- -
- 100%
- +
И что это за манера такая вечно лезть в семьи детей? Мите нравилось, когда его мать делала то же самое, только еще похлеще. А я с содроганием вспоминаю ее визиты.
14
Вожусь на кухне, слушаю телек и бурчу себе под нос: «Не трогает, не нравится классическая музыка – свою сочиняйте, но не портите чужое, не уродуйте, не ставьте ее с ног на голову. Уважайте менталитет композиторов. Тщательно, деликатно исполняйте их произведения. Они – отражение одной из составляющих той далекой от нас жизни».
…А эту мелодию и мне хотелось бы раскрасить… допустим, малиновым звоном колоколов, истекающим с небес. Я не последовательна?
…Какая божественная ночь звучит в этом отрывке!
Мои мысли весь вечер крутятся вокруг одной темы.
…Благодаря музыке я погружаюсь в другое пространство, лишенное мирской суеты… дистанцируюсь… проникаю в толщу времен… Чудная гармония ренессансного звучания… В нем я чувствую дух эпохи. Мне кажется, хоровое пение – важная составляющая воспитания детей.
…Я понимаю, спонтанная музыкальность молодежи может возникнуть в любой момент, и она потребует другой манеры и техники исполнения. Время маленьких ансамблей прошло?.. Исполнитель современных песен ходит по лезвию бритвы. Чуть в одну сторону отклонится – попадает в пошлость, чуть в другую – недостижимая высота. Всё на грани. О прекрасных советских песнях этого не скажешь, как ни пытаются их уродовать современными аранжировками. Золотое время советской эстрады!.. Машины певцов фанаты носили на руках. Была певческая культура… Гитары у вечернего костра, песни Окуджавы… трепещущие языки-флаги огня или тихие задушевные беседы зимой у «камина-камелька»! Счастье! На смену им ничего лучшего не пришло.
Еще мы внимали «битлам», и казалось, что через них мы слышим весь мир! И нам до зарезу нужно было, чтобы над ним занималось зарево свободы!..
Широки и глубоки русские народные песни, как наши великие, мощные полноводные реки. Деревенские бабушки пели их скромно, тихо, душевно. Разухабистость пришла к нам после революции вместе с пьяным бандитским разгулом.
…Испохабили песню «Шумел камыш», но Жанна Бичевская вернула ей задушевность.
…У современных исполнителей много внешних эмоций и мало внутренних. Есть умение, а в душе пусто.
…Джаз возник, когда появились музыканты, не знающие нот, но обладающие замечательным слухом и прекрасной памятью?
Слушаем мы с Митей одну и ту же мелодию, но какие разные чувства она в нас вызывает!
… Музыка – моя религия. Она никогда не лжет. Музыка – коллайдер счастья. Она могла бы объединить все народы мира, так чтобы «Христос, Будда и мусульманский Аллах пожали друг другу руки». Фантазерка. Приснилось мне…
Музыка жива заложенной в ней мыслью.
Мне нравится выражение Малера: «Музыка не там, где черные ноты, а там, где их нет». В этих словах я чувствую перекличку с литературными произведениями.
«И человек был Богу двойником!» Так сказал о Скрябине Бальмонт.
Радостная экспрессивная музыка заряжает батарейки моего оптимизма, она прекрасный терапевт.
А театр потерял свою основу – сердце. Антрепризы губят его.
Почему-то вспомнила фильм «Чапаев». Я до последней секунды верила, что он выплывет. Я вместе с ребятами кричала: «Плыви, плыви!» А он утонул. Я была потрясена, убита наповал. Я молча плакала.
Почему нам, старикам хочется смотреть старые фильмы? Ностальгируем? Надоели современные жестокие кровавые сериалы? Запрос на нравственность?
Устала. Смотрю телевизор. Когда артист танцует на сцене, он старается довести физическую сторону танца до совершенства. Но ведь главное душу затронуть… Впечатлил танец техникой, но что-то не то… Не выдал глубинную суть… Артист танцует не для того чтобы раскрепоститься, а чтобы высказать то, что у его героя на душе. Играл кого-то, но не нашел его в себе. И мне не открыл его, не донес…
В юные годы от избытка чувств я любила танцевать. Танец давал мне чувство полной внутренней свободы и радости. Нелепыми искренними движениями я сама себе рассказывала историю своей души. Движение – прекрасный и полезный способ выражения чувств и снятия стресса.
Женщина танцует танго раскованно, уверенно, темпераментно! Я наблюдаю нечто выбивающееся из привычного. Впиваюсь в нее глазами. Она очень высокая, я бы сказала, крупная, но эффектная. Ноги сильные, красивые. И зачем она повернулась ко мне оголенной спиной?!.. Эти ее широкие костлявые плечи и мощные выпирающие лопатки, эта квадратная гренадерская спина и отсутствие талии… Их же можно было закамуфлировать. Впечатление смазано. Обидно за актрису.
*
Передают концерт оперного невероятно потрясающего певца Атлантова. С ума можно от счастья сойти. Какой голос! Какой тонкий, умный человек! Человечище!! Слушая его, я вдруг понимаю, что музыка более мощно выявляет глубину шекспировских пьес. Дивная, совершенная музыка! О, эта святая бескорыстная свобода искусства!
Теперь он в паре поет. Обычно женские голоса звучат звонче, выше, но тут они на равных. Как многослойна и богата оттенками ткань звучания этого волшебного дуэта!
Опера не самый развеселый жанр, но ее музыка – это океан, по которому я всю жизнь плыву с превеликой радостью.
…Отелло. Он на гребне славы. Признан, увенчан. Ему кажется, что весь мир – его отражение. Он внутренне умиротворен. Его любит самая красивая в стране девушка! Так почему же малейшее сомнение разрушает этого сильного успешного человека и приводит к катастрофе? Любовь этой женщины для него – самое главное в жизни? Он умен, но импульсивен? Распалил свое воображение? Затмение нашло? Он владеет собой на войне, и не умеет контролировать себя, когда дело касается любимой женщины? Раненое мужское самолюбие – страшная сила?
А я совершенно не ревновала мужа, пока верила ему. Я считала себя достойной его даже в большей степени, чем он того заслуживал? Он думал иначе? Я не понимала, что неудовлетворенное мужское самолюбие погонит его к другим женщинам? И это при том, что я любила его, берегла, ценила? Парадокс.
…Музыка дает возможность через искусство заглянуть в вечность и запечатлеть ее в своем сердце.
…Оперетта поднимает настроение, после нее хочется жить и радоваться! Хмель есть в ней. Когда устаешь от суеты и мелких обид, хочется слушать пленительно-веселую темпераментную музыку, и «присутствовать» при динамичном, стремительном разворачивании беспечного, бесшабашного, легкомысленного сюжета с незатруднительными поисками добра и счастья. Душа просит легкого безобидного счастья. Какое это манкое, красочное, праздничное действо! Как легко уходить от серьезной трудной жизни в яркое, чуточку запретное! Душа тянется к нему, потому что там чувствуется приятный момент свободы. Юмор, полет и разгул фантазии, вихри страстей, легкая эротика без пошлости, милые, трогательные, роскошные образы, вносящие эстетику необыкновенной элегантности и тонкости, обаяние таланта артистов, фейерверк эмоций, не опускающихся ниже уровня чувств зрителей! И все это мощно и радостно обрушивается на тебя, вызывая незабываемый восторг! Ах! Это не поддается выражению словами. Искренние, искрометные чувства увлекают, кружат голову, волнуют сердце! Мне необходим этот допинг. И еще откровенная буффонада… «Все хорошо, прекрасная маркиза! Все хорошо, все хорошо!»
*
– Зачем ты язя и плотву отдал шоферу? Я, когда их ловила, мечтала, как буду их жарить и обсасывать ребрышки. Мог бы сначала у меня спросить, что я хочу себе оставить.
– Ты бы отдала уклейку?
– Да, шофер любит солить ее к пиву. Он мне на прошлой рыбалке с восторгом об этом рассказывал.
– Тебе жалко отдавать более крупную рыбу?
– Не жалко. Ты отдал плотву, потому что тебе не нравится ее вкус, а я ее люблю, но обо мне ты не подумал. Тебе хотелось похвалиться крупным уловом или неловко дарить мелкую рыбу? Я видела, шофер был очень доволен уклейкой. К тому же мне легче почистить три крупных рыбы, нежели полсотни мелочи. Я тебе об этом уже не раз говорила.
– Не слышал.
– Ты слышишь то, что тебе нужно и пропускаешь то, что касается меня.
– Я о каждой мелочи обязан помнить и у тебя на всё разрешения спрашивать? Скажи, какая часть рыбы поймана тобой, а какая мной, чтобы я мог ею распоряжаться по своему усмотрению.
– Вся рыба наша. Но мне было бы приятно, если бы ты, прежде чем раздавать ее, поинтересовался моими желаниями. Мне не каждый раз удается поймать рыбу, которую я съела бы с большим аппетитом. Для больного человека это важно.
– Килограмм рыбы пожалела! – закричал муж.
– Не повышай голоса, пожалуйста. Мне кажется, было бы неверным, так пугающе категорично интерпретировать мои слова, – грустно заметила я. – Не передергивай. Я не жадная. И не стыдно тебе говорить глупости? Хочешь заставить меня нервничать? Я не ругаю тебя, только прошу считаться с моими желаниями, тем более, что их не так уж много. В семье все должны друг о друге заботиться. Мое замечание не справедливо?
– Не существует строгих критериев справедливости!
– Как и критериев порядочности, доброты и сочувствия, – добавила я сдержанно, но ноги мои дрожали, будто жили своей отдельной жизнью.
– Опять шум подняла! На своем настаиваешь! Хочешь поругаться?
– Я не настаиваю на своем, а предлагаю тебе задуматься над тем, что я говорю. Я ссору не затеваю. Я разговариваю тихо. Заметь, это мне приходится отвечать на твои вопросы, которые ты задаешь на повышенных тонах. И вопросы твои не всегда корректные. Я двумя предложениями исчерпала бы тему, но мне приходится терпеть твои выпады, отбиваться от нападок. Это не метод достижения положительных результатов спора. Давай оставим пререкания и оба замолчим.
– Рот затыкаешь! Я не нападаю, я защищаюсь!
– От себя? Ты этот прием используешь ежедневно. Просто запомни мою просьбу и всё.
– Не повторяй сто раз, не дурак.
– Знаю, что неглупый. Но почему-то я по десять раз тебе говорю об одном и том же, но ты снова и снова забываешь и делаешь по-своему или вовсе ничего не делаешь. Ты не устаешь от создаваемых тобой сложностей? Похоже, они тебе нравятся. Тебе скучно без них? Понимаю, от скуки и мухи дохнут. Если бы всерьез занимался семьей, скучать было бы некогда. Не интересно? Так и я не визжу от радости, занимаясь домашними делами. Вы, мужчины, часто хвалитесь тем, что разбираетесь в тонкостях политики, а, мы, женщины, далеки от нее. Так что же вы ее такую дипломатичную, изворотливую и умную не применяете на практике, в семьях? Или все же используете? Политика – искусство приоритетов. У тебя, например, агрессивная американская «мето̀да» в почете: лгать, замалчивать, выставлять только свои победы, не замечать чужих мнений, не брезговать в разговоре подлогом, угрожать и так далее. Хотя, о чем я говорю! Это ведь тоже политика, но далеко не мирного сосуществования.
Мы перед гостями страны стараемся показать всё лучшее в нас, а американцам наплевать на весь мир. Как они встречали у себя гостей олимпиады в семидесятые годы? Наших спортсменов, завоевывавших мировые первенства, поместили в тюрьму, в жутчайшие условия. Они своим поведением говорили: «Мы лучшие! И это не обсуждается. А вы все тут…» А мы их в «Олимпийскую деревню». Роднину и Зайцева на стадионе встретили молчанием. Зато после выступления все зрители встали! Народ оценил, а политики…
Устала. Без интереса смотрю телевизор. Вдруг слышу: «Она родилась в городе Москва». Диктор забыл в русском языке раздел «склонение существительных» и падежи? Москвы, Москве, Москву, Москвой… Мне такое звучание ухо режет. Музыка в предложении теряется. Неужели он не чувствует? Великий, могучий свободный правдивый язык с этим справится?
И тут под американцев косим? Они упрощают свою грамматику и любят рубленые фразы. Похоже, последнее время у меня на них аллергия. Лечиться надо.
Лежу и думаю: «Человек считается умным, если он умеет общаться, понимает нюансы взаимоотношений между людьми. Бывают гении, для которых кроме науки ничего не существует. Им многое прощается, к ним нужен особый подход. Но мой муж обыкновенный. И себя я не считаю особенно умной. Но я всю нашу семейную жизнь стремлюсь к миру в семье, к осмыслению пусть даже примитивных бытовых проблем с целью их преодоления. А Митя разве не обязан делать то же самое? Мама мое поведение назвала бы умением стоять между двумя крайностями и постоянно держать их в поле зрения. Мне на самом деле достался человек крайностей или просто не очень умный?.. Все-таки не хватает в нем внутренней наполненности, духовности. С ним так трудно!
Мелькнула неожиданная мысль: «Хочешь-не хочешь, но обиды в семьях с годами накапливаются и выплывают во все учащающихся ссорах. И чувство вины разрастается. Я имею в виду порядочных людей. От него никуда не деться, оно раздражает. И, в общем-то, неплохие, но слабые мужчины, не выдерживают его негативного давления и, желая от него избавиться, убегают из своих семей и заводят другие, в которых у них еще нет ни грехов, ни огрехов. Некоторые из этих мужчин, наученные горьким опытом, в новых семьях начинают вести себя более умно и тем осчастливливают любимых и себя. А кому-то «повезет» вляпаться в очередную авантюру. И прости-прощай мечта о счастье «вселенского» масштаба.
– Митя, странное у тебя воспитание. В тебе не заложены самые простые этические нормы и бытовые правила поведения в семье, будто ты где-то на луне жил.
– Я интеллигентный человек!
– Интеллигентный человек, прежде всего, порядочный, снисходительный, неспособный, оскорбить, обидеть. Он не обязательно высокообразованный. Интеллигентность состоит в том, чтобы стараться понять другого человека и помочь. А ты, пока я не расплачусь, все продолжаешь меня долбить, говорить глупости, лишь бы за тобой осталось последнее слово.
– Разделение обязанностей. Ты первое произносишь, за мной – последнее, – рассмеялся Митя.
– А какое оно – правдивое или нет – тебя не волнует. И то, что ты его за счет убыли моего здоровья мне навязываешь, тебя не беспокоит. Даже моя тяжелая болезнь не заставила тебя задуматься и смягчиться. Не ты же болен… Попытайся увидеть еще кого-то, кроме себя. Или это тоже не по твоему ведомству?.. Русскую интеллигенцию всегда отличала больная совесть.
– Почему?
– Не знаю. Может, потому, что она питалась от государства, а западная зарабатывала частным образом?
Духовная сфера жизни Мите недоступна. А нужна ли она ему? Он от ее отсутствия не страдает. Порядочность, честность – как все это от него далеко! Он обедняет себя или полностью счастлив только материальной составляющей? Но когда-то ему нравился джаз. Дань моде отдавал, чтобы казаться интересным?
Аня заскочила на полдня. Она проездом в Москву. Рассказывала про всех наших. Об Альке печалилась. Муж ее дочери сбежал в самое трудное, болезненное время, в начале перестройки. Недавно явился, когда у той жизнь стабилизировалась. Сказал, что из-за ребенка вернулся. Аля не приняла его и объяснила: «Чтобы у тебя были дети, надо быть отцом. А ты не находился рядом, когда наша малышка болела, когда я ее лечила, образовывала. И дочка не хочет тебя видеть. Собирается при получении паспорта взять мою девичью фамилию и отчество моего деда. Ее право».
Сегодня была передача о женщинах, бросающих детей дома одних, и уходящих надолго то ли в поисках выпивки, то ли денег на прокорм малышей. Дети живут в антисанитарии, не получают должного развития. Ужасно! Телевидение представило пять таких случаев на суд зрителей. Сколько было криков, порицаний! И мне эта передача под настроение попала, но привела в некоторое замешательство. И понеслись обидчивые мысли:
«Если мамаша – пьянь подзаборная, тут все ясно. А где же отцы, которые могли бы не допустить подобного «воспитания» или вовсе забрать своих детей к себе? Они «поторопились» бросить их во младенчестве или еще в утробе матерей? Эти отцы счастливы за счет несчастья своих детей. А за это их не наказывают, не позорят на всю страну. Значит, можно продолжать оставлять. Ну ладно, если с перепугу от трудностей сбежал неоперившийся птенец… Но взрослые…»
«Это неприемлемо! Мы жадны до ощущений, мы «творчески» неуспокоенные люди. У нас одномоментные взлеты, потом резкие спады… А тут каждый день вкалывать надо… алименты платить…» Считали себя героями, только оказались крысятами, маленькими, съежившимися, скукожившимися мозгляками. Они даже не попадают в категорию «любовники по рабочим дням, по выходным – отцы».
Я заканчиваю выражать свое мнение на абсолютно «провальной» ноте? Ах, простите! Зачем вспоминать о плохих папочках? Остальных же, брошенных непутевыми отцами деток, женщины нормально «вытягивают». Хвала им. Мне иначе построить свой монолог? Посоветуйте как, господа-товарищи-отцы! Может, сместим куда-либо смысловой центр этих гнилых историй о безответственных папашах или вообще запихнем в дальний темный пыльный угол, до которого пресса за всю жизнь не доберется? Любые предложения приветствуются. Что, мысли на исходе? Вопрос не актуален? Но ясно одно: безответственный мужчина – не мужчина. Мне приберечь свои нападки на будущее? Дальше будет еще хуже, когда эти «индивиды», расплодятся. Уже сейчас семьдесят процентов разводов. Половина детей воспитывается матерями. Это не «показатели»? Эта проблема социальная, философская или вы ее вовсе не видите? Я допускаю различные толкования этой темы. Я не носитель правды. Я просто неравнодушный посторонний наблюдатель. Но что же делать? Такие вопросы с кондачка не решить.
В который раз Митя ругает меня за то, что он, открывая кран с холодной водой, ошпаривает руки. Зная, что у меня после химий случаются моменты забывчивости, я тщательно слежу за своими действиями. Вот и сегодня после обеда подошла к раковине и руки ополоснула холодной водой с мыслью о том, что муж не обожжется, и не станет материться и обвинять меня в том, что я сначала закрываю холодную воду и только потом горячую. Я привычку такую стала вырабатывать: когда муж дома, не пользуюсь горячей водой, чтобы исключить ругань хотя бы на эту тему. Мне и самой не раз приходилось ожигаться, но я философски отношусь к подобным мелочам. Порезала палец, ударилась головой о вытяжку над плитой, обожглась паром – не велика беда, можно потерпеть. Заживет. Сама была неосторожна.
Смотрю, муж пошел в ванную помыть руки. Мы рыбу ели. Слышу матерные восклицания и упреки в свой адрес. Спокойно отвечаю: «Опять я у тебя виновата. Я не пользовалась сегодня горячей водой. Разберись в причине этого странного явления, чтобы оно больше не повторялось или прими вину на себя. Мы оба многое делаем автоматически, и ты иногда можешь не заметить, каким краном пользовался. Что в том особенного? Всем случается ошибаться. Стоит ли такая еренда наших нервов?».
Опять шквал криков, обвинений. И чем дольше, тем сильней. (А мужчины говорят, что настаивать там, где этого делать не нужно – женская черта.) Наконец не выдержала и завелась, правда, спросила тихо и внешне спокойно:
– Ты мужчина или женщина-истеричка? Когда ты кричишь, мне кажется, что тебя создали на тридцать шесть вольт, но ты себя включаешь в розетку на двести двадцать, а иногда и на триста восемьдесят. Пожалуйста, подскажи, какие правильные слова мне к тебе подбирать, чтобы я могла вовремя тебя отключать от высокого напряжения.
И, конечно, получила по полной программе. Сама виновата. Надо было зубы сцепить. Пора на рот застежку-молнию пришивать.
Самое интересное, что муж сам продолжает пользоваться водой неправильно и, конечно же, винить меня. Ждет, когда я начну его обругивать? Не дождется.
– …Я раньше много раз жаловалась, что твоя мать издевается надо мной, когда ты вне дома. И ты тоже не верил мне, утверждал, что она на такое не способна. То есть, по сути дела, считал, что я лгу. Умный человек может менять мнение, упрямый – никогда. Своим неверием ты испортил всю нашу жизнь. Ты поступал, как тебе заблагорассудится, не помогал справляться с проблемами, постоянно обижал и незаслуженно оскорблял меня даже при детях. Создавал невыносимую обстановку в семье и считал такое отношение к жене нормальным. И когда многократно убеждался, что мать лжет, ты продолжал верить ей, а не мне. Считал, что все врут, потому что сам врал? Но умный человек должен хотя бы пытаться понять другого. На каком основании ты и сейчас свысока на всех нас смотришь? В чем ты видишь свое превосходство? Видно Фрейд строил свои теории на тебе подобных.
– Ты хочешь сказать, что я тупой, упертый и лживый?
– Вывод ты сделал сам. Только будет ли в том толк? Последуют ли позитивные изменения?
– Зачем ты впариваешь мне прошлое?
– Затем, чтобы ты хотя бы теперь, будучи на пенсии, задумывался о причинах своего неадекватного поведения и корректировал его. Тогда и поводов ссориться не будет. И я хоть немного дольше проживу, – с грустной усмешкой закончила я разговор и ушла в спальню, предоставив мужу возможность одному поорать на кухне с полным удовольствием.
«А проблема-то и выеденного яйца не стоит, – печально думала я под аккомпанемент обычных оскорблений, проникающих через закрытую дверь. – На себя ему надо обижаться. Но ведь не понимает. А я ничего поделать не могу. У нас разные характеры. Мне достаточно тихо сказать и я все сделаю. Я долго взвешиваю, а потом отрезаю. Он же спокойного тона не приемлет. Ему по всякому пустяку скандал требуется. И подладиться под него не получается. Непредсказуемо вспыхивает, не поймешь, что его в следующий момент заведет.
После болезни я стала нервной, но стараюсь держать себя в руках. Сколько уже лет я сдерживаюсь?.. А муж по-прежнему вспыльчивый. Решения на эмоциях принимает. Даже в мелочах непреклонный. Сначала психует, потом думает? Если бы-то. Думает, конечно, но не о том…Эта свистопляска когда-нибудь закончится? До болезни меня трудно было сильно обидеть, потому что я всё быстро прощала, а теперь не хочу. Устала. Обидевшись, я опять-таки прощаю, но теперь иду параллельно обидчику.
– Зачем материшься?
– Жизнь свою украшаю яркими образными выражениями.
– Кто-то вкус самогона усиливает ацетоном, запах табака – кизяком, а кому-то хочется очищенного от примесей качественного вина. Слабо жить без мата, так хотя бы научись применять заменители. Сколько можно осквернять наш дом и мой слух? А как мне предложишь высказывать пренебрежение к тебе? Может, тебя лупить надо?
Тамара спросила, как я выдерживаешь такую психологическую нагрузку, как разряжаюсь?
– Музыкой. Не знаю, что было бы со мной без нее. Она спасает меня от людей, которые делают мне больно. Она уносит мою боль, лечит, поднимает и возвышает.
– Ты представляешь под музыку какие-то ситуации, образы и события?
– Нет, я поглощаю ее, наполняя душу счастьем и красотой. Каждый раз я пытаюсь получить от нее то, что мне в данный момент больше всего нужно. Музыка помогает мне восстанавливать внутри себя гармонию.
Горячая вода из «холодного» крана текла по причине неполадок в смесителе у соседа, живущего под нами.
На работе многие мужчины с уважением относились к моему трудолюбию, ответственности, чувствовали мою положительную ауру, мое обаяние, а муж глух ко всему, что есть во мне тонкого, интеллигентного, умного. Во мне он видит только домработницу.
Готовлю еду. Спиной «слушаю» женский оркестр «Вивальди», заряжаюсь положительно, «балдею». Какая прелесть! Мне нравится, что они исполняют только шедевры и только радостные и оптимистичные мелодии. Музыку люблю слушать вне дел, чтобы отдаваться ей полностью, но это редко удается, только когда болею.
Иногда полезно приобщиться и к народному творчеству, чтобы сохранить в себе свою собственную самость, еще оставшуюся во мне на генетическом уровне. У внуков ее уже нет. Моя вина или причина в том, что они не в мою породу пошли?
*
Опять разнервничалась. Митя если и сделает что-то хорошее, так тут же руганью и упреками все испортит, будто жалеет, что совершил доброе дело для нас, а не себе.
Слушаю сантехника и по привычке сразу анализирую, что за каждой его фразой стоит, куда он клонит. Ясно, пришел денег просить. Я отзываю мужа на кухню и тихонько шепчу:
– Ты думаешь, он и правда беспокоится о том тепло ли тебе? Не давай ему денег.
– Не думай о людях плохо.
– Я так не о всех думаю. Я об этом человеке говорю, потому что вижу его уловки, а ты их не замечаешь.
Приписка. «И, конечно же, муж занял ему. Полгода прошло, а о нем ни слуха, ни духа».
Включила телевизор. Священник выступает, красиво говорит, молодежи высокопарные нотации читает. Мол, такой-то последователь Учителя то-то говорил, а такой-то апостол то-то. Я, конечно сразу анекдот про экзамен по научному коммунизму вспомнила, потому что прекрасно знала, что этот священник торгует сигаретами, молодежь никотином травит, огромные площади незаконно в наем сдает. А им не положено бизнесом заниматься. Если только получил высочайшее разрешение…