Бесноватый цесаревич 2
- -
- 100%
- +
Хотя до турнира было более двух часов, народ уже начал собираться. В основном это были игроки и их сопровождение. Я прошёлся с распорядителем по залам, вроде всё готово. По сравнению с первым днём добавили ещё несколько ярусов трибун и в нескольких залах добавили площадки для петанка и поставили столы с шашками. Лиза с Юлей очень хорошие ученицы и с организаторскими талантами у них порядок. Более того, они добавили несколько туалетных комнат. Во всех помещениях были расставлены скамьи, накрытые тканью, людям надо отдыхать. Похвальная предусмотрительность, я сам как-то не обратил на это внимание. Ещё были организованы комнаты отдыха для игроков. В общем, мы заняли, чуть ли не половину огромного дворца под свои нужды.
В комнате для отдыха было очень оживлённо. Понятно, что в нашем крыле собрались представители только знатных фамилий, дворяне попроще расположились в соседнем помещении. Народ разбился на группы, самую большую составляла женская, где солировала Юля, объясняя мою задумку с Царицыно. Около одного из окон я заметил беседовавших графа Орлова и губернатора Измайлова. Раскланиваюсь с присутствующими и подхожу к двум заслуженным вельможам.
Как оказалось, губернатор сопровождает свою племянницу[24] и вот-вот должен отбыть по делам. Милая девушка и неплохо играет в шашки, раз прошла отбор и, более того, вышла в финальную часть. Хорошо, что нет его старшей племянницы[25], редкостной дряни. Я бы таких людей душил в колыбели. Но эта сука живёт и здравствует, вроде как должна скоро вернуться в Россию. Читал в своё время про её преступления, за которые она не подверглась даже порицанию в обществе. Крепостные же, по их мнению, не люди, а говорящий скот. Когда я вспомнил про эту родственницу губернатора, он просто перестал для меня существовать. Ведь именно он воспитал такую тварь.
После ухода губернатора мы отошли с графом подальше от остальной публики и продолжили беседу.
– Наслышан я о вашем вчерашнем пассаже в сторону Москвы и Измайлова, Константин Павлович, – с улыбкой произнёс Орлов, – Московский высший свет бурлит и негодует. Как же так, их любимый город обозвали самыми нехорошими словами.
– Пока я вижу, как бурлит говно, в котором утопает их любимый город, – решил добавить я немного грубоватого юмора.
И попал точно в цель. Алексей Григорьевич был человеком достаточно простым и большую часть времени провёл в казарме, а не в философских диспутах. Над шуткой он ржал как конь, чем привлёк внимание и недоумение всех присутствующих. Граф достал платок и вытер выступившее слёзы. Я обратил внимание, что ладони у него в загрубелых мозолях и особым маникюром не блистают. И вообще, он производил впечатление очень сильного человека. Немного оплывшее лицо, но вот фигура, выправка и руки, в которых ещё чувствовалась сила. Наверняка до сих пор не дурак шпагой помахать, а может еще, и борется, была у него такая привычка в молодости.
– Развесили вы меня, Константин Павлович, давно я так не смеялся. Но и вчера, когда донесли мне на приёме о вашей речи, я тоже был весьма доволен. Главное, что вы сказали всё по делу. Катаются по Европам наши местные поклонники всяких Парижей с Венами, восхищаются тамошней жизнью, а сами привыкли жить в хлеву. Ничего, может теперь забегают.
– Скажите, Алексей Григорьевич, завтра будут присутствовать все персоны, о которых мы договаривались?
– Более того. Я имел наглость пригласить на встречу ещё нескольких гостей. Не последние люди в Москве и должен выйти толк от беседы с ними. Так что завтра жду вас у себя в особняке.
Далее беседовали с графом об игре, успехах его дочери. Много времени уделили его конному заводу. Я же прокручивал в уме ситуацию, сообщать ли Императору о том, что на встрече будет больше людей, чем планировалось изначально. Решил, что не буду, а то, зная Павла, может ещё вызвать и устроить какую-нибудь выходку. Сообщу по итогам встречи.
Что сказать про финальную часть турнира? Это был абсолютный триумф. Понятно, что с развлечений в это время не очень много, но они есть. Тем более приятно, что турнир собрал столько участников и зрителей. Свою роль сыграла грамотная организация, участие в турнире представителей правящей семьи и возможность соприкоснуться к чему-то новому. Я изначально не планировал далее продолжать турнир, но было много просителей, которые буквально настояли на продолжение малых турниров, пока идут торжества в честь коронации. Наши дамы сами решили поговорить с Павлом об использовании дворца и проведении дальнейших соревнований. По сути, сейчас в Европе нет такого рода соревнований со зрителями, ну, может крикет в Англии. Скачки, кулачные бои и прочие подобные развлечения немного другое. Плюс практически каждый желающий мог в отдельной зале сесть за стол и сыграть в шашки, с любым другим гостем. С петанком было сложнее, но там вообще творилось форменное безумие, очередь на площадки была расписана чуть ли не на день вперёд. Что особенно радовало, так это возраст участников. Играли все – десятилетние дети, взрослые главы семейств и даже люди уже почтенного возраста.
Финал турнира по шашкам вызвал такой ажиотаж, что временно приостановили петанк, и публика буквально забила немаленькое помещение под завязку. Сразу подумал, что можно будет сделать большую доску, разлиновать её в клетку и повесить на стену в большом зале. И в онлайн-режиме передвигать фигуры, чтобы публике было комфортнее следить за игрой. Надо только продумать, как крепить шашки, магнитов в этом времени вроде ещё нет. Ничего, народ у нас смекалистый, что-нибудь изобретут.
Сначала прошёл женский финал, условия простые – играли до двух побед. К моему удивлению, Анна Орлова дошла до финала и в трёхраундовом поединке обыграла Екатерину Толстую[26]. Её соперница была лет на семь старше, невысокая и суховатая, при игре постоянно теребила свой веер. По реакции было видно, что поражение стало для неё ударом, но она быстро привела свои эмоции в порядок. Не знаю, кто был более счастлив Анна или её отец, но я только порадовался за обоих. Как судья, поздравил обеих соперниц и сказал, что после окончания турнира будет награждение.
Я не сомневался, что в мужской, вернее смешанный финал, выйдут Екатерина Браницкая и Александр Салтыков. Удивило, что до полуфинала дошла та самая Прасковья Гагарина, проигравшая Салтыкову. Браницкая в свою очередь просто без шансов обыграла нашего старого знакомого Кикина. А далее, сошлись лёд и пламя. Утрирую, конечно, но более эмоциональная и юная Екатерина сильно диссонировала со спокойным Александром. К роли судьи я относился максимально серьёзно и уже автоматически начал замечать ошибки или некие несуразности. После победы юной графини, также в трёх раундах, мне показалось, что Салтыков поддался. Ещё обратил внимание, что румянец на щёчках юной Екатерины, после того как Александр поздравил её с победой, был не только от радости за триумф. И у всегда сдержанного Салтыкова, тоже проскальзывали какие-то странные эмоции. Похоже, что у моего товарища корнета Ушакова нет никаких шансов. Надо расспросить старшую Браницкую, что там и как, но она вряд ли упустит такую возможность сохранить своё влияние при дворе. Отец – воспитатель детей Императора, сын – приближенный наследника, лучшей партии для дочери не придумать.
Заключительным аккордом был финал матча по русским шарам. Народ более активно использовал именно это слово, хотя в большинстве своём изъяснялся по-французски. Вот такой вот странный патриотизм. А последняя игра турнира удалась. Я одно время переживал за Юлю, как она и не опасно ли ей участвовать в подобных мероприятиях. Натолкнувшись на полное непонимание супруги о причинах моих страхов, решил, что пусть идёт как идёт. В этой эпохе ещё не тряслись над беременными, как над писаной торбой, тем более на ранней стадии. И никто не стал бы бежать ночью за бананами или ананасами по первому капризу будущей роженицы.
Команда в лице Лизы с Юлей неожиданно натолкнулась на ожесточённое сопротивление братьев Нарышкиных. А Лиза сильно нервничала и у неё не шла игра, может виной тому наличие в соперниках рогоносца[27], с чьей женой сейчас жил Александр. Меня эта корова боялась, не пойму почему. Старалась на глаза не попадаться, и пока я видел её только на балу после коронации. Ещё и второй брат[28], оказался действительно острословом и балагуром, сбивая с настроя соперниц своими шутками-прибаутками. Смеялись все, но на Юлю, подобные приёмы не действовали, да и русского она не знала на таком уровне, чтобы воспринимать юмор. В общем, немецкий орднунг и холодный расчёт, победил русскую смекалку.
Процесс награждения был организован в лучших традициях моего времени. Мне это напоминало награждение в каком-нибудь клубе маленького городка, если не обращать внимания на разодетую публику, ослепляющую друг друга блеском бриллиантов. Сначала Александр наградил полуфиналистов, далее награды получили проигравшие финалисты. И наконец, настал черёд победителей. Самыми счастливыми были более молодые победительницы, Лиза же грустно улыбалась. В качестве наград мы заранее приготовили серебряные и золотые медали. Всё прошло весело и душевно. Далее у нас был запланирован небольшой фуршет. Пока рабочие убирали поля для петанка в главной зале и расставляли столы с едой, народ разбрёлся по дворцу, собирался в группки и обменивался впечатлениями.
В центре внимания были победительницы, которых окружили восторженные фанаты. Шучу, но было очень похоже, на ситуацию из моей эпохи. Надо ещё учитывать статус нашей команды в петанк, многие пришли выразить почтение невесткам Императора. Александра окружила не меньшая толпа, и он с удовольствием отвечал на вопросы про будущий центр в Царицыно. После окончания награждения было сделано небольшое объявление об этом событии, что вызвало у публики большой ажиотаж. Ещё бы, турнир имени Императора, который может стать местом ежегодной встречи представителей знатных фамилий и дворян попроще.
Через полчаса народ устремился в залу, так как было около четырёх часов и все изрядно проголодались. Шведский стол придумали задолго до моего времени, а бедная местная публика даже не догадывалась о национальной принадлежности этой сервировки. Бутерброды, канапе и прочие закуски, лёгкое вино с морсом. Хватит заморить червячка перед домашним ужином и предстоящими балами, которые сегодня давали сразу в двух дворцах.
Я съел пару кусков хлеба с ветчиной и сыром, взял стакан с морсом и отошёл в пустующий уголок, где на стуле сидела старшая Браницкая. Поздравил с успехом дочери, было видно, что она очень счастлива. Заодно ненароком попытался уточнить интересующую меня информацию о некоторых персонах и событиях. В ответ получил неожиданно подробный и развёрнутый расклад. Очень интересно. В уме Браницкой я никогда не сомневался. Но она ещё была, если выражаться современным для меня языком, аналитиком от Бога. Немного подумал и предложил ей заключить между нами союз. Графиня наверняка этого и хотела, но у меня было стойкое предубеждение против её персоны. Да и понимала она, что Павел её ненавидит и лишь заступничество нашего кружка спасло их семейство от ссылки. В общем, весьма полезно пообщался, договорился о способе поддержки связи. Расстались весьма довольные друг другом.
Ещё удалось пообщаться и познакомиться поближе с Прасковьей Гагариной. Огонь, а не женщина и очень непохожа на современниц. Авантюристка и, скорее всего, адреналиновая наркоманка, что не помешало ей родить пятерых детей. Одного из них, будучи в заключение у польских мятежников в Варшаве, где она потеряла мужа. Ещё очень весёлая и непосредственная, приглашала нас с Юлей на приём, который она даёт через пару дней. Обещал посетить, почему не расширить круг знакомств и не пообщаться с интересными людьми.
Публика начала постепенно расходиться. Мы же засели с активом фонда и некоторыми присоединившимися гостями, за обсуждение будущего комплекса в Царицыно. Секретарём нашего заседания был Салтыков, а наиболее дельные советы по хозяйственной части, как всегда, давали старшая Браницкая и Головина. Варвара привлекала внимание новым нарядом, если есть чего показать, а муж не ценит, то почему бы и нет. В общем, вечер тоже прошёл очень продуктивно. Гости разошлись ближе часам к восьми. Мы же отужинали в семейном кругу и ещё долго обсуждали турнир, будущий комплекс и вообще говорили ни о чём. Всё-таки атмосфера в присутствии Павла сильно давит. И не сказать, что он не чужд веселья или неинтересный собеседник. Просто невозможно предсказать его реакцию на любое, даже безобидное слово. Это очень сильно утомляет, сам не заметил в каком напряжении я был в последние несколько дней.
Глава 3
23 апреля 1797 года, Российская Империя, Москва
Павел так кричал, что я испугался за его душевное здоровье. Честно говоря, не ожидал такой истерики. Ещё и обрызгал меня слюнями с ног до головы. Но я стоял навытяжку и стойко переносил, пока он перебесится. Уже не пытаюсь вставить хоть слово в своё оправдание, в ответ слышу только «молчать», «как ты смел», «заговор» и так далее. Через пару минут Император успокоился и начал ходить по кабинету, периодически останавливаясь и заглядывая мне в глаза. Чего он там хотел увидеть? Может раскаяние? Но чего нет, того нет.
Пока Павел не успокоился, мысленно возвращаюсь к вчерашней встрече, которая и стала предметом такой неадекватной реакции.
Нескучный сад – это не Царицыно, но добираться туда из Лефортово часа полтора, если не больше. Выехал сразу после завтрака, примерно часов в восемь. Не стал брать большое сопровождение, ограничился тройкой конногвардейцев, братьями и Ильиным. А ничего так, неплохо устроился граф. Усадьба мне сразу понравилась, да и приходилось бывать здесь в прошлой жизни.
Граф и его дочь встречали меня на ступеньках, застеленных коврами. После короткого приветствия прошли во дворец. Ожидаемых гостей ещё не было, я специально приехал пораньше, чтобы пообщаться с Орловым. Вернее, мне нужно было пообщаться с ним в менее официальной обстановке, заодно ещё раз убедиться, что не зря мой выбор пал на этого человека.
Сидим, пьём чай и обсуждаем перипетии турнира, который стал самой настоящей сенсацией для московского высшего света. Нахваливаю успехи Анны в шашках, что явно нравится юной графине и ещё сильнее её отцу.
– Анна Алексеевна, расскажите, где вы так хорошо научились играть в шашки? Ведь новые правила вышли совсем недавно, и ваши соперники имели большее преимущество.
Анна порозовела от комплимента и с улыбкой ответила:
– Мне самого детства нравится эта игра. Я также играю в шахматы, но шашки моя любимая забава. А новые правила привезла моя тётушка Екатерина Алексеевна, которая навестила нас недавно. Она тоже большая любительница шашек и поведала про предстоящий турнир.
– Вы бы знали, сколько партий мне и ещё многим людям пришлось сыграть с Анной, осваивая новые правила, – выдал свою дочь граф.
В таком дружеском стиле и общались в ожидании гостей. Гости не опаздывали и уже через час после моего приезда все были в сборе.
А компания действительно была очень интересная. Изначально я хотел встретиться исключительно с Николаем Шереметевым[29] и Павлом Демидовым[30], по той простой причине, что помнил эти имена и знал, чем они прославились своей благотворительной и общественной деятельностью. В разговоре с Орловым мельком упомянул, что хотел бы встретиться с данными вельможами, как одних из самых влиятельных в Москве. Но у Алексея Григорьевича было своё мнение на этот счёт, вот теперь сидим в большой компании и приглядываемся друг к другу. На меня смотрела сама история страны через представителей фамилий, которые были хребтом монархии многие годы. Гости не походили друг на друга, но что-то незаметное сближало их, но точно не одежда с обилием орденов. Похожи они были уверенностью в себе и стоящими за ними кланами и связями. Я уж молчу про финансовые возможности.
Вяземский[31], Гагарин[32], Голицын[33], Долгоруков[34], Строганов[35] и на закуску основатель МГУ Шувалов[36], ничего себе сборище для нашей тайной вечери. Ещё всех присутствующих объединяла тяга к разного рода нестандартным увлечениям – от литературы до ботаники. Они и погулять были не дураки, но, к своей чести, жертвовали немало на благотворительность и не были трутнями. Люди увлечённые, которые не терпели праздности, такие мне и необходимы. Именно этим граф обосновал свой выбор.
– Господа, я попросил уважаемого графа собрать людей, которым небезразлична в первую очередь культура и искусство. И ещё мне бы хотелось, чтобы умные и главное небесталанные люди объединили свои усилия в деле просвещения. Усилия государства – это хорошо, но ему необходимо помогать.
При этих словах старик Шувалов сразу подобрался, вот кто совершил просто огромные деяния на ниве развития образования и культуры в Империи. Он и сейчас был главной Академии Наук, хотя многим не нравилась тамошняя атмосфера.
– И что же вы от нас хотите, Ваше Высочество? – иронично спросил Шереметев.
– Я хочу, чтобы каждый из вас задал себе вопрос. Какое из ваших деяний вспомнят потомки, предположим лет через сто?
Публика была действительно озадачена. Только Шувалов еле скрывал самодовольную улыбку. Ничего, будем спускать его небес на землю.
– Вы наверняка уже вошли в историю, Ваше Высочество. Ещё бы, «изобрести» две такие удивительные игры, – всё продолжал свои насмешки граф.
Ох, зря нарывается этот типа просвещённый деятель с самым большим количеством рабов в Империи. Но пока демонстративно не буду обращать на него внимание, пусть позлится.
– Из всех здесь присутствующих, безусловно, неординарных и одарённых личностей, через сто лет вспоминать будут только графа Орлова-Чесменского, – теперь уже Алексей Григорьевич приободрился, – Вот только сражений и славных побед у нашей армии в будущем будет немало. И Чесменская виктория станет выглядеть не так ярко, как триумфы современников. А вот орловских рысаков будут вспоминать добрым словом благодарные дворяне, тяжеловозов купцы, за тягловых лошадок графа добрым словом вспомнят простые мужики.
Нужно было видеть изумление на лицах присутствующих. Я с трудом сдержал улыбку, зато Орлов рассмеялся совершенно искренне и от души. Гагарин и Демидов тоже поддержали графа после небольшой паузы.
– Вы не обижайтесь, Иван Иванович, ваши заслуги в развитие науки и образования бесценны, – обращаюсь к Шувалову, – Но в историю ваша фамилия войдёт благодаря вашему кузену, создателю единорога. Разве что Университет назовут вашим именем, тогда и вы останетесь в веках. Людская память коротка и избирательна, ей нужно либо постоянно напоминать, либо оставить неоспоримые материальные подтверждения заслуг исторической личности. Также будет с военными победами. Это сейчас мы помним про славных военачальников Петра Великого и одержанные ими виктории. Но они уже не так ярки, по сравнению с достижениями генерал-фельдмаршалов Румянцева и Суворова. А в гражданской жизни гораздо сложнее оставить свой след, чтобы его помнили в веках.
Здесь уже было не до улыбок, гости с хозяином дворца призадумались. Первым молчание нарушил Шувалов.
– Возможно, вы правы, Ваше Высочество. Только никак не пойму, зачем мы здесь и к чему этот разговор?
– Причина проста – все люди, находящиеся в данной комнате, делают многое для нашей державы. И практически все выделяют немалые средства на благотворительность. Я предлагаю вам объединиться и начать действовать сообща. Заодно привлечь к этому богоугодному делу других неравнодушных людей Москвы и Империи в целом.
– Наверное, вы предлагаете начать жертвовать в фонд, который находится под вашим патронажем? – всё никак не мог успокоиться Шереметев.
– Я предлагаю всем присутствующим и людям, которые к вам присоединятся, оставить свой след в истории страны или некоторых городов. Наш фонд – это совсем другое. Ему не нужна ничья помощь, он создан на условиях самоокупаемости. Если, кто-то захочет узнать о нём больше, то обращайтесь к Елизавете Алексеевне и моей супруге, думаю, с вами поделятся опытом. Сейчас речь о другом. В Империи катастрофически не хватает школ, больниц, ремесленных училищ, библиотек, типографий и театров. Про публичный театр для всех сословий не приходится даже мечтать. Государство выделяет деньги на открытие новых заведений, но этого мало. К тому же деньги не поступают в нужном количестве, строительство затягивается, да и воруют, как без этого.
– Это что же? По-вашему, нужно ставить спектакли для смердов? А много ли они поймут? Или надо посадить суфлёра, который будет переводить с французского на русский? – опять включил свою шарманку Шереметев и неестественно рассмеялся.
Из всего перечисленного этот театрал услышал только про публичный театр. Может ему так удобнее жить?
– Ещё хотел донести до вас одну идею, которая применяется в нашем фонде. Деньги нужно расходовать рационально, объясняю о чём речь. Приведу в пример больницу, которую сейчас строят по завещанию князя Голицына[37]. Усопший завещал девятьсот тысяч рублей для строительства бесплатной больницы на сто пятьдесят коек, с обязательным условием лечения людей всех сословий. Это, безусловно, благородное деяние. Вот только за три года построена только часть здания. Я не слышал, чтобы в завещании Дмитрий Михайлович указал построить непременно дворец. На деньги, которые оказались у распорядителя, за два года можно было построить четыре больницы в разных концах Москвы, закупить лекарств и врачебных инструментов на десять лет вперёд. Ещё хватило бы денег, на оплату обучения десятка студентов из бедных семей, с условием работы в этих самых заведениях. Архитектор Казаков с братом покойника уже три года строят какой-то шедевр, забыв о самой сути завещания. Они не понимают, что десятки или сотни людей умерли за это время без врачебной помощи, о которой думал покойный князь.
С такой стороны на благотворительность в этом времени ещё не смотрели. Русская аристократия уж точно. Помпезность, пускание пыли в глаза, желание показать себя самым что ни есть благообразным и заботливым, а по сути – обыкновенные понты. Даже скептик Шереметев задумался, а ведь он далеко не дурак, раз десять лет возглавлял Дворянский банк. И здание НИИ им. Склифосовского моего времени построил именно он на свои деньги. Просто апломб и зависть к успеху нашего турнира, не дают ему вести беседу в конструктивном ключе.
– Знаете, Ваше Высочество, у вас очень необычный взгляд на вещи, которые другие люди воспринимают исключительно однобоко. А что бы Вы посоветовали мне? Я, например, увлечен химией и минералогией? – задал вопрос, молчавший до этого Демидов.
– Откройте независимую кафедру химии в Университете, чтобы студенты обучались по максимально облегчённой программе. И не только химии, возьмите под своё крыло факультет естественных наук. Это не значит, чтобы студентам было легко, – уточняю, видя недоумение Демидова, – Надо разработать программу, с минимумом предметов, которые не пригодятся будущим химикам, минералогам и прочим естествоиспытателям. Например, греческий язык, философия, история или что там ещё впихивают в головы этих несчастных. Образование должно быть специализированным. Умный человек сам дополнительно расширит круг своих знаний просто для того, чтобы не выглядеть невеждой в глазах образованной публики. А всякой бестолочи, можете вдалбливать хоть греческий, хоть арамейский, всё равно на выходе толку не будет.
Демидов задумался. По словам Браницкой, он действительно был увлечён наукой и был автором каких-то трудов. Надо будет установить с ним более тесные контакты. Поддержка такого человека лишней не будет. Приглашу его как-нибудь в КБ к Кулибину, когда оно заработает хотя-бы на десятую часть от своего потенциала.
– Скажите князь, – обращаюсь к Долгорукову, – считаете ли вы уместным, что во всей Империи нет публичного театра для всех сословий? По моему скромному мнению, нынешнее театральное искусство имеет мало отношения к русской культуре. А более половины представлений даётся на иностранных языках. Мы вроде в России живём, а не во Франции или Италии.
– Я сам пишу, как вы, наверное, слышали. И частично поддерживаю ваше негодование. По поводу публичного театра у меня нет никакого мнения, а вот хороших спектаклей на русском языке очень мало.
Мне понравился Долгоруков. Невысокий, худощавый, с правильными чертами лица и приветливым взглядом. Браницкая охарактеризовала его как человека умного, честного и принципиального, не лишённого литературного таланта. Не часто среди характеристик высокопоставленных чинов, можно услышать про честность. При Екатерине взятка не считалась преступлением, могли отстранить совсем уж обнаглевшего, но не более того. А может, убирали тех, кто не делился? Опять провожу параллели с моим временем и нахожу много общего. Критерий отбора чиновников прямо списан с екатерининских времен – пусть ворует, главное верный и заносит долю кому нужно. Хотя сейчас порядочных людей во власти несравнимо больше. Просто взятка не считается чем-то неприемлемым. Не знаю как насчёт откровенных предателей, пока не встречал. Но, например нынешние генералы больше знамениты своими победами над неприятелем, чем закупкой золотой капусты.