Уникальные методы писательского мастерства

Итак, вопрос первый – «Что я пишу?» Этот вопрос коренной, ибо зачем знать где?, когда? и почему?, если не известно что?

А теперь к делу.

Детские стишки

В детстве я любила сочинять. Иногда мне за это, грубо выражаясь, «влетало». Я часто своими выдумками заменяла правду, там, где этого делать не полагалось. «Профессиональный враль» из меня не получился, и я этому очень рада. Но придумывать истории люблю до сих пор.

Записывать же я стала не сказочные истории, а стишки. Они рождались в юной голове легко и часто. Многие так и остались не записанными по причине тогдашнего неумения держать ручку или карандаш. Из этого следует, что слова в рифму складывались задолго до школьного возраста. Этих своих «поэтических шедевров» я не помню, но уверена, что они были.

Первые стишки в письменном виде я послала в «Пионерскую правду». Из редакции пришло письмо со списком книг, которые мне рекомендовали прочитать. Это не были книги о поэзии или о писательском мастерстве, это были обычные детские книжки – «Тимур и его команда», «Незнайка на Луне», «Дети Гватемалы» и другие. Я была очень рада письму, несмотря на то, что мои стишки так и остались неопубликованными. Мне было важно, что меня заметили, про меня не забыли и не раскритиковали.

Желание сочинять росло с каждым годом. И вот я уже читаю свои творения родителям. Отец меня хвалит. Он верил в мои способности, по крайней мере, отец ни разу не сказал «Чепуха! Займись чем-нибудь серьёзным». Отец пользовался у меня большим авторитетом. Он необыкновенно много читал и обладал феноменальной памятью. Свою любовь к книгам передал детям.

Поэта из меня не вышло, но писать я люблю, иногда слова рифмую. Искренне благодарю отца за сдержанность и веру в меня. Он был первым моим критиком, очень тактичным, дипломатичным настолько, что я и не замечала критики. Не помню выражений «Плохо!», «Неправильно!», «Некрасиво», «так не говорят» и подобных. Замечания делались в позитивной форме, поэтому я была уверена, что он меня хвалит. Эти первые свои «произведения» я не сохранила, так уж получилось. Однако это были те дрова, которые сгорели сами, но согрели других. Я получила энергию, и эта энергия нарастала с каждым годом и не исчезла до сей поры.

Письма

Эпистолярный жанр сегодня не в моде. Современные молодые люди общаются по телефону, через скайп, посредством электронной почты, через социальные сети. Мы в своё время писали письма и подписывали поздравительные открытки.

Я обожала получать письма и с удовольствием отвечала на них. Сочинять истории в этом случае было не к месту. Требовалось подробно описать события, произошедшие за неделю или месяц. Я добавляла своё отношение к любому из случаев и свои чувства к адресату. Если письма долго не приходили, я садилась и писала снова. Каждый раз одни и те же явления описывались по-другому, менялись и чувства к человеку, который не торопился с ответом. Эпистолярный жанр так увлекал меня, что письма получались на нескольких тетрадных листах. Впоследствии, когда появились альбомы для письма, я писала свои послания только на белой бумаге, подкладывая под неё разлинованный лист.

Сначала я писала только родственникам. Благо для этого были созданы все условия – мы часто жили вдали от них. О наших невольных путешествиях по стране советов повествовать здесь не буду, это заняло бы полкниги, а, может, и больше. Скажу только, что частые переезды стимулировали желание к переписке.

В конце шестидесятых, когда мы «осели» окончательно, появились другие адресаты. Из «Пионерской правды» я узнавала адреса ровесников из далёких краёв – Казахстана, Молдавии, Сибири – и писала им о нашей пионерской жизни.

В пятом классе, с помощью учительницы немецкого языка, я писала письма девочке из Берлина. И сейчас помню её красивое имя – Марион. В письмах мы посылали друг другу почтовые марки, открытки с видом своих городов. Так общались многие подростки того далёкого советского времени. Переписка помогала узнавать мир.

Личный дневник

Дневники в моей жизни и писательстве сыграли большую роль.

Не помню точно, кто подсказал мне идею вести свой дневник, брат или отец, да это и неважно. Оба были для меня авторитетами, брат, так, вообще, был моим кумиром. Ну так вот, я прислушалась к совету, купила общую тетрадь и стала туда записывать все события и мысли. А было мне тогда тринадцать. Всем известная пора перехода из детства во взрослость. Чувства бурлили, как горная речка, мысли то мчались вперегонки друг с другом, то резко тормозили и делали крутой поворот, и всё это выливалось по вечерам на страницы тетради в оранжевом переплёте. Это была замечательная идея выплёскивать свой негатив на бумагу, а не оставлять в себе или, тем более «не бросать его в людей». Почему негатив? Потому что позитивных мыслей в подростковом возрасте у меня было мало, и они занимали одну, две строчки. Грустные же мысли, а порой даже отчаяние так и текли из меня непрерывным потоком. Кое-что из дневника «доходило до публики», девочки любят делиться секретами.