Суккубьи заморочки

1.

День на день не приходится – с подтверждением этой банальной истины я в который раз столкнулась сегодня. Не успела я толком проснуться, как меня стало мучить предчувствие, что скоро всенепременно произойдёт какая-нибудь гадость. А ведь вчера у меня был просто-таки бесподобный день, и засыпала я с мыслью, что сегодня всё тоже должно быть безоблачно. Да и что могло случиться? На работе мне выдали отпускные, размер которых превзошёл мои самые смелые ожидания, на личном фронте тоже наметилась некоторая стабильность, любимая газета, в которой я работаю спецкором, вышла на первые строчки рейтингов, и незавершённых дел у меня не было. И всё же, открыв глаза, я сразу ощутила смутную тревогу. Пока я лежала с закрытыми глазами, прислушиваясь к своим ощущениям, весёлый солнечный лучик, прорвавшись-таки из-за плотно занавешенных парчовых портьер, пробежал по постели и уютно устроился на кончике моего носа, заставив звонко чихнуть. Что ж, пожалуй, пора вставать, подумала я – после такого погрузиться обратно в сон не было никакой возможности. Я с неохотой покинула свое уютное, прохладное, шелковистое постельное гнёздышко, подошла к окну и впустила в спальню солнце. За стеклом был душный и паркий августовский полдень, редкие прохожие двигались как сонные мухи, стараясь держаться поближе к стенам домов, словно эта иллюзорная тень могла дать им сколько-нибудь прохлады. Я прикрыла лицо ладонью – солнце немного обжигало мою белую светочувствительную кожу. Если бы не кондиционер, мне пришлось бы несладко, особенно с учётом того, что окна спальни выходят на южную, самую солнечную сторону.

Я включила компьютер, щёлкнула по носу любимого плюшевого медведя и отправилась в ванную – вторую по значимости комнату в квартире. Поскольку путь сюда был заказан любому, я могла не скрывать свои пристрастия – розовый мрамор и зеркала в полный рост, отражавшие всё тот же, привычный за много веков образ зеленоглазой рыжеволосой девушки с аккуратным носиком и пухлыми губами. По внешности сложно сказать, сколько мне лет – впечатление может варьироваться в зависимости от настроения, но точно не старше двадцати пяти. В целом я была очень довольна собой. Единственное, что меня смущало в собственной внешности, так это чрезвычайно, на мой взгляд, высокий рост, и, хотя в текущем веке он считался вполне себе средним, раньше я привлекала излишнее внимание даже если скрывала лицо под вуалью. Что ж, пора в кухню, варить кофе. Этот ежедневный ритуал не нарушался мною никогда – полюбоваться собой у зеркала, потом комп, кофеварка, душ, и только после этого всё остальное – телефон, макияж, гардероб, новости… Но сегодня пришлось внести коррективы – звонок мобильного застал меня в процессе разоблачения из пижамы. Я несколько секунд размышляла, а не послать ли всё к чёрту, тем более что на работе, как я уже сказала, мне подписали отпуск, незавершённых дел не осталось, а мой милый никогда не просыпается раньше трёх часов дня. Но звонящий был более чем настойчив – замолкнув было на одиннадцатом гудке, телефон зазвонил снова, и сердце моё сжалось от предчувствия беды.

Звонили с неизвестного номера, но я всё же сняла трубку… ровно затем, чтобы услышать сигнал отбоя. Кто бы ни был на другом конце провода, по всей видимости он решил, что больше не может ждать моего ответа. Я выждала несколько секунд в недоумении, но никто так и не перезвонил, а в мои правила не входит звонить на неизвестные номера. Конечно, в процессе работы над статьёй порой приходится говорить по телефону с незнакомцами, но в этом случае я хотя бы знаю, кому звоню. Да и сколько можно стоять в спальне обнажённой – мало ли кто подсматривает в бинокль из окон соседнего дома! А в том, что кто-то смотрит, я практически не сомневалась – я никогда не завешиваю окна, поскольку до безумия люблю солнечный свет – наверно, сказывается тот факт, что я довольно долго была его лишена. Да и, скажу без ложной скромности, посмотреть есть на что, поэтому не хочется лишний раз привлекать к себе внимание – потом приходится решать кучу проблем и менять место жительства, а это так напрягает, да и квартира, в которой я живу последние несколько лет, меня полностью устраивает. Ещё и начальство будет недовольно, если придётся улаживать проблемы, связанные с моим переизбытком сексуальности.

Всё дело в том, что я суккуб и мне чрезвычайно приятно, да что там, жизненно необходимо восхищение противоположного пола. Вот и сейчас я ощутила его как серебристую ниточку, тянущуюся ко мне из окна напротив – несомненно, тот, кто сейчас прячется за шторой, чувствует одновременно восторг и неловкость. Это нормально, они все так себя чувствуют, когда «совершенно случайно» видят меня обнажённой.

Вы только не подумайте ничего такого: у меня нет ни рогов, ни, тем более, хвоста, и я уж точно не из тех суккубов, которые подстерегают трепещущих юнцов в мрачных подворотнях и, как бы выразиться поизящнее, залюбливают до смерти. Я самый законопослушный, честный, Светлый суккуб, никогда не преступающий границ дозволенного – возможно, именно это и сохранило мне жизнь на протяжении последних столетий. Мне достаточно восхищённого взгляда, потаённого желания, мимолётного прикосновения, а если учесть, что всю накопленную силу я не растрачиваю на глупости, а храню в глубине своего естества, то большего и не нужно. Безусловно, мимолётный секс даёт очень много энергии, но это последнее средство, к которому я не прибегала уже очень давно, и в этом случае я действовала строго в рамках Договора. Посему, мысленно послав в сторону окна воздушный поцелуй, я неспешным шагом направилась в ванную.

Освежившись под прохладными струями воды и взбодрившись чашкой крепкой арабики, я села за компьютер и отрыла почту. Какое же это грандиозное изобретение человечества, если бы вы только знали! Какое это чудо – не ждать весточки месяцами, вглядываясь в даль в надежде увидеть скачущего гонца или вычитывая в газетах противоречивые новости. Всего лишь пара кликов – и вот оно, долгожданное письмо!

«У вас одно непрочитанное сообщение». Оно ждало меня в почтовом ящике, адрес которого был известен очень немногим. Нам, сверхъестественным существам, приходится скрывать свою природу от обычных людей – они даже не догадываются, что рядом, в самой непосредственной близости, живут суккубы и инкубы, оборотни и волкулаки, маги и вампиры. Вернее, они очень хотят, чтобы мы существовали – они пишут о нас книги, снимают фильмы, но делают это лишь потому, что сами хотят стать такими же. Им так нравится мечтать о том, что однажды они обретут бессмертие, вечную молодость, способность повелевать стихиями… Но что случится, если они узнают, что то, о чём пишут их писатели-фантасты, не просто красивая сказка, если они поймут, что мы действительно существуем – бессмертные (гипотетически, мы ведь тоже порой гибнем от той или иной напасти), вечно юные (кроме ведьм, которые вынуждены поддерживать свою молодость и красоту системой сложнейших заклинаний), реально владеющие необъяснимыми силами? Как они поведут себя? Уверена, они нас уничтожат. Несмотря на все наши волшебные способности и кажущуюся неуязвимость, они просто задавят нас массой – забросают бомбами, зальют напалмом, и никакая сила магов-огневиков не поможет – их просто больше чем нас. Потому-то мы и прячемся – заметаем следы, «подчищаем хвосты». Вот, почему у меня не один, а несколько почтовых ящиков, и на один из них, из тех, что известен только таким как я, пришло письмо от незнакомого адресата. Письмо, начинающееся словами «Ну что, демонское отродье, страшно?»

Ну, что сказать… Не то, чтобы действительно страшно, просто неприятно – не люблю, когда мне угрожают, да ещё и столь примитивным образом. Остальной текст был в том же духе – вагон угроз и полкило предупреждений, а в конце ультиматум – мол, я должна покаяться, выдать всех, кого знаю, и с миром уйти в мир иной, пробив себе сердце серебряным колом.

Однако, ирония заключается в том, что я и так нахожусь в этом самом Ином мире, или мире Иных, как мы его называем. Да и серебром суккуба не уничтожить, хоть в сердце его втыкай, хоть ещё куда – чтобы погубить такую как я, нужен совсем другой, очень сложный ритуал.

Всё это показалось бы мне забавным, если бы не тот факт, что подобная чепуха пришла на мой засекреченный адрес.

Пришлось крепко задуматься, а я, признаться, не большой любитель этого занятия. Нет, я отнюдь не глупа, но одно дело размышлять над формулировками для литературного очерка или статьи о театральной постановке, и совсем другое – быть погребённой под тяжестью мыслей вот о таком, глобальном. Конечно, было время, когда я, как ошпаренная, бросалась в гущу событий, принимая участие во всех наших войнах и конфликтах, но всё это уже в прошлом. Наверно, и у подобных мне существ наступает период духовной зрелости, когда хочется уже не воевать, а спокойно созерцать происходящее, осознавая, что ты ничего не можешь изменить.

Вариантов напрашивалось по меньшей мере три – первый, и наиболее вероятный – что надо мной решил подшутить кто-то из «плохих» ребят, так называемых «Тёмных» – это как раз те самые, что пьют кровушку бедных людей, залюбливают до смерти юношей бледных и тому подобное. Второй – что автором розыгрыша мог быть кто-то из своих, «белых и пушистых», но ведь на дворе не апрель, а подобные шутки в кругу моих Светлых сородичей уместны только в день дураков. Ну и третье, самое фантастическое предположение – люди. Кто-то рассказал кому-то о том, что мир ведьм и вампиров существует, кто-то, скажем так, не очень любящий меня, дал мой адрес и, вуаля, получи, фашист, гранату, то есть, разумеется, получи, суккуб, письмо. Да нет, не может быть, это же бред какой-то! Уж лучше думать, что это резвится кто-то из Тёмных – в конце концов, это самый безопасный вариант – от них и не такого можно ожидать. Правда, никто из Тёмных не знает этого адреса, но мало ли, в жизни всякое случается…

Итак, рабочая гипотеза – какой-то Тёмный паршивец смеха ради или по иной причине решил меня разыграть.

Мобильный запиликал, извещая меня о новом сообщении. «Номер отправителя не определён». Ха, а шутка-то, оказывается, с продолжением! Правда, ничего нового в сообщении не было – оно практически без изменений повторяло текст письма, только в конце оказалась приписка – «Страшно?» Да не то слово, я просто в ужасе! Сейчас описаю от страха свои дорогущие трусы! Продолжая улыбаться, я прошествовала на кухню – ещё чашка кофе и можно звонить подруге – она, судя по всему, уже должна проснуться. Она, конечно, не такой жаворонок как я, но и не сова, как мой милый – впрочем, ему простительно – он ночи напролет патрулирует улицы, выявляя нарушения Договора со стороны Тёмных. Вас удивляет, что между Тёмными и Светлыми есть Договор? Милые мои, да если бы его не было, то как, по-вашему, мы смогли бы относительно мирно сосуществовать на протяжении вот уже пяти веков? Конечно, он есть, иначе мы бы давно уничтожили друг друга, но сперва Тёмные истребили бы большинство обычных людей, ведь самым лакомым для оборотней, волкулаков, вампиров и прочей Тёмной шушеры всегда была, есть и будет человечина, да и многие из ведьмовских заклинаний основаны на компонентах, скажем так, человеческой жизнедеятельности. И в этом нет ничего удивительного – дело в том, что Тёмные воспринимают людей, исключительно как подножный корм, созданный для удовлетворения их потребностей. Ну, а чтобы вам было не так обидно, могу добавить – к нам, своим Светлым собратьям, они относятся не многим лучше, и вампир с одинаковым удовольствием выпьет кровушки как невинной человеческой девы, так и менее невинного суккуба. Вот только чтобы полакомиться моей кровью, ему придётся приложить несравнимо больше усилий, и вряд ли он преуспеет, ведь для того, чтобы воткнуть свои клыки в мою шею, ему придется подойти поближе, а у меня на такой случай есть масса трюков, и не всегда приятных. И вообще, не в обиду магам, считающим себя самыми могущественными среди сверхъестественных сущностей, должна сказать, что мы, инкубы и суккубы, очень и очень сильны, однако по натуре своей мы, можно сказать, пацифисты – наверно, поэтому сложилось обманчивое впечатление, что мы слабые и хилые. Что ж, пусть продолжают заблуждаться, нам это даже выгодно. Однако, всякий, кто рисковал встать у меня на пути в те времена, когда я была боевым оперативником… Ах, нет, не до воспоминаний, звонит моя любимая подруженька, я сейчас с ней быстренько поговорю и обязательно расскажу вам про тот случай!

Она, кстати, тоже суккуб. Не зря ведь говорят – подобное притягивает подобное. Нашей дружбе уже много веков – помнится, мы познакомились и славно повеселились ещё по времена Ренессанса… Ох уж эта эпоха с её свободными нравами и терпимостью! Как же тогда было легко, какие были наряды, балы, охота! А музыка, живопись, литература! Всё изменилось, утекло сквозь пальцы… С каким восторгом смотрели на нас славные кавалеры, с каким воодушевлением падали они к нашим прекрасным ногам, с каким бесстрашием они дрались из-за нас на дуэлях! Помнится, я тогда даже получила три предупреждения о недопустимом для Светлой поведении, но я не виновата, честно! Это была просто трагическая случайность, я и по сей день проливаю слезы по тому бедному мальчику, так нелепо погибшему. Даже я, с моими способностями, не смогла предугадать, чем закончится мой флирт, уж очень он был горяч, этот молодой француз. Как жаль, что мы, суккубы, владея самой изысканной, самой хитрой и беспощадной магией, не умеем исцелять, ведь если бы в ту пору рядом оказался даже самый заурядный лекарь, Антуан был бы жив, и благополучно дожил бы свой краткий человеческий век, и умер в своей постели от старости, окруженный любящими детьми и внуками. Но, увы… Его смертным ложем стал мрачный коридор Лувра. Ах, я снова отвлеклась, прошу простить великодушно, просто иногда так хочется вернуть прошлое, но это неподвластно даже самым могущественным сущностям.

Амелика, а именно так зовут мою подругу, говорила сонным, слегка приглушённым голосом. Так и вижу её в роскошной кровати, в пене кружев и шелесте шелков, расслабленную и счастливую, а рядом, несомненно, какой-нибудь влюбленный юнец. Впрочем, зная мою подругу, я полагаю, что молодой человек проспит до вечера, а способность ясно мыслить обретёт лишь дня через два-три. Дело в том, что мы питаемся сексуальной энергией партнера, и разница между Тёмными и Светлыми состоит лишь в том, что мы не жадничаем, берём совсем немного, чтобы смертный ничего не заподозрил и списал своё состояние на понятную всем усталость. Но моей обожаемой Амели свойственно несколько увлекаться, особенно если партнер так хорош, как тот, с кем она вчера уходила с вечеринки. Я её не виню – каждому своё. Я и сама-то остепенилась только после трагической гибели Антуана, а до этого… Ну да ладно, поговорим о моей нравственности потом, а сейчас мне не терпелось рассказать подруге о приключившемся со мной сегодня, однако Амели так самозабвенно зевала в трубку, что, кажется, толком даже не вникла в происходящее.

– Ах, ладно, дорогая, – наконец сказала она, – я, пожалуй, еще немного досплю и буду собираться, поужинаем сегодня вместе?

– Да, конечно, а ты будешь одна или с…? – я до сих пор не знала имени её любовника, и, по правде говоря, это начинало бесить.

– Возможно…

– Когда же ты, наконец, познакомишь меня со своим таинственным кавалером? Ты просто издеваешься надо мной, бессовестное злобное создание! Ты же знаешь, как я нетерпелива, и как не люблю тайн!

– Ну, по правде говоря, не думаю, что ты будешь в восторге от моего выбора, о, честнейшее и добрейшее существо. Всему своё время, милая. Ты, конечно, будешь с Дэмом?

– Да, нам ещё не приелись совместные выходы в свет, тем более что в Театре Вампиров будут давать альтернативную постановку «Фауста», и, я думаю, это стоит увидеть.

– Что ж, значит до вечера, любовь моя, au revoir.

– Au revoir, mon ami, до вечера.

Я повесила трубку и сладко потянулась. Как же я обожаю эту несносную белокурую проказницу со всеми её тайнами, недосказанностями и намеками! Вот уже полгода, как она завела интрижку с кем-то из наших, Иных, но молчит как партизан, не желая посвящать меня в свою тайну. Я её, конечно, понимаю, мы редко сходимся с себе подобными, однако, скрывать свой роман даже от меня… Что-то тут не то. Ну да ладно, рано или поздно они либо расстанутся, либо решат перейти на более доверительный уровень отношений, и тогда я всё узнаю.

Я прямо-таки вижу ваши расширенные от удивления глаза – как так, у неё есть кавалер и она, тем не менее, проводит ночи со смертным юношей? Но, как я уже говорила, для Тёмных люди не более чем корм. И вообще, у Иных не принято ревновать к смертным, тем более что брать энергию у своих не самое приятное занятие – приходится прилагать много усилий, чтобы не увлечься и не забрать слишком много. В сравнении с простой, пресной энергией смертных наша энергия – как глоток «Вдовы Клико» в сравнении с водой. Хотя, мне кажется, пить энергию вампиров было бы не особенно вкусно – от них веет мертвечиной, ведь они и так мертвы по сути. Что же касается нас, суккубов, то мы, собственно, никогда и не рождались – мы представляем из себя просто сгусток энергии, облаченный в весьма привлекательную плоть. В отличие от людей и многих сверхъестественных существ, я не помню себя ребёнком, не помню своих родителей – я осознала себя уже достаточно взрослой девушкой во времена Средневековья, и с тех пор внешность моя ничуть не изменилась, а вот опыта прибавилось. Страшные это были, скажу я вам, времена – приходилось вести себя тише воды, ниже травы, ведь тогда люди, как это ни странно, умели отличать тех, кто людьми не является. Более того – они умели с нами бороться. Я уже говорила, что для уничтожения суккуба необходим сложный ритуал? Знаете, откуда я это знаю? Я это видела… и не хотела бы увидеть снова.

Итак, чем же себя занять? Отпуск – это, конечно, хорошо, но наличие массы свободного времени с непривычки немного напрягает. Я села за компьютер и открыла новостную ленту. У нас, как вы, наверно, могли догадаться, есть свой сайт новостей, своя социальная сеть, свои газеты, театры (одним из самых известных является Московский Театр Вампиров. Ах, как играют эти несносные кровососы!), бары и рестораны. Мы как никто другой умеем ценить блага цивилизации, и, конечно, многие великие открытия и изобретения были сделаны не без нашего скромного участия.

Итак, что у нас новенького? Ага, оказывается, сегодня ночью на Воздвиженке снова был выявлен факт нарушения Договора, и нарушитель, как ни странно, Светлый маг. Что же он натворил? Ну надо же, развоплотил вампира, вступившись за смертную девушку! И в чём, простите, криминал? Ах, вот оно что, девушка-то, оказывается, была предназначена этому кровососу лотереей, а несчастный Светлый, не разобравшись в ситуации, полез её защищать и наломал дров! Что ж, будет чем заняться Инквизиции – как пить дать, лишат беднягу магических сил лет на пять.

Что поделаешь, так происходит уже давно, с тех пор как старейшины Светлых и Тёмных договорились между собой и установили определённые правила, которым обязаны следовать все сверхъестественные сущности. Поэтому вампиры больше не могут пить кровь у кого попало. Встречаются, конечно, дикари, неуправляемые из вновь созданных, которые просто набрасываются на людей и… ну, вы понимаете, да? Их преследуют и развоплощают, попросту говоря – окончательно убивают. И вот, чтобы не быть упокоенными, все вампиры вынуждены участвовать в лотерее, где лоты – это люди, которых позволено… выпить. Звучит жутко, и Светлые долго не могли с этим смириться, но впоследствии оказалось, что это самый разумный выход, ведь вампиры не могут долго существовать на донорской крови. А за неукоснительным выполнением всех пунктов договора следит Инквизиция, специальный орган, вступить в ряды которого в принципе может каждый Иной, как Светлый, так и Тёмный. Это, говоря человеческим языком, наша служба внутренней безопасности.

Так, что там ещё? Ведьмы устроили очередной шабаш на Лысой горе. Хм, четвёртый шабаш за год, не слишком ли они разошлись? Хотя их, бедняжек, можно понять: это мы, суккубы, не стареем, а вот они очень даже, и поддерживать свою молодость они могут только устраивая эти разнузданные оргии на природе – грубо говоря, они тянут силу из матери Земли, и в процессе порой совершают ритуалы, по сравнению с которыми массовое совокупление покажется невинной шалостью, так что вам лучше не знать всех подробностей. Но раз они снова собрались, значит, им удалось получить на это разрешение – ведьмы народ пуганный, не получив кучу справок с печатями, шагу не ступят.

Ещё в новостях говорилось о странном происшествии на Щёлковской – произошел мощный магический выброс, и… ни следа Иных вокруг. Так-так, и далее написано, что, судя по характеру применённой силы, она имела инкубью природу. Стоп! Ведь на Щёлковской живет мой милый, и он как раз-таки инкуб. Вот тут я подскочила как ужаленная и схватилась за телефон – мне стало всё равно, который сейчас час, и даже если бы Дэм послал меня к Вельзевулу, я бы это пережила. Я набрала его номер, но в трубке были только длинные гудки. Меня как кипятком окатило – похоже, вот оно, то, чего я сегодня все утро подсознательно опасалась. Кажется, в мой дом пришла беда.

Я попыталась успокоиться, и, закрыв глаза, какое-то время искала отголоски мыслей Дэма в ментальном пространстве – ничего, полнейшая тишина в эфире. Конечно, это могло ещё ничего не означать – он мог спать, мог находиться в портале или в защищённом от магии помещении. Нужно перестать паниковать и взять себя в руки. Скорее всего, с ним все хорошо и скоро он мне перезвонит. Но, Силы СЫвета, что мне делать, если он пропал? Если с ним случилось непоправимое?

Я вернулась в спальню, села на кровать и крепко обняла подушку. Боль, которую я сейчас испытывала, была почти физической, ведь Дэм был не просто моим партнером, моим возлюбленным – он был моим аккумулятором, то есть, стал почти частью меня. По мере необходимости я могла в любой момент зарядиться от него энергией, так же, как и он от меня, как бы далеко мы ни находились друг от друга. Подобный обмен энергией был возможен только между инкубом и суккубом, и только если эти двое целиком и полностью доверяли друг другу, ведь вместе с энергией передавалась и часть памяти, и чтобы взять эту энергию, не требовалось разрешение партнера. Да, мы никогда этого не делали, потому что не возникало необходимости, но само осознание того, что это возможно, радовало душу, или что там у нас вместо неё. А теперь его нет, и в этом месте образовалась зияющая пустота – спросонья я заметила её не сразу, потом это дурацкое письмо, потом сообщение и звонок Амели, и вот только сейчас я почувствовала, как внутри разливается холод, и мне стало по- настоящему страшно. В последний раз мне было так страшно, когда я стала свидетельницей развоплощения суккуба, которая, к тому же, была моей наставницей. Ледяной ужас сковывал меня – казалось, ещё немного, и я не смогу сделать ни единого вдоха, как вдруг внутри меня раздался властный, спокойный и уверенный голос моего нынешнего наставника.

– Как ты, дитя?

– Мне плохо…

– Я знаю, я чувствую, я скоро буду.

– Что с ним?

– Я знаю только одно – его нет среди живых, но и среди мертвых его нет тоже, так что надежда есть, ты, главное, держись.

– Я попытаюсь…

Он отключился, а я осталась лежать среди подушек – маленькая, насмерть перепуганная и замерзающая девочка, такая могущественная и не могущая ничего…

2.

Когда мне на плечо легла его теплая рука, я потянулась к ней всем своим существом и, обвившись вокруг него, присевшего на край моей постели, положила голову ему на колени и заплакала. Я скулила как щенок – звонко и безнадежно отчаянно, а он молча гладил мои волосы. Слова были неуместны, он просто давал мне возможность выплакаться и отогреть свою душу. Мы уже проходили это тогда, давным-давно, когда погибла моя первая наставница. Её убили люди, называвшие себя «псами господними», и я не знаю, чьими псами они были, но они были способны нас видеть. Она погибла, защищая меня, тогда ещё совсем юную и бестолковую. Мне было всего несколько лет от роду, и она успела меня научить немногому. По сути, она намертво вбила в мою голову одно – не смей оставлять за собой смерть и разбитые сердца, это путь тьмы. Она сама была воплощением Света – прекрасная, лучезарная, бесконечно добрая и щедрая, дорогая моя Ева. В тот день, когда я осознала себя, она появилась рядом почти сразу, не дав мне испугаться, и была со мной всё время, вплоть до того самого дня, когда я, устав прятаться в пещерах, впервые решилась выйти на солнце. Меня увидели пастухи и, приняв за обычную девушку, позвали к себе разделить их скромный обед, состоящий из сыра и вина, а я… не вините меня, я была так неопытна, я ещё только училась, мне всё было в новинку. Я не сделала бы им ничего плохого, мне просто было приятно чувствовать их восхищение, я купалась в их энергии, отпивая её по чуть-чуть, нам было весело и славно, а потом появились эти… и моя милая, добрая, нежная Ева увела их от меня. Потом я много раз задавала себе вопрос – понимала ли она, с кем имеет дело? Осознавала ли, что не сможет от них уйти? Я думаю, она всё знала. Я хотела помочь ей, кралась за ними следом, почти что ползла, но, изготовившись к прыжку, всякий раз натыкалась на непроницаемую стену. Она видела меня и понятными только мне знаками приказывала исчезнуть. Я не могла просто бросить её, и именно поэтому была обречена стать свидетелем той участи, которая её постигла, и её последний взгляд был обращен ко мне. Не с укором, не с проклятием – с болью и нежностью смотрела она на меня, и её губы до последнего шептали мое имя.