Бесноватый цесаревич 4

Сижу, попиваю глинтвейн и понимаю, как мне повезло с князем. Он не только умён и образован. Голицын сам того не понимая, занимается системным анализом для выполнения порученного ему задания. Гениальный в своём роде человек, выброшенный Россией на свалку.

– Но пока голландцы поддерживали графа Лестера, так как видели в нём своего защитника и покровителя, который поможет изменить мнение Елизаветы. Но королева-девственница была патологически жадным человеком. Показательны слова государственного секретаря Уолсингема – «Проблема в том, что королева вместо того, чтобы заработать 100 тыс. фунтов, часто бывает довольна обманом на 5 тыс. фунтов». После начала фактической войны у Англии возникли торговые проблемы с Испанской Фландрией. Именно туда в город Эмден завозилась необработанная английская шерсть, далее поступающая на мануфактуры всего региона. Голландцы предложили поменять маршрут поставок на Амстердам, планируя перерабатывать часть шерсти у себя, а остальную перепродавать фламандцам. Ну и смена маршрута с притоком огромного количества кораблей, давали дополнительный доход. Если рассуждать логически, то в их предложении было не только желанием заработать. Провинции несли колоссальные убытки из-за войны, в том числе содержа экспедиционный корпус графа Лестера. Купцы хотели компенсировать свои затраты, учитывая ещё и запрет на торговлю с Испанией. Елизавета отказалась, и голландцы сразу стали враждебно относиться к англичанам. Дни корпуса Лестера и его генерал-губернаторства в Объединённых провинциях были сочтены.

Князь прервался и некоторое время молчал, глядя на потрескивающие поленья в камине. Затем будто очнулся, и виновато улыбнувшись продолжил.

– Основным итогом жадности Елизаветы стал даже не разрыв отношений. Голландцы просто перестали искать себе сюзерена и задумались о республике, всячески прекратив содержание экспедиционного корпуса. Англичане теперь даже не могли купить продовольствие, бойкот был общенациональным. На фоне грабежей английских солдат, которым королева «забывала» платить жалованье, начались открытые столкновения. В одном из сражений была практически уничтожена английская кавалерия, что стало для них шоком. В итоге штатгальтерам выбрали Морица Нассауского[13], тем самым нивелировав любые притязания Англии на верховенство в Голландии. Одновременно выходит научный труд некоего господина Вранка, утверждающего, что города Объединённых провинций всегда были, по сути, независимыми, все решения принимались генеральными штатами, возглавляемыми знатью и купцами. Это не противоречило монархическому строю, но при условии уважения прав городов на самоуправление. То есть Объединённые провинции всегда были республикой и какой смысл искать нового монарха. Рассуждения автора нашло большую поддержку в обществе. В итоге в 1588 году возникла Республика Нидерланды, а штатгальтер – это военный главнокомандующий, а не реальный правитель.

В принципе лекция князя для меня, как представителя иного времени и восприятия, вполне ясна. Но надо дослушать его до конца. Голицын тем временем продолжил.

– Голландцы воевали с испанцами, англичанами и французами, часто их побеждая, не из-за любви к независимости. Вопрос финансов был первостепенен, и они всегда были готовы поделиться частью прибыли, но в разумных пределах. Пусть даже будет номинальный монарх, для них это не проблема. А сейчас вы предложили им такой жирный кусок, что они готовы грызться за него со всем миром. Более того, они даже разорвут вековые связи с лондонскими торгашами, а там очень многое переплетено. Ведь бездействие их флота и нежелание воевать с англичанами, как раз вызвано торговыми и финансовыми интересами. Они даже особо не сопротивляясь сдали Цейлон и Капскую колонию, в надежде, что позже договорятся о возврате. А теперь такое заманчивое предложение. Но голландские финансовые круги беспокоят две вещи. Главное, чтобы не было решения Франции об окончательном присоединении Голландии и превращения её в провинцию, тогда все наши усилия бесперспективны. Им необходима автономия, за которую они готовы исправно платить. И ещё нужны твёрдые гарантии с русской стороны. Ваша фигура весьма уважаема в Амстердаме, особенно на бирже, – князь от души расхохотался в чём я его поддержал, – Но вы не Император.

– Я для того и возвращаюсь в Санкт-Петербург, что давно пора наводить там порядок.

– Вы сами… – князь аж подался вперёд с изумлением, глядя на меня.

– В моих планах нет желания взобраться на трон! На нём пока сидит мой отец и есть ещё два наследника, я в этом списке третий. В ближайший год-полтора в России многое изменится, поэтому можете дать вашим бюргерам предварительные гарантии. И наш рамочный договор о сотрудничестве должен быть готов к этому времени. По возвращении в столицу я переговорю с адмиралом Чичаговым и заинтересованными финансовыми кругами.

Сижу и думаю, что решение опереться на эту морскую нацию верное. У нас старые исторические связи и они нас никогда особо не предавали. Нам нужны голландцы для вывода военного флота на новый уровень. И без них мы не построим мощного торгового флота. Их базы в Азии очень помогут продвигать мои задумки в Америке. Плюс они могут помочь России выбить португальцев из Китая. Почему бы Макао не стать русским? И не нужно ничего выдумывать – готовый порт, крепость и вековые связи с китайскими торговцами. Захватить бы ещё Сингапур, но этого нам не позволят никогда. Какой смысл захватывать огромные земли, вкладывать туда деньги для постройки инфраструктуры, содержать администрацию, если можно просто контролировать торговлю? Америка – это понятно. Там фактически девственная земля с очень малочисленным населением и их захват – это работа на будущее. Но тот же Китай или Индия плотно заселены и воевать с ними весьма затратно. Лучше купить знать с торгашами и спокойно качать ресурсы. Эдакий переход к неоколониализму, перепрыгнув через колониальную систему.

– Со своей стороны я имел наглость дать предварительные гарантии, – увидев моё изумление, князь быстро пояснил, – Вся ваша деятельность говорит, что вы уже всё решили. А значит нельзя терять время, пусть события потихоньку начинают развиваться. И сразу появился локальный успех. Даже несмотря на тяжёлое положение флота и недавнее бегство части офицеров с кораблями, знающие люди уже смотрят вперёд. В следующем году будут выделены весьма крупные суммы на поддержку флота и его восстановление. Но самое главное – голландцы решили в несколько раз увеличить состав морской пехоты и скоро приступят к формированию новых полков.

Поняв, что я ничего не понимаю, князь опять прочитал весьма интересную лекцию.

– Во время 2-й англо-голландской войны некий пехотный капитан ван Гент[14] предложил фактическим правителям Голландии братьям де Виттам интересный план. Идея заключалась создать новый род войск, назвав его морскими солдатами. Сами войска не были чем-то новым. Испанцы и французы использовали морпехов для абордажных схваток, англичане вообще для поддержания порядка на собственных кораблях. Но пехотинец предложил иное. Основной задачей голландского полка морпехов будут диверсии. И рейд на Медуэй[15] сразу показал полную эффективность zeesoldaten. Такого урона и позора англичане не несли никогда. Они до сих пор нервно икают, когда слышат про эту операцию.

А я как-то пропустил этот этап противостояния Англии и Голландии. Нет, я слышал про рейд голландцев в устье Темзы, но не знал деталей. А ведь это была гениальная операция. Восемь брандеров и 1500 морпехов уничтожили восемь линейных кораблей с шестью фрегатами. И как вишенка на торте угнали флагман английского флота 80-пушечный «Рояль Чарльз». Было ещё много акций с разной степенью успеха, но английское командование было в панике, пытаясь защитить своё побережье. И Гибралтар в 1704 году захватывали именно голландцы. Да и когда надо было они вставали в строй с регулярной армией. Даже полностью полегли в войне с французами, но разбили планы гениального Конде[16]. Нет, я сделаю всё для союза с этой нацией. Плюс у голландцев накопилось достаточно претензий к Альбиону. Если они начнут свои рейды, то англичане будут тратить колоссальные средства на оборону побережья. А сама идея создать морской корпус диверсантов просто гениальная. Недаром далёкие потомки ван Гента придумали коммандос и тоже попили немало английской крови в Южной Африке. А потом малым числом противостояли десяткам тысяч черномазых повстанцев, которых обильно спонсировали Союз с Китаем. Даже пригнанное кубинское мясо не изменило ситуацию, буры были круче!

– Я не совсем одобряю вашу идею с Северным братством, Ваше Высочество. Простите, но покровительствовать пиратам не самое лучшее занятие для русского царевича. Но ваша идея нашла определённый интерес у некоторых купцов с Зеландии. Я уже передал всю информацию господину Волкову, далее не считаю возможным принимать в этом участие.

Золото, а не человек. Как же я рад, что Дмитрий Алексеевич согласился на сотрудничество. Ведь некоторые мои идеи были, мягко говоря, сомнительны с точки зрения морали русского аристократа. Но для Голицына на первом месте стояла Россия, а потом всё остальное. И этот гениальный дипломат и отличный экономист, прозябал брошенный нашей властью в немецкой дыре и медленно умирал. Узнаю тебя Родина и твоё отношение к людям. Сколько таких грамотных и полезных для страны людей были брошены или отодвинуты от своих дел, в угоду всяких корыстолюбивых уродов и родни нужных людей. Одной из моих задач и является, чтобы ключевые посты занимали специалисты, а не блатные. Обсудили с князем ещё десяток более мелких вопросов, прежде чем уже он подкинул мне заманчивый кусок от голландских торгашей.

– Мне поручили передать вам, что если идея осуществится хотя бы на четверть, то будет решён вопрос с русским долгом.

Вот суки! Знают, куда бить. В отличие от большинства моих нынешних современников я прекрасно понимаю в каком ужасном положении находятся финансы России. Павел строительством Михайловского замка ещё сильнее усугубил наши проблемы, вогнав в новые долги. И голландцы вычислили, что для меня это сумасшедший стимул. Они тоже изучают своих союзников и противников, не надо считать нынешних жителей дурачками. Моя игра на бирже дала возможность выкупить четверть долга. Через год попробую решить вопрос ещё с десятью процентами. Но остаётся огромная сумма с немалыми процентами, которая мешает развиваться нашей экономике. Ещё и абсолютно глупое собственное руководство. В общем, с Голицыным мы расстались весьма в хорошем настроении. Я передал ему ещё целый пакет инструкций, пусть рассмотрит чуть позже. Далее мой путь лежал в Прагу, где нужно было поговорить с ещё одним гениальным человеком, только полководцем.

Суворов остановился в одном из двухэтажных домов столицы Богемии. Весьма скромное строение, которое едва вмещало штаб генералиссимуса. Особого переполоха мой въезд не вызвал. Своих передвижений я не скрывал и на ночлег останавливался в расположении наших войск, которые методично двигались на восток. Много беседовал с молодыми офицерами, хвалил их героизм, рассказывал об изменениях в тактике, обращал внимание, что нам нужно учиться, изучая французов и вообще вёл приятные для меня беседы. В общем, занимался дополнительным самопиаром и знакомился с потенциальными соратниками. Командующий наверняка был в курсе моего приезда, но особых торжеств не было. Суворов знал моё отношение к показухе и сам был сторонником более скромного образа жизни. Хотя, по словам, уже моей разведки, с радостью посещал пражские балы и приёмы. Флиртовал с дамами и отплясывал как молодой поручик. Очень разносторонний человек!

– Я рад, что вы поправились от ран, Ваше Высочество! – с искренней улыбкой произнёс генералиссимус, – Вы как раз к обеду. Предлагаю откушать чем бог послал.

Бог послал весьма скромную пищу в виде наваристых щей, двух видов запечённой свинины, квашеной капусты и, конечно, одуряюще пахнущего свежеиспечённого хлеба. За столом был узкий круг окружения Суворова в лице Дерфельдена, Багратиона, Розенфельда, Каменского, Ребиндера, Милорадовича и ещё нескольких генералов. По сути, за столом собрался весь цвет русского генералитета. Герои, которые ковали славу России и навечно вошли в нашу историю, как великие воины. Разговоры за столом велись весьма нейтральные, обсудили только незавидное состояние наших войск из-за сложностей с продовольствием и обмундированием. Голодный солдат с дырявыми сапогами много не навоюет. Пообещал выделить финансы на закупку продовольствия, чем вызвал к себе немалое расположение. В принципе все знали, что я очень помог в разгроме Массены и спасении большой части русского корпуса. Но относились ко мне весьма настороженно, помня мои прошлые чудачества. Судьба солдат очень заботила генералов и мои слова пришлись им по душе.

А мне было удивительно наблюдать за контрастами. Многим высоким чинам абсолютно плевать на положение собственных солдат. Более того, есть индивиды, которые на смерти и морении голодом русского воина зарабатывают себе на жизнь. А здесь будто иной мир и совершенно другие люди. С другой стороны, немудрено, сидящие за столом генералы лично водят полки в атаку и делят с солдатами последнюю краюху. Это меня немного кинуло в пафос, но дела обстоят очень похоже.

Более предметный разговор состоялся тет-а-тет в кабинете Суворова. Мы с ним давно перешли на доверительную манеру общения и не занимались всякими политесами. Хотя он и был старым царедворцем, но иногда резал правду в глаза, не обращая внимания на последствия.

– Накануне я получил приказ вашего батюшки. Армия должна вернуться, а Россия выходит из коалиции. Вернее, политическое решение пока не окончательное и эскадра адмирала Ушакова продолжает воевать, но сухопутные войска уходят домой. С одной стороны, это радостное известие, которое я всячески приветствую. Но есть огромные трудности с переходом до границы, где расположены наши магазины. Я уже дал приказ интендантам начать завоз припасов в австрийскую часть Польши для организации складов, но это наталкивается на противодействие наших союзников. Австрийцы, мало того, что не выполнили наполовину поставку припасов, так теперь мешают нам завести свои, чтобы накормить и одеть солдат.

– Я располагаю некоторыми средствами и помогу с закупкой самого необходимого, как уже сказал, – отвечаю Суворову, – Но на многое не рассчитывайте. Я не могу прокормить несколько десятков тысяч солдат и коней. Есть у меня некоторые мысли, как помочь армии, через пару дней сообщу вам о результате.

– Знаете, вы меня удивили, Ваше Высочество, – произнёс через некоторое время полководец, – Сравниваю вас прежнего и просто удивляюсь. Так измениться за три года дано не каждому. И речь не только в том, что вы уже не прежний юноша. Я вижу перед собой молодого человека, но понимаю, что он по опыту чуть ли не равен мне грешному.

Такая похвала от великого воина вогнала меня в форменную краску. С учётом моей бледной кожи, выглядело это весьма забавно. Всё равно приятно, чёрт возьми, не зря я здесь крутился.

– Есть ещё не совсем приятные известия, – продолжил генералиссимус, – Вместе с приказом о возвращении я получил выражение недовольства Его Величества. Не знаю с чем это связано, но, скорее всего, опять происки придворных мокриц. Я уже не молод, чтобы бороться со всей этой камарильей, поэтому по возвращении в Россию буду просить отставку.

Что-то подобное и было в моём времени. Сначала Павел всячески обласкал Суворова, но затем резко изменил своё мнение. В результате ссылка и смерть величайшего русского полководца. Необъяснимый идиотизм даже по меркам моего папахена.

– Не дадут вам спокойно уйти в отставку, Александр Васильевич. Здесь не только камарилья, но и собственное отношение моего отца к людям. Он не простил вам пассажа про прусскую форму. Слишком мелочен, хотя и не завистлив, вот такой парадокс. Ваши великие победы он ценит и считает заслугой Империи. Но при этом может придраться к пылинке на мундире и сослать в Сибирь.

Суворов понял мои слова по-своему и резко переменился в лице. Добренького дедушку заменил демон войны с весьма колючим взглядом. Наверняка он что-то знает о готовящемся заговоре, тем более что одним из участников является его зять. А дочка генералиссимуса никогда не отличалась особым умом и могла чего-нибудь такое написать отцу. Или просто знает настроения некоторых офицеров, особенно гвардейских.

– Я верный слуга Его Величества и никогда не пойду на измену присяге! Прошу впредь не вести со мной подобных бесед, Ваше Высочество.

– Так и я имел в виду совсем другое. Наша идея с генштабом должна быть доведена до ума, – отвечаю совершенно искренне, – Я даже в мыслях не думал о покушении на власть своего батюшки. Нам нужно делать дело. Вы блестяще провели итальянскую и швейцарскую кампании. Но это не только повод для гордости, а причина задуматься о недостатках нашей армии. Если вас усиленно пытаются спихнуть в деревню, то я считаю, что вы просто обязаны настаивать на назначении вас главой генштаба. Пусть всякая придворная шваль думает, что это синекура. Ваша прямая задача подготовить себе грамотного преемника и выработать структуру управления всеми русскими армиями. Мы уже обсуждали задачи генштаба, не будем повторяться. Терять опыт такого человека, как Суворов я считаю форменным преступлением перед Россией и здравым смыслом.

По мере понимания моих слов лицо командующего разглаживалось и его глаза покидал безумный блеск. Меня этим не напугать, я сам псих и камикадзе, но внушает чёрт побери.

– Прошу прощения за резкие слова. Просто настроения в обществе и армии весьма неоднозначные. И есть силы, которые весьма недовольны действиями вашего батюшки. Вот мне и почудилось, что вы склоняете меня к измене. Что касается генштаба, то мысль дельная. Да и заместитель уже готов. Генерал Ребиндер Максим Владимирович отличается не только личной храбростью, но весьма образованный человек. Именно он стоял за составлением диспозиции битвы при Нови. А самое главное он хорошо разбирается в армейском хозяйстве. Если бы не его смекалка, то мы бы просто померли с голоду в Альпах.

Замечательно, что Васильич всё продумал. Хотя это я щенок мню здесь себя самым умным и знающим. Думаю, мои первоначальные и дилетантские идеи генштаба давно проанализированы. Более того, уже готова новая структура, которую я и не узнаю. Нужно же учитывать местные реалии, с которыми я знаком весьма поверхностно. А если дело возглавил такой человек как Суворов, то там всё продумано до мелочей. Лишь бы в новую структуру не полезла всякая сволочь. Но здесь уже моя работа, чтобы не допустить подобного.

– Я искренне верю, что вы сможете создать и возглавить столь необходимую для русской армии структуру. Со своей стороны обещаю всемерную поддержку. Генштаб с армией вообще не должны участвовать в политике и находиться под влиянием двора. Пусть решают свои дела отдельно, а нам надо выстроить армию и флот нового образца.

– Многие считают, что вы излишне благоволите флотским, – хохотнул Суворов, – Адмирал Чичагов считается чуть ли не вашим лучшим другом. Многих в армии задевает такое отношение, ведь мы считаем вас в первую очередь своим. Россия – сухопутная держава и флот есть придаток армии. При всём моём уважении к адмиралу Ушакову, главная ударная мощь Руси нашей матушки – это её пехотные полки.

Смех смехом, но вопрос то серьёзный. И Суворов задал его не просто так. Ладно, буду откровенен с командующим, тем более что он должен знать мои задумки.

– Россия не сможет далее конкурировать с ведущими державами без флота. Здесь всё очень сложно. Изначально моя основная идея была в создании мощного торгового флота. А теперь скажите, что помешает другим державам захватывать наших купцов в случае возникновения войны? Значит нужен и военный флот, который просто подойдёт к условному Стокгольму и сравняет его с землёй нахер, если кто-то возомнит о себе слишком много. Вот тогда и возникла авантюрная идея кооперации флота военного с торговым. Черноморский флот и есть наша первая задумка. При помощи мальтийских купцов и греческих пиратов, которые подчиняются России, мы получили нужные средства на финансирование наших идей. Захват Корфу, Мальты, Менорки и в дальнейшем Кипра с Критом, сделают нас главной военной силой в Средиземном море. А это значит, что именно мы будем решать, кому там позволено торговать. Тоже самое планируется в Балтийском и Северном море. На первых порах пираты и приватиры дадут нам возможность заработать денег и обучить экипажи. А далее будет торговый флот, на страже которого всегда будут военные корабли. Тот же торговец легко превращается в капера, и начинает перерезать коммуникации противника. Примерно так, хотя всё намного сложнее. Захваченные острова будут русскими базами и опорными точками. Там наши корабли не только найдут приют, но будут угрожать всем окружающим странам.

– Вы авантюрист и романтик, Константин Павлович. Но я вами!

Через день после весьма продуктивного разговора с Суворовым я ехал на встречу в поместье, отстоящее на десять верст от Праги. А ничего так, грамотно и со вкусом! Длинная аллея, аккуратный двухэтажный особняк, какие-то скульптуры и заметённые лёгким снежком кусты.

Иоганн фон Рейтер был весьма представительным мужчиной. Высокий для данного времени, тонкие черты лица и светлые волосы. Его супруга Иоланта Розвадовски была попроще ликом, но обладала такими формами, что я не сомневался, кто принимал участие в создании такого шедевра, как прекрасная Шарлотта. Да, я решил посетить отца баронессы и наладить с ним контакты. По её словам, папочка был очень богат и влиятелен, хотя и не относился к высшей знати Империи.

Обедали мы были втроём и весьма мило побеседовали. Кроме моей пассии у пары есть сын Ян, который сейчас служит в армии. По некоторым обмолвкам я понял, что Иоланта не очень довольна, что её кровиночка сейчас воюет с республиканцами. После замечательного обеда с приличным вином мы переместились в кабинет хозяина особняка.

А ничего так кабинет у простого богемского дворянина! Секретер явно моей мануфактуры или местная подделка. Два стеллажа с книгами, что уже говорит о немалом достатке хозяина. Большое окно давало достаточно света и выходило в парк, расположенный во внутренней части особняка. Эдакое скромное пристанище миллионера, кем собственно папа Шарлотты и являлся. После разного рода экивоков, вроде погоды и дел в армии мы приступили к делу.

– Ваше Высочество, я человек простой и буду говорить откровенно. Мне совершенно не по душе ваши отношения с моей дочерью. Но она девочка взрослая и знает, что делает. Шарлотта написала, что у вас есть для меня некоторые предложения, поэтому готов их выслушать.

Каков наглец! С другой стороны, он прав. Мои отношения с его дочерью могут отразиться на её репутации. А что страшнее – ударить по бизнесу. Немцы, что с них взять.

– Я передал вашей дочери план создания компании, которая в будущем может стать источником баснословных прибылей. Прошу вас отнестись к этому серьёзно и помочь Шарлотте. Для вас же у меня своё предложение.

– Готов выслушать вас со всем вниманием. Ваша слава придумщика разного рода игрушек и прочих новинок давно дошла до Богемии. Прошу извинить за резкость, всё-таки я отец и беспокоюсь за свою дочь.

– Я вас понимаю. Если кратко, то России нужны люди. Сейчас в Европе идёт война и десятки, если не сотни тысяч людей оказались в непростых условиях. Плюс германские земли достаточно перенаселены и крестьянам давно не хватает земель. Вы пользуетесь большим уважением среди промышленников и мастеровых. Ваши заводы одни из лучших в Богемии. За каждого инженера и мастерового буду платить золотом. За простых крестьян поменьше, но здесь вы можете взять количеством. Недавно Россия отвоевала колоссальные земли размером с нынешнюю Австрию. Мало того, что земля там сплошной чернозём. Так ещё в недрах таятся такие богатства, которые не снились Богемии, Силезии и Рейнланду вместе взятым. Вернее, там залежи железа, угля и прочих металлов в сотни раз больше.

Глаза фон Рейтера затуманились, и он на секунду улетел в какую-то иную реальность. Но быстро взял себя в руки и спросил.

– Но какой мой интерес? Рекрутирование работников для России – это небольшие деньги. Вы же уже поняли, что наша семья весьма состоятельна. Но я не отказываюсь, просто хочу понять.

– Если вы обеспечите мне бесперебойные поставки нужных специалистов и переселенцев, то получите неплохой приз. Я дам вам право на разработку одного их крупнейших залежей железа в Дикой Степи. Место называется Кривой Рог и думаю вы оцените моё предложение. Но сразу говорю, что иностранные граждане смогут работать в России только в консорциуме с российскими заводчиками или государством. Дело это долгое и не на один год. Но ваши внуки Иоганн, получат весьма богатое наследство, если вы правильно распорядитесь полученной информацией.

Никто не собирается давать большие преференции иностранному капиталу. Но богемцы с силезцами – это в первую очередь специалисты и технологии. Мы на дистанции обгоним Европу, в чём я уверен. Но сейчас России глупо отказываться от такой помощи. Иоганн получит максимум четверть или треть компании. С другой стороны, мы привяжем к себе богемских промышленников, а это вопрос политический. Есть у меня планы на этот регион. Думаю, фон Рейтер привлечёт к других пайщиков. Так что овчинка стоит выделки.