Отставка. Дело 01. «Убиенные молнией»

© Владимир Янковский, 2016

ISBN 978-5-4483-2275-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

От автора

Главные герои этой истории вымышлены. Прототипами для них послужили несколько человек. Но не стоит их вычислять, судорожно вспоминая всех в кремлевском пуле, у кого фамилия оканчивается на -ский. Похожие черты есть у многих, известных широкому обществу россиян. Конечно, мы не могли обойтись в своем рассказе без упоминания реальных исторических личностей. Ведь действие задуманных нами повестей происходит в России в конце ХХ – начале XXI века – практически наши дни. Поэтому из этических соображений мы вынуждены опускать фамилии некоторых действующих лиц – они и сегодня в строю, чуть видоизменить название властной структуры, в которой, по нашему мнению, могло быть создано подобное Управление «ТI»

Нам важно было показать не структуры, а события и людей в экстремальных ситуациях. Факты, лежащие в основе сюжета каждого дела, подлинные, о них сообщали российские Средства Массовой Информации. По вполне понятным причинам мы лишь изменили места действия, хронологию, фамилии персонажей каждой истории. Автор не имеет допуска к материалам с грифом «Секретно», вот почему национальная безопасность страны не пострадает от опубликования наших книг

Первая повесть из задуманного сериала неизбежно содержит главы, знакомящие читателей с героями, вместе с которыми им предстоит пройти долгий и тернистый путь. Мы не смогли обойтись без этих страниц, ибо у каждого литературного персонажа должно быть свое прошлое, объясняющее его настоящее и прогнозирующее будущее. Конечно, кто-то из вас может их пропустить, как пропускали некоторые в юности, читая «Войну и мир» Льва Толстого, страницы, посвященные боевым действиям. Но и в этих двух главах есть много интересного

Критики и читатели-скептики могут назвать наш проект «Русским ответом» на американский телесериал «Секретные материалы» и его литературную версию. Мы никому не собирались отвечать, просто нынешнее поколение россиян, а молодежь в особенности, должно знать, что в нашей стране имеют место события покруче штатовских. России для укрепления нашего национального самосознания нужны свои герои. Таковых мы и попытались создать, по-своему объясняя многие явления природы, катастрофы, странные преступления, кражи, Неопознанные Летающие Объекты, исторические события и многое чего другое

Прочитайте – не пожалеете!

Молитва перед началом чтения

Преблагий Господи! Ниспосли на нас благодать Всесвятого Духа, дарствующую нам смысл и укрепляющую душевные наши силы, дабы им, с благоговением внимая преподаваемому нам повествованию о великих и чудесных делах Твоих, видимых в сотворении мира и спасении нашем, а также в житии мужей, святостию и добродетельми просиявших, возросли к Тебе, Создателю нашему, во славу, родителям же нашим и обществу всему на пользу.

Вместо пролога

Они молча расселись вокруг стола для совещаний. Президент во главе стола, по правую руку от него Константиновский, по левую – его сменщик, Ян Карлович Тамм. Кабинет еще пустой. Телевизионщиков пустят через несколько минут. Еще через час новость мгновенно растиражируют мировые агенства: Президент России сменил главу своей администрации. Сенсация номер один. Аккурат под выходные. После почти пяти лет безупречной работы…

– Приглашаем телевизионщиков? – Президент взглянул сначала на Константиновского, потом на Тамма. Оба молча кивнули головами.

Президент поднял трубку телефона, связывающую его с приёмной.

– Давайте журналистов.

Телевизионные камеры были расставлены заранее. В кабинет вошли операторы пяти главных федеральных каналов – Первого, России-1, НТВ, ТВЦ и 5-го канала. На включение камер потребовалось секунд тридцать. Сотрудник протокола поднял вверх правую руку: можно писать!

– Уважаемые коллеги! Я пригласил вас обоих, поскольку принял кадровое решение, о котором меня уже давно просил Владислав Вацлович. Речь идёт о его отставке с поста руководителя администрации президента. Хочу подчеркнуть, что решение об отставке принимал сам лично Владислав Вацлович, работой которого на протяжении последних 17 лет я очень доволен. Зная о хобби Владислава Вацловича, страстного любителя животных семейства кошачьих, его вклад в сохранение исчезающих видов кошачьих на территории России, я своим указом освободил Владислава Вацлавовича Константиновского от обязанности главы администрации Президента РФ, назначив специальным представителем Президента по вопросам экологии и сохранения исчезающих видов животных и растений. За Владиславом Вацлавовичем остается пост постоянного члена Совета национальной безопасности страны, поскольку экологическая проблема – одна из самых насущных глобальных проблем человечества. Таким образом, господин Константиновский остаётся в большой политике, – Президент сделал паузу, отпив из стоявшей рядом чашечки глоток охлажденного зеленого чая.

– Теперь о новом назначении. Владислав Викторович предложил мне кандидатуру своего заместителя Яна Карловича Тамма в качестве нового главы администрации. Ян Карлович все эти семнадцать лет работал под руководством Владислава Вацловича, пройдя путь от советника службы протокола до первого заместителя главы администрации Президента. Мнение Владислава Вацлавовича совпало с моим. Ян Карлович моим указом назначен главой администрации Президента и постоянным членом Совета национальной безопасности. Надеюсь, что в любой момент Владислав Вацлович не откажет советом своему сменщику…

Президент снова сделал паузу, выразительно посмотрев на чиновника из управления протокола.

– Дамы и господа, съемка окончена. Указы Президента вывешены на сайте! – чиновник развёл обе руки в стороны, как бы в охапку подталкивая операторов к выходу.

Пока те собирали аппаратуру, Константиновский прикрыл глаза, вспоминая, как всё начиналось… В отставку он уходил уже второй раз за последние двадцать лет. Тогда, на рубеже веков, Президент его первый рапорт об отставке не принял…

Вместо эпиграфа

В городе Александрове Владимирской области будет установлен памятник Ивану Грозному. Об этом заявил глава районной администрации Игорь Першин.

По его словам, закладной камень будет заложен в день города 6 августа, а сам памятник планируется установить ко Дню народного единства 4 ноября.

«Постамент будет смотреть через реку на Александровскую слободу, откуда Иван Грозный 17 лет правил Русью», – сообщил Першин.

Автор памятника – скульптор Василий Селиванов, сообщает владимирское издание «Зебра-ТВ».

Сбор средств на установку монумента был организован фондом «Русский витязь», а также, судя по странице проекта в «ВКонтакте» информационно-публицистическим агентством «Контекст». На сайте «Контекста» есть статья от 23 декабря 2014 года о необходимости создания памятника Ивану Грозному для «восстановления исторической справедливости». «Он создал мощное государство, удвоив территорию страны и население, выиграл стратегически важные войны, учредил земские собрания и провел реформы, на века определившие развитие России», – говорится в материале.

Информационный сайт «Медуза». 2016. 3 августа.

Глава первая. Личное

Вот и заканчивается очередной год. Наступающий – знаменательный: последний не только в ХХ веке, но и во втором тысячелетии. От подобных рубежных лет всегда веяло чем-то таинственным и тревожным. Вот и сейчас, сидя на своем рабочем месте начальника информационно-аналитического Управления президентской администрации, Константиновский никак не мог сосредоточиться на подготовке аналитической записки по итогам уходящего года. Третьего января, в первый рабочий день, его управление должно положить на стол главы государства подробный анализ и прогноз развития основных событий в экономике, политике, международной жизни. Над составлением «Записки» трудятся несколько десятков экспертов, начальник Управления лишь куратор, вносящий последние штрихи в документ. Но сегодня его мозги не работают, текст отчего-то плывет перед глазами, многочисленные попытки войти в рабочий ритм ни к чему не приводят.

Ощущение напоминает предгрозовое – духота, мозги плавятся, пот градом, ветер гонит тучи, пыль поднимается воздушными потоками, напоминающими мини-смерч, все живое ждет очищающего удара молнии, глотка озона и ливня, сметающего все на своем пути. Так и сейчас в Администрации – сотрудники делают вид, что погрязли в работе, а сами клубятся по кабинетам и полунамеками обсуждают необычную активность на самом верху – Хозяин, он же Кремлевский Дедушка, зачастил в последние дни в свой кабинет в Кремле. Туда один за другим вызываются министры-силовики, главы естественных монополий, секретарь Совбеза, а сегодня пресс-служба пригласила руководителей трех общероссийских телеканалов.

Что-то непременно должно произойти в самое ближайшее время. Но что? Константиновский откладывает в сторону который уже по счету вариант аналитической записки, идет в комнату отдыха, ставит чайник, вытаскивает свой огромный черный бокал, заваривает любимый кофе «Якобс» и, смакуя каждый глоток обжигающего напитка, пытается восстановить свою работоспособность. Сквозь неплотно прикрытую дверь доносится зуммер аппарата, связывающего кабинет с приемной. «Подойти? – мучительно рассуждает чиновник, – Но это не прямые линии с Президентом и главой администрации. Остальные пусть подождут…» Он вновь медленными глотками пьет кофе. Между тем по кабинету кто-то прошелся и осторожно замер у двери в комнату отдыха. Это становится интересным. Робкий стук в дверь прервал его размышления.

– Да! – откровенно-раздраженно бросил Константиновский: в его конторе не принято так нагло врываться к начальнику.

– Владислав Вацлавич, простите! – на пороге комнаты отдыха замерла Катя Устинова, его референт, охраняющая доступ к нему от невсегда желанных посителей.

– Катерина?! – возмущенно-вопросительно спрашивает начальник у помощницы.

– Звонил дежурный охранник подъезда вашего дома. С обычной почты, обслуживающей этот участок города, пришла девушка-посыльная с телеграммой на ваше имя. Поскольку ни вас, ни сына ни оказалось, она обратилась за помощью к сотрудникам службы охраны. Дело в том, что телеграмма срочная… – Катя замялась.

– Охрана прочитала? – он решил помочь своей подчиненной и ободряюще улыбнулся.

– Да. Текст следующий: «Воронежа 27.12.1999. 7.31. Москва, Весенняя, 4, кв.36, Константиновскому В. В. = Вчера умерла мама = Юля»…

В глазах потемнело. Жилки на висках застучали. Перед глазами побежали маленькие белые точки, похожие на снег. Вот почему ему не работалось со вчерашнего вечера! Потом утверждайте, что у человека нет предчувствия!

– Кто-нибудь из родственников? – участливо спросила Катерина.

– Бывшая жена. Юля – моя младшая дочь, – объяснил Владислав Вацлавич.

Устинова молчала, не прозносила дежурных фраз типа «Примите мои соболезнования», и за это он был благодарен референту.

– Позвоните в управление делами, попросите мне бронь на вечерний рейс в Воронеж, на утренний я наверняка опаздал. Найдите сына, он должен быть на работе, – необходимые в таких случаях указания Константиновский давал «на автопилоте».

Вопросительно взглянув на шефа – не будет ли еще каких просьб, – Катя молча вышла в приемную. Он попытался связаться с главой администрации, но прямой телефон не отвечал, а референт сообщил, что Главный Администратор у Хозяина. Что же, подождем.

– Владислав Вацлавич, Александр у телефона! – осторожно произнесла Катерина.

– Папа, что случилось? – тревожно начал разговор сын.

– Вечером я улечу в Воронеж, сколько пробуду там – не знаю. Пришла телеграмма от твоей сестры. У нее вчера умерла мама…

– Я полечу с тобой! – перебил сын.

– Не надо. Подумай лучше о том, как мы разместим девушку…

– Сколько ей сейчас лет?

– Летом будет семнадцать. Она заканчивает одиннадцатый класс. С отчимом я ее не оставлю. Буду забирать, – твердо заявил Константиновский.

– Хорошо, я понял. Ты звони мне, если что! – в голосе сына чувствовалась изрядная доля обиды за желание отца полететь в Воронеж одному. Но девочке тяжело после почти четырнадцати лет разлуки увидеть отца, а тут еще папаша ни один нагрянет, а со старшим братом. У девочки и так горе, зачем дополнительные стрессы?

Встрепенулся прямой аппарат Главы Администрации.

– Искал, Владислав Вацлавич? – пророкотал в трубке его характерный начальственный басок.

– Мне нужен отпуск за свой счет до конца недели. Пришла телеграмма из Воронежа, вчера умерла бывшая жена, там осталась одна младшая дочь. Надо лететь, помогать, забирать ребенка, она хоть и взрослая почти, одиннадцатый класс заканчивает, но с отчимом я не собираюсь ее оставлять, – объяснил ситуацию начальник информационно-аналитического Управления.

– Вопросов нет. Про без содержания ты загнул, я сейчас издам распоряжение о твоей командировке в Воронеж и позвоню тамошнему губернатору, пусть встретят и помогут, как положено, – пообещал Главный Администратор.

– Спасибо! – поблагодарил Константиновский.

– Да за что? У каждого такое может случиться. У меня только наоборот, старшая дочь с матерью осталась жить, а во втором браке сын, да ты знаешь. Не забудь поручить заму довести до ума аналитическую записку…

Заскочив днем домой, Владислав наскоро собрал дорожный кейс, бросив туда пару рубашек, темную и светлую, спортивный костюм, смену белья, тапочки, взял кредитную карточку, наличку, что нашлась в доме – любые похороны требуют много средств. По дороге в аэропорт и потом, в самолете, вспоминал всю свою жизнь. Он родился в Ташкенте еще при Сталине, в школу пошел при Хрущеве, университет закончил при Брежневе. Самое памятное воспоминание из школьной жизни – как пацаном-пятиклашкой вместе с другими мальчишками расстрелял алюминивыми скобками портрет вождя мирового пролетариата Владимира Ленина, висевший над доской в классе – кабинетной системы тогда еще не было, наоборот, учителя ходили к детям. Бедную классную взгрели по партийной линии, а виновников заставили сброситься на новый портрет. На их беду великого вождя в книжных магазинах не оказалось – дефицит, и ничего смешного! – пришлось покупать и вешать великого «кукурузника» Никиту Хрущева. В славном пионерском детстве Константиновский был политсектором, портрет шел по его «ведомству», именно ему тогда пришлось решать поменять «шило на мыло», а буквально через пару дней (шел октябрь 1964-го) Никиту Сергеевича сняли со всех занимаемых постов. Портрет директор школы убрал. Для юного Константиновского этот случай стал первым уроком необходимости тщательного анализа и прогнозирования ситуаций.

Дальше – комсомольская юность, секретарство в школе, бюро райкома – небывалый случай: школьник – член бюро, а в конце десятого класса, выступая на районном собрании выпускников, Владислав познакомился с Лидой Беляевой из соседней школы. Они встречались три года, учась в одном универстете – она на историческом, он – на факультете журналистики, пока наконец не решились пожениться. Свадьба была веселая, гуляла ведь в основном молодежь, сразу две студенческие группы.

По молодости они были не очень искушены в вопросах планирования семьи, поэтому на четвертом курсе, в 1973-ем, родился сын, его Саша… Почему я употребил местоимение в единственном числе – «его», а не «их»? Лидушка, его хохотушка, единственная и неповторимая, умерла при родах. То был самый страшный день в еще короткой жизни Константиновского. Привез Лиду в роддом ночью, ближе к полуночи, его отправили домой, заверив, что все в порядке и нечего маяться до утра. Утром с авоськой, полной молочных продуктов, Владислав спокойно явился в роддом, увидел информацию на стенде – «Лидия Константиновская, мальчик, 3500 г.», но, когда попытался сдать передачу, его почему-то сразу же проводили к главному врачу.

Дородный мужчина в белом халате сорока с небольшим лет (ему тогда он показался стариком), Виктор Михайлович Табаков – анкетные данные главного до сих пор в памяти чиновника, – на выбор предложив юноше корвалол или коньяк, повинился за врачебный прокол – Лида умерла от сильного кровотечения…

Неизвестно, как бы он выжил, если бы не младенец и родители Лиды – мать Константиновского к тому времени переехала в Москву, повторно выйдя замуж за офицера-десантника – отца своего Владислав не помнил, родители разошлись, когда сыну было года четыре от роду. Константиновский-старший погиб в конце семидесятых в Алма-Ате. Он работал в уголовном розыске МВД Казахстана и при задержании опасных преступником машина, где сидели опера, врезалась в железнодорожный состав на переезде – бандиты успели проскочить под самым «носом» локомотива, а милицейскому «газику» это не удалось.

Сашу вынянчила бабушка Лиды и ее мама, теща Владислава. Им двоим он обязан до конца своих дней. Один Константиновский куковал семь лет, пока Санька подрос и пошел в школу. Только тогда он решился на сумасшедший поступок – повторный брак. Почему сумасшедший? В 1980-ом, году московской олимпиады, Владиславу исполнилось уже двадцать девять, а невесте, Ольге Сидоровой, всего девятнадцать. Это сейчас никого не удивишь двадцати – тридцатилетней разницой в возрасте жениха и невесты, а в конце семидесятых его поступок казался действительно смелым. Бывшая теща, мама Лиды, Людмила Николаевна, к тому времени вышла на пенсию, сама благословила зятя на брак, заявив, что память о дочери священна, но жить-то мужику надо… В душе она не совсем одобряла выбор зятя, но возражать благоразумно не стала.

Они прожили с Ольгой четыре года. В 1982-ом родилась Юля, а через два года Ольга бросила мужа, по сути сбежав вместе со своим бывшим одноклассником, юным лейтенантом из стройбата. Тогда, забрав одиннадцатилетнего сына, Константиновский уехал в Москву, к матери, стал работать на Центральном Телевидении, всерьез занялся наукой, защитил диссертации сначала кандидатскую, потом докторскую, стал вдобавок к журналистике историком. Санька подрастал, совершенно неожиданно увлекся биологией (ни по отцовской, ни по материнской линиям в роду у него профессиональных биологов не было, только дачники-практики), поступил на биофак МГУ, успел закончить аспирантуру и защитить кандидатскую диссертацию. Тема исследования очень интересная – «К вопросу о происхождении разумной жизни на Земле». Константиновский-младший придерживается инопланетной версии происхождения человека разумного. Диссертация его вызвала живой интерес в научных и околонаучных кругах, Саша гордится этим, он очень самолюбивый молодой человек и хочет многого добиться сам, чтобы небыть сыном того самого Константиновского, вот почему Александр рано приучил окружающих называть себя по имени-отчеству во избежании всяческих недоразумений.

Конечно, все эти годы Владислав следил за судьбой дочери. Обменивался одним-двумя письмами в год с ее матерью, своей бывшей женой. Дочери она просила не писать, чтобы Юля не терзалась еще проблемой двух отцов – отцом она называла отчима, Василия Кариневского, за которого вышла замуж ее мать. Несколько фотографий – вот все, что у Владислава было о дочери за долгие четырнадцать лет их разлуки. Он знал – семья дочери обосновалась в Воронеже, куда после демобилизации из армейских рядов перебрался господин Кариневский, на мутных волнах перестройки ставший преуспевающим бизнесменом, руководителем строительной фирмы. Был в курсе, что Юля успешно учится в местной гимназии, имеет склонность к иностранным языкам (свободно владеет английским и чуть хуже француз-ским), побывала уже за границей, – вот, пожалуй, и все.

Успехам дочери он радовался, алименты слал четко, словом, ему казалось, что отцовский долг выполняется сполна. Но такой ситуации как сегодня предвидеть, конечно, никто не мог. Ольге не так давно, осенью, исполнилось тридцать восемь лет. Совсем еще молодая женщина. «Интересно, от чего она скончалась?» – подумал Константиновский, но ничего вразумительного на ум не приходило.

Самолет между тем пошел на посадку. Надо пристегнуть ремни и ждать – скоро узнается все. Довольно плавный толчок, рулежка по взлетно-посадочной полосе. Пора подниматься, у него только ручная кладь, незаменимый походный темно-серый кейс. Чья-то рука легла на его левое плечо. Повернувшись, увидел стоявшего в проходе сына. Это уже интересно: впервые за многие годы ребенок ослушался отца! Впрочем, какой он ребенок…

– Я подумал, что тебе будет все-таки тяжело одному! – мягко, но настойчиво произнес Александр.

– Правильно сделал! – только и сказал Константиновский, пряча улыбку в глазах.

У трапа стояли две черные «Вольво» областной администрации и одна канареечная «Волга» сопровождения ГИБДД. Мужчина в традиционной пыжиковой шапке и длинном драповом пальто шагнул им навстречу.

– Здравствуйте, Владислав Вацлавич! – крепкое рукопожатие подтвердило его добрые намерения. – Соловьев Андрей Сергеевич, первый вице-губернатор. Нам звонил Алексей Денисович, объяснил ситуацию. Это ваш референт? – Соловьев кивнул на Александра, замершего за спиной отца.

– Это мой сын, Александр Владиславович! – московский гость представил молодого человека местным властям.

– Очень рад… В смысле познакомиться! – тут же поправился вице-губернатор. – Вам надо получать багаж?

– Нет! – Константиновский отрицательно покачал головой.

– Тогда в машину! – хозяин показал жестом на ближайшую к трапу «Вольво». Через несколько секунд машины уже выехали на шоссе, ведущее к городу.

– Мы разместим вас на нашей даче в Сосновке, – ворковал вице-губернатор. – Где жила ваша бывшая супруга?

– Улица Ленина, 34, – на память ответил москвич.

– Так, – порывшись в своем ежедневнике, Соловьев неожиданно произнес, – Кариневская Ольга Викторовна, 1961 года рождения, место рождения – город Ташкент. Верно?

– Четко работаете! – похвалил он местных товарищей.

– Не зная фамилии, нам пришлось выписать данные на всех умерших вчера женщин, – пояснил Андрей Сергеевич, набирая на мобильнике чей-то номер. – Пал Палыч? Соловьев. Пока мы едем из аэропорта, пошли своих орлов на улицу Ленина,34 и квартира тоже 34. Нет, только проверить весь подъезд и взять под контроль квартиру. Спасибо!

Покопавшись в своем ежедневнике, чиновник вновь повернулся к гостям:

– Труп вашей бывшей жены обнаружили вчера около 22.00 у подъезда соседи, возвращавшиеся из театра. Они вызвали милицию и предупредили дочку.

– Отчего наступила смерть известно? – поинтересовался Владислав.

– Сугубо предварительное заключение экспертов – разможжение головного мозга. Лед на тротуаре не был посыпан ни песком, ни опилками, Ольга Викторовна подскользнулась и ударилась головой о бордюр. Впрочем, это вчерашние данные поверхностного осмотра милицейских экспертов. У меня нет еще результатов паталогоанатомической экспертизы. Мы проверили по вашей фамилии, таковых среди умерших не было. Дали общую установку взять под контроль смерть всех женщин в возрасте от тридцати до пятидесяти лет. Я сейчас уточню у начальника Центрального РОВД! – вице-губернатор вновь набрал чей-то телефонный номер. – Никодим Фомич! Соловьев. У тебя есть заключение паталогоанатомов по смерти гражданки Кариневской Ольги Викторовны, чей труп обнаружили вчера у ее дома на Ленина, 34? Как нет?! Ты что, не получал шифрограмму за моей подписью? Да, именно этот случай на твоей территории. Что значит угораздило? Мы как раз едем туда с московскими гостями. Понял?! То-то же… Через полчаса жду у подъезда с докладом!

Оставшуюся часть пути ехали молча. Улица Ленина расположилась в центре города. Крупнопанельная двенадцатиэтажка, первый подъезд, возле которого уже стояло несколько машин с мигалками и без оных. Навстречу вице-губернатору двинулась группа людей в строгих пальто. Вполголоса они о чем-то долоожили Соловьеву. Наконец тот повернулся к приезжим:

– Знакомьтесь, начальник областного управления ФСБ Пал Палыч Третьяков, начальник РОВД Царьков Никодим Фомич и их подчиненные.

– Подъезд проверен, все спокойно! В квартире тихо, телерадиоаппаратура не работает, слышен был только шум воды на кухне, – доложил главный ФСБшник.

– Заключение паталогоанатомов подтвердило предварительные выводы милицейских экспертов. Удар был настолько силен, что, простите за натуралистические подробности, череп просто раскололся, – развел руками начальник РОВД.