Путь обмана

Глава 6

В нескольких ярдах от дома Элли, в коттедже из красного кирпича, Том Дуглас отдыхал на своем удобном диване, обложившись субботними газетами и вполуха слушая старый альбом «Флитвуд Мэк». Скачал исключительно из ностальгических соображений. Когда Том был маленьким, папа заслушал «Слухи» до дыр и, когда повзрослевший сын увидел альбом в iTunes, просто не мог не загрузить.

Однако заполненные ничегонеделанием дни тянулись невыносимо долго. Том не привык к праздности и уже через пару часов не в состоянии был усидеть на месте. Только решил встать и заняться чем-нибудь полезным, как позвонили в дверь. Том удивился: кто бы это мог быть? Здесь его никто не знал – кроме разве что соседей, к которым он сегодня вечером приглашен на ужин. Напомнив себе, что не мешало бы наконец заставить себя и подпилить дверь, Том с силой дернул ее и увидел на пороге неожиданного гостя.

– Стив! Привет! Вот так сюрприз! И что же тебя привело в нашу глушь? Давай проходи, не стесняйся.

Встреча со старым другом – это всегда приятно. Несколько лет назад Стив был сержантом в Манчестере, а Том служил под его началом. Потом Стива повысили и перевели в графство Чешир. Друзья старались поддерживать связь, но с тех пор, как три года назад Том переехал в Лондон, ни разу не виделись.

Том уже и забыл, какой Стив рослый. Что и говорить, малый он здоровенный, не только в высоту, но и в ширину. Том, конечно, заранее предусмотрел, что низкие сваи и потолки его новенького коттеджа позволят хозяину выпрямиться во весь свой шестифутовый рост, однако Стив был выше на добрых пять дюймов, и на таких великанов домик был определенно не рассчитан. Только бы о сваю не приложился, подумал Том, заметив, что на голове у друга не осталось ни единого волоска – нечем будет смягчить удар. До чего же они все-таки давно не виделись, с удивлением подумал Том.

Пригнувшись, Стив зашагал в гостиную и, не оборачиваясь, произнес:

– Извини, что раньше не зашел. Поверить не мог, когда твое письмо получил. Надо же, вернулся-таки на север! Впрочем, я тебя понимаю. – Стив окинул взглядом гостиную. – Как у тебя тут все… нарядненько. Не знал, что дизайном интерьеров увлекаешься. Стало быть, уже нашел себе новую профессию? – И Стив подмигнул ему.

Том уже и забыл об этой его привычке. Когда только познакомился со Стивом, решил, что у бедняги особо злостная разновидность нервного тика.

Том оглядел обстановку – диван цвета баклажана, серовато-коричневые кресла возле камина, массивные фарфоровые лампы на деревянных боковых столиках с толстыми ножками.

– Издеваешься, что ли? – ответил Том. – Нашел отличный магазин в Честере, там мне это все и подобрали. Лондонская квартира у меня, конечно, была роскошная, но какая-то холодная, пустая. Все-таки хочется, чтобы жилье было похоже на дом.

– А я вообще Лондон не люблю. Рад, что ты снова в наших краях, на севере. Собирался раньше заскочить, но не успел – на службе завал. Сам знаешь, что это такое.

Том улыбнулся. Ему ли не знать?

– Пока не уселся – тебе чего-нибудь принести? Пива, вина? Можно и чаю с кофе, если ты на службе.

– Пиво не помешало бы. Только не больше стакана, я за рулем. Вообще-то дежурство уже два часа как закончилось, но остались кое-какие дела по соседству.

– Ладно, сейчас принесу. Располагайся, я быстро.

Том прошел на кухню, открыл бутылку пива и взял два стакана.

– На, держи, – проговорил Том, вручив стакан Стиву и стал медленно наливать пиво.

– Спасибо. Очень кстати.

Они чокнулись, и Том сел.

– Ты ведь так и не объяснил, почему решил переехать из Лондона. Просто написал, что скоро приедешь. Проблемы?

– Нет, все нормально, – покачал головой Том, но сам прекрасно понимал, что не вполне искренен со старым другом. – Люси с матерью опять перебрались в Манчестер, а видеться с дочкой раз в месяц на выходных – это не дело. Люси же всего восемь лет, остался бы в Лондоне, так и не увидел бы, как она растет. Вот и надумал переехать поближе. Завтра Люси в первый раз приедет ко мне в гости. Кейт ее привезет. Ты же знаешь мою бывшую – наверняка от любопытства сгорает, хочет посмотреть мой новый дом. Дай волю – во все углы бы нос сунула.

– Ну, рассказывай, как там в высшей лиге. – Стив снова подмигнул, и Том опустил голову, пряча улыбку.

– Если ты про службу столичной полиции, у меня был отличный начальник. Но раньше времени ушел в отставку из-за проблем со здоровьем, а других причин оставаться у меня не было. Собрал вещи и вернулся сюда. Теперь вот работу ищу…

– Черт возьми, Том, что ж ты заранее не побеспокоился? А если ничего не подвернется?

– Что-нибудь придумаю, – пожал плечами Том. Говорить о себе не очень-то хотелось, и он постарался сменить тему. – Кстати, а ты что делаешь в Чешире в субботу днем? Не может быть, чтобы просто мимо ехал.

Стив отпил большой глоток пива и поставил стакан на журнальный столик. Улыбка мгновенно исчезла с лица.

– Откровенно говоря, мерзкое дело… Вчера ночью девочку сбили, на проселочной дороге. Помнишь, где это? С двух сторон от деревни главная дорога, а проселочная как раз между ними. Короче, водитель взял да и оттащил девчонку на обочину. Там и оставил. Бросил умирать. – Стив покачал крупной головой. – Вот сволочь. Ну, попадись он мне… Наши ребята осматривают место происшествия. Решил сделать крюк, проверить, как дела.

Том тяжело откинулся на спинку дивана.

– Да, Стив, жуткая история. Всегда терпеть не мог такие дела. Хуже, чем просто убийство, – сбить и скрыться… Трусость, и больше ничего. Сколько ей лет было?

– Четырнадцать. И не было, а есть. Нашли ее быстро, почти сразу после аварии. Девочка жива, но плоха. Она сейчас в коме. Жаль, конечно, но врачи говорят, что надежды мало. Понимаешь, какая незадача, – на проселочной дороге ни единой камеры не установлено. Деревенских, конечно, опросили, но что-то доказать будет трудно.

Стив рассказал Тому кое-какие подробности, и бывшие сослуживцы принялись обсуждать ход расследования. Узнав, что полиции удалось выяснить, а что не удалось, Том пришел к неутешительному выводу: дело малоперспективное. Сразу было ясно, что Стив почти отчаялся, и Том жалел, что не может дать совета.

Наконец Стив с сожалением поглядел на часы:

– Боюсь, мне пора. Извини, что ненадолго, но в последнее время сутки напролет работаю. А сейчас меня дома заждались.

Стив поднялся с дивана и, стараясь держать голову пониже, направился к двери.

– Том, ты же обычно с соседями хорошо ладишь. Услышишь сплетни про эту историю – звони, ладно? Сам знаешь, как бывает. Наверняка тут всё все друг про друга знают. В деревне секрет не утаишь.

Том улыбнулся:

– Что правда, то правда. Зайди в любой магазинчик, и услышишь, как кого-нибудь обсуждают. Чаще всего человека, который только что ушел. Но, справедливости ради, злословят здесь редко. Интересно, что обо мне говорят?

Стив хитро улыбнулся, еще раз подмигнул и помахал на прощание.

Том закрыл дверь и пошел на кухню налить чашечку чаю. Вряд ли на сегодняшнем празднике будут проблемы с алкоголем, но завтра особый день – приезжает Люси. Не годится встречать маленькую дочку, мучаясь от похмелья.

Том с нетерпением ждал вечера. Покупая этот коттедж, он и не предполагал, как тяжело, когда за целый день не с кем словом перемолвиться. Тому всегда было вполне комфортно в собственном обществе, но в последнее время стало казаться, что голосовые связки вот-вот откажут без практики.

Еще одна отрицательная сторона безделья заключалась в том, что у него появилось слишком много времени на размышления. У Тома всегда были очень четкие представления, что хорошо и что плохо, но в последнюю пару лет он осознал, что на самом деле все далеко не так однозначно. Решил на время уйти из полиции, разобраться в себе. Но увы, попытки определиться не увенчались успехом, и Том запутался еще больше.

Теперь он жаждал как можно скорее вернуться к работе. Особенно когда слышал истории вроде той, которую рассказал Стив. Нет, что-то тут было нечисто. Тома так и тянуло самому взяться за расследование и выяснить, что именно его насторожило.

Глава 7

На кухне тихо играло радио. Просто для фона, никто его не слушал. Надо же было как-то нарушить гнетущую тишину. На столе стоял полупустой стакан теплой водки. Холодная, конечно, была бы лучше, но свою главную задачу напиток выполнял – заглушал боль.

Закончилась песня, и начались шестичасовые новости. Как всегда – экономика, Ближний Восток, опять экономика… Каждый день одно и то же. Кого это вообще волнует?

«А теперь местные новости. Громкое происшествие в тихой деревне Литтл-Мелем – неизвестный сбил девочку и скрылся с места происшествия. Несчастный случай произошел на В522, и водитель даже не остановился. Эта проселочная дорога соединяет трассы А564 и А5194, но, по словам полиции, в основном ею пользуются местные жители. Девочка, имя которой до сих пор неизвестно, находится в критическом состоянии. Инцидент случился этой ночью, и полиция просит всех, кто в это время был…»

Рука резко потянулась к радио и выключила приемник.

«Ну почему она меня отвергла? Чего испугалась? Зачем убежала?»

Тщательно продуманные планы сорвались из-за одного-единственного опрометчивого поступка. Показалось, что представился удачный шанс, вот и не захотелось упускать. Эбби была одна, брошенная и покинутая, а главное, в этот вечер никто ее не ждал. Что может быть проще? Но нет…

«Эбби, я же просто хотел, чтобы ты любила меня. Это был бы наш маленький секрет».

Но ужас вспыхнул в ее глазах, когда она узнала правду… Ну почему?

А потом она бросилась бежать. Что, если Эбби добралась бы до деревни? Если бы водитель ехал медленнее и внимательно следил за дорогой? Тогда он подобрал бы ее, а потом… Нет, о последствиях даже думать невыносимо.

«Моя жизнь была бы кончена. Все, на что ушло столько трудов, рухнуло бы в один миг. Снова… Из-за Эбби».

Но теперь она ничего не сможет рассказать. Возможно, Эбби умрет.

«Очень жаль, что все вышло именно так, Эбби, но моей вины здесь нет – ты сама во всем виновата. И в мыслях у меня не было причинять тебе вред, но ты зачем-то бросилась бежать… В любом случае, даже если ты выживешь, теперь ты для меня мертва».

Но осталась еще одна проблема.

«Машина… Фары осветили деревья, и было видно, что я там стою и ничего не предпринимаю».

Вот где таилась опасность. Пока все в порядке, но, если полиции удастся разыскать водителя, они узнают и эту маленькую подробность.

Тишину пронзил раздосадованный стон, и пустой бокал швырнули в раковину, где он раскололся на мелкие осколки.

– Надо выпить, – пробормотала усталая Элли, плюхаясь на кровать.

Ну и денек! Сегодня и без срочного вызова на работу забот хватало, но, учитывая обстоятельства, отказаться было нельзя. И вот результат – с Лео поболтать не успела, близнецам совсем времени не уделила… А после вчерашней ночи…

Нет. Нельзя об этом думать. Слишком ужасно. А сегодня вечером расклеиваться никак нельзя. Ничего, поразмыслить можно потом.

К приходу гостей Элли готовилась на автопилоте, но умудрилась сделать все необходимое. Осталось лишь привести себя в порядок. Няня уже приехала. И зачем только Макс ее нанял, они ведь никуда не уходят! Что за привычка сорить деньгами? Ну и ладно, главное, что близнецы при деле и можно полностью сосредоточиться на ужине.

Мрачным взглядом изучая неожиданно показавшийся скудным гардероб, Элли безуспешно ждала гениальной идеи. Между тем открылась дверь ванной, и в зеркале над туалетным столиком она увидела Макса. Одним полотенцем муж вытирал темные волосы, другое было обвязано вокруг бедер. Элли невольно залюбовалась. Ни грамма лишнего жира, кубики на животе издалека видно, даже под темными завитками волос. Какой же он все-таки красавец, думала Элли. Неужели Макс скоро уйдет от нее?.. Элли вздохнула.

– Что вздыхаешь, моя булочка?

– Не называй меня булочкой. Сам знаешь, я этого терпеть не могу, – поморщилась Элли.

Макс только рассмеялся:

– Помнишь, когда мы только познакомились? Тебе было семнадцать лет, и я только так тебя и звал. Тогда тебе нравилось.

– Естественно, нравилось – я была юна, стройна и совсем не похожа на булочку. Но теперь все изменилось, так что придумай комплимент поприятнее, а не можешь – помалкивай.

Тут в дверь деликатно постучали, и в комнату заглянула Лео, одетая в черную футболку, едва доходившую до бедер и выставлявшую во всей красе покрытые легким загаром длинные ноги. Да, тут любая позавидует…

– Лео, тебе обязательно надо расхаживать по дому голой? Ну, или почти голой… – возмутилась Элли.

Открыв дверь полностью, сестра искоса бросила взгляд на Макса.

– Ой, извини, Макс. Не знала, что ты здесь. Думала, ты с детьми. И вообще, Элли, я вполне прилично выгляжу. Видела бы ты, в каком виде сейчас по центру Манчестера расхаживают. Я всего-то зашла узнать, можно ли одолжить у тебя плойку для волос? Свою забыла, а кудри у меня совсем не лежат – торчат в разные стороны…

– Между прочим, Макс тоже мог тут быть голым! Впрочем, вас двоих такие мелочи, похоже, не смущают…

Элли не удивилась, когда муж и сестра в ответ на эту реплику обменялись озадаченными взглядами. Элли понимала, что разворчалась, как старая карга, но на фоне идеально сложенной сестры примерно так она себя и чувствовала. Макс просто не мог не заметить разительного контраста и наверняка сейчас сравнивает сестер – не в пользу жены. Лео всегда была высока и стройна, даже в детстве умудрилась перерасти старшую сестру. Но эти длинные темные волосы и любовь к черному цвету – когда Лео, конечно, одета – плюс ярко-алая помада создавали образ женщины-вамп, совсем не вязавшийся с ее характером.

До сих пор Макс помалкивал, но тут, видимо, решил разрядить обстановку и, напевая «Стриптизершу», эффектно отшвырнул в сторону полотенце, которым вытирал голову. А потом, к ужасу Элли, принялся медленно разматывать второе полотенце у себя на бедрах. Макс не в первый раз проделывал этот фокус, и Элли по опыту знала, что пытаться остановить его бесполезно. Макс вообще не стеснялся выставлять напоказ свое тело, да и с чего ему стесняться? Но Элли хотела, чтобы муж принадлежал только ей. Сама мысль о том, чтобы делить его с кем-то, была ей невыносима.

Прежде чем Элли успела возразить, Макс жестом фокусника сдернул полотенце, под которым обнаружились облегающие черные трусы. Увы, в этом предмете туалета он смотрелся еще сексуальнее, чем обнаженным.

Лео только насмешливо фыркнула, схватила плойку с туалетного столика и поспешила удалиться.

Некоторое время Макс внимательно следил за лицом Элли в зеркале. Но жена опустила взгляд и упрямо не сводила глаз с кремового ковра. Похоже, его выходка расстроила Элли. А ведь раньше просто отмахивалась – мол, что с тебя взять. Или смеялась вместе с ним. Но теперь – ничего подобного. На сердце тяжелым камнем давили угрызения совести. Макс прекрасно осознавал, что за последние несколько месяцев причинил жене много боли, но ничего с собой поделать не мог. Каждое утро давал зарок покончить с этим раз и навсегда и каждый вечер вынужден был признать, что опять не сдержал данного себе слова.

Макс подошел к кровати и сел на тот край, что был ближе к Элли. Полностью оправившись от похмелья, он с нетерпением ждал прихода гостей, но жена, наоборот, выглядела усталой и подавленной. Непривычно было видеть Элли в таком настроении, и Макс вынужден был признать, что в этом есть и его вина. Он обнял жену за плечи.

– Элли, что с тобой? Почему такая грустная? Ведь дождаться не могла, когда наконец покажешь всем новый дом. А теперь почему-то приуныла. Что-то случилось, милая?

Элли закусила нижнюю губу.

– На работе сегодня был неприятный случай… привезли девочку, совсем ребенок… у меня чуть сердце не разорвалось.

– Элли, ты так каждый раз говоришь. Нет, должно быть что-то еще. Ну же, доверься мне, расскажи.

– Мне нечего надеть, а еще нет времени распрямить волосы. Да и возможности нет – Лео стащила плойку. А еще стыдно, что переживаю из-за такой ерунды, люди с настоящими проблемами меня бы побили…

Макс ласково погладил ее по плечу и обнял покрепче.

– Обычно, когда человек начинает беситься из-за мелочей, дело не в них, а в чем-то гораздо более важном. Ладно, давай разбираться по порядку. Почему это, интересно, тебе нечего надеть? Сама же говоришь, что теперь экономить ни к чему, так что тебе мешает себя побаловать?

– Сам знаешь.

– Нет, не знаю.

Элли опустила голову еще ниже и почти прошептала в ответ:

– Решила не покупать новую одежду, пока не похудею. И не прикидывайся, будто ты не в курсе. Вот уже три года жду.

Макс действительно был в курсе. Они уже в сотый раз обсуждали эту тему, и Элли упорно не позволяла себя разубедить. Но Макс не сдавался. Что угодно, лишь бы вернуть ее очаровательную улыбку.

– Милая, сто раз тебе говорил – ты мне нравишься такой, какая есть. Расслабься. Женственные формы – это же так сексуально…

Макс обнял Элли второй рукой, но жена оттолкнула его.

– Врешь. Вовсе ты так не думаешь, иначе не уговаривал бы меня заняться спортом. Хочешь, чтобы я похудела.

Макс едва подавил вздох. Бесполезно…

– Ничего подобного. Я хочу, чтобы ты занималась спортом, потому что он для здоровья полезен. Мне все равно, какой у тебя размер. И вообще, вовсе ты не толстая. Да, на изможденную модель не похожа, ну и слава богу.

– Всем известно, что в наши дни мужчины предпочитают тощих девиц вроде Лео или учительницы физкультуры из твоей школы.

Макс на секунду задумался. Сейчас главное – не испортить все, а значит, последние слова жены лучше проигнорировать.

– Не говори глупостей. Посмотри на Найджеллу Лоусон – вот уж у кого задница необъятная! И ничего – ведет кулинарное шоу, да и мужчинам очень даже нравится. А ты раза в три меньше ее.

– Вообще-то Найджелла Лоусон недавно сбросила вес. Вряд ли из-за того, что устала быть красавицей.

Понимая, что в этом споре одержать верх невозможно, Макс встал с кровати и направился к шкафу.

– Может, черное платье? Ты в нем смотришься просто сногсшибательно.

– Меня в нем уже двести раз видели. Эта стерва Мими наверняка пройдется на мой счет… Макс, ну почему Пэт с ней связался? Должно быть, с ума сошел – уйти от Джорджии к Мими!

Макс не мог не согласиться, но этот вопрос они за последние несколько месяцев тоже обсуждали неоднократно – и, главное, совершенно бесплодно.

– Знаешь что? Пойди прими душ, заодно и успокоишься. С волосами ничего не делай, пусть вьются, кудри тебе идут больше всего. А я пока сбегаю вниз, принесу бутылочку охлажденного шампанского. Выпьем, пока одеваемся. Смой с себя тяжелый день. Гости только часа через два начнут съезжаться, времени полно.

Элли скорчила виноватую гримасу.

– Прости, забыла предупредить. Я попросила Фиону и Чарльза, чтобы приехали пораньше. Не хочу, чтобы Пэт с Мими первыми приехали, иначе придется сидеть с ними нос к носу. Так что у нас не два часа, а один. Извини…

Макс застонал. Что может быть хуже – целый час развлекать Чарльза, пока женщины весело щебечут на кухне? Однако он тут же взял себя в руки. На все готов, лишь бы жена снова улыбалась.

– Хорошо. Но пару бокальчиков все равно выпить успеем, спасибо старой ведьме. Что скажешь?

Выходя из спальни, Макс радовался, что сумел вызвать у Элли хотя бы слабое подобие улыбки.

Глава 8

Схватив с кровати шелковый халат, Лео резким движением накинула его на плечи. Она не понимала, что нашло на Элли. Сестра была не из тех, кто набрасывается на людей без причины. Что и говорить, вечер начинался неудачно, и Лео невольно винила в этом себя. Она была уверена, что может чувствовать себя как дома, и, похоже, чересчур расслабилась.

Вставив шнур плойки в розетку, Лео подошла к открытому окну и оперлась локтями о подоконник. Пейзаж успокаивал. Сколько лет прошло, а ничего не изменилось. Ровные зеленые поля тянулись вдаль на многие мили, на горизонте смутно виднелись темные холмы. В детской спальне Лео окна не было – это была и не комната вовсе, а чулан. Поэтому, когда удавалось прокрасться в спальню сестры, Лео не упускала шанса полюбоваться видом. Глядела вдаль и вспоминала другие места, другие времена, другую жизнь.

И тут без предупреждения нахлынуло такое яркое воспоминание, что Лео ахнула от неожиданности. Много лет назад она точно так же стояла и смотрела в окно. Лео хорошо запомнился этот день. Кажется, ей тогда было лет четырнадцать, и ее отпустили из школы пораньше из-за сильных болей в животе. Лео постаралась никому не попадаться на глаза – знала, что на сочувствие рассчитывать не приходится, вот и прошмыгнула в дом незамеченной. Лео не стала говорить, что у нее начались месячные, – впрочем, мачеха и не спрашивала. Приходилось просить средства личной гигиены – или деньги на них – у Элли. Лео, конечно, карманных денег не давали.

В тот день она тихонько поднялась наверх и полезла в верхний ящик тумбочки Элли. Погода была такая же жаркая, как сейчас, и окно было открыто. Никто не знал, что Лео дома, а сама она не знала, почему папа не на работе. Он вяло пропалывал клумбу под окном. Кажется, после него садом никто не занимался – по крайней мере, до тех пор, пока здесь не поселились Макс и Элли. Лео отпрянула от окна, боясь, что ее заметят, но голоса отчетливо разносились по комнате, а звучавшие в них горечь и ненависть словно отравляли все вокруг. Один голос принадлежал мачехе.