Огненный принц из Маншаллы

© Дмитрий Янковский, 2023

© Александр Валерьевич Волков, 2023

ISBN 978-5-0059-6216-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1. «Драконий мыс»

Я ещё не встречал такого грозного противника.

В процессе боя мы полностью сожгли лес, и к полуночи оказались на краю Волчьего Мыса. За нами тянулся след из выжженной, горящих деревьев, и густого чёрного дыма. От ураганного ветра пожар усилился, языки пламени тянулись к небу, и воздухом, горячим до нестерпимости, обжигало кожу. Море внизу шумно разбивало волны об уступчатый обрыв.

Самое паршивое в том, что это Тёмный Бог Кель загнал меня в безвыходное положение, а не я его. Этот ублюдок стоял на тропинке в десяти метрах от меня, темнел на фоне пылающих елей, улыбался, и с упоением ожидал моей атаки. Сначала я не думал, что Кель хтоническое божество. Он был вполне человеческих размеров, носил вполне человеческую одежду, и выглядел как обычный некромант с чёрным плащом за спиной. Нельзя было понять, что обеспечивало Келю неуязвимость. Он не излучал астральную температуру. Его плащ, покрытый символами из загадочных рунных комбинаций, был совершенно тусклым, лишённым ауры. Руны в комбинациях казались знакомыми, но при этом были совершенно чужеродными и неизвестными. Комбинации отдалённо напоминали демонические многословия, однако сами руны были острогранными и зелёными, как у тех же некромантов.

Невозможное, путанное сочетание, и я не мог найти ему объяснения.

Сил в Келе оказалось на тысячи тварей, которых я уничтожил за сотню лет охотничьей карьеры.

И вот сейчас под угрозой было всё.

Я сам, честь моего клана, жизни моих друзей, целостность мира.

Если проиграть, от моих трудов не останется ничего, как и от трудов тысяч поколений Маншальского народа. Мысль о забвении страны, которая процветала тысячелетиями, холодила душу.

Мне пришлось взять на себя тяжёлую обязанность последнего оборонительного рубежа, чтобы не дать Келю утопить Маншаллу во тьме, а если он справится, то на Маншалле не остановится. Он вновь использует силу Проводника, вновь обрушится на обитаемый мир, но уже другой, не мой.

Я был обязан любой ценой сжечь эту тварь.

Вся Маншалла на меня надеялась, и это придавало мне уверенности.

На чтение полноценного заклинания сил не осталось, потому я крикнул двубуквенную мантру и окатил врага ослабленным «Адским пламенем». Даже в упрощённом варианте «Адское пламя» ударило по противнику огненной лавиной, послышался гул, обугленные деревья в радиусе сотни метров испепелило жаром, землю выжгло так основательно, что самое живучее растение никогда не даст на ней всходов, но Келю – хоть бы хны.

– Бесполезно. – Ухмыльнулся Кель, когда его глаза вспыхнули дьявольским светом. – Мне даже жаль тебя, Огненный Принц из Маншаллы. Поверь. Ты не первый неудачник, которому пришлось потратить годы, чтобы бесславно сдохнуть от моей руки.

– Самоуверенный ублюдок! – Процедил я сквозь зубы. – Ещё посмотрим, кто из нас подохнет!

Надо ведь хотя бы самому себе соврать, и поверить, что победа возможна. На деле же ситуация сложилась печальная. Пока мы бились, я разрядил в скотину топовый магический арсенал: «Огненный шторм», «Горячую бездну», «Дыхание феникса», «Извержение Маншаллы» и даже «Плазменный ветер», но Кель не поперхнулся.

Чего уж было говорить о низкоранговых заклинаниях?

Врага не пронимало ничем, хотя это не первое божество, на которое мне довелось охотиться. С остальными божествами, например, «Плазменный ветер» справлялся в два счёта, но теперь удача от меня отвернулась.

Я понял, что проиграл, но опускать руки себе не позволил.

Нужно было драться. Драться до последнего вздоха. В конце концов, никто из нас не живёт вечно.

Кель атаковал вальяжно, с присущим тёмному божеству злорадством. Он даже не читал заклинание, и без единого слова обрушил на меня столб темноты, которому не было названия. Страшное заклятье, надо сказать. Оно началось с нестерпимой вспышки боли, а закончилось тем, что я, с содранной до мышц кожей, сорвался с Волчьего Мыса и рухнул во вспененные штормом волны.

На смертном одре я надеялся, что соклановцы простят меня, и не будут проклинать.

***

Интересно, что сознание ко мне вернулось.

Причём вернулось на том же мысе, с которого я свалился, вроде как. Дыхание хотелось затаить, чтобы не дышать угарным газом, но никакого пожара не было. Напротив – лес цвёл. Покачивались на ветру хвойные деревья, сквозь листву каштанов пробивалось солнце, и делало тропинку похожей на ковровую дорожку со светлыми пятнами. У цветочных бутонов жужжали пчёлы, со всех сторон слетелась клятая мошкара, и я вдруг вспомнил, как ненавижу лесистую местность.

Тело было не моим.

Слишком уж отчётливыми стали лесные ароматы. Свои обонятельные рецепторы я в усмерть пропил и прокурил уже семьдесят лет как, а тут пресный запах мха вскружил мне голову.

Там, где я в последний раз видел Келя, стояли три запыханных парня лет восемнадцати на вид, в красной студенческой форме – рубашка да брюки с туфлями. Достаточно дурацкая форма, на мой взгляд, но наверняка красивая с точки зрения родителей, которые купили им эти тряпки. У нас в Маншалле подобное я носил только в охотничьем лицее, да и то на первом курсе, когда мне было лет десять. Впрочем, сейчас я сам выглядел не лучше. Неудобные кроссовки, потёртые джинсы, да видавшая виды толстовка с капюшоном.

– Женя! – Какой-то парень, лет пятнадцати примерно, дёрнул меня за плечо. – Жень! Ты чего? Надо бежать! Жень!

– Ещё чего! – Нахмурилась девчонка, моя ровесница, стоявшая рядом, миниатюрная задиристая блондинка. – Хорош от них бегать!

Мне было известно, как их зовут.

Саша и Анжела. На минуточку родные брат и сестра. У Саши на шее сияла печать Проводника. Теперь хотя бы ясно, каким образом я попал сюда. Видимо, Саша оказался в трудной эмоциональной ситуации, проявил свою силу, и призвал меня на помощь. Конечно, на моём месте мог быть кто-то другой, но мне не повезло сдохнуть в тот момент, когда стайка гоповатых школьников загнала Сашу и Анжелу на край обрыва вместе с Женей, в теле которого я оказался.

Теперь я Женя, значит. Ну, Женя так Женя.

Местная лингвистика затруднений не вызывала, ведь благодаря новой памяти я отлично её понимал. Эти, что стояли на тропинке – княжеский сынуля Артём Грозный, с подпевалами, которых для себя я отметил как «Глиста» и «Жирный». Слабые. Температура ауры Артёма не превышала тысячи астральных градусов по Кельвину, а значит, мне он в подмётки не годился. Остальные были чуть немощнее, чем он.

Нет.

Это точно не предсмертное видение.

Хорошо хоть, в новой памяти был полный набор воспоминаний об этом мире и жизни Жени. Иначе было бы худо.

– Всё? – Криво ухмыльнулся Артём. – Набегались?

– Ты дебил? – Я взглянул на Артёма, и он от непривычной агрессии с моей стороны немного осунулся, будто бы в росте чуть поубавил. – Скажи, какой кретин в лесные походы надевает академические тряпки?

Анжела от удивления глаза расширила, и взглянула на меня, как на чужого человека. Видать, оригинальный Женя в жизни бы такого не сболтнул.

– Ты гонишь?! – Саша попятился к обрыву, и явно испугался.

– Ч-что? – опешил Артём, а когда подпевалы недоумённо переглянулись, он набрался смелости. – Не тебе, безродная псина, осуждать мои предпочтения в одежде. Ты совсем потерял страх? Забыл, с кем разговариваешь? Я сын великого князя….

– Да хоть портовой шлюхи сын, – нагрубил я. – Мне какая разница? Ты лучше объясни, зачем носишь в лесу студенческую форму. Белкам с воробьями регалии демонстрировать?

– Видать ему от страха память отшибло, – это Глиста влез. – Мы тебя ща с обрыва скинем, выродок, и никто о тебе не вспомнит.

– Да, гы-гы! – это Жирный. – Скинем, и никто не вспомнит!

– Не надо! – взмолился Саша. – Мы никому ничего не скажем, честное слово! Мы вас даже не видели!

– Помолчи. – Я покосился на Сашу, и он сник. – Не позорься. Нашёл, кого бояться.

– Ну, всё! Ты! – Артём обратился к Жирному. – Разберись-ка с ними! Сбрось в море!

Мыс тут был не Волчий, а Драконий. С непривычки я их перепутал, ведь они действительно были похожи. Высота вполне такая же. Тут если в море плюхнешься, каюк – об воду все кости переломает.

Жирный хрустнул пальцами и браво двинулся в мою сторону, Саша с перепугу дышать разучился, Анжела изобразила некое подобие бойцовской стойки, а я…. А что я? Тело мне досталось не такое уж хлипкое, гибкое и в меру крепкое, хотя в модернизации оно определённо нуждалось. Чувствовал я себя нормально, даже бодренько.

Жирный потянул ко мне руки, видать хотел за воротник схватить, но опередить его было проще простого. Он точно не ожидал сопротивления, и удивился, когда я чуть сошёл с линии атаки, и влепил ему хлёсткий хайкик прямо в сочленение челюстей – он даже взвизгнуть не успел, хоть челюсть и хрустнула. Жирного отбросило в сторону, и он повалился без сознания мордой в землю.

Растяжка хорошая, конечно, но я себе голень отшиб об жирную харю. Женя хоть и был танцором, но не был бойцом. Одно дело пластичные и сильные мышцы, а другое дело крепкие бойцовские кости. Мне повезло, что я не сломал ногу, отделался только ушибом.

– Ты чё?! – Глиста хотел было кулаки поднять, да не решился. – Мы тебя уроем ща!

– Давайте, мужелюбы-дворяне. – Я кинематографично поманил их пальцем, и издевательски улыбнулся. – Милости прошу.

– Урой его! – Велел Артём Глисте, да тот с места двинуться не мог. – Чёртово ссыкло! Я сам его уделаю! Закончу тренировку на живом мясе!

Артём провёл пальцем по ладони, и аура его проявилась в видимом спектре, потемнела. Шельмец. Видимо, магию решил использовать.

– Ты что делаешь?! – Изумился Глиста. – Тебя исключат и посадят! Ты серьёзно хочешь их убить? Я думал, ты шутишь! Это же пункт сбора боевых магов! А если они посмотрят, что тут происходило? Если увидят, что мы убили кого-то? Или вдруг они с проверкой сюда сейчас придут? Поигрались, и хватит! Давай валить, Тём!

– Тебя может и посадят, но Грозным можно всё. – Злорадно ухмыльнулся Артём. – Эти твои маги под колпаком у моего отца, и ничего они не сделают, даже если явятся сюда, на твой дурацкий пункт сбора. Да хоть тут бы они стояли, я мог бы при них убить этого урода! Теперь не визжи мне под руку, или я тебя вместе с ним прихлопну!

Тут даже Анжела струхнула, и застыла в оцепенении.

Меня сильно напрягла его аура, и мне даже всерьёз захотелось убить поганца. После битвы с Келем такие ауры действовали на меня как красная тряпка на быка, однако поддаваться злобе и валить Артёма на поражение не стоило. Мир цивилизованный, и у убийства могут быть последствия.

Артём выпустил из ладони густое тёмное облако, которое превратилось в жилистого темноглазого беса, а затем сжал кулак, взялся за астральную цепь. Бес заорал, стал бесноваться, размахивал когтистыми руками, и всячески изъявлял желание выдрать мне глаза. Большой вопрос, представляла ли такая шваль угрозу, но пасовать я не привык.

– Ты мог просто разбиться о скалы и быстро умереть, но теперь сдохнешь в муках! – Злобно улыбнулся Артём. – Разорви его!

Артём отпустил астральную цепь, и бес с диким воплем прыгнул на меня. Я оттолкнул Сашу, сам отскочил в сторону, так что бесу не удалось меня схватить. Анжела не растерялась, и тоже отпрыгнула подальше. Отточенная годами реакция сохранилась, сработала надёжно, но с неожиданным для меня результатом. Сначала я использовал жест невербального заклятия «Огненный капкан», затем выкрикнул мантру «Плети», но это лишь возбудило мою ауру, которая материализовалась в виде чистого пламени красного цвета, и окутала беса.

Красное пламя было однозначным индикатором того, что я непомерно ослаб.

Бес завизжал, обуглился, и развеялся в пепел от порыва ветра. Артём прикрылся ладонями, чтобы не обожгло лицо, Глиста сделался бледный как поганка и рванул наутёк через буреломы. Обозримое проявление моей ауры напугало студентиков до потери дара речи, а вот я разочаровался. Это настолько ничтожная крупица былой силы, что стало погано. Во мне всего три тысячи Кельвинов температуры. Даже унылый «Огненный капкан» и «Плеть» не проявились. Но зато аура отреагировала на мои слова, получился обычный «Факел», а значит, заклинания из моего мира можно кастовать и здесь.

Это решало множество проблем.

– Откуда у тебя Талант? – произнёс Артём дрожащими губами. – Тварь! Ты спалил моего беса!

– Скажи спасибо, что не сжёг тебя, – ответил я, хрустнул шеей, и покосился на Жирного. – А теперь забирай этот мешок с дерьмом, и вали отсюда, если не хочешь разделить участь своей зверушки. Сейчас я уйду. Задумаешь что-нибудь выкинуть – сгоришь живьём. Доходчиво?

Артём кивнул, хоть и нехотя.

– Саша, идём домой, – велел я.

– А-г-а-а, – протянул бледный Саша.

По тропинке мы направились к остановке, там сели в автобус, и он покатился в сторону дома по извилистой дороге. Далековато было ехать. Драконий Мыс находился у выезда из города, так что я на многое успел посмотреть, прежде чем вдали показались ветхие многоквартирники. Мир походил на мой, но отличий было много. Семья Жени обитала в нищем пригороде, хотя в Маншалле проблему с бедностью давно решили.

На кой чёрт нужны деньги, если есть волшебство?

Видимо, развитие магических сил и мудрости этого мира временно зашло в тупик, и серьёзно отставало от Магических Мудростей Маншаллы где-то на десяток тысяч лет.

Чёрт…. Нахрен мне вообще всё это сдалось? Вместо того, чтобы искать Келя, я тратил время тут, непонятно где.

– Вот это ты дал! – Саша на месте усидеть не мог, пока я молча глядел в окно, и наблюдал за пригородными пейзажами. – Тебе теперь надо в Летучий Дворец! У тебя же Талант! Это же так круто! А как ты толстого отметелил? Мы же никогда не давали всяким козлам сдачи, а тут так им вмазали! Круто!

– Тебя какой дух укусил? – Анжела до сих пор испытывала недоумение. – Ты? Дал отпор Грозному? Поверить не могу. Неужто мне больше не придётся тебя защищать?

– Угу, – буркнул я.

Вот же назойливые. Что сеструля, что пацан.

Хотелось от них отделаться, однако Саша был мне жизненно необходим. Проводники – очень большая редкость. К счастью для меня, печать проводника на Саше была. Но он неподготовленный, с температурой ауры едва под три Кельвина, и мне предстояло им воспользоваться, чтобы добраться до Келя, и остановить его. Охота не закончена. На поиски другого Проводника могло уйти слишком много времени, потому я имел то, что имел.

Неподготовленный Проводник в стрессовых ситуациях может случайно притянуть сущность из другого мира к себе, как Саша притянул меня, но чтобы сделать эту силу управляемой, астральную температуру Проводника нужно разогнать до двухсот тысяч градусов как минимум. И температура переносимого мага должна быть под миллион градусов, чтобы он в магических тоннелях Междумирья на эманации не рассыпался. Будь на моём месте кто слабее, его бы порвало при телепортации.

Придётся работать. И работать много.

Дорога была ухабистая. Автобус то и дело вздрагивал на кочках. Мне пригород нравился, а вот Женя его не любил. Считал беспросветной нищетой, из которой обязательно надо выбраться. В основном тут жили нищие работяги, которым не повезло родиться в бедных семьях.

Видимо, теперь и я был такой же.

Автобус остановился около двухэтажки, покрытой облупленной жёлтой краской. Из открытого окна доносилась клубная музыка, возле подъезда на лавочке зевнула задумчивая старушка, а во дворе лаяли друг на друга бездомные собаки. Старушка сделала брезгливый магический пас, собак разогнало порывом ветра, и они со скулежом разбежались по закоулкам.

– Достали тявкать, – пробурчала старушка.

Мило. Я будто приехал отдохнуть на дачу

Конечно не очень комфортабельное жилье после хором Охотничьего Замка, но вполне сгодится на первое время, перед переездом в местечко получше.

– Надо рассказать маме, как она с работы придёт! – Саша всё не унимался. – Она так удивится! У тебя же никогда не было Таланта! А тут ты…. Загорелся! Прям как Огненный князь Ходарев!

– Угу, – вяло ответил я, когда мы вошли в подъезд.

Вполне ухоженный подъезд, к слову.

Комнаты тоже были ничего – чувствовалась женская рука. Видимо, мама серьёзно следила за порядком, и отпрысков заставляла убирать. Из двадцати комнат в крыле две были нашими, смежными. Одна мамина, одна моя и моего брата.

Нам с Сашей досталась комната с балконом. Анжела жила в комнате мамы, и сразу же скрылась там, как только мы вошли.

Мебель дешёвенькая, явно сборная, из какого-нибудь торгового центра. Один компьютерный стол на двоих, правда без компьютера. О компьютере в этой семье скорей всего только слышали, и никогда не видели.

На стенах с Сашиной стороны висели разнообразные плакаты со странными чуваками в магических одеяниях. Один плакат был подписан как «Огненный князь Ходарев», и на нём я увидел крепкого седоволосого мужика в магической мантии, который держал над ладонью язык пламени, и произносил реплику: «Я выжгу темноту!». Знаменитый волшебник, как и остальные персонажи. Кузьмин Молниеносный, Стремительный Слепень… Охренеть. Что за дурацкие клички? По виду эти маги как обычные клоуны из подростковых книжек с картинками, которые в лучшем случае участвовали в настоящем бою один раз. Уж мне-то приходилось видеть подлинных боевых магов, и я сам – один из них.

С моей стороны не нашлось ничего особенного, кроме прибитого у изголовья кровати расписания тренировок.

Школьные учебники были аккуратно сложены столешнице, Сашины слева, справа – мои. Правда уже ненужные. Школу, как вспомнилось, мы недавно закончили. Причём закончили неплохо. Я планировал поступать в, мать его, хореографический институт.

Танцор, чёрт бы его побрал.

Побуждение у Жени было хорошее, да и физическая подготовка подобного плана могла сыграть мне на руку. Только кости надо укрепить. Бывшему владельцу тела хотелось стать выдающимся хореографом и вытащить семью из бедности, но у меня несколько иной путь достижения подобных целей.

Я вышел подышать на балкон, опёрся на ограду.

Впереди было большое кладбище, проросшее высокими тополями, а среди них, будто скала, возвышался каменный дракон. Размах у крыльев метров под сто, длина около шестидесяти. Крупная тварь. Из учебника местной истории вспомнилось, что дракон был настоящий, и подле него сосредоточены старинные могилы тех, кто когда-то бился с ним на этом самом месте семьсот лет назад. Собственно, вокруг дракона кладбище и разрослось.

Одно меня в нём напрягало. Судя по астрально-температурному излучению, он был жив, но находился в глубокой спячке. Да, температура совсем маленькая, всего тысяча по Кельвину, но она определённо исходила не от обычного духа, которых тут водилось пруд пруди. Излучение дракона было отчётливо тёмным, как у Артёмова беса. Видимо, местные маги в силу своей отсталости были не способны чувствовать астральную температуру, если возвели город вокруг потенциально активного чудовища, а не сделали из кладбища изолированный военный объект. Судя по новой памяти, Женя никакого излучения не чувствовал, и для него, как и для всех, дракон был чем-то вроде памятника.

Над кронами, вдали, я увидел Летучий Дворец, который упоминал Саша. Монументальное и красивое сооружение. Наверное, его было видно с любой точки пригорода. Дворец висел в небе и держался на толстенной цепи, словно воздушный шарик. Его будто специально подняли в воздух, чтобы простолюдины могли смотреть на обитель княжеских родов, и обливаться слюной. Я знал, что Летучий Дворец держал Артёмов папаша – князь Аркадий Грозный, который основал там Грозненскую академию для элитных клановых охотников, и охотились они как на людей, так и на чудовищ.

Не хотелось бы туда соваться, но увы, розжиг астральной температуры был тесно взаимосвязан с чудовищами, другими людьми и мощными артефактами. У меня не было возможности вступать в серьёзные схватки криминальным путём из-за слабости, не было возможности красть серьёзные артефакты, чтобы поглотить их. Более того, здесь для ведения охоты требовалась лицензия.

Лицензия, чтобы убить чудовище!

Неслыханный бред, но я не мог его игнорировать, ведь наказание за нелегальную охоту – тюрьма.

И это в лучшем случае.

Оставалось идти относительно законным способом, и поступать в Грозненскую академию, что для простолюдина, вроде Жени, было практически невозможно.

Впрочем, чего унывать?

Я привык выполнять сложные задачи, так что какой-то там Летучий Дворец не станет проблемой. А там уж, у мажориков и дворян, найдётся куча элитной магической всячины, которой получится быстро себя разогреть.

Глава 2. «Зелёное пламя»

Мама вскоре вернулась домой. Она поставила на пол пакеты со скудным запасом продуктов. Стройная женщина, лет тридцати навскидку, светловолосая и, я бы сказал, с ангельски добрым лицом. В памяти тут же всплыло имя – Олеся. И Олеся сильно похожа на мою бывшую жену. Анжела тоже вышла из комнаты, но энтузиазма особо не проявляла. Так, для галочки показалась.

– Как вы тут? – Улыбнулась Олеся, достала из пакета плитку шоколада и протянула её Саше. – С кокосовым вкусом, твоя любимая. Как провели день?

– Лучше некуда. – Анжела безразлично пожала плечами.

– Хватит обращаться со мной, как с маленьким, – пробурчал Саша, и шоколадку не взял. – На нас Грозный снова наехал, но Женя его отметелил.

– Не поняла. – Нахмурилась Олеся, скрестив руки на груди. – В каком это смысле – отметелил? Его же трогать нельзя. Что вы с ним сделали?

– Скинули с обрыва, – произнесла Анжела. – Кажись, он подох. Или нет. Мы не проверили.

– Чего? – У Олеси глаза округлились. – Анжела, тебе шею давно не намыливали?

– Да пошутила я. – Анжела развела руками. – Никто Грозного с обрыва не скидывал. А стоило бы.

Надо же. А темперамент у Олеси пылкий. Моя бывшая была тише воды, ниже травы. Пожалуй, их сходство ограничивалось лишь внешностью.

– Он здорово получил по зубам, и вряд ли к нам полезет, – пояснил я.

– Ещё и беса на нас натравил, – добавил Саша. – Но Женя его сжёг. Беса.

– В каком смысле бес? – Олеся изумилась, и взглянула на меня. – Грозный боевую магию против вас использовал? Он мог убить вас. Гадёныш. Когда же на него управа найдётся!

Видимо, в историю о Таланте Олеся не поверила, и списала его на детскую фантазию.

– Найдётся, если ещё раз полезет. – Я пожал плечами. – Я убью его, и всё.

– Ты бы никогда так раньше не сказал. – Сощурилась Олеся. – Неужели тебя на драку этот дурацкий Митька Некромант из соседнего дома подбил? Я и с ним тогда поговорю, с некрофилом чёртовым! Ты же понимаешь, что драка с Грозным – не лучшая затея? Я тебе сколько раз объясняла?

– Лучше дать себя убить? – спокойно уточнил я.

– Я лучше погуляю, – Саша встревожился, и скрылся за дверью.

– Стоять! – велела Олеся, но Саша её проигнорировал.

– Началось. – Анжела закатила глаза.

– Не надо тут глазки закатывать! А если Грозный заявит? – Олеся взяла пакет, и принялась запихивать продукты в крохотный холодильник. – У меня уже год как охотничьи счета не оплачены, и законники нас защищать не будут. Ты это понимаешь? Я вас троих итак еле тяну. Тебя с твоими танцами, Сашу с его учёбой, Анжелу с её психами и вечными неприятностями, а тут ты создаёшь проблемы на ровном месте. Кто за судебные тяжбы платить будет? Кто будет всё разгребать? Олеся Николаевна, конечно! Кто-ж ещё!

– Да подумаешь, жирному по харе дали, – произнесла Анжела, и фыркнула. – Он заслужил.

– Артём ничего не докажет, – парировал я, краем глаза заметил, что Саша пролез через дырку в заборе кладбища, но значения этому не придал. – Скажи, что бы ты на моём месте сделала? Он хотел убить нас. Сначала подпевалам велел меня с Драконьего Мыса скинуть, а потом беса натравил. Я принял решение адекватное ситуации.

– Ты прав, но…. Чёрт, – Олеся сердито хлопнула дверцей холодильника. – Я правда не знаю, как защищаться от знати. В общем, сынок, я на твоей стороне. Хорошо. Если Грозные припрутся, будем отбиваться. Кстати, ты что, правда огнём воспользовался? Этот как? У тебя же никогда не было Таланта.

– Погоди, – я насторожился, почувствовав сильное возмущение в астральной температуре и покосившись в окно.

Температура скакнула по меньшей мере на двести тысяч Кельвинов, и это не Артём с его жалкой тысячей. Дракон испустил волну невидимой тёмной энергии, листва на кладбищенских деревьях почернела, и за этой энергетикой почувствовалась реальная сила, которая способна составить конкуренцию даже развитым магам моего мира. Когда подул ветер – листья сорвало с ветвей и понесло на фоне безоблачного неба, будто стаю перелётных птиц.