Да здравствует Португалия!

– Инквизиция у нас только учреждена, но уже чёрт знает что начинает твориться. Лезут везде, скоро будет как в Испании, я вам говорю. Везёт вам, что собрались в Новый Свет, – устало проговорил начальник стражи.

– Мы знаем, что нам повезло, – улыбаясь, ответила Бранка. – Спасибо вам огромное за помощь.

– Да, и мой вам совет, поторопитесь. Уплывайте как можно скорее. Покидайте Португалию, не ждите, – шёпотом произнёс чиновник.

– А что такого? – нахмурился Криштиану.

– С вами ничего. А вот ваша новая подруга, которую вы так жаждете спасти, – чиновник посмотрел на стол – У неё в роду были евреи, верно?

– Она не наша подруга, а наёмник, – холодно ответила Бранка.

– Да, но за укрывательство евреев… – неловко проговорил начальник. – Впрочем, зачем вам обременять себя дурными мыслями. Вас всё равно тут не будет через пару дней, верно?

– Всё так, – вставая, ответил Криштиану. – Огромное вам спасибо ещё раз!

– Отцу скажешь спасибо, – промолвив, натянутой улыбкой, сказал чиновник юстиции.

На выходе из канцелярии парень и девушка не проронили ни слова. Оба хорошо понимали, что нужно как можно скорее убираться из Лиссабона. У Криштиану же в голове крутилась мысль, что его новая подруга командир наёмников-аркебузиров рассказала ему далеко не всё, если вообще рассказала что-то правдивое. Да это уже и не имело значения. С Бранкой они решили отплывать завтра же, на пять дней раньше запланированного. О чём поспешили предупредить капитана Милагреш. И это было верное решение, потому что тучи сгущались.

***

Порт оживлялся с лучами утреннего солнца, над водной гладью кричали парящие чайки, доки шумели многоголосием. Портовые служащие суетились, таская запасы воды на борт каравеллы "Санта-Катарина". Но сейчас взоры наших героев были прикованы не к каравелле, а ко второму кораблю, нау "Сантьяго", который отплывал от соседнего причала. Тяжело загружённый нау должен был выйти раньше каравеллы на три дня, но сроки пришлось скорректировать, потому что в городе начинала свирепствовать инквизиция.

Криштиану, Бранка и Милагреш смотрели вслед уплывающему кораблю. Ведь это всегда красиво.

– Всё же плохо, что я позже всех узнаю о том, что на "Сантьяго" в последний момент сменилась команда, – недовольно снова начала Милагреш.

– Капитан отца и его команда были арестованы по приказу инквизиции, – хмурясь, проговорил Криштиану.

– За что? – испуганно спросила Бранка.

– Новые христиане, или вчерашние арабы и евреи, – ответил фидалго. – А что ты так беспокоишься, Милагреш?

Капитан едва слышно выругалась.

– Понимаешь, благородный дон, – спокойно ответила она. – Слухи о твоей простоте так разлетелись по всему Лиссабону, что каждый авантюрист решил тебя непременно обобрать.

– Как ты, например? – ловко спросил Криштиану.

Бранка едва сдержала смешок и тут же вступилась за друга:

– И непременно новая команда на "Сантьяго" окажется из проходимцев?

– Будем надеяться, нет, – вздыхая, ответила капитан.

Вдруг загремели тяжёлые шаги множества людей. Топот, звенело оружие. Звук приближался.

– Всем привет! – раздался крик.

Наши герои обернулись. По бревенчатому причалу шагал вооружённый до зубов отряд из тридцати аркебузиров во главе с Робертой, которая, улыбаясь, махала рукой.

– Привет! – радостно закричал Криштиану и помахал в ответ.

– И почему одна краше другой? – тихо проговорила Бранка.

– С этим отрядом точно ничего не страшно, – серьёзно согласилась Милагреш. – А если ещё и моих ребят прибавить…

– Мы покорим Новый Свет! – радостно заявил Криштиану и подбросил шляпу.

Шляпа едва не улетела в море.

Поздно вечером, когда погрузочные работы закончились, капитан Милагреш эль-Эскалабрадо встала на колени и начала прощаться с землёй. Это был очень странный ритуал, которому, впрочем, мало кто удивлялся. Суеверия шли рука об руку с моряками. Девушка едва слышно произнесла тихую молитву и, поднявшись в свете факелов, раскачивая бёдрами, двинулась на корабль. Её голос начал звучать громко и звонко. Капитан принялась отдавать привычные для себя команды. Её парни, бравые и верные моряки, неукоснительно подчинялись, делая свою работу профессионально и слаженно. По-другому и быть не могло. Дочь своего отца, эль-Эскалабрадо, выводила парусник в море.

Поднялся якорь, надулся парус, и каравелла "Санта-Катарина", набирая скорость, помчалась в подсвеченный полоской закатного солнца Океан. «Да здравствует Португалия!», кричали моряки.

***

– Именем инквизиции, остановитесь! – закричал старший ночного патруля. Его люди с нашитыми на рукавах крестами держали наготове оружие и настойчиво пытались осветить факелами лицо спешившегося перед ними всадника.

– Вперёд нельзя, въезд в Лиссабон закрыт, – предупредил патрульный.

Прошперу чёткими движениями поправил на себе шляпу и потянулся во внутренний карман камзола.

– Без глупостей! – прорычал стражник.

Путник медленно достал свёрнутую бумагу и протянул начальнику караула. Стражник быстро развернул её и, читая, едва не выронил факел. Он дрожащим голосом спросил:

– Посланник самого Папы?

– Да, – строго ответил путник.

– Мы всего лишь делаем свою работу, – начал оправдываться стражник.

– Я вижу, – взбираясь на коня и хмурясь, проговорил Прошперу и посмотрел вдаль.

На холме, за крепостной стеной и далее во многих кварталах города зажигались костры. Это были первые аутодафе в Португалии. Прошперу давно не был на родине и поэтому сразу заметил значительные изменения на улочках города. Хотя ночь этому не способствовала, от опытного глаза разведчика мало что могло укрыться. В городе царило безумие, которое папский посланник неоднократно наблюдал в различных уголках света. Праздник по поводу прибытия богатого конвоя из Индии и Молуккских островов сменился опалой на так называемых "новых христиан", к которым относились евреи и немногочисленные мусульмане, сменившие веру и ставшие португальцами. Но им припомнили их происхождение. Говорили, что король сошёл с ума и больше не управляет. Никто ничего не понимал, потому что громили богатых и влиятельных, которые думали, что могут откупиться почти от всего, но нет, деньги и связи здесь не помогали. Орудовала Инквизиция.