Джеймс Хедли Чейз. Под именем моим. Маленькие рассказы о большом успехе

© Николай Яковлевич Надеждин, 2024

ISBN 978-5-0064-3708-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Николай Надеждин

«Маленькие рассказы о большом успехе»

Джеймс Хедли Чейз

Под именем моим

2024

Введение

Был в нашем институте один профессор, заведующий кафедрой ботаники. Человек пожилой, далеко за семьдесят (и даже за семьдесят пять). Но строгий – прямо ужас. Студентов мучил, как инквизитор. Короче не профессор, а настоящая беда.

Он слыл большим демократом. Обедал в институтском буфете за одним столом с троечниками. И на работу ездил в переполненном студентами автобусе. Его боялись и… любили. Учились-то по учебнику, написанному этим заслуженным дедушкой.

В автобусе он занимал место у окна и приглашал присесть рядом самую красивую девчонку с нашего курса. Раскрывал какую-то иностранную книгу и… мирно засыпал. Он и на лекциях частенько засыпал. Потом в панике просыпался и, делая вид, что всё нормально, начинал говорить невпопад, думая, что продолжает прерванную мысль.

Нас ужасно интересовало, что он читает. Что это за книга, которая таким чудесным образом на него действует? В конце концов, сошлись на том, что это «Обломов» в переводе на английский. Его и на русском непросто осилить. А уж на английском…

Однажды мы его спросили об этом прямо на лекции. Профессор задумался. А потом сказал: «Это детектив. Джеймс Хедли Чейз. Читали?» Мы, конечно, читали (но только в русских переводах). И лекция по физиологии растений незаметно переросла в литературную дискуссию.

С тех пор наш курс, буквально, заболел Чейзом.

1. Феномен Чейза

Детективы любят все. Только одни это скрывают, другие – признаются в своей любви открыто…

А зачем, собственно, скрывать? Из-за «неинтеллигентности» жанра? Но это же ерунда. Детективный рассказ – тренировка для ума, логическая загадка, облечённая в литературную форму. В чём здесь принципиальная «неинтеллигентность»?

Нет, причина в другом. Точнее, две причины. Первая – написать хороший детективный рассказ (повесть, роман – неважно) очень непросто, сложней, чем добротную вещь в любом другом жанре. И вторая причина – детектив «слишком» популярен. Самые многотиражные книги ХХ столетия написаны в детективном жанре. Например, роман Чейза «Нет орхидей для мисс Блэндиш» разошёлся по миру в количестве… 7 миллионов экземпляров!

И то, и другое непростительный грех – в глазах хулителей детектива. Отсюда советы «применить талант в более достойном направлении» (хотя, что недостойного в добротной прозе, пусть и детективной?) и кривая нервная улыбка в сторону детектива. И зависть, неприкрытая чёрная зависть к гигантским тиражам и, что уж тут, к астрономическим гонорарам…

Джеймс Хедли Чейз – один из самых популярных писателей ХХ века. Причём, не только писателей, работавших в жанре детектива, но и литераторов вообще. Если подсчитать, сколько книг Чейза вышло в свет (и, соответственно, было раскуплено читателями), то окажется, что впереди – только Библия.

Удивительно… Как ему удалось? Жанр-то и в самом деле «не шибко высокий».

2. Большой писатель в «малом» жанре

Если отвлечься от каких-либо рамок, определяющих положение детективного жанра (в смысле – «высокий» он или «низкий»), то окажется, что это просто литература. Хорошая проза – если речь идёт о вещах действительно популярных, массовых. А хорошую прозу способен написать только хороший писатель.

Чейз – писатель очень хороший. Только этим можно объяснить его вселенскую популярность. За что бы он ни брался, всё делал по высшему классу. Его романы даже не прочитываются – проглатываются за одну ночь. Оторваться совершенно невозможно. Невозможно заскучать, отложить книгу в сторону, перевести дух. Пока не перевернёшь последнюю страницу, время останавливается.

И здесь открываются несколько совершенно удивительных деталей прозы Джеймса Хедли Чейза. Дело в том, что он никогда не писал о том, что… хорошо знал. Он описывал места, в которых не бывал. Рассказывал о профессиях, о которых имел лишь некоторое представление. Он никогда не участвовал в настоящем полицейском расследовании. И всю информацию черпал из путеводителей, справочников, энциклопедий и криминальной хроники. Он собирал газетные вырезки, которые и были главным источником сюжетов его романов. А по части фабулы Чейз не просто талантливый литератор, он – гений.

И всё же есть у романов Чейза одна особенность, определённая и самим жанром, и его стилем. Эти книги невозможно перечитывать, как, скажем, детективы Рекса Стаута (ещё одного классика детективной прозы). Чейз выпускал «одноразовые» романы. Но делал их с безупречным литературным качеством.

3. «Крутой» детектив Джеймса Хедли Чейза

У любого большого писателя, а Чейз, вне сомнений, писатель огромного масштаба, есть свои открытия, которыми он обогатил литературу. Джеймс Хедли Чейз – один из основателей триллера – остросюжетного боевика, насыщенного действием и непредсказуемыми сюжетными поворотами. При этом это не романы ужасов и не фантастика, а вполне реалистическая проза – в этих романах очень убедительны психологические мотивировки.

По сути, Чейзу удалось реализовать одну из главных задач остросюжетной прозы – взять обычных людей, с обычным мышлением, обычным прошлым, обычным поведением, и поместить их в необычные обстоятельства. При этом герои его романов настолько реальны, что у читателя романов Чейза возникает неожиданное ощущение причастности к происходящему.

Только задумайтесь (и вспомните любой из его романов) – совершенно чужая страна (Америка, которая была чужой и для самого писателя), мир больших (или маленьких, в зависимости от сюжета) денег, красивые (и как правило либо коварные, либо… глупые) женщины. Что здесь от нашей реальной жизни? Да вот этот герой, который вынужден справляться со всеми навалившимися на него коллизиями. И несмотря на то, что главные герои Чейза явно не ангелы (а мы разве ангелы?), и что они не всегда находятся в гармонии с моралью (снова оглянемся на собственное отражение), сочувствие вызывают именно они.

Стремительно развивающееся действие и эффект сопричастности – вот два основных ингредиента, из которых складывается проза Чейза.

4. С чистого листа

Легко представить себе писателя, который в молодости работал в полиции (в нашем случае – в милиции), набираясь опыта ведения расследований. Легко представить себе военного, искателя приключений, журналиста, историка, наконец, которые в зрелом возрасте взялись за перо, чтобы воспользоваться своим жизненным опытом и написать книги, которые их прославят и принесут успех.

В прошлом Чейза не было ничего – ни службы в полиции, ни каких-либо приключений. Начинал он как «книжный червь», студент, мечтающий стать учёным (поправимся – не особенно мечтающий, раз не стал). Затем годы работы в книжном бизнесе – в качестве агента по продажам книг, затем продавца и менеджера (совсем невысокого полёта). Весь его опыт, который мог бы пригодиться в детективной литературе, был почерпнут из… детективных романов. И не только детективных – работая в книготорговой фирме, Чейз запоем читал. Много лет, всё подряд. И размышлял о будущем, намереваясь написать такую книгу, которая бы изменила его жизнь.

Это поразительно – жизнь Чейза изменила самая первая книга. Он писал о том, о чём имел весьма поверхностное представление. А книга – «выстрелила», моментально превратилась в бестселлер.

Чейз не был специалистом в какой-либо области, что описываются в его романах. Если бы он написал книгу о моделизме (Чейз увлекался постройкой настольных стендовых моделей самолётов), тогда понятно. Но не написал же. Не написал об авиации (он был хорошим лётчиком). О бактериологии (в юности Чейз изучал бешенство животных). Но при этом был абсолютно точен.

5. Человек-невидимка

Литературный успех Чейза невозможно объяснить только талантом или необыкновенной удачей – поэтому мы говорим о феномене, о загадке.

Но он и сам был загадкой. Начнём с того, что имя писателя было совсем не Джеймс Хедли Чейз. Его звали Рене Брабазон Раймонд. При этом он подписывал книги и другими именами. В разные годы он использовал псевдонимы Джеймс Л. Догерти, Раймонд Маршалл и Эмброз Грант. Но самый знаменитый – Чейз.

Далее – достоверных сведений о его жизни очень и очень мало. Не удалось, к примеру, разузнать имя его матери. Неизвестно, был ли он единственным ребёнком в семье (по некоторым сведениям, у него был брат). Неизвестно имя его первой возлюбленной. Неизвестны обстоятельства его частной жизни – какова была обстановка его квартиры и дома. Каковы были его гастрономические пристрастия.

Увлекавшийся фотографией, Чейз (будем пока называть его именно так) не оставил после себя фотоархива. Точнее, он его наверняка оставил единственному сыну, да только архив этот закрыт для публики. И вся жизнь писателя тоже осталась табу для прессы и публики.

В чём тут дело? Чейз очень не любил общаться с прессой. Журналистам путём невероятных усилий удалось взять всего несколько интервью у писателя то ли 8, то ли 10 раз. А жизнь-то была довольно долгой – Чейз прожил 78 лет.

Он был настолько закрыт, что сведения о нём приходится собирать по крупицам. Но… таким уж человеком был писатель Джеймс Хедли Чейз.

6. Фрэнсис Раймонд

Рене Лодж Брабазон Раймонд родился в Лондоне 24 декабря 1906 года, накануне Рождества.

О матушке Рене (как и о родительской семье вообще) неизвестно ничего. Но вот отец будущего писателя… Это был Фрэнсис Раймонд, полковник королевских войск Её Величества в отставке, всю жизнь прослуживший в Индии. Полковник Раймонд был не просто военным, он был военным ветеринаром, специалистом в области опасных заболеваний животных (а гужевой транспорт и в начале ХХ столетия оставался для армии стратегически важным).

Заслуги этого человека перед армией Великобритании и Индией, по всей видимости, весьма значительны. Он основал при Бенгальском Ветеринарном Колледже исследовательскую лабораторию, которая называлась «Лабораторией Раймонда». Именное научное учреждение – убедительное свидетельство авторитета полковника Раймонда.

Эту лабораторию отец Рене возглавлял до 1912 года, что позволяет предположить, что раннее детство мальчик мог провести в Индии. Однако, всё это лишь гипотеза, основанная на очень скудных сведениях. Уже будучи известным писателем, Чейз иногда «проговаривался». Но как только понимал, что сказал лишнего, тут же замолкал. К тому же, интервью он давал исключительно через секретаря – собственную супругу. Она владела французским языком (а Чейз тогда жил в Париже), он – лишь английским. И Сильвия Раймонд строго следила за тем, чтобы журналисты получали информацию микроскопическими дозами.

7. Неизвестное детство

Почему он был так скрытен? Ничего – о детстве, о семье, об отце, наконец. Возможно, дело в какой-то семейной драме, слишком уж резко изменилась жизнь Рене Раймонда к 18 годам. Но… и это лишь предположение.

Мы не знаем, каким он был ребёнком – усидчивым или подвижным, любознательным или инертным. Судя по его взрослой жизни (о которой сведений тоже немного), Рене много читал и любил неспешные занятия. Он много лет мастерил модели самолётов, а это увлечение обычно родом из детства. Любил работу за письменным столом, что тоже закладывается с ранних лет. Был эрудитом, а это говорит о любознательности в школьные годы.

Рене Раймонд ничего не рассказывал о родителях, и это может быть свидетельством конфликта с отцом или… чувством вины, которое мучило писателя всю жизнь. То, что он не оставил воспоминаний или хотя бы дневников, сам Рене Раймонд (уже будучи Джемсом Хедли Чейзом) косвенно объяснял тем, что вообще никогда не вёл никаких подготовительных записей. И свои романы «высиживал» – проводил за письменным столом часы и дни, размышлял, пока в голове не складывался сюжет будущего романа. Он не составлял планов и не делал каких-то подготовительных набросков.

Но что же было причиной на самом деле? Это так и остаётся тайной. И останется навсегда – если сын писателя и его дети не сочтут нужным рассказать о знаменитом отце больше, чем мы знаем сегодня.

8. Его школа

Когда пришло время, Рене отдали в Королевскую школу в Рочестер, графство Кент. Поскольку семья уже жила в Лондоне, можно предположить, что мальчишке было не очень сладко среди чужих. Во всяком случае, жить под опекой родителей в родном доме в любом случае лучше, чем в школьном общежитии.

Как он учился? Судя по некоторым обстоятельствам жизни юного Рене, он должен был делать успехи в биологии, химии и математике. Возможно, к этому ещё можно добавить литературу – писательский дар Рене Раймонда сомнению не подлежит. И ещё музыка – во взрослой жизни Чейз очень любил и хорошо знал классическую оперу. А эти пристрастия тоже закладываются в детстве и отрочестве.

Биология и химия – понятно, после Рочестера Рене некоторое время учился на ветеринара в Калькутте и даже занимался исследованиями опасных заболеваний животных. Но… математика? Его способности в этой области можно предположить по той причине, что после школы (а калькуттский колледж он не окончил) Рене некоторое время работал в банке, куда его устроил отец. Проблем со счётом у него не было – Рене Раймонд не оскандалился и не был изгнан из банка, но ушёл сам.

А вообще, он должен был учиться неплохо. Отец на него рассчитывал, значит, к тому были предпосылки. Когда Рене добился успеха в качестве писателя, он отличался обязательностью и необыкновенным трудолюбием.

9. Несостоявшийся учёный

Отучившись в Королевской школе Рочестера положенное количество лет, Рене Раймонд переехал в Индию. Он готовился стать учёным-бактериологом и в Калькутте изучал бешенство животных – опасное неизлечимое заболевание, поражающее как диких, так и одомашненных животных, и чрезвычайно опасное для человека.

Рене собирался пойти по стопам отца, но… так и не «собрался». Учёным он не стал. И в своей литературной работе знания в области ветеринарии (а они, какие-никакие, должны были быть, раз уж Рене учился этому делу) не применял.

И опять же – что произошло на самом деле, неизвестно. Рене Раймонд остаётся человеком-загадкой с неясным прошлым. Но логика событий подсказывает, что в самом конце обучения в Королевском колледже Рене, выбравший в качестве будущей профессии ветеринарию, отправился в Индию, чтобы подготовиться к защите дипломной работы. Успешное завершение работы означало бы получение Раймондом высшего образования и специальности доктора-ветеринара (или бактериолога, специалиста по болезням животных).

Проболтавшись какое-то время в Индии (Рене жил у старинных друзей отца, с которыми Фрэнсис Раймонд съел ни один пуд соли), он вернулся в Англию. Отец был разочарован – поездка Рене оказалась напрасной. Защиту дипломной работы пришлось отложить на год. А поздней осенью 1923 года Фрэнсис Раймонд стал подыскивать сыну достойную работу.

10. Несостоявшийся банкир

Понимая, что ветеринаром сын уже не станет – раз нет интереса к профессии, то его, этого интереса, уже и не будет – Фрэнсис Раймонд, памятуя о математических способностях Рене, через приятелей устроил мальчика в банк обычным конторским служащим. Хорошее перспективное место. Несколько лет работы, и ты уже кассир. Ещё несколько лет – можешь выучиться на бухгалтера. И потом, к середине жизни, можешь стать клерком, возглавить отдел и даже разбогатеть. Банковский бизнес – интересная штука. Если, конечно, есть к этому делу тяга.

Но тяги как раз и не оказалось. Проработав несколько месяцев в банке, Рене оставил это достойное заведение и заявил, что ему эта профессия не нравится. Работать над дипломной работой по бактериологии он тоже не хотел. Он ничего не хотел, и это ужасно раздражало отца Рене.

В конце концов, они в пух и прах разругались. В декабре 1924 года Рене Раймонду исполнилось 18 лет. Он был вполне взрослым человеком и мог позаботиться о себе сам. И Фрэнсис Раймонд без обиняков сообщил сыну, что отныне не намерен кормить взрослого, полного сил парня, который окончательно запутался в своих исканиях и ничего от жизни не хочет. И что больше так продолжаться не может.

Что оставалось Рене Раймонду? Он собрал свой нехитрый скарб, да и покинул родительский дом, чтобы никогда в него не вернуться.

В кармане у него было очень негусто. Поэтому Рене сразу пришлось искать работу, чтобы хоть как-то прокормиться и где-то преклонить голову. Недоучившийся студент, молодой человек без какой-либо специальности, на хорошее место он мог не рассчитывать.

11. Агент-распространитель

Переменив множество мест работы, побывав «и тем, и этим», Рене в конце концов решил подвизаться в качестве книготорговца. Правда, для открытия собственного магазина у него не было денег, в серьёзную книготорговую фирму он до поры устроиться не сумел. И стал… уличным распространителем книг.

Он бродил по Лондону с переносным лотком, предлагая книги прохожим. Денег это почти не приносило, поэтому спустя какое-то время Рене взялся за распространение «Детской энциклопедии» Артура Ми.

Как агент-распространитель он ходил из дома в дом, предлагая потенциальным читателям подписаться на многотомное иллюстрированное издание. В одном из своих немногочисленных интервью французским журналистам Чейз рассказывал: «Мне пришлось постучать не менее чем в сто тысяч дверей, и за каждой из них мог встретить любого из персонажей своих будущих романов, и ожидать любой приём – от любезного приглашения зайти и выпить чашечку кофе до резкого приказания убираться вон… И сколько пришлось мокнуть под дождём и сбить каблуков на мокрых мостовых, что сейчас никто не в силах заставить меня выйти из дому в сырую погоду…».

В романе 1946 года «Скорее мёртвый, чем живой» герой Чейза Джордж Фрейзер продаёт в пригородах Лондона популярные книги по педагогике. Чего эта работа стоила самому Рене, можно узнать из этого романа, одного из немногих, в котором Чейз, пусть и неявно, закамуфлировано, рассказывает о себе.

12. Книготорговец

Два года работы книгоношей и агентом-распространителем и… Рене Раймонду повезло. Его заметили в оптовой книготорговой компании «Симпкин и Маршал». Это была крупная фирма, обслуживающая многие книжные магазины Лондона и Англии в целом. Огромный оборот, обширный ассортимент изданий.

Сначала 20-летнего Рене поставили за прилавок в качестве обычного продавца. Работа ему так понравилась, что его успехи руководством компании были замечены. Спустя несколько лет Рене Раймонд был назначен заведующим отделом поставки книг в специальные книжные магазины.

В его обязанности входило формирование заказов и отправка партий товара заказчикам. Работа не особенно трудная, но требующая внимательности и аккуратности.

С детства большой любитель чтения, в должности завотделом Рене получил широчайшие возможности знакомиться с книжными новинками. Он читал увлечённо, страстно, много. Читал всё подряд, но больше популярную художественную литературу. Это были его «настоящие университеты». Обладая литературным даром, Рене Раймонд ещё не имел возможности опробовать себя в качестве писателя – просто не было повода. А здесь в его голову впервые закралась соблазнительная мысль – не боги горшки обжигают… не попробовать ли и мне?

Однако, начал он далеко не сразу. Пока же зарабатывал на жизнь, строил собственное семейное гнездо и не хватал с неба звёзд. Ему было достаточно обычной жизни обычного человека.

13. Сильвия

В 1933 году, когда Рене было 26 лет, в его жизни возникла женщина… Её звали Сильвия Рэй. В том же 1933 году они стали мужем и женой.

Чейз оказался однолюбом. Он прожил с Сильвией 52 года. Никогда с ней не разводился, по-крупному не ссорился и не изменял ей. Если что и было, то осталось тайной – Чейз (и мы это уже знаем) свято охранял от чужого взгляда свою личную жизнь. Всё, что мы знаем о Сильвии, это исключительно благодарные, ласковые, нежные признания, сделанные Чейзом на закате жизни.

Он благодарил её за терпение и участие, за понимание и нежность. Сильвия была рядом с писателем в годы, когда он едва зарабатывал на жизнь. И оставалась рядом, когда Чейз зарабатывал своими романами миллионы (а это, действительно, миллионы, суммарный тираж его романов сильно зашкаливает за 100 миллионов экземпляров).

Супруга Рене взяла на себя все заботы о семье и доме. Она была и кухаркой, и домработницей, супругой писателя и матерью их единственного сына. Обладая способностями к языкам, Сильвия участвовала в беседах мужа в качестве переводчика. Она знала французский и итальянский языки, а Чейз говорил только на родном английском. Есть свидетельства того, что Сильвия участвовала в некоторых переводах романов Чейза с английского на французский.

А ещё она была личным шофёром Чейза. Писатель любил хорошие автомобили, был отличным лётчиком, но автомобиль водить так и не научился… Нет, всё-таки умел, просто не особенно любил. А Сильвия машину просто обожала.

14. Женщины Чейза

Некоторые исследователи творчества Джеймса Хедли Чейза убеждены, что в течение жизни он поддерживал отношения с некими женщинами – иными словами, содержал любовниц. Откуда такие выводы? Да из романов Чейза.

Действительно, в его детективах немало натуралистичных и даже шокирующих сцен, написанных очень достоверно, что называется, «со знанием дела». Но парадокс заключается в том, что Чейз обо всём писал с большим знанием дела. И это не означает, что он был убийцей, маньяком, грабителем банков или шантажистом.

О женщинах Чейза можно с определённой долей уверенности сказать следующее… Он был очень привлекательным человеком. Среднего роста (180 сантиметров), хорошего физического сложения (широкоплечий, сильный), Чейз был красивым мужчиной, что можно легко заметить по его немногочисленным фотографиям (Чейз очень любил фотографировать сам, будучи увлечённым фотографом, и… терпеть не мог фотографироваться). Пронзительный взгляд чистых зелёных глаз. Жёсткие с рыжинкой усы. Мужественный овал лица. Ямочка на подбородке. Женщинам такие мужчины нравятся.

Возле него наверняка были поклонницы. Несмотря на всю закрытость, кто-то к нему всё же прорывался. Чейза спасали интеллигентность, скромность и… стеснительность. Этот человек, писавший «крутые» романы, был стеснителен от природы. Наверное, этим и объясняется его закрытость, а вовсе не какой-то чудовищной надменностью.

15. Сексуальная драма?!

Поклонницы были, любовниц не было. Косвенные доказательства тому налицо. При его производительности – 89 романов за 44 года активнейшей работы (с некоторым перерывом на войну, в которой Чейз принимал участие в качестве офицера ВВС и боевого лётчика, командира эскадрильи) – у Чейза попросту не было времени «на глупости». Этого времени не было бы ни у кого – если этот «кто-то» не Жорж Сименон. Только Сименон мог одновременно выдавать по 40 тысяч символов (то есть букв) ежедневно и при этом заводить многочисленных любовниц, от которых затем он отправляться в бордель.

Но косвенные доказательства – это не прямые свидетельства. Исследователи творчества Чейза говорят о своеобразном отношении писателя к женщине – с элементами пренебрежения, ненависти и даже садизма. Мол, не иначе как в жизни писателя была некая сексуальная драма. Изображение женщины столь жестоким образом – есть подсознательная месть Чейза за некие обиды, нанесённые ему женщинами.

Что тут сказать? Сам жанр «крутого» детектива, боевика, триллера подразумевает натуралистическое изображение человеческих страданий. Но нигде у Чейза нет смакования кровавых деталей. Если в его романе раздаётся выстрел, то сражённый пулей человек… просто падает. Это и есть момент смерти. И женщины в его романах (обычно подруги главных героев) ничуть не унижены и тем более не подвержены каким-то изощрённым издевательствам. Глупы? Да, случается. Но ещё глупей в романах Чейза полицейские. И это вовсе не значит, что писатель мстил за что-то полиции…

Речь может идти лишь об особенностях жанра. «Крутой» детектив не может быть замешан на «манной каше». Иначе это уже совсем другая литература.

16. Его семья

Меньше всего мы знаем о семье Чейза – писатель и в самом деле отгородился от внешнего мира глухой стеной. У него был сын, которого он очень любил и которому, между прочим, не желал собственной судьбы литератора, понимая, что в профессиональной среде автора коммерчески успешных детективов ждёт лишь презрение, замешанное на махровой зависти. Была супруга, которую он боготворил. И были дом, ставший для него башней слоновой кости, неприступной крепостью, за стенами которой Чейз был счастлив.