Воин Духа 2: Ультимо

12.

Анатоль положил трубку на место и отбросил визитку в самый дальний угол своей шикарной квартиры в самом центре Москвы. Сын Бориса Гольберга – совладельца нефтяной компании – мог позволить себе подобные апартаменты. Квартира больше напоминала не жилье молодого человека, а музей современного искусства. В последнее время Анатоль всерьез увлекся коллекционированием картин современных, но очень модных и дорогих художников. В самом центре гостиной висело огромное полотно Эдуарда Непомнящего. Удивительное по красоте и мощное творение гения современности привносило в атмосферу квартиры сына миллионера ощущение загадки. Картина называлась «Вселенная».

Анатоль не мог он нее оторваться. Картина притягивала его взор, помогала уходить от суетной реальности, будоражила, вдохновляла… Молодой человек по-прежнему прожигал свою жизнь в клубах, подпольных казино, дискотеках, ресторанах… Но потом, придя домой из очередного клуба, Анатоль ложился на ворсистый ковер посреди гостиной и часами не сводил глаз с картины.

Борис Гольберг, найдя сына в очередной раз в стельку пьяным и разглядывающим монументальное творение Эдуарда Непомнящего, поклялся изрезать полотно на мелкие кусочки и смыть в унитазе. Но потом врожденная рассудительность и практичность все же остановили Бориса Моисеевича от уничтожения шедевра, за который его сын додумался выложить баснословные деньги.

«Картина совершенно не виновата в сумасшествии сына», – заключил Гольберг-старший и смирился с присутствием в гостиной «Вселенной».

В последнее время Анатоль вел себя, мягко говоря, странновато. Мог неожиданно перевести разговор на другую тему, ни с того ни с сего вспомнить, как на него покушались и как его спасла телохранительница…

«Лёка, кажется…» – вздыхал Гольберг и предпринимал очередные попытки разыскать девушку. Но все оказывалось безрезультатно.

Открыто Анатоль никогда не вспоминал телохранительницу и бывшую подружку. Даже запрещал о ней говорить. А потом молча шел на выставку или аукцион, покупал очередную картину Эдуарда Непомнящего (произведения художника успокаивали Анатоля), напивался и в пьяном бреду начинал разглагольствования о своем чудесном спасении.

Анатоль поймал себя на том, что опять рассматривает картину. Там в глубине космоса сияли звезды, туманности и… крошечные островки жизни. Эдуард в своем интервью назвал странные образования Станциями Жизни. Художник посвятил космосу и Станциям целую серию своих работ, большинство из которых теперь красовались на стенах в апартаментах Анатоля.

– Вот ведь, зараза! – выругался Анатоль, пролив на сумасшедше дорогой ковер не менее дорогое шампанское.

Молодой человек посмотрел на опустевший фужер в своей руке и направился к бару за очередной порцией выпивки. Начинать вечер пятницы он предпочитал с легких напитков. По дороге взгляд опять упал на валявшуюся в углу карточку с номером врача засекреченного НИИ. В том институте была… Елена, так похожая на…

Анатоль не совсем трезво мотнул головой и принялся наливать в фужер шампанское. Карточку НИИ ему, конечно же, выдали не для связи с неожиданно повстречавшейся ему незнакомкой, что-то записывающей в тетрадку на скамеечке под кронами клена… Просто его отец Борис Гольберг попытался предпринять очередную попытку по лечению сына от алкоголизма. Кто-то из высокопоставленных знакомых сообщил миллионеру, что в институте имеются уникальные разработки.

Неожиданно зазвонил телефон. Анатоль уставился на незнакомый номер. Долго соображал и прикидывал, кому же он мог всучить номер своего мобильника на последней вечеринке, плавно перешедшей в оргию.

Телефон продолжал натужно играть мелодию звонка.

Не ожидая ничего хорошего, Анатоль осторожно поднес трубку к уху, нажал на прием звонка. Его сиплое «а-л-л-л-о-о…» больше походило на предсмертные хрипы умирающего.

– М-м-м… – не менее выразительно послышалось из трубки. – М-м-м, Анатоль?

– Я…

– Заедешь за мной? Мы…

– Не имею не малейшего желания заезжать… Один вечер, проведенный вместе, еще не повод делать из меня водителя!

– Что?!

На том конце трубки девичий голос начал звенеть от возмущения:

– Нечего было визитки оставлять! Тебе самое место в нашем НИИ, в палате психов!

Послушались короткие гудки.

Анатоль несколько раз моргнул. Что-то этот разговор ему напоминал. Вернее, кого-то. Так он начинал ругаться с полуслова только с…

«Звонили из НИИ… – наконец сообразил молодой человек. – Лёка? ЛЁКА!!!»

– Твою ж мать… Перемать… за ногу… Да чтоб вас всех!..

Анатоль нажал на соединение с последним входящим номером. Через несколько секунд в трубку ему культурно поведали, что данный номер не существует.

– Вот черт… Черт! Точно!.. Лёка звонила!

Анатоль схватил валяющуюся на полу визитку секретного НИИ с номером доктора Вивьен Петровой и с молниеносной скоростью начал набирать нужные цифры.

* * *

Елена стояла на крыльце секретного НИИ и с сомнением поглядывала на пустую дорогу. Как назло, мать сегодня до глубокой ночи заседает на совещании в правительстве с самим президентом, отец – в командировке, в Дании… Вот уж кого Елена совершенно не хотела видеть, так это своего брата-близнеца. К тому же, тот наверняка укатил в Лондон.

Оставался новый знакомый Анатоль.

«Уж лучше этот странный Анатоль…» – подумала про себя девушка. Больше вызывать в НИИ она никого не хотела и не могла. Такси не положено по правилам НИИ. Близким родственникам семья сообщила, что Елена уезжает путешествовать. Ставить в известность родных, что дочь ложится к мозгоправам, родители не хотели.

Другое дело – Анатоль. Он-то уже знает, что новая знакомая – пациентка закрытого института…

«Да, хам. Но до дома подбросить сгодится», – заключила девушка.

После грубого ответа молодого человека на звонок Елены единственным желанием девушки было запустить трубкой наглецу в физиономию. Но потом пришла логика: забирать девушку из НИИ оказалось больше некому, а проводить еще одну ночь в застенках секретной лаборатории… Пока мать её не заберет… Уж лучше Анатоль!

Тем более, Анатоль тут же перезвонил доктору Петровой, долго извинялся и просил как-то связать его с Еленой.

Елена смотрела на дорогу. Опять пришло недавнее чувство: желание свободно, точно ветер, мчаться по трассе, рассекать воздух, вбирать в себя ночь… разрезать темноту светом фар…

Тело девушки точно начало вибрировать. Елену охватило головокружительное предвкушение. Невыразимое… Манящее… Безудержное…

Анатоль весьма плавно и умело подкатил к центральному входу в секретный институт на «Porsche Spyder».

Вивьен, стоявшая рядом с Еленой, едва заметно хмыкнула. Уж слишком пижонское авто выбрал Анатоль для «просто подвезти девушку до дома». Именно так сформулировала Вивьен просьбу к Анатолю.

– Вечер добрый! – Анатоль расплылся в широкой улыбке, адресованной одновременно и доктору Петровой, и Елене.

Про себя Анатоль твердо решил, что лучше с доктором подружиться, раз уж та вверяет ему Лёку. Анатоль по-прежнему про себя продолжал звать Елену только так и никак иначе – Лёка!

Вивьен в ответ доброжелательно кивнула. При общении с Анатолем она никогда не сбрасывала со счетов миллионы Гольберга-старшего.

«На сколько я его старше?.. Какие-то шесть-семь лет… Мелочи с нынешними возможностями косметологии!» – в который раз подумала про себя доктор Вивьен Петрова. Не то чтобы Вивьен всерьез собиралась замуж – для этого она была слишком увлечена своей работой. Просто она любила дорогие вещи… деньги и статус… Сын миллионера вполне подходил под её потребности, поэтому она на удивление мило улыбнулась Анатолю и игриво поправила рыжую прядь волос:

– Может, в следующий раз задержишься у нас чуть дольше? – заметила молодая женщина, украдкой поглядывая на Елену и прикидывая, может ли девушка составить ей конкуренцию в задуманном плане по обольщению сына миллионера.

Елена тем временем с нескрываемым любопытством разглядывала машину Анатоля. «Porsche Spyder» произвел на Елену на удивление сильное впечатление. Раньше девушка никогда не проявляла интереса к автомобилям и смотрела на них исключительно как на средство передвижения. Но теперь!..

Елена рассматривала дорогую спортивную машину с замиранием сердца, представляя, какая мощь таится под капотом, насколько это сложный и тонко отлаженный механизм. Чего можно добиться от «Porsche Spyder» при умелом управлении…

Анатоль тем временем весь подобрался от вопроса доктора Петровой. Будь его воля, он бы схватил Лёку за руку, впихнул в машину – и был таков. Но… доктор Петрова могла ему еще пригодиться, поэтому Анатоль глубоко вздохнул, нахмурился, посмотрел прямо в глаза Вивьен и… У молодой женщины глаза оказались на удивление бархатистыми, влажными… манящими…

«Может, у этой докторши и стоит немного полечиться?..» – помимо воли пронеслось в голове Анатоля. Все же молодой прожигатель жизни, кроме пунктика под названием «Лёка», основную часть времени представлял собой гремучую смесь: донжуана, романтика, гуляки, дебошира, сорвиголовы и заправского ловеласа! А эта рыжая докторша неожиданно произвела на него впечатление – сейчас она стояла перед ним совсем другая. Не как в прошлый раз, когда Анатоль приезжал в клинику с отцом: деловая, собранная, строгая.

Сейчас Вивьен была одета в легкое платье, волосы распущены, минимум косметики, губы влажные, чуть приоткрыты… Глаза так и манят… Анатоль знал толк в женских взглядах – этот обещал ему райское наслаждение…

Анатоль галантно склонился – он это умел – и страстно поцеловал самые кончики пальцев Вивьен. Будь его воля, он бы попробовал эти пальчики на вкус прямо сейчас: такие ухоженные, кожа нежная…

«Да она же сама хочет!» – понял Анатоль с абсолютной ясностью. Останься они одни, без свидетелей – эта резвая кобылка была готова ему отдаться прямо на ступеньках!..

– До скорой встречи… – промурлыкал Анатоль с улыбкой мартовского кота и отпустил пальчики Вивьен. Молодому повесе нравилось и всегда заводило, когда женщины хотели его настолько откровенно: не смущаясь и не стесняясь.

– Я могу сесть за руль? Права у меня есть… – голос Лёки вырвал Анатоля из мира эротических мыслей.

Молодой человек встрепенулся и еще раз посмотрел на доктора Вивьен Петрову.

– Да, конечно! – ответил он громко, а сам продолжал глазами раздевать молодую женщину-врача. То, что он увидел её впервые в медицинском халате, даже прибавляло пикантности их возможным дальнейшим отношениям.

«Доктор будет меня лечить, а я буду её пользовать…» – теперь мысль о возможном лечении Анатолю даже понравилась.

Когда Анатоль плюхнулся рядом с Еленой, которая заняла место водителя, мысли его витали далеко от Лёки – объекта его двухлетнего сумасшествия.

«Porsche Spyder» двинулся с места аккуратно – не быстро и не медленно. Елена только осваивалась за рулем, примерялась, приглядывалась, старалась почувствовать всю мощь и силу, все совершенство, которое вложили в автомобиль механики.

А потом Елена нажала на педаль газа с большей уверенностью. Мир вокруг нее изменился. И девушка не почувствовала ничего незнакомого или чуждого. Мир вокруг переменился удивительно привычно и понятно. Просто она ощущала каждой клеткой время и пространство вокруг. Она чувствовала скорость и легчайший поворот руля. Авто перестало быть машиной. «Porsche Spyder» превратился в продолжение её самой, подчиненное её воле и желаниям. И сейчас Елена хотела наслаждаться скоростью!

Дорога, ведущая от засекреченного НИИ, была ровной, гладкой, манящей, приглашающей… к гонке!

Елена отдалась своим чувствам. Первый поворот она прошла, значительно снизив скорость, аккуратно, еще приноравливаясь. А потом… нажала педаль газа и растворилась в ощущениях…

Со стороны незнакомому наблюдателю могло показаться, что за рулем оказался лихач. Но это было не так. Елена чувствовала дорогу, чувствовала скорость. Каждый маневр являлся не случайным везением, и машина после очередного головокружительного виража вновь уверенно продолжала свой ход, каждый поворот руля был четко выверен.

Авто на сумасшедшей скорости выскочило на оживленную трассу. Елена, почти не отпуская педаль газа, влилась в поток машин и принялась уверенно маневрировать. Вот она обогнала «BMW» слева, а затем резко ушла вправо, чтобы опередить идущую слева «Audi». Проскочила вперед, оставив «Audi» позади. Нырнула влево. Понеслась вперед. Опять торможение. Нырок вправо. Обгон.

Скорость. Скорость! Скорость!!!

Все маневры Елена делала на сумасшедшей скорости. Механика работала идеально.

– Отец разорится на штрафах!.. – наконец разрезал тишину возглас Анатоля.

Елена тут же притормозила и перестроилась правее. Моргнув, девушка бросила короткий взгляд на молодого человека, потом опять перевела взгляд на дорогу:

– Прости! Я немного задумалась…

Анатоль поймал себя на мысли, что наконец-то, начал дышать нормально. За всю предыдущую бешеную гонку, устроенную Еленой, он, кажется, забыл, как вдыхать и выдыхать.

– Нормально… – произнес молодой человек, почти придя в себя. – Было познавательно… Никогда не думал, что на моей машине можно так…

Анатоль не закончил фразу, так как просто не нашел подходящего определения той манере езды, которую продемонстрировала девушка.

Потом парень резко побледнел.

Елена поняла все правильно. Опять сделав головокружительный нырок, ушла вправо и резко остановилась у обочины. Анатоль выскочил наружу, и его вывернуло наизнанку.

Остальную часть пути Елена старательно ехала на скорости, установленной правилами дорожного движения. Анатоль за руль так и не сел.

– Все-таки я выпил шампанского… – пояснил парень туманно.

На самом деле после того, что делала за рулем Елена, ему стало неловко. Он эксплуатировал этот великолепный спортивный автомобиль явно не по назначению, все больше красуясь перед девицами и пижоня перед друзьями. Только теперь он понял истинную мощь купленного недавно авто.

– Может, научишь? – спросил Анатоль, когда они почти подъехали к дому Елены.

Парень с первого взгляда оценил суперэлитный дом в центре Москвы и уровень охраняемого объекта. Здание тянуло на уровень никак не менее «для околоправительственных чиновников» или очень серьезных бизнесменов.

Елена неуверенно улыбнулась.

– Я… – девушка пожала плечами. – Спасибо, что забрал меня… Но я…

Елена чувствовала, что обязана как-то отблагодарить парня: все-таки именно он приехал за ней, а не мама или папа.

– Зайдем в моё любимое кафе? – Елена указала на излюбленное заведение. – Угощаю ужином! – добавила она, смеясь.

Анатоль нерешительно побарабанил пальцами по подлокотнику кресла. Когда он ехал в секретный НИИ, то понимал, что Елена – вовсе не Лёка, а просто молодая, наивная девчонка. Девушка отчетливо напоминала его старую любовь, но все же была… проще что ли… Во всяком случае, ему так показалось под тем кленом в парке…

А сейчас Анатоль отдавал себе отчет – перед ним неординарная личность, яркая, необычная… Елена теперь еще больше напоминала его Лёку. И одновременно становилась все более… недосягаемой… Анатоль привык к простым целям – девочкам, охочим до миллионов его отца, простушкам, размалеванным моделькам, которых ничего не интересует в жизни, кроме блеска бриллиантов… Именно такие наводняли ночные клубы и элитные рестораны: охотницы, пираньи, красивые бабочки, пустышки – ничего не значащие для него куклы.

Анатоль неожиданно испугался, что эта Лёка понравится ему, как прежняя…

Она уже начинала ему нравиться, вопреки ожиданиям: Елена не бросилась его расспрашивать, залазить в душу, втираться в доверие, девушка совсем не пыталась ему понравиться – и для Анатоля это оказалось совсем непривычным.

Он смутился. За одну поездку Анатоль из разбитного прожигателя жизни и неисправимого повесы превратился в застенчивого школяра.

– Я плачу, – наконец выговорил Анатоль.

Елена громко рассмеялась:

– Поверь, у моих родителей денег достаточно, чтобы я могла оплатить сотню ужинов в самом шикарном ресторане! Они даже не заметят, что я что-то потратила!

– Девочка богатых родителей, – со знанием дела поцокал языком Анатоль. – И все же только у меня нашлось время забрать тебя из института…

Елена сразу переменилась, нахмурилась, задумалась:

– Издержки производства… – буркнула девушка и быстро вышла из авто.

* * *

Они сидели в любимом кафе Елены и болтали ни о чем. Елене, на удивление, оказалась приятна компания Анатоля. Девушка прекрасно осознавала, что Анатоль далеко не пай-мальчик, весьма пресыщен, если не развращен деньгами отца и вниманием противоположного пола. Но сейчас он показался ей другим, настоящим Анатолем, которым его никто не знал до сих пор: немного грустным, отчаянно романтичным, мечтателем…

– Значит, ты её полюбил?

Анатоль посмотрел на Елену удивительно наивно и по-детски открыто. Вопрос из уст девушки не вызвал в нем былой агрессии. Сейчас он неожиданно понял, что именно любовь к Лёке делала его лучше. Без нее он бы потерял себя очень давно и совершенно безвозвратно. И Анатоль обрадовался!

– Да, любил… – парень улыбнулся с едва уловимым оттенком грусти в глазах. – И боюсь влюбиться в тебя. Вы удивительно похожи… Те же глаза, волосы… Взгляд немного другой… У Лёки он был жёстче, что ли…

Елена оперлась подбородком на ладонь и внимательно посмотрела на нового знакомого. Потом прислушалась и поняла, что совершенно ничего не чувствует, кроме… ностальгии… Как будто они так уже сидели, неспешно говорили, и Анатоль признавался ей в любви…

– Мне кажется, я знал тебя всегда! – словно читая мысли девушки, произнес Анатоль.

Елена недовольно помотала головой. Кажется, у нее начинался очередной приступ «мерцающего сознания». Елена знала – теперь точно знала – они были знакомы!

Девушка в панике вскочила из-за стола, чуть не опрокинула стул и, пробормотав что-то невразумительное, кинулась в дамскую комнату. По пути она чуть не сшибла молодого человека, извинилась, промчалась дальше и только потом поняла, что это был Даниил.

– Елена?! – его пальцы вцепились в локоть девушки железной хваткой.

– Ты?!

Елена чувствовала, как начинает терять самообладание. С ней начинало твориться совершенно что-то неладное. Она чувствовала, что знает Анатоля, что знала Даниила… Даниила – тогда, раньше, в другой жизни?!

– Кто ты?! – на грани потери рассудка выкрикнула Елена.

Глаза брата заметно округлились. Потом он взял себя в руки и, не говоря больше ни слова, потащил Елену в дамскую комнату. Войдя внутрь, захлопнул дверь, закрыл на замок, включил воду и засунул под ледяную струю голову Елены чуть ли не целиком.

– Моя прическа!.. Мои волосы!!! – Елена попыталась сопротивляться.

Она увидела, как в раковину черными струйками потекла так тщательно нанесенная ею на ресницы тушь.

Даниил продолжал держать девушку под ледяной водой одной рукой, а другой тереть ей лицо.

Когда девушка перестала всхлипывать, вырываться и вообще как-либо сопротивляться, Даниил, наконец, её отпустил.

Елена, еле живая от пережитого шока, наконец, смогла взглянуть на себя в зеркало. Оттуда на нее с выпученными глазами взирало растрепанное чучело с размазанным по всему лицу макияжем.

Схватив обмякшую Елену в охапку, Даниил водрузил дрожащее тело девушки на мягкий пуфик и протянул целый ворох салфеток.

– Вот! – произнес он важно, точно салфетки могли спасти ситуацию и вернуть Елене человеческий вид. – Держи!

Елена взяла салфетки, повертела в руках, поняла, что те ничем не помогут с макияжем, зато… Девушка смачно высморкалась в них и устало взглянула на брата.

– Какого черта ты тут делаешь? – выдохнула она.

Даниил явно был удивлен подобным заявлением сестры. Раньше она вела себя куда более скромно, робко и, вообще-то, его побаивалась. А сейчас…

– Почему ты не в клинике? – вопросом на вопрос ответил молодой человек.

– Не в клинике, а в научном институте, – тут же поправила его Елена. – И вообще, я устала! Пусти!

Елена с силой отпихнула руку брата, которой он придерживал её на пуфике, и попыталась пройти к выходу. Но не тут-то было. Легким движением Даниил толкнул девушку обратно.

– Я, кажется, тебя о чем-то спросил… – произнес он с очаровательной улыбкой саблезубого тигра на охоте, который готовится к последнему решающему прыжку.

– Отпустили, – буркнула Елена и предприняла очередную безрезультатную попытку добраться до выхода.

– Мать знает?

– Когда я сегодня позвонила ей на мобильный, мне ответила её секретарша, что, мол, у них в правительстве суперважное совещание, которое закончится неизвестно когда! – в сердцах выкрикнула Елена. – Отец в командировке! Так что меня подвез друг!.. Больше не к кому было обратиться!

– Понятно, – коротко кивнул Даниил и повел девушку по проходу.

Когда Елена поняла, что брат тащит её к выходу, она в очередной раз возмутилась:

– Там мой друг, он ждет!.. И вообще, я взрослая! Отстань!

– Очень хорошо, взрослая… – Даниил вплотную приблизил лицо к девушке. – Тогда и веди себя как взрослая, а не впадай в истерики на людях!

– Тебя только это и волнует! Не мои истерики, а что они – на людях! – Елена почти задохнулась от обиды.

Пока она пыталась успокоиться, Даниил быстро прошел к администратору, рассчитался за ужин сестры, подозвал официанта, который обслуживал столик Елены, дал ему чаевые и что-то прошептал на ухо.

Все это время Елена стояла чуть в стороне, у зеркала, перед самым выходом из кафе и пыталась придать себе подобающий вид.

– Твой друг все поймет. За ужин я заплатил…

Даниил подтолкнул девушку к выходу. Елена с сомнением посмотрела на брата. Потом перевела взгляд на свое отражение в зеркале: объясняться с Анатолем лично девушке резко расхотелось.

На обратном пути, пока Даниил тащил её в квартиру, Елена успела переписаться эсэмэсками с Анатолем, кое-как объясниться и извиниться, что исчезла так неожиданно. Новый знакомый воспринял все адекватно и пообещал, что они еще обязательно увидятся.

Когда они с Даниилом подошли к двери их квартиры, Елена облегченно вздохнула.

Стоило им переступить порог, как Даниил накинулся на сестру:

– Никогда! Я повторяю: НИКОГДА не позволяй своим «припадкам» случаться у всех на глазах!!! – сейчас брат почти кричал на Елену.

Девушка от неожиданности вжалась в стенку прихожей.

– Что было на этот раз?.. – теперь Даниил говорил спокойно, но весь подобрался. Казалось, ему важен, действительно был важен, ответ Елены.

Девушка только отмахнулась и помотала головой. Тот бред, что лез ей в голову, она хотела забыть как можно скорее.

– А что говорят в клинике?

– В секретном НИИ, – в очередной раз автоматически поправила Елена.

– Да мне без разницы, как этот бардак называется!

– Про бардак это ты нашей маме скажи! И почему собственно бардак?

Даниил недовольно помотал головой:

– Потому что отпускают ночью черт знает с кем, вместо того, чтобы вызвать родственников! – заметил Даниил веско.

– Я думала, ты в Лондоне…

– Был в Лондоне… Сегодня прилетел…

Даниил устало снял ботинки, всунул ноги в домашние тапочки и прошел внутрь квартиры.

– Чай будешь? – крикнул молодой человек уже из кухни.

Только тут Елена ощутила, насколько она продрогла, устала, измучена и доведена до предела.

– Через десять минут, – ответила девушка.

Почему-то сейчас она решила, что не должна больше ссориться с братом. Возможно, им удастся найти общий язык? И, может быть, это случится именно сегодня, за чашкой чая?

Умытая, распаренная под струями горячего душа, в халате и с полотенцем на голове, Елена спустилась в кухню.