Хомо, деус, андро

От автора

Дорогой читатель!

Возможно, мы ещё не знакомы или, напротив, каждый день видимся в моём блоге, но, так или иначе, я хочу сказать вам спасибо за доверие и поддержку!

Надеюсь, история Рэйдана, Минхо и Амайи подарит вам несколько часов приятного путешествия в другой, фантастический мир и немного отвлечёт от надоевшей рутины.

Помните, что вы всегда можете обсудить со мной прочитанное в инстаграм @books_of_mirа или написать мне на почту mirayanina2050@gmail.com.

Буду признательна за ваши отзывы в социальных сетях под хэштегом #хомодеусандро и на сайте книги.

Приятного чтения!

Этот QR-код отведёт вас к атмосферному плейлисту

по миру «Хомо, деус, андро»

~

Когда последнее изобретение человечества низвергнет создателя,

на Землю спустится истинный деус…

Погружение в голубую бездну длится вечность. Звуков нет, даже приглушённых, только размеренный вдох и выдох… и вихрь воздушных пузырьков, уплывающих к поверхности. Куда-то далеко, где светит солнце, греются камни и кричат альбатросы. Но в темноте бездны лишь холод, тишина и спокойствие.

Эйфория. Она всегда наступает внезапно. Состояние ложного ощущения полной безопасности пробуждает желание уйти в манящие глубины, но иллюзию беззаботности сменяет нарастающий, неотвратимый приступ паники. И вот уже страх давит на диафрагму сильнее любого водного столба, заставляет сомневаться в себе и не даёт вздохнуть полной грудью. Теперь нужно просто замереть, успокоиться и дышать, но паническую атаку уже не остановить. Она завладевает твоим разумом, телом, душой…

Глава 1

«Кара!» – он открыл глаза и сделал первый вдох. Первый вдох в новом теле.

– С днём рождения, Рэйдан Сейджи Шин, – отозвался знакомый голос из динамиков. – Как себя чувствуешь?

– Тебе не понять, – ответил Рэйдан.

Сердце стучало где-то в горле, грудь судорожно сжималась и вздымалась сильнее, чем требовалось. Свет в лаборатории был мягкий и приглушённый, но слепил новорождённую сетчатку как прожектор на стадионе.

– Твои намёки на бестелесность мне порядком надоели, Рэй, – сказала Кара. – Рекомендую разнообразить репертуар шуточек перед встречей с хомо.

Рэйдан перевернулся и приподнялся на локтях. Новое тело хоть и было его родным, но не очень-то слушалось. Мышцы тряслись мелкой дрожью, во рту стоял привкус регенерационной жидкости, голодные спазмы сводили желудок. Он хотел было пожаловаться, что Кара его не кормила, но нащупал провода капельницы и промолчал.

– Чувствую себя медузой, – прошептал он и открыл глаза. – Ненавижу восстанавливаться.

– Это неправда, – отозвалась Кара. – Каждый раз, когда ты возвращаешься, приборы регистрируют всплеск эндорфинов. Это двадцать седьмой раз. Не верю, что ты всё ещё не привык.

– Но я не привык.

Восстановление тела и на родной планете давалось Рэйдану нелегко, а в одиночестве космоса, вдали от дома он чувствовал себя вдвойне разбитым и опустошённым.

Медицинский отсек блестел стерильной чистотой. Ритмичный писк датчиков, мерное жужжание капельниц, гул вентиляционной системы, малозаметные обычному человеческому уху, были для новорождённого деуса нестерпимой пыткой. Через несколько дней он вновь сможет управлять своим телом и органами чувств, но сейчас ему нужно хотя бы просто научиться ходить.

Рэйдан выдернул трубочки капельницы и с трудом вылез из капсулы регенерации. Неуверенным шагом, держась за стеночку и шлёпая липкими ногами, добрался до душевой. Не в силах больше стоять, он сел на холодный пол и дал тёплым тугим струям смыть остатки клейкой массы, обволакивавшей тело двадцать один день. Пытаясь настроить зрение, он смотрел на стекающие в слив комки, которые напоминали гайотисов – прозрачных слизняков с флуоресцентными пятнами на пузе. Он приближал и удалял картинку, щурясь и часто моргая.

Автопилот и программный ассистент корабля, Кара, решила закончить ванные процедуры закаливанием и включила холодную воду. Десятки ледяных кнутов полоснули распаренное тело.

– Ай, – Рэйдан вскочил на ноги, и на мгновение в глазах потемнело.

– Взбодрился?

– Мне тоже не понять твоих шуточек.

Рэйдан взял полотенце и начал растираться, прогоняя мурашки.

– Докладывай, куда пришвартовался наш корабль в этот раз. И не вздумай сказать, что ошибка в навигации снова привела на безжизненную планету.

– Это настоящий рай, – в голосе Кары слышались довольные нотки.

– Звучит многообещающе! Но?.. – Рэйдан натянул хлопковый комбинезон и неуверенной походкой вышел из медицинского отсека.

– Никаких «но», – продолжала Кара, – планета прекрасна.

Он преодолел несколько узких коридоров и добрался до личного отсека. Потом приготовил протеиновый коктейль из пакетика и, плюхнувшись на кушетку, внимательно просмотрел видео и картинки, которые Кара собрала для него с помощью дронов.

На экране простирались зеленеющие леса, голубые озёра, горы и пустоши, а лупоглазые зверушки настороженно смотрели в камеру и удирали от дронов-разведчиков, сверкая пятками.

Он вытер губы тыльной стороной ладони и строго спросил:

– Хомо где? Что ты мне лемуров показываешь?

– Поселений не так много, но они есть.

– Достаточно развиты? Или аборигены с палками?

Картинка на экране сменилась, и Кара показала то, что сняла на подлёте к голубой планете. Сетка натриево-жёлтых огоньков – признак городов и развитой цивилизации – была редкой и разрозненной, но означала, что хомо, очевидно, изобрели не только колесо.

– Негусто, – хмыкнул Рэйдан. – Больше следов не обнаружено?

– Нет. Они подбили два выпущенных дрона, поэтому я решила не рисковать.

– Правильно.

Яркие огоньки в ночном небе планеты дали Рэйдану надежду, и он почувствовал воодушевление. Ему не хотелось терять драгоценное время на полное восстановление. Он посчитал это непозволительной роскошью, сполз с кушетки и начал качать пресс, резко выдыхая при каждом скручивании.

Необходимо было как можно скорее выяснить, насколько планета пригодна для деусов и действительно ли там обитают хомо.

– Не стоит так резко начинать тренировки, – голос Кары звучал неодобрительно.

– Чем скорее я приду в форму, тем быстрее смогу отправиться на разведку.

Рэйдан сделал последнее скручивание и растянулся на полу, снова тренируя фокусировку зрения.

– Готовь шаттл, Кара.

* * *

Всю следующую неделю Рэйдан буквально истязал своё новенькое тело: бегал, отжимался, молотил кулаками грушу до кровавых мозолей. Удивительно, но тело не отвечало ему обратной жестокостью. Напротив, с каждым днём он чувствовал себя крепче, сильнее, увереннее. Вечерами, уставший и довольный, Рэйдан мечтал окунуться в прохладные озёра родного Деуса. Однако вскоре ему предстояло нырнуть в неизведанную глубину чужой планеты.

Он отправил в Улей послание, что готовится к высадке, но в ответ не получил никаких новостей. От Ханны – единственной, с кем подружился в исследовательской академии – тоже ничего. Скорее всего, её корабль с бестелесным сознанием всё ещё бороздил просторы Вселенной в поисках подходящей для жизни экзопланеты.

Пока он усердно готовился к спуску, Кара запустила ещё один дрон, который сразу же исчез, успев передать единственную картинку: огромный город устремлял к звёздам шпили стеклянных небоскрёбов, сверкая тысячами разноцветных огоньков.

– Рекомендую запросить подкрепление. Стремительное исчезновение дронов-разведчиков не предвещает ничего хорошего, – Кара всегда сомневалась в правильности его решений.

– Ты хочешь, чтобы я дрейфовал здесь, медленно умирая от скуки? – ответил ей Рэйдан, спешно собирая сумку. – Разберусь на месте.

Когда шаттл был полностью укомплектован необходимой провизией и боеприпасами, довольный Рэйдан пристегнулся в кресле и начал щёлкать тумблерами.

– Я настоятельно рекомендую производить высадку вдали от крупных городов. Незачем привлекать слишком много внимания. Неизвестно, насколько дружелюбна эта цивилизация, а когда ты покинешь шаттл, мы не сможем поддерживать связь.

– Кара, – Рэйдан даже улыбнулся, – может, ещё и алфавит мне расскажешь? Чужаков никто не любит. Знаю.

– Просто – будь осторожен.

Отстыковка прошла гладко, шаттл медленно соскользнул с полозьев. Несколько минут Рэйдан любовался безграничностью космоса и чудесной тёмно-синей планетой, которая занимала весь горизонт. Он проложил маршрут, ещё раз проверил все системы и дёрнул рычаг на себя.

Резкий толчок расплющил его в кресле, но спустя минуту давление нормализовалось, и шаттл начал стремительное приближение к Земле. На орбите остался дрейфовать невидимый для спутников корабль, с надписью на левом борту: «Космическая разведывательная академия имени Кристиана Дайва».

– Как низко мы опустились, Кара?

– На сто шестьдесят километров ближе к планете, но воздух ещё слишком разреженный, чтобы оказывать заметное давление.

Рэйдан посмотрел сквозь лобовой иллюминатор. Свечение вокруг поменяло цвет с оранжевого на красный, а потом и вовсе раскалилось добела. Вихрь воздуха струился как гимнастическая лента и окутывал шаттл. Судно выполнило несколько разворотов по крену, выписывая гигантскую растянутую букву «S».

Чем глубже челнок погружался в атмосферу, тем больше Рэйдан чувствовал перегрузки:

– Как думаешь, если произойдёт разгерметизация, моя кровь вскипит в венах?

– Не сомневаюсь, – ответила Кара.

Даже в такой критической ситуации Рэйдан старался шутить. Он думал, что готов к любым испытаниям, но реакция тела говорила об обратном. Казалось, на плечи навалился огромный кит и вдавил его в кресло. Поле зрения сузилось так, будто он смотрел сквозь соломинку. Почти теряя сознание, он тихо позвал:

– Кара, я вижу туннель.

– Туннельное зрение – первый признак. Участок мозга, отвечающий за зрительные ощущения, не получает с кровью достаточного количества кислорода. Активирую антиперегрузочный режим на твоём костюме.

Рэйдан ощутил сильное давление, будто кто-то затянул широкий пояс на талии и вдавил живот до позвоночника.

– Сработало, – прохрипел он, – зрение восстановилось. Но теперь мой пупок упирается в хребет.

– Если бы капитан принимал солевые таблетки и следил за питьевым режимом, такого бы не случилось.

– Учту на будущее, – ответил он и тут же забыл про рекомендации.

– Рэйдан, – голос Кары звучал испуганным, – ты снова хочешь принять управление на себя?

– Я не доверю посадку автопилоту, – он сосредоточенно переключал тумблеры, а потом крепко ухватился за штурвал.

Скорость шаттла стала меньше скорости звука, и ударная волна, которая раньше шла следом, убежала вперёд. Гудящая вибрация сотрясала корабль, и Рэйдан пожалел, что не может как раньше снизить слух до минимального восприятия. На высоте тридцать километров двигатели перестали регулировать движение шаттла, и Рэйдан принял управление у автопилота.

Он заложил широкий и быстрый левый разворот, чтобы выйти на последнюю прямую. Использовать автостраду в качестве посадочной полосы было рискованно, но не менее опасно было садиться на рыжий грунт, расстилавшийся внизу. Он выбрал второе и решил приземлить челнок на дне пересохшего озера.

– Не советую спешить, – сказала Кара.

– Впереди авария? – Рэйдан улыбнулся собственной шутке, но смешного было мало.

– Нет. У нас проблема с тормозным импульсом.

– Что? И ты молчишь? – Рэйдан настойчиво стучал по неработающей кнопке.

– Задан максимальный уровень, но его не хватает…

– Пристегнись! Посадка будет жёсткой.

– Ха-ха-ха, очень смешно, Рэйдан.

Динамики дребезжали, и смех Кары казался ужасным скрежетом.

– Напоминаю: если ты сейчас разобьёшься, это будет твоя последняя смерть.

– Ой, можно подумать, я не знаю, – Рэйдан проигнорировал замечание, хотя секунду назад сам думал о том же. – Почешем нашей птичке пузико.

Земля стремительно приближалась. На горизонте взошло солнце. Шаттл с грохотом ударился дном о твёрдую поверхность, поднимая в воздух рыжие клубы глиняной пыли. Космическая птица вгрызалась клювом в землю, почти не замедляясь и оставляя за собой глубокую борозду тормозного пути. Скрежет металла царапал барабанную перепонку, и Рэйдан боролся с желанием отпустить штурвал и зажать уши руками. Он зажмурился и почувствовал, как сжал челюсти до скрипа.

– Уходи! Быстро в хвостовой отсек! – прокричала Кара.

Пересохшее озеро окружал высокий вековой лес, и тормозной путь оказался длиннее, чем рассчитывал Рэйдан. Когда он открыл глаза, столкновения уже было не избежать.

Он едва успел отстегнуть ремни, как шаттл врезался в деревянный частокол, ломая стволы как соломинки, и, наконец, остановился, уткнув носовую часть в скальный выступ.

– Поездка окончена, – сказала Кара. – Мне не понравилось.

Глава 2

Вдалеке щебетали птицы: заливались на разные голоса, пели свои трели, стрекотали и кричали. Воздух был слегка прохладный и чуть влажный, пах мокрой листвой и чем-то кислым. Скрежет металла о землю больше не пытал уши Рэйдана, но ему на смену пришёл жуткий гул, сквозь который слышалось едва заметное для человеческого уха жужжание.

– Рэйдан, очнись, – голос Кары звучал совсем близко. – Ты ранен.

Он открыл глаза и огляделся, лёжа на полу в крошеве стекла и щепок. Кресло пилота пронзил сучковатый ствол сосны, в хвостовой части мигала красная аварийная лампа, а над искорёженной приборной панелью искрили выбившиеся из-под обшивки провода. Одного взгляда на разбитую кабину было достаточно, чтобы осознать – шаттл больше не взлетит.

Рэйдан приподнялся на локтях, и картинка завертелась в голове, а по виску потекла тонкая струйка крови. Парящая сфера, которую он прозвал Глазом, скользила красным лучом по его телу, проверяя, нет ли ещё каких повреждений.

– Я сделала подобие жгута с помощью настроек костюма, – спокойно говорила Кара, – но, чтобы прижечь рану, осколок нужно вытащить.

Рэйдан взглянул на ноги и выругался. Мелкая стеклянная крошка и щепки отскочили от защитного костюма, но он всё же поймал крупный осколок в бедро. От увиденной картины его тело накрыло волной жжения и боли. Он попытался забыть о них, сосредоточиться на других ощущениях, но самоконтроль не сработал – слишком много времени вдали от хомо. Тогда он закрыл глаза, попытался восстановить дыхание и уговорить себя не чувствовать боль, потому что отключить её не получилось. Затем, на выдохе, он резко вытащил осколок, зажмурился и встал.

– Молодец, Рэйдан, – похвалила Кара, которая всё это время наблюдала за операцией.

Из аптечки под креслом пилота Рэйдан достал антисептик и ручной регенератор. Разорвать штанину руками не получилось, он чертыхнулся и сделал надрез скальпелем, чтобы лучше промыть рану. Красный луч с шипением склеил края кожи, заполнив ноздри палёным запахом. Рэйдан поморщился и скептически осмотрел свежий шов. Чутьё подсказывало, что заживать он будет дольше обычного.

– Кара, почему не сработал тормозной импульс?

– Произошла утечка тормозной жидкости.

Рэйдан заподозрил внешнее вмешательство:

– Думаешь, нас подбили?

– У меня нет данных, – ответила Кара, – но я рекомендую покинуть место аварии как можно быстрее.

Он встал на ноги и торопливо набил сумку тем, что пригодится в первую очередь: оружием, пищевыми брикетами, обезболивающим.

– Я уже отправила в Улей запрос на подкрепление, – продолжала Кара. – Планета высокоперспективная.

– Но пока не дружелюбная, – буркнул Рэйдан и заложил пистолет за пояс.

Он надеялся, что байк не пострадал при падении. Дальние пешие прогулки с раной в ноге не входили в его планы.

Автоматика не работала, и, чтобы открыть боковой шлюз, он выстрелил в щиток. Не с первого раза, но дверь поддалась, и, вскинув сумку на плечо, Рэйдан вышел из корабля. Глаз Кары бесшумно нырнул в дикую зелёную чащу, следом за ним.

Снаружи челнок выглядел ещё хуже, чем изнутри. Глубокая борозда тянулась на сотни метров, под днищем дымились покорёженные деревья. Поваленные стволы укрывали шаттл ветвистым пологом, образовав вокруг погребальный костёр.

«Может, сжечь?» – промелькнула в голове Рэйдана шальная мысль.

Он отшвырнул ветки, за которыми прятался багажный отсек, и в очередной раз выругался. Чуть выше, из тормозного цилиндра вытекала тонкая струйка тягучей лазурно-голубой жидкости. Для полного провала не хватало только надышаться ядовитых паров, и это приземление можно было смело считать худшим за всю историю его полётов. Боковым зрением он уловил едва заметное движение в темноте чащи и, повинуясь инстинктам деуса и рефлексам разведчика, пригнулся и приметил ближайшее к нему укрытие.

Три светящихся красных треугольника скользнули по стенкам шаттла, а потом луч с пронзительным свистом полоснул обшивку на пару сантиметров ниже тормозного цилиндра.

Рэйдан не стал ждать второго приглашения и прыгнул за груду обломков от хвоста. Глаз Кары не обладал такой молниеносной реакцией. Когда она поняла, что происходит, нырнуть вслед за Рэйданом значило бы выдать его местоположение, а потому Кара делала вид, что ничего не произошло. Сферический дрон завис в воздухе напротив истекающего тормозной жидкостью бака.

Осторожные шаги с трёх разных сторон слишком глубоко утопали в земле, чтобы принадлежать хомо. Излучения Рэйдан тоже не чувствовал, не слышал живого дыхания или толчков пульсирующей кровеносной системы внутри. Кто бы это ни был, они точно не знали устройство тормозного цилиндра, иначе не стали бы палить так близко от утечки.

Луч из глаза Кары мигнул на долю секунды. Рэйдан понял знак и почти бесшумно переместился в другое убежище, спрятавшись за упавшим деревом, покрытым лишайником. Треугольники прицелов продолжали скользить по шаттлу, и, не в силах побороть любопытство, Рэйдан выглянул.

Меж стволов мелькали чёрные стальные скелеты хомо, с масками вместо лиц и светящимся треугольником глаз. Тёмное длинное пальто с капюшоном на голом каркасе смотрелось нелепо и вряд ли могло их от чего-то защищать лучше собственных доспехов. Скорее всего, оно означало принадлежность к некой касте. Оглядываясь по сторонам, они осторожно приближались к шаттлу. Все бластеры были нацелены на глаз Кары.

Рэйдан вернулся в своё укрытие и почувствовал, как адреналин бежит по телу, натягивая нервы и ускоряя мысли до предельной скорости. Трое боевых дройдов могли стать проблемой, а могли – и отличным развлечением после скучной болтанки в космосе… если знаешь, куда стрелять. Он попытался построить в голове возможную схему противников и соотнести их с известными ему типами роботов, но закончить просчёты не успел.

Кара начала так часто и ярко мигать лучом, будто пыталась вызвать у дройдов эпилептический припадок. Ещё этот сигнал можно было расценить как обратный отсчёт перед взрывом бомбы.

«Нет, Кара, только не провоцируй их», – мысленно взмолился Рэйдан, но его худшие опасения подтвердились.

Глаз дёрнулся в сторону противника, чтобы отвлечь их небольшим взрывом, а если повезёт, то повредить хотя бы одного, но реакция дройдов была молниеносной. Все светящиеся треугольники сошлись на сферическом дроне, и, будто в замедленной съёмке, Рэйдан увидел, как лучи пронзили шар насквозь и разорвали его на множество осколков.

Выскочив из укрытия, он побежал в противоположную от челнока сторону, перескакивая через колдобины в борозде. Он знал, что последует за маленьким светопреставлением Кары, если железные недотёпы продолжат пальбу. И в этот момент лучше оказаться как можно дальше от взрывающегося шаттла.

Он мысленно успел досчитать до двенадцати, когда голубая вспышка затмила прочий свет, а следом прокатился искусственный гром. Тормозной цилиндр сдетонировал и, скорее всего, забрал с собой любопытных железных разведчиков.

Рэйдан на секунду остановился и оглянулся. К мирному голубому небу поднималось чёрное облако копоти и пыли. Птицы, которые без умолку стрекотали даже после падения шаттла, утихли, и теперь он слышал только собственное неровное дыхание.

Он не боялся остаться один на неизведанной планете – к этому его готовили.

Он не боялся погибнуть, выполняя задание – его убивали множество раз.

Но он не хотел, чтобы глупые железные церберы обнаружили его сразу после посадки.

И этого не случилось.

Он улыбнулся и мысленно поставил точку отсчёта. Согласно плану, Кара пришлёт дрон на это же место через месяц, и он сможет передать в Улей всю собранную информацию. А пока нужно продолжать движение и найти поселение хомо. Теперь он был на сто процентов уверен, что они здесь есть, ведь кто ещё мог сконструировать дройдов по своему образу и подобию?

Около часа Рэйдан шёл, петляя меж широких зелёных стволов, двигаясь, как ему казалось, в верном направлении – в сторону ближайшего города. Ещё через четверть часа зелень под ногами сменилась ярко-голубым плотным ковром из колокольчиков. Мох больше не покрывал стволы, которые теперь были высокими, гладкими и почти чёрными в голубоватом отблеске цветов. Молодая салатовая поросль была настолько яркой, что листики будто светились изнутри флуоресцентом, но, присмотревшись, он понял, что это всего лишь обман зрения.

– Кампанула, – сказал он вслух и даже слегка поёжился от звука.

Царившую здесь сказочную идиллию не хотелось нарушать ни топотом шагов, ни собственным голосом. Он присел на пригорке, сорвал цветок и, уткнувшись носом в прохладную росу, вдохнул запах. Рядом с домом его матери на Деусе цвели огромные лиловые поля колокольчиков. Сейджи обожала собирать их, плести венки и расставлять букеты в стеклянные вазы. А ещё она любила вплетать колокольчики в косу. Холодный оттенок так подходил к её белоснежной коже и иссиня-чёрным волосам, которые теперь уже тронула седина. Если всё пройдёт удачно, она обязательно прилетит к нему, и следующей весной они будут вместе слушать, как росинки медленно сползают с упругих изгибов нежных цветков.

Чёрная блестящая молния стремительно выпрыгнула из лилового озера, но он железной хваткой остановил раскрытую пасть с острыми зубами и раздвоенным языком. Погрузившись в тёплые воспоминания о доме, Рэйдан едва не позволил змеиной голове совершить свой ядовитый укус. Костюм она бы не прокусила, но хищник всегда чувствует слабые места, и гадюка целилась на обнажённую плоть на бедре.

Он пристально посмотрел в змеиные гипнотизирующие глаза, пытаясь увидеть в них тень удивления, ведь жертва оказалась намного быстрее и сильнее, но узкий вертикальный зрачок оставался равнодушным и неподвижным. Его учили, что у змей очень плохое зрение. Они глухие и не нападают, если их не тревожить, но этот аспид рискнул и проиграл. Согласно поверьям деусов убийство змеи сулило чёрную полосу в жизни, неудачи и неприятности. После аварийной посадки шаттла Рэйдан не желал навлекать на свою голову большие беды, но, с другой стороны, если оставить её в живых, она попытается ужалить вновь. Ядовитые укусы не входили в его планы, и он сдавил кулак ещё сильнее, а противоположной рукой дёрнул чёрный тугой виток в другую сторону. Брезгливо поморщившись от ощущений, он отшвырнул голову подальше, и извивающийся хвост упал ему под ноги. Можно было зажарить змею на ужин, но он рассчитывал к вечеру всё же добраться до города и не захотел утруждать себя пережёвыванием жёсткого мяса.

Когда он наконец вышел из леса, то понял, что планы на ужин стоит пересмотреть. С направлением Рэйдан не ошибся – серый город вырисовывался на горизонте, но чтобы добраться туда, нужно было спуститься с крутого утёса и снова идти через лес вдоль реки. Рана на бедре предательски заныла, хотя должна была уже перейти ко второй стадии заживления, склеенный шов покраснел и распух. Лекарство было только одно – идти вперёд, чтобы добраться до цивилизации. Цепляясь за ветки, Рэйдан осторожно спустился, без геройств и безрассудных прыжков. Переломы и растяжения – не лучшие спутники одинокого разведчика на враждебной планете.

Измождённый, он добрался до города, когда солнце уже давно скрылось и сумерки поглотили реальность, размыв очертания предметов, как умелый художник акварель. Дорога отняла целый день, хотя Рэйдан делал привал всего лишь раз, чтобы зажарить парочку рыбёшек. Он решил двигаться сквозь лес вдоль берега реки, укрываясь от палящего солнца, но назойливые мошки покусали лицо, руки и, что самое ужасное, рану на бедре, которая и без того нарывала и гноилась. Если бы не мошки, он непременно снял бы неудобный жаркий костюм, который неприятно натирал вспотевшую кожу.

Когда ему уже начало казаться, что бесконечным зелёным массивам не будет конца, он неожиданно наткнулся на высокую бетонную стену. Ограда была старой, с щербинками и трещинами, покрытая у основания мхом и плющом, но выглядела основательно.