Пламя ледяного дракона. Попаданка во дворец

Часть 1

Ровно в тринадцать тридцать пополудни двадцать первого декабря две тысячи двадцать первого года Инна осознала, что она полный банкрот. И дело даже не в том, что компания, пусть это и маленькая пекарня на первом этаже многоквартирного дома, теперь ей не принадлежит. Дело в том, что бывший муж каким-то невероятно хитрым и подлым способом умудрился отхватить не только пекарню, но и заморозить все ее вклады. И теперь Инна осталась не только без источника дохода, но и вообще – без средств к существованию.

В то, что Ярик так мог поступить Инна не верила до последнего и только когда юрист озвучил все условия развода, до нее дошел весь ужас и крах ее положения. А на носу Новый Год. Правда теперь не то, что подарки, тут на продукты бы наскрести.

Квартирку, которую она купила на деньги от пекарного дела, она записала на Ярика и теперь ужасно об этом жалела, потому что жить ей тоже стало негде. Возвращаться в Екатеринбург? К родителям? Больно она им там нужна, они только рады, что сбагрили нерадивую дочь замуж подальше на другой край страны.

Так что вариантов Инна для себя не видела. Подруг себе завести толком не успела – все время посвящала работе. Она любила печь и первое время в пекарне сама работала и пекарем, и кассиром, и директором. А когда посетителей стало много, наняла сотрудников. Но сейчас это уже не имеет значения.

Ярик в тогда ее поддерживал, говорил, пока эти дуры бегают по кафешкам, она раскручивает бизнес. Кто же знал, что Ярик и сам бегал, где ему хочется и цеплял девушек. И вот, у него рыжуха с пятым размером, а она, Инна, выброшена на улицу в прямом смысле слова, потому что этот гад дал ей всего сутки, чтобы выехать из квартиры.

Всхлипывая, Инна перетаскивала сумки из лифта в машину перевозчика. Какие-то деньги у нее оставались наличными, на них она смогла нанять грузовичок. Она достала мобильник из кармана пуховика и набрала единственной знакомой, которая согласилась помочь.

– Привет, Ангелин, это я, – сказала Инна в динамик озябшими губами, потому что на улице минус четырнадцать. – Ты дома уже?

– Ини, – отозвался бодрый голос Ангелины в трубке, – да, только прибежала из зала. Ты в какой готовности?

– Уже все собрала, последнюю сумку в грузовик кладу.

– Отлично. Жду тебя. Вечером пойдем кое-куда.

– Ангелин, я благодарна, но мне вот сейчас вообще не хочется куда-то идти, – сказала Инна. – Настроение, сама понимаешь, какое.

В динамике многозначительно фыркнули.

– Вот поэтому мы и пойдем с тобой. Возражения не принимаются. Поверь моему опыту. Я, когда разводилась со своим гадом, вообще дома сидеть не могла. Он у меня, конечно, квартиру с бизнесом не отжал, но ребенка чуть не забрал. Знаешь, как я по судам таскалась? Так что хватит реветь, едь ко мне, будем возрождаться.

Инна отключила вызов и со вздохом убрала телефон обратно в карман. С Ангелиной она познакомилась на фитнесе. Боевая такая девчонка примерно ее возраста – около двадцати восьми лет. Фитнес в ближайшее время Инне не светит и придется вернуть годовой абонемент, поскольку нужны деньги.

Спустя полчаса езды по плохо расчищенным после снегопада проспектам, грузовичок подъехал к шлагбауму нового жилого комплекса. А еще через несколько минут грузчик уже заносил сумки в просторную свежевыкрашенную и обставленную в стиле хай-тэк квартиру Ангелины.

– Даже не знаю, чтобы я делала без тебя, – честно призналась Инна, нервно попивая чай из большой белой кружки.

– Ой, да ну ты что, – отмахнулась Ангелина и пододвинула ей тарелку с макарунами. – Сама была в такой ситуации.

Инна усмехнулась.

– А говорят женской дружбы не бывает.

– Дураки такое говорят, – отозвалась Ангелина. – Ты пей-пей. И ешь. Бледная, как смерть. Ярик твой, конечно, урод редкостный. Сколько, говоришь, вы были вместе?

– Шесть лет.

– Скотина, – констатировала Ангелина и закивала собственному утверждению. – Так с близкими поступать – настоящее свинство. Как ему вообще удалось это все провернуть.

Инна поморщилась и проговорила:

– Да сама дура. Думала, мы с ним навсегда, квартиру на него записала, так было удобнее. А он… Ой… Нашел себе загорелую рыжуху с вот такими арбузами. Я радом с ней моль молью. Блондинка, кожа белая, глаза голубые. Хорошо хоть косу не отрезала, как он хотел. Хотя… О чем я. Это вообще сейчас не важно.

Ангелина выпучила глаза и всплеснула руками.

– В смысле «не важно»?! Очень даже важно! Женщина всегда должна за собой следить. Даже когда мир рушится. Так, допивай, переодевайся и пойдем.

Инна надеялась, что Ангелина забыла о своем порыве энтузиазма, но та смотрела очень настойчиво.

– Может не сегодня, Ангелин? – попыталась сопротивляться Инна. Ей хотелось забиться в угол и скрутиться калачиком на кровати, чтобы никто ее не видел и не мешал предаваться самобичеванию и страданиям.

Но Ангелина была непреклонна.

– Никаких отговорок, деточка, – отрезала она. – Собирайся.

Пришлось подчиниться, в конце концов, Ангелина согласилась принять ее пожить на неопределенный срок, пока снова встанет на ноги. Места в квартире у Ангелины предостаточно. И стоит быть благодарной ей за гостеприимство.

Поэтому через полчаса Инна в кожаных брюках с начесом и нежно-голубом свитере из «ангорки» стояла перед зеркалом. Ангелина хмурилась и кривилась, критично инспектируя ее наряд.

– А другой кофты нет? – спросила она.

– Там морозяка дикий, – сообщила Инна.

– Так мы же в помещении будем.

– А до него как?

Ангелина удивленно похлопала ресницами.

– На машине, – ответила она. – У меня во дворе припаркована.

– А вдруг мне на воздух захочется? В блузке околею.

– Ну ты зануда, – закатывая глаза, проговорила Ангелина. -Косу хоть расплети.

На это Инна согласилась – распустила белокурую косу, и волосы светлым водопадом рассыпались до самого пояса.

Ангелина довольно заулыбалась.

– Вот так-то лучше, – сказала она и подкрасила Инне губы и ресницы.

Куда едут, Ангелина Инне не сказала, оставалось только теряться в догадках. Но, судя по тому, что ее не заставили надевать коктейльное платье, кружевное белье или карнавальный костюм, это не светский прием, не оргия (кто знает эту Ангелину) и не маскарад. Инна подозревала, что ее везут в какой-нибудь салон-СПА, но, когда БМВ Ангелины остановилось у большого отдельно стоящего дома с историческим фасадом, засомневалась в этом.

– И куда ты меня привезла? – спросила Инна.

– Сейчас все увидишь.

Запарковавшись, девушки преодолели хорошо вычищенный двор с насыпанными мраморной крошкой дорожками и взбежали на крыльцо.

Внутри оказалось так же исторично, как и снаружи – лепнина, зеркала в массивных рамах, массивные диваны и столы, канделябры, натуральные, а не электрические свечи. Инна думала, что они будут вдвоем, но оказалось народа здесь достаточно, все ходят из комнаты в комнату, попивают чаёк, переговариваются.

Инна теряла терпение.

– Слушай, что это вообще за мероприятие? – спросила она.

– Сейчас все будет, – отозвалась Ангелина. – Мы как раз под самое начало успели.

Едва она договорила, как открылась большая лакированная дверь, в проходе возник наряженный во фрак лакей и торжественно произнес, вскинув руки:

– Дорогие гости, приветствую вас на ежегодном балу быстрых свиданий! Наслаждайтесь новыми знакомствами и вкусной едой. Блюда, напитки, фотограф и развлечения включены в абонемент. Приглашаю вас в зал!

Лакей отошел в сторону, сделав пригласительный жест и народ перешептываниями, полными ожидания направился в зал. Ангелина ухватила Инну за руку и потащила следом за остальными.

– Какой абонемент? – спохватилась Инна. – Я же ничего не платила!

Ангелина отмахнулась.

– Я за нас заплатила. Не парься.

– Ангелин, я так не могу. Сколько я тебе должна?

– Ой, да успокойся ты. Считай это моим новогодним подарком.

– Ангелина, – начала Инна снова, но подруга замахала на нее руками.

– Лучше иди и знакомься. Самое классное средство забыть бывшего – встретить нового.

Инна могла бы много сказать ей по этому поводу. Например то, что еще слишком рано, она даже в себя прийти не успела. Или что Ярик еще не выветрился из ее головы. Или что она не знакомится на подобных мероприятиях. Что это вообще такое? Быстрые знакомства за деньги? Да кого тут можно встретить? Таких же потерянных и отчаявшихся, как она?

Но Ангелину, похоже, все ее доводы не интересовали, потому что она резво усадила ее за первый попавшийся стол к какому-то кудрявому пареньку с внушительным прыщом на самом кончике носа.

– Здрасте, – растерянно сказала Инна.

– Привет. Я Петя. Я работаю в фаст-фуде. Живу с родителями. Но это только начало. У мен большие планы. Я хочу свой ресторан. У меня будет сеть под названием «У Петрухи». В меню будет особое блюдо – бычьи яйца в томате. Это хорошо для мужского здоровья. А ты чем занимаешься?

Инна выслушала эту восхитительную ахинею и едва смогла натянуть улыбку.

– Эээ… – протянула она и покосилась в сторону. Там люди менялись парами, пересаживаясь за другие столы. Она проговорила быстро: – Я пойду дальше.

Так Инна сменила столов десять. За это время она успела узнать лысого мужчину сорока лет, который проживает с десятью кошками и престарелой бабушкой на даче, подыскивая себе и ей сиделку. Так же был свингер, желающий разнообразить свою с женой половую жизнь. Бизнесмен, нуждающийся в любовнице по вторникам и четвергам, а также сопровождении в командировках с целью поддержания полового статуса. Оправдания ради, стоило отметить – он обещал полностью взять на себя содержание любовницы. Правда Инна на такое оказалась не готова. Потом были фермер, тренер-качок, стриптизер, артист балета, какой-то парень с засаленными волосами, который не смог связать двух слов и просто пялился на нее.

Поток странных мужчин так вымотал Инну, что к концу первого часа она решила сделать паузу и отошла от столов активности к фуршету.

Оказалось, что она дико проголодалась, что и понятно – не ела она с самого утра, не считая макарун у Ангелины. И теперь вовсю уплетала маленькие канапе с подноса, запивая яблочным соком.

– Что-то, а банкеты у них всегда классные, – раздался низковатый, чуть хриплый голос слева.

Именно в этот момент Инна запихнула в рот сразу две порции канапе и в таком виде повернулась к говорящему, растерянно моргнув.

Перед ней стоял суховатый высокий старик с ухоженной белой бородой, в белоснежном костюме и таких же белоснежных лаковых туфлях. Платинового цвета волосы аккуратно зачесаны назад и спускаются ниже шеи, а сам дед смотрит на нее ясными, слегка прищуренными голубыми глазами.

Часть 2

Пожилой мужчина довольно жевал тарталетку с индейкой и ждал ответа Инны, что сделать ей довольно трудно, потому как две «канапешки» с трудом умещались во рту. О попытке разговаривать и речи не могло быть. Пауза затягивалась, Инна торопливо старалась прожевать все, что находилось у нее во рту.

– Не торопитесь, – подбодрил ее дед. – Жуйте тщательно. От этого напрямую зависит пищеварение.

От этих слов Инне еще больше захотелось побыстрее проглотить и когда это сделала, стало даже больно в пищеводе – слишком большие и сухие куски получились. Прокашлявшись, Инна проговорила, аккуратно вытирая, чтобы не растереть тушь, глаза:

– Спасибо…

– Первый раз на «Быстрых свиданиях»? – спросила дед.

– И, наверное, последний, – ответила Инна.

Тот усмехнулся.

– Не нравится?

Инна неуверенно пожала плечами и сказала:

– По-моему, здесь собралась не совсем моя компания.

– А какая твоя? – почему-то прищурившись еще сильнее, спросил дед.

Инне показалось, что он ее клеит. Ну вот, дожили. Теперь ее и бородатые старикашки будут цеплять. Сколько ему лет? Девяносто? Сто? Как вообще выглядят мужчины в таком возрасте? Хотя сейчас медицина такая, что не понять. А этот еще и ухоженный, волоски в белоснежной бороде один к одному, и костюм с иголочки. Может он миллионер? Ох, если так, Ангелина точно заставила бы знакомиться. И хорошо, что ее сейчас тут нет и Инна может тихонько ретироваться.

Так она подумала.

Но только собралась развернуться, как дед сказал:

– Ну?

– Что ну? – не поняла Инна, поглядывая на двери. Ей уже хотелось поскорее закончить весь этот абсурд.

Взгляд бородатого деда стал таким внимательным, что Инне даже стало неловко – не должны приличные деды так смотреть на молодых женщин. Она сложила руки на груди и вопросительно посмотрела на него.

Дед проговорил:

– Ты ж говоришь, не нравятся местные кандидаты. Так?

Инна сдвинула одним плечом.

– В целом, да.

– Так а чего тебе надо – знаешь? – продолжил наседать дед.

И чего он к ней привязался? Задает какие-то вопросы, будто она на собеседовании. Или это во времена его молодости так модно было? Знакомишься, как соцопрос проходишь. Где училась, кто родители, где работают, сколько зарабатывают. Э, дед, если ищешь, с кем встречать безбедную старость, то сейчас это совсем не про нее. Бывший муж постарался.

Инна хотела вежливо отправить деда подальше, но его цепкий взгляд все же заставил ответить. Она вздохнула и проговорила:

– Ну…

– Давай-давай, смелее, – усмехнулся старик. Хотя, стариком его назвать слишком уж перебор. Старик это дряхлый, немощный, с палочкой ходит. А этот – все-таки дед. Молодится, бороду уложил. Надо же. Дон Жуан.

Инна потерла подбородок и задумчиво произнесла:

– Чего мне надо? Да чего. Того же, чего и всем нормальным людям. Чтобы было, на что жить. И чтобы рядом был тот, кому можно доверять.

– Справедливо, – согласился дед.

Инна продолжила:

– И чтобы всякие «ярики» обходили стороной. Хочу свой дом, а не квартирку, которая теперь уже и не моя. И любви. Такой, чтоб как в кино и книгах! Чтоб искрило, а не то, что у меня было с Яриком. Чтоб настоящий огонь!

– Хо-хо! – с восторгом усмехнулся дед. – Хорош запрос. Чтоб искрило. И чтоб огонь. Сама-то такое выдержишь? Не устанешь от постоянного искрения?

Инна хмыкнула.

– Скорее еще добавки попрошу. Только таких искристых, наверное, сейчас уже не делают. И мой бывший муж тому пример. Извините, что загрузила вас личными проблемами. Хорошего вечера.

Снова собираясь уходить, Инна цапнула с подноса еще несколько шпажек канапе.

– А на что ты готова ради такой любви? – вдруг спросил дед.

Инна вздохнула с улыбкой.

– Да я бы хоть сейчас поехала за ней. Если наверняка. Но я взрослая девочка. Понимаю, идеальное только в наших головах.

Она стянула губами «канапешку» и в этот раз стала тщательно пережевывать, рассчитывая, что от молчания деду станет скучно и он переключится на кого-нибудь другого. Но он не отходил и продолжал наблюдать за тем, как она методично есть оплаченный Ангелининым абонементом фуршет.

– Ну что? – не выдержала Инна его взгляда спустя еще несколько минут.

Дед чему-то хихикнул и сказал:

– Значит, хоть сейчас готова?

Инну его компания начала утомлять. Еще и Ангелина куда-то подевалась. Наверняка нашла какого-нибудь жгучего мачо и милуется с ним в углу. Это ей, Инне, везет на каких-то заучек и дедков.

– Да готова, готова! – в сердцах высказала она с набитым ртом.

– Как чудесно, – чему-то обрадовался дед. – Ну и славно. Ну и прекрасно.

Затем, будто пританцовывая, топнул своей белой лаковой туфлей. Стук металлической набойки разнесся по залу звонким эхом, Инна даже сжалась – сейчас на них обернутся и все увидят, что она тусуется с дедом. Решат, что она какая-нибудь профурсетка, охочая до денег и квартир престарелых мужчин.

– Извините, – проговорила Инна торопливо, – я пойду. Мне пора.

– Иди-иди, – охотливо согласился дед и даже помахал ей, поторапливая.

«Какой невоспитанный», – подумала Инна и направилась к гардеробу. Пускай Ангелина остается и веселится, Ангелине же наверняка весело, если куда-то запропастилась и не пытается ее найти. А она поедет домой. На метро, а не на такси, потому что теперь надо экономить. Запасные ключи Ангелина ей как раз выдала.

Быстро закутавшись в розовый пуховик, она натянула шапку с белым бубоном и вышла на порог. Крыльцо заледенело, пришлось все время смотреть под ноги на ступеньки с держаться за воздух, чтобы не поскользнуться.

Спустя вечность пыхтения и усилий Инне удалось добраться до очищенной от снега и льда песчаной дорожки. Она подняла голову, чтобы выдохнут с облегчением, но воздух застрял в легких.

Перед ней стоял заснеженный лес.

Инна подумала, что видимо вышла с запасного выхода в какой-нибудь внутренний сад, но, когда обернулась, то обнаружила вместо особняка сарай. Неприметный, засыпанный снегом и покосившийся от времени.

Ступор, напавший на Инну, оказался сильным и всеобъемлющим. Что сейчас произошло? Почему она смотрит на сарай и куда делся особняк? Или это какая-то иллюзия? Часть шоу?

Обойдя сарай вокруг и утопая по колено в сугробах в сапогах от КРОККО, которые совсем не предназначены для снега, она с напряжением обнаружила, что здесь нет даже намека на особняк. И более того – с другой стороны сарая огромное заснеженное поле, блестящее в свете солнца, которое клонится к верхушкам деревьев вдали.

– Что за ерунда… – нервно проговорила Инна, чувствуя, как внутри медленно, но верно поднимается ужас.

Ее загипнотизировали? Похитили? Но как и когда? Она же все прекрасно помнит. Только что вокруг было полно народа, она ела канапе, потом оделась, вышла и вот она где-то посреди поля у сарая развалюхи.

Она достала мобильник из кармана. Сеть не ловит. Попыталась набрать Ангелине – гудков нет.

– Какого хруля?! – выругалась Инна.

Что с ней случилось???

Произошедшее находилось где-то за гранью ее понимания, а когда забежала в сарай, чтобы удостовериться, что там не скрывается потерянный особняк, но нашла только косы и серпы, на Инну накатила настоящая паника. Сердце заколотилось, в ушах грохнуло и запищало, дыхание стало частым. Даже в груди стало тесно и заколол межреберный спазм. Она схватилась за голову и выбежала из сарая.

Что такое?! Что с ней такое?! Как она сюда попала?! Ее чем-то накачали? Но она ела только канапе и остальные ели. Не могут же они все галлюцинировать. Или могут? Но здесь холодно. Очень холодно. Вряд ли галлюцинация может так щипать щеки и нос. Но как это все объяснить??? Как она переместилась в поле?

– Дед! – выкрикнула Инна, вдруг вспомнив ухоженного дедка, который пытливо на нее смотрел и пытался залезть в душу. – Это все он!

Она завертела головой, будто дед вот сейчас возьмет и появится где-нибудь поблизости, а она возьмет и выскажет ему все, что думает и потребует вернуть все, как было. Дед, естественно, не появился, и Инна все так же в снегу у сарая непонятно где.

– Эй! – закричала она. – Дед! Что ты сделал?! Куда ты меня закинул! Эй! Отвечай!

Заснеженное поле и лес вокруг ответили зимним молчанием. Всюду спокойствие, красота и безмятежность. Этим можно было бы наслаждаться, если бы не факт того, что она каким-то образом переместилась сюда и понятия не имеет, как отсюда выбираться. Для начала хорошо бы понять, где находится это «сюда». Но навигатор тоже не работает и вообще в телефоне из полезного остались только фонарик, калькулятор и камера, в которую можно смотреться, как в зеркало. В ней сейчас отражается напрочь перепуганная девица.

– Что за хруля… – повторила Инна дрожащим от ужаса голоса.

Солнце тем временем медленно, но верно клонилось к закату, и теплее не становилось. Осложнялось все тем, что никаких согревающих приспособлений у Инны с собой нет. Даже зажигался, поскольку не курит.

Костра не развести, обогревателя нет, телефон бесполезен. Если не будет двигаться – попросту замерзнет здесь!

Только страх околеть не дал Инне поддаться панике. Куда идти непонятно, но оставаться на ночь в этом сарае так себе идея. Она в нем точно замерзнет. В лесу неизвестно, что за звери. Но в движении хотя бы есть возможность греться. И шанс на то, найдет помощь. А сарай совершенно не приспособлен для ночевки – щели такие, что можно ладонь просунуть. Наверное, какая-то летняя постройка.

И Инна, сцепив зубы, ломанулась по заснеженному полю.

Она бы никогда не подумала, что по сугробам передвигаться так трудно. Колени пришлось задирать к самым ушам, шагая в снегу, ноги проваливались, а небольшие каблуки совсем не способствовали удержанию на поверхности. Периодически она падала в снег, выбиралась, снова шла. Но в этом был и свой плюс – стало так жарко, что от нее валил пар. Как минимум в ближайшее время Инна не замерзнет. Если, конечно, не перестанет двигаться.

Да уж, кто бы мог подумать, что она влипнет в такое. Дет точно ее загипнотизировал. И, наверное, пока она пребывала в состоянии беспамятства, посадил на поезд и отправил в эту глушь лесную. Правда, кто ее привел в сарай не ясно, да и вроде ей казалось, что она спускалась по ступенькам особняка. А у сарая ступенек нет.

Смутно. Все очень смутно и непонятно. Но, в любом случае, когда выберется, напишет заявление не этого белобрысого деда. Нельзя вот так брать и… Что конкретно сделал дед Инна так и не поняла. И дальше об этом размышлять не смогла, потому что когда преодолела большую часть поля, над ней в небе раздался такой жуткий рев, что она ничком в ужасе рухнула в снег.

Рев проник даже во внутренности – они задрожали. А когда Инна сама подняла голову, тело оцепенело. И вовсе не от холода, а от ужаса и неверия собственным глазам.

В небе на высоте полета параплана летело нечто. Это нечто огромное, размером с поезд со всеми вагонами, белое и с переливами. Тело вытянуто и покрыто громадными перьями, хвост длинный и извивается в полете, как змея, размах крыльев такой, что они с легкостью накроют целый квартал. Четыре массивные лапы с загнутыми когтями металлического отлива, прижаты к туловищу, а морда здоровенная, хищная, с рядами острых, как пики зубов. Это даже с такого расстояния видно.

Фиолетовый глаз грозно покосился на Инну.

Этого не может быть! Это ведь настоящий… Дракон!

Часть 3

Инна настолько опешила, что даже не сразу ощутила, как холодный снег забился под перчатки и рукава, обжигая руки. Над ней только что пролетел дракон!!! В небе! Обычном зимнем небе! Громадная туша с зубам! И она в своем розовом пуховике на белом снегу ему отлично видна. А вдруг он голодный и сейчас вернется, чтобы ее сожрать.

Нет. Ей это все привиделось. Это последствия гипноза деда. Надо просто отдохнуть, поспать, поесть нормально. Тем более, у нее стресс. Мало ли, что в таком состоянии может показаться.

Инна в очередной раз выбралась из сугроба с твердой решимостью изгнать галлюцинации, но когда сделала шаг, в снег слева с тихим шорохом воткнулось громадное перо. Инна вздрогнула. Перо именно воткнулось, потому что, кажется, оно из какого-то металла, края заточены, а кончик, по всей видимости, острый.

Вполне себе реальное перо.

Инна нервно сглотнула пересохшим горлом. Как-то совсем не хочется попасть под обстрел таких вот перьев.

Поэтому она подтянула подол пуховика повыше и, на манер бешеной бабки из какого-то видео-мема, побежала к лесу, высоко задирая колени. В лесу может и не безопасно, но хотя бы можно укрыться от дракона и его перьев. Дракона, раскудрыть эту хрулю!!!

Лес встретил Инну спокойствием и молчанием, которое нарушалось только периодическим потрескиванием стволов от мороза. Она прислушалась – вроде больше никто не ревет. Может громадина улетела? Ну в самом деле, зачем ему ее есть? Он такой здоровенный, она ему на один зуб. Даже червяка не заморит.

– Капец… – выдавила Инна, поправляя шарф. – Куда меня занесло…

В то, что это реальность, она больше не сомневалась – никакой гипноз не способен совершить такое погружение с отменной графикой, детализацией и ощущениями. А ощущения от мороза очень даже морозные. Стоять нельзя, иначе околеет. Тем более теперь она еще и вспотела.

Паникуя и периодически впадая то в ужас, то в истерию, Инна на дрожащих от страха и усталости ногах бежала через лес, пока не стало темнеть. Это ее совсем не обрадовало, потому что даже в Подмосковном лесу заблудиться так себе удовольствие. Но там, сколько ни пройдешь, все равно однажды выйдешь либо к населенному пункту, либо к дороге, либо к реке. А сейчас она вообще неизвестно где, и кто знает, каких размеров этот лес. Друг он какой-нибудь необъятный?

От этих мыслей ей становилось только страшнее, спина вспотела, сердце колотилось так, что даже больно. Нос внутри она уже проморозила, а губа треснула и теперь во рту неприятный солоноватый вкус. Правда на холоде она быстро затянулась.