Куклёнок хочет замуж. В сетях мажора мечты

Первая часть

Глава 1. Нечаянное утро

Я открыла глаза и почувствовала под пальцами левой руки шершавую, застиранную простынь. Сжала её, уставилась в потолок. Осторожно повернула голову. Рядом спит Лёшка. От того, каким безмятежным выглядит его лицо, у меня перехватило дыхание. Глаза плотно закрыты, длинные ресницы чуть-чуть дрожат, губы приоткрыты, но дышит он, кажется, через нос. Я слышу Лёшкино сопение и не могу оторвать взгляд от лица.

Он вчера был таким счастливым. Он любит меня. Но никогда мне об этом не говорил. И вчера не сказал.

Я снова принялась рассматривать потолок. Прислушалась к звукам в комнате. Рядом жужит вентилятор, но он направлен к столу, а не к кровати. В остальном – в квартире тихо. Встать и уйти? До мамы ведь я так и не добралась, а надо бы…

А ещё надо поговорить с Лёшкой.

Я прикусила губу. Вчерашняя ночь мне понравилась. Это точно не входило в мои планы, я даже понятия не имела, что хочу этого, но… да, надо признаться, что мне понравилось.

А теперь надо линять…

Я привстала аккуратно сначала на локте, потом села в постели и опять взглянула на Лёшку. Он всё-таки очень худой. Живот впавший, мышцы если и присутствуют, то они там как-то случайно оказались, повезло от рождения. Мартынов не занимается спортом. Самое тяжелое, что он поднимает – мышка компьютерная, авторучка ну и может, сумки, которые тягает его мама. Но руки у него красивые. И пальцы, и предплечья, едва очерченные бицепсы… Дальше ключицы… Очень сильно выпирающие. При определённом положении тела можно спокойно взяться за них пальцами.

У Саши тоже красивые ключицы, но не такие явные. И я сразу вспомнила его загоревшую кожу, красивые мышцы груди, сильные руки и испугалась.

Мне нравилось рассматривать Сашу спящим, а сейчас я сижу и смотрю на Лёшку, но думаю-то о ком…. Сколько времени прошло после того, как я открыла глаза? Как там Саша? Заметил вообще, что меня нет? Помнит нашу ссору? Он был сильно пьян, но не настолько, чтобы забыть, как выгнал меня из дома, как сказал уходить, потому что деньги закончились… Кем он меня считает? Он вообще ни во что не ставит мои чувства!

Я опять поймала себя на том, что начинаю злиться. Всё… надо успокаиваться. С Сашей всё кончено. Вчера, чтобы поставить точку, я послала Саше сообщение. Написала, что «это всё», что «мы расстаёмся». Пусть ищет себе другую дуру, которая будет терпеть его выходки.

Я отправляла это, когда Лёшка стоял сзади и обнимал меня, целуя мою шею. Боже. Я его слабо отталкивала, потому что мне сначала надо было порвать с Сашей. То есть – Сухожаров меня бросил, но… а с чего это он меня? Нет. Это я его бросила! И поэтому настрочила гневное сообщение и отправила. И уже с чистой совестью прыгнула в кровать к Лёшке.

Конечно, не с чистой…

Но мне было так плохо. В груди всё разрывалось и ныло. Слёзы текли градом. Я едва смогла переключиться на другие ощущения, чувства и мысли, и это только благодаря Лёшке. Он мне помог. Ночью я про Сашу больше не думала. Это значит, что что-то сильное я к Лёшке всё-таки испытываю. Потому что я уже призналась, что… мне понравилось.

Он затащил меня в свою квартиру, в свою комнату. Снял с меня одежду, вытирал градом льющиеся по моему лицу слёзы. Целовал мне мокрые ресницы, щёки, губы. В губы целовал потрясающе. Лёшка научился целоваться.

Он вообще был странным несколько раз, проделывал с моим телом непонятные штуки. “Вы со своей Алёной точно на одной волне” – это я сказала ему ночью. А он ответил, что хочет заниматься всем этим не с Алёной, а со мной. Это не единственный раз, когда Лёшка проговорился, в общем-то, и так всё понятно.

Мне показалось, что он очень хочет чего-то большего, более развратного, но сдерживается. Потому что я в слезах, какие тут постельные эксперименты?

И я не думала ночью про Сашу, потому что эти двое парней совсем разные. Я не понимаю, как можно сравнивать мужчин и решать, что кто-то из них лучше, если у этих двоих совсем разные подходы. Саша – это стихия, напор, страсть. А Лёшка – это что-то с чем-то… Он ломает мой несчастненький, неокрепший мозг. Ещё не факт, что Мартынов верит, что он у меня есть.

Дожила… Всё-таки сравниваю. Но всё равно что чувствую – понять не могу. Я не должна быть здесь. Вчера ноги принесли сюда сами. И первый поцелуй с Лёшкой был с горечью предательства. Понять кто кого предал – Саша меня или я Сашу – я не смогла. Но сейчас и тело и разум в шоке.

В комнате тихо, приглушенно заиграла знакомая мелодия. “Ты Венера, я Юпитер, ты Москва, я Питер” сдавленно пел Ваня Дмитриенко, и до меня дошло, что это звонок, который я поставила на Сашу. А слышно так плохо, потому что телефон где-то далеко и видимо, чем-то завален. Звонок прервался, потом повторился ещё раз. Мысленно чертыхаясь, я осторожно начала выбираться из кровати. Лёша пошевелился и, подавшись ко мне, обнял меня за талию. Я на секунду замерла. Ощущения всё ещё воспринимаются как новые. Упасть в кроватку и забраться Лёшке под бочок? Нет, я так не могу. Мартынов снова пошевелился, я поспешно шепнула: “Спи!” и выползла из постели.

На цыпочках, стараясь не шуметь, вышла из спальни. Всё ещё трезвонящий телефон обнаружился в прихожей, где я его и оставила, когда написала то своё сообщение. Только телефончик завален сверху нашей с Лёшкой одеждой. Пришлось извлекать его из-под всей этой кучи тряпок. Потом я несколько секунд пялилась на высветившийся входящий звонок и на фото улыбающегося голубоглазого Саши, который смотрел с экрана телефона прямо на меня. Я поняла, что не убавила громкость звонка и могу разбудить Лёшку. Сбрасывать не хотелось. Но я сбросила. Какие ещё варианты?

Видимо, поняв, что телефон теперь в руках хозяйки, Саша позвонил ещё раз. Не раннее утро, кстати – больше десяти на часах. Неудивительно. Я бы ещё поспала. Для позднего вчерашнего загула Сашенька ещё рано поднялся. Пребывая в таких своих мыслях, я набралась смелости и ответила на звонок.

От автора:

Приветствую, дорогие мои читатели! Для тех кто не в курсе, что происходит! Главную героиню зовут Женя Куклёнок Барбарисова, и она всегда хотела выйти замуж за состоятельного молодого красавчика, чтобы безбедно жить. На её счастье – один такой, Саша Сухожаров, как раз живёт через дорогу. Он сын банкира, тот ещё баловень и раздолбай. Богат, красив, а ещё стритрейсер – всё как Жене нравится. Спустя несколько непростых попыток Куклёнку всё-таки удалось привлечь внимание мажора и стать его девушкой. У них не всё гладко, милые бранятся, как известно… Но! У Жени есть друг детства (Лёша Мартынов, живёт в её доме в квартире напротив), в чувствах к которому она так и не смогла себе признаться. У них близкие, но не самые однозначные отношения. И вот после ссоры со своим парнем Сашей Женя оказывается у двери Лёши, стучится и… заходит внутрь.

На этом заканчивается первая книга “Куклёнок хочет замуж. Друга детства не предлагать”. А с чего началась вторая книга “Куклёнок хочет замуж. В сетях мажора мечты” – вы только что прочитали.

Глава 2. Ты нужна мне

– Привет.

– Привет, – я помолчала в трубку. Саша тоже, видимо, собирался с мыслями.

– Куклёна, ты где?

– А тебе не всё равно? – я тут же почувствовала, как вернулось вчерашнее раздражение.

– Не всё равно. Ты ночью уехала. И… почему ты шепчешь? Где ты?

– Дома я, – я обернулась, прислушиваясь. Из спальни вроде как ни звука. Про дом я, в принципе, не соврала. Так-то я дома. Почти. – Шепчу, потому что не хочу разбудить домашних.

– Чего это они у тебя спят в десять утра?

А Саша соображает! Конечно, мама уже на работе. Кого я там боюсь разбудить?

– Андреас дома, – вру я на ходу. – Это мамин мужчина.

– Я в курсе, ты рассказывала.

– Ну вот…

– Женя… – Саша помедлил. – Возвращайся, поговорим.

– Я тебе собачка? Бегать туда-сюда.

– Зачем ты так?

– Сам меня выгнал, – начала распаляться я. – А теперь беги к тебе, потому что ты хочешь поговорить?

– Мы вчера поругались. Каюсь, виноват, – продолжил Саша. – Я пришёл пьяный, сказал лишнего…

– Ты меня из дома выгнал!

– Такого точно не было, Куклёна.

– Не называй меня Кукленой!

– Жень… – тут же исправился Саша. – Что происходит? Я тебя не выгонял.

– Ты сказал, что деньги закончились, и я могу проваливать!

– Это я сгоряча ляпнул, есть косяк, – Саша обдумывал каждое слово. – А ты мне сказала, чтоб я побежал к отцу за помощью.

– И что в этом такого?

– Снова пойдём по кругу?

– Ты опять на меня наезжаешь! Смысл тогда звонить? – я опять оглянулась на прикрытую дверь, ведущую в спальню. Я вроде шёпотом, но… Слышит Лёшка или нет?

– Ты права. Прости… Женя, давай встретимся и всё обсудим. Смысл сейчас рычать друг на друга по телефону?

– Мне нечего с тобой обсуждать. Мы расстались! – выпалила я.

– Это когда это? – кажется, искренне не понял Саша. – Не помню такого. Я напился – да. Мы поругались – да. Ты уехала к маме. Но мы не расставались.

– Я тебе сообщение отправила! – снова вспылила я.

– Решила бросить меня эсэмэской? Мило. Дай проверю входящие… Ничего от тебя нет.

– Быть не может! Я вчера написала тебе, что я от тебя ухожу! – вскипела я.

– Да ты не волнуйся так, Куклёнок! Даже если так, я против.

– Чего ты против? – не поняла я.

– Против того, чтоб ты от меня уходила. Ясно? Я напился, мы поругались. Это не повод сразу расставаться. И вообще, Куколка… башка трещит. Я уже спасательными таблетками закинулся, но пока не отпустило. Ты не кричи, а? Давай через часик встретимся и всё обсудим, ок? Я за тобой заеду.

– Не надо за мной заезжать!

– Не кричи, у тебя ж там домашние спят. Надо. Давай, скоро буду, – и Саша сбросил звонок. Я пару секунд смотрела на экран своего телефона и не заметила, как проснулся Лешка.

Глава 3. Ты нужна мне!!!

– Кто звонил? – Лёша, сонный, вышел из спальни, приблизился ко мне со спины и поцеловал в плечо. Я вздрогнула. Он тихо усмехнулся, приобнял меня одной рукой и попробовал поцеловать в губы. Я увернулась.

– Ты чего, Жень? – Не понял Лёшка, но выяснять не стал. – Я сейчас вернусь, – и он отошёл от меня и скрылся в ванной.

Я опять разблокировала погасший экран своего телефона, зашла в мессенджер и проверила сообщения. Исходящее Саше не было доставлено! Какого черта? Я долго смотрела на предложение повторить отправку снова. Посмотрела непрочитанное входящее. Недостаточно средств? Твою ж!!! Я так и не подключила автоплатёж. Привычка экономить и следить, чтоб нужные в случае чего денежки автоматически не списались с карты на какую-нибудь ерунду! И вот, оказывается, я с Сашей не расставалась?

Вернулся Лёша.

– Женя?

– А? – я повернулась, и Лёша меня обнял. А я, вообще-то, стояла голая.

– Не надо, – я попробовала вывернуться и принялась озираться в поисках своей одежды. Кофта лежала здесь, бельё, наверное, под ней…

– Чего не надо? – он прижал меня к себе, скользя руками по моему телу. Я резко рванулась и побежала в спальню.

– Мы опять в кроватку? – спросил зашедший за мной слегка с утра притормаживающий Лёша.

– Я… сейчас оденусь и уеду, – я быстро натянула на себя свои трусы. Лифчик найти не смогла, тогда просто надела одну майку и рванула обратно. Но в проходе стоял Лёшка!

– Это ищешь? – спросил он, показывая мне мой лифчик.

– Да, спасибо, – ответила я, забирая этот предмет гардероба. Повернулась к Лешке спиной, собираясь снять майку. Передумала. Высвободила руки и надела лифчик под майкой, не снимая её.

– Застегнуть? – Лёшка, казалось, был невозмутим.

– Не надо, сама справлюсь. Как я, по-твоему, каждое утро одеваюсь?

– Ты не всегда носишь бельё. Бывает, видимо, такое утро, когда ты всё-таки не справляешься, – Лёшка подошёл, чтобы застегнуть крючки, но я управилась быстрее, и он просто скользнул по моей спине руками. – Зачем ты прячешься? Я уже всё видел.

– Я не прячусь. Просто тороплюсь, – промямлила я, думая, что делать с этой нашей близостью? Лёша мне не неприятен. Меня к нему тянет, но адское чувство, смешанное из ужаса и стыда, не даёт покоя.

– Куда торопишься?

– Мне нужно поговорить с Сашей.

– Вот прямо сейчас? – Лёшка скептически поморщился. – Это он звонил?

– Да. И мне надо с ним встретиться. Он за мной заедет.

– Ты сказала, где ты?

– Да, сказала, – я всё-таки выбралась в прихожую, подобрала и надела свои шорты, схватила кофту. Сумка валялась у самой двери. Поверх неё лежали мои босоножки.

– И сказала, что у меня? – Лёшка смотрел внимательно, а я быстро отвела взгляд, покусывая губу.

– Не сказала, да? – он криво усмехнулся. – Женя, как это понимать?

– Всё очень просто! – выпалила я, стараясь не смотреть на Лёшку. – Я изменила с тобой своему парню.

– Сухожарову со мной изменила? – Лёшка схватился за волосы, нервно поскреб кожу головы. – Ты же его вчера бросила. И ушла ко мне. Нет?

– Нет, Лёша, нет! – я постаралась чуть от него отодвинуться. Близость всё ещё смущала. – Мы поругались, наорали друг на друга. Я убежала из дома, приехала сюда и…

– И пришла ко мне, вся в слезах. Говорила, какой твой Саша козёл, а потом сообщила, что бросила его.

– Я его не бросила, сообщение не дошло.

– Ты издеваешься?! – Лёшка схватил меня за плечи. Почти так же, как вчера Саша. – Не надо так со мной, Женя!

– Да что вы все говорите одно и то же! – чуть не плача, выдавила из себя я. – Ты не ори на меня!

– Я говорю спокойно, – Лёша сразу отпустил меня и отошёл, скрестив на груди руки и опершись о противоположную стену. Какое-то время мы оба молчали.

– Значит, побежишь к нему? – первым начал Лёша.

– Не побегу, а выйду, чтобы поговорить. Нам надо поговорить… – пробормотала я. На самом деле я не знала, что сейчас надо делать? Меня кружило от ощущения неправильности происходящего, потому что… голос Саши в трубке был привычно насмешливо-добрым, он не изменился ко мне, несмотря на всё, что я ему высказала. Возможно, нам надо встретиться и… расстаться? По-нормальному, по-человечески…

– Лёша, мне надо поговорить с ним. Пойми меня, – попробовала я сказать максимально твёрдо и отважилась взглянуть Лёшке в глаза. – Я сейчас уйду, встречусь с Сашей, решу всё с ним, а потом мы поговорим с тобой и…

– Есть ещё “и”? – Лёша, кажется, злился. Но оставался привычно спокойным. Что за дурацкий темперамент? – Мне кажется, ты всё уже решила вчера.

Ну да… Когда прыгнула к нему в постель. Я же должна была убиваться от горя, заливаться слезами – что, впрочем, так и было. Но делать я это должна была одна. Хоть дома – в квартире напротив, у себя в комнате, хоть на скамейке в парке – хотя это, конечно, опасно. Но я точно не должна была лететь к Лёшке и утешаться в его объятиях… Не должна была, если люблю Сашу.

– А что ты можешь мне предложить? – внезапно спросила я, решив идти ва-банк. – Лёша, что? Ты считаешь, раз мы переспали, мы теперь будем встречаться? Хочешь правду? Действительно правду? Ты никогда не боролся за меня! Я всегда была рядом! Вот я, – я ткнула рукой в сторону входной двери. – Живу напротив! И да – у меня были толпы не тех парней! Парней, из-за которых я страдала, ревела, переживала. Ты всегда разговаривал со мной потом, уже после того, как я или меня бросят, смеялся над тем, какая я дура, и я тоже, слушая тебя, смеялась, глотая слёзы. Да? Так обычно всё было? Но ты ни разу за меня не боролся! Ни разу не настоял на своём! Как будто я как собачка должна была прибежать сама! А я не прибегу. Прибежала вчера, потому что мне было плохо! Ты меня утешил! Только уже по-взрослому, да? Мы же с тобой выросли. Зашли немножко дальше объятий и шуток. Вот и всё!

– Всё сказала? – Лёша не сдвинулся с места. Лишь продолжил буравить меня взглядом. – Ты ни разу не дала мне ни одного шанса.

– Ой, конечно! А кто сам вспоминал недавно? Ты первый мальчик, с которым я поцеловалась!

– Тебе же не понравилось.

– Не понравилось. Ты меня всю обслюнявил. Ну и что?

– Ты мне об этом сказала.

– Да, но вместо того, чтоб как-то исправить ситуацию, ты просто сам сразу и свалил от меня!

– Ты меня отшила.

– Нет! Я ждала, что ты меня ещё раз куда-нибудь позовёшь. Что что-то сделаешь! Но ты ничего так и не сделал, и я стала встречаться с Лёвкой из соседнего подъезда, помнишь? И вообще – почему мы вспоминаем школу?

– Ты сама начала.

– Да? – я на секунду задумалась, почесала лоб. – Это я к тому, что… у тебя всегда был шанс!

Он промолчал. Его молчание меня разозлило. Я выпалила:

– Не надо меня ни в чём обвинять! Ясно?!

– Ну если у меня всегда был шанс… Тогда останься сейчас. Я тебя не отпускаю, – Лёша подошёл и попробовал меня обнять, но я легко отбилась. Я опять была зла, и меня трясло.

Он попробовал ещё раз, и в этот раз я, не в силах сопротивляться, утонула в его объятиях. Я обняла Лёшку сама. Крепко-крепко. Прижимаясь к его не самой узкой, но всё-таки худой груди, чувствуя под пальцами его острые лопатки, а переместившись руками ниже – выступающие ребра. Он мне на жалость давит, вызывает во мне материнский инстинкт. Но я сама не настолько сильная, чтобы ещё кого-то защищать.

– Ты всегда, всегда-всегда будешь для меня близким человеком, – прошептала я ему в грудь, чувствуя губами его прохладную кожу. – Мы выросли вместе, ты знаешь меня как облупленную, так что… Просто отпусти меня. У нас ничего не выйдет.

– Почему не выйдет? – Лёша говорил как-то отстранённо. Вроде как и не настаивая.

– Я должна… – я помолчала, в очередной раз закусив губу. Я должна услышать от него самые важные слова, после которых смогу рискнуть и остаться. Но я, видимо, вчера ошиблась. То, что, как я думала, чувствуем мы оба, чувствовала только я. Видимо, я хотела, чтобы это случилось между нами, и это случилось. Но на этом всё. Мне нужно думать о себе.

– Что ты должна? Выйти замуж за Сухожарова? – раздражённо продолжил за меня Лёшка.

Я тут же вырвалась из его объятий, метнулась к двери, молча обулась, подняла свою сумку, бросила в неё телефон и, взявшись за дверную ручку, посмотрела на стоящего посреди коридора в одних трусах Лёшку.

– Вчера я думала, что поняла, что происходит между нами. Поняла, что ты ко мне чувствуешь. Мне казалось, что всё может получиться. Но я всё себе придумала. Мне было плохо, и хотелось во что-то поверить. Всё дело в том, что всё это время я надеялась, а вчера ночью решила, что я права… Но я ошибалась. Понимаешь, я думала, что ты… Я думала, что ты меня любишь.

Лёшка продолжал смотреть на меня молча, хотя глаза чуть распахнулись от удивления. Но я так ничего и не услышала и, надавив на ручку, вышла и захлопнула за собой дверь.

Глава 4. Застать врасплох наши чувства

Я зашла домой. Хотя мне было страшно, что Лёша побежит за мной. Так что, открыв ключом свою дверь, я тут же захлопнула её за собой и закрылась на щеколду. Сняла босоножки и сразу пошла в ванную. Во первых – хотелось писать. Ну и как-то умыться и привести себя в порядок.

В сохранности своей старой зубной щетки я не была уверена, а когда увидела её на том же месте, в стаканчике перед зеркалом, всё-таки не знала, можно ли ей пользоваться? Вдруг какой-нить алкаш ковырялся ею в своих зубах в воскресную пьянку? Отвинтила тюбик с зубной пастой, выдавила немного содержимого себе на язык, поморщилась от ядовито-мятного вкуса, разъедающего бедные вкусовые рецепторы. Прополоскала рот, умылась, причесала пальцами волосы. Только хотела идти в свою комнату, чтобы переодеться, зазвонил телефон. Саша уже подъехал. Я всё таки зашла к себе, заметив, что мама прибиралась в комнате, открыла шкаф, но была совершенно не в силах решить, что надеть. Тем более, старые шмотки совсем не радовали глаз. Всё какое-то ношеное, дешевое. Я вздохнула и закрыла дверцы. Быстро же я привыкла к красивой жизни, если простая спортивная кофта и майка из дорогого магазина кажутся мне приличнее, чем мои лучшие наряды. Посмотрела за окно. Пасмурно. Но свои старые кроссовки тоже не захотела нацеплять. Пошла к двери, обулась в те же самые босоножки, вышла, поглядывая на соседскую дверь, свою закрыла на ключ и пошла вниз по лестнице.

И всё-таки услышала в спину.

– Женя, подожди.

Лёша спускался за мной. Я вдруг поняла, что совершенно не хочу, чтобы они сейчас с Сашей встретились и начали что-то выяснять без меня. Или при мне. Или как угодно ещё. Это будет выше моих сил. Только не так драматично. Пожалуйста, не надо!

– Лёша. Не ходи за мной.

– Не хочешь, чтобы мы с Сухожаром увиделись?

– Не хочу, чтоб ты сказал ему, что мы с тобой… Пожалуйста, Лёша, не говори! – я приблизилась на ступеньку выше, всё ещё смотря на Лёшку снизу вверх. – Пожалуйста!

– Ты идешь к нему, и просишь меня молчать? – зачем-то повторил Лёша. А меня хватило только на:

– Да.

– Хорошо, иди, – Леша отступил на ступеньку выше, отдаляясь от меня.

– Ну увидимся, – прошептала я, тоже отступая, только на ступеньку вниз. У меня вспотели ладони. И спина под майкой тоже стала мокрой. За что мне это всё?

– Надеюсь, нет, – вдруг совсем уж холодно-отрешённо бросил Лёшка и первым развернулся и пошёл к себе. Я была так поражена, что застыла на месте, смотря ему в спину. И “ожить” у меня вышло, только когда хлопнула его дверь. Вздрогнув, я медленно повернулась, очищая влажные ладони от прилипшей к ним от перил старой краски. Меня ждёт Саша.

Когда я вышла на улицу, Саша тут же выскочил из машины, подбежал ко мне, наклонился, выдохнул мне в лицо.

– Привет!

– Привет, – быстро шепнула я, соображая, что Саша собирается меня поцеловать. Я отвернулась, и он не стал целовать щёку, вместо этого слегка отпрянул, усмехнувшись и сказал:

– Понятно. Сердишься?

– Да, – промямлила я. – Ещё от тебя перегаром разит.

– Да я съел три тюбика зубной пасты.

– Надо было не есть их, а чистить зубы, – ну я прямо жгу сегодня… А кое-кому не стоило трахаться с соседом.

– Куколка… Ну прости меня! – Саша опять ко мне наклонился, пробуя заглянуть в лицо, а я прятала от него глаза.

– Ты же вроде поговорить собирался?

– Поехали поговорим.

Я кивнула, Саша проводил меня до пассажирского места и открыл передо мной дверь, закрыв после того, как я села. Быстро перебежал обратно к водительскому и запрыгнул в машину.

– А ты как за рулем, если пил вчера?

– Да я нормально, как огурчик. Как ты ушла, сразу протрезвел.

– Думаю, если тебя гаец остановит, он тебе не поверит.

– Поверит, ещё как поверит. Я тут уже всех гайцев в лицо знаю. Ну они меня точно, – Саша невесело посмеялся. А потом продолжил серьёзно. – Куколка, прости меня. Я вёл себя как мудак.

– Как пьяный мудак, – поправила я.

– Согласен, – Саша кивнул, смотря на дорогу. – Как пьяный мудак, неотёсаная пьяная скотина.

– Как тот ещё скот, да, – подтвердила я.

– Да ладно тебе, – слегка надулся Саша. – Впрочем, ты права. Куколка, – он быстро взглянул на меня. – Ты вправе сердиться, я заслужил, каюсь.

– Ты не стал защищать меня от нападок Изоль… Ангелины Степановны.

– А мама тут каким боком? – искренне удивился Саша.

– Я всё слышала. Это же её слова – что мне нужны только твои деньги! – я опять сорвалась на обиженный крик.

– Понимаешь, с мамой, тут такое дело… – Саша постучал пальцем по рулю. – Она… у неё никогда не было своего дохода, она сразу после вуза вышла замуж за папу. Где-то вроде работала, в какой-то фирме, и она любит говорить об этом как о важном жизненном опыте. Но по-сути… у неё самой ни наследства, ни своего бизнеса – всё принадлежит отцу. Ну или как мама постоянно повторяет – нашей семье. Всем нам. А по идее – всё равно отцу. И поэтому мама бдит… Понимаешь меня? – Саша опять быстро на меня взглянул. – Мне жаль, если ты что-то не то услышала. Мама может говорить, не думая. Просто такой человек. Это не значит, что она плохая или…

Саша говорил ещё. Конечно, выгораживая свою маму. Я уже не злилась. У самой-то рыльце куда более как в пушку. А Изольда, оказывается, такая же бесприданница, вот и нервничает. Знает, каково это – желание отхватить от жизни кусочек пожирнее. Я, может, тоже хочу выйти замуж за банкира и ни дня не работать. Буду заниматься благотворительностью – или что там она устраивает? На выставки ездить, ходить в театры… Ой, не… Это как-то совсем скучно. Может, попросить у Саши свой салон красоты? Или бутик какой-нибудь цветочный. Буду заезжать иногда, спрашивать у поверенных, как идут наши дела. Важничать с мастерами или с флористами.

Стопэ… Мы же вроде как… расстаёмся? Или нет?

– Саша, мы вчера решили расстаться, так?