Чужое небо. Том 4. Смоленский рубеж

— Они идут, — доложил ИБИ. — Дистанция пятьсот метров.

Алексей увидел их. Тёмные силуэты танков, медленно ползущих по дороге. За ними — пехота, серые тени в тумане. Они двигались осторожно, ожидая сопротивления. Но сопротивления не было.

— Они входят на позиции, — доложил ИБИ.

Алексей видел, как немцы занимают окопы. Как они проверяют манекенов. Как понимают, что их обманули. Но было поздно.

— Огонь! — крикнул он.

Ударил пулемёт Громова. С фланга — Петренко с группой. С другой стороны — Синицын из миномёта. Немцы попали в огневой мешок.

Бой был коротким. Немцы не ожидали такого. Они думали, что русские сидят в окопах. Они ошиблись.

Когда последний выстрел стих, Алексей подошёл к полю боя. Танки горели. Пехота лежала вперемешку с телами. Те, кто выжил, бежали в лес.

— Потери, — доложил ИБИ. — С нашей стороны — двое убитых, пятеро раненых. С их стороны — восемь танков, около ста человек.

Алексей кивнул. Хорошо. Но это была только разведка. Основная атака придёт завтра.

Он повернулся к своим людям. Они стояли, глядя на него. Усталые, грязные, но живые.

— Хорошая работа, бойцы, — сказал он. — Но это только начало. Завтра будет хуже.

— Мы готовы, командир, — сказал Громов.

Алексей посмотрел на него. На его лицо в копоти, на перевязанную руку, на глаза, в которых уже не было страха. Только усталость. И решимость.

— Я знаю, — сказал Алексей. — Поэтому я с вами.

Он повернулся и пошёл к штабу. К карте. К плану следующего боя.

И на внутренней стороне век, вместо темноты, снова вспыхнуло воспоминание. Мостик «Варяга». Адмирал Сеченов: «Держитесь, Ким. Мы придём за вами».

— Придите быстрее, — прошептал Алексей. — Пожалуйста.

Но ответа не было. Только тишина. И звёзды, холодные и далёкие.