На окраине Развалин

Глава 12. Институт и фотографии

Выйдя из туннеля, отряд оказался в небольшом переулке. Повсюду валялись ящики, виднелись следы торговых рядов. Брусчатка под ногами постепенно нагревалась, поэтому пришлось ускориться. Обходя аккуратно остатки прошлой жизни, они вышли на широкую улицу, к ней примыкала кольцевая. По мере продвижения они стали чаще натыкаться на транспортные средства, точнее на то, что от них осталось. Попадались и почти не тронутые сборщиками и рейдерами машины. Этот район не пользовался популярностью из-за высокого уровня опасности, и немногие решились бы сделать крюк через институт. От кольцевой отходило несколько дорог, одна вела к переезду через железнодорожные пути, вторая – в центр города, а третья – к бывшей набережной. Институт сверху напоминал букв «г», шпиль здания был направлен вверх, со стороны железной дороги можно было увидеть кирпичную кладку, а с фронтальной части – листы плитки, которая со временем стала осыпаться – по этой причине эту постройку именовали «шахматной доской».

– Так, поступим следующим образом. Останемся в институте, займем третий этаж шахматной доски. Информатор будет ждать напротив в угловом помещении и подаст сигнал, когда появится. Все согласны с планом? – Эрик говорил отрывисто, будто руководил спецоперацией.

– Да, – ответил Ангус.

– Ангус, на тебе док. Видно, ему уже тяжко идти, понесешь его.

– Я против, я еще в силах, я еще ого-го! – отозвался лекарь.

Сопротивление Цезаря все проигнорировали. Ангус подхватил его на руки и последовал за Эриком в сторону главного входа в институт. Бобби замыкал цепочку и с интересом разглядывали место, в котором мог сохраниться, хоть и не полностью, образ жизни человечества. Продираясь сквозь заросли высокой травы некогда бывшей аллеи, Бобби удивлялся величию шахматной доски, кусочек которой он видел из своей комнаты под шпилем церкви. Вот каким огромным было здание, оно уходило ввысь на десятки, а может, даже сотни метров, сравниться с ним могли лишь несколько построек на горизонте, которые Бобби также разглядывал каждую бессонную ночь. Казалось бы, институтский шпиль был так далеко, но день пути – и они стоят у его основания.

– Хей, архитектор. Не стой столбом, так и металлическую муху недолго схватить, – окликнул Бобби Ангус, – пойдем, внутри оно всяко интереснее.

В холле обнаружился постамент, на котором раньше явно висела табличка и стоял бюст, но, хоть рейдеры и сборщики редко сюда захаживали, видимо, табличка и бюст им уж сильно приглянулись. Перешагнув через части поваленного турникета, перед группой оказалась развилка из коридоров, две пустые шахты лифтов и макет района города с изображением футуристического района, в центре которого располагался институт, ближайшие здания выглядели похожим образом – ничего необычного, разве что в центре кольцевой в то время, когда здесь кипела жизнь, не красовался бычок сигареты.

Бобби хоть и был в восторге от макета и масштабности института, поспешил по высоким ступенькам на третий этаж, чтобы нагнать свою группу. Стеклянная дверь на этаже была выбита, груда стекла валялась рядом. В остальном длинный коридор третьего этажа сохранил свой былой вид: скрипучий деревянный пол, покрытый светлой краской и лаком, ковер зеленого цвета без рисунка, но с коричневыми полосками по краям, на стенах висели портреты преподавателей, профессоров, ректоров и проректоров.

Институт и его окрестности нельзя была назвать разрушенными, казалось, что люди однажды просто встали и ушли отсюда. Случись так, что все вернутся, то институт стал бы тем самым первым районом, который легче всего оживить. Цезарь вдруг возбужденно начал вертеть головой по сторонам, создавалась ощущение, что он будто что-то забыл и пытается вспомнить.

– Угомонись, док. Тяжко тебя держать, когда ты, как рыба в ведре, елозишь. Дурно тебе, что ли?

– Нет, все нормально. У меня просто дежавю.

– Дежа… что?

– Чувство, что я уже здесь был.

– Конечно, мы тут были в прошлую вылазку, только на пятом этаже.

– Помолчите хоть пять минут. Знаете, же сами – нет болтовне в зонах повышенной опасности.

Они прошли до конца коридора и оказались в тупике, дальше судя по всему были кабинеты.

– Ну и какая из двух дверей наша?

– Эрик, погоди, сейчас уточню, – Бобби поставил на пол свой рюкзак и достал из него небольшой сверток, развернув его, зачитал: «Там, где сходятся ладья и конь, этаж третий, до конца ковра, комната с большим столом и лоскутами». Давайте так, я проверю левый кабинет, а вы правый?

– Хорошо.

Ангус остался с Цезарем посередине, ожидая исхода. Бобби приоткрыл дверь, увидел кабинет с письменным столом, большой картотекой, и полками, заваленными книгами. На вешалке висел халат, будто владелец кабинета вышел на пару минут, лишь мертвые цветы на окне говорили о том, что владелец отсутствует слишком давно. Внимание привлекла рамка, Бобби присел на корточки и потянулся, чтобы поднять рамку.

– Я что говорил? Ничего не трогать! Это тебя касается, Бобби Знающий, – прозвучал возмущенный голос Эрика из соседнего кабинета. – Идите сюда, вот наша цель.

Бобби, немного напуганный тоном Эрика, поднялся и зашел вместе с Ангусом во второй кабинет, больше предыдущего, разделенный на несколько зон перегородками: приемная со столом секретаря и стойкой, на которой висели магниты и брелоки, сам кабинет и небольшая подсобка. Эрик сидел за столом хозяина кабинета и, увидев остальных, торжественно произнес:

– Вот вам и большой стол.

– А лоскутки? – Цезарь наконец покинул руки мощного Ангуса.

– Обернитесь, умники.

Бобби и Цезарь обернулись, перед их глазами оказалось гигантское панно с флагами мира и названием стран.

– Вот что имелось в виду под лоскутками.

– Вау. Мне бы такую схему, мы бы тогда с детьми расширили их кругозор.

– Кто тебе мешает их зарисовать? Времени у нас полно, пока нет информатора, пусть каждый развлекает себя сам. Ты же не зря с собой этот мусор таскаешь? – и Эрик указал пальцем на рюкзак Бобби. – Думаешь, я не знаю, что у тебя там контрабанда?

– Бумага и карандаши – это не контрабанда!

– Ага, только не такие качественные. Ладно, малой, это только между нами.

Напряжение сразу спало, как только каждый разбрелся по своим делам. Эрик у окна настраивал световой маяк, направляя его в сторону здания, в котором должен был появиться информатор. Ангус разлегся на диване прямо под панно с флагами. Цезарь, изучал полки с книгами и стойки, хромая от одной к другой. Бобби зарисовывал флаги на листах контрабандной бумаги контрабандными цветными карандашами.

Через какое-то время Эрик отошел от окна и сел в кресло, закинув ноги на стол и закурив, при этом опрокинул вещи на столе, не обратив на это никакого внимания. Бобби, все также старательно рисовал, то поднимая, то опуская взгляд. Ангус тихо посапывал. Цезарь, поскрипывая половицами, топтался в приемной. На мгновение скрип стих, и Эрик обернулся в сторону приемной.

– Куда собрался?

– Никуда. Ладно, в соседний кабинет. Я вижу, что там много книг, может, что-то полезное найду. Там ничего страшного нет, и ты меня точно там услышишь своими большими ушами.

– Никакой инициативы, сколько раз говорить. Это не просто так опасная зона, иди сюда, я же знаю, что ты уже стопку книг насобирал, иди и читай их. Тебе пока этого хватит, позже зайдем туда.

Цезарь, опираясь на стены, проковылял в кабинет и уселся рядом с Эриком. Открыл одну из книг, но никак не мог сосредоточиться на чтении – то и дело, поднимая глаза в сторону двери. Через час в комнату ворвался яркий луч света, Эрик подошел к окну со словами:

– А вот и наш информатор, – повернул заслонку на приборе, и свет отразился обратно, подавая знак информатору, что отряд в положенном месте.

После этого внимательно следил за прерываниями луча, которое напоминало азбуку Морзе, и старательно записал сообщение на небольшом клочке бумаги: «Рядом федерация, кто-то один, информация у меня». После этого Эрик подал сигнал о том, что информация получена, и начал убирать устройство, разбирая и складывая в свой вещмешок запчасти.

– Так, пойду я один. Ангус, просыпайся, хватит спать. Цезарь, еще раз – никакой самодеятельности, мистера умника это тоже касается.

Он достал револьвер и зарядил его.

– Без глупостей. Всем понятно?

– Да, – ответил Ангус.

– Я все выясню и вернусь к вам.

Эрик скрылся за дверью, а все вновь приступили к своим занятиям. Бобби изучал атлас, вырывая страницы, которые планировал использовать для создания наглядных пособий. Ангус провалился в сон. А Цезарь… сидел и ждал момента, чтобы выскочить из этого кабинета. Как только комнату заполнил храп Ангуса, лекарь встал.

– Бобби, я дойду до туалета, он тут недалеко, на этаже. Мы его проходили.

– Да, хорошо. Туалет, да, – пробубнил Бобби, не поднимая глаза.

Цезарь вышел в коридор и тут же ринулся к соседней двери. Как только увидел кабинет, то нахмурился, резкая боль пронзила его голову. Он сделал несколько шагов в сторону вешалки, на которой висел халат точно такого же цвета, как и у него. Решил проверить, кому принадлежит. Как только увидел вышивку с именем сотрудника, то громко закричал. Ангус подскочил, выругался и в два прыжка оказался в соседнем кабинете, где на полу лежал Цезарь и громко рыдал, вцепившись руками в халат.

– Что тебе было сказано? Никуда не уходить! Что случилось? – прорычал Ангус.

– Эт-т-то… – заикался Цезарь, он не мог ни слова выговорить.

– Что это, Цезарь? Успокойся, дыши. Что произошло?

Цезарь, пытаясь сосредоточиться на дыхании, смог лишь указать на рамку, валяющуюся возле двери.

Бобби поднял ее, развернул и обомлел…

– Что там такого? Что вы оба, фотографий не видели, что ли?

Теперь и Ангус с выпученными глазами смотрел на приятелей. Фотография не была бы столь примечательной – на ней был молодой человек в лавандовом медицинском халате, на его мощном носу красовались очки в тонкой золотой оправе, короткая стрижка и клетчатая рубашка на манер моды того времени, когда здесь были люди, – но внизу черными буквами на золотом значилось: «Цезарь Нил, доцент кафедры биологии и анатомии».

Глава 13. Убежище

Сью сопровождали плакаты, показывающие, в какую сторону нужно двигаться. Дойдя до пластмассовой двери, она оглянулась и увидела надпись: «Расскажите нам о вас». На столе лежали ручка-карандаш и небольшой тубус, из пола торчала труба. Сью заполнила бланк, свернула его в трубочку и, как предлагалось в инструкции, засунула в тубус, который опустила в трубу. После этих манипуляций дверь открылась. В последующих комнатах ее обработали раствором против радиации и пыли, попросили оставить все вещи и выдали несколько вариантов одежды из женского гардероба. Недолго думая, Сью взяла широкие штаны, кеды и рубашку, у которой предварительно оторвала рукава. Очередная дверь отворилась, и она наконец увидела Грэга, читающего какую-то брошюру.

– Итак?

– Что ты имеешь в виду?

– Идем дальше?

Грэг встал, на нем была одежда, которая почему-то очень соответствовала его внешности: штаны со стрелками, теннисные туфли и свитер без рукавов болотно-коричневого цвета. Перед ней стоял уже не шальной старичок, а типичный сосед, которого можно было встретить в приличном районе.

– Пойдемте, мистер Грэг.

– Вот не надо так, юная леди.

Они поднялись по металлической лестнице и оказались на том же уровне, что и большие металлические двери, которые к этому моменту закрылись. Грэг проследовал в дверной проем и быстро зашагал к лифту.

– Кто-то обещал мне все объяснить.

– Я помню. Но… Ладно, слушай, давай зайдем вот в эту комнату, и я тебе все расскажу, заодно переведем дух. Согласна?

– Да.

Грэг подошел к двери, ввел на панели числа от одного до шести, и дверь открылась. Их взору предстала комната-студия с кухней, санузлом и диваном-трансформером.

– Это угловая квартира, поэтому и рассчитана на одного. В центрально части двухкомнатные и трехкомнатные, что позволяет экономично использовать пространство.

– Мы же не об этом должны разговаривать, Грэг. Не об эргономике убежища. Верно?

– Да, не проведешь тебя, – Грэг подошел к раковине и, открыв верхние полки, достал оттуда два стакана. – Хочешь воды?

– Да, а тут есть вода?

– Конечно, убежище устроено так, что, согласно заявкам, которые мы оформили при входе, запустились все системы для поддержания жизни, – Грэг протянул стакан Сью и сел на стул, придвинув его ближе к дивану.

– Спасибо, – Сью, взяв стакан, уселась на диван. – Откуда ты это знаешь?

– Буклеты, в них очень много информации. Зря люди их игнорируют.

– Итак, теперь расскажи мне, что вообще происходит?

– Это будет долго. Я сам немного знаю, лет двадцать назад по всему городу стали пропадать люди, и тогда мы с Генри отправились к месту, где каждого в последний раз видели. Это было озеро.

– Так, мне твои шутки надоели, либо ты серьезно мне рассказываешь всю правду, либо я ухожу. Мне не до шуток, Грэг, ты забрал меня из дома. Помог, спасибо, но теперь я в полном неведении, что происходит и где я.

– Ладно-ладно, присядь. Дай мне минуту.

Грэг глубоко вздохнул, сосредоточился и начал свой рассказ:

– Лет двадцать назад, когда мы с Генри еще так близко друг друга не знали, пропали наши лучшие друзья. Мы все общались, как никак примерно сверстники. С одним были знакомы с института, другой был основателем благотворительного фонда, а третий общался с нами, но вел себя чаще отстраненно. Я давно их не видел и уже не помню, как мы все сошлись, все мои знакомые уже в принципе не помнят этих парней. Лишь я и Генри сохранили воспоминания, думаю, это связано с тем, что у нас есть фотография тех времен, нецифровая. Цифру можно подчистить и изменить, а бумага, особенно в месте, которое никто не сможет найти, и есть тот островок памяти. Института давно уже нет, он, как и некоторые районы нашего города, закрыт из-за биологических катастроф. Вот что нами двигает – желание найти родных. Такие бары, отели, клубы и прочие заведения существуют по всему городу, ведь таких, как мы, потерявших родных и близких людей, тысячи.

В то самое врем и появились эти волдыри, закрывающие полиэтиленом целые районы разных городов. Сначала проводили эвакуацию, накрывали нужный участок черной субстанцией и запускали газ. При необходимости что-то могли вернуть к жизни. Но большинство так и стоят закрытыми несколько десятилетий. Обкатав на нас такую технологию, практика распространилась по миру. Я слышал, что на юге таким образом закрывают районы протестующих, запуская туда отряды специального назначения. После чего район вдруг возвращался к жизни абсолютно восстановленный и без следов эпидемий, восстаний или катастроф.

Что-то подобное произошло и с нашими друзьями. Я до сих пор их ищу. Мы ищем! Мы все надеемся. У нас осталось только это. Я двадцать лет не могу спокойно спать. Этот черный мусорный пакет обволакивает меня во снах, иногда мне кажется, что он вовсе не мусорный.

Договорив, Грэг поднял голову и увидел глаза Сью. Они были абсолютно пустые, там будто разбилось зеркало, которое долгое время отсвечивало, и в котором все выглядело нормально. До тех пор, пока кто-то не запустил в это зеркало, в ее сознание, гигантскую кувалду мыслей. Сью вспоминала те моменты, когда сталкивалась с черной материей в городе, каждый раз ее сознание выталкивало все мысли об этом, она будто и не замечала этого. Один раз она случайно зашла за ограждение, увлеченная книгой, и уперлась в натянутую материю, но ее остановил мужчина в строительной форме и громкими криками буквально выгнал за ограждение. На ее вопросы о том, что тут вообще происходит, он лишь кричал «Смотри по сторонам!» Подозрительным было и то, что ее плановый прием передвинули на следующий день и дали выходной для обследования. Врача сильно интересовало, как у нее дела и видела ли она что-то необычное в последнее время. Она чуть ли не каждый раз натыкалась в городе на перекрытие дороги и знаки ремонта, на фоне которых в небо уходили темные силуэты, прикрытые черной матерей.

– Я вспомнила! Почему я это забыла?

– Контроль воспоминаний, все просто, слава богу, что ты помнишь. Это значит одно.

– Что?

– Ты избранная!

Сью вскинула бровь и посмотрела так, будто не сильно верила в некий приход избранного.

– Это же моветон! Эпоха избранных была прекрасна, но плащи с очками, волшебные палочки и кольца с гравировками ушли в прошлое. По факту каждый из нас может все изменить, если приложит гигантские усилия, упорство и немного интеллекта. Хотя для каждого эта формула разная. Избранный – это слишком просто, если каждый из нас избранный, то тогда никто не избранный. Ты вообще сейчас все это мне говоришь серьезно?

– Шучу, конечно, такой реакции я и ждал, видел, как шестеренки в твоей голове зашевелились, наверняка, думала, как бы от меня быстрее отделаться. На самом деле все проще, значит, там, в одном из пакетов, есть те, кто тебе дорог и любим.

Сью задумалась, кого же она могла забыть, кто был тем человеком. Грэг встал и начал рыться в шкафах.

– Мы давно на ногах. Давай поедим. Будешь бобы с мясом?

– Да. Но откуда… – не успела договорить Сью.

Грэг достал сковородку, включил конфорку, достал несколько мисок и заполнил их водой. Туда же отправил содержимое консервов, которые нашлись на верхних полках. Там же взял небольшой прибор, куда и вставил тарелки с подготовленными ингредиентами.

– Что это за штука?

– Гидратор. Штука, которая наполняет дегидрированные продукты влагой. Было бы проще распечатать еду на принтере, но это будет дольше и без души.

– Не может быть. Гидраторы не выглядят так, они маленькие и встроены в печь. Точно, это же бункер, тут все древнее, и, скорее всего, это все прототипы того, чем мы сейчас пользуемся.

– А ты сообразительная. Точно не хочешь занять вакансию избранного? Она еще свободна. И резюме подавать не надо.

– Отвянь, Грэг, лучше готовь, а я посмотрю, как выглядела готовка еды. Сколько? Сорок лет назад?

– Ты думаешь, сколько мне лет? Я что, по-твоему, Бастилию брал? Эта технология появилась лет десять назад, но коммерческое общество с ее желанием заработать превращает даже прототипы за пять лет в работающие маленькие приспособления. Вон, телефон, раньше это была будка с трубкой, а теперь что? Вшито у вас в кожу, аж противно.

– Ой, ладно, капитан умник.

Грэг готовил увлеченно, пар обволакивал его лицо, словно предсказателя из парка развлечений. Хоть приготовление не отличалось трудоемкостью, Грэг вкладывал в это душу, всю свою любовь и знания. Он напоминал героя журнала из статьи про счастливую семью, члены контрой по отдельности рекламировала разные товары одной крупной компании. Это, конечно, сильно выбивалось из ее привычной жизни. Она снова вспомнила все, что с ней произошло: сбежала из дома, пережила встречу с незнакомыми людьми, побывала в баре, которого нет, прошла несколько десятков километров, оказалась в старом убежище и теперь просто ждет порцию мяса с бобами. Грэг подошел к Сьюзен и протянул ей тарелку с мясом и бобами, которую мягко обволакивал пар. Сам Грэг разместился напротив на небольшом пуфике на коротких ножках.

– Приятного аппетита, избранная.

– Иди ты, Грэг, – пробубнила Сью, вытягивая ноги на диване.

Тишина. Лишь звук мерцающих ламп, шум гидратора и нескольких старых пружин в пуфе, на котором сидел Грэг. Спустя пару минут тишину нарушил Грэг, который встал с пуфа. Он подошел к Сью, забрал тарелку, которую она оставила на кофейном столике и направился на кухню, но Сью не слышала уже ничего, так как спала. Тепло и еда – вот формула идеального сна. Грэг помыл посуду, поставил в сушилку и вышел в коридор, быстро шагая в сторону, где они еще не были.

Тьма, облака внизу, видно лишь темную даль. Ветер дует, но не сильно, лишь обволакивая лицо. Руки впиваются в почерневшие поручни, видно лишь площадку и небольшую деревянную постройку за спиной. Издалека слышны два голоса – мужской и женский. Резкий поворот и показались двое: девушка с короткой стрижкой и молодой человек, который держится за живот. Это их голоса, даже крики, которые пытаются прорваться сквозь ветер. Возле них ветер сильнее, почти прибивает их к стенам и площадке. Тьма сгущается. Эта пара сопротивляется, сквозь шум послышалось:

– Сью!

В этот момент один из темных сгустков впивается в лицо, и тьма покрывает все. Голос все еще кричит из тьмы имя.

Сью открыла глаза, по ощущениям это было очень давно и будто не с ней. Она по привычке потянула руку наверх, чтобы нащупать переключатель штор, но не обнаружила его. Огляделась и нехотя вспомнила, где она и как сюда попала. А главное с кем? Где же Грэг? Она встала, натянула рядом стоящие высокие сапоги на шнуровке бежевого цвета, прошла к дверям, где висела записка «Направо, до конца коридора, рядом с 144-А лифт. Минус второй этаж, карточка под запиской».

Сью, пробежала глазами по записке, взяла карточку, как в допотопных гостиницах с изображением семьи и надписью: «Доступ Ультра». Несколько минут пришлось идти по длинному коридору, проходя различные развилки и перекрестки. Удивительно, только в этом коридоре горел свет, что наводило на разные жуткие мысли. Пройдя помещения с номерами 142-А и 143-Б по правую и левую сторону от нее, она обнаружила, что помещения 144-А просто не существовало и на его месте были лишь стены, пол, закатанный ковролином, и плитка в конце помещения, видимо, будущая ванная. Напротив, размещался лифт, подойдя к нему, Сью нажала на кнопку, массивные двери открылись, и девушка вошла внутрь. На рекламе слева человечки показывали, как пользоваться лифтом. Сью нашла разъем для карточек и вставила в него свою. Над головой загорелась зеленая лампа, и приятный голос из динамика с механическим акцентом озвучил:

– Приветствую, миссис Грин. Ваша карта действительна, вам доступны все этажи выше первого.

На панели справа зажглись кнопки с номером этажа: от тридцать второго до минус второго, минус третий не подсвечивался. Сью нажала на минус два и присела на небольшой откидной диван в ожидании своего этажа. Заиграла музыка. Через несколько секунд кабина остановилась и прозвучал щелчок, двери открылись. Сью вышла, внешне все напоминало коридор, в котором они уже были вместе с Грэгом, но все же имелись отличия: это был жилой недострой, кое-где не было стен. Видимо, эта зона предназначалась тем, кто обладал доступом выше. Оглядевшись по сторонам, Сью увидела Грэга в конце помещения, тот стоял на одном колене напротив панели с проводами, вокруг лежали инструменты.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.