь, столько времени пройдет! Для начала Николка мечтал сделать самолет… Пока получалось как-то так, что он строил… велосипед, который к тому же сразу ломался.

Как-то раз сосед дядя Саша, увидев Колькин самодельный велосипед, сказал:

– Колеса ты, Колюша, сделал хорошие, а вот раму из липовых палок состругал. Вот и получилась у тебя «липа». Хлипкая конструкция, понимаешь? Самокат- то ты раньше неплохой сделал. Небось и с горки на нем катался?

– Да, – ответил Колька. – И ребята катались.

– Ну, так ты другое дерево для рамы попробуй. Или, может, я тебе какую железяку подберу. Не горюй, Москва не сразу строилась.

Сегодня Николай твердо решил, что обязательно смастерит самолет. Игрушечный, конечно, но обязательно сделает. Он поговорит с дядей Мишей и поточнее узнает, какие бывают самолеты. Почему-то тут же захотелось спросить об этом прямо сейчас.

Колька запыхавшись побежал обратно в избу-читальню.

– Дядь Миш, а какие бывают самолеты? Расскажите мне, пожалуйста. Мне очень нужно!

– Понимаешь, Николаша, я не специалист по самолетам. Знаю, что истребители – это небольшие самолеты, одно- или двухмоторные. А бомбардировщики – это мощные машины, два или даже четыре мотора. Моторы крутят пропеллеры – вот самолет и летит. Для разбега у них есть колеса, называются «шасси». Для управления в самолете есть руль, как в «Студебеккере» твоем, – подмигнул дядя Миша. – Рули – для высоты и для направления полета. Ну а внутри кабины есть еще всякие приборы, по которым летчики и летают. Это как глаза и уши у человека.

Колька внимательно слушал и запоминал слова фронтовика. Однажды мальчик уже видел самолет. Колька вспомнил тот самолет, который как-то летом сел на уже убранное колхозное поле. Все ребята из деревни прибежали тогда посмотреть на такое чудо техники. Самолет был серый, с пропеллером и двумя крыльями.

Вот такой- то самолетик мальчик и решил сделать.

Глава 2

Самолет

На следующий день после занятий, быстро сделав домашние задания, Николка приступил к задуманному. Сначала он отыскал в сарае подходящую чурку, из которой он решил выпилить фюзеляж для самолета. Для крыльев у дяди Сани нашлись две тонкие досточки, а для шасси сгодились катушки. Коля скрепил их медной проволокой, а потом приладил к фюзеляжу. Для заднего крыла (он забыл, как оно называется) мальчик использовал часть деревянной линейки. А вот пропеллер хорошо было бы сделать металлический. Долгие поиски подходящего материала, правда, к успеху не привели, и Коля передумал, решив что и дерево подойдет. Два дня он только и мог, что мечтать о самолетике. Казалось, руки и голова были заняты только одним.

Наконец самолет был готов. Друг Толька раздобыл красную краску и нарисовал на крыльях две красные звездочки.

Какое удовольствие было бегать с самолетом по широкому полю! Николка и Толик по очереди носились с ним навстречу свежему ветру и не могли нарадоваться на гул от пропеллера. Чем быстрее ребята бежали, тем сильнее крутился пропеллер, тем сильнее жужжал, тем больше был восторг.

На следующий день в школе, перед первым уроком, Толька подошел к учителю и что-то тихо ему прошептал. Михаил Иванович посмотрел на Колю, улыбнулся и сказал:

– Николай, расскажи-ка нам, какой самолет ты сделал.

Колька встал со своего места, вышел из-за парты и начал, стараясь не упустить деталей. Он говорил о Кожедубе и Покрышкине и как он решил сделать свой собственный самолет, о крыльях и фюзеляже, а в конце выпалил:

– Я еще сделаю большой самолет-бомбардировщик с четырьмя моторами. Такие летают бомбить Берлин.

Учитель внимательно посмотрел на мальчугана.

– Ты, Николай, наверное, станешь авиаконструктором или летчиком.

– Лучше летчиком, чтобы фашистов бить!

– Ну, фашистов тебе бить не придется. Скоро война закончится. Наши войска уже перешли границу и приступили к освобождению Европы от нацистов. А вот стать авиаконструктором – это очень интересное дело.

Учитель взял мел в руку, подошел к доске и написал тему урока.

– Давайте-ка, ребята, продолжим разговор о профессиях.

Михаил Иванович попросил каждого ученика рассказать о своих родителях, о том, как они трудятся в колхозе или воюют на фронте.

Первой вызвали Веру, голубоглазую девочку со светлыми косичками, завязанными «корзиночкой». Верочка встала и засмущалась.

– Мой дедушка нигде не работает. Он плетет дома лапти для нас, для всех. А иногда кому-нибудь продает… за деньги. А мама у меня доярка на ферме.

Учитель захотел поддержать зардевшуюся ученицу:

– Ну, во-первых, Вера, ты забыла нам рассказать о своем папе. Я знаю, что он геройски погиб на фронте. В письме из войсковой части, где он служил, о его подвиге сообщили в сельсовет. Это очень важно.

Во-вторых, если твой дедушка делает для всей семьи обувь на лето, а лапти летом ведь очень удобны, – это весьма неплохо!

А в-третьих, мама твоя – передовая доярка. Тебе не надо стесняться твоих родных. Думаю, все ребята с этим согласны.

Затем и другие одноклассники тоже рассказывали о профессиях своих родителей. У многих детей отцы сражались на фронте, матери трудились в колхозе.

Николай гордился своим отцом, гвардии старшим лейтенантом танковых войск: «Мой папа Вася – с первого дня войны защищает нашу родину. Он – танкист, командир взвода. Он управляет тяжелой машиной, стреляет по врагу. Его танк везде может пройти – и по лесу, и по воде. По пожарам тоже пройдет».

Мальчик рассказывал о том, что папа пишет о танковых битвах, как их танк пробился через оборону фашистов и первым ворвался в город. За это его наградили орденом, и весь экипаж его танка тоже наградили.

Толик сообщил, как его отец, подвозя снаряды к передовой, был ранен в руку, но он продолжал вести машину, подвозил боеприпасы, пока не закончился бой. Только после боя медсестра перевязала Толькиного папу, а потом его отправили в госпиталь на лечение.

Ванюша, бойкий кареглазый Колькин сосед по парте, тоже поднял руку.

– А мой папка служил в кавалерии. Однажды он доставлял срочный пакет в штаб на лошади, в него немцы стреляли из автоматов и пулеметов и ранили его в плечо. С небольшими ранениями он все-таки выполнил боевое задание и получил награду и благодарность от самого главного командира!

Всем ребятам, которые рассказали про подвиги своих отцов, учитель поставил по пятерке.

Заканчивая урок, Михаил Иванович сказал:

– Любой труд почетен, если человек воюет или работает честно, добросовестно. А вот лентяи, бездельники, трусы – это наша беда, с этим нам всем нужно бороться. Правда, судя по нашей беседе сегодня, таких у нас нет.

После окончания всех пяти уроков в этот день Колька взял друга за руку, и одноклассники направились в учительскую, чтобы кое-что обсудить. Они подошли к Михаилу Ивановичу с вопросом: «Нельзя ли нам в школу пригласить фронтовика, дядю Мишу? Он так здорово рассказывает о войне, о наших героях – летчиках, танкистах?

– Давайте пригласим, – согласился учитель, – вы можете от моего имени узнать у него, когда ему удобно прийти в школу. Тему выступления он сам может предложить, которая ему больше подходит. После переговоров мне все расскажите, и договоримся. Лучше, конечно, после уроков, чтобы и другие классы присутствовали».

Довольные результатом разговора с учителем, Колька и Толька, не заходя домой, сразу же отправились к дяде Мише. На радость, он оказался в избе-читальне, сортировал книги, сидя за своим столом и слегка выставив вперед негнущуюся раненую ногу. Выслушав друзей, бывший солдат подмигнул.

– Вы этак меня популярным специалистом по фронтовым историям сделаете. Ну, это я шучу. Передайте своему учителю, что как он позовет, так я и приду. Только пусть сообщит накануне, мне же подготовиться надо. Например, через три дня, в понедельник, подойдет?

– Да, мы все узнаем и вас предупредим, – обрадовался Николка.

– Ну, добро. А самое главное-то мы забыли – тему. Может, про Сталинград поговорим? Интересно будет?

Николай много слышал о Сталинградской битве, мама читала в газетах восхищенные отзывы о геройских подвигах Советской армии. А вот так, чтобы сам участник войны рассказывал, как это все происходило… Колька восторженно посмотрел на друга. Толик слушал напряженно, глядя своими серыми глазами, с короткими густыми ресницами прямо в лицо фронтовика.

– Ух, ты! Давайте!

Дядя Миша стал серьезным.

– Вы с учителем согласуйте и завтра мне скажите. Договорились?

Домой друзья шли в приподнятом настроении.

Мама уже ждала Кольку, налила в жестяную миску горячий суп и стала слушать сына внимательно. Присев к нему рядом за стол, мать похвалила мальчика за выбор темы:

– Папа писал в письме, что после Сталинградской битвы фашисты стали совсем другие. Всю свою злость растеряли, боятся и уже не мечтают о своей победе. Ты суп-то ешь, ешь!

Она отрезала горбушку черного хлеба и протянула ее сыну.

– А дядя Миша уже делал доклад о Сталинградском сражении в сельсовете. У него есть интересные факты о героизме нашей армии, воспоминания больших военных командиров, участников. Думаю, вам интересно будет.

Глава 3

Скорей бы войне конец!

Ночью Колька долго ворочался и все думал об отце.

«Эх, скорее бы войне конец! Тогда папа возьмет меня за руку и придет к нам в школу, будет с ребятами говорить о своих боях, о боевых товарищах. Может, и награды оденет».

Мальчик не знал точно, была ли танковая бригада отца в Сталинграде, но был уверен, что, если бы его отец там был, это был бы самый смелый боец.

Утром, на переменке после первого урока, Коля с Толей предложили учителю тему для беседы – Сталинградская битва.

– Что ж, ребята, лучшей темы и не придумать, пожалуй. Ждем фронтовика с докладом в понедельник. Так и передайте, – ответил Михаил Иванович.

В назначенное время дядя Миша в военной форме с двумя медалями на груди, в сопровождении учителя и директора зашел в Колькин класс. Детей набилось больше, чем мест за партами, потому что еще позвали послушать докладчика и учеников из третьего «Б».

– Садитесь быстренько, ребята, – сказал Михаил Иванович, – у нашего гостя ограниченное время. Его неожиданно вызвали в райком партии.

Дети прекратили шуметь и фронтовик начал:

– Дорогие друзья! Вы все много слышали уже о Сталинградском сражении. Эта битва, которая шла несколько месяцев, почти всю прошлую зиму, изменила весь ход мирового развития. Вот представьте, Сталинград на Волге. Что было бы, если бы фашисты его взяли? Большая беда! А наши войска отстояли город, бились не на жизнь, а на смерть. Сталинградское сражение развеяло миф о непобедимости фашистской напасти, покорившей Европу и угрожающей всему миру. Победу в этих тяжелых боях одержал наш народ, наше оружие, созданное нашими талантливыми учеными, конструкторами и рабочими. Только представьте себе, хотя вам пока это непросто сделать, было уничтожено около 33 дивизий фашистов, сбито более 800 самолетов. Сами гитлеровцы говорили, что это были лучшие их силы, цвет авиации!

Было захвачено и уничтожено до 1700 танков и много другого военного имущества. Такие огромные потери практически сделали невозможным восстановление фашистской армии до прежнего уровня. А теперь фашисты терпят поражение за поражением!

Ученики слушали докладчика с большим вниманием, притихнув и, казалось, размышляя над каждым словом.

Дядя Миша продолжил:

– В то же время о героических подвигах наших воинов ходят легенды, создаваемые самими очевидцами – гитлеровцами. Так, например, танкисты генерала Богданова неожиданно для врага подошли к его авиабазе, обеспечивавшей окруженную группу войск. Наши воины устроили врагу настоящий ад, в котором фашисты с безумными глазами гибли, не находя выхода. Наши танки крушили все сходу. Тогда фашисты попытались обойти наших смельчаков, но Сталин лично дал указание другим частям выручить Богданова. И советские танкисты с минимальными потерями смогли выйти к своим.

А героическая рота солдат во главе с сержантом Павловым, которая два месяца держала дом, превратив его в крепость и не давая прорваться гитлеровцам?!

Сержант Павлов, ставший потом героем Советского Союза, и его бойцы бились за каждую квартиру, за каждую лестничную площадку, уничтожая врага.

Бывший солдат приводил еще много других примеров мужества и героизма советских солдат. Колька, хоть и слушал «во все уши», все не запомнил. Уяснил только хорошо, что скоро от гитлеровцев не останется и следа в СССР, а потом нужно освободить народы Европы от фашистской заразы.

– Так что, друзья мои, – завершил свое выступление фронтовик, – близится победа над врагом. Не далек тот день, когда закончится эта «коричневая чума», которая пыталась захватить весь мир. С победой вернутся домой ваши отцы и братья, наш герои. Прошу задавать вопросы, которые вас волнуют.

Вопросов было немного, ребята пытались понять услышанное, сидели взволнованные.

Витя, тихий невысокий мальчик, у которого прошлой зимой погиб на фронте отец, поднял руку.