На окраине Развалин

Глава 4. Белый кирпич и рыжий кирпич

Бобби Знающий и Мэри Белый Локон подошли к мэрии. Ему предстояла очередная вылазка в новые районы, такие действия совершало все трудоспособное мужское население в порядке очереди. Ее же сюда вело неизведанное чувство, скрывающееся где-то внутри, в глубинах души.

Возле здания стояли несколько мужчин. Бобби сразу узнал Ангуса Сильного, Цезаря Лекаря и Эрика Ловкого. Стандартный состав: разведчик, врач, силач и исследователь. Все обменялись приветствиями. Цезарь в очередной раз пожурил Бобби за то, что тот не спит по ночам, а Мэри сказал, чтобы «следила за ним». От этих слов девушка покраснела.

– Цезарь, ты не видишь: девушка итак вся на нервах, а ты в лоб такие вещи говоришь, – заявил Эрик, даже не разворачиваясь к присутствующим.

В том, как сейчас выглядело здание мэрии, с трудом можно было узнать бывшую школу. Забор оброс каменными конструкциями и башнями, словно форт во времена революций в старой Европе. Стены покрашены в мраморный цвет. Внутри все завесили картинами, заставили лучшей мебелью и застелили коврами. Эта белая ворона выделялась на общем фоне разрушенных построек поселения, скроенных из всего, что было. Старожилы рассказывали о том, что мэр и его приближенные вытащили из строительного магазина в запретной зоне все лучшие материалы для того, чтобы сделать перепланировку. Оно и понятно: очень удобно, когда здание управления одновременно твой дом.

Но удивительным было не столько внутреннее и внешнее убранство ратуши, сколько состав, который собрался здесь в этот час. Видимо, мэрия призвала сильнейший отряд ради какого-то важного события, иначе зачем им отряд «Отлученных». Каждый, кто входит в него, был отлучен от общества по разным причинам. Ангус обладал необычайной мощью, он мог поднять машины, брошенные прошлыми жителями. Цезарь видел раны и боль в теле любого человека, поговаривали даже, что он пережил Творца и не постарел. Эрик мог видеть и слышать все в радиусе одного километра, поэтому жил на отшибе. А еще мог появляться и исчезать настолько быстро, что лучшие стрелки не могли его заметить. Эрик владел почти всеми возможными видами холодного оружия, несмотря на нелюдимость воспитал несколько учеников, которые давно покинули дом и вели свои дела отдельно от «отца», так они его называли. В свое время главный Ворон Развалин и его птенцы не раз спасали Купол от кровопролитных войн или конфликтов. Следопыты, воспитанные Эриком, могли проникнуть куда угодно без единого звука, но единственный, кто мог подобраться к ним со спины и при желании убить был их учитель. Бобби не считал себя «Отлученным», он просто умел хорошо работать с любой информацией и легко запоминал любые объемы и данные. Но в поселении его почему-то приписывали к этой троице, несмотря на бытующее мнение о том, что в нем нет ничего необычного.

– Бобби, все нужное тебе возле лавки, – Цезарь не отводил взгляда от руки Мэри.

Бобби подошел к чемоданчику и, глянув на Эрика, заметил, что у того под очками перевязаны глаза. Медленно перебирая оборудование, прошептал:

– Эрик, это ведь последняя вылазка? Что сказал Цезарь?

– Не волнуйся, парень, я все вижу своим сонаром. И хватит пялиться на меня. Мэр сказал, что это моя последняя вылазка, после я буду свободен. А док сказал, что регенерация тканей пойдет быстрее после небольшого отдыха. Кстати, пацан, поправь мне шляпу, а то я ее совсем не чувствую.

Бобби, поправив шляпу Эрику, снова стал разглядывать содержимое чемодана. И вдруг заметил отсутствие запасного энергоблока. «Эх, Никола вновь забыл доложить нужную часть комплекта».

– Пока мы не отправились, я дойду до Николы. Он забыл энергоблок положить.

– В этом нет необходимости, – прозвучал голос над ним.

Это был Никола Связующий. Хоть и стояла жаркая погода, Никола как всегда был в своем черном костюме с накинутым поверх халатом. Он передал недостающий элемент со словами:

– Удачи, мой добрый друг и лучший ученик.

А еще вложил в руку Бобби маленький сверток и напутствовал:

– Это тебе на память. Мы надеемся на скорейшее твое возвращение.

У Бобби не было ни отца, ни матери – его весь город воспитывал, а по-отцовски опекал всегда Никола. Вот почему он и собрал в дорогу Бобби нехитрый набор: фото, которое было сделано во время праздника Дня Основания. На нем счастливые лица троицы: Бобби, Мэри и Николы. Рядом с фотографией лежали еще несколько тюбиков с медикаментами и яблоко, которое росло на ферме, а не этот пластик с плакатов «Центра-фрукт». Все овощи и фрукты, выросшие на земле «Заброшенок», были искажены или имели неестественный цвет, а иногда и вкус. Все потому, что ежегодно Союз Земных Народов сливал в заброшенные земли гниль и химикаты. Но после того, как отряд «Отлученных» нашел несколько очистительных станций, овощи, мебель, одежду и книги наконец научились очищать от загрязнений.

Мэр, взойдя на трибуну, подкрутил пальцами свои белые усы и возвестил:

– Граждане Развалин, большая просьба, подойдите сюда. Сегодня на повестке дня перепись книг в нашей…

Дальше Бобби уже не слушал Мэра, ведь изо дня в день тот говорил одно и то же, иногда меняя формулировку. Бобби подошел к отряду, им надо было дождаться информации относительно их задания.

– Эрик, сколько раз тебе говорил, меняй повязку. Видимо, Ангусу надо вбить это тебе в голову, чтобы ты понял, что надо слушать лечащего врача.

– Отстань, Цезарь!

– Но Эрик…

– Цезарь, перестань отвлекать меня, – прокричал Мэр. – Вообще-то, я говорю про вас.

– Извиняйте, ваше превосходительство, – виновато осекся Эрик.

– Сегодня наш прославленный отряд отправляется на самую сложную операцию за все время существования нашей общины. Ангус, Эрик, Цезарь и Бобби – это ваша последняя миссия. После этого вы отправляетесь на пенсию и будете находиться на городском обеспечении. Правда, Бобби и Цезарю придется доработать срок выработки. Цель у каждого из вас своя. Вы ее знаете. Удачи!

После этих слов из громкоговорителя послышался мелкий свист, будто маленький зверек внутри норы копошился, стремительно прорываясь вперед. С каждой секундой свист становился все громче и отчетливее. И вот зверь оказался уже совсем рядом. Каждый из присутствующих слышал уже не свист, а гудок паровоза. И раздавался он не где-то там, а прямо в ушах. Несколько женщин и мужчин, не выдержав свиста, побежали в сторону своих жилищ. Старик Мерлин, бывший врач поселения, тугой на оба уха, и то как будто услышал этот ужасающий звон.

И тут громкоговоритель задымился и лопнул словно воздушный шарик. Толпа загудела: «Что это было?», «Это вообще, что такое было?». И лишь один Мерлин, поворачивая голову то вправо, то влево, повторял:

– У кого-то в доме чайник вскипел или мне кажется?

– Успокойтесь, успокойтесь, граждане. Это всего лишь перебои в электротехнике старой эры…

– А вдруг это правительство нас пытается выкурить, как пчел, – прокричал Том Парикмахер.

Толпа еще сильнее загудела, кто-то удивлялся, кто-то поддакивал.

– Это абсурд, Томми, – схватив за рукав, одернула его жена Анна Красивая.

– Послушайте лучше свою жену, Том, и ради общины не занимайтесь поиском истины в буклетах старых лет, – посоветовал Никола.

– Все, граждане, расходитесь, – Ангус, расталкивая всех, шел к зданию.

Скрываясь за его массивной спиной, как за щитом, семенили Бобби и Цезарь. Они даже не сомневались, что доберутся до дверей без особых усилий. Ведь в общине не любили перечить отряду, который считался силой и первым рубежом защиты их городка. Эрик каким-то образом уже оказался на сцене, хоть и стоял в задних рядах. Отряд теперь уже в полном составе присоединился к мэру и Николе, которые бурно обсуждали неожиданный взрыв:

– Сколько раз я вам говорил, Никола, нужна новая аппаратура, а не это старье.

– Вообще-то, мы с Николой его сделали только неделю назад, – вступился Бобби.

– А это не ваше дело, молодой человек, и вообще, это неприлично – подслушивать разговоры, – практически прокричал мэр.

– А я и не подслушиваю, вы так орете, что даже Старик Мерлин вас услышит, – спокойно ответил Бобби.

– Пошел вон, щенок. Благодаря мне ты в этом богом забытом городишке. И твое маленькое детское тело не сожрали крысы, – не унимался Мэр.

Бобби спокойно развернулся и пошел прочь. Ему было не впервой видеть, как из маленького улыбающегося старика этот хрыч превращался в злобного гоблина, ненавидящего всех живых.

– Бобби, постой, – прокричал Никола.

– Стоять, ты, ничтожный изобретатель. Я тебя не отпускал, – Мэр перешел на фальцет.

Но Бобби уже ничего не слышал, двери за ним с шумом закрыли как их однажды прозвал Цезарь бугаи-дворецкие. Он стоял и думал о том, сколько гадостей и злобных криков слышали и дом, и преданные ему люди. А этот гоблин уже не первый год на троне своей империи.

Глава 5. Город и головоломки

«По-моему, это странно – доверять какому-то незнакомцу, явившемуся из уличной пыли и грязи», – Сью в очередной раз прокручивала эту мысль в своей голове. В машине Грегори играла жизнерадостная мелодия, вот только слова ей показались грустными. Эту песню она уже слышала когда-то, сидя в маленьком кафе, стилизованном под начало веков объединения. Ее не покидало чувство, что в салоне не двое, а куда больше попутчиков. Ее старенький мобильный наотрез отказывался работать. Справедливости ради стоит заметить: использовала она его крайне редко, и то в качестве плеера.

– Так куда мы едем? Вы знаете, куда мне нужно? – задала Сью волнующий ее вопрос.

– Мы едем туда, куда нас ведет судьба и старая добрая GPS. Я знаю этот город как свои пять пальцев. Я, можно сказать, стоял у истоков транспортной системы. Но все же GPS – классная штука. Она позволяет мне объезжать пробки и ориентироваться в новых районах.

– В смысле? Вы едете как вам сказал прибор, то есть наугад? Вы хоть знаете, куда эта штука нас ведет? Я думала, что GPS давно уже не используют после запуска программы по очистке орбиты.

– Да, в Управление Долгов и Штрафов. Потому что мы вряд ли успеем в Центр Сдачи Культ. Производства. Или как вы там его называете? Обменный пункт? А GPS еще используют, это все остальные про него забыли, так как теперь все делают консультанты с ИИ.

– Но почему мы едем в противоположную от Центра сторону? Мы ведь можем еще успеть.

– Сожалею, мы не успеем, даже если поедем быстрее в три раза. Я тебя уверяю, мы доедем до этого центра филькиной грамоты, у тебя останется пять минут, и ты их потратишь на заполнение бланков и опоздаешь на сам пункт. Поэтому мы едем сразу в Центр. Там ты объяснишь ситуацию, и все спишут на человеческий фактор.

– Откуда вы это знаете?

– Я всю свою жизнь работал в транспортной системе. И несколько раз проспал свою работу, поэтому пришлось помучиться с бумагами. Еще работал в такси, пока служба не «умерла», потому что водителей заменили роботизированные повозки. Позже я работал в метро, а вот потом случилось то, что случилось. Та жуткая авария. Авария 2675.

– Я читала об этом. Так вы один из тех, кто был там? Вы из состава служителей метро тех времен! – воскликнула Сью, переходя на восторг.

– Не надо. Не так громко. Это излишне. Вы забыли, что закон запрещает находиться в средстве передвижения двум, не состоящим в дружбе, людям. Нас могут остановить, отследив по камерам, поэтому придется ехать, выбирая тень.

В этот момент Сью в первый раз почувствовала энергию человечности, исходящую от Грегори.

– У меня тысяча вопросов. Почему? Как? И кто? – Сью, как глашатай на средневековой ярмарке, не переставала тараторить, выдавая все новые вопросы.

– Тише-тише, Сюзи. Все после нашего дела, – сказал Грэг слегка бархатным, чуть ли не дикторским голосом.

Девушка замерла от удивления, услышанное поразило ее, ведь так ее называл дедушка. После очередного кризиса власти дедушка и бабушка пропали, комнаты их опустели. Как же тогда плакала мама, она не выходила из своей комнаты. Отец сказал, что бабушка и дедушка вернутся через пару недель. Но шли недели, месяцы и годы. И только когда родители потеряли последнюю надежду, признались дочурке, что ба и де, скорее всего, не вернутся из-за того, что были связаны с прошлым правительством и не покинули столицу, как было прописано в своде правил правящего класса. «Неужели это дедушка? Старик и правда выглядит как дедушка, только старше. А ведь у деда тоже был старенький Ford! И самое странное – в вечер исчезновения машина пропала тоже. Правда следов шин не было, да и никто из соседей не слышал, как из двора выезжала машина… Нет-нет-нет! Это не может быть он».

Грэг заметил тишину, а также испуг, промелькнувший в глазах Сью. И решил хоть как-то разрядить обстановку:

– Что-то не так? Я чем-то задел тебя?

– Нет, все в порядке. Но почему вы назвали меня этим именем?

– Сюзи? Ты про это имя?

– Да. Почему именно так?

– Так звали мою дочь. Мне неприятно это вспоминать. Но я могу сказать, что не видел ее с того рокового события. Жена забрала девочку, чтобы не нарушить ее психику – ведь на нашу семью обрушилась волна внимания. Если я затронул какие-то болевые точки твоей души, прости, я не хотел. Я попытаюсь больше это имя не произносить.

– Нет, все в порядке, просто меня так называл очень родной для меня человек. А вы с ним чем-то похожи.

И Грэг, и Сью замолчали, каждый погрузился в свои мысли. Мимо мелькали небоскребы и небольшие строения, кафе, рестораны, магазины и разного вида брендовые лавки, заполонившие первые этажи домов или целые здания. Давненько Сью не ездила так по городу и не выбиралась на шопинг за одеждой либо дорогими продуктами в крытые стеклянные навесы. Когда это было в последний раз? Три года назад? Да, три года назад. Тогда она ехала в автомобиле с парнем, который пригласил ее в брендовое кафе. «Какая все-таки я была дурочка! Хорошо, что рассталась с ним и принялась за свое образование и работу». Она посмотрела в зеркало заднего вида и увидела ту Сью из другого – старого мира. Мотнула головой, стирая видение, потому что знала, что никогда не вернется в тот мир покрытый грязью и лицемерием. Пусть лучше она будет маленьким, но храбрым хоббитом в своем холмике, чем орком, скрытым под тоннами макияжа и лжи.

Они проезжали по старому городу. Его называли так потому, что ранее здесь было место, с которого все началось. В начале века все ранее малые города начали расти, и в скором времени границы между ними стерлись – появились гигантские мегаполисы. Никто уже и не знает, сколько городов вмещает в себя Сен-Рейнская зона. Кто-то поговаривает, что семьдесят, кто-то – около ста. Города сами по себе ушли в прошлое, теперь, чтобы проехать из одного края в другой, потребуется не менее двух часов, и это несмотря на то, что используется технология бесконтактного перемещения. Правда, на метро не очень удобно перемещаться из-за перегруженности и запутанности системы туннелей. И, как назло, станции, на которые тебе нужно, закрывают из-за неполадок системы. Единственный выход – передвигаться пешком или на колеснице. Последние берут наценку за биотопливо, а еще современные шоферы отклоняют заказы вне ее района. Поэтому приходится менять шоферов, перебираясь из района в район. Допустим тебе захотелось купить индивидуальную одежду, ты, выехав из района студенчества, потратишь половину месячного жалования сантехнического служащего только на дорогу, а остаток уйдет на костюм.

Однажды Сью тоже пришлось заплатить целое состояние за платье индивидуального пошива от знаменитой портной. Поводом стало приглашение на вручение премии «Лучшая художественная работа М-мегаполиса». Она обомлела, когда в примерочной увидела себя в том темно-синем платье, усыпанном мелкими черными камнями, которые переливались словно звезды в отражающейся глади моря ночью. Безусловно, в таком виде она сияла на празднике будто звезда в созвездии Ориона.

Бал был великолепен и проходил в здании театра, того самого, где примерно сто лет назад убили первого главу Мегаполиса. Здесь собралась вся элита, и статус каждого гостя измерялся численностью около ста пятидесяти тысяч человек. Подходившие к Сью с удивлением обнаруживали, что в ее статусе значатся всего лишь сто пятьдесят человек. Девушка оправдывалась тем, что использует деньги, а не статус, что, конечно, вызывало всеобщее недоумение. После пятнадцатого подобного разговора, ее отвели в сторону, изъяли телефон и через несколько минут вернули, изменив настройки. Из комнаты Сью вышла уже одним из популярнейших художников: ее статус теперь насчитывал уже около шестидесяти пяти тысяч человек. Все они, кроме полутора сотен родных и друзей, были фиктивными.

Но все эти софиты, игристое шампанское и здание, хранящее тайну, остались в прошлом. Тогда Сью получила гонорар за портрет известного актера, подарившего внешность ИИ умных домов. На эти деньги Сью выкупила дом в пригороде, где и жила все эти годы. Но это лишь прошлое. А только глупцы живут прошлым.

Она посмотрела на часы, оставалось двенадцать минут. Их окружали очень старые здания. Настолько старые, что на каждом втором висела табличка про историческое наследие. Это напоминало детскую поделку, будто ребенок взял клей и склеил две детали головоломки, которые никак не хотели вставать вместе.

Нижние этажи выглядели футуристично, соответствуя небоскребам, а верхние этажи – напоминали реконструкцию старой жизни для фильма про ту эпоху.

– Ты еще успеваешь, поторопись. Иначе твое будущее будет непредсказуемым.

Сью вышла из машины, потом повернулась, заглянула в салон и произнесла:

– Спасибо, Грэг. Ты ведь дождешься меня?

Грэг кивнул, она удовлетворенная ответом, наконец пошла к зданию.

Глава 6. Стены и люди

Бобби направился в сторону ворот. Его не сопровождали громкие овации и оглушающий крик толпы – так из года в год провожали в экспедиции отряды Развалин. Праздник был для тех, кто находился в мэрии. Не для него. Он приблизился к сваренным из автобусов воротам, которые открывались раз в три месяца. Со стороны поселения – это обычные желтые автобусы без колес, обильно покрытые агитационными плакатами. Но со стороны пустошей автобусы были зашиты листами толстого металла, увешаны шипами, цепями. В будке, сделанной из старого ларька, сидела охрана: маленький старичок и его молодой напарник.

Старика звали Гер, сокращенно от Геркулес, а напарник носил имя Икар. Они были из одной семьи, из поколения в поколение их семья защищала ворота.

– Привет, Гер. Привет, Икар. Денек неплохой, не правда ли?

– Привет, Бобби. Да, погода вам помогает. Надеюсь, что она не испортится, пока вы в пути. А почему ты один? Где все остальные?

Гер повернулся к Икару и прошептал, но Бобби это услышал, ведь не зря он по несколько часов сидел на экзаменах каждый год. «Поздоровайся с Бобби. Это невежливо. Он хорошо к тебе относится. И неважно, кем ты его считаешь».

– Так они все у мэра. Он меня не особо любит. Поэтому я решил к вам сразу махнуть, – ответил Бобби.

– Дед, я щас приду, – Икар швырнул старый журнал с самолетом на обложке на стол и вышел.

– Икар, только недолго. Ты же знаешь, что сегодня будет много людей и мне нужна твоя помощь, – но внук уже скрылся в переулке.

Бобби, кинув взгляд на спину Икара, заметил, что под майкой у него была тату в виде крыльев.

«Забавно», – подумал Бобби, а вслух произнес:

– С каких пор у него тату?

– Ты про крылья? Так, наверное, неделю с ним уже ходит. Ой, ты не представляешь, как шумела и ругалась Гера, когда он заявился домой и она это увидела. Долго причитала: «Ты же знаешь, что это плохой знак. Я же знала, не надо было называть тебя таким именем». Не понимаю я ее, ведь у нас в семье у всех мужчин есть татуировки с символом, обозначающим наши имена, у меня их двенадцать, и ничего. Ни разу аппарат не сломался в процессе.

– М-да. Помню, как он с пацанами однажды за ворота вылез. Скандал – на все поселение. Гера тогда его дома заперла и эти его крылья самодельные сожгла.

– Это она еще не знает, что прибор с краской из города, а не местный.

– А чего он такой расстроенный? Раньше хотя б головой кивнет.

– Ой, не знаю, Бобби, не знаю. Может, обижен на тебя, ведь вы же друзья были не разлей вода. А сейчас что? То ли его характер вздорный, то ли ты ему чем-то насолил.

– Но ведь…

Ожил громкоговоритель, зазвучал марш. Это означало, что из мэрии вышли все, кто там заседал. Процессия стремительно приближалась. Бобби вышел из будки, чтобы присоединиться к своим, но путь ему преградил Мэр и прошептал:

– Только посмей что-нибудь выкинуть и все испортить.

Бобби, едва взглянув в сторону гоблина, прошел мимо. И тут же от Цезаря узнал о том, что после задания отряд точно расформируют. А если они провалят миссию, то их изгонят из поселения, а имена в книге Предков сотрут.

Колонну встречал отряд «Очистки». Он первым делом встречал караваны, переселенцев и просто гостей Развалин, чтобы провести стандартные процедуры: от очистки одежды до проверки документов. Поэтому из называли чистильщиками. У выхода из поселения собралось много жителей. Обычно такие операции специально проводили в выходной день, чтобы близкие могли увидеть своих героев.

Бобби покрутил головой в разные стороны и понял, что все родные стоят рядом – соратники, девушка, нареченный отец. Они пришли не сладкоголосые речи слушать, они пришли поддержать его и тех, кто готов подвергать себя риску, терпеть оскорбления и выходить за стены во благо всей общины. А речь Мэра – это всего лишь фонограмма. Бобби почувствовал этот огонь, скрытый внутри каждого жителя. Это грело его душу, вот почему он идет туда, а не ради выполнения очередной миссии.

Со стен полетели шумовые бомбы. Их скидывали, чтобы отпугнуть светом и звуком как животных, так и мутантов. Не боялись взрывов только мотыльки, но они могли стать угрозой исключительно ночью, а сейчас день. Отряд «Очистки», выполнив первую стадию, спустился и встал вместе с Отлученными по четыре человека с каждой стороны. Перед собравшимися появились заградительные щиты.

Мэр подал знак – и Гер с Икаром начали открывать ворота. Бобби оглянулся и заметил, как Мэри плачет, уткнувшись в плечо Николы. От этой картины огонек внутри загорелся еще ярче. И выход за ворота стал не таким сложным. Отряд Очистки выстроился полукругом, закрывая за ними проход.

– Бобби, подожди, – вдруг прозвучало за спиной.

Он оглянулся, но не смог разобрать, кто кричал – лица и тела тех, кто находился в безопасной зоне, скрывали массивные защитные костюмы. Лишь когда человек приблизился и снял маску, выяснилось, что это был Меркурий.

– Меркурий? Что? Вы же работаете на трех работах? Вы еще и в отряд вступили?

– Все позже, Бобби. Все позже. Гер забыл передать тебе подарок. Он вместе с Икаром заказал подарок у кузнеца. Вот, разверни сверток, когда прибудете на привал. Помни, ты для нас все равно что член семьи.

– М-12, вернуться в строй! – послышался окрик со стороны ворот.

– Бобби, возвращайся скорее, ведь нам надо отпраздновать твой праздник.

– М-12, если вы не вернетесь в строй, по вам откроют огонь!

Меркурий моментально надел маску и вернулся в строй, а четверка смельчаков по разрушенному асфальту зашагала в сторону кольца. Ворота с шумом закрылись, погасли проекторы, музыка стихла.

Отряд разбился по парам: Эрик шел с Бобби, а Цезарь с Ангусом. Дорога вела к зоне, в которой ранее находились порт и хранилища. Объект уже несколько лет никто не посещал, так как место было опасное и непредсказуемое.

Бобби знал, что не пройдет и часа, как Эрик в очередной раз ослушается приказа и уйдет вперед, чтобы осмотреть местность. Поэтому особо не сближался с этим нарушителем правил. Да и смысла в этом особого не было: Эрик не любил разговоров, был молчалив и скрытен. Зато ценил тех, кто способен подставить плечо в нужный момент. Таким точно был Цезарь. И он единственный, кто мог разговорить молчуна и даже при необходимости прикрикнуть.