- -
- 100%
- +
Глава 1
Бабушкина плакса
Мои родители уехали в командировку на целый год. Так я оказалась у бабушки с дедушкой в Питере. Тогда я даже представить не могла, как мне у них понравится! А началось всё так…
– Кушай, Алина, – сказала бабушка, поставив передо мной тарелку горохового супа, – а я пойду цветы полью.
Я ела суп и смотрела, как бабушка поливает цветы. Вообще – то я к комнатным растениям равнодушна. С ними много возни, а это мне не нравится. У бабушки столько растений! Горшки с цветами стоят на подоконниках, на полках, на шкафах и на полу. Ну, как в теплице! Бабушка их очень любит: протирает им листья, сбрызгивает водой, пересаживает и даже разговаривает с ними. Вот только одно мне непонятно: если она их так любит, то почему не кормит?
– Баб! Бабуля!
– Что тебе?
– А ты почему растениям пить даёшь, а есть – нет?
– Что за глупость? – ответила бабушка и ушла с лейкой в другую комнату.
«Почему глупость?» – подумала я, булькая ложкой в супе. – «Ну, допустим, котлеты с лапшой им давать не нужно. Не смогут они их пережевать. Нечем. А вот суп… Суп должен им понравиться!»
Я вышла из-за стола и подбежала к самому большому бабушкиному растению – нашей монстре! Её почти так и зовут – монстера! Чудное название! Хотя, конечно, не чуднее, чем аспарагус Спренгери или какая– нибудь аспидистра Элациор (у бабушки все горшки с растениями подписаны). Монстеру я люблю, это мой друг. Она удивительная! Во– первых, занимает половину бабушкиной кухни. Во-вторых, у неё листья дырявые. Да-да! Мало того, что огромные, и под одним из них могут поместиться сразу две моих головы (если бы их у меня было две), так ещё и дырявые! Когда я её увидела, всё удивлялась, кто же мог вырезать в листьях ровные овальные дырочки? Меня осенила идея: я побежала за ножницами и, пока никто не видел, попыталась вырезать такие же отверстия в листьях кордилины. Получилось плохо, лист рвался, к тому же вошла бабушка… А ещё у монстеры множество усов! Они висят в воздухе. Вроде бы, монстера – это она, а усы есть! Короче, монстра! А подружились мы с ней вот как. Я выскочила раздетой во двор, а бабушка сказала, что больше не хочет меня видеть, потому что я её не слушаюсь и не одеваюсь, а должен быть дождь. Если я промокну и заболею, лечить меня она не будет! Я заплакала и уселась под широкими листьями монстеры. Я плакала, плакала и тут…
– Кап! Кап! Кап! Кап!
Монстера стала плакать вместе со мной! Я так удивилась, что перестала реветь и побежала рассказывать обо всём бабушке.
– Ну, что тебе сказать! Наверное, она тебя пожалела так сильно, что сама расстроилась. Она твой друг.
С тех пор я дружу с монстерой и правильно выговариваю её название.
– Вот тебе супчик, поешь! – сказала я, забираясь под широкие листья и пробираясь к кадке. Только я собралась опрокинуть тарелку, как …
– Не выливай супчик, Алиночка! – послышался приглушённый голос.
Я быстро повернулась назад! Нет, не бабушка. Тогда кто? От страха я онемела.
– Кто это говорит? – пропищал другой голосок совсем рядом.
– Я, Монстера.
Тарелка в моих руках дрогнула.
– Эй ты! Не урони меня!
На самом краю тарелки сидела, как мне показалось, очень знакомая девочка.
– Чего смотришь? Давно не виделись!
– Ты кто?
– Твоя Глупость, разумеется! – ответила девочка, взлохмачивая волосы на голове. – Выливай суп и посмотрим, что будет!
– Не выливай, Алиночка. Мне ничего, кроме водички не нужно! – взмолилась Монстера. – Всё питание я беру из земли, а бабушка хорошо её удобряет минеральными веществами.
– Это как пищевые добавки? – уточнила я.
– Считай пищевыми, только для растений они минеральными веществами называются.
– То-то ты вся дырявая от своих добавок! – зазвенел голосок Глупости. Она зацепилась руками за ус Монстеры и раскачивалась на нём. – А эти верёвки мне нравятся!
– Ой! Не оторви! – спохватилась я и, поставив тарелку на пол, начала ловить свою Глупость.
Оказалось, это не так-то просто! Глупость словно перелетала с одного уса на другой, показывала мне язык и строила рожи.
– Не надо делать мне замечаний! Я сама знаю, что ой, а что не ой!
– Не переживай, Алиночка, такая крошечная девочка не сможет мне навредить.
«Ты её не знаешь», – подумала я.
Только теперь я поняла, на кого похожа Глупость. Я её каждый день в зеркале вижу…
– Думаю, тебе понравится в моём лесу. Там можно прыгать с лианы на лиану и раскачиваться на них, как на качелях, – сказала Монстера Глупости.
– В каком это лесу? Ты же из горшка! – Глупость захохотала, опрокинув голову назад так, что чуть не свалилась с листа, на который уже успела перебраться.
– Ну, не всегда же я сидела в горшке! Алиночка, я приглашаю тебя в небольшое путешествие. Мне давно хотелось рассказать тебе о себе.
– Ничего я слушать не желаю! – ответила Глупость. – Мне и знать ничего не нужно, я и так всё знаю.
– А тебя, по-моему, никто не приглашал, – возразила я.
– Меня не нужно никуда приглашать, я везде сама хожу! – Глупость выгнула живот, сложив руки на груди.
– Я покажу, где живу! – сказала Монстера. – Для этого нужно нырнуть в любое отверстие моего листа.
– Ерунда какая! – сказала Глупость, а сама быстро юркнула в отверстие.
Как же я удивилась, когда упрямица не выскочила с обратной стороны листа!
– Куда она делась…
– Она уже лесу.
– Да как же мне от неё отвязаться? – рассердилась я.
– А что бабушка говорит?
– Бабушка говорит, что от своей глупости не уйти. Так и буду с ней жить, пока не поумнею.
– Твою бабушку мы все уважаем. Раз так говорит, значит, знает. Ну, что ж, идём?
– Идём, только как же я пролезу в такую маленькую дырочку?
– А ты пальчик опусти. Только не бойся ничего!
Я выбрала самый большой лист и самое большое на нём отверстие, опустила палец и…
Меня закрутило, завертело и куда-то потянуло, как в пылесос!
Когда мелькание прекратилось, я не поверила своим глазам!
Кругом стоял огромный лес – но не тот светлый сосновый, в который мы ходим с дедушкой по грибы. В полумраке, прорезанном нитями света, стояли гигантские деревья без сучков и веток. Их кроны смыкались где– то наверху да так, что неба не было видно! В кронах стоял туман. Между деревьями висели канаты и зелёные гирлянды, их было очень много! Так много, что они сплели все деревья между собой! Растения были везде – на земле и в небе! Листья, стебли, плоды, цветы – всё перемешалось.
«Как же тут ходят?», – подумала я.
– Задыхаюсь! – закричал знакомый мне голосок. – Где вы есть! Тут совершенно нечем дышать!
«Действительно, как в бане», – подумала я.
– Это тропический лес! – ответил громкий и раскатистый голос.
Глупость присела от страха, а я во все глаза смотрела, как огромная сказочная «змея», обвивающая высоченное дерево, начала разматываться и спускаться вниз. Это была наша Монстера!
– Какая ты огромная! Ты не кустик, а целое дерево! – воскликнула я.
– Нет, Алиночка! Я не куст и не дерево, я лиана.
– Это что разн… – Глупость замерла и закатила глаза, что-то вспоминая, – разновидность змей?
– Так называются те из растений, которые ищут для себя опору, потому что не могут самостоятельно вертикально держать свой стебель.
– Подумаешь, лиана какая-то! Даже стоять-то не может!
Мне стало стыдно за свою Глупость! Ведь то, что она сейчас говорила, были мои слова! Только я не всегда успеваю их вслух произнести. И очень хорошо, что не успеваю, а то как бы это выглядело глупо со стороны. На меня иногда как найдёт! Сама себе не рада.
– И сколько же ты метров? – поинтересовалась я, смутившись.
– Метров 20, наверное. Нравится тебе мой лес, Алина?
– Нравится! – воскликнула я. – Только как же по нему ходить?
– Непролазная чаща! – возмутилась Глупость.
– В нашем лесу без топора человек не пройдёт, – ответила Монстера. – И тот путь, который вы бы прошли в сосновом лесу за 15 минут, здесь можно преодолеть, с помощью топора, часов за семь.
– Вот это да! – воскликнула я.
«Бах! Бах-бах-бах-бах!» – неожиданно забарабанило всё кругом.
– Убивают! – завопила Глупость.
Гул, грохот, молнии! Я смотрела во все глаза и не могла понять, что случилось.
– Это тропический ливень. Прячьтесь под мои листья, – скомандовала Монстера, накрывая нас собой.
– Ты вся дырявая! – старалась перекричать шум дождя Глупость, но её почти не было слышно.
Мы встали между двумя отверстиями в листе и смотрели, как вода льёт стеной. Ничего подобно я не видела! Бабушка иногда говорила про дождь, который льёт как из ведра. Я всё понять не могла, как это. Теперь поняла! На небе кто-то взял огромное бездонное ведро и перевернул его нам на голову! Всё прекратилось также быстро, как началось. Ни одной лужи! И листья почти сухие!
– Что за волшебство такое? – изумилась я. – Вылилось столько воды! Где она?
– Никакое не волшебство – хорошо работают сливы, – брякнула Глупость.
– Какие сливы, мы же в лесу! – отмахнулась я. Глупость начала меня раздражать. Лезет и лезет со своими глупостями!
– Чудес и правда никаких нет, – ответила Монстера. – Вода уже впиталась в почву и всасывается корнями, а затем будет испаряться листьями. Мы, растения, как гигантские насосы, выкачиваем воду, превращая её в пар. Видишь туман в кронах? Это и есть испарившаяся вода.
– Твои листья почти сухие, словно и не было ливня!
– Мой лист глянцевый, кожистый. Он скользкий и прочный. Вода скатывается с меня, даже не смачивая. К тому же, лист весь изрезан по краям и пронизан отверстиями, в которые стекает вода, падающая с громадной силой. Если мой лист станет цельным, то под тяжестью воды он сломается или ещё хуже…
– И зачем такие лопухи отращивать! – ляпнула Глупость.
– Если лист будет цельным, то после дождя в нём наверняка скопится вода, а в застоявшейся воде заведутся грибы и лишайники, которые сначала разрушат лист, а потом погубят весь мой организм.
Я покраснела после такого грубого вопроса Глупости, но всё-таки тоже спросила:
– Так зачем же тебе большой лист? С маленькими листьями не было бы столько проблем.
– Всё правильно, но только как мне добыть свет! Посмотри, ты видишь солнце?
– Нет, не вижу, – с сожалением ответила я.
– И я не вижу, – вздохнула лиана. – Но чтобы жить, мне нужен свет! А света мы получаем ровно столько, сколько его попадает на лист. Чем его площадь больше, тем больше световых лучиков мы поймаем. Нам, лианам, ещё хорошо: мы можем забраться по дереву на самый верх, а там, конечно, больше света! А те, кто живут на земле, посмотри, какие у них листья!
Лиана подняла меня высоко над землёй, только тут я обратила внимание, какие гигантские тёмно-зелёные листья меня окружали!
Оказавшись в воздухе, Глупость подпрыгнула и повисла на одной из верёвок, свисающей откуда-то сверху.
– Не нравится мне здесь! Верёвок понавесили!
– Это мои корни, – сказала Монстера.
Я чуть было не закрыла себе рот руками, так как только что собиралась узнать про свисающие корни. Только я ещё хуже Глупости, потому что называла их «усами».
– Корни? – удивилась я. – А разве корни не в земле должны сидеть?
– Я знаю! Это любопытные корни, которые вылезли посмотреть, что наверху делается, – сострила Глупость.
– Чтобы ответить на этот вопрос, нужно знать, зачем растению корни, – ответила Монстера.
– Они держат растение в земле, – предположила я.
– Верно. Ещё корни нужны для того, чтобы всасывать воду и минеральные вещества из почвы. Это наше питание. Есть растения, которые откладывают в корни питательные вещества про запас, тогда их называют корнеплоды.
– Не знаю таких! – отрезала Глупость.
– Морковка, например, – ответила Монстера. – Но корни бывают и необычными, например, воздушными. Они умеют добывать воду из воздуха, такого влажного, как у нас в тропиках. А могут быть дыхательными – эти корни умеют дышать, как листья. Ходульными – тогда они служат подпорками кронам деревьев. Мои – воздушные корни, это дополнительная влага и питание. Тут Монстера заплакала.
– Кап. Кап-кап-кап.
– Что случилось? Ты не обиделась? – забеспокоилась я.
– Мало здесь сырости, что ли? – съязвила Глупость.
– Всё в порядке, Алиночка. Я, не обиделась, а так воду испаряю. Ведь воздух вокруг тёплый и влажный, выделять пар больше некуда, а корни подают воду постоянно. Вот я и придумала собирать лишнюю влагу в капельки да сбрасывать «слёзками». Но так происходит не всегда. В сухом воздухе я не «плачу». А вот перед дождём, в пасмурную погоду лучше рядом со мной не садиться. Под дождь попадёшь даже дома!
Я покачала головой от удивления:
– А я думала, ты из-за меня плакала! Мы с бабушкой тебя плаксой прозвали. Какая ты удивительная!
– А теперь, как радушная хозяйка, я вас угощу.
– Угостишь? Чем?
– Своими плодами, конечно!
– Какими плодами? – удивилась я. – У тебя разве бывают плоды? Мы с бабушкой даже цветков твоих не видели!
– Это в гостях я не цвету, а дома…
С этими словами Монстера опустила передо мной замечательный кожистый цветок нежно-лимонного цвета. Внутри цветка сидел длинный початок, который со всех стон облепили плоды-ягоды.
– Ну, и что за кукурузу ты нам предлагаешь? – скривилась Глупость.
Я положила в рот одну ягоду из початка.
– Как вкусно! Словно сочный и ароматный ананас!
Глупость тут же начала уплетать ягоды за обе щеки.
– Спасибо тебе, Монстера, за угощение и интересный рассказ. Но, боюсь, бабушка меня обыскалась!
– Конечно, возвращаемся, – ответила «плакса». – Опусти пальчик в отверстие моего листа.
Всё снова закрутилось, завертелось, и я вернулась в нашу комнату под широченные листья Монстеры. Глупость стояла рядом. К сожалению, она никуда пропала.
«Неужели мне никогда от неё не отвязаться?»
В руках Глупость держала тонкий длинный лист.
– Батюшки! Ты где это взяла? – закричала я. – Ты что, не знаешь, что рвать ничего нельзя?
– Тебя не спросила! Там же и взяла, где была!
– Это лист Драцены, моей хорошей знакомой, – вздохнула Монстера.
– А она такая же удивительная, как и ты?
– Думаю, ещё удивительнее: ведь в ней течёт кровь дракона…
– Да?
Тут дверь открылась и вошла бабушка.
– Ты почему на полу сидишь? И суп не съела!
Бабушка подняла с пола тарелку и лист драцены.
– Откуда он у тебя? У нас нет такого растения.
– Я знаю, – заговорщически подмигнула я монстере. Монстера мне не ответила. Передо мной стояло обычное домашнее растение в кадке. Глупость тоже куда-то подевалась, но этому-то я была рада.
– Бабуля! Я теперь про монстеру столько знаю! Хочешь, расскажу?
Бабушка смотрела на меня, приподняв очки.
– Зачем ей воздушные корни, и почему у неё такие странные листы, и почему она плачет, и почему ей суп не нужен! – перечисляла я. – Она удивительная!
– Да, она удивительная. Правильно. Так с латыни её название переводится, но откуда ты всё это узнала?
– Мне Монстера рассказала, – ответила я.
– А… Ну, если Монстера, то конечно, – с интересом взглянула на меня бабушка.
– Про Драцену узнать бы… – пробормотала я, крутя в руках узкий лист.
Глава 2
Дерево дракона
Сколько дней уже прошло… Я всё вокруг монстеры хожу, но ничего не происходит. То поглажу ей ус-корешок, то в отверстие листа палец просуну. Ну не происходит ничего! И всё!
Сегодня я осталась дома одна, дедушка на работе, а бабушка пошла в магазин. Меня очень редко одну оставляют и то ненадолго. Как бабушка в магазин засобиралась, у меня сердце запрыгало! По всем сказочным правилам с главными героями приключения происходят, когда никого дома нет. Я бабушку провожаю и подпрыгиваю от нетерпения. А бабушка, как на зло, то кошелёк, то платочек, то зонтик ищет.
– Куда это ключи мои подевались?
– Да вот они, бабушка!
– Ага. Спасибо. Спасибо. Так, ну веди себя хорошо…
– Да ладно, бабуля!
– Не ладно! Я буду скоро.
– Хорошо, хорошо.
Только закрылась за бабушкой дверь, как я стремглав бросилась к монстере и села рядом.
– Привет. Почему ты не отвечаешь? – спросила я тихо.
Тик-так. Тик-так. Тикают часы на стене.
– Как мне снова в тропический лес-то попасть? Так интересно было… – я привалилась к кадке.
Монстера молчала. Тогда я начала рассказывать ей, сколько интересного узнала про тропический лес. У бабушки, оказывается, много книг о комнатных растениях есть. Раньше я на них внимания не обращала, а теперь прошу, чтобы мне их читали. Многое мне непонятно: плодоножки, завязи всякие. Мне нравится слушать легенды или просто про интересные факты из жизни растений. Сколько времени прошло, не знаю, только слышу, бабушка пришла.
«Не сработало», – вздохнула я и пошла в коридор.
– Где ты, егоза? Ничего не натворила?
– Не натворила, бабушка.
– Ну и хорошо. А я, смотри, что принесла!
Я вышла из комнаты. Гляжу, на полу в коридоре маленькая пальма стоит.
– Баба, чудо какое! Крохотная пальмочка!
– Нет, – отвечает бабушка. – Это не пальма, это как раз та самая драцена, про которую ты мне все уши прожужжала.
Я удивлённо посмотрела на бабушку:
– Баб… Ну это же пальма…
– Ну что за глупости! – бабушка надела очки на нос. – Умела бы читать, прочитала бы. На горшке этикетка. Там написано: «Драцена окаймлённая».
– А почему окаймлённая? А что такое окаймлённая? А могли горшок перепутать?
– Ой-ёй-ёй! Не приставай ко мне, почемучка! Дай мне дух перевести и чаю попить. Сейчас отдохну, и пересадим её в широкий горшок. Она большая вырастет. Дай-ка я её в комнату отнесу.
Бабушка торжественно понесла растение в комнату, а я поскакала на одной ноге следом. Когда бабушка вышла в кухню, я стала гладить «ствол» драцены.
– Пальма, однозначно! – раздался очень знакомый голосок.
У меня даже дух захватило! Глупость!
– Ну, значит, точно не пальма, – захохотала я, подпрыгивая от радости. Первый раз в жизни так своей глупости обрадовалась!
– Почему это? – обиженно выпятив губу, спросила Глупость, выглядывая из-за пучка листьев. – Вот тебе ствол. Тонковат, правда, – похлопала Глупость по одревесневевшей, похожей на змею палочке, наверху которой в разные стороны торчали длинные листики. – Вон тебе… Ой!
Глупость упала в горшок и вся перемазалась.
– Я не пальма! – вдруг сказал весёлый голосок. – У меня такой ствол ребристый из– за опавших листиков! В углублениях раньше крепились листья.
– Драцена ожила! – засмеялась я. – Какое счастье!
– Откуда ты знаешь Алиночка? – удивилась Драцена.
– Что?
– Что я дерево счастья?
– Да? Я не знала. Просто случайно сказала!
– Счастья… С чего бы это? То дерево дракона, то дерево счастья. Остановитесь на чём– нибудь одном, – скривилась Глупость.
– О! Я расскажу вам удивительную историю, и вы узнаете, почему меня так по– разному называют! Но сначала оторвите мои листочки. По одному, самому нижнему.
– А тебе не будет больно? – спросила я.
– Не будет.
Как только лист оказался в моих руках, всё закрутилось, завертелось и понеслось в огромную воронку! Но теперь я знала, чем закончится мой полёт!
Ещё не открыв глаза, я сразу поняла, что нахожусь в тропическом лесу! Вдыхая вязкий, влажный воздух, наполненный неизвестными мне ароматами, я мысленно представила зелёный сумрак, туман и пронизывающие толщу листвы лучи света. Как замечательно! И открыла глаза.
Ой-ёй-ёй! Как интересно! Где же это я сижу? Похоже, очень высоко, но в зарослях целого моря остроконечных листьев! Им нет конца!
Огромная бабочка с ярко – синими крыльями пролетела мимо меня. От взмаха её крыла меня качнуло!
– Ого-го! – воскликнула я.
– Высоко? – весело спросила Драцена.
– Не высоко! Где это видно, что высоко? – раздался знакомый вредный голосок. – Вон сколько деревьев вокруг, и все выше нас!
– Конечно, высоко! Сколько метров над землёй?
– Ну, я тоже не маленькая! Двадцать метров!
– Да? – задохнулась я. – Это что же, как дом?
– Как пятиэтажный дом! – гордо сказала Драцена.
– Я на крыше пятиэтажного дома! А ведь руками тебя тоже не обхватить! – оглядываясь кругом и не находя конца бескрайнему полю зелёных листьев, сказала я.
– Охота была руки пачкать, – закинув ногу на ногу, произнесла Глупость, покачиваясь на листе.
– Вы на самом верху моей кроны.
– На короне? – переспросила Глупость.
– Считай, на короне! Крона украшает дерево своей пышной листвой, как корона.
– Драцена! Ты обещала рассказать свою историю! – напомнила я.
Листья затрепетали, и Драцена начала свой рассказ:
– Много столетий назад жила на земле прекрасная девушка и смелый юноша. Они любили друг друга тайно! Почему? Потому что девушка была дочерью Верховного Жреца. А по старым традициям их страны дочь Верховного Жреца не могла выйти замуж за простого воина. Но любовь молодых людей была так сильна, что воин решил просить руки у отца любимой. Верховный Жрец разгневался, ведь он был хранителем древних традиций, но не показал вида. Он взял сухую палку, приготовленную для растопки жертвенного костра, и воткнул её в землю.
– Поливай палку пять дней. Если на ней появится хоть один зелёный листок, отдам тебе в жены свою дочь. Но если через пять дней палка не оживет, тебя убьют.
Юноша простился с любимой. Они оба знали, что сухая палка никогда не оживёт. Юноша стал поливать сухую палку. И, о чудо! На четвёртый день она дала росток! А на пятый день полностью покрылась листьями. Отец девушки был мудрым правителем и сдержал своё слово, молодые поженились. И всю свою жизнь, до самой смерти, они приходили к растению, выросшему из сухой палки, чтобы поблагодарить его.
– Это была ты? – восторженно воскликнула я.
Драцена качнулась в знак согласия.
– С тех стародавних времён считается, что я приношу счастье в любви. Для того, чтобы любовь была долгой и счастливой, нужно в полночь срезать часть моего ствола и посадить в землю. А в некоторых странах кусочки моего ствола принято дарить любимым.
– Глупость какая, – фыркнула Глупость.
– Очень красивая история, – задумчиво ответила я.
– Сколько же тебе лет?
– Мы, драцены, можем жить несколько столетий.
– Враньё! Столетий, да ещё несколько никто жить не может! – вдруг опомнилась Глупость.
– Только Глупость, – вздохнула я.
– А что? Верно! – обрадовалась Глупость.
– Вы знаете, ведь я ещё совсем молодая Дразена. Мне всего сто лет. Но я знаю свою родственницу, которая прожила уже четыреста.
– Ничего себе! – снова удивилась я.
Я никак не могла привыкнуть к тому, что вновь оказалась в тропическом лесу, самом сказочном месте, в котором мне удалось побывать. Я старалась внимательно слушать Драцену, но глаза так и ловили происходящее вокруг. Совсем рядом порхали бабочки ярких расцветок: алая, изумрудная, голубая. Они кружились в воздухе, и, казалось, что огромные цветы вдруг оторвались и танцуют над зелёной листвой. Яркая разноцветная птичка с длинным клювиком, размером меньше бабочки, зависла надо мной, обдав горячим воздухом, и быстро скрылась из глаз.
– Тебе нравится здесь, правда? – спросила Драцена.
– Нравится!
– Вечнозелёный тропический лес – мой дом, – с нежностью сказала Драцена. – Вечнозелёные леса – родина очень многих комнатных растений. Поэтому они, а вернее мы, круглый год носим зелёные одежды. У вас за окном снег, а у нас круглый год лето! И мы не меняем свой наряд. Но моя родня живёт не только в дождевых тропических и субтропических лесах. И в редколесьях, и в саваннах, и вблизи морских побережий, даже в горах!
– Там также красиво, как здесь?
– Да. Там незабываемо.
Почему-то уже давно никто не ехидничал. Я посмотрела по сторонам и тут же почувствовала, как под ногами шевелится ветка. Нет, Глупость никуда не девалась, она была рядом и что-то то ли отрывала, то ли топтала, отчего ветка Драцены сильно качалась.