Его Величество Колобок Второй

(Шуточная, почти народная сказка в 10-ти картинках)

Действующие лица:

СТАРУХА-ПОЗЕВУ́ХА, не старуха, а горе одно – всё зевает да мух на стене считает;

СТАРИК-ХРАПОВИ́К, что тут скажешь – любит поспать да пузо почесать;

КОЛОБОК-РУМЯНЫЙ БОК, одно слово – круглый и трусоватый, чуть что – прыг-скок и бегом с лопаты;

МЕДВЕДЬ ФЕДУЛ, вот тут говорят, если Бог не дал ума, то считай – пришла беда;

ЛИСА ПРОКОПЕ́Я, и откуда такие берутся – на язык остра, на дела быстра, а уж как умна;

МЫШЬ АНИ́ЛИЯ, вроде бы серенькая, вроде бы меленькая, а что у ней на уме – это как глядеть во тьме;

ТЬМА ЧАЩОБНАЯ-ЖУТЬ БОЛОТНАЯ, как говорится, не дай бог такую страсть увидать, сразу ноги в руки – и прочь бежать.

Места действия: изба Старика и Старухи; двор перед избой; логово Тьмы Чащобной в топи болотной.

Неприбранная изба Старика и Старухи, кругом грязь да разруха. Старуха лежит на печи, громко зевает и чешет лицо, а Старик, разлёгшись на лавке, храпит на все лады.

В дверь стучат.

СТАРУХА. Кого это несёт нелёгкая?.. (Кричит с печи.) Эй, Старик-Храповик, поди дверь отопри – оглох, что ли?

СТАРИК (пуская трели). Трю-тю-дю-дю-у-у-у…

СТАРУХА. Куды там – его таперича из пушки не подымешь!.. Ох, даст бог, сами уйдут… Ах-ха-ха-а-а!

Старуха широко и громко зевает, поворачивается на другой бок, пытаясь заснуть.

Стук в дверь становится более настойчивым.

Отт лихоманка тебя задери! (Нехотя кричит в сторону двери.) Нету никого дома! Отвяжитеся!

ЛИСА (из-за двери). Старуха-Позевуха, отпирай скорея, это я Лиса Прокопея!

СТАРУХА. Я на печи лежу, подыматься не хочу. Через год зайдёшь.

ЛИСА. Ох, Старуха-Позевуха, через год ни тебя, ни избы не будет. Отпирай, говорю, а то я подкоп устрою!

СТАРУХА (слезая с печи, ворча себе под нос). И что за зверь у нас пошёл суетливый – скорея, скорея… Последний раз такой переполох лет пятнадцать назад был – дык тогда лес загорелся!.. (Отпирает дверь.) Пожар, что ли?

ЛИСА (входя в избу). Хуже, старуха, того и гляди от нашего леса одни щепочки останутся. (Голосит.) Ох, беда-беда – пропала еда! Ох, беда-беда – в животе пустота!..

СТАРУХА. Да толком расскажи. Эй, Старик-Храповик, хватит бока отлёживать!.. (Расталкивает Старика.) Вставай, кому говорю!..

Старик просыпается, долго потягиваясь и зевая. Лиса, видать, с голодухи везде суёт нос в поисках еды.

СТАРИК. Чего расшумелись?.. Я во сне сейчас пшеничные рогалики ел с мёдом и кваском запивал… (Чешется под рубахой.)

ЛИСА. Ох, Старик-Храповик, беда у нас, ох, беда-а!.. (Начала было голосить, да передумала и в печь полезла.) Скоро к вам Федул придёт, ну Медведь наш, и разнесёт вашу избу по щепочкам!

СТАРУХА. Батюшки-светы, за что жа?

ЛИСА. Он уже половину леса выкорчевал: говорит, с голоду такой злой – аж не в силах совладать с собой…

Лиса достаёт из печки большого таракана, рассматривает его, затем бросает себе в рот и жуёт с гримасой.

И во всех бедах вас винит: ох, попадутся, говорит, мне эти лодыри, я их в землю, говорит, втопчу да в пыль разотру!.. (Выплёвывает таракана.) Фу, у вас даже тараканы костлявые.

СТАРУХА. Что ж за бе́ды приключились, милая?

ЛИСА (передразнивая Старуху). «Бе́ды»?! Они, говорит, пшеницу не сеяли, муку не мололи, хлебов не пекли. Не пекли, говорю?

СТАРУХА. Ну, не пекли.

ЛИСА. Значит, крошек на столе для мышек не оставляли. Мышки в лес убежали, всю малину оборвали, медведя голодным оставили.

СТАРИК. Пущай мёд собирает.

ЛИСА. Так и мёда нету! Печь не топят, старые дерева́ не рубят на дрова, из-за этого короеды лес одолели – вот пчёлы и улетели. Я, говорит, этих лежебок проучу! Они меня всю жизнь задарма кормить будут!.. (Лиса грозит им кулаком, как бы от лица Медведя.)

СТАРУХА. Батюшки-светы.

СТАРИК. Ополоумел, видать, Федул. Ну-ка, где моё ружьишко двуствольное?.. Оборону крепить будем!..

Старик идёт к стене, на которой висит ружьё, всё заросшее паутиной.

Давненько я из него не палил. (Пытается оторвать ружьё от стены, но у него ничего не выходит.) Ишь ты, от паутины совсем к стене присохло!..

СТАРУХА. Может, Федула задобрить чем?.. (Идёт к деревянному сундуку.) Может, ему блинцов напечь? (С трудом открывает заросшую паутиной крышку сундука. Заглядывает внутрь.)

ЛИСА. Во-во, напеки, Старуха. И я с вами почаёвничаю. А ежели маслица на блинок сверху бросить – ух, держись, лихая жисть!.. (Пытается тоже заглянуть внутрь.) Ну, чего там?

СТАРУХА. Пустота… (Заговорщицким шёпотом.) А вот Анилинка, мышь наша, по̒дполом много чего спрятала. Она запасливая. Но жадная!

ЛИСА. Зато я хитрая. Заставлю её нас и накормить, и мёдом напоить!

СТАРИК. И-их!.. (Наконец-то оторвал ружьё от стены.) А ну-кась – уши зажали, рты поразевали! (Поднял ружьё дулом вверх.) Я щас палить буду!

ЛИСА. Ой, я пальбы боюсь, не надо!

СТАРУХА. Ух, пронеси!.. (Закрывает глаза и уши.)

Старик нажимает на курок – из дула, со звуком вылетающей пробки из бутылки, вылетает паук и повисает на паутине.

СТАРИК (глядя в дуло). Кажись, пауки в ружье гнездо свили.

Раздаётся громкий стук в дверь, от которого сотрясаются стены и подпрыгивает мебель.

СТАРУХА. Батюшки-светы, никак Федул к нам завернул!

Старик прытко забирается в сундук и запирает за собой крышку.

МЕДВЕДЬ (из-за двери). Открывайте, лодыри несусветные, а не то я вашу землянку по щепам разнесу!

СТАРУХА (обиженно). Какая же это землянка, охальник, – это изба!

МЕДВЕДЬ. А мне всё едино, – сейчас от неё ровное место останется! (Дубасит в дверь что есть силы.)

ЛИСА. Ой,Федулушка, зря ты на них напраслину возводишь. Они ни в чём не виноватые. Они даже хотели нас чаем напоить и румяными колобками угостить.

МЕДВЕДЬ. А, и ты там, Прокопея! Опять хочешь меня вокруг пальца обвести?! Ну уж нет, я тебя вместе с этими лежебоками проучу. Открывайте, а то как шарахну дубиной – только брызги полетят!

СТАРУХА. Неужто наша погибель настала? Помилосердствуйте, Федул Михайлович!

МЕДВЕДЬ. Ага, боитесь – это хорошо. Ух, как шарахну сейчас дубиною!..

ЛИСА (Старухе). Не бойся, иди на стол чистую скатерть накрой, самовар поставь и блюдца с чашками.

СТАРУХА. Дык нету же ничаво, милая.

ЛИСА. Накрывай, говорю. (Медведю.) Что ты всё «шарахну да шарахну», у нас уже и стол накрыт, и самовар кипит. А посреди стола румяный колобок лежит. Был бы повежливей, мы бы и тебя пригласили.

Старуха в это время расстилает скатерть, расставляет чашки, ставит в центр стола самовар. Пытается его разжечь.

МЕДВЕДЬ. Врешь, Прокопея, у них отродясь хлебной крошки в доме не было, а ты – колобок!

ЛИСА. А теперь есть – да не про твою честь. Сейчас ещё варенье малиновое на хлеб намажем да с кипяточком вприкусочку – мм – красота!..

МЕДВЕДЬ. Вприкуску, говоришь?.. Ладно, не буду я крушить избу. Но вы тогда должны меня впустить, за стол усадить да чаем напоить.

СТАРУХА (Лисе). Что же ты творишь, окаянная! Какое варенье, какой колобок?! Ох, пропали мы грешные!..

ЛИСА. Цыц, старуха! Садись за стол, возьмись за голову и голоси: «Окаянная, хвостиком махнула, со стола смахнула – под пол шмыгнула!»

СТАРУХА. Точь-в-точь говорить?

ЛИСА (в сердцах).Да говори ты уже, бестолковая!

МЕДВЕДЬ. Ну, долго ещё ждать?

ЛИСА. Иду, иду, Федулушка.

Лиса открывает дверь и в избу вваливается Медведь с огромной дубиной на плече. Старуха, увидев его, со страху начинает причитать с большим чувством.

СТАРУХА (причитая). Вот же она, вертихвостка окаянная, хвостом своим как маханула! Как в лоб меня саданула! Говорит, я ещё доберусь до Федула! А сама за стол сиганула… чуть не покалечила нас грешных…

МЕДВЕДЬ (с удивлением глядя на Старуху). Ты про кого это, Старуха?

СТАРУХА. Не знаю, батюшка. (Робко показывает на Лису.) Про неё, наверное.

ЛИСА. Совсем с горя ополоумела. (Старухе.) Ты же про Мышь говорила, про Анилину, мол, она хвостиком махнула, всё со стола смахнула, а сама под пол шмыгнула. (Угрожающе.) Так говорила?

СТАРУХА. Так и есть, милая. Истинное слово, так и говорила!

МЕДВЕДЬ. Это что же я, выходит, опять опоздал?

ЛИСА. Опоздал, Федулушка, как есть опоздал. Старик даже в сундук залез, говорит, найду Федулушке муки хоть горсточку. Не нашёл, видать.

Медведь открывает сундук и оттуда с поднятыми руками вылезает Старик. Он дрожит от страха.

СТАРИК. Лично я из ружья даже мухи не убил. А уж про медведей – упаси бог!..

МЕДВЕДЬ (Старику). Эх, ротозей, колобка с вареньем и то не уберёг!.. Поколотить бы тебя, да хлипковат больно… Ну, где у вас тут Анилинка обитается?

СТАРУХА. Мышь-то, Анилинка? Тута под печкой живёт. (Показывает под печку. Кричит туда же, видимо, для Мыши.) Только с нами она не разговаривает!.. Зазналась, поди!

МЫШЬ (из-под печки). И ничего я не зазналась. С такими лентяями даже разговаривать стыдно!

ЛИСА (в сторону, потирая лапы). На месте Анилинка – славно! Будет у меня пир горой.

МЕДВЕДЬ. Ишь, заносчивая. Ну ничего, как шарахну дубиной – от печки одна пыль останется! (Замахивается дубиной.)

СТАРУХА. Господя, и что ж за день такой!

СТАРИК. Молчи, Старуха.

ЛИСА (останавливая Медведя).  Ой, Федул, а как же без печки пироги-то печь?!

МЕДВЕДЬ. А я вот колобка отберу и наемся. Разойди-и-ись!.. (Размахивается дубиной.)

ЛИСА. Остынь, Федул. Ну хочешь, я один секрет открою?

МЕДВЕДЬ. Открывай, чего же.

ЛИСА. В сторонку отойдём. (Отводит его в сторону и шепчет на ухо). Это дело ты мне предоставь: я Анилинку из печи выманю, голову ей задурю – она не то что колобок вернёт, она ещё и пирогов принесёт, малины тебе нарвёт и мёду в горшок нальёт.

МЕДВЕДЬ (глупо улыбаясь). Неужто нальёт?

ЛИСА. Ещё и ложечкой в рот положит. Только ты пока на печку заберись и с головой укутайся, я скажу, захворал Медведь от горя. Анилинка на сердце мягкая, от жалости что хошь сделает.

МЕДВЕДЬ. А что за горе?

ЛИСА (в сердцах). Корова на заборе. Ложись уже, бестолочь!.. (Подталкивает Медведя к печи.)

МЕДВЕДЬ. Ну, ты не очень-то! А то ведь я того… я ведь шарахну… (Забирается на печь.)

ЛИСА. Шарахнешь, конечно. Только в себя приди сперва. (Укутывает Медведя одеялом.) Старуха, Старик, чего рты разинули – тащите сюда все одеяла да покрывала!

СТАРУХА. Батюшки-светы!..

Старик со Старухой бегают по дому, собирают одеяла и тащат к печке, на которой лежит Медведь. Лиса укутывает его с головой.

Милая, чего ж приключилось-то?

СТАРИК. Может, его на полу устроить, а то ведь нам прилечь негде.

ЛИСА. Цыц! Я из Медведя силу выпариваю, чтоб он не отобрал у вас колобок да в лес не уволок. Как сила вся испарится, он слабее мыши станет.

СТАРУХА. Это что же, он по́дполом у нас будет жить?

ЛИСА (в сторону). Вот бестолковая. (В сердцах.) Нет, будет он в самоваре жить и воду кипятить!

СТАРУХА. Батюшки-светы.

СТАРИК. Ишь, чё удумала.

Укутав Медведя, Лиса берёт ухват и стучит им по низу печи, где спряталась Мышь.

МЫШЬ (из-под печки). Что ещё за погром?!

ЛИСА (заговорщицки подмигивая старикам). Сейчас Медведь печку снесёт – тебя в пыль сотрёт!

МЫШЬ. Не надо меня в пыль стирать. Я всю малину, которую собрала, назад верну. Она уже подвяла, осталось только сахарку добавить да в рот отправить. Я уж её по мешкам разложила да по банкам накрутила…

Мышь вылезает из-под печи с небольшим мешком, полным сухой малины.

А в чай положить – вкус неописуемый!..

ЛИСА. Цыц, тарахтелка! Медведю колобок нужен. А малина к чаю тоже сгодится. (Отбирает у Мыши мешок и нюхает содержимое.) Эх, хороша малинка – спасибо, Анилинка!

МЫШЬ. Откуда же муки достать? (Показывая на Старика со Старухой.) Эти лодыри несусветные отродясь не пахали, не потели – а только зевали да храпели!

ЛИСА. Думай, Анилинка: я Федула насилу уложила, ежели проснётся, а колобка на столе не увидит – ой, беда всему лесному племени!

МЫШЬ (таинственно). Ладно, знаю я на заброшенной мельнице одно место потайное… Никому неведомое… Кажись, там немного мучицы осталось. Так и быть: сбегаю – принесу!

Прошло какое-то время. Старуха с деревянной лопатой для хлебов возится вокруг печи – там что-то печётся внутри. Старик подметает избу, Мышь раскладывает по блюдцам малину и сервирует стол, Лиса руководит всей работой.

ЛИСА. Анилинка, не жалей малинки, полнее сыпь! Ну что, Старуха-Позевуха, не готов ещё колобок?

СТАРУХА. С одного боку только подрумянился… (Глядит в печь и орудует там лопатой.) А вот сейчас, кажись, всё – готов! Старик, иди помоги – одна не совладаю.

СТАРИК. Ага, лечу, лечу!..

Старик подбегает к Старухе и хватается за лопату. Они пытаются вытащить колобок из печи, но у них ничего не выходит.

Прокопея, подмогни чуток, уж больно здоров колобок!

ЛИСА. Это хорошо. Ну-ка, я его поддену!.. Ищё разок!..

Теперь и Лиса хватается за лопату, но у них и втроём ничего не выходит.

Анилинка, хватит баклуши бить, иди колобка тащить!

МЫШЬ. Я вам не Анилинка, я Анилия Петровна.

ЛИСА. Ну, погоди, попадёшься мне зимой – проглочу!

МЫШЬ. Не попадусь.

СТАРУХА (в сторону). Ух и холера эта Анилинка! (Мыши.) Анилия Петровна, не оставьте нас своей добродетелью, подмогните.

МЫШЬ. Так и быть помогу.

Мышь берётся за лопату, и они уже вчетвером вытаскивают из печи большого румяного Колобка.

СТАРИК (изумлённо). Вот это Колобок-Румяный бок! Аж душа запела!.. (Поёт).

Эх, соломенна одежда,

Что хотелось, то сбылось,

Помогает нам как прежде

Наш магический авось,

СТАРУХА (подхватывает).

Хоть зевать я мастерица,

И на печь люблю залезть,

Но люблю повеселиться,

И особенно поесть.

ЛИСА (поёт).

Я и рыжа, и кудрява,

Мне отрежьте два куска –

Без меня бы никогда вам

Не увидеть колобка.

МЫШЬ (поёт).

То ли жарко, то ли зябко,

Хошь молчи, а хошь кричи –

Колобок размером с бабку

Появился из печи!

Сначала Колобок сидит на лопате без движения, затем вдруг оживает, начинает притоптывать, прихлопывать и улыбаться во всё лицо.

КОЛОБОК. Ух ты, сколько народу меня встречает! С песнями да с плясками!

СТАРУХА (опешив). Ой! Это что за кандибобер?!.. С руками, с ногами, ещё и разговаривает!..

СТАРИК. Ты, Старуха, поди, в рецептуре чё-то напортачила. Дрожжей пересы́пала?

МЫШЬ. Может, его назад в печку?

КОЛОБОК. Не хочу в печку! Меня от жа́ру вширь распирает.

ЛИСА. Ладно, пускай за стол садится, там сообразим, что делать.

СТАРУХА. Милая, а Медведя-то баснями кормить будешь али дровами?

МЫШЬ. Медведь мне из-за вас всю печь разворотит!

ЛИСА. Цыц, я говорю! (Колобку.) Ваше Императорское Величие, прошу за стол.

Лиса услужливо подводит Колобка к столу и усаживает на самое почётное место – в деревянное кресло.

Прошу любить и жаловать – Его Величество Колобок Первый!

КОЛОБОК. Ух ты!..

СТАРУХА. Как первый, милая, – ты же первого Колобка ещё много лет назад проглотила.

КОЛОБОК (мгновенно побледнев). Как проглотила?! (Прячется за кресло.) Я не хочу, чтоб меня проглотили…

ЛИСА. Ваше Величество, вылазьте из-под трона!.. (Вытаскивает его из-под кресла.) Тот Колобок глупый был, хвастливый, сам ко мне в пасть запрыгнул. Вы ведь у нас мудрый?..

КОЛОБОК. Чиво?

ЛИСА. Умный, говорю?!

КОЛОБОК. Ага.

ЛИСА. Взвешенный?

КОЛОБОК. ???

МЫШЬ. Муки три кило было – я взвешивала.

ЛИСА. Государственно мыслите?

КОЛОБОК. Как это?

ЛИСА (в сторону). Вместо мозгов одно тесто. Оно и хорошо – дураком управлять легче! (Всем.) Его Императорское Величество Колобок Второй послан свыше, чтобы всех вас непутёвых накормить и напоить. Отныне его слово – закон для всех. Понятно?

СТАРИК. Ишь ты, всех накормит?

ЛИСА. А как же. Всемогущий!

МЫШЬ (недоверчиво). И где же корона императорская?

СТАРУХА. Ну да, без короны не император.

ЛИСА. Корона?..

Лиса рыскает глазами по избе, затем хватает горшок из печи и водружает его на голову Колобку.

Вот – пока из чистого золота не подвезли, будет в такой ходить. Временно!

МЫШЬ. Ну уж, нет уж! Не хватало ещё, чтобы надо мной всякие чебуреки командовали – я лучше по̒дполом буду зёрна грызть, чем всяким кренделям прислуживать!

Мышь забирается под печь.

СТАРИК. Я извиняюсь, а мы кушать сегодня будем али натощак ляжем?

СТАРУХА. Не ровён час Федул проснётся, погром начнётся!

ЛИСА (Колобку на ухо). Приказывай всем пшеницу сеять и горох с капустой сажать. Смелее, Ваше Величие, а то вас съедят!

КОЛОБОК (сначала робко, потом грозно). Приказываю вам всем… Немедленно и бесповоротно… Посеять пшеницу и посадить горох с капустой – ух ты! Я ва-ас!.. Ишь мне!.. А не то-о!..

СТАРУХА. Ась, какое манто?..

КОЛОБОК. Иначе съем вас всех и не поперхнусь!

СТАРИК (восхищённо). Государь!

СТАРУХА. Уж больно грозный.

СТАРИК. Это полезно для простого народу. Ваше Величие, а Прокопея с нами пахать будет?

ЛИСА (Колобку на ухо). Объяви им, я теперь твой главный советник.

КОЛОБОК. Она отныне мой самый главный советник. Всё, ступайте в поле. Ух, я вам!.. (Топает ногой.)

СТАРИК (уходя). Уж сказал так сказал – государь!..

СТАРУХА (уходя). Это тебе не в потолок фыркать, бездельник…

Старик со Старухой уходят.

Лиса провожает стариков и запирает за ними дверь.

ЛИСА. Ну вот, а в теперешнем моменте ты уже не государь, а я не советник. Ты – румяный колобок, а я – голодная лиса. А посему проглочу я тебя и глазом не моргну! (Наступает на Колобка.)

КОЛОБОК (пятясь от неё). А я сейчас народ позову.

ЛИСА. До поля далеко – не услышат.

КОЛОБОК. Потом за меня отомстят тебе, Лиса.

ЛИСА. Ишь, мстители! Я им скажу, Колобок в печку залез, да и сгорел весь. Подрумяниться захотелось.

Колобок залезает под стол, а Лиса пытается его оттуда выгнать ухватом.

Ну-ка, вылазь, а то у меня уже слюнки текут!.. Вылазь, говорю!..

КОЛОБОК. Ой, помогите, люди добрые!.. Ой, спасите!..

ЛИСА. Некому тебя спасать!.. не ори!..

КОЛОБОК. Ой-ёй-ёй, жизни лишают!..

В самый разгар этой охоты на печи из-под груды покрывал и одеял поднимается Медведь.

МЕДВЕДЬ. Фух ты! – чуть не упрел!.. (Слезает с печи.) Ух ты, чую сдобным тестом пахнет, колобком румяным… (Лисе.) Спекли колобок?

ЛИСА (растерявшись). Ну… не знаю… Анилинка опять, наверное, всё унесла.

КОЛОБОК (из-под стола). Испекли, испекли. Только Лиса меня съесть желает, пока старики в поле.

МЕДВЕДЬ (грозно, Лисе). Опять? (Колобку.) А ну-ка, вылазь!

Колобок опасливо вылезает из-под стола, Медведь оглядывает его со всех сторон.

(Восхищённо.) Хорош! Со всех боков румяный. И запах – сливочный!..

КОЛОБОК (похваляясь). Ну да, я такой, я сливочный! У меня даже внутри ягода есть!

МЕДВЕДЬ. Какой умница – с ягодой! Иди ко мне, ягодка!.. (Обнимает Колобка.)

ЛИСА (Колобку). Дурень ты, Колобок, он тебя вмиг слопает, а ты ягодой похваляешься.

КОЛОБОК. Не может он меня слопать – вона как любит!

ЛИСА (Колобку). Дык тебя и любят все, потому что слопать хотят.

МЕДВЕДЬ. Ну, Колобок, придётся мне тебя скушать. Ведь ежели такое чудо кому другому достанется, я от горя умру просто! Так… С какого боку ты румяней всего… (Примеряется, осматривает Колобка.)

КОЛОБОК. Помоги, Лиса! Век в долгу буду.

ЛИСА. Эй, косолапый, ты бы лапы убрал от Его Величества. А то не ровен час он тебя в темницу посадит да в цепи закуёт.

МЕДВЕДЬ (опешив). Кто закуёт?

ЛИСА. Он закуёт. (Указывает на Колобка.) Его Императорское Величие Колобок Второй. Прислан сюда, чтобы таких непутёвых как ты, уму-разуму учить.

МЕДВЕДЬ. Да ну!

ЛИСА. Осину гну! Старик со Старухой по его приказу уже в поле пашут, а ты без дела на печи валяешься, да ещё на государя покушаешься. Ух, смотри, доиграешься!

МЕДВЕДЬ. Вот те на… А где же Анилинка?

ЛИСА. В бега вдарилась – я, говорит, работать не желаю, вы мне, говорит, всё на блюдечке принесите да в рот положите. Его Величие и прогнал Анилинку.

КОЛОБОК (постепенно смелея). Я такой. Я могу. Я любого прогоню!