Секрет кукушки
- -
- 100%
- +
Вот и первая девочка-коврик, она находит подход к любому учителю. Ее льстивость, покорность и желание всем угодить плещется через край. Оля, одаренная в плане математического склада ума, но обделена положительными качествами, которые нужны человеку, чтобы гармонично жить с окружающим коллективом.
Подхалимство, и умасливание у нее в крови. Ее мама известный кондитер, работает в кулинарии. Она делает на заказ торты, безе, коржики. Она всегда приходит в школу с подарками. На все праздники она одаривает учителей, прямо умеет всем угодить. В ход пускает все: хрусталь, именные торты. Вся артиллерия призвана помочь Оленьке закончить год с отличием. Не то, что мы голодранцы, чьи родители месяцами не получают зарплату.
Моему отцу недавно дали зарплату маринованными помидорами. Вместо наличных денег, выдали несколько ящиков с банками помидоров. Интересно, если б я их принесла в школу в виде презента. Смеху было бы или позора, не знаю чего больше. А до этого выдавали зарплату говяжьей тушенкой, которой мы очень обрадовались. Мы месяц ели макароны по-флотски, был праздник живота. А теперь вот помидоры едим с картошкой со своего огорода.
Естественно она быстро решила примеры, и получила 5. Они взаимно терпят друг друга. Аплодисменты.
«Я заметила, что умные девочки, которых я знаю, ведут себя часто агрессивно, даже вызывающе. Пытаются чем-то бравировать, но в целом они не справляются со своими комплексами, тревогой, стесняются себя, недооценивают свои таланты, преувеличивают свои недостатки, и завуалировано прячут себя за масками. И все боятся не оправдать чужих ожиданий, а конкретнее своих родителей и родных. И я не исключение из правил. Поэтому часто делаю то, что не хочу, а когда начинаешь бороться с системой и что-то доказывать, то тебя пытаются сломить и подчинить»
Я затаилась, и вдруг ощущаю кожей свирепый взгляд. Анатолий Михайлович остановил его все же на мне. Слышу: «Ника к доске».
«Все. Мне капец, надо было в тубзик отпроситься». На ватных ногах поднимаюсь и плетусь на воображаемую гильотину. Долго мелом вывожу
(х-10)(х+10), и сзади слышу его зычный голос: « А теперь преобразуй это в многочлен». Мои мысли превратились в рой пчел, и все вокруг заходило ходуном. От страха мой кусок мела упал на пол, и разбился на десятки мелких кусков. Я начала его собирать, и в этот момент, неожиданно самодур ударил по доске указкой, стал тыкать ей в мой пример. Начал объяснять его, громко стучал мелом по доске, но эти слова были уже как в тумане.
Он приблизился ко мне вплотную, меня стало тошнить.
Я не переношу, когда кто-то на меня орет или близко ко мне подходит. А особенно тот, кто неприятен, и отвратителен.
«Ника, дневник на стол. Опять не усвоила материал. Как ты собираешься дальше учиться. Толка с тебя не будет».
Я еще не успела среагировать, а мой сосед по парте Женя по кличке Рыба передал дневник учителю на оценку.
Рыба страдает энурезом, потому что на его глазах утонул отец в пруду. Три года назад он спас женщину, ценою своей жизни. Никита и Саша травят его за ночное недержание. Об этом стало известно, когда Сашка стянул на перемене штаны с Жени, и все увидели желтые застиранные трусы. Он расплакался, и все стало понятно. Я не выдержала этого зрелища, и треснула Сашу книгой по голове. Не терплю, когда обижают раненых людей.
Сашка у нас самый задиристый и неординарный. Учится плохо, а вернее учиться совсем не хочет. Ему неинтересно слушать монотонные уроки. Он приходит в школу, чтобы выделится из общей массы. Любит эпатаж. Один день он носит кроссовки с разными шнурками, другой день носки разного цвета. Может надеть на руку несколько пар часов. Может надеть на голову ободок своей сестры или прийти с ее сумкой на урок. Любит всех задирать, ужалить в слабое место. Никита называет его Дуриком, и он не обижается на это. Все привыкли, что он скоморох, и с ним веселее живется.
Учитель подошел и грубо кинул на мою парту дневник с жирной двойкой внутри. Меня окутало чувство тревоги, и недоумения, какое право он имеет так ко мне относиться? Я уверена, что против человеческой несправедливости восторжествует высшая небесная справедливость.
Моя бабушка мне всегда говорит, что нужно верить в себя, в свою значимость, и не слушать чужое мнение о себе. Она, как лампадка согревает меня и вселяет уверенность и любовь к собственной персоне. Поэтому его слова я пропустила мимо ушей. Это он о себе говорит, ко мне это никак не относится.
Но, все равно у меня на фоне стресса появилась привычка грызть ногти. Мне порой кажется, что я сгрызу себя заживо, на пальцах нет живого места, много заусенец, разодранное мясо и болячки. Не удивлюсь, если у меня обнаружат глисты. Мне больно писать, когда нажимаю ручку сильнее обычного. Все это стало происходить после травли учителя.
Когда он сказал: «Твоя мать вышла замуж за корейца, и от таких смешанных браков всегда рождаются дебилы, и инвалиды, поэтому ты глупая». Я чуть не упала со стула, от его умозаключений. Этот мучитель добавил в мою копилку еще один стресс. А ведь всякая неправда грех.
Он всегда позволяет себе агрессивную женоненавистническую лексику в разговоре. Поэтому он хочет, стать директором, установить патриархат, брать на работу только мужчин, свергнув с должности нашу директрису. После его слов я несколько дней приходила в себя. Весь класс это слышал, и поддержали меня мои девочки из Клуба «Тик-так».
Он унижает всех девочек, занижает оценки, трогает нас как бы случайно, но это не так. Заставляет приходить на пересдачу по одному человеку. Там когда остаешься, с ним один на один он заставляет снимать обувь, верхнюю одежду, и ищет шпаргалки.
В первый раз я пришла перед уроком на пересдачу. Чтобы исправить 2 по самостоятельной работе. Он сказал, снять обувь. Начал ощупывать подошву и внутренность ботинка. Подозрительно вглядываясь, проводил по нему своими пальцами. А потом стал трогать мои ступни. Хотя я стояла в капроновых колготках. Тут же видно, что шпор нет.
На бетонном полу у меня замерзли ноги, и я еле сдерживала себя, чтобы не заплакать. Я моргала, прогоняла свои слезы, чтобы не плакать при нем. Конечно, он ничего не нашел. Попросил вывернуть карманы, показать ладони, и заставил закатить рукава. Я чувствовала себя голой в этот момент. Мне захотелось его убить. Я ничего не пересдала, обулась и пулей выскочила из класса. Никому дома я не рассказала об этом унижении, да и мне бы не поверили. Потому что в основном верят взрослым, а не детям.
В эту ночь мне приснился жуткий неприятный сон. Я вижу свои голые ноги, и на большом пальце у меня вздулся ноготь. Он желтый, толстый, как у старухи. Он болит, пульсирует внутри. Я хочу шагнуть, и меня пронзает чудовищная боль, и тут ноготь поднимается и взрывается, как бомба, и из него льется жидкость, густой гной из раны. Запах у него тошнотворный, гной горячий, серого цвета, как лицо Свинухова. Я проснулась от омерзительного чувства, и в тоже время от облегчения моего состояния.
Перед сном, когда я концентрируюсь на своих мыслях, начинаю понимать одну вещь. Мужчины рулят миром. В нашей семье это так. Сын имеет особый статус. Он идеализированный любимчик. Дочь же рождена для ненависти, разочарования, гнева.
Я часто испытываю нарушение своего личного пространства. Делю его с братом подростком. Тут идет самовольное распоряжение моими вещами. Родители могут отдать, выкинуть, подарить мою вещь не спросив меня. Меня нагружают работой по дому. Я обязана содержать все в порядке, а брат нет. Он мальчик. Его боготворят, а меня обесценивают.
В школе так же. Учитель унижает, обижает девочек, и это принимается как норма. Но это не так. Жизнелюбивых людей ненавидят, потому что сами не умеют жить хорошо, а только деструктивно.
На уроке у Свинухова достается некоторым мальчикам. Никиту Белкина и его заклятого друга Сашку Стрелова, мелковатого, рыжего, с торчащими ушами, Свинухов не называет по именам, всегда коверкает их фамилии. Они с ним спорят, и отстаивают свою значимость, а ему все равно на их доводы. Он принципиальный садист.
Он вызвал к доске Лену, племянницу директрисы. Она считает себя белой костью и ведет себя высокомерно и отстраненно с теми, кто беден, и кто не имеет крутые связи и блат. Это почти половина класса. В общем, у нее такая натура, за это мальчики решили ее проучить, и кинули в длинные волосы жвачку «Турбо».
Итог печальный: косу отрезали. Ей сделали короткую прическу. Так как она любит носить брюки и мужские рубашки, то одноклассники прозвали ее Мальчиш – Кибальчиш. Ее сравнивают с мальчиком, так как у нее плоская грудь, и чрезмерная худоба, из-за этого в нее постоянно летят бумажки с жестокими словами. Мальчики постоянно придумывают нам клички, у них прямо принято оскорблять нас.
По мне Лена стала даже симпатичней с новой стрижкой, и не такой заносчивой, как раньше. Ее образ разительно отличается от других девочек. Она бледнела, и заикалась возле доски, и Анатолий Михайлович этим наслаждался, смотрел, как она тонет в своем незнании. Его холодная душа радовалась, что кто-то его боится. Но все равно все мы знаем, что четверку в четверти она получит, он натянет ей, из-за влияния Светланы Александровны. И вот он подошел к ней, и взял за плечи, и сделал жест, якобы хочет направить ее в сторону плаката, который висел возле доски, и на нем были написаны все формулы- подсказки. Но она резко дернулась, отшатнулась от него, и не использовала этот момент для решения задачи.
Я заметила, что у него нет чувства стыда и вины перед классом. От скуки и одиночества он играет нами, как кот с мышами.
Все сделали вид, что ничего страшного не произошло, подумаешь, потрогал за плечи. Свинухов, молча, дописал решение задачи на доске. Лена села на место.
Урок окончен.
Глава 2
женский Клуб
Мир огромен, сложен, не напрасен.
Я маленькая,
Но могу вместить его весь,
И еще останется много места.
Какая же я великанша!
В 8 классе я стала основательницей женского Клуба под названием «Тик-так». Это мое любимое драже. Я захотела увековечить такое веселое название для странных одиноких людей. У нас в классе есть девочки, которые пережили что-то ужасное в своих семьях. Они мне об этом рассказали. Но о том, что случается в моей семье со мной, я делиться, не готова.
То, что доверяют мне, я сохраню. Но в других я так неуверенна, как в себе. Даже моя любимая Любаша знает не все мои скелеты.
Я читаю книги по психологии, поэтому учусь разбираться в эмоциях и чувствах людей. Я наблюдательная. Мне нравится общаться с людьми и узнавать их ближе. Что они любят, чего боятся, и на основе этого могу дать полезный совет, или оказать помощь. Я так много времени провожу в городской библиотеке, что мне доверяют книги из читального зала.
Я беру их домой и читаю, не спеша. Люблю узнавать подробности из жизни писателей. Мне нравится узнавать их секреты. Как они боролись за свои права, как преодолевали трудности. Что служило им источником вдохновения. Какие у них были проблемы, нужды, переживания. Люблю узнавать, как они трудились и добивались результата. И потом я вывожу, отсюда свою гипотезу-раз они смогли, значит и я все смогу.
Я мечтаю, о том, что когда- нибудь сама стану писать книги. Познакомлюсь с известными деятелями литературы. Буду иметь членский билет Союза писателей.
На полках магазинов и библиотек будут стоять мои книги. Их будут читать запоем, и получать терапевтический эффект. Мои книги будут растаскивать на цитаты, и даже сделают экранизацию книги. Меня пригласит маститый режиссер сняться в эпизодической роли.
Я буду сидеть в первом ряду. Смотреть кино. Смахивать слезинку платочком, от счастья.
Потом фотографироваться и раздавать автографы.
Мой формуляр толстеет ни по дням, а по часам. Листочки постоянно докладывают, и мне это нравится. Значит, много читаю – больше знаю.
Все, что связано с душой и телом мне интересно. Я познаю себя, учусь ломать стены, которые преграждают мне путь. Я учусь защищать себя, получать глубокое удовольствие от жизни. Мне хочется жить так, чтоб не хотелось убежать с этой планеты.
Хочу, чтоб каждый человек мог выбрать свою станцию, где его будут принимать таким, какой он есть. Чтоб не приходилось жить в своем странном выдуманном мире. У меня всегда есть на все своя точка зрения, и я не боюсь высказывать свое мнение. Но это не всегда нравится моим родителям, и все чаще они не дают мне права голоса. Пытаются заглушить меня, и тогда мои слова ложатся на бумагу. Мое эссе-это эмоции, выраженные как мысль.
У меня зрела эта идея давно. Вот получилось образовать сестринский круг общения. И я предложила девочкам стать участницами моего Клуба. Чтобы здесь периодически делится новостями, трагедиями, то, что накипело и что нас тревожит.
У меня есть младший брат. А так хочется иметь сестру, которая будет любить, и понимать меня. Безоговорочно.
Брат только пользуется моей добротой, никакой отдачи нет. От него мне нет житья, он свет и радость в доме, а я обслуга. Мне не с кем уединиться, чтобы поговорить, и быть услышанной. Здесь же в клубе мы встречаемся и поддерживаем друг друга.
Я поняла, что во многих семьях не принято делиться своими чувствами, проявлять эмоции, говорить то, что думаешь. Многие родители устраивают конкуренцию между детьми, обесценивают их желания, мечты, таланты. Постоянно сравнивают с другими детьми, не в пользу своих детей, раздруживают с приятелями. Не видят эмоциональное и психическое состояние своих детей. А выполняют только физиологические потребности: кормят, одевают, обувают, а приласкать забывают. Закрывают глаза на то, что у ребенка проблемы в школе, с самочувствием, отмахиваются словами «Не обращай на это внимание», «Ничего страшного, главное все живы, здоровы», «Не плачь по пустякам».
Взрослые не понимают, что у детей тоже есть сложности в жизни и другие силы, нежели у них. И их проблемы им кажутся глобальными, а не мыльными радужными пузырями.
Вот почему Лена вздрогнула от прикосновения учителя возле доски, я поняла, у нее дома что-то произошло. Тут сработал некий пусковой крючок. Остальным было по барабану. Мы были с ней в туалете, и она попросила подержать дверь. У нее был страх, что сейчас кто-то резко откроет ее, из-за чего она не могла расслабиться и сходить в туалет. Я спросила, а что случилось, почему ей так страшно?
Она сделала над собой усилие, и поделилась, просила никому не рассказывать, потому что сор из избы выносить нельзя.
В их квартире совместные ванная и туалет. На двери висит закорючка, если сильно дернуть дверь, то она откроется. Вечером Лена принимала ванну, лежала в ароматной пене, натирала мочалкой ноги. Вдруг заметила, нет шторки на маленьком окошке, которое находится над ванной. Квартира в сталинском доме все- таки, где большие окна, и высокие потолки, паркет. Раньше висела шторка, а сейчас ее не было. На окне мама хранила пачки с порошком и хозяйственное мыло. Намылив тело, она резко встала, чтобы ополоснуться под душем. Подняла лицо наверх, запрокинула голову, и увидела в окошке раскрасневшееся довольное лицо своего дяди, который временно жил у них. От неожиданности, и стыда, она начала плакать. Это было так неожиданно, что она боялась выйти из ванны. А потом делала вид, что ничего не произошло.
Дяде 25 лет, он приехал в город из деревни, продать на рынке вязаные вещи. Семья мамы живет скромно, бабушка вяжет носки и шарфы на продажу. Поэтому мама Лены им помогает по возможности. Вот приютила брата на время. Папа Лены работает водителем-дальнобойщиком, особо не вникает в подробности их жизни, его постоянно нет дома. За то все тащит в дом – он у них полная чаша. Из каждого рейса он привозит все, что вмещается в его грузовик – это вещи, продукты, посуда, галантерея, косметика, бытовая техника. Поэтому дядя чувствует себя вольготно у них дома. Лена думала, как быть с правдой, которую узнала об извращенце. Ведь это родной брат мамы, и лучший друг папы, а если узнает директриса, родная сестра отца, то позора не избежать. Да и вообще ей еще и не поверят, если рассказать, что он подсматривает за голой несовершеннолетней девочкой. От пережитого ужаса у нее поднялась температура, и началась диарея. Она просидела весь вечер в туалете, и боялась, что он к ней зайдет.
Он тайком подошел к двери туалета. Дергал дверь так, что с той стороны крючок подскакивал, как бешеный. Она держала его, чтоб он не соскочил с петельки. Тогда он ей прошипел в дверную щель: «Если расскажешь матери, она тебе все равно не поверит, а меня еще жалеть будет, защищать от твоего вранья». Занавес.
После этого случая, он сам быстро уехал, сославшись на другие важные дела дома. А у Лены появилась ненависть к взрослым мужчинам, и чувство вины, что она в этом виновата. Теперь она нигде не чувствует себя в безопасности, живет в страхе, безнадежности, потому что даже близким людям нельзя верить. Она хочет обезопасить себя от дяди, но не знает, как это сделать.
Но это до поры до времени ему все с рук сходит. Я верю, карма найдет его.
Другая история. Однажды осенним вечером ко мне пришла Наташа. Я зову ее Туся, она такая милая. Самая робкая в классе, когда ее спрашивают на уроке, она начинает дрожать как осиновый лист. Она была испугана, с красными опухшими глазами, и попросила вынести поесть. Я принесла ей бутерброд с маслом и сахаром, и мы спустились на пролет ниже, чтоб она рассказала, что случилось.
С ее слов. Я пришла со школы, папа с порога почувствовал, что от меня пахнет сигаретами. Я ему сказала, что шла со старшеклассниками нашей школы. Нам было по пути. Они курили, и я пропахла сигаретным дымом. Но, папа мне не поверил, не дал договорить. Он сразу озверел, вытащил из кармана рубашки свою пачку «Донского табака», яростно ее распечатал и стал запихивать мне в рот сигареты, все 20 штук.
Господь! Он чуть не порвал мне рот. Я начала задыхаться, рыдать, кашлять. Ему показалось этого мало, он их раскурил, и заставил меня курить при нем. Чтоб накурилась до усрачки, и больше не хотела. Но я этого не умею. У меня покраснели глаза, я закашлялась, мне стало плохо. Тогда он прекратил эту пытку. Принес другую- кожаный ремень, и начал с диким остервенением стегать меня по ногам, чтоб я думала, прежде чем что-то совершить плохое. Бляшка от ремня отпечаталась на ногах. Мгновенно расползлись гематомы на бедрах. Я кричала до хрипоты, пока на визг и крик не прибежала наша соседка, баба Зина меня спасла. Мама стояла в комнате, и молча, наблюдала на это зверство. У нее всегда каменное выражение лица, она всегда выключенная из ситуации, соучастница жестокого отца.
Туся подняла юбку, и показала мне свои ноги. Я ахнула от ужасающего вида кровоподтеков и синяков. Ноги были фиолетовые, как она пришла на них. Я не могла на это смотреть, и разревелась. Вот что окончательно добило Наташу, так то, что мама все знает, но самоустраняется. После всего произошедшего, спокойно идет готовить ужин на кухню. Потом зовет ее ужинать, и удивляется, что та не пришла.
Это не первый раз ей влетает от отца. У него всегда находится веская причина, чтобы ее ударить. Мама ей сказала: « Ты же добрая девочка, прости его, это же твой родной папа».
Наташа, считает, что ее растят для обслуживания родителей. Она должна делать только их пожелания, наплевав на себя. Малейшая провинность, по мнению отца, достойна наказания. Шаг вправо или влево – расстрел.
Она убежала ко мне, так как не могла находиться с ними рядом. Было обидно, и противно. После этого случая она получила от мальчиков кличку Тигрица, из-за полос на теле. Но, домой все равно надо возвращаться, хотя душа сопротивляется всеми силами. Я поняла, что в каждой избушке свои погремушки.
На перемене мне было скучно, и я прочитала на школьном стенде листок, там мелким шрифтом была напечатана Конвенция о правах ребенка. И вот тут я узнала, что у детей есть не только обязанности, но и права. Право на жизнь, безопасность, на уход и заботу. Вот это открытие. Это разве так должно быть написано. Только крупным шрифтом, чтоб дети знали об этом, и боролись с жестокостью в своих семьях и злыми учителями. Зная, что есть закон, который их защитит.
Когда я проводила ее до дома, села на лавочку возле подъезда, и подумала вот о чем. Зачем нам урок математики, где все отбывают срок в течение 40 минут, и подвергаются публичному унижению. Зачем урок ОБЖ, который ведет старая дева Лидия Ивановна. Она всегда рассказывает, какая она умная, сколько прочитала книг. Ее жилище занимают энциклопедии и научные журналы, и кошки. Дает она один процент знаний по своему предмету. Потом полчаса рассказывает, как она готовит им желе из куриных шеек, как вычесывает им колтуны из шерсти. Как вытаскивает самоотверженно им кости из пасти. Спасает мир. И не приведи бог, ее перебить.
Она взорвется, выпустить весь яд, а потом будет бойкотировать того кто ей перечит. Потому что ученик, не соответствовал каким – то стандартам или ее личным предпочтениям. По ее мнению мы должны сидеть как статуи, желательно не дышать, молчать, и смотреть с благоговением на нее. Старая, дотошная, эгоистичная дама, которая повышает голос на детей, бьет указкой по пальцам, и знает о своей безнаказанности.
В седьмом классе она не выпустила в туалет Иру, сказала терпеть до конца урока. Была перемена. Она не учитывает, что на перемене в туалете толпа народа, туда не пробиться. Кто-то курит, кто-то просто болтает, кто-то тужится, а кто-то стесняется при всех сходить по – большому, когда в туалете отсутствуют перегородки, и нет щеколды на дверях. А еще в любой момент может влететь техничка, чтоб взять швабру или моющее средство.
Вот хорошо учителям. Они имеют отдельный туалет с одним унитазом и крепким замком на двери. Я вот тоже стесняюсь ходить в туалет при посторонних, и терплю до дома, теперь у меня хронический запор. Однажды я дотерпелась до того, что у меня скрутило живот так, что я присела на корточки, а встать не смогла. Начались колики, в школу вызвали скорую. Меня привезли в больницу, и отправили на клизму. Два часа со страшными болями я просидела в туалете, из меня падали камни. Это было чудовищно больно, стыдно и неприятно. Мне ни разу до этого не делали клизму. Прописали слабительные таблетки, диету.
Пришла мама со своего кардиологического отделения меня проведать, и была крайне удивлена тем, что я страдаю запорами. Конечно, откуда ей было это знать, она почти не живет дома. У нее работа на первом месте, ее пациенты, карьера и деньги. Она любит быть в центре внимания, чувствовать свою значимости и популярность.
Так Ира благодаря Лидии Ивановне терпела пол-урока: скрещивала ноги, глубоко дышала, ерзала по стулу, кряхтела, и все-таки обжигающая жижа рванула из нее и растеклась по спине. Под конец урока в классе случился обосралипсис. Класс заполонил запах гниения, все заткнули носы руками. Так Лидия Ивановна еще ее пристыдила, обозвала серухой. И говорила в укор: »Бог терпел, и нам велел».
Она всегда бесчувственно себя ведет по отношению к детям, и приказала ей немедленно покинуть класс. Многие стараются не вмешиваться в конфликт, чтоб самим не стать на место жертвы. Я стараюсь не попадать под влияние агрессора, и стараюсь держать оборону. Мы мучительнице дали кличку – Вековуха.
Она всегда выходит сухой из воды, никто не может ей противостоять, слишком она черный человек. Как на лес взглянет, так и лес вянет. Она всегда говорит нам, что она жирный плюс в нашей жизни, а мы большой минус в ее.
Бедолага пошла с обосранной спиной по коридору и все шарахались от нее, смеялись вслед, показывали пальцем. Вот какое отвратительное воспоминание у Иры будет об этой сумасбродке.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.