- -
- 100%
- +
— Геля, собирайся быстрее, блин! — возмущалась Ксюшка — моя лучшая подружка и с завтрашнего дня — одногруппница.
Как же долго мы ждали эту дату! 31 августа — последний день лета. Прощай, школа! Здравствуй, новая жизнь, мы готовы вломиться в тебя красиво! В ночном клубе как раз устраивали вечер для студентов, а первокурсницам предлагали бесплатную выпивку.
Я крутилась перед зеркалом, вырисовывая графичные стрелки и игнорируя недовольства подружки. У меня в планах было знакомство с каким-нибудь красавчиком, а для этого нужно выглядеть на все сто.
— Не суетись, Ксюнь. Без нас не начнут, — сделав последний штрих, отстранилась и покрасовалась перед ней. — Как тебе?
— Ну прям будущая жена олигарха! — саркастично выпалила Ксюша. — Только вот… Вырез не большеват?
Ах, она всегда была занудой! Мне вечно приходилось приучать малышку к красивой, яркой жизни.
— Зачем прятать то, чем нужно гордиться? — выпрямила спину и задрала подбородок, демонстрируя уверенность. — Вот теперь можем идти.
Цокая каблуками, мы спустились на улицу. Последний летний закат окрашивал небо розово-оранжевыми цветами. Прохладный ветер трепал волосы и заставлял поёжиться. Платья, пожалуй, коротковаты для такой погоды, поэтому нужно было скорее искать того, кто поможет согреться.
У подъезда уже стояло такси. «Красавицы, как вас родители так поздно гулять отпускают? Да ещё и в таком виде…» — за рулём сидел взрослый озлобленный мужчина, что не мог не вставить свои пять копеек. Ненавижу таких! То принимают меня за легкомысленную дуру, то сально подкатывают. Кобели!
А я ведь совсем не дура. Наоборот, почти золотая медалистка, но люблю выглядеть красиво и затыкать тех, кто верит в стереотипы про отличниц серых мышек.
— Дядь, своих детей воспитывайте, — недовольно пробросила, мысленно представляя, как буду ставить ему одну звезду в приложении.
— Геля, — прошептала Ксюша, неуверенно толкнув меня в бок. — Ну правда, может, нам ещё рано?
— Ксюнь, в начале лета мы вечно что-то зубрили, сдавали ЕГЭ, рыдали от бессилия. Потом всё то же самое, когда пытались поступить. И мы поступили! Всё, заслужили посвящение во взрослую жизнь, понимаешь? Мы просто обязаны надраться так, чтобы забыть собственные имена.
— Учёба начинается с первого сентября. Давай пожалеем печень и мозги, они нам завтра пригодятся.
— Это же первый день, никто не будет проверять наши знания. Проведут вступительную лекцию и отпустят, вот и всё.
— Подожди, ты не видела сообщение в чате нашей группы?
— У нас уже есть чат?!
Судорожно начала копаться в сумочке, доставая телефон. Всё же синдром отличницы не давал расслабиться. Я просто ненавидела терять контроль! И, судя по словам Ксюши, в этом чате было что-то важное.
Разблокировала экран, сразу же зашла в мессенджер… И правда, новый чат, который я почему-то не заметила! Совесть не позволяла выключить телефон и отдохнуть, я тут же начала пролистывать всю историю сообщений, чтобы ничего не упустить.
«Студенты, важное объявление! 1 Сентября — учебный день! Первой парой — введение в направление, где вам расскажут всё об учебном процессе. Второй парой — английский. Большая просьба от преподавателя — подготовиться к обсуждению по теме "сонеты Шекспира"», — гласило сообщение от кураторши.
— Что за бред?! — возмутилась и была готова попросить таксиста развернуться. — Что этот англичанин о себе возомнил?! Какие сонеты на первом занятии?!
— Я думала, что ты уже подготовилась… Если хочешь, то можем поехать домой. В другой раз отпразднуем.
Тревожность возрастала с невероятной скоростью. Я ненавидела это чувство, когда невыполненная задача маячит на подкорке мозга и не даёт расслабиться. За время подготовки к ЕГЭ я успела сбить режим сна и словить нервный тик, и всё благодаря неумению отдыхать! Да я ждала этого дня всё лето, мечтала оторваться, как в последний раз, а в итоге полезла в браузер и стала искать эти чёртовы сонеты!
— Сто процентов препод — напыщенный индюк! Каким надо быть мудаком, чтобы в первый же день проводить пару?! Ну уж нет, я не позволю ему испортить мой праздник! Сказала, что напьюсь — значит напьюсь!
— Гель, я же вижу, что ты параллельно гуглишь сонеты.
— Одно другому не мешает!
Пока такси лихо поворачивало на дороге, я мельком пролистала пару статей и запомнила несколько фраз на английском. Благо, в школьные годы я научилась учиться с минимумом усилий. Никогда не зубрила, просто выработала свою систему, с которой легко запоминала материал. Ну, а ещё иногда удачно списывала.
Вскоре мы доехали до «Бездны». Огромный зал с высокими потолками, неоновые вывески, стробоскопы и басы, от которых сердце бешено колотилось. Молодёжь уже столпилась на танцплощадке, а те, кто был поскромнее — крутились у барной стойки, качая головами в такт музыке.
— Ну, как тебе, скромница? — похлопала Ксюню по плечу, улыбаясь от её растерянного вида.
— Ва-а-ау, — восторгалась она. Бедняжка впервые дорвалась до свободы. Ей-то 18 исполнилось только летом, и я была для неё «старшей сестрой», ведь была на год старше и пошла в школу только в 8. — Танцевать! Хочу танцевать!
— Сначала выпить, чтобы не было стыдно за танцы, — схватив подругу за руку, потащила её к бару. — Нам сет шотов! Самых сладеньких.
Бармен обольстительно улыбнулся, кивая и заливая в шейкер нечто цветное. Я чувствовала, как чужие взгляды скользят по открытой спине, но не оборачивалась. Чужое внимание льстило, но я знала себе цену и никогда не знакомилась первой, позволяя парням проявить галантность и креативность.
Первый шот обжигал глотку, как бурлящая лава. Второй был теплее и легче. Даже Ксюшка лишь слегка поморщилась. Третий — и мир стал радостнее, добрее и легче. Всё бы ничего, если бы мельком я не поглядывала на экран телефона:
«Любовь — звезда, которую маяк
Определяет место в океане».
Ох, Уильям Шекспир, если бы ты знал, как изменилось понятие любви!
Погрузившись в свои мысли, я даже не заметила, как Ксюша куда-то исчезла — то ли потерялась в толпе, то ли наконец нашла, с кем провести вечер. Я откинула волосы назад. Нужно было проветриться, да и напитки ударили в голову. Тело требовало движения! Диких танцев! И я, не раздумывая, забралась на барную стойку, двигаясь в такт энергичной музыке.
Извивалась, как кошка, проводя ладонями по шее и спускаясь к груди, а затем ещё ниже — к бёдрам. Волосы окутывали меня, создавая блестящий шлейф. Кто-то свистел, кто-то хлопал, но я полностью отдалась потоку и отрывалась, отдаваясь ритму.
— Красавица, слезай, пока не расшиблась! — громкий, низкий голос всё же вытащил меня из транса.
Перед стойкой стоял высокий, статный мужчина. Такие обычно не ходят в клубы, он выглядел весьма интеллигентно и собранно. Ну кто приходит в клуб в идеально выглаженной рубашке?! Тёмные, небрежно уложенные волосы, большие голубые глаза с тяжёлым взглядом и густыми бровями, издевательская ухмылочка! Так и напрашивался на то, чтобы стать жертвой моего флирта! Хотя, по ощущениям он был слишком взрослым для студента, но слишком молодым для препода. А значит, с таким не страшно пообщаться.
— А ты, случайно, не травматолог? — крикнула, наклоняясь и упираясь руками в колени.
— Сегодня могу быть тем, кем ты захочешь, только слезь! — он не растерялся и усмехнулся. Та самая усмешка, которая выбесила бы меня, если бы не была такой сексуальной.
Мужчина протянул руку, помогая слезть со стойки, и я, конечно, приняла его услужливый жест, улыбаясь.
— Ангелина, — представилась, игриво подмигивая.
— Эдуард.
Он оставил на моей ладони лёгкий, едва ощутимый поцелуй, и сердце затрепетало! Этого было достаточно, чтобы я, привыкшая к простым школьным ухаживаниям, раскраснелась от восторга.
— Какой коктейль хочешь? — спросил Эдуард.
— Ой, я сегодня всё потратила…
— Красавица, настоящий мужчина не позволит девушке платить. Бармен, мохито для девушки, и дай мне оплатить весь её счёт.
— Охренеть… — случайно выпалила я.
Эдуард по-доброму рассмеялся, подходя ближе и опираясь локтями на стойку. Я уловила запах его одеколона — дорогой, древесный, но не удушающий. Скорее лёгкий, приятный, как сам лес. Мне было плевать, что я его не знаю, в моменте он казался невероятно привлекательным, и я, желая встать ещё ближе, пошатнулась. Каблук подкосился, я вскрикнула, боясь упасть, но и тут Эдуард не оплошал — подхватил меня, прижимая к себе прямо за талию.
— Слышала примету? — спросил он тихим, вкрадчивым голосом. — Если на посвящении ни с кем не переспать, то завалишь все экзамены.
Глава 2. Услуга за услугу
Мне не послышалось?! Чары мгновенно рассеялись, такой бред не клеился со статной внешностью Эдуарда. Я в голос расхохоталась, высвобождаясь из его крепких, жилистых рук.
— Это самая бредовая фраза для знакомства.
— Но ты смеёшься.
— Я смеюсь над тобой, а не над фразой.
Бармен поставил на стойку мой мохито. Если бы не напиток, я бы, наверное, уже ушла на танцпол, чтобы найти Ксюшку.
— Слушай, это часто срабатывает? — спросила, наклоняя голову.
— Впервые пробую, но чувствую, что интуиция меня не подводит, и фраза всё же сработала.
— Самоуверенный, значит?
— А у меня есть причины сомневаться в себе? — Эдуард закатил рукава рубашки. Ах, это всегда безотказно действовало на меня!
— Ну-у-у, не знаю. Вдруг ты клеишь пьяных студенточек, чтобы потешить своё эго?
— Студентки не в моём вкусе. Насмотрелся, как они заикаются, когда я принимаю экзамен, и теперь не воспринимаю их серьёзно.
— О-о-ох, так ты заносчивый препод! — закатила глаза.
«Так он всё же не студент… Вот угораздило же! Надо сваливать. Если окажется, что он преподаёт что-то у моей группы — я тут же отчислюсь», — подумала, но не смогла сдвинуться с места. Было в этом Эдуарде что-то чертовски манящее, какая-то внутренняя харизма, что заставляла меня слушать его.
— Просто люблю свой предмет.
— И что, ни разу не принимал экзамены через постель?
— Ни разу, — он уверенно кивнул, поправляя волосы.
— А откуда тогда такая примета?
— Поверь мне, недостаток секса — одна из причин, почему студенты заваливают экзамен.
— Это откуда такая статистика? — удивлённо вытаращилась. Не хотелось бы стать его «исследовательской группой».
— Просто это логично. Молодость, бурлящая кровь, а тут какой-то дядька прикопался, и хочет от студентов не только знаний, но и умения правильно их преподносить.
— Это как?
— Представь, что ты стоишь у доски. Расскажи мне любой бред, только серьёзно, будто реально выступаешь с докладом.
Я замялась, отставив бокал, но быстро вошла в роль, встав по стойке смирно и глядя Эдуарду прямо в глаза. Не зря же в театральный ходила! В голове всплыли недавно заученные строчки: «Шекспир сделал три революционные вещи: изменил структуру рифмовки так, чтобы она была привычной для английского языка, ввёл в сонет диалог, спор и психологизм…».
Глаза Эдуарда расширились, будто он увидел дикого зверя прямо посреди танцпола.
— Допустим, — неловко прокашлялся он. — Кхм, смотри. Ты стоишь смирно, зажато, наверняка боишься сболтнуть лишнего и говоришь строго заученными фразами. Я учу студентов импровизировать, говорить от сердца, а не доставать слова из памяти. Лучше запомнить половину ответа на билет, но рассказать его достойно, чем просто вызубрить всё от «а» до «я». Важна подача, голос…
— А у меня что-то не так с голосом? — я легко коснулась воротника его рубашки, якобы желая расправить его. На самом деле просто хотела смутить покрасневшего Эдуарда. Когда мои пальцы якобы невзначай задели его шею, он растерялся ещё больше.
— Звучишь уверенно, но в этом нет тебя. Мне хватило пары фраз, чтобы примерно понять твой характер, а когда ты «стоишь у доски» — это не Ангелина, а просто безликая студентка.
Какой нахал! Однако, несмотря на внешнее смущение, он продолжал звучать весьма твёрдо и спокойно. Его хриплый, волевой голос так и подначивал: «Геля, мы нашли, с кем провести ночь!». Стиснула зубы — нельзя показывать, как он меня заводит.
— Ну, и что же ты успел понять обо мне?
— Мания контроля — всё время косишься в телефон и что-то проверяешь, ещё и глаза бегают — пытаешься уследить за всем и сразу. Много внутренних страхов — ты вроде и хочешь пообщаться, но отстраняешься, при этом тебя, могу с уверенностью сказать, тянет ко мне. Зрачки расширены, дыхание учащённое…
— Хорошо, — пробормотала, нахмурившись. Коктейли продолжали бить в голову, и я теряла контроль. — Допустим, я заинтригована. Так научи меня, как правильно разговаривать, мистер занудный препод.
— Услуга за услугу, строптивая первокурсница.
Уж не знаю, о какой услуге он говорил, но я не выдержала. Сама не знаю, чем руководствовалась, но схватила его за руку и потащила в сторону мужского туалета. Эдуард, весь такой интеллигентный, закрытый, и в то же время радушный не мог оставить меня равнодушной. Его взгляд был тяжёлым, но в то же время мудрым, проникновенным и изучающим. И мне хотелось, чтобы он задержался на мне. Будто бы, если такой человек оценил меня, значит я действительно хороша. И мне хотелось убедиться в этом.
— Я не это имел ввиду! — попытался отстраниться он, но я крепкой хваткой запихнула его в просторную кабинку, не желая слышать отказ. Да и родители учили меня верить в приметы…
Мы слились в страстном, опьяняющей поцелуе, который уносил меня далеко-далеко. Его мягкие, тёплые губы только больше раззадоривали. Руки скользили по талии, сжимая моё тело так, будто Эд говорил: «Неважно, что это лишь случайная встреча. Теперь ты моя». И я, поддавшись искушению, опустилась на колени, задержав руки у его ремня, как бы спрашивая разрешения продолжить.
— Подожди-подожди, — замялся Эдуард. — Если ты просто перебрала, то не нужно этого делать. И про примету я пошутил, ты наверняка сдашь все экзамены.
Он даже покраснел! Такой забавный! Так вот, что прячется за напускным пикаперством!
— Так, скажу честно. Ты мне понравился, я хочу разбавить свои серые будни и отпустить контроль, а ещё… Да, я пьяная, но отдаю себе отчёт в том, что хочу этого.
— Ох, ты точно будущая отличница… — выдохнул он, позволяя мне расстегнуть ремень.
Напряжённая плоть выпирала, не скрывая возбуждения Эдуарда. Он откинул голову назад, ударяясь затылком о стенку, и зажмурился. Я нарочно тянула время и медленно расстёгивала ремень, наблюдая, как белеют костяшки его пальцев. Он сдерживался из последних сил…
Я улыбнулась и провела пальцами по тому, что натягивало ткань джинс. Прошлась по их шву, лениво, как кошечка, незаинтересованная в игре. Эдуард замер. Перестал дышать и напрягся — выглядел совсем беззащитно, будто это он молоденький студент, а не я.
— Ты это специально? — прохрипел он.
— Конечно, — прошептала, не отрываясь. — Хочу отомстить за всех студенток, которых та завалил на экзаменах.
Расстегнула ширинку и обхватила его пальцами, удивляясь внушительному размеру. И как девушки в видео для взрослых с этим управляются?! Скрывая неловкость, провела влажным кончиком языка от основания до самого верха, а затем, сомкнув губы и нежно прижавшись к горячей головке, постепенно вбирала его, привыкая к ощущениям от твёрдой плоти. Приглушённые звуки музыки доносились до нас, помогая абстрагироваться от неуютного места. Тусклый свет лампы периодически мигал, короткими мгновениями погружая во тьму.
Его рука легла на затылок, направляя меня нежно, без грубости и давления. Я тихо застонала, и этот сдавленный звук ещё больше возбудил Эдуарда, он прикусил губу, чтобы не издать ни звука, но его бёдра подались вперёд. Языком скользнула по выступающей вене, что пульсировала в такт его сердцебиению. Эдуард больше не мог сдерживаться. Тягучее скольжение дразнило его, но я задавала свой ритм и плавно, ритмично двигала головой.
Случайно заметила, как он смотрит на меня. Так, будто не может позволить себе упустить ни единой детали. Меня заводило собственное бесстыдство и поглощённость таким грязным, но очень жгучим процессом. Пока рот плавно скользил вверх, пальцы обхватывали его у самого основания, повторяя ритм. Я быстро освоилась, откидывая стеснение. Стала менять глубину, вбирала его до самого основания, а затем дразняще соскальзывала на самый край, оставляя Эдуарда балансировать на грани между муками ожидания и истязающим наслаждением.
— Ангелина… — его голос сломался, превращая статного, сильного мужчину в жалобного кота.
Собственное возбуждение накрывало меня с головой. Чувствовать власть над телом совершенно незнакомого мужчины, позволить себе уйти в отрыв, забыть об учёбе, экзаменах и вечной суетливости — да это же кайф!
Низкий, сорванный стон перебил музыку. Он изливался в меня пульсирующими толчками, опьянённый волной страсти. Я не отстранилась — продолжила двигать языком, продлевая его агонию, и сглотнула, заливаясь краской. Вот так скромница наконец-то прошла посвящение в студентки…
Глава 3. Позвони, если понравилось!
«Блин, где я? — подумала, только разлепив глаза. Яркий солнечный свет падал прямо в глаза, заставляя щуриться. Ещё и эти белёсые стены… — Чёрт, как же голова болит». Я потёрла виски, оглядываясь. Перед глазами всё плыло, и я вздрогнула, заметив тёмную копну волос в стороне. Покачала головой, встряхиваясь, и зрение быстро пришло в норму. Рядом со мной лежал парень, и, судя по всему, я находилась в его квартире. В памяти всплывали мутные обрывки воспоминаний: шоты, сонеты Шекспира, танцы на барной стойке, затем знакомство… Точно, его звали Эдуард. А потом… Потом он пошутил что-то про посвящение в первокурсницы и…
— Какой ужас! — выкрикнула, испуганно вскакивая с постели. Тело не прикрывало ничего, и я заметила, как новенький комплект белья валялся в сторонке.
То, что происходило в туалете той ночью — это, конечно, непривычный вид досуга... Я помнила, как завелась тогда, как хотела, чтобы этот зануда смотрел на меня и терял контроль, но что было потом — забыла напрочь! Более того, я смотрела на то, как он спит, мирно посапывая, и хотела ещё. Было в Эдуарде что-то привлекательное, мужественное. Он был пропитан спокойствием и невозмутимостью, и мне этого так не хватало. Он походил на тихую гавань, которая должна помочь заземлиться.
Я подобрала вещи, направляясь в душ и попутно прихватив одну из рубашек Эда. Не заявляться же в университет в одном платье! А рубашку всегда можно вернуть — будет повод встретиться ещё раз. Я осмотрела его квартиру. Минималистичное, чистое пространство, тоску которого рассеивали винтажные постеры на стене и несколько гитар. На стеллаже стояли старые журналы и пластинки. «Queen», «Deep Purple», «Depeche Mode». А зануда-то не так прост! Он, как оказалось, рок-звезда. «Интересно, а он бы позвал меня за кулисы после концерта? — задумалась, прикусывая губу, но быстро осеклась. Мне нужно было просчитать все возможные варианты. И, конечно, зациклилась я на самом тревожном. — Стоп, нет! А если это только на одну ночь? Вряд ли мужчина, который ходит в клубы, будет искать серьёзных отношений».
Да я и сама их не искала. Слишком рано. Мне хотелось вкусить «взрослой» жизни, погулять, оторваться. Зная себя, я просто не смогу находиться в долгих отношениях. Буду тревожиться и надоедать партнёру своей заботой, недоверием или назойливостью. И раз так, то нужно было уходить первой, пока не влюбилась.
Но мне хотелось продолжения.
Было бы интересно узнать, что на самом деле представляет из себя Эдуард. Побеседовать с ним, ведь в первую встречу он зацепил меня именно своим интеллектом и харизмой. А что скрывается за ними? Какой он в обычной обстановке?
Неважно.
Вылезая из душа, схватила из косметички красную помаду, выводя на зеркале «Позвони, если понравилось!» и приписала снизу свой номер. Мне не хотелось будить его и выяснять отношения. Если бы услышала отказ — попрощалась бы с самооценкой. «Ангелина Ветрова никогда не проигрывает», — напомнила себе, выходя из квартиры. Как удобно, что дом Эдуарда находился прямо возле университета. Но даже так я умудрилась чуть не опоздать.
Вбежала в здание, как оголтелая бегала по этажам и пыталась найти нужный кабинет. Вокруг сновали такие же неловкие заблудившиеся первокурсники, сбитые в кучки. Не глядя под ноги, написала сообщение Ксюшке: «Куда идти?!». Она не ответила.
«Ксю, срочно!!!».
И затем начался спам, только бы она ответила. Ведь сто процентов в этот момент Ксю стояла, прижавшись к стеночке, и делала вид, что с кем-то переписывается, а на самом деле она просто открывала-закрывала приложения и стучала по клавиатуре, набирая несвязное нечто в заметках.
«Третий этаж и налево», — пришёл короткий ответ.
Запыхавшись, я вбежала в аудиторию прямо перед звонком. Бегло окинула взглядом тех, с кем предстоит учиться. Негусто, конечно… Все держались особняком, были зажатыми и, пожалуй, слишком правильными. «Мда, с этой группой будет скучно…» — пронеслось в мыслях. И среди толпы я не сразу узнала Ксюшку! Она, моя прилежная девочка, сидела на задней парте, глядя в телефон и краснея, а на её плечах была накинута чужая толстовка!
Подсела к ней, толкая подругу в бок и вырывая её из интересной переписки.
— Ой, привет! — от неожиданности дёрнулась она. — Ты чуть не опоздала, тебя прям не узнать.
— Меня-то?! Я смотрю, что ты вчера неплохо провела ночку. И как оно?
— Ну-у-у, его зовут Ян, он такой красивый, с ним так интересно, мы гуляли часов до четырёх, и я совсем не выспалась, но это того стоило! Было холодно, и он отдал мне свою толстовку. Классно, да?
— И что, у вас ничего не было? — решила уточнить. Уж очень меня насторожил приторно-влюблённый взгляд подруги.
Я знала это чувство — первая яркая влюблённость, от которой бабочки в животе летают. Обычно такое ничем хорошим не кончается.
— Нет, ты чего! Он очень чуткий, такой лапочка!
— И что, даже намёков не было?
— Ян, конечно, предлагал, я отказалась… — Ксюша слегка замялась, потупив взгляд в сторону.
— И?
— Потом он сказал: «Просто мне кажется, что между нами пробежала искра, и странно это отрицать». Ну, он ведь прав… Думаю, я соглашусь на следующей встрече, хотя мне немного страшно.
«Дура!» — хотела выкрикнуть я, отвесив подруге затрещину. Ох, конечно она повелась на глупые манипуляции! Какой ужас! Но наш диалог прервала преподавательница, вошедшая в аудиторию. Низкая, возрастная женщина в очках с толстыми линзами. Одно её лицо так и кричало: «Вы пожалеете, что поступили к нам!».
— Потом поговорим, — недовольно буркнула подружке, отворачиваясь.
С первых же минут вводной лекции в чате дали прозвище преподавательнице — «Джабба Хатт». Я едва сдержала смешок, хотя не очень любила смеяться над теми, кто старше и опытнее. Но, чёрт возьми, ей очень подходило это имя!
«Джабба Хатт» рассказывала о нашей специальности, монотонно описывая, чем мы будем заниматься в течение семестра. Не обошлось без нравоучений: прогуливать нельзя, делать домашки вовремя, к экзаменам можно начинать готовиться уже сейчас и бла-бла-бла. Плавали, знаем.
От того, как преподавательница цокает языком и тянет каждое слово, голову буквально сдавливало. Начинать учебный год с похмелья — задачка не из лёгких. Ещё и Ксю не отлипала от телефона, стуча ногтями по экранчику. Клац-клац-клац! Как же это напрягало!
Но я воспряла духом, когда «Джабба» встала с места и начала рассказывать о ВУЗовских активностях: спортивные секции, вожатские курсы, поэтический кружок, музыкальный и… Божечки! Театральный!
Да я горела театральным кружком! Ещё в школе я занималась актёрским мастерством и мечтала играть на сцене, но до этого не дошло. Я старалась, активно училась и не пропустила ни одного занятия, но когда дело дошло до первой постановки, наш преподаватель мягко дал понять, что у меня нет таланта. «Может, в следующем году», — сказал он. Но мне не нужно было в следующем году! Я хотела быть Джульеттой! Хотела выйти на сцену! И вместо того, чтобы работать с удвоенной силой, я просто ушла.
Сразу же после лекции побежала записываться в театральную группу, забыв о разговоре с Ксю, сонетах, которые нужно было повторить, и даже об Эдуарде.
Глава 4. Метод кнута и пряника
Небольшая группка первокурсниц опередила меня, столпившись у репетиционной коморки, где и проводилась запись на кружок. Улыбчивый парень, что представился нам куратором, нерасторопно раздавал анкеты, успевая шутить и обольстительно улыбаться, привлекая внимание девчонок. Увы, моё внимание всё ещё было приковано к Эдуарду, пусть я этого и не хотела.
«Интересно, он уже проснулся? А если проснулся, то почему не звонит? А я точно правильно написала номер телефона?!» — с каждым разом вопросы всё суетливее кружились в голове, и я, сбиваясь, не могла заполнить анкету.