- -
- 100%
- +
– И где же эта монета теперь? – спросила девушка.
– Дома, на полке. Это мой талисман. Да, у меня, как у нумизмата, это Дайм 1902 года. Мой год рождения, вот я его и оставил. Всего два с половиной грамма, семь десятых дюйма в диаметре, а столько радости и воспоминаний.
– А у меня нет талисманов. Все воспоминания надёжно спрятаны у меня в голове. Так что насчет карты?
– Ах, да, мы отвлеклись. Синие волосы. Водный обитатель. Что может быть синим, длинным и мокрым? – рассуждал вслух историк.
– И это еще и место, – добавила Сандерс, – у меня странная ассоциация – водопад.
– Водопад? Да, вы правы! Это может быть водопад. Если он есть в Тодтнау, то только один, и его легко найти. Только что значит фраза: «погладь их»? Как погладить водопад?
Джонсон погладил волосы девушки, а затем сказал:
– Ну, разве что только просунуть руку через поток воды. Ладно. Теперь мы знаем, что ищем. Думаю, нам пора, пока нацисты не опередили нас. Мы весь водопад прощупаем, лишь бы Инфрагилис не попал в руки этим нелюдям.
***
День подходил к завершению, солнце спускалось к горизонту, окрашивая облака и все вокруг в оранжевые, а потом и розовато-алые тона.
Путешественники прибыли в Тодтнау – необыкновенно живописный городишко, расположившийся между гор, покрытых зеленью лесов.
Первым делом историки поужинали в какой-то забегаловке.
Роберт спросил у официанта: «Вы не знаете, есть ли поблизости водопад?»
– Да, в паре километров к северу от города, он необычайно красив. Если хотите пойти туда, я могу найти вам проводника. Там особенно красиво на рассвете.
– Спасибо, мы сами доберемся, – сказал Джонсон.
– Мы на верном пути, – поняла Диана, – когда поедем?
– Медлить нельзя. Сейчас же и поедем.
– А вдруг слово «рассвет» значит не только начало жизни, но и время, когда надо искать формулу?
– Может быть. Я предлагаю приехать туда сейчас, осмотреться, а там решим.
– Хорошо, Роберт, все будет так, как вы скажете.
– Нет, все будет так, если это одобрите вы, – улыбнувшись, произнес историк.
Глава 16 «Сокровища стоят жертв».
После ужина Диана предложила снять комнату в отеле на ночь. Роберт не хотел тратить на это драгоценное время, но осознав, что посреди ночи они не найдут себе крышу над головой, согласился с девушкой.
Искатели приключений сняли маленький номер с одной большой кроватью и сразу же, пока не стемнело, поехали к водопаду.
С помощью расспроса местного населения герои нашли эту достопримечательность Тодтнау. Они оставили мотоцикл в нескольких метрах от тропы, чтобы немцам он не бросился в глаза, и пошли вверх по извилистой дорожке.
Красноватые лучи заходящего солнца уже не доставали до подножья холмов, а сияли на макушках сосен, росших на их вершинах.
Наконец историки увидели тот самый водопад, который так приглянулся Вансштайну, что тот доверил ему хранить тайну Инфрагилиса.
Водопад был нешироким, но очень живописным: водные потоки бежали вниз, огибая каменистый обрыв, маленькие боковые струи стекали по валунам, словно тонкие волосы из распустившейся косы. Водопад действительно напоминал волосы русалки.
Только герои немного опоздали. Разглядеть мелкие детали, а уж тем более найти то, что скрыто от человеческих глаз, было просто невозможно.
– Думаю, нужно дождаться рассвета и вернуться сюда. Лучше приехать с запасом, мало ли нацисты прибудут прямо с первыми лучами солнца, – решил Роберт.
– Все, что угодно, лишь бы это не представляло для нас угрозы, – заявила Сандерс.
– Поверьте, это и есть наибольшая опасность, поэтому вы можете остаться в отеле.
– Нет. Я не хочу, вдруг я вас больше не увижу. Если погибать, то с вами.
– Если погибать, то за вас. Думаю, это наш девиз, как у мушкетеров.
– А где тогда наши шпаги?
– У меня есть только шляпа, и та без пера.
– С вами никогда не заскучаешь, Роберт, – засмеялась Диана.
Пришло время сна. Искатели формулы очень устали за день. Произошедшее никак не укладывалось в памяти как один день. Прибытие в Швейцарию, а потом и Германию сопровождалось невероятными событиями.
Перед сном Диана поцеловала Роберта в лоб как маленького ребенка, он, в ответ, сделал то же самое.
***
Следующий день начался в четыре утра. Сонный, но уже решительный, Джонсон поднял Сандерс и сказал, что пора ехать. Было еще темно, лишь первые-первые лучики солнца поднимались над горизонтом.
«Может мне еще поспать, пока он будет искать формулу?» – подумала девушка, а потом поняла, что пропустить такой ответственный момент она никак не может. Это великое историческое событие.
Историки выехали на мотоцикле и максимально тихо поехали до водопада, чтобы ненароком не привлечь внимание нацистов.
По приезде на место, герои вновь оставили транспорт подальше от посторонних глаз и пошли вверх по тропе.
Роберт сказал, что Диане лучше пока скрыться в кустах, а он будет осторожно обследовать водопад.
Джонсон стал внимательно вглядываться в камни, мимо которых текла вода. Ее шум приятно успокаивал, но холодные брызги, летевшие во все стороны, заставляли взбодриться.
Солнце уже начинало понемногу освещать водопад, и водные струи заиграли на свету.
Роберт заметил щель между камнями, перед которыми непрерывно лилась вода.
«Надеюсь, Вансштайн был не настолько глупым, чтобы записывать формулу на бумагу и оставлять возле воды», – подумал историк.
Вдруг он увидел вдалеке группу людей, и это были явно не туристы. Впереди шел полный мужчина в котелке, рядом с ним шел мужчина повыше и стройнее, а позади – четверо нацистов в военной форме.
Джонсон тут же поспешил спрятаться в кустах, где сидела Диана.
– Там нацисты. Думаю, это Вернер и его единомышленники, а с ними какой-то полный мужчина в котелке, – прошептал Роберт девушке.
– В котелке? – почему-то это удивило Сандерс, и она выглянула из кустов посмотреть на незнакомца.
Диана оступилась и выпала из своего укрытия, чуть не покатившись со склона. Она сидела на земле и с ужасом смотрела на то, как на нее движутся не по-доброму настроенные люди.
– Надо же, Диана Сандерс! Не ожидал увидеть вас здесь. Не думал, что мы вообще встретимся, – с насмешкой и зверской улыбкой произнес человек в котелке – Карл Шварцберг.
Глава 17 «Спасение где-то рядом».
Джонсон сидел в кустах и думал только об одном: как бы Диану не убили.
Девушка никуда не пошла, а дождалась, пока нацисты схватят ее. Шварцберг начал допрос:
– Что вы тут делаете, Сандерс? Неужто вы приехали сюда за тем же, за чем и мы?
– Чего вы хотите от меня? – спросила Диана, – карта у вас, так ищите, я уйду.
– Мы хотим поймать вашего дружка – доктора Джонсона. Он может нам серьезно помешать. Где он?
– Он упал с мотоцикла и сейчас лежит в номере отеля N в Тодтнау, а меня он отправил сюда, чтобы я опередила вас и нашла формулу Инфрагилиса.
Девушка понимала, что может ненароком обернуться в сторону кустов, где сидит Роберт, и тем самым выдать его, поэтому старалась не двигаться и не нервничать.
– Мы обязательно к нему заедем, – заявил Карл.
– Как вы меня нашли? Что вы вообще делаете здесь? – спросила Диана.
– Как только вы заговорили о Ватикане, я понял, что вы то-то задумали. Я выслал людей проследить за вами, и нам подвернулся Вернер, рассказавший об истории с Инфрагилисом и его отцом. Так мы с его помощью достали карту и приехали сюда, – рассказал Шварцберг.
Джонсон сидел в кустах и все слышал, но не мог помочь любимой девушке. У него не было оружия кроме хлыста, а куда он с ним против пятерых немцев с пистолетами? Оставалось надеяться на то, что злодеи найдут формулу и уедут вместе с Дианой, тогда герой сядет им на хвост и отберет Сандерс вместе с формулой.
Дипломатия здесь была делом рисковым, ведь неизвестно, какие козыри спрятаны в рукаве Шварцберга и Вернера Клаусхарта. А историкам нельзя быть вдвоем в одном плену.
Пока нацистские солдаты держали в своих крепких руках Диану, Вернер и Карл решили осмотреть водопад.
Солнце хорошо освещало поток воды, и сквозь него даже можно было увидеть камни. Так Шварцберг разглядел в скале небольшое отверстие. Он сказал об этом Вернеру, и тот полез прямо к воде, чтобы проверить, действительно ли там что-то есть.
Немец просунул руку сквозь воду и ощутил пустоту за ней. Злодей наклонился сильнее, чтобы достать глубже, он промок по пояс, но желание получить чудо-формулу и всенародную славу заставляли его забыть об этом.
Вернер почувствовал в глубине скалы что-то твердое, но это была не стенка, а инородный предмет. Клаусхарт достал из дыры каменную шкатулку в форме плоского цилиндра.
– Я нашел! – воскликнул злодей.
Шварцберг подошел поближе и отнял у него шкатулку. Немец повертел ее в руках, затем надавил посильнее, и крышка начала откручиваться.
Джонсон наблюдал за этим как завороженный. На его глазах творилось новое историческое событие.
Диана хотела поближе разглядеть шкатулку, но ее крепко держали нацисты.
Ученый открыл шкатулку и увидел внутри нее круглый бронзовый медальон диаметров в пять сантиметров, на котором были сделаны надписи.
С одной стороны была высечена надпись: «Infragilis», а с другой был перечислен список его компонентов с процентным соотношением каждого из них.
– Потрясающе! – сказал Шварцберг. Его глаза горели как у маленького мальчика, – я нашел, я нашел Инфрагилис!
– Мы нашли, а не вы, – недовольно произнес Вернер.
– Вы должны были найти карту, а Инфрагилис нашел я. Не путайте, герр.
Клаусхарт был явно недоволен. Он был готов лезть с кулаками, но тут Шварцберг выхватил пистолет и пристрелил его.
– Вы выполнили свою миссию, Вернер, страна вас не забудет, – холодно и со злой насмешкой произнес Карл.
Диана вскрикнула и закрыла глаза, она не могла скрыть свой страх и истерику. Ее бывший начальник только что убил человека, пускай и плохого. Тогда возникал вопрос: за кого сам Шварцберг, если Вернер за фюрера?
Этим вопросом задался и Роберт. Он сидел в кустах и думал, что же сейчас будет. От Карла можно было ожидать чего угодно.
– Закопайте поскорее его тело, мы подождем в машине, – сказал Шварцберг подельникам, стоявшим без дела в стороне.
– А что с ней? – спросил немец, державший Диану.
– А ей я найду применение. Мы едем в Берлин, – заявил ученый.
Видно было, что он больше беспокоится о собственной славе и скрытности операции, чем о поисках Роберта и пытках девушки.
«Если я сейчас подкараулю и обезврежу этих двоих с трупом, то остальные поднимут панику и отправят в мою сторону все силы. Лучше дать им уйти, а потом поехать вдогонку», – решил Джонсон.
Диану повели в машину. Это был кабриолет черного цвета. Рядом с водителем сел Карл, а Сандерс зажали на пассажирских местах два «цербера» с пистолетами.
Рядом стоял грузовик Вернера, в котором сидело двое нацистов.
Когда немцы сделали свое темное дело в лесу и пошли к машинам, Роберт осторожно выглянул из-за кустов и медленно направился в сторону спрятанного мотоцикла.
Немцы сели в грузовик, и обе машины не спеша тронулись. Историк оседлал двухколесный транспорт и начал скрытное преследование.
Диана думала о том, что ее любимый Роберт обязательно поедет спасать ее, тем более, когда на кону не одна жизнь, а тысячи и даже миллионы.
– Что вы хотите со мной делать? – спросила девушка у бывшего начальника.
– Вы послужите отличным пособием или лабораторной мышью. Я знаю одного очень хорошего ученого, который обязательно позаботится о вас, – ухмыльнулся Шварцберг.
Сандерс было безумно страшно, но она держалась, как могла, чтобы не вызывать ненужного раздражения по отношению к себе.
Злодеи миновали Тодтнау и направились на север – в Берлин.
Шварцберг сидел и разглядывал медальон.
– Надо же, основным элементом сплава является алюминий! – говорил будто бы сам себе Карл, но на самом деле он пытался запугать Диану, – раньше он стоил дороже золота, а сейчас мы используем его в промышленности. Мы создадим оружие, которое не сломается ни в какой битве, мы построим танки, которые никто не сможет пробить, и завоюем весь мир!
А Роберт тихо ехал в двух сотнях метров от грузовика и искал подходящий момент, чтобы пойти на сближение. Он понимал, что ошибиться он не может. Оплошность будет стоить ему очень дорого, как минимум, его, а что еще хуже, жизни дорогой Дианы…
Глава 18 «Последняя схватка».
Наконец Джонсон решился на захват. Его главной и первостепенной целью была Диана, ведь она – живой человек, и ее легко могут убить, а медальону с формулой ничего не грозит. Пока его не заберут ученые из Берлина, он не представляет опасности для общества.
Если герой резко нагонит кабриолет и захочет освободить Диану, то из грузовика по нему откроют огонь, поэтому сначала нужно было уничтожить противников в нем.
Роберт прибавил газу и в несколько секунд догнал грузовик. Двое нацистов сидели в кабине, а еще двое в кузове. Они увидели мотоцикл и приготовили пистолеты. Автоматами пользоваться им запретили, чтобы не привлекать много лишнего внимания, поскольку миссия по получению утерянной формулы была засекречена.
Историк проехал мимо удивленных нацистов, сидевших сзади, и направился к кабине со стороны пассажира. Тот, увидев американца, приготовился стрелять, но герой прыгнул с мотоцикла на дверь грузовика и повис, поставив ноги на ступеньку, а рукой держась за ручку.
Пассажир спереди выстрелил через дверь, но промазал, Джонсон уже переместился вбок. Роберт выскочил на мгновение на уровень окна, и злодей выстрелил в него, но опять не попал, а только разбил стекло.
Вторым подходом герой достал хлыст и схватил за горло врага при помощи него. Немца потянуло к двери, она открылась, и оба противника повисли на распахнутой двери, только Джонсон с внешней стороны, а нацист с внутренней.
Смотревшие на все это немцы из кузова приготовились стрелять, чтобы спасти товарища. Он болтался в петле, при этом волочась ногами по дороге.
Роберт сам не хотел отпускать противника, ведь тогда он потеряет противовес и упадет на дорогу.
Шварцберг и его приспешники обернулись на звуки стрельбы.
Диану ободрило чувство защищенности, ведь Джонсон уже спешил ей на помощь.
Историк задрал ногу на капот и залез на него, при этом отпустив кнут с нацистом. Он упал на дорогу, а в Роберта полетели пули сзади.
Водитель грузовика тоже достал пистолет, готовясь обороняться. Он выстрелил в стекло, сбив шляпу с головы героя. Джонсон испугался, ведь пуля чуть не прошибла ему мозги. Историк разозлился и кинулся на водителя. Тот успел сделать второй выстрел, который прошел по касательной, лишь слегка задев кожу на руке Роберта, прежде чем герой хлыстом выбил оружие из его рук. Пистолет отлетел на пассажирское сиденье.
Через разбитое стекло Джонсон проник в кабину, но получил удар в челюсть от злодея.
Историк отлетел на второе сиденье, подобрал пистолет и пристрелил водителя.
Не теряя драгоценных секунд из-за полученных ран, Роберт кинулся к рулю. Он открыл дверь и выбросил тело нациста на дорогу, а сам нажал на газ и приготовился стрелять в машину Шварцберга.
«Здесь нужно быть предельно аккуратным, – понял герой, – ошибка будет стоить жизни Дианы».
Немцы из кузова полезли в кабину, но это было очень нелегко из-за отсутствия нормальной опоры.
Державшие Сандерс нацисты обернулись, один из них достал пистолет, а второй еще крепче схватил девушку. Злодей выстрелил в колесо грузовика и прострелил шину.
Джонсон почувствовал тряску, машину занесло, и в этот момент висевшие кое-как на борту немцы попадали на дорогу.
Роберт продолжал гнать. Он пригнулся, чтобы его не застрелили, и постепенно приближался к кабриолету Шварцберга. Он отличался красотой, но не скоростью, и сейчас Карл это по-настоящему понял.
Историк открыл огонь по охранникам Дианы. Шварцберг пригнулся. Ему стало страшно за себя, он все же был жесток, но не так уж смел, чтобы стоять под пулями.
Девушка легла на сиденье, один немец оказался ранен в руку, другому задело шею. Кровь хлестала из раны, заливая все вокруг. Диана кричала от ужаса. Она готова была провалиться под землю, лишь бы не быть в этой кровавой мясорубке. Ее сердце билось как бешеное.
«Я сейчас умру, я умру!» – думала Сандерс.
Роберт прикончил второго нациста, чуть не получив пулю в лоб. Карл сидел на переднем сиденье, согнувшись и ожидая, когда он, наконец, сможет без риска для жизни поднять голову.
Джонсон поравнялся с кабриолетом. Он открыл свою дверь и посмотрел на Диану. Она сидела, свернувшись в три погибели, ожидая спасения или скорой смерти.
– Диана! – крикнул герой.
Девушка открыла глаза и приподнялась. Шварцберг тоже разогнулся и потянулся за пистолетом.
– Хватайся за кнут! – приказал Роберт. Он отпустил руль и махнул хлыстом, обвив им руки девушки. Он потянул ее обеими руками, но тут Карл уже прицелился в Сандерс. Чтобы не допустить этого, Джонсон схватился одной рукой за руль и крутанул его налево, в сторону кабриолета. Машину злодеев повело влево, отчего Шварцберг чуть не упал, но выстрелил, попав в кузов грузовика.
Водитель кабриолета попытался свернуть обратно, но грузовик Роберта прижал его.
Диана повисла на кнуте. Джонсон держал ее одной рукой.
По встречной полосе, на которой сейчас оказался кабриолет, ехал другой грузовик.
До столкновения оставались считанные секунды. Карл сделал еще один выстрел, но снова мимо.
– Объезжай! – скомандовал он своему водителю.
В этой безвыходной ситуации оставалось лишь съехать на обочину, что немец и сделал.
Диана оказалась над дорогой в нескольких сантиметрах. Роберт отъехал чуть правее и взялся обеими руками за хлыст. Он вытянул девушку буквально за секунду до столкновения с грузовиком. Он задел дверь машины Джонсона, и она от удара захлопнулась, больно ударив Сандерс. Она оказалась на коленях у историка.
Кабриолет Шварцберга поехал под откос. Слева от дороги был крутой склон, на который теперь понесло машину. Водитель не справился с управлением, и нацисты понеслись вниз с обрыва.
Герои увидели падение, и Роберт сказал:
«Аuf Wiedersehen Herr Shwarzberg!» До свидания, герр Шварцберг!
Кабриолет скатился по зеленому склону, а затем несколько раз перевернулся. Что-то там загорелось и взорвалось.
Роберт остановил грузовик, который уже давно терся голым ободом о землю.
– Как вы, Диана? – спросил герой.
– Ужасно, но с вами все наладилось, – заявила девушка.
– Я имел в виду, не ранены ли вы? – обеспокоенно произнес историк.
– Нет, но все болит. Надеюсь, это скоро пройдет. А как вы, Роберт?
– Порядок. Немного задели пулей, – Джонсон показал на струйку крови на плече.
– Я очень за вас боялась, не надо так больше, – попросила Сандерс, проводя рукой по раненой руке героя.
– А как иначе? А кто мир будет спасать? – задал риторический вопрос герой, и не заметил, как его губы потянулись к губам Дианы. Герои почувствовали себя вновь такими же счастливыми, как и несколько часов назад, до того, как их обоих чуть много раз не убили.
А формула Инфрагилиса по-прежнему была на свободе. Медальон лежал у подножья холма под грудой металла, некогда бывшего красивым кабриолетом…
Глава 19 «Главная находка».
Осознав, что дело еще не закончено, историки решили спуститься вниз, чтобы забрать медальон с формулой.
Роберт пошел первым. Он осторожно наступал на склон, чтобы не упасть, а Диана держалась за его плечо, идя сзади.
Кабриолет лежал колесами кверху и догорал. Запах горелой резины, ткани и топлива бил в нос.
Джонсон подошел к месту, где должен был сидеть Шварцберг. Из-под машины торчала обгоревшая дотла рука, а в ней лежало что-то неопределенной формы.
Историк нагнулся, чтобы посмотреть на непонятный предмет и поразился: труп держал в руке медальон, вернее то, что от него осталось.
Герой отнял его и увидел, что вещь была сделана не из металла, а только покрыта слоем бронзы, похожим на фольгу. Внутри медальон состоял из глины, которая от высоких температур превратилась в крошку. Покрытие из металла согнулось и скукожилось, так что различить надписи было уже невозможно.
Вансштайн не мог сделать медальон и цельного куска металла сам, поэтому сделал из того, на чем было проще делать надписи.
– Инфрагилис утерян навсегда! – с досадой воскликнул Роберт, – формула навсегда утеряна, понимаете, Диана?
– Понимаю. Я вижу, что случилось с медальоном. К сожалению, я не успела прочитать, что на нем было написано. Простите, Роберт, – с сожалением и виной произнесла девушка.
– Вы не виноваты, не переживайте. Это даже и хорошо, ведь все, кто знал, что написано на нем, погибли. Вам это было бы ни к чему.
– Ужасная смерть, – заявила Сандерс, глядя на руку, торчащую из машины, – даже Шварцберг не заслуживает ее.
– Не забивайте себе голову. Вы все равно его ненавидели, к тому же он убил человека, и думаю, не одного.
– Мне даже больше жаль Клаусхартов. Отца убил собственный сын, а теперь и сам погиб.
– Не думайте о чужом горе, если только не собираетесь помочь, – Роберт обнял девушку, – нам пора, а то нас начнут искать.
– Вы правы, Роберт, нам пора, – сказала Диана, посмотрев на Джонсона и улыбнувшись.
***
Герои вернулись в Швейцарию и провели еще одну ночь вместе в отеле Берна.
– Куда вы теперь? – спросил историк.
– Может быть в Лондон, а может и с вами в Америку.
– Я надеюсь, вам найдут вакансию, я позабочусь об этом, – пообещал Роберт.
– Да уж, вам теперь надо очень сильно постараться, чтобы я осталась с вами после того, как меня чуть не убили, между прочим, по вашей вине, – в словах героини проскальзывала нотка иронии.
– Вы сами согласились на это путешествие, – напомнил Джонсон.
– Нет, это вы виноваты, Роберт, вы приехали и ослепили меня своим присутствием. У меня не было выбора.
– Сами виноваты, что родились такой прекрасной, – продолжал тираду шуточных обвинений историк.
– Вы виноваты, что влюбились в меня как мальчик.
– А вы разве не от любви поехали за мной?
– От нее, от самой. Куда я теперь без вас, куда вы, туда и я. Если и погибать, то с вами.
– Если и погибать, то за вас, – повторил снова Роберт и повалил девушку на кровать. Она потянулась губами к его губам.
– И почему я каждый раз целуюсь с вами как в первый? – спросила Сандерс.
– Я особенный, как и вы, – произнес страстно герой, и влюбленные вновь слились в сладком поцелуе.
– Можно задать вам один вопрос? – спросил историк, оторвавшись от девушки.
– После того, что вы делаете со мной, вопросом вы меня не испугаете, – сказала Диана.
– Что самое главное для себя вы нашли в этой поездке?
– В первую очередь, я осознала ценность жизни, когда меня чуть не убили, во-вторых, я поняла, что человек не всемогущ, и не все его планы сбываются. А третье… – девушка сделала драматическую паузу.
– А третье? – спросил Джонсон.
– Я нашла утерянную мною формулу. Формулу настоящей любви.
– Я соглашусь с вами, только я для себя ее открыл в первый раз.
– Значит, мы нашли для себя гораздо больше, чем просто пару жизненных уроков? Да и потери оказались минимальны.
– Как же, я потерял свою шляпу, – напомнил Роберт.
– Ну, нашли, о чем жалеть, я подарю вам новую, – с заботой и лаской произнесла Сандерс.
– Спасибо, я обязательно буду носить ее, потому что это будет подарок от вас. И все же, вы летите со мной?
– А как иначе? Конечно, с вами, любимый.
Никогда в жизни Джонсон не слышал такого обращения к нему. Никогда ни один человек по-настоящему не любил его, до тех пор, пока он не встретил Диану…
Примечания.
1)
Я старался учесть все особенности написания повести о прошлом, но если какие-то моменты оказались неверными, прошу прощения.
***
2)
Может быть, у вас возникнет вопрос, почему Диана и Роберт называют друг друга на «вы»? это объясняется наличием в английском языке, на котором они говорят, всего одного местоимения «
you
», которое употребляется как обращение к любому человеку. Поэтому я не стал описывать переход с «вы» на «ты» у героев, так как этого просто не могло быть.
Конец.