Выбирай, Макс

Глава 01

– Макс, после обхода на Безмятежность поднимемся или сразу на «Арену» пойдём?

– Выбирай ты, мне всё равно.

Алекс открыл список поручений на планшете:

– Осмотр трёх секторов, неполадка в одном энергощитке – по твоей части. Бла-бла-бла, – он прокрутил лист вперёд-назад. – Ничего интересного, считай, просто гуляем. Думаю, везде успеем.

Контрольная панель высветила сводку погоды снаружи, запросила код доступа. Двое парней в шлемах и защитных костюмах отсканировали запястья, и тяжёлые ворота со скрежетом открылись.

– Алексис-5569. Максимус-3729. Выход через сто тринадцатый шлюз, – произнёс женский голос из динамика.

Один вскинул на плечо рюкзак с инструментами, другой проверил, на месте ли пистолеты и нож. Они ступили на сухую, растрескавшуюся землю.

Макс отключил защитный экран на шлеме и, прикрыв глаза, жадно втянул прохладу. После застойного городского воздуха хотелось вздохнуть полной грудью, почувствовать, как дух свободы щекочет ноздри и освежает мысли.

– Макс, ты что, сдурел? Отключать экран у самых ворот! – закричал Алекс. – Камеры засекут – оштрафуют.

– С каких пор это тебя останавливает? – удивился Макс. – Хочешь – мучайся, а я буду дышать свежим воздухом.

Алекс обернулся на всевидящий чёрный глазок под козырьком шлюза и тоже снял защитный экран на шлеме.

Нолланд – автономный город-муравейник, продуваемый тысячей ветров, заливаемый кислотными дождями, выжигаемый палящим солнцем – дряхлел и рассыпался. Словно рыцарь в бетонных доспехах, он стоял на страже жителей, защищая от убийственной внешней среды не одну сотню лет. Трещины, протечки, изъеденные ржавчиной перекрытия – снаружи он выглядел ещё хуже, чем внутри. Городские постройки вечно ремонтировали, хотя проще было всё снести и построить заново.

Ржавая пыль мгновенно осела на сапогах, но воздух на удивление был чистым и почти прозрачным. Большинство жителей города считали, что за стеной любоваться нечем, ведь вокруг только бурая выжженная земля и солнечные панели на горизонте. Но для Макса даже такой незатейливый пейзаж становился праздником глаз, ежедневно созерцающих лишь вентиляционные каналы под потолком, стены и мерцающие экраны.

– Сыграем в «Суперспособности»? Скучно в тишине топать, – Алекс поправил лямку рюкзака.

– Хорошо, у меня суперскорость, – откликнулся Макс. – Буду передвигаться со скоростью света, и ты меня не догонишь.

– Тогда я стану невидимым. Во-первых, ты не сможешь меня найти, во-вторых, я подставлю тебе невидимую подножку, и ты упадёшь, – парировал Алекс.

– Превращаюсь в летающего супергероя, мне нестрашна подножка, – Макс вытянул вперёд и вверх правую руку и сжал кулак, изобразив полёт человека из фильма древних времён.

Алекс задумался.

– И моё инфракрасное зрение поможет увидеть тебя, – добавил Макс и ткнул указательным пальцем в плечо друга.

– Тогда я надеваю костюм из криптонита, и рядом со мной все твои способности перестают действовать, – Алекс довольно прищурился. – Твой ход.

– Меняю способность. Я буду человеком-пауком и для начала свяжу тебя липкой паутиной.

В прошлый раз воображаемый человек-паук Макса убегал, цепляясь за полуразрушенные крыши. Алекс побеждал киберорлом, который обещал склевать паука как букашку. Согласно правилам игры повторяться запрещалось, и Алекс достал из рукава другой козырь:

– Тогда я буду обольстительной красоткой с белыми кудрями, – Алекс манерно изобразил поцелуйчики.

– Чего? – Макс округлил глаза.

– При моём появлении у тебя будут подкашиваться ноги, паучок.

– Ты так любишь женские персонажи, – Макс покачал головой. – Не зря родители назвали тебя девчачьим именем.

– Это называется унисекс, паучок. В кого превращаешься?

– Дай подумать, – Макс устремил глаза к небу в поисках подсказки.

Алекс толкнул его локтем, жестом показал остановиться и кивнул головой на стену. Рядом с энергетическим щитком сидела тварь. Чёрная слизкая обезьяна разрывала тушку какого-то мелкого зверька и с упоением вгрызалась мордой в кровавые потроха.

– А вот и причина неполадок, – шепнул Алекс. – Похоже, угрюк перегрыз провода в щитке. Сейчас сниму.

Алекс медленно достал пистолет и нажал кнопку заряда. Активация занимала пять секунд. Угрюк среагировал на движение и повернул голову. Отчаянно зашипев кровавым оскалом, он готовился к бою. Макс нажал кнопку на шлеме и вернул защитный экран. Угрюк гаркнул и кинулся вверх по стене, цепляясь за корявые ветки и выщербины, но Алекс уже прицелился.

Шлёп – и животное упало в пыль под распределительный щиток. Последний хриплый стон, угрюк затих и обмяк. Алекс выждал немного, подошёл и слегка пнул труп ногой.

– Может, не стоило его? – скривился Макс.

– В кого ты такой жалостливый? – Алекс поморщился и оттащил тело зверя дальше от щитка. – Он тебе вон сколько проводов погрыз.

– Да не он это. Крысы. Он как раз на них охотился.

– Я действую согласно инструкции: все животные по периметру Нолланда подлежат уничтожению, во избежание распространения инфекции.

Алекс настороженно вертел головой по сторонам, выглядывая дружков подстреленной обезьяны. Поодиночке они мало опасны, но большой стаей могли и напасть.

Макс открыл щиток и стал разбираться с неполадкой. Алекс расхаживал вдоль стены, вглядываясь в красные заросли плюща.

– Давай только быстрей чини, не ковыряйся, – Алекс сложил руки на груди и прищурился.

– Не терпится помахать кулаками на «Арене»? – ухмыльнулся Макс.

Он светил фонариком в ящик, осматривая повреждения. Парочка плат перегорела, несколько испорченных проводов. Возможно, кто-то просто не закрыл дверцу.

– Сегодня день распределения. Забыл? – спросил Алекс.

– И что с того? Я на площадь не хочу тащиться, – ответил Макс.

– Ты просто зануда, Макс. Как моя сестра тебя терпит?

– Если я такой зануда, почему ты вечерами со мной тусуешься? – Макс улыбнулся. – Почему не играешь в карты с ребятами из патруля?

– Потому что с ними и поговорить не о чем. Они только девок обсуждают и как на тренировках головы монстрам сбивают в симуляторах.

– Зачем нам на площадь? Вряд ли нас переведут в Цитадель.

– Пошевели мозгами, умник, – Алекс слегка постучал по шлему Макса. – Кого чаще всего распределяют весной?

– Выпускников? – Макс откинул руку Алекса от своей головы.

– Бинго! Значит, на площади будет полно молоденьких выпускниц, которые жаждут феерично распрощаться с нашим городишкой.

– Ты опять за старое, когда угомонишься-то?

– Ну пожалуйста, – Алекс состроил умоляющую мину .

Макс часто думал, почему друга распределили в патрульные, а не в анимацию. Жизнелюбие и позитивное расположение духа делали Алексиса-5569 тем самым дружищей Алексом, с которым они были неразлучны с детства. Иные единоутробные братья не так близки, как их неугомонная парочка. Макс всегда был рациональной частью их броманса1, но Алекс искусно вскрывал его внутренние позывы к приключениям, так что скучать им не приходилось.

– Ладно, Сонька тоже собиралась. Присмотрю за сестрой, чтобы проныры вроде тебя к ней не приставали, – Макс уступил. – Давай тогда помоги пару скруток сделать – новых проводов не хватит для замены.

Довольный Алекс живо принялся помогать, попутно рассказывая очередную байку про свой последний рейд в разведке.

– Отгрузили мы, значит, всё, что нашли, ну и Кирилл начал сразу сливать всю инфу с носителей в базу. И нашёл такую музыку чумовую! Мы потом чуть с вояками не передрались – они хотели своим гимном сделать, а наши не уступали, как обычно. Но Кир – смышлёный малый, он замял скандальчик. А когда вернулись, сразу Фемиде запрос накатал, и теперь это наш новый официальный гимн, – Алекс довольно улыбался.

– Вам только повод дай кулаками помахать, – Макс ловко орудовал инструментами в щитке, – рабы тестостерона. Неужели вам в разведке нервы слабо щекочет? Вы ещё из-за песни драться готовы.

– Чува-а-ак, – протянул Алекс, – ну там реально крутая песня была, ещё до Тёмных времён записанная. А вояки всегда пытаются всё лучшее отжать и в Цитадель отвезти. Хрен им, – Алекс сплюнул и протянул скрутку.

Так себе скрутка. Макс повернулся к нему спиной и переделал.

– Что хоть за песня такая?

– Пришлю тебе, когда культотдел осовременит. Там и про город древний типа Нолланда, и про палящее солнце, и про долгую войну Тёмных времён. Вспоминаю, у меня аж мурашки бегают. Там ещё про вспышки, – на лице Алекса отображался мучительный мыслительный процесс. – Вспомнил, там ещё про вспышки солнечные! «…и упасть, опалённым звездой по имени Солнце…»

Максу послышалось гортанное клокотание за спиной, он замер и медленно повернул голову влево. В тот же миг угрюк вцепился в его плечо крючковатыми пальцами, но куртка патрульного защищала от таких неожиданных встреч. Макс выхватил из кармана нож и вонзил остриё в мохнатую шею. Алекс подскочил в два шага и отшвырнул обезьяну в сторону, потом выстрелил ей в голову, и хрипы прекратились.

– Откуда он вылез? – Алекс злился, что недосмотрел и допустил нападение на инженера. – Расплодились сильно. Нужно доложить в отдел зачистки, пускай разбираются. А ты молодец, мужик, быстро среагировал!

Алекс похлопал его по плечу.

– То, что я не хочу сдавливать чужие глотки сапогом, не означает, что я не могу постоять за себя, – Макс брезгливо посмотрел на перепачканные кровью руки.

– Вытри плющом, – Алекс жадничал. – Бинты не дам. Ран нет, а за перерасход медблок такую бучу поднимает.

– Полей на руки, – попросил Макс и достал бутылку питьевой воды.

Он не переносил вид крови и не собирался такими руками лезть в энергощиток. Алекс вздохнул и достал из рюкзака бинты.

– Лови. В отчёте укажешь, что порезался.

Макс вымыл руки и закрыл дверцу распределительного ящика. Алекс внимательно осмотрел заросли плюща и выбоины в стенах, держа пистолет наготове.

– Все, можем идти на Безмятежность, – ответил Макс, закрывая замок на щитке.

– Надо было байки брать, – пробурчал Алекс. – Это ты в городе отсиживаешься, а я по этой грязи раз в три дня таскаюсь.

– Ты знаешь, что не по своему желанию, – буркнул Макс.

– Нам ещё два сектора надо обойти, – Алекс показал рукой в сторону обрыва. – Пойдём.

Покончив с патрульным обходом, парни поспешили к обрыву. Усевшись на краю, они скинули рюкзаки и шлемы. Позади оставался Нолланд – консервная банка, торчащая из земли, а внизу открывался вид на долину. Лепестки солнечных батарей, как огромные подсолнухи, двигались за солнцем.

Макс обхватил колени руками и молча смотрел вперёд, погрузившись в свои мысли. Ветер перебирал вспотевшие под шлемом волосы. Десять минут тишины на Безмятежности заряжали его уверенностью лучше любых мотивационных роликов Городского Совета. Алекс делал зарисовки в блокноте, напевая что-то себе под нос.

– О чем задумался, Макс? Считаешь в голове неберущийся интеграл? – Алекс первым прервал молчание.

– Ты читал «Машину времени» Герберта Уэллса? – нехотя отозвался Макс.

– «Войну миров» читал, а что? – Алекс заканчивал очередной набросок долины.

– Просто думаю, насколько мы близки к миру морлоков и элоев сейчас? Через сколько лет планета станет окончательно безжизненной и пустынной?

– Ну, если мы и дальше продолжим здесь сидеть, точно вымрем как динозавры. И все хорошенькие выпускницы достанутся кому-то другому, – Алекс встал и отряхнул штаны от пыли.

– База вызывает патруль! База вызывает патруль! Вы ушли с маршрута. Немедленно вернитесь, приближается пылевая буря, – строгий женский голос диспетчера надрывался в динамиках шлемов.

– Ни шагу нельзя ступить без их ведома, – процедил Макс сквозь зубы и поднялся. Патрульный обход закончился, муравьям надлежало вернуться в муравейник.

Глава 02

Арена для игр открывалась сразу за блошиным рынком. Раньше здесь располагался стадион, но потом Фемида внесла спортивные соревнования в список опасных и вредных для здоровья человека мероприятий. Занятия в спортзале разрешались и даже поощрялись, но строго в отведённое время и в объёме, необходимом для поддержания крепкого тела и здорового духа.

На «Арене» установили симуляторы, и днём здесь проходили официальные тренировки: патрульных обучали боевым приёмам, а подростков – элементарному выживанию. Вечерами тут можно было отлично пошуметь или, наоборот, уединиться в приватной зоне, чтобы побродить по виртуальности. Но чаще всего на «Арене» собирались любители расквасить кому-нибудь нос. Драки в Альянсе запрещались, и, если всё же случались, зачинщиков штрафовали или добавляли им дополнительные часы общественных работ. Ну а постоянных дебоширов отправляли на дальние заставы и на опасные работы в руинах.

Администрация города быстро сообразила, как обуздать агрессию граждан, и предложила решать споры на виртуальной арене. И хотя делать ставки на игроков Альянс запретил, Городской Совет Нолланда предложил вносить их как входные билеты за просмотр и обложил налогом. Уставшие от рутинного дня нолландцы выпускали пар, оставаясь целыми и невредимыми. Так выигрывали все, и Фемида сделала вид, что не заметила хитрый ход.

– Привет, Максимус! Участвуешь сегодня или поставить хочешь? – парень на входе спросил пропуск.

– Участвую, проверь список.

Он сверился со таблицей и пригласил внутрь.

– Только мы сегодня в режиме экономии работаем, – добавил билетёр, – пока накопители не разрядятся. Основной поток пустили на выпускной.

В узком коридоре, составленном из старых жестяных контейнеров, горел тусклый фиолетовый свет. Рифлёные стены были сплошь в рисунках и вмятинах. Одна из люминесцентных ламп неприятно мерцала, а из пластиковой трубы на потолке капала вода.

– Вы посмотрите, какие звёзды к нам упали, – Макса будто не специально толкнули плечом.

Руслан! Постоянный клиент «Арены» круглый год носил дутую жилетку поверх рубашки, но всегда закатывал рукава, демонстрируя татуировки. Этот напыщенный ушлёпок не давал Максу прохода со школьных времён.

Капля воды упала с потолка.

Кап.

– Куда-то торопишься, Максимус? – просипел Руслан.

– Тебе-то какое дело?

Макс попытался пройти мимо, но путь преградили рукой.

– Где же твой дружок, Алексис? Или он тебе подружка? – Руслан прыснул смехом гиены.

Макс кинул взгляд в сторону камеры, где мигал красный огонёк.

– А ты не смотри, Фемида тебе не поможет, – продолжал вечный задира. – Всё в рамках закона: стоим, беседуем.

– Мне не о чем с тобой беседовать, – спокойно ответил Макс.

– Неужели я недостоин внимания «Лучшего инженера года», автора уникальной системы накопителей энергии?

– Руслан, ты будешь злиться на меня до конца жизни? – Макс ухмыльнулся. – Да, в Цитадели выбрали мой проект, потому что сочли его более рентабельным.

– А может, потому что твой папочка постарался?

Зубы Макса сцепились, руки сжались в кулаки, но он промолчал.

Ещё одна капля воды оставила пятно на рубашке.

Кап.

– Злишься? Я вижу, что злишься, – улыбался Руслан.

От него всегда пахло мятными леденцами, будто он хотел заглушить запах желчи, выплёскивающейся с каждым словом. В детстве подобные разговоры всегда заканчивались драками и последующими часами нудных общественных работ, но с годами Макс научился сдерживаться.

– Почему же тебя, такого умного и великого, до сих пор не забрали в Цитадель?

Макс скривил губы в ухмылке и смахнул очередную каплю с рукава.

Кап.

– Между прочим, Фемида пригласила меня в свой отдел энергообеспечения. Сегодня огласят моё распределение в Цитадель, – продолжил Руслан.

– Скатертью дорога, – процедил Макс сквозь зубы и протиснулся вперёд, но Руслан не унимался.

– Твоя Лиза тоже отправила запрос в Цитадель. Вот я и подумал: может, сделать тест на совместимость? Столица – она большая, и соблазнов, конечно, много, но землякам ведь нужно…

Кап!

Макс схватил Руслана за горловину рубашки и с силой притянул к себе, чуть приподняв.

– Что, подружка не рассказала тебе?

Руслан смотрел на него с вызовом, и терпение Макса лопнуло:

– Нарываешься? Хочешь подраться?

– Почему нет? – в глазах Руслана плясали дьявольские огоньки.

Макс отпустил его воротник и выдохнул:

– В какой ячейке?

– Жду тебя в тринадцатой, умник.

Руслан спокойно одёрнул рубашку и пригладил волосы:

– Я разделаю тебя за три минуты!

– Посмотрим, – не оборачиваясь, Макс поднял руку и показал средний палец.

В тот вечер на «Арене» работал только улей – блок с жестяными ячейками. В каждой комнатушке стояло по два-четыре кресла, экран и симулятор.

Алекс был уже на месте и в паре с кем-то из своих патрульных ребят бегал по воображаемым руинам, подстреливая из бластеров немыслимых чудовищ.

Макс подошёл к их маленькой кабинке, нажал на симуляторе кнопку «вызов» и спросил в микрофон как можно громче:

– Антисептик где?

– Забыл! Прости, друг.

Пара выстрелов из бластера, и очередной монстр с десятками щупалец повержен. Алекс не собирался выгружаться.

– Я так и знал. Неужели так сложно?

– Вы вечно ссоритесь как девчонки, – напарник Алекса по игре засмеялся, так же прекрасно справляясь с виртуальным зверьём.

– Я буду в тринадцатом, с Русланом.

– О! Сейчас придём посмотреть.

В маленькой жестяной кабинке с размазанным номером тринадцать Руслан настраивал симулятор. Макс оплатил участие организаторам и осмотрел шлем и перчатки. Поношенные сильно, но сухие – сегодня, похоже, их никто не надевал. Он спросил антисептик у парня, бравшего плату, – тот отрицательно покачал головой.

– А сыворотку ты как будешь колоть? – разозлился Макс.

– Так ты участвуешь или нет? – билетёр нахмурился.

– Ты просто сдрейфил, как обычно. Ведь ты ни разу у меня не выигрывал в рукопашной, – Руслан придержал рубашку, пока ему вкалывали сыворотку.

Макс оттянул ворот и подставил шею под иглу, к нескрываемой радости соперника.

– Знаешь, за что я люблю тебя, Макс?

– Не имею ни малейшего представления.

– Тобой так легко манипулировать, что временами даже скучно.

– А мне казалось, это доставляет тебе нескончаемое удовольствие.

Желающие сделать ставки набежали со всех ячеек, зрители кидали ссылку на трансляцию друзьям. На Макса почти никто не ставил – он никогда не выигрывал в боевых спаррингах ни у Руслана, ни у кого-либо ещё. Алекс твердил, что ему не хватает жестокости и мешает жалость к противнику. Но сегодня жалости Макс не испытывал, ему хотелось размазать напыщенного индюка о бетонную стену.

Он запрыгнул на продавленную кушетку и надел шлем и перчатки. Закрыв глаза, он ощутил неприятное покалывание в затылке при синхронизации и соскользнул в тёмный тоннель.

Когда он снова открыл глаза, перед ним лежали руины древнего города. Накопители и правда давали недостаточно энергии, потому серо-фиолетовая картинка местами распадалась на пиксели. Макс огляделся: бетонные многоэтажные дома с чернеющими окнами, лужи на разбитом асфальте. Вдоль пешеходных дорожек на одинаковом расстоянии возвышались фонарные столбы, но горел только один. Ветер гонял серую пыль и мелкий пластик, по мусорным кучам носились стаи крыс. Макс не чувствовал запахов, но отлично представлял, что без фильтр-маски в подобном районе реальности можно задохнуться за пять минут.

Почему нельзя было нафантазировать неведомый мир или использовать красивый пейзаж, оставалось для него загадкой. Для спаррингов в симуляцию загружали только настоящие оцифрованные объекты.