Русфея. Прелестное создание
- -
- 100%
- +
Черт! Это же он! Тот самый вампир, что пил мою кровь два года назад!
– Понятно, у тебя болевой шок. Потерпи, сейчас вытащу нож, – усмирив гнев, раздраженно говорит вампир.
Дыхание мое прерывистое и тяжелое.
Между тем, пытаюсь вспомнить, достаточно ли отцовского раствора я на себя распылила. Не почует ли сидящий напротив меня обладатель сверхобоняния запах моей крови. Перебьют ли его духи моего отца.
Вроде, доза была нужного количества. А значит, всё хорошо. Будем надеяться.
– А! – вскрикнув от повторного приступа резкой боли, я больно закусываю губу.
– Сейчас обезболю. – Вампир отбрасывает окровавленный нож и наклоняется к моей кровоточащей ране.
Я вмиг прихожу в себя. Самосохранение отрезвляет лучше всяких обезболивающих.
– Не надо! – С силой оттолкнув от себя мужчину, резко вскакиваю на ноги. – Не надо меня кусать! Обойдусь! – и здоровой рукой хватаю сумку с пола, кое-как отвязываю привязанную к широкому ремню свою клетчатую красную рубашку и, вновь бросив свой маленький багаж, осторожно вдеваю сначала больную руку, затем вторую.
Скрестив руки на груди, вампир внимательно следит за моими движениями, хмыкает только ему известным мыслям и уже спокойно спрашивает:
– Почему ты не поймала мой нож?
– Откуда мне было знать, что вы увлекаетесь подобными жестокими играми?! – Я зло смотрю на него.
– Так-так, и кто ты такая, раз не знаешь моих правил?
– А вы собственно кто? – выпятив подбородок, поднимаю бровь, глядя на собеседника с вызовом.
Вампир хмурится и, оценивающе пробежавшись по мне сканирующим взглядом, произносит жестко:
– Раз ты меня не знаешь, то резонным будет ТЕБЯ спросить, кто ТЫ такая?
– Студентка этой Академии, полагаю, – с неудовольствием проговариваю я и, морщась от боли, наклоняюсь за сумкой. – У меня письмо о поступлении имеется.
– Покажи, – требует он.
– С какой стати? Оно от королевы. Я не собираюсь делиться содержимым этого письма.
– Просто дай взглянуть на печать.
– Да пожалуйста, – раздраженно и по-прежнему чувствуя пульсирующую ноющую, временами приступообразную, боль в плече, я вытаскиваю из сумки ненавистное письмо с черно-золотым разломанным надвое воском и протягиваю его вампиру.
– Не нужно, я и так вижу, печать настоящая, – с хмурым видом он прижимает два пальца к переносице.
Ну что опять не так?!
Устало вздохнув, убираю письмо обратно.
Черт, как больно! Скорее нужно попасть к королеве, а там и морскую воду влить в рану, чтобы та немедленно зажила. Но для этого, к сожалению, мне придется перевоплотиться в русалку. Просто отлично! Замечательно! Этот день не мог быть еще хуже!
– Интересно, с чего Розалинда решила в разгар учебного семестра дополнить мою группу второкурсников еще одним новым студентом? – задумчиво, скорее говоря с самим собой.
– Второкурсников? – переспрашиваю я, не совсем понимая. Почему второй курс? Почему не первый?
– Ну да, – как само собой разумеющееся. – На твоей печати стояла цифра два. Плюс к этому символ распиленной на двое пятиконечной звезды. Это мой символ. А значит, я твой куратор. Только вот в моей команде не хватало феи, но отчего-то прислали тебя. Ты где раньше училась? Где закончила первый курс?
Что-то у меня голова кругом. Да не знаю я, что ему ответить! Нужно быстро сматывать отсюда. Срочно!
– В Академии Тени? – тем временем предполагает мужчина, встав в ленивую позу.
– Чего? Какой еще Тени?
– Академия такая есть в Даркморе. Посредственная, правда, но лучшая из того, что у нас есть.
– В Даркморе? – широко распахнув глаза от изумления.
Так, похоже, меня с кем-то перепутали.
Вампир с подозрением прищуривает глаза.
– А ты откуда?
– Из Фе-Элей, – не моргнув и глазом, вру я.
Он моментально меняется в лице. Недовольство проступает в его жестких, хищных чертах.
– Шутишь, да?
– Н-нет, – и сделав шаг назад, утыкаюсь лопатками в дверное полотно.
– Не зли меня! От тебя не пахнет! Я пока в состоянии определить запах феи! – Делает шаг ко мне.
Черт! А ведь вторые духи – аромат лаванды – выветрились, пока я добиралась до этой чертовой Академии!
Я сглатываю застрявший в горле едкий ком.
– Мой запах – это тонкий, едва уловимый аромат лаванды. Очень слабый! Поэтому вы и не чувствуете! – чуть громче, чем следовало бы, заявляю я на свой страх и риск, после чего, лихорадочно нащупав ладонью дверную ручку и навалившись спиной на саму дверь, выбегаю из боевого зала.
Дура! Нужно было заранее всё проверить! До встречи с проницательным вампиром!
Ох, лишить бы вас всех обоняния! Всем было бы куда лучше без вашей способности на расстоянии чувствовать всё и вся!
Уже на лестнице в судорожном порыве достаю духи отца, имитирующие запах фей, брызгаю на себя. На шею и волосы.
Всё, можно выдохнуть. Я спасена.
Оглядываюсь назад на всякий случай, чтобы проверить, не идет ли за мной этот… Черт! Я забыла спросить, кто он. А еще узнать, где королева.
В письме сказано, что она сама найдет меня, но, как погляжу, тетя не очень-то торопится встретиться со мной.
Пока в коридорах тихо, ни души, решаю скоротать время на подоконнике огромного арочного окна, что на первом этаже, прямо возле парадных створчатых дверей, упирающихся практически в потолок, и напротив телепортацонной двери, откуда я собственно и явилась.
Еле забравшись на широкий каменный пласт и отбросив на другой конец подоконника свою ношу с плеча, прислоняюсь лбом к стеклу. Разглядываю придворцовый сад. Кое-где из-за деревьев выглядывают верхушки белесых статуй. Интересно, как выглядит сам дворец снаружи? Ну ничего, у меня еще будет время со всем здесь ознакомиться.
Между тем, рана дает о себе знать: при любом малейшем движении меня словно насквозь пронзает ядовитой безжалостной иглой невыразимой боли, а рубашка минут десять назад безнадежно пропиталась моей же собственной кровью. Ткань в клеточку превратилась в темное бордовое пятно.
Весьма обнадеживающее начало учебного года! Как мне здесь выжить, интересно? Как обезопасить себя?
Так, хватит унывать! С этого момента ты, Делла, будешь тщательнее следить за собой. Быть всегда в режиме готовности к бою. Проверять эффективность своих выполненных процедур по устранению: во-первых, своего запаха, во-вторых, отсутствия этого запаха. Накладывать лавандовый шлейф и каждый час принюхиваться к себе, дабы иным и в голову не пришло усомниться, что с тобой что-то не так.
– Так и будешь здесь сидеть? – внезапно раздается над ухом, и я подпрыгиваю на месте. Чертов вампир! Даже засечь приближение невозможно! – Рана кровоточит, ничего не собираешься с этим делать? – с показным безразличием интересуется мой несостоявшийся убийца.
– А вам какая разница? – с обидой бросаю я, повернувшись к нему лицом.
Тот беспардонно втягивает в грудь воздух рядом со мной и удивленно хмыкает.
– Странно.
– Чего странного? Оставьте уже меня в покое. Я жду королеву. В вашем же обществе не нуждаюсь.
– Не дерзи, фея. Ведешь ты себя странно – вот, что странно. Сколько тебе лет?
Вот ему обязательно быть таким жестким? Проявил бы хоть каплю милосердия, так нет же: давай мы добьем бедную девушку, которая и так настрадалась по его вине.
– Девятнадцать. – Выпрямив ноги на подоконнике, устало откидываю голову на холодный камень и прикрываю веки.
Кажется, у меня температура тела поднимается, чувствую, как меня всю медленно неприятными щупальцами охватывает жар. Дышу уже с трудом.
– Я не вижу отличительных признаков твоего возраста, – подмечает он, оперевшись плечом о стену.
– Это каких же? – со слабой усмешкой. – Юношеского сексуального психоза? По-вашему, при виде мужчины я должна тотчас растекаться перед ним лужицей? Или, что еще лучше, повиснуть на его шее и запрыгнуть с ногами, умоляя заняться со мной животным сексом? Боже, как примитивно! – Презрительно закатив глаза, я делаю вдох и закашливаюсь.
– А ну пойдем в медицинский блок. – Мужчина резким движением снимает меня с подоконника и ставит перед собой.
– Эй, нельзя полегче? Я тебе не мешок картошки!
– Идем, – берет меня за руку и тянет в сторону правого крыла, – затянем тебе твою рану. И жар заодно спадет. А-то на тебя уже смотреть страшно.
Как он может быть таким равнодушным? В голосе звучит лишь безмятежное спокойствие. Разве что раздражение, исходящее от него, неприятно задевает нежные струны души. Ни грамма сочувствия. А мне больно, между прочим!
– Вот и не смотри. Уйди, ради бога, уйди. И без тебя тошно. – Я пытаюсь вырвать свою кисть из сильного вампирского захвата.
– Не могу, теперь ты – моя ответственность, – заявляет он твердо и решительно. – Я твой преподаватель по боевому искусству. А еще куратор. Иными словами, лицо, ответственное за твое пребывание здесь, в стенах этой Академии.
– Чего?
Не обращая внимания на мой вопрос, а главное игнорируя мое сопротивление, продолжает недовольствовать:
– Ну и ректор заодно, пока не переложу обязанности на своего дядю, что так не вовремя женился и свалил в медовый месяц. Бывший ректор тоже некстати скончался. И кому за всех отдуваться? Разумеется, мне! Вот и приходится брать ответственность за таких упрямых феечек, как ты! – с нескрываемым неудовольствием.
– Весело у вас тут, – шепчу я, лишенная всяких сил удивляться. Молодой вампир – и уже ректор? Ну что ж, значит, и такое бывает.
На следующем шаге мои ноги подкашиваются, и я начинаю заваливаться в сторону. Ректор, почувствовав это, стремительно подхватывает меня на руки.
– Ну и беда же ты на мою голову!
На миг наши взгляды встречаются. Его – пронзительная черная ночь, и мой – беспокойное синее море. Узнает? Нет?
– Твое лицо, кажется, мне знакомым.
– Ключевое слово – "кажется".
– Не уверен, – с сомнением тянет он, а после, воспользовавшись вампирской скоростью, долетает за одно мгновение в комнату, оснащенную медицинскими приборами.
– Что случилось? – рядом оказываются чужие старческие руки. Боже, сколько лет этой фее?
– Лили, у нее рана на плече от моего ножа.
– А вот говорила я тебе, Андро, не испытывай студентов на прочность! Ни в чем неповинную девочку чуть не покалечил. Давай, положи ее на кушетку. Сейчас залатаем, девочка, и ты поправишься. Ничего не бойся… Ты обезболил? Не вижу твоих клыков на ране. – Старушка озадаченно тихонько щупает мою рану, что-то колет.
В голове вата, веки смыкаются. Чувствую себя усталой, как никогда.
– Она отказалась. Думаю, принципиально. Фея с характером попалась, – усмехнувшись.
– Да еще и фея! Как тебя угораздило, Андро? Тебе своих подопытных мало? Измывайся над своими, моих не трогай.
– Да не знал я, что фея она, ясно? – отвечает немного раздраженно и отходит от меня. Кажется, к окну. В глаза бросается резкий свет, что ореолом окружает мужчину.
– Как это? – Фея выпрямляется и с недоумением переспрашивает: – Ты не почувствовал ее кровь?
– В том-то и дело, что нет! Лили, со мной что-то не так. Такие странности происходят со мной не в первый раз. Помнишь, два года назад я обратился к тебе со своей проблемой? Я ведь так ни черта и не вспомнил с того вечера!
Кажется, они думают, что я в отключке, а, следовательно, их разговор мне не суждено услышать.
– Потише, – предупреждает его целительница, – даже у стен есть уши, не говоря уж о… больной.
– Она уснула? – спохватывается ректор.
– Да, я вколола девушке снотворное с обезболивающим. Но всё же не стоит обсуждать подобные вещи при посторонних.
Жаль разочаровывать, но русалки отлично владеют своим сознанием, и всё слышат даже сквозь дрёму. А вот за обезболивающее спасибо!
– Как думаешь, Лили, что произошло в тот вечер? – после недолгой паузы, он возобновляет разговор.
– Напился ты со своим дружком, вот и все ответы на твои вопросы.
– Да не пью я!
– Ну тогда не знаю, подшутил кто?
– На меня не действует сила других вампиров. Никакая. Ты же знаешь.
Ого! Такое вообще бывает? Я что, первая, кто зачаровал его? Ой, Делла, по-моему, ты попала в неприятности. Причем еще два года назад.
Нет, надо же! Вампир, укусивший меня когда-то, – о боже, еще и поцеловавший! – спустя два года оказывается моим ректором, преподавателем… кем он там еще говорил? Ааа! Мне бы пистолет сейчас в руки – я бы остудилась слегка.
– Может, и у самого сильного вампира бывают промахи, а? Как считаешь?
– Совершенно точно нет. Нет на свете такого вампира, что сравнился бы со мной силой, не говоря уж о том, чтобы кто-то оказался сильнее меня.
Старушка вздыхает.
– Ну извини, амнезию твою я вылечить не могу. Я простой заклинатель жизни. Могу лишь вон, – женщина дотрагивается теплыми пальцами моего открытого плеча, и кожу начинает покалывать, – заклинанием подлатать небольшие раны. Но шрам, увы, останется.
Не останется. Морская вода всё уберет, придав коже первозданный вид. Осталось лишь до нее добраться и уединиться где-нибудь. Желательно в ванне и в присутствии королевы. Я бы не отказалась от ее помощи. Самой мне слегка затруднительно омыть плечо соленой водой.
– Да знаю я, Лили. Просто не понимаю, с чего вдруг я еще и запахи чувствовать перестал.
Да всё с тобой в порядке, парень. Это я – из мира сего. Истинная русалка, что и загипнотизировать горазда, и своей кровью опьянить, и свести с ума. Всему виной новейшая разработка отца, о которой никому не известно. Он у меня первоклассный генетик, врач и преподаватель в Монреальском университете. Что-то химичит у себя в лаборатории – и в итоге, в его золотых руках создается нечто бесподобное и уникальное. Например, парфюм, которым я пользуюсь. Вернее целых два парфюма.
– Всё еще не чувствуешь?
– Да чувствую вроде, но тогда, на какой-то момент лаванду этой девушки я не учуял. Совсем. Точно без запаха она. Как вампир, понимаешь? Вот я и принял ее за…
– Ладно, – пресекает Лили дальнейший разговор, – с минуты на минуту девушка должна очнуться. Поможешь ей добраться до ее комнаты.
– Какая комната, Лили? Она только прибыла.
– В разгар семестра?
– Вот и я удивился. Но это решение королевы, оспаривать его мы не в праве.
– Дай, угадаю, девочка в твою группу попала? – посмеивается вдруг.
– Смотрю, проницательности тебе не занимать, – язвит Андро.
Проигнорировав его слова, Лили проводит по моей руке своей худой и чуть шершавой.
– Знаешь, ты всё же комнату девочке выдели. Прояви заботу. В конце концов, по твоей милости она пострадала.
Вот-вот! Бесчувственный чурбан!
– Лично займись этим вопросом, хорошо? – с нажимом повторяет она.
– Лили, я не настолько бесчеловечен. Мне не чужды человечность и сострадание.
– Я-то это прекрасно знаю, однако покажи это и другим. Хоть изредка снимай свою маску бессердечности.
– Мне и так комфортно, – жестко произносит он.
Ощущаю, как постепенно голова перестает быть тяжелой, становится ясной, и я открываю глаза.
– Ты как?
О, а мы что, умеем сопереживать? Какой заметный прогресс!
Глава 7. Королева Розалинда
– Нет, не нужна мне комната! Премного благодарна! – уже в третий раз отказываюсь я и целенаправленно несусь к тому месту, откуда меня нагло забрали, не обращая внимания на следующего за мной ректора.
Отлично, мою сумку никто не спер, так и лежит на подоконнике, на солнышке греется. Да на самом деле и некому ее воровать – пусто в Академии. Все на похоронах, кроме одного приставучего гада. Ну ладно, не одного, медика еще оставили на всякий непредвиденный случай. Согласна, фея Лили пригодилась, но вот для чего остался здесь этот вампир – мог бы тоже проявить уважение к бывшему ректору, поприсутствовать на этой их церемонии прощания. И не было бы тогда нашей идиотской встречи! Этот нож его, черт побери!
Хватаю сумку и резко оборачиваюсь.
– Вам не надоело за мной таскаться?
– А тебе не надоело то разрушать границы, то воздвигать их? – Андро с хмурым выражением лица скрещивает руки на груди.
– Какие еще границы? – закатываю глаза и обхожу эту мускулистую статую.
За неимением других вариантов – лишь бы не стоять здесь в присутствии представителя иного, на мой взгляд, крайне не дружелюбного вида, – подхожу к парадным дверям и, приложив немалую силу, размыкаю деревянные створки и выхожу на территорию Академии, вид на которую отсюда, с открытой высокой площадки, открывается великолепнейший.
– А те, что между "ты" и "вы". – Мужчина выходит за мной.
– Всё зависит от того, насколько вы терпимы для меня. На ты я перехожу, когда очень зла. – Не удостоив мужчину и взглядом, спускаюсь по бесчисленным каменным ступеням вниз.
– Из чего я могу сделать вывод, что ты неуравновешенна.
– Нет, мистер ректор, всё обстоит куда проще. Не уравновешенны вы, увы. Как мне ни прискорбно это вам сообщать.
– Ладно, фейка, ты слишком наглая и странная, но… – он резко хватает меня за локоть, тем самым вынудив остановиться и повернуться к нему лицом, – у меня к тебе просьба.
– Да? И какая же?
– Дай мне обещание, что о том, что произошло, ты никому не скажешь. Никто не должен знать, что я ранил студентку, поняла? Ни преподаватели, ни студенты, ни одногруппники, ни друзья, которых ты непременно тут заведешь. Держи язык за зубами.
Жесткий голос, требовательный. Иди к черту!
– Разумеется, – тем не менее говорю я, и настойчиво дернув на себя руку, высвобождаю ее из чужих пальцев, выразительно посмотрев ректору в глаза. – Репутация, я понимаю. А сейчас не могли бы вы оставить меня в покое? – И не собираясь дожидаться ответа, торопливо добавляю с фальшивой улыбочкой: – Спасибо. – И бегу вниз.
Боже, какая красота! Дворцово-парковый комплекс выстроен на высшем уровне. Зеленые сады. Вдалеке искусственное озеро, фонтаны, фигурные статуи из мрамора. Цветы. Черт! Цветы!
Делаю шаг назад от греха подальше и ступаю вправо на широкую дорожку, с обеих сторон окруженную чередой небольших кустарников вечнозеленых растений.
Дворец! Я же еще даже не взглянула на него!
Охваченная восторгом, поворачиваюсь к фасаду – и вижу вампира, в упор взирающего на меня, на фоне прелестнейшего замка из серого старинного камня с конусовидными темными крышами на высоких башнях. Арочные оконные проемы, обрамленные декоративными узорами и образующие целую аркаду. Каннелированные колонны с объемными горельефами на капителях. Ползущие вверх по камням вьющиеся растения, охватывающие кое-где стены первых этажей и изредка изящные колонны.
– Вы всё еще здесь, – вздыхаю я. Весь вид мне портит.
– Да, я всё еще здесь, – с раздражением, – потому что отвечаю за тебя. Ты здесь впервые, можешь и заблудиться. А еще не могу никак понять, отчего королева лично решила провести собеседование. Его мог бы устроить тебе и я. На настоящий момент я имею два голоса из трех, так что…
– Нет уж, спасибо, – красноречиво вытянув руку, пресекаю я его дальнейшее словоизлияние, не особо вдаваясь в смысл произнесенных им слов. Всё равно ничего не понимаю, как у них тут всё устроено. Я пришла к королеве – и точка. Пусть она мне всё и объяснит, что от меня требуется. – Вы и так уже многое сделали для меня, – многозначительно и с иронией произношу я, и вампир недовольно стискивает челюсть.
– Студентка Карсон, вы уже прибыли, – раздается миролюбиво вдруг позади меня, и я незамедлительно оборачиваюсь на женский голос.
– Королева Розалинда… – Застигнутая врасплох, я не сразу нахожу подходящих слов.
Светловолосая, синеглазая, как мой отец. Миловидные черты лица, тонкий аккуратный нос, миндалевидные глаза, не понимаю, как такое возможно, но ощутимо излучающие доброту и свет, красиво очерченный овал лица, плавный изгиб шеи и губы оттенка спелой вишни. На изящных плечах светло-зеленый, приглушенного оттенка пиджак, миниатюрную стройную фигуру обхватывает шелковая ткань прямого платья до колен. Туфли ее – нечто необыкновенное – застежки обвиты крохотными нежными цветами, очень похожими на гипсофилу, а передняя часть украшена миниатюрными зелеными розами, чьи лепестки и бутоны не превышают размеров бусин, что обычно используют для плетения браслетов. На тонком указательном пальце золотое, переливающееся на солнце радужными красками кольцо. А волосы – это вообще произведение искусства: самоцветы, незабудки, гербера, пару цветков нежной гортензии, белоснежные гипсофилы, серебристые капельки дорогих камней – и всё, как ни странно, в меру, вкусно и стильно.
И это моя тетя? Красавица!
Женщина бросает слегка удивленно-настороженный взгляд на вампира, едва уловимые нотки беспокойства проскальзывают в глубоких, сверкающих синевой зрачках. Но внешне Розалинда спокойна и размеренна.
– Розалинда, – приветствует ее вампир кивком.
– Андро, благодарю, дальше я сама. Твоего присутствуя в этот раз не требуется, – голос добродушный, но повелевающий.
– Хорошо, – и одарив меня предупреждающим мрачным взглядом напоследок, мужчина, набрав вампирскую скорость, мгновенно исчезает в дверях дворца.
– Тетя, а я вас представляла совершенно иначе, – с нервно-веселой усмешкой.
– Какой? – на губах мягкая улыбка.
– Ну… не такой приземленной что ли. Более суровой и властной, а вы… ангельски прекрасны и чисты. Не ожидала просто.
Она чуть снисходительно смеется.
– Давай на ты, мы все-таки с тобой не чужие. – И взяв меня за руку, за доли секунды переносит нас, к моему глубочайшему изумлению, в какой-то кабинет. Судя по обстановке, королевский.
– Как вы… ты это сделала? – удивляюсь я, вдохнув от неожиданности в грудь побольше воздуха и так и забыв выдохнуть.
– Кольцо мгновенного переноса, – поясняет Розалинда, мимолетно показывая примеченное мной ранее золотое кольцо на ее пальце, и проходит к массивному столу, садится в кресло. – Артефактора, что изобрел его, давно нет в живых, и секрет создания этого кольца, к сожалению или к счастью, никому не известен, потому оно единственное в своем роде. И видишь ли, с моим графиком работы без него никуда, порой приходится бывать в самых труднодоступных местах. И в самые кратчайшие сроки.
– Здорово. – Присаживаюсь напротив ее стола. В удобное кресло, дорогое. Смотрю поверх ее плеча и вижу лишь голубое небо, воды залива вдали, но ни единой растительности. – Насколько мы высоко находимся?
– Мы в королевской башне, в самой высокой из имеющихся во дворце. – Она открыто и с солнечной улыбкой разглядывает меня. – Корделия, ты выросла прекрасной девушкой. Надо же, волосами в мать пошла. Хотя, знаешь, нисколько не удивительно. Полагаю, синяя прядь должна быть розовой? – проницательно замечает она, лукаво посматривая на меня.
– От тебя, тетя, не скроешь, – вынуждена признать я. И вытянув пальцами локон и скосив на него грустноватый взгляд, удрученно вздыхаю. – Да, на самом деле она розовая, и цвет вернется уже через пять дней. Никакая краска не помогает замаскировать это убожество.
– Ну что ты, какое же это убожество? – не соглашается королева со мной. – Твои великолепные волосы как раз говорят о том, что ты сильная русалка. Настолько, что другие с тобой и не сравнятся. Поверь, таких как ты, очень мало. Я вот, например, всегда знала лишь одну, твою мать, свою давнюю подругу. И у меня и в мыслях не было, что и ты можешь унаследовать эту особенность. В тебе столько всего удивительного собралось, в такой маленькой, хрупкой девочке, – с восхищением произносит она, с гордостью. – Не представляешь, как мне жаль, что все эти годы я не присутствовала в твоей жизни. Но это было ради твоей же безопасности.
– И что изменилось? – спрашиваю я смело, почти с вызовом. – Зачем я тут?
– Обо всём я написала в письме. Тебе нужно быть ещё сильнее, обучиться магии, владеть ею в совершенстве, научиться в конце концов контролю над собственными превращениями. А также быть крайне осторожной, – неожиданно хмурится, – и не оставлять свою кровь где попало.
Мгновенно подобравшись, я тяжело сглатываю. Черт! Моя кровь на ноже!
– Тетя, откуда ты узнала?
Она чуть вздыхает.
– Настроившись на твою кровь, перенеслась при помощи кольца. Шла на яркий зов твоей крови, но, к моему сильному удивлению, тебя в зале не оказалось, зато я обнаружила окровавленный нож, что принадлежит Андро. Ты даже понятия не имеешь, какой ужас я в тот момент испытала, думая, что опоздала, что не сумела обезопасить твою жизнь, Корделия. Пожалуйста, очень прошу тебя, будь осторожна в следующий раз, хорошо?
– Да, разумеется, я буду осторожной, – обещаю я, и прикусываю от досады губу. – Только… что с ножом? Ты избавилась от него?
– Нет, Корделия. От любимого ножа Андро не так-то легко избавиться. Да и подозрительно это. Пришлось поручить зачаровать твою кровь своему доверенному лицу, который не имеет привычки задавать лишние вопросы. Тем более королеве.
– Спасибо, – с облегчением выдыхаю я, и Розалинда удивительно быстро отходит, тепло улыбается.