Звёздный свет. Врата за пределы

Глава 1

Ждан – капитан «Тумана», корабля второго класса транспортного флота Земли, сидел и размышлял о текущих делах. Он свободно откинулся в командирском кресле, скрестив руки на груди и бесцеремонно положив ноги прямо на пульт. Стесняться ему было некого. На корабле сейчас была только его команда, которую он лично собирал несколько лет. Некоторых даже сманил за собой, когда два года назад выкупил «Туман» у транспортной компании. Тогда, конечно, он потерял половину экипажа. Но зато им быстро нашлась замена, сделавшая коллектив только лучше.

Больше половины членов его команды были не старше тридцати. Для Оксаны и Гая – пилота и навигатора, «Туман» вообще стал первым и пока что единственным местом работы. Бойкая Оксана заявилась на корабль сразу после лётной академии, приведя с собой собственного навигатора Гая, такого же вчерашнего выпускника и её школьного друга. Артур и Сати – инженер защиты и техник, были лишь немногим опытнее и на несколько лет старше этой парочки.

В противовес юной четвёрке выступал ведущий триумвират из самого капитана, корабельного целителя Ясона и инженера связи Таяны. Обоим давнишним приятелям было под пятьдесят. Хотя, никто не дал бы им и тридцати пяти. А Таяна, в свои тридцать семь, выглядела от силы на двадцать пять.

Впрочем, в эпоху Звёздного конгломерата средний срок жизни людей на Земле составляет сто тридцать лет. А многие доживают и до ста пятидесяти. И даже такое – не предел. Так что Ждан и Ясон пребывают на самом пике сил, и смогут поддерживать такую форму минимум лет до ста. О Таяне и вовсе говорить не приходилась. Она только-только вошла в пору расцвета своей женственности.

Капитан и целитель были почти одинаково высокими, под сто восемьдесят пять сантиметров. Спокойный, волевой и подтянутый Ждан порой подтрунивал над своим приятелем, который был слегка полноват. Но лёгкая полнота ничуть не уменьшала ловкости и стремительности целителя, начинавшего свою карьеру в центрах физической подготовки защитников и спасателей. Так что его внешняя расслабленность и неспешность была лишь игрой, а не следствием излишнего веса. Этот по-флотски коротко стриженый брюнет, на полосе препятствий мог порой оставить позади и куда более стройного капитана. А его округлое лицо с открытой приветливой улыбкой, прекрасно сочеталось с весьма целеустремлённым и порой несколько язвительным характером.

Ждан гордился своей командой, всеми до единого. «Туман» для них для всех стал чем-то вроде второго дома, который они редко покидали. Не потому что были перегружены работой. В свободном фрахте оно по-всякому бывает – то густо, то пусто. А потому что им всем здесь было уютно – в доме, свободно колесящем по Солнечной системе.

Вообще Ждан очень радовался, когда выкупил «Туман» в единоличное владение и вышел из-под контракта с транспортной компанией. Формальная заявка, и вот уже «Туман» в реестре свободного фрахта – сетевом документе, через который находят друг друга перевозчики и те, кому надо что-то куда-то перевести по Солнечной системе, Мирам Звёздного конгломерата или по Мирам свободного спектра.

Впрочем, Ждану пока что остаётся только мечтать о полётах за пределы Солнечной. «Туман», конечно, целиком и полностью подходит для любых рейсов. Да хоть в долгосрочную экспедицию его снаряжай. А вот Гай – их навигатор, увы, имеет только начальный третий ранг, что даёт ему право открывать короткие переходы лишь в пределах Солнечной системы. Даже захоти он вывести корабль за её границы, Гай не сумеет это провернуть. Их штатный навигатор просто не знает, как такое вообще делается.

Благодаря быстрым переходам любой полёт сокращается до нескольких часов. А без них даже перегон до Марса или Венеры будет очень и очень долгим. Маршевые двигатели транспортных космических кораблей выдавали предельную скорость всего в сто пятьдесят тысяч километров в час. Достаточно, если летаешь между Землёй и Луной, или, скажем, спутниками Юпитера. Но не более того. Для преодоления межпланетных или межзвёздных расстояний требовалась уже совсем другая технология. Она подразумевала участие обученных навигаторов, умеющих управлять ключами перехода.

Тайна ключей перехода целиком принадлежала элгранам. Они передавали людям лишь пользовательский уровень доступа и сами кристаллы с впечатанными в них ключами. Так что никто кроме них не мог свободно летать по Вселенной. Людям оставались лишь проложенные элгранами трассы. Впрочем, таких дорог было свыше миллиона.

Элграны являлись самой загадочной расой во всей Вселенной. О них почти ничего и никому было неизвестно. Перед одними цивилизациями они никогда не показывались, и даже запрещали полёты в эти Миры. Других вводили в открытый спектр, разрешая торговлю, туризм и иной обмен, но не передавая им технологию прямых переходов. Благо транспортников типа «Тумана» в Звёздном конгломерате было превеликое множество. Нанимай любой и пользуйся его услугами хоть разово, хоть на постоянной основе. Но иногда элграны останавливали своё внимание на каком-то Мире. Они селились в нём сами, активно поднимали его уровень и передавали людям ту самую технологию быстрых переходов. Так очередной Мир оказывался в малочисленной, но весьма слаженной и во всех смыслах развитой семье, которую и называли «Звёздным конгломератом».

Ждан смотрел в передний обзорный экран, показывавший сейчас картинку окололунного пространства. Взгляд его голубых глаз задумчиво блуждал по черноте космоса, расцвеченной миллионами ярких звёзд, то и дело задерживаясь на сравнительно небольшом шарике родной Земли. Сине-зелёная сфера в дымке мерцающих облаков красовалась почти посередине этой космической картины. Луна была на правом боковом экране, куда капитан не смотрел. За последние девять дней она ему порядком надоела. Хотелось уже куда-нибудь двинуться. Хоть куда-нибудь. Душа уже буквально ныла, зовя куда-то… Хоть в мрачноватые глубины, лежащие за орбитой Нептуна. Хотя они редко кому были нужны. И летали туда чаще всего по регулярным контрактам, а это привилегии транспортных компаний. Свободному фрахту такое перепадают редко. А жаль. По-своему там красиво и загадочно. Да и платят за такие полёты хорошо.

Несмотря на все нынешние сложности, Ждан ни на минуту не пожалел, что ушёл в свободный фрахт. Даже сейчас, при девяти днях полного простоя, он всё равно сохранял в себе радость и чувство свободы. Да, под крылом компании не надо думать о контрактах, поисках клиентов, переговорах и снабжении. Зато в свободном фрахте уже он сам решает, какой контракт взять, а кому отказать, куда лететь и чем комплектовать свой корабль. За последние пару лет он на нём не мало переделал. А уж Сати – их юный и застенчивый техник, столько раз всё разбирала и пересобирала, что, как подозревал капитан, вообще ничего не оставила от родной конфигурации двигателей, силовых установок и систем жизнеобеспечения. Девушка обожала перенастраивать всё по своему вкусу. Впрочем, корабль от того ничуть не страдал. Многие показатели даже заметно выросли. Так что он не возражал, позволяя технику делать в своей вотчине всё, что ей заблагорассудиться.

Вот ещё бы хоть какой-нибудь контракт, чтобы уже куда-нибудь сдвинуться…

Погружённый в свои мысли, Ждан всё чаще и чаще всматривался в далёкий свет крохотных звёздочек на чёрном бархате космоса. Душа отчего-то ныла, когда он смотрел на их сияние.

Словно чувствуя состояние капитана, команда не роптала. Все спокойно принимали вынужденный отпуск. Никто не жаловался даже на отсутствие каких-либо развлечений за пределами корабля. Луна была далеко не курортом. Здесь располагались только производственные и исследовательские комплексы.

Но как не крути, а Ждан не любил долго сидеть на одном месте. Наверное, поэтому и пошёл в космический флот. А сейчас девять дней полнейшего затишья в реестре открытого фрахта.

Нет, конечно же, там были контракты. Но мелкие, на сотню-другую кубометров или тонн. Такое берут разве что в нагрузку, если по пути. А гонять корабль с трюмом в тысячу шестьсот кубометров и грузоподъёмностью в десять тысяч тонн ради пары десятков ящиков посылок или одного проходческого комбайна… Да он в трюм десять таких комбайнов запихнёт и ещё этими самыми посылками сверху на всю Луну засыплет. За мелкие заказы браться – ну разве что себе в убыток чисто ради движения. Ждан уже почти был готов даже на это. Но Вселенная всё же смилостивилась.

– Капитан, у меня для тебя хорошие новости! У нас есть контракт! – торжественно отчеканила Таяна.

В глубоком и мягком голосе девушки слышались нотки радости и гордости. Являясь на корабле инженером связи и информации, она по совместительству была ещё и разносторонним помощником капитана. Таяна отвечала за поиск клиентов, первичное общение с ними, а также за снабжение всем необходимым, от еды и лекарств до запчастей. На переговорах, погрузках и разгрузках – эта высокая и стройная синеглазая блондинка с пышной копной коротких золотистых кудрей, всегда стояла за плечом капитана. Связист изрядно облегчала рутину, беря на себя огромный пласт мелких, но жизненно необходимых для корабля и экипажа дел. За это Ждан ей был бесконечно благодарен, потому что сам не любил заниматься подобными вещами.

Капитан слегка повернул своё кресло, стоявшее на небольшом возвышении почти посередине зала управления. Ноги так и остались лежать на пульте, но его правая бровь приподнялась, показывая, что он внимательно слушает своего помощника и связиста.

– Нужно доставить оборудование на Меркурий. Груз на полторы тысячи тонн, упакован в десять стандартных тридцатикубовых контейнеров. Загрузка трюма по полу, с учётом нормативов и креплений, почти половинная. Трюм, конечно, останется полупустым. Но я не стала добирать мелких заказов. Это ведь ещё время. Тем более что клиент за полёт на Меркурий платит довольно щедро. Мы по итогам даже в двадцатипроцентной прибыли.

Ждан подобрался, мигом убрав ноги с пульта, и выпрямился в своём кресле.

– Ты уже отправила контракт на подпись? – спросил он чисто ради формальности.

Обычно спокойный и мелодичный баритон капитана сейчас звучал взволнованно.

– Да, – кивнула Таяна, и чуточку застенчиво улыбнулась. – Все ведь так хотели куда-нибудь улететь, так что я не стала мешкать и сразу забронировала за нами этот заказ.

На её пульте тихо пискнул сигнал оповещения о входящем сообщении. Девушка пробежалась пальцами по клавиатуре, вчиталась в текст на экране. Через несколько секунд её полётное кресло целиком развернулось в сторону капитана. На этот раз Тая улыбалась уже открыто и лучезарно, от чего на щеках проступали ямочки. Это делало связиста ещё очаровательнее, подчёркивая высокие, чуточку выступающие скулы. Девушка жестом пригласила Ждана посмотреть на экран своего пульта.

Он скосил глаза на монитор. Там уже виднелся текст контракта, внизу которого переливалась всеми цветами радуги корабельная подпись. Вообще-то, эту подпись имел право ставить только капитан. Но Таяна уже много раз ставила её за главу корабля. Да он и не возражал, полностью доверяя своей помощнице. Ждан протянул руку к клавиатуре, крутанул курсор, быстро пробегая взглядом мелькающие строчки и находя отметку о времени приёма груза и сроках вылета. Прочитав условия, удовлетворённо хмыкнул. Щёлкнув клавишей корабельного селектора, он бодро скомандовал:

– Всем внимание! Трёхчасовая готовность к вылету! Через час нас ждут в пятом доке для приёмки груза. Далее летим на Меркурий, – выждав пару секунд, он добавил уже мягче и доверительнее: – Ребят, буду отдельно благодарен, если мы стартуем сразу после погрузки, скажем, часа через два.

– Полчаса до полной готовности всех систем, – тихо откликнулась Сати, появляясь за спиной капитана.

Девушка вытирала уже изрядно испачканной тряпкой свои руки, внимательно их изучая. Её голос звучал задумчиво, словно высокая и чуточку печальная флейта.

– Я как раз закончила переборку узлов погрузочных кранов, – продолжила она свой краткий отчёт. – Заполнять трюм можно хоть сейчас. К концу погрузки и все остальные системы будут переведены в активный режим.

Полётный комбинезон Сати был угольно-чёрным, как у всех техников. Тёмная ткань отлично скрывала другие следы от масла и пыли. Как подозревал Ждан, техники специально выбрали своим цветом именно чёрный, чтобы спрятать грязь. Но любой бы согласился, что этот комбинезон очень шёл к смуглой коже и волосам цвета воронова крыла, которые были уложены в короткое каре, едва прикрывавшее округлые уши. Плотная и приятная эластичная ткань обтягивала весьма высокую, почти ростом с капитана, худощавую гибкую фигуру юного техника, тоже добавляя ей элегантности.

Впрочем, основные цвета и покрой одежды той или иной школы всегда шли своим адептам. Отчего-то это правило работало безупречно. Таяне удивительно шёл её комбинезон связистов – светло-голубой, с серовато-стальным отливом. Ясон щеголял в полётной одежде целителей – бархатисто-зелёный, словно подсвеченный из глубины золотым сиянием. А как эффектно смотрелся сам капитан в стандартном флотском комбинезоне школы процессников – белой, с золотыми вставками на груди, с тёмно-синей отделкой воротника и манжет на рукавах и штанинах.

Сати в последний раз изучила свои тонкие руки, сочла их уже достаточно чистыми и посмотрела на обзорные экраны. Её большие, миндалевидные тёмно-карие глаза с детским любопытством уставились в бархатную черноту космоса, которая тоже удивительно гармонировала с немного наивным и мечтательным техником. Полюбовавшись несколько секунд на россыпи несчётных бриллиантов далёких звёзд, она развернулась и покинула зал управления. Как только Сати это сделала, из динамиков селектора послышались голоса навигатора, пилота и инженера защиты, в разнобой подтвердивших собственную готовность.

– Ну а я всегда на боевом посту, – завершил перекличку ироничный тенор Ясона.

– Доешь сперва, – ехидно бросил капитан что-то явно жующему целителю.

– Уж как-нибудь, мелкими укусами, тщательным жеванием да управлюсь за пару часов, – не остался в долгу приятель. – Но благодарю за заботу, капитан.

Ждан усмехнулся и откинулся в кресле, довольно потирая руки. Его лицо выражало полнейшую удовлетворённость жизнью. До того выглядевшие слегка растрёпанными, прямые тёмно-русые волосы казалось сами собой легли в гладкую короткую строгую причёску, подчёркивавшую подтянутый вид капитана. И обострившиеся за последние дни черты мужественного лица тоже разгладились, выпуская наружу хорошо знакомого и любимого всем экипажем волевого, решительного, но мягкого и внимательного человека.

Глава 2

Меньше чем через час «Туман» стоял в пятом доке лунного технологического комплекса, а в его трюм погрузчики завозили упакованный груз. Уже внутри распахнутого погрузочного отсека длинные металлические контейнеры подхватывали собственные краны корабля, крепившиеся к потолочным направляющим, и сервоприводы уносили груз в недра трюма. Там их уже ставили на расчётное место и фиксировали крепежами. Это приходилось делать уже вручную.

За ввод груза в трюм, расстановку по плану и крепежи отвечали Артур и Сати. В команде «Тумана» эта обязанность лежала на инженере защиты и технике. Рослый, крепкий шатен, облачённый в полётный комбинезон тёмно-оранжевого цвета своей школы, играючи управлялся с ювелирной установкой любого груза. А гибкая Сати длинной чёрной змейкой проскальзывала в узкие щели между контейнерами, выставляя крепления.

Впрочем, они здесь были не одни. Таяна тоже стояла рядом и следила за работой погрузочных кранов, установкой контейнеров на отведённые им места, а ещё за тем, чтобы очередной погрузчик не мешал отъезжать своему уже пустому предшественнику. Капитан в это время стоял возле корабля, вместе с представителем заказчика сверяя накладные и маркировку уходящего в трюм груза.

Спустя ещё минут пятьдесят все работы были завершены, шлюз закрыт, а экипаж поспешно разбегался по местам. Таяна прямо на ходу запрашивала диспетчерскую. И к тому времени, как корабль был готов к взлёту, а разрешение получено, таймер на корабельных часах показывал 01:51:38.

– Опережаем ваш особый график на восемь минут, – подмигнула капитану Оксана, усаживаясь в своё пилотское кресло.

– Ага, – чуть рассеяно присоединился к ней Гай, активируя навигаторский пульт.

Ждан замер на секунду, что-то лихорадочно соображая, затем встрепенулся, хлопнул себя по лбу и потянулся к корабельному селектору. Щёлкнув им, капитан произнёс мягким размеренным голосом:

– Всему экипажу особая благодарность. Ребят, огромное спасибо, и давайте навестим старину Меркурия. Давненько мы его не видели. Соскучился без нас, наверное, бока, то жарить, то охлаждать. Пусть теперь и нам порадуется.

Он заглянул в глаза каждого члена своего экипажа. Внимание опытного командира охватывало всех. И тех, кто был сейчас с ним в зале управления. И тех, кто занимал свои места в других отсеках корабля. Со вторыми поддерживался постоянный контакт через двусторонние видеокамеры. На мгновение капитан ловил ответные взгляды своих товарищей, выстраивая и расширяя общее корабельное поле, включая в него каждого, превращая команду в единый, гармоничный организм.

Бело-золотистая искра внутреннего огня, как называли её во всех земных магических школах, вспыхнула, сливаясь с белым светом энергии Вселенной. Восприятие Ждана знакомо расширилось. Сознание изменилось и обострилось. Его тело превратилось в одну сплошную приёмо-передающую систему, позволяя охватывать всю картину целиком. В этот момент он был капитаном не по названию, а на деле. Каждый, кто находился сейчас на «Тумане», стал частью его самого. И губы капитана сами собой раздвинулись в ещё более широкой улыбке, когда в ответ от команды пришла волна встречной благодарности, поддержки и готовности к действию.

– Тай, подай запрос на открытие шлюза.

В его голосе больше не было ни малейшей поспешности. Только сила, уверенность и какая-то подхватывающая упругая мягкость. Капитан взошёл на мостик своего корабля…

– Сделано. Створки открыты. Фиксаторы сняты, – отозвалась связист.

– Взлёт. Курс на точку перехода к Меркурию, – отдал он последнюю команду перед тем, как мягкое ускорение вжало его в кресло.

Через пятнадцать минут «Туман» уже подходил к точке перехода. У Луны она находилась на расстоянии тридцати пяти тысяч километров – десяти её диаметров. Впрочем, даже будь Земной спутник поменьше, это ничего бы не изменило. Минимальное расстояние точек перехода от объекта – тридцать тысяч. Вот от Земли уже пришлось бы лететь аж почти сто тридцать тысяч километров.

– Десять минут до входа в коридор, – тихо произнесла Оксана.

Её обычно звонкий и чистый голос звучал сейчас хрипловато. Тело расслаблено растеклось по слишком большому для невысокой девушки пилотскому креслу. Со стороны могло показаться, что она заторможена. Но это было совсем не так. Скорость её реакций сейчас была в разы выше повседневного. Расширенное восприятие обостряло все чувства до предела. Пилот ощущала корабль всем телом. Да он и стал продолжением её тела – таким же понятным, послушным и родным. Полёт будоражил каждое нервное окончание сладковато-щекочущим чувством стремительного движения. Пилотский транс приносил Оксане настоящее физическое наслаждение, но сознание оставалось ясным и чётким. Серо-голубые глаза отмечали каждую мелочь на индикаторах и экранах. Магическое восприятие приумножало и расширяло эти потоки информации. Пламенно-рыжие волосы в задорном беспорядке струились почти до плеч. Частые мелкие завитки казались сейчас ещё ярче, вспыхивая в отблесках приборных огней. Мальчишеская фигура вечно задорной низкорослой девчонки была облачена в тёмно-голубой, с золотыми искрами и росчерками, полётный комбинезон пилотской школы.

В экипажах кораблей космического флота не было простых людей – только маги той или иной специализации. Да и на Земле почти везде было так. В настоящее время во всей Солнечной системе не магами было от силы десять процентов населения. И те не причислялись к магам исключительно из-за низких и неопределённых способностей. А в экипаже «Тумана» были сплошь талантливые представители своих школ. Далеко не всем им ещё хватало опыта. Но это дело наживное. Потенциал у каждого был высоким.

– Три минуты до входа в коридор. К передаче готова, – произнесла Оксана, ожидая, когда навигатор переключит управление на себя.

– Всем готовность к переходу, – озвучил общую команду Ждан.

В зале управления «Тумана» плавно приглушился свет. Просторное вытянутое помещение погрузилось в полумрак. От этого персональные пульты и обзорные экраны стали казаться ярче, бросая по сторонам контрастные блики.

– Начинаю настройку, – откликнулся навигатор.

Его голос звучал отстранённо и глуховато, как и всегда, когда Гай был предельно на чём-то сосредоточен. Впрочем, в остальное время молодой человек тоже не отличался особой эмоциональностью. Его юношеский тенор походил на чёткий, но мягкий и осторожный голос человека, любящего тишину и спокойствие. Гай протянул в сторону руку. Узкая ладонь с тонкими пальцами пианиста легла на небольшой кристалл, лежащий в специальной выемке на навигаторском пульте. Техника никак на это не отреагировала. Но это ни о чём не говорило, потому что так называемый ключ перехода имел не техническую, а магическую природу. Он не хранил в себе ничего, кроме чистого ощущения, образа той точки, куда вскоре должен прибыть корабль. Именно этот образ сейчас и считывал навигатор «Тумана», соединяя его с образом покидаемой Луны. Такую операцию мог проделать только живой человек – обученный маг.

Молодой навигатор прикрыл глаза, окунаясь в водоворот ощущений. Восприятие привычно расширилось, словно стремясь охватить всю Вселенную. Знакомое с детства ощущение магического транса заполнило его душу и тело непередаваемым, поистине космическим покоем и блаженством. Сознание настраивалось на нужный лад, подходящий для выполнения любимой работы. В бело-золотистом сиянии, порождённом расширением его внутреннего огня, вспыхнули синие и голубые переливы. Гай привычно нашёл в этой картине ощущение кристалла и впечатанный в него образ. Он позволил этому образу войти в себя и принял его наполнение.

Навигатор свободной рукой вслепую пробежался по клавишам, вводя ряд хорошо знакомых команд. Приборы, подсвечивавшие его лицо с тонкими чертами и чуть островатыми скулами, потускнели, сменив цвет индикаторов с голубого на более тёмный, бархатисто-синий. Их цвет стал таким же, как цвет его полётного комбинезона.

К Меркурию Гай летал всего пару раз. По этой причине он смутно помнил образ этого места. Иначе бы ему не понадобился кристалл из навигаторского каталога. Он справился бы и без него, по памяти проведя корабль в нужную точку. Но Меркурий был одним из тех скучных мест, куда летали редко. На ближайшей к Солнцу планете были лишь исследовательские комплексы. А их обслуживали в основном транспортные компании. Да и возить там было особо нечего.

Образ места назначения послушно развернулся в сознании навигатора.

Почти ничем не прерываемая тишина. Перекаты чего-то плотного, отдалённо напоминающего крупный и тяжёлый песок. Момент, застывший между жизнью и смертью, между холодом и жаром, в бесконечном контрасте. Медленные, завораживающие и по-своему красивые переливы оранжевого и жёлтого, от светлых до очень тёмных тонов.

Образ Меркурия создавал сильный контраст с образом Земли. Гай вспомнил такой знакомый до мельчайших деталей набор ощущений родной планеты.

Яркая, переливчатая радуга. Ясный перезвон чего-то мелодичного и чарующего: то ли капели, то ли серебряных колокольчиков, то ли звонких родников. Запах напоённых соками трав нагретого летнего луга. Ощущение почти материнских рук, дающих ненавязчивую, но бережную поддержку. Зов куда-то ввысь, наполнявший душу желанием творить, двигаться, познавать, расти.

Навигатор опомнился и даже тряхнул головой, от чего одна непослушная бронзовая прядка кудрявых волос выбилась из нетипичного для флота хвоста. Гай машинально убрал выбившийся крупный локон за ухо свободной рукой. Восстановил ровное сияние своего внутреннего огня. Быстро сбросив образ Земли, он вспомнил образ Луны. Всё-таки точкой входа является именно спутник, а не материнская планета. И таких ошибок навигатору допускать нельзя. Это может слишком плохо кончиться. Корабль рискует вообще погибнуть, провалившись в бездну между Мирами, откуда возврата нет.

Луна уже была гораздо ближе по ощущениям к Меркурию. Только холоднее.

Скользящие тени. Бесконечная тишина и безмолвие. Ощущение прохлады, холодной ноты, не похожей на лёд, скорее как дыхание космоса, спрессованное в плотный монолит голубовато-сероватого лунного камня, который ещё вдобавок насытили никому неподвластным светом далёких звёзд.