- -
- 100%
- +
Вдали виднелась деревня. Она казалась игрушечной. Маленькие домики утопали в молодой зелени плодовых деревьев с набирающими силами цветочными бутонами. Старые крыши были покрыты матовой бурой черепицей. Кое-где над крышами едва колыхались струйки белого дыма.
Все казалось смутно знакомым, словно Леля уже бывала тут когда-то.
– Не знаю. Но это место мне знакомо, хоть я здесь и не бывала ни разу.
Девушка прислушалась к своим ощущениям. Все, что раньше вызывало в ней негодование и злость теперь казалось незначительным. Люди с их просьбами? Что поделаешь, если магией они не владеют, вот и приходится просить ведьму. Обещание, данное наставницей? Да, несправедливо. Но каждому событию свое время и свои герои. Она, как не вошедшая в полную силу ведьма, еще не способна видеть дороги судеб.
- Ого, - присвистнул гриб, выскочивший на порог. – Куда эт нас занесло?
- Тише ты, - шикнул Велимир и кивнул головой в сторону Лели. – Кажется, там живут. У них и спросим.
Он указал на черепичные крыши домов.
Ведьма рассеянно посмотрела на мухомороподобного помощника и вернулась в дом. Чара с метелочкой как могли приводили комнаты в порядок.
«Странно. Магия молчит, а они даже не замечают этого», - промелькнуло у нее в голове, а вслух добавила:
- Уборку мы отложим. Надо понять, где мы что тут происходит.
Девушка направилась в спальню. Мысли раз за разом возвращались к наставнице. Что бы сделал она, окажись в такой ситуации? Как бы стала выполнять обещание? Руки двигались сами по себе. Из огромного сундука они выудила льняной сарафан с широкими рукавами. Красная обережная вышивка толстой дорожкой шла вокруг горловины, по рукавам и впереди от горловины до пола. К сарафану прилагался тонкий плетеный бело-красны пояс. На самом дне лежали алые туфли.
Переодевшись, Леля рассеянно осмотрела подол. Не положено ей, не прошедшей обряд инициации, так наряжаться. Но именно так бы и поступила наставница. Прежде всего она - ведьма. И раз уж внутренне чутье велит одеть обрядовое платье, то так тому и быть.
Она подхватила торбу, перекочевавшую от двери к полке с книгами, и накинула ее на плечо. В сумке уже успел расположиться гриб. Метелка поскакала следом. Чароита, по обыкновению, скрыла ведьмин дом в особом пространстве и превратилась в маленький пушистый комок.
Велимир, успевший осмотреться, удивленно приподнял брови. В этом наряде девушка казалась хрупким деревцем. Так и не скажешь, что в гневе она может вспомнить о заклинаниях, способных превратить землю в выжженную пустыню. Он мотнул головой, отгоняя мысли об их первой встрече. А ведь тогда на какой-то миг ему подумалось, что тьма давно полностью завладела ее сердцем.
Оборотень вздохнул и поспешил за ведьмой, которая успела спуститься с пригорка.
Между полем и благоухающим лугом бежала едва заметная тропка. Она была извилистая, местами скрытая от глаз прошлогодней травой.
Девушка шла вперед и полной грудью вдыхала пьянящий аромат морозников. Несмотря на название, в Северных землях это цветок не растет. Даже посеянные в палисадниках семена не приживаются. А тут все усыпано чашевидными перистыми цветами.
Чем дальше она шла по дорожке, тем больше ее душа ощущала гармонию природы. Желание раствориться с этим чудным местом захватывало все больше. Пусть люди сами решают свои проблемы. Они все равно не чувствуют магию. Да, исчезнут некоторые животные и цветы, но людями-то от этого хуже не станет.
Вот сейчас она расспросит жителей и объявит о своем решении остальным. Почему-то пришла уверенность, что против они не будут. Даже Велимир поддержит. Он крепкий – устроиться помощником в кузню. Будет уважаемым человеком в деревеньке. Легкая улыбка коснулась ее губ.
Ведьма шла вперед в приподнятом настроении и вертела головой по сторонам. В Северных землях что летом, что зимой сугробы выше колена. А тут словно весна подходит к концу. Неужели в южных землях, о которых она прежде только читала, настолько же красиво? Леля перевела взгляд на распаханное поле.
Там кто-то копошился в земле.
- Добрый день! – крикнула Леля. – Вы не подскажете, куда мы попали?
Жительница разогнулась и медленно обернулась. На ее лице читались удивление и недоумение.
Молодая ведьма замерла. Перед ней стояла та, кого она успела проводить в последнюю дорогу и оплакать. Глаза жадно скользили по смуглому лицу, глубоким морщинам и въедливым голубым глазам.
- Наставница Ведамира.
Ноги сами понесли ведьму по черной смоляной земле. Сон? Может быть. А если нет? Сердце бешено стучало. Слезы застилали глаза. Она так скучала! По теплым узловатым рукам, по запаху лаванды, по едва уловимой улыбке одними уголками глаз.
Столько хотелось рассказать, столько расспросить.
Руки наставницы нежно легли на плечи ученицы.
- Родная, ты рано. Что произошло?
- Бабушка, - Леля лицом в ладонь женщины и вдохнула почти забытый запах. – Ты жива.
- Нет, конечно. Здесь нет живых.
Молодая ведьма замерла. Внутри все рухнуло вниз. Что-то липкое встало в горле комом, мешая дышать. Здесь нет живых. Выходит выходит она умерла?
- Нет живых?
- Это Послемирье, родная. Земля, в которую уходят все наделенные магическим даром после смерти. Меня вот призвали Пресветлые чуть раньше времени. Не возьму в толк, как ты тут оказалась?
Леля сжала ладони в кулаки, боль предательства сжала сердце. Она закрыла глаза и, едва сдерживаясь от перехода на крик, рассказала о появлении на пороге дома оборотней. Наставница молча слушала, кивала, хмурилась.
- Вот уж не думала, что все завернется в такой интересный узел, - Ведамира печально улыбнулась, а затем перевела взгляд на Велимира. – Смотри-как как изменился, возмужал. Был диким волчонком с жаждой крови в глазах. Неужто нашел то, что хочешь защитить?
Парень стыдливо отвел глаза в сторону. Старуха видит его насквозь. Он никогда не был образцовым сыном шамана. Общению с духами всегда предпочитал охоту. Наставления духовного отца пропускал мимо ушей. Несмотря на это, старый шаман его никогда не ругал, а духи любили и слушались.
Великая ведьма хитро улыбнулась и зачем-то посмотрела в небо.
— Значит, время пришло. Много не могу поведать, не положено мне. Только знай, что ты жива. В Послемирье давно нет магии. И то, что ты ее не утратила – тому доказательство.
Наставница медленно нарисовала рукой в воздухе несколько рун, словно хотела использовать простенькое заклинание.
– Я надеялась, что у тебя будет время войти в полную силу. Выходит, печать скоро развеется.
- Бабушка, ты о чем? – Леля вопросительно посмотрело в небесно-голубе глаза.
- Магия. Ее забрали. У земли, у всех, кто тут живет. Вот уж не думала, что и до мира Яви доберутся.
- Кто? Зачем?
Но вопросы остались без ответа. Старая ведьма крепко прижала к себе ученицу. Еще когда Лелю привели к ней маленькой девочкой она видела ее судьбу. Что ж. Раз не вышло ничего изменить, ей придется исполнить предначертанное.
Глава 14. Сокрытая тьма
Горислав
День клонился к закату, а серая полоса на горизонте не приблизилась ни на вершок.
Огнёвушка успел задремать и свалиться с плеча прямо в ладонь Горислава. Парень улыбнулся и осторожно переложил малыша в сумку. Пусть спит, дорога не близкая. Ещё успеет насмотреться на навьи красоты.
С наступлением сумерек лес наполнился протяженным уханьем, похожим на плач воем и причитанием шепелявых басовитых голосов. Они словно преследовали гостя из Яви, смолкая всякий раз, как он оборачивался и останавливался.
Горислав хмыкнул. Он столько дней провел в Чернокнижнице один на один с проклятыми книгами и заключенными в них навьими духами, что такими мелкими фокусами его точно не напугать. Да, он не может использовать сильные заклинания, однако против пугливых лесных тварей хватит и простеньких искр. Вона как от тлеющей головешки морды воротят.
Охотники нашлись, – парень хмыкнул и пристально посмотрел на раскачивающиеся кусты. – Добыча. Не вы меня съедите, а я вас.
Живот отозвался громким требовательным урчанием. Путник сглотнул слюну и представил большого жирного кабана на вертеле. Прежде таких деликатесов ему пробовать не доводилось. Воображение рисовали блестящую от жира золотистую корочку, под которой томилось нежное розоватое мясо с белыми прожилками сала.
Не в силах совладать со своим желанием, Горислав вытащил из сапога короткий нож и , выставив его впереди себя, принялся красться в сторону кустов.
Существо в листве настороженно замерло, сверкнуло большими красными глазищами и с громким, почти человеческим криком, пустилось наутек.
– Стой! Куда! Дай хоть укусить! Шерсть, шерсть оставь!
Парень ломанулся следом, не обращая внимания на хлесткие ветки.
Запахи ночного леса только разжигали аппетит. От земли поднимался насыщенный орехово-грибной аромат. Роса под ногами в свете восходящей луны блестела подобно капелькам родниковой воды на яблоках. Горислав облизнул губы, представляя, как вонзается в красный крахмальный бок зубами. Вяжущий, кисло-сладкий вкус растекся по щекам и язык.
Он причмокнул губами от удовольствия и даже облизал кончики пальцев. Надо было нарвать больше яблок в дорогу. Не сытно, зато услада для души в непривычном навьем мире.
Впереди что-то булькнуло. Потянуло свежими щами. В памяти всплыла чуть хрустящая на зубах капуста и целый рассыпчатый клубень картофелины. Жажда сжала горло шершавыми тисками. Не в силах больше противиться, парень в три шага оказался около широкой бочки, до краев наполненной ароматным бульоном.
Рядом сидела большая черная птица с яркими желтыми перепончатыми лапами.
– А-а-а-а-а, потом тебя зажарю, – погрозил ей пальцем Горислав и опустил голову в пьянящую жидкость.
В глазах потемнело, дыхание перехватило. Порывистый ветер дул в лицо. Казалось, он падает с большой высоты. Горислав набрал побольше воздуха в легкие и затаил дыхание.
Удар. Воздух громким криком вырвался изо-рта. Голос. Тонкий, девичий. Нет. Детский. И смех. Чужой, надменный.
– Куда полез вперед всех за благословением Пресветлых? Или тебя мамка не научила уважать тех, кто прежде людей на этих землях жили?
Горислав открыл глаза. Над ним нависла массивная фигура рослого подростка-волколака. Лицо исказилось в презрительным оскале. Казалось, еще чуть-чуть и он обернется, чтобы разорвать противника.
Парень прекрасно помнил тот день. Обряд подпоясывания – время, когда достигших семилетнего возраста и отмеченных Пресветлыми детей принимали в ученики при Храме Световида. Обряд проводили и в обычных деревнях для тех, кто родился без дара, но при храмах он был особенно торжественен.
Мальчиков одевали в беленые льняные одежды, расшитые красными обережными узорами по кромке штанин, манжетам и горловине. Босых их выводили к большему обрядовому костру и со словами благословения вокруг талии два раза оборачивали бело-красный плетеный пояс. Мальчик благодарил Богов и передавал наставнику незатейливый дар, сделанный своими руками: лапти, деревянную фигурку, очелье.
Их обряд еще не начался. Мальчики с любопытством наблюдали, как приглашенные из других храмов жрицы перед костром заплетают юным ученицам две косы, вплетая нежные голубые ленты в длинные волосы.
Горислав проскочил между ног ровесников, чтобы хоть одним глазком взглянуть на обряд.
– Куда вперед лезешь, мерзкий человек.
Тяжелая рука легла на плечо и рванула на себя. Мальчик ударился спиной о вековой дерево и громко вскрикнул.
– Куда полез вперед всех за благословением Пресветлых?
– Ты сам-то чем лучше? Сильный, а слабых бьешь?
– Рот прикрой человек, а то
– Что? ударишь?
И волколак ударил. Острая боль обожгла левый глаз. Следующий удар пришелся под дых, выбивая остатки воздуха и мешая дышать. Но Горислав не был бы собой, если бы не встал на ноги и не ответил. Его удар не оставил даже маленького синяка на лице оппонента.
Что было дальше, мальчик помнил плохо. Боль, удары, пинки и оскорбления слились в один нескончаемый поток. Его тело не чувствовало боли. Он словно смотрел на себя со стороны и ничего не мог поделать.
Он злился. На себя. На свое бессилие. Его магический дар был ограничен древними печатями с самого рождения. А физическое тело уступало ровесникам, рожденным от древних магических рас.
В сердце души кипел гнев. Он со всей силы сжал зубы и кулаки. Терпеть, надо терпеть. Пусть унижают. Через несколько лет он заткнет каждого из них за пояс.
– Вы что творите! Перестаньте, я сейчас наставников позову!
Знакомый мелодичный голос ворвался в его мысли свежим весенним ветерком. Девчушка, ростом всего по пояс волколаку, яростно распихивала кулаками окруживших Горислава ребят. Прорвав круг, девочка встала к нему спиной, широко раскинула руки и гордо приподняла подбородок.
– Еще раз троните и морок на вас наведу. Посмотрим, кто смеяться будет.
Волколак хмыкнул и, махнув остальным рукой, направился к костру.
– Ты как?
Она присела на корточки и обеспокоенно принялась разглядывать мальчика своими большими карими глазами.
Горислав буркнул что-то вроде Спасибо, нормально и отвернулся. На глазах выступили слезы. Стыдно, как же стыдно! Мало того, что слабее девчонки оказался, так еще и заплакал у нее на глазах. Он прикрыл руками лицо.
Как же тяжело дышать. Нельзя ни всхлипнуть, ни вскрикнуть. Он сделал глубокий вдох, но вместо воздуха легкие наполнились ледяной водой. Парень схватился за горло и принялся лихорадочно откашливаться.
Огнёвушка испуганно бегал вокруг, что-то лепетал на своем языке и размахивал лапками. Он то и дело взволнованно заглядывал в лицо гостю из Яви.
– Все хорошо, малыш. Я в порядке.
Горислав сел. Он отдышался и посмотрел на старый полуразрушенный колодец.
– Ты так просто не отпустишь, да? Все оставшееся мне время через другие колодцы манить будешь, пока не помру да мхом не обрасту?
Он усмехнулся и полез в сумку.
Огнёвушка успел успокоиться. Он вскарабкался на плечо человеку и внимательно наблюдал.
Парень достал из сумки яблоневую веточку и повертел ее в руках. Сегодня он увидел первую свою встречу с Зоряной. Смелая, красивая, добрая. Она ушла с ведьмой, чтобы не стать невестой другому. Похоже, это он придал ее, покинув Храм первым.
– Прости меня, милая.
Дрожащая рука бережно положила веточку рядом с колодцем. Он откупается от духа. Откупается дорогими воспоминаниями, в надежде вернуться в Явь и снова встретиться с той, что стала центром его мира.
Горислав вытянулся на мягкой траве. Он положил руки под голову и принялся рассматривать звездное небо. В прохладном ночном воздухе приятно пахло свежей смолой.
Странное дело, Навь – другой мир, а звезды здесь точно такие же, словно оба мира существуют один в другом, но не пересекаются. Интересно, а в Послемирье Прави какое небо? Или оно само является небом для остальных миров?
Парень усмехнулся. Наставник Братислав за такие мысли давно бы наградил ученика хорошим подзатыльником и отправил бы перечитывать Покон Рода Прави. Вот он вернется и непременно перечитает. А еще расскажет всем, что Навь так похожа Явь.
За такими мыслями он не заметил, как уснул, а когда проснулся, то солнце висело высоко в небе. Горислав широко зевнул и огляделся: его окружали высокие вековые деревья. Странно, вчера он думал, что колодец расположился на укромной полянке. И что только не привидится впотьмах
Огнёвушка свернувшись калачиком спал на сумке. Вот достался же ему такой непутевый спутник: законов Нави не знает, но везде лезет. Как бы печка не ошиблась, доверив такого малыша человеку.
Стараясь не разбудить маленького спутника, парень взял сумку в руки и направился в сторону, где должна была быть тропинка. Он точно помнил, что в нескольких шагах от колодца росли кусты. Но кустов не было. Как не было и намека на дорогу.
Не мог же он за одну ночь переместиться к другому колодцу в другой лес?
Позади раздался тоненький смешок, и нога Горислава по колено провалилась в яму. Сумка выпала из рук и ее содержимое вывалилось на землю. Огнёвушка кубарем покатился по земле и с недоумением уставился на человека.
Странный смешок повторился. На этот раз с нескольких сторон сразу. Маленький спутник пропищал что-то невнятное, кому-то пригрозил кулаком и принялся собирать вещи.
Парень с трудом вытянул ногу из земляной ловушки.
– Ты знаешь их?
Огнёвушка только презрительно фыркнул и плюхнулся около сумки с недовольным видом. Похоже, он с этими шутниками не дружит. Нужно быть осторожным.
Парень ласково потрепал духа по голове, попутно закидывая обратно в сумку вещи. Лента, немного лечебных трав, сухие лепешки, карта, несколько свитков и описанием Истока, гамаюново перо Перо. Гамаюново. Отголосок прошлого, к которому не вернуться.
Горислав покрутил точеное перышко в руках. Теплое, как и прежде. В лучах навьего солнца переливается златом-серебром пуще прежнего. Сейчас, поди, наставник с ног сбился, ищет волшебную вещицу, Великой Птицей дарованную. А оно осталось в руках нерадивого ученика.
Парень усмехнулся и вернул столь ценную вещь положил. Не ровен час, в недобрые руки попадет – бед не оберутся.
Он еще раз осмотрел землю под ногами. Помниться, странный незнакомец в храмовой библиотеке отдал ему три вещи, которые связывали его с Зоряной. Лента в сумке, яблоневой веточкой он откупился от колодезника, ключик должен быть где-то здесь.
Горислав принялся шарить руками по земле. Трава, камешки, противные липкие гусеницы. Ключ пропал.
Странный смешок раздался почти над самым ухом и эхом разлетелся по лесу. Гость из Яви вскочил на ноги и не поверил своим глазам: деревья сменились низкорослыми кустами. От их иссиня-фиолетовых листьев шел тошнотворный запах протухшей рыбы.
Парень подхватил Огнёвушку на руки и что есть силы кинулся прочь. Но сколько бы он не убегал, странные кусты стояли на месте. Перед глазами ужами проползали тропинки. Неизвестные ему существа квакали, ухали и утробно смеялись.
– Бывай, свидимся еще, коли правильно все уразумел, – вспомнились слова печки.
Не уразумел, выходит. Сам сгинет и душу невинную погубит.
Он остановился. Воздуха не хватало, голова кружилась. Горислав уперся левой рукой в колено и чуть наклонился вперед, стараясь отдышаться как можно быстрей. Печной дух обеспокоенно зашевелился и принялся указывать лапками вперед.
Там, на странных кустах, вместо цветов распустились грибы. Их разноцветные крапчатые шляпки покачивались, издавай насыщенный орехово-грибной аромат. Запах был похож на вчерашний. Так может это они морок и навели?
Парень прижал к груди Огнёвушку.
– Не бойся малыш, мы выберемся.
– Люди такие наивные. Такие смешные. Такие вкусные.
Горислав обернулся и обомлел от страха. К ним приближался гриб ростом с человека. Под его зеленой шляпкой в ярко-розовую крапинку хищно блестели красные глаза.
–Ты Это ты вчера заманил меня сюда!
– Ошибаешься. Ты сам решил свернуть с тропки заговоренной. Люди всегда в своих ошибках других винят.
– Морок! Твой морок меня с пути увел.
Гриб глухо расхохотался и почесал белесыми лапами ножку.
– Люди так легко поддаются эмоциям. Особенно, когда тьма в них говорить начинает. Ты кричи, кричи. Чем больше тьмы в свое сердце впустишь, тем проще нам тебя съесть будет.
Огнёвушка вырвался из рук Горислава и встал перед грибом. Навья тварь обошла вокруг духа, обвила своими похожими на щупальца руками и подняла на уровень глаз.
– Не старайся, уголек. Что Небесной Пряхой в нить жизни вплетено, от того не уйти.
Маленький дух полыхнул огнем, заставив гриб откинуть его в сторону. Он подбежал к человеку и принялся со всей силы тянуть за штанину, показывая дорогу. Но человек стоял. В его глазах мелькало нечто едва уловимое. Нечто, что Огнёвушка пока не смог разглядеть.
– Скажи, ты ключ мой забрал?
Гриб хищно улыбнулся.
– Может и я. Что с того? Я, может, на память о каждом своем госте безделушку прошу.
– Вернешь?
– Ишь что удумал! А если это ключик от Врат Нави? Вот открою я их и народ свой в Явь уведу. Поселимся в самом дальнем лесу, будем мирно жить. Здесь-то все нас обидеть норовят. Ловят деток моих, чтоб на костре зажарить.
Горислав пристально посмотрел на чудище. И здесь жизнь не для всех карамельным петушком бывает. Все как в Яви: сильные едят слабых. Слабые едят слабейших или обманом путников заманивают. В груди парня зашевелилось нечто ранее неведомое. Липкое, противное, холодное, темное. Оно расползалось по всему телу, шептало страшные вещи. Обволакивало сердце мягким коконом.
Огнёвушка бегал вокруг ног человека. Он то дергал его за штанину, то пихал сапог, то яростно пищал, размахивая тоненькими ручками. Но все было бесполезно: гость его не замечал.
Гриб с легкой усмешкой наблюдал за Гориславом. Было в этом двуногом что-то до боли знакомое. И сейчас оно рвалось наружу.
– Нравишься ты мне, человек. Тьма в тебе есть. Древняя. Но просто так ключ не отдам.
– Проси что хочешь. Если в моих силах – выполню.
– Помоги нам в Явь перебраться, а? Сам понимаешь, как изгоем быть. Как только обещание выполнишь – тут же ключ верну.
Парень кивнул и протянул руку, чтобы скрепить обещание рукопожатием. Гриб на жест ответил. Он благодарно кивнул шляпкой и закопался в землю как крот.
Лес подернулся рябью. Кусты позеленели. Горислав стоял на тропинке, с которой вчера бросился к колодцу и смотрел на недовольного Огнёвушку.
– Иди прямо и никуда не сворачивай. Как упрешься в старый дуб, обернись вокруг себя три раза да ударь по стволу. Тут и дорога к Истоку откроется, – пролетел над ухом хриплый голос гриба.
Маленький дух с обиженным видом взобрался на плечо.
– Не дуйся, малыш. Что плохого в помощи слабым?
Огнёвушка не ответил. Не выполню я твой наказ, маменька. Ох, не выполню.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.