Научи меня…

Глава 1.

– Ульянка, – прошептала у моего уха Маринка. – Ты видела того красавчика, что сидел впереди нас?

Какие красавчики? Сейчас начнется борьба за выживание. В лесу, в походных условиях. Полное отсутствие цивилизации, блин.

Отошла от автобуса, в котором тряслись больше часа, и натянула кепку.

Меня сейчас мало волновал противоположный пол, но не хотелось обижать подругу, с которой уже второй год делила комнату в съемной квартире. Зная ее характер, она надуется, и не будет разговаривать неделю, хотя это иногда полезно.

Маринка пошла вперед, витая в облаках и явно не разделяя мой пессимистический настрой.

Перехватила в другую руку свою дорожную сумку, вздохнув, пошла по усыпанной сосновыми иголками тропинке.

– Ты бы лучше думала о том, где и как будем спать, – ответила ей, морщась от назойливого комариного писка.

– Декан сказал, что палатки установлены, – пожала подруга плечами и, не оборачиваясь, продолжила идти впереди.

– На кой я вообще на это подписалась, – проворчала я, осматриваясь по сторонам.

Вокруг был густой лес. Впереди слышны шумные веселые голоса, кто-то уже играл на гитаре, а мне хотелось развернуться и бежать обратно к автобусу.

Нужно было послать к чертям собачьим декана и написать эту чертову курсовую по математике “Числительное дифференцирование”, жуть конечно, но это лучше, чем три дня в этой глуши.

Хотя, кого я обманываю? Математика мне давалась с трудом и не написала бы я эту чертову курсовую без чьей-либо помощь. Дураков нет, поэтому пришлось согласиться на эту спартакиаду. Зачет автоматом звучало так соблазнительно, что я повелась.

Ладно, может не все так плохо, как я себе представляю.

Через несколько метров мы вышли на поляну, сплошь усыпанную палатками. Студенты, снующие кругом, были в приподнятом настроении. Противный крик физрука, отчитывающий очередную жертву, слышался издалека.

– Белкина, Синицына, – окликнул нас методист, Николай Сергеевич. – Занимаем палатку и бегом на инструктаж.

Махнул рукой на зеленый вигвам и скрылся из виду.

Переглянувшись с Маринкой, нырнули в двухместное сооружение, и я едва сдержала возглас.

– Как тут спать? Развернуться негде, – кинула в угол сумку с одеждой и спальник-одеяло, купленный за деньги, отложенные на зимний пуховик.

– Брось, кто будет спать, когда вокруг такое веселье?

– Я! – сразу ответила ей. – Веселись без меня. Я пас.

– Как знаешь, идем, сейчас Воронов нас не досчитается и заставит приседать, точно марш-бросок не осилим, – Синицына кинула в противоположный угол свои пожитки и выпорхнула наружу.

Скривившись, последовала за ней, помня о коварности преподавателя по физической культуре.

После двухчасового получения инструкций нас отпустили отдыхать, и готовится к завтрашнему дню. Многокилометровый марш бросок был тем еще испытанием, поэтому самым правильным было последовать рекомендациям преподавателей и разойтись по палаткам. Но многие студенты не разделяли моего мнения и отправились веселиться у костра.

В лесу темнело намного раньше, поэтому, поужинав и приняв летний душ, я спряталась в палатке, чтобы почитать недавно скачанную книгу на телефоне.

Маринка, как я и думала, скрылась в неизвестном направлении искать приключения на свою пятую точку, а я расположилась в двухместных апартаментах, наполненных назойливо-пищащими насекомыми.

Через пару часов, когда глаза стали слипаться, я устроилась поудобнее, и решила погрузиться в сон, в палатку ворвался двухметровый цунами и нырнул ко мне под одеяло.

Сказать, что потеряла дар речи от наглости – ничего ни сказать.

Пока соображала, что происходит, парень обхватил меня за талию и прижал к себе, прячась под одеяло с головой.

– Ты что творишь, кретин, вали отсюда, – шипела я, отталкивая неизвестного парня ногами, пытаясь сорвать с него свое одеяло.

– Я ненадолго. Потерпи Бурундук, – проговорил нахал, и я его узнала.

Артур. Бабник. Мажор. Сердцеед, по которому сохло пол универа, и когда-то я была в их числе.

– С какой стати. Проваливай, – обида за три года на него еще не прошла, и сейчас в меня вселился бес, который требовал расплаты.

– Тихо ты. Разоралась. А то быстро найду способ тебя заткнуть, – этот гад вел себя со мной, как ни в чем не бывало.

Я же напротив, все прекрасно помнила. Море слез и жгучая обида за его грязный поступок, который ему не прощу никогда.

– Что? – ошалело посмотрела на его ухмыляющийся фейс, показавшийся из-под одеяла.

– Проехали. Просто помолчи, – улыбнулся своей коронной улыбкой, которая сводила девчонок с ума, но не меня. Плавали – знаем. На одни и те же грабли больше не наступлю, к тому же у меня теперь был тот, о ком я думала постоянно.

Снаружи был слышен смех и голоса девчонок, которые что-то бурно обсуждали, бродя между палаток.

– Так, если сейчас же не уйдешь, я заору, – решительно сказала ему, желая побыстрее избавиться от его присутствия.

Голоса приближались, и я отчетливо слышала голос Самойловой, дочки нашего ректора, которая явна была в гневе.

Не от нее ли Лихачев пытается спрятаться? О том, что она сохла по этому мажору уже не первый год, слышала ни раз, а сейчас видимо придется ощутить ее светлые чувства на собственной шкуре.

– Белкина ты тут? – снаружи действительно была Самойлова. – Вылезай.

Гневно крикнула она. Чувствовала, что пахло порохом, и было самое время молиться, чтобы не зацепило волной от взрыва, когда она обнаружит любовь всей своей жизни под моим одеялом.

– Чего тебе? – ответила ей.

С Самойловой только дурак станет скандалить, поэтому с ней стоило выбирать выражения. Папочка глазом не моргнет и вышвырнет из универа, лишь бы дочка была довольна.

– Артура не видела? – нервным и очень нетерпеливым голосом спросила меня.

– Какого Артура? – переспросила ее, включая дурочку.

– Лихачева, идиотка, кого же еще, – разозлилась она еще сильнее.

– Сдался мне этот урод, – ответила ей, тоже начиная злиться.

– Выражения выбирай, я так-то рядом, – тихо прошептал виновник переполоха под одеялом.

– Я тебя не держу. Вали, – шикнула ему в ответ, оттолкнув от себя.

– Хотяяя…, – громко сказала, привлекая внимание Самойловой. – Видела его где-то совсем рядом.

– Любое желание, – прошептал Лихачев, хватая меня за запястья и не позволяя даже пошевелиться.

– Чего? – прошептала едва слышно, снова отталкивая его от себя.

– Я выполню любое твое желание, – проговорил он. – Любое.

Любое значит? Ну что ж! Есть у меня такое. И оно сводит меня с ума.

Подумав, протянула ему руку: – По рукам.

Он пожал мою ладонь, и я почувствовала, как он улыбнулся.

– Он у озера. Точно, – крикнула дочке ректора. – Крутился возле какой-то брюнетки.

Снаружи послышалась нецензурная брань.

– Вот же кабель. Бежим. Сейчас я этой мымре все патлы повыдергиваю, – послышались удаляющиеся голоса, и я выдохнула одновременно с Лихачевым.

– Зачет! – скинул с себя одеяло и закинул руку под голову. – Но, я больше предпочитаю блондинок.

– Мне ее вернуть и сообщить об этом? – приподняла бровь.

– Ну, зачем же? Пусть девочки проветрятся, воздух тут чистый, – ухмыльнулся в ответ.

– Кто бы мог подумать, что ты опустишься так низко и станешь бегать от поклонниц.

Покачала головой, действительно удивившись. Он никогда ни от кого не бегал. Вел себя так как желал, а тут такое.

– Самойлова не поклонница, а шизанутая на всю голову, но я не могу ее послать прямым текстом, – досадливо скривился он.

– В тебе проснулась совесть? – удивилась, зная, что у него ее попросту не было.

– Ну что ты детка, она тут ни при чем. В Англии я накосячил и старик взял за яйца. Если я не закрою сессию, меня ждут крупные неприятности. Так что там с твоим желанием?

– Ты мне поможешь лишиться девственности, – набрав в легкие побольше воздуха, проговорила на одном дыхании пока не пропала решительность.

– Чего? – удивленно посмотрел на меня. – Все-таки признала, что я лучший? – на миг его улыбка сползла с лица и глаза потемнели.

– Да пошел ты, – двинула ему локтем под ребра, пытаясь сдвинуть с места. Стала колошматить его, куда удавалось дотянуться.

– Да, стой ты, тихо. Успокойся. Все…– пытался меня привести в чувства.

Зажал мои руки и завел за спину.

– Да на кой ты мне сдался, придурок, – дернулась, смотря ему в глаза.

– Ты уж определись, – улыбнулся он и подмигнул.

Так Ульяна, не смотри на него. Ты же помнишь, как было нестерпимо больно. Сколько было пролито слез.

– Мне всего-то нужен твой опыт, ты ж у нас настоящий спец по соблазнению, – сказала я ему, как можно беспечнее.

Вспомнилось наше с ним знакомство, все что последовало после него и на душе снова заскребли кошки.

– Весьма польщён. Только пока не въеду, куда ты клонишь, – отпустил меня и улегся, не отодвигаясь.

Он действительно был лучшим и мог мне помочь соблазнить Никиту, который не обращал на меня никакого внимания, а время поджимало, и скоро наши отцы объявят о нашей с ним помолвке. Я так не хотела, чтобы наша с Ником лав-стори началась по принуждению родных. Хотелось, как в сказке. Со светлыми чувствами и по любви. А значит, нужно было действовать.

– Научи меня… Мне нужно чтобы ты научил меня, как соблазнить парня, – смотрела ему в глаза и ждала реакции, которая последовала незамедлительно.

Он ржал, не сдерживаясь, будто я рассказала ему убойный анекдот.

– Мне всякое предлагали, секс, минет, даже тройничок, но чтоб такое… – не унимался он, продолжая сотрясаться от смеха.

– Забудь, идиот. Вали давай, пока я не заорала. Самойлова заждалась, – разозлилась я.

– Хорошо-хорошо, – поднял руки вверх. – Помогу. Я никогда не отказываюсь от своих обещаний. Это будет даже забавно, – сказал, укладываясь удобнее и притягивая меня к себе.

Глава 2.

– Руки убрал, кретин, – не в силах с ним справится, укусила за руку.

– Бл..ть! – выругался он, разжав пальцы. – Бурундук твою мать…

Ошалело смотрел на меня, потирая предплечье.

– Бурундук у тебя в штанах, идиот, – прошипела ему.

Бурундук?! Терпеть не могла подобные клички. Я Белкина, осел. Хотелось врезать ему промеж глаз, чтобы освежить память.

– Что за намеки? Не терпится познакомиться с моим другом? Да ты не стесняйся… – отпустил одну из своих тупых, пошлых шуточек, которыми славились все парни универа и стал укладываться рядом.

Что? Никогда! Ни в этой жизни и даже не в последующих…

– Вот еще…Не льсти себе! На тебе свет клином не сошелся, – вспыхнула как спичка, впадая в краску, и чтобы скрыть свое смущение, шикнула: – А чего это ты тут разлегся? Проваливай, – содрала с его ног одеяло и показала пальцем на выход.

– Ну уж нет. Не думаешь же ты что за свое желание ты теперь легко отделаешься? Тут работы – конь не валялся, – скрестил руки на груди, ухмыляясь.

Чтооо? К чему он клонит? Что мой случай запущен?! Я безнадежна?

Вот же урод! Да я тебе…

Накинулась на него, чтобы хорошенько исполосовать наглую физиономию, но он среагировал молниеносно и смеясь скрутил мне руки за спину.

– Остынь Бурундук, – прошептал, опаляя меня своим дыханием. – Не нервничай, уверен если постараешься, то обязательно справишься.

Дернулась, пытаясь высвободиться.

– Читай по губам… “Пошел лесом!”

Отпустив меня снова засмеялся, что мурашки пошли по коже.

– Ты такая забавная, – откинулся на спину. – Давай спать.

Черт! Черт! Спать в одной палатке с Лихачевым сомнительное удовольствие, но прекрасно понимала, что он не уйдет. Выйдя сейчас из палатки, его конспирация тут же полетит коту под хвост. Значит выгнать его не получится. Взяла в руки одеяла, размышляя, как быть…

– Даже не думай что-либо предпринять. Ночевать я собираюсь здесь, – подтвердил мои мысли. – Расслабься и получай удовольствие, детка.

Вырвал одеяло из моих рук и укрылся.

– Класс! – закатила глаза.

Ну и что теперь делать? Вариантов было не много. Пойти погулять…до утра! Или лечь с ним рядом?

– Белкина, я конечно неотразим, но может хватил пялится. Ложись давай. Завтра бежать марш-бросок. Скопытишься нахрен, – тихо пробурчал он.

Почитав, что он прав, опустилась на настил к нему спиной и обхватила себя руками.

Ночь явно будет бессонной. То, что Лихачев станет приставать – маловероятно. Мы оба прекрасно помнили, чем все закончилось три года назад. Он не посмеет. Уснуть не смогу благодаря своему бешено рвущемуся из груди сердцу, что рядом с ним всегда работает на пределе возможного. Будь он неладен!

– Не дури, – укрыл меня краем одеяла. – Застынешь. Утром будет холодно.

Охватил меня за поясницу и стал притягивать к себе.

– Не прикасайся ко мне, – резко сбросила его руку. – Не смей этого делать.

Его касания раздражали, напоминали о том, что было раньше. О том, времени, когда я этого желала.

– Как знаешь. Хотел, как лучше, – отодвинулся от меня и через какое-то время послышалось размеренное дыхание, говорящее о том, что Лихачев уснул богатырским сном.

Мне бы так! Хотелось уснуть и не думать о том, что рядом лежит тот, кто еще недавно был для меня всем. Первая любовь она самая яркая и запоминающаяся.

Так стоп! Лихачев пройденный этап, и пора уже перевернуть эту страницу и двигаться дальше к главной цели.

Говорят, если очень чего-то боишься, то нужно идти навстречу собственному страху.

Вот сейчас проведу ночь с ним рядом и мигом отпустит.

Позавидовав непробиваемости Лихачева, покрутилась еще какое-то время и последовала следом за Артуром в царство Морфея.

Пару раз просыпалась, чувствуя зверский холод, но упрямо отказывала себе, в том, чтобы забраться под теплое одеяло к этому болвану, что спал безмятежным сном.

Я упрямая! Пусть заболею, но не приближусь к виновнику моей аритмии.

Ульяна! Ты сильная!

Погрузилась в сон, где и там мне снился он, но в прошлом, где был совсем другим.

Самым прекрасным, добрым, нежным, что замирало сердце.

От приятного сна становилось жарко, что-то нестерпимо давило, не позволяя дышать полной грудью. Картинки были такими привлекательными, что я не замечала дискомфорта, пока кто-то рядом не выругался:

– Твою ж дивизию, Белкина!

Распахнула глаза и сонным взглядом уставилась на раздражитель по имени Марина.

Подруга смотрела на меня выпученными глазами, открывая и закрывая рот как рыба на льду.

Поняла откуда такая реакция, ведь рядом со мной лежал Лихачев и крепко прижимал меня к своей груди.

Вот же зараза!

– Синицына, выдыхай, – проговорила я, раздраженно, ощущая своим мягким местом неприятности.

Она же уверяла, что до утра не вернется, а сейчас еще ночь. Блин!

– Белка. Вы того…Это…, – бормотала подруга, подбирая слова, но я и без того поняла куда она клонит.

– Бурундук, скажи ей чтоб не думала, ей вредно…, – сонно пробормотал Артур, не шевелясь.

– Лихачев, – прошипела я, сбрасывая его руку. – Марина, это не то что ты подумала.

Медленно, внятно проговорила подруге, но тут же поняла, что она мне не верит. И любой бы на ее месте подумал тоже самое.

– Вот же гад, какого ты вообще это сделал, – взвилась на парня, который, тоже проснулся.

– Прости, не смог уснуть под аккомпанемент твоих стучащих зубов, – ответил, потирая лицо.

– Проваливай, Лихачев, – злилась и на себя, и на него. Больше конечно на него. – Просто иди, – постаралась выровнять свое дыхание и успокоится, чтобы еще больше не наломать дров.

Парень, непринужденно улыбаясь поднялся, смотря на меня. Даже после сна он выглядел так, что хоть сейчас на подиум.

Засранец, как ему это удается?

Стыдясь, опустила свой взгляд, зная, что сейчас выгляжу как лохматый бомж Вася с соседней помойки. Мысленно истерично кричала: “Скройся Лихачев, скройся как можно быстрее”, но он напротив, как назло медлил, затягивая щекотливый момент.

– Не могу сказать, что это была лучшая ночь в моей жизни, детка, но я позвоню, – медленно проговорил он, загоняя меня в настоящую задницу. Теперь пойди объясни Синицыной, что я не баран. Сука…

Подмигнул и одним рывком покинул палатку, оставляя меня наедине с Маринкой, которая загадочно улыбалась во все свои тридцать три.

Глава 3.

– Марина, все не так как ты думаешь, – сказала Синицыной, которая не отрываясь смотрела на меня.

– И как он? Хорош? – не слушая накинулась на меня и стала расспрашивать. – Говорят он в сексе настоящий Бог. Все только и мечтают оказаться в его постели, – в восхищении продолжала говорить, словно блаженная.

Закатив глаза, стала ждать, когда ее поток идиотизма иссякнет и я наконец смогу вставить свои пять копеек.

– Ульян, как тебе это удалось. Что будет, когда все узнают…, – восторженно лепетала пока я не рявкнула.

– Стоп! – сорвалась. Нервы ни к черту. Да и кто выдержит, услышав такой маразм. – Между мной и Лихачевым ничего не было и быть не может! – отрезала я.

– Но… вы же… я же видела вас…, – часто моргая, указала туда, где только что лежал Артур.

– Я выручила его, а теперь он выручит меня. Все! – говорила ей как можно резче, чтобы донести до ее воспаленного мозга истину.

– Да ладно, мне можешь не сочинять, – все еще не верила Маринка.

– Ты видела эту чокнутую Самойлову? Она искала его повсюду, а он, убегая от нее, запрыгнул в первую попавшуюся палатку, – к моему несчастью, она оказалась нашей.

– Я его пыталась выгнать, он ни в какую. Ну что мне оставалось делать? Зато теперь он мне поможет с Ником.

– Охренеть! – после короткой паузы выдала она. – И он согласился?

– Ага, куда ж ему было деваться, когда снаружи стояла бешеная самка, – пожала плечами и ответила ей.

– А другое желание ты не могла у него попросить? К примеру, чтобы он переспал с твоей лучшей подругой Синициной, – наигранно надулась она. – Нет, ну правда. И тебе не захотелось самой с ним переспать?

– Мне? Не смеши! Этот мажор мне не нужен, – лукавила я, сознательно скрывая от нее правду. Не хватало чтобы она узнала, как в прошлом мы с Лихачевым чуть не стали парой. Тогда точно спокойной жизни мне не видать.

– Ну ты и дура! Лихачев в тысячу раз круче твоего Никиты. На кой тебе сдался этот заучка, когда рядом такой самец, – закатила глаза и плюхнулась на настил.

Синицына знала о том, что мне в скором времени придется выйти замуж за Никиту, и на это только крутила пальцем у виска, называя средневековьем. Но, мне действительно нравился Ник, и я не отступала от своей цели.

– Черт, как жестко, – потерла свою пятую точку и завернулась в мое одеяло. – Давай спать, неудачница. Утром физрук высушит нас по полной, – пробормотала, потеряв ко мне интерес.

Хвала Всевышнему, пронесло.

Беззвучно выдохнула и улеглась с ней рядом.

– Марин, – позвала ее.

– Ммм, – отозвалась сонно.

– Не рассказывай никому, пожалуйста, – попросила ее.

Становиться темой для обсуждения всего универа желания не было от слова "совсем".

– Угу, – промычала она.

– Марин, – настаивала я, чтобы быть уверенной, что она слышала просьбу.

– Да не буду я, – хмыкнула она, и перевернулась на другой бок.

Теперь можно было спать спокойно, Марина если обещала, то всегда держала слово.

Утро наступило молниеносно под оглушительный звук свистка нашего физрука.

В соседних палатках послышался отборный мат, с которым мы с Маринкой были солидарны.

– Дайте мне пистолет, я его пристрелю нахрен, – ворчала подруга, закрывая руками уши.

– Терпи, это только начало, автомат по математике просто так не ставят, – ответила ей, поднимаясь.

После утренних процедур и завтрака, состоящего из походной каши и чая, нас построили на поляне, чтобы донести основные правила и задачи.

– Еще бы маршировать заставили, – ворчали девчонки, не выспавшиеся из-за ночного веселья.

Студентов было человек пятьдесят. Парни, настроенные оптимистически, стояли в приподнятом настроении, что нельзя было сказать о девчонках. Все они приехали сюда потусоваться и просто приятно провести время с парнями, не воспринимая мероприятие всерьез.

Когда озвучили план действий – все оказалось до неприличия сложно. Вместо изначально предполагаемых пяти километров, нам предстояло бежать все десять и это всех повергло в дикий ужас.

Под четкий инструктаж нас снабдили картами, где были отмечены зоны отдыха, разовый прием пищи и еще какой-то черный крест, которому мы не придали особого значения. А зря.

Также выдали фляжки с водой, от которых все поморщились, особенно женская половина.

– Где они их взяли? – недовольно прошептала Маринка, держа в руке свою. – Мы же не солдаты. Нельзя было в бутылке? – кривилась, держа ее двумя пальцами.

– Так наш Семен Валерьевич из бывших военных, – кивнула я на довольного физрука, который чуть ли не светился от счастья, глядя на наши растерянные физиономии.

– Думаю, там и достал. Очень надеюсь, что он только этим ограничился.

Словно прочитав мои мысли и решив, что все слишком легко, наш физрук вышел вперед и громким голосом стал вещать:

– Граждане студенты, прошу уделить особое внимание обозначенному на карте кресту. Таким образом отмечено место, где вам предстоит получить свои зачеты.

Все снова загудели от недовольства, зная, что ничего хорошего нас не ждет. Особенно от Семена Валерьевича – тирана нашего универа.

– В этом месте расположен тир, и от вашей меткости будет зависеть очень многое. Напомню, все вы перед тем как попасть на это мероприятие, указали что умеете стрелять.

– Черт, – выругалась я сквозь зубы, потому что написала неправду. Не думала, что это будет иметь какое-либо значение и поставила на автомате эту злосчастную галочку в анкете.

Посмотрела на девчонок и поняла, что я далеко не единственная кто так поступил.

– Я не умею. Стреляла в тире, когда было лет четырнадцать, – прошептала Марина. – Но, я знаю, как выкрутится. Нужно держаться возле парней, и они нам помогут.

Да уж. Сомнительно конечно предложение, но лучше, чем ничего.

Пожала плечами, натягивая на голову кепку.

Через пару минут прозвучал сигнал старта, и мы двинулись в путь.

Глава 4.

Три года назад.

– Белка, – конючина Лиза. – Ну, тебе что трудно? Просидишь, поулыбаешься, – настырно уговаривала меня подруга на встречу с парнями, в которой я наотрез отказывалась участвовать.

В чем удовольствие сидеть рядом с имбицилами, которые двух слов связать не могу и постоянно ржут?

– Мы с ними только вчера познакомились в Неоне, они такие классные…– расписывала прелести новых знакомых, с которыми на пару с Ленкой познакомились в новом ночном клубе.

– А твоя мама знает, что ты там была? – оторвала глаза от учебника по экономике и посмотрела на подругу.

– Нет, конечно, я сказала, что ночевала у тебя, – невинно похлопала глазками и улыбнулась.

– Ты совсем свихнулась? А если бы она проверила, – вспылила на подругу, откидывая на диван учебник.

Много раз ее просила так не поступать, но разве она когда-то слушала?

Белкина все стерпит. Белкина выручит. Белкина спасет… Черт… Белкина-супергерой какой-то.

– Она верит, я же с тобой, а значит переживать не о чем, – отмахнулась она.

Ну конечно, чего волноваться? Что может случиться рядом с серой мышкой – заучкой?

В общем, хорошо устроилась, ничего не скажешь.

– Лиза, ты обещала! – в сотый раз повторяла я.

– Ой, да перестань. Ты сейчас как моя мать. Достала, – взбрыкнула она в ответ. – Считаешь, я совсем безответственная? Не могу думать головой?

– Я так не говорила, – пошла на попятную, боясь ее обидеть и лишиться единственной подруги, с которой сидели с первого класса за одной партой. – Просто на носу выпускные экзамены и поступление в универ, а ты шляешься по ночным клубам с этой Ленкой.

Я реально переживала, что из-за этой новой знакомой, которая таскает ее за собой повсюду, Лиза попадет в неприятности.

– Ленка классная, вот пойдешь сегодня с нами, и сама в этом убедишься, – проговорила она. – А к экзаменам я еще успею подготовиться, время полно. Что толку без конца чахнуть над книгами, – пожала плечами.

Лиза совсем не беспокоилась о своей учебе, так как делала это я. Ведь она знала, что в случае чего деньги отца исправят любое недоразумение. Мне же приходилось корпеть над учебниками день и ночь, так как понимала, что мой отец, даже имея собственный бизнес, хочет, чтобы я всего в этой жизни добилась сама.

– Так что? Ты идешь с нами? Парней будет трое, а мы с рыжей вдвоем. Ну, идем, – снова завела свою шарманку Лиза, и я закатила глаза.