Встретились птицы и рыбы

(Эпизоды из столичной жизни в 2-х действиях)

Действующие лица:

ГАЛКА, молодая женщина 30 лет;

ГЕША, её муж 35 лет;

ПОНТИЙ, однокурсник Галки 28 лет;

СУЛЕЙМА, соседка 40 лет.

Место действия: однокомнатная квартира, лавочка у подъезда.

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

Конец апреля. Окраина Москвы. Однокомнатная квартира старой планировки с длинным коридором и прихожей с чуланом. Широкие окна под лёгкими и прозрачными гардинами с перспективой вдаль на «хрущёвки» и «брежневки». Правда, вид слегка заслонён свисающими прутьями берёз за окнами, на которых еле-еле пробивается зелень. Такое ощущение, что в квартире живут пожилые люди: старомодное трюмо с таким же старомодным диваном-кроватью и креслом-кроватью стиля 70-х годов. Старомодный тёмный ковёр на стене над кроватью. На столе, диссонируя с советской меблировкой, стоит пузатый монитор от компьютера, а на трюмо новенький импортный телевизор. Теперь-то понятно, что квартиру сдают пенсионеры, а снимают её молодые люди.

Входная дверь открывается и входит Галка и Понтий. У Понтия на плече спортивная сумка, он пытается обнять Галку и поцеловать.

ГАЛКА. Ой, как весной пахнет!.. Олег, ты с ума сошёл!

ПОНТИЙ. Да ладно, мужа, что ли, боишься?

ГАЛКА. Ты же себя так при своей Женьке не ведёшь.

ПОНТИЙ. Сравнила. У меня Женька из дома вообще ни ногой. (Дурачится.) А твой Гешка в беГА-ГАтне всю дорогу. (Напевает и дурачится.) «Все бегут, бегут, бегут, бегут, бегут, а он стоит!» (Игриво хватает её за ногу.) Ой, извиняюсь, я думал, это рука…

ГАЛКА. Здрассьте. (Здоровается с ним ногой.) Будем знакомы – птичка.

ПОНТИЙ (поглаживая ногу Галки). Мм, шикарная птичка – у меня как раз золотая клеточка.

ГАЛКА. Птичка любит свободу.

ПОНТИЙ. Ай-яй-яй, птица, и не стыдно? Замужняя женщина – какая свобода?

ГАЛКА. Стыдно, когда видно. Ну всё, пусти… Понтий!

Галка выворачивается из его рук, снимает куртку и обувь, идёт в комнату.

ПОНТИЙ (шутливо подгоняя Галку). Так-так, быстрее к компьютеру!..

ГАЛКА. А-а! Понька – убью!.. (Играясь, бьёт Понтия руками.)

ПОНТИЙ. А-а! Не убивай! (Играясь, защищается.) Милиция!..

ГАЛКА. Тебе уже никто не поможет. (Замахивается.)

ПОНТИЙ. Не бей, птичка. Лучше вот этот глазик выклюй – на счастье. (Тянет к ней своё лицо для поцелуя.)

ГАЛКА. Мозги тебе щас выклюю, Пономарёв.(Подходит к компьютеру и включает его.)

ПОНТИЙ (шутливо, на клавиатуру). Ух ты, кнопочек сколько!.. (Снова пытается обнять Галку.) Птица, ты когда ликвидируешь мою компьютерную безграмотность?

ГАЛКА (выскальзывая из его объятий). Как тока прикажете, барин… Всё – концерт окончен.

Галка садится за компьютер. Понтий идёт на кухню к холодильнику, смотрит внутрь, а затем выкладывает туда продукты из своей сумки. Галка слышит из комнаты, как хлопает дверь холодильника.

Ну и баран ты упрямый. Я же тебе говорю, Гешка ругаться будет. Лучше жене отнеси.

ПОНТИЙ. Не суетись, у моей жены всё в ажуре. А у вас в холодильнике одна томатная паста.

ГАЛКА. Ну, это вы белые люди, мы-то негры замкадовские. Понаехавшие.

ПОНТИЙ. Так, завязывай о политике, давай о жизни… (Идёт в прихожую). Мне какие тапочки на себя натягивать?

ГАЛКА. Мои. С помпончиком. У тебя ножка узкая.

ПОНТИЙ. Нога ходока – выносливая. Устойчивая. (Обувает тапки.)

ГАЛКА. Женская у тебя ножка, а не выносливая. У Гешки лапти – вон какущие!.. Видишь?

ПОНТИЙ. Ну да. Непонятно, чего ты в моих ногах нашла?

ГАЛКА. Я не в ногах нашла. Я в другом нашла.

ПОНТИЙ. Не расскажешь в чём?.. (Опять начинает приставать.)

ГАЛКА. Ну чё, прямо здесь, что ли?.. Погоди, дай мне кое-что посмотреть… (Стучит по клавиатуре.)

ПОНТИЙ. У мужа любовницу ищешь?

ГАЛКА. Да уж лучше бы любовница была. Не так бы на душе муторно было… (Что-то читает на экране.) С Сашкой переписывался. Статью какую-то скинул… Нет. Вроде заявка на книжную серию.

ПОНТИЙ (ревниво). Ты прям его писаниной интересуешься. Прям как редактор.

ГАЛКА. Интересно же.А вдруг повезёт? Денег кучу заработаем.

ПОНТИЙ. На фиг вам деньги. У вас любовь есть.

ГАЛКА. Слушай – щас по башке врежу! (В шутку замахивается на него.) Не стыдно – у вас четыре квартиры, а у нас ни одной.

ПОНТИЙ. Ну, возьми одну. Здесь которая, на Юбилейной.

ГАЛКА. Ага. Как это возьми?

ПОНТИЙ. Ну, поживёте, пока масть на бабки не пойдёт. Годика два-три вполне… Отец в той квартире практически не бывает. Она как сарай для ненужных вещей – весь хлам там. Если ему что нужно будет, я приеду, заберу и всё. Раз в месяцок объявлюсь у вас… для проформы.

ГАЛКА. Что: шведский вариант предлагаешь?

ПОНТИЙ (с обидой). Ну – извращенец ведь – что ещё Понтий может предложить.

ГАЛКА. Понь, ну что ты как дурачок… (Успокаивает его.) Сказать ничего нельзя. Ты ведь понимаешь… Не всё так просто…

ПОНТИЙ. Сколько верёвочке не виться, а за кончик дёрнуть придётся.

ГАЛКА. И что по-твоему?  Прям вот взять и Гешке всё выложить?

ПОНТИЙ. Сто пудов, он догадывается.

ГАЛКА. Я тоже догадываюсь – инопланетяне есть.

ПОНТИЙ. Хочешь, я Женьке сегодня скажу? Она уже давно всё поняла, вон, к матери в Бирюлёво собралась.

ГАЛКА. Ой, нет, нет!.. Я не могу так сразу.

ПОНТИЙ. Птица, ты чё? Мы уже год по углам трёмся как кошки. В квартиру сразу бы и дочку привезла от матери.

ГАЛКА. Не могу. Помпончик, я ведь с ним восемь лет прожила… Страшно. Вот так вот взять и в лицо человеку всё брякнуть – б-р-р!.. (Её передёрнуло как от озноба.)

Слышно, как в дверь вставляется ключ. Понтий мгновенно отлетает к дивану-кровати, хватает какой-то журнал со стола и занимает позицию полулёжа, раскрыв перед собой журнал.

Входит Геша, держа в руках две новеньких коробки с электрическими кофеварками. Лицо его напряжено, взгляд сосредоточен – такое впечатление, что за ним идёт слежка и он чувствует, что постоянно находится под наблюдением.

ГЕША (увидев куртку и обувь Понтия). Чего же не позвонила, что Олег придёт?

Галка и Понтий переглядываются. Понтий пожимает плечами. Геша складывает коробки в прихожей друг на друга.

ГАЛКА. Он в отцовскую квартиру заехал. Тут, на Юбилейной улице… (Машет Понтию рукой.)

ПОНТИЙ. Ну да. Отец просил кое-какое барахлишко забрать.

Слышно, как падает одна из коробок с кофеваркой на пол.

ГАЛКА. Геша, я тебя просила, не приноси эти кофеварки в дом – и так развернуться негде.

ГЕША. Не покупают. На улице же не бросишь. (Понтию.) Ты на машине?

ПОНТИЙ. Ну да, на шаравозе своём.

ГЕША. Чего ты про машину так… нелестно.

ПОНТИЙ. А чего мне с ней – целоваться?

ГЕША. Ну, будь у меня машина, я бы кофеварки сотнями продавал. Не только по Москве…

ПОНТИЙ. Я машины вообще не люблю. Вонючие пыхтелки.

ГЕША. Понятно… Галь, а чего ты Олегу мои тапки не дала – у меня две пары.

ГАЛКА. У него нога больно узкая, мои сгодились.

ГЕША. Понятно. (Входит в комнату.) А у меня лапти. (Поднимает ногу.) С обувью всегда проблема. (Подходит к Понтию.) Чего это, «Вестник астрономии» штудируешь?

ПОНТИЙ (листая страницы). Угу. В звёздном небе разбираюсь…

ГЕША (кивая на журнал). Примитив.  Это я так взял, типа, справочник для идиотов.

ПОНТИЙ. Да мне Галка все уши прожужжала: «Посмотри, какой у меня Геша гениальный! Всё может, всем интересуется». Вот: решил на тебя быть похожим. Пример с положительных людей беру. (Листает журнал.) Интересно, есть на Венере жизнь, а?..

ГЕША. Ты журнал переверни, а то он вверх ногами.

ГАЛКА. Так, Понтий, чего развалился!

ПОНТИЙ (удивлённо). А что, по стойке смирно встать?

ГАЛКА. Давай за пивасиком сгоняй. У тебя, надеюсь, денежка при себе?

ПОНТИЙ. Ну.

ГЕША. Стоп. Так не пойдёт. Я что, паразит какой? У меня свои деньги имеются.

ГАЛКА. Он угощает. (Понтию.) Угощаешь?

ПОНТИЙ. А куда деваться.

ГЕША. Я сказал, я не буду пить за чужой счёт.

ПОНТИЙ. Ты чё обиделся? Я от чистого сердца, не потому что Галка сказала.

ГЕША. Ещё раз – я за себя буду платить сам! (Шарит по своим карманам.) Я дееспособный человек, не бомж какой-нибудь… (Выгребает из кармана мелочь.)

ПОНТИЙ. Ну сам, так сам.

ГЕША. И вообще, с какого перепугу я должен вдруг пить? У меня работы навалом. (Ссыпает мелочь обратно в карман.)

ГАЛКА. Геша, испортишь глаза. Кто так работает – круглыми сутками. Нужно хотя бы иногда отдыхать, расслабляться.

ГЕША. Так. Или я прямо сейчас сажусь работать, или ухожу.

ПОНТИЙ. Ладно. Чего-то я загостился, по-моему. (Идёт к выходу и одевается.) Не скучайте тут без меня… В следующий раз как-нибудь забухаем – по-взрослому. (Открывает дверь.) Птица, не забудь бумажки с чертежами взять. Пока. (Уходит.)

ГЕША. Что значит «птица»?

ГАЛКА. Не знаю. Зовёт так.

ГЕША. И как тебе?

ГАЛКА. В смысле?

ГЕША. Нравится?

ГАЛКА. Ну зовёт и зовёт, что мне драться с ним.

ГЕША. Ну, птичкой мог бы обозвать.

ГАЛКА. Опять начинаешь?

ГЕША. Я начинаю?.. (Мгновенно взрывается как пороховая бочка.) Ох…еть! Твой Понтий валяется на нашей кровати в грязных штанах! Смотрит мой журнал вверх ногами! У тебя на щёках красные пятна, как будто тебя только что лапали, а я начинаю! Хватит уже из меня мудака делать. Мне соседи говорят – в обнимку ходите. На улицах вас видят! В его студии мне вахтёрша в глаза сказала, что вы любовники, когда я сказал, что я твой муж. Но я начинаю!

ГАЛКА. Замолчи!.. Во-первых, ты обещал, что не будешь больше орать. Ты знаешь, у меня больное сердце, от твоего крика у меня сразу же начинается аритмия. Во-вторых, вахтёрша старая полоумная женщина, я с ней поругалась, когда она не хотела впускать тебя.

ГЕША. Ага, отомстила! Ну-ну, дальше что?

ГАЛКА. Твой журнал Понтий смотрел вверх ногами, потому что он на английском. (Трясёт перед ним журналом.) Где у звёздного неба можно определить верх и низ – где? Он валялся на кровати, потому что я ему запретила садиться в кресло – там сломано дно! (Ставит ногу на кресло и топает по нему.) Ты же ничего не видишь! Ты же занят целыми днями!.. И что мы хозяйке скажем? Что, новое кресло ей покупать? Сегодня какое число?

ГЕША. Двадцать шестое.

ГАЛКА. Вот. А тридцатого апреля она придёт за квартплатой, бухнется в кресло своей толстой задницей! – и что?

ГЕША. Хорошо, я вставлю фанеру.

ГАЛКА. Где ты фанеру возьмёшь? В своём лицее, что ли? Я с Понькой договорюсь, он завтра из отцовской квартиры притащит.

ГЕША. Не надо.

ГАЛКА. Да она там всё равно гниёт. Целую квартиру вместо чулана держат – обалдеть! Во москвичи жируют.

ГЕША. Ты что, уже и туда с ним ходила?

ГАЛКА. И что? Я туда с ним миловаться хожу, да?

ГЕША. Я рядом не стоял. Но судя по тебе…

ГАЛКА. Не суди да не судим будешь.

ГЕША. Не юродствуй!..Ты постоянно с ним ходишь. Везде. Мне людям в глаза смотреть стыдно.

ГАЛКА. Да? А мне абсолютно нечего стыдиться. Я ни перед кем не кривлю душой.

ГЕША. Ты или чудовище, или сумасшедшая.

ГАЛКА. Это мой однокурсник, мы с ним дипломную работу готовим. И везде ходим.

ГЕША. На твоём курсе – двенадцать человек! Почему именно с ним?

ГАЛКА. Он в чертежах разбирается.

ГЕША. У тебя на всё готов ответ: вахтёрша – дура, хозяйка – сволочь, он – чертёжный гений… (Идёт на кухню, открывает холодильник и смотрит внутрь.) Откуда здесь нарезка?.. А равиоли?.. Крем какой-то…

ГАЛКА. Тебе скажи – ты щас орать начнёшь.

ГЕША. Ты сама из меня психопата делаешь!.. Зачем он снабжает нас продуктами? У него жена, ребёнок – пусть им покупает. Ей-богу, я выкину это в мусор!..

Геша подходит к мусорному бачку и швыряет туда одну банку. Галка собирает бумаги в тубус.

ГАЛКА. Он же не слепой, видит, у нас напряжёнка с деньгами. Даже на окраине Москвы нам квартира в двести баксов обходится. Из-за этого на одну дорогу почти четыре часа в день уходит. В магазин некогда зайти. Чисто по-дружески хотел помочь.

ГЕША. Ну уж нет, сама жри его продукты. (Запихивает обратно в холодильник оставшиеся продукты и достаёт тарелку с оладьями.) Я своих оладушек покушаю.

ГАЛКА. Покушай, покушай. (Набирает номер на сотовом телефоне и демонстративно включает громкую связь. Геше.) Я от тебя ничего не скрываю! (В телефон.) Лёньчик, привет!..

ГОЛОС ПО ТЕЛЕФОНУ. Приветик-приветик.

ГАЛКА. Говорить можешь?..

ГОЛОС ПО ТЕЛЕФОНУ. Обязательно.

ГАЛКА. Надо одно дельце провернуть. Олега попросили концерт оформить для Жанны Барышевой…

ГОЛОС ПО ТЕЛЕФОНУ. Слушай, это которая «звязда», что ли?

ГАЛКА. Ну да, та самая. Как бы немецких светофильтров достать?..

ГОЛОС ПО ТЕЛЕФОНУ. Обалдеть! Для Барышевой достанем.

ГАЛКА. По цене тока не загоняй…

ГОЛОС ПО ТЕЛЕФОНУ. Не наговаривай зря.

ГАЛКА. И микшерный пульт. Умоляю, не наше дерьмо…

ГОЛОС ПО ТЕЛЕФОНУ. Как скажешь, «начальник».

ГАЛКА. Во, отлично! С нас магарыч. Пока.

Геша прекращает жевать и швыряет оладью в тарелку.

ГЕША. Почему «с нас»?!

ГАЛКА. Потому что мы будем концерт оформлять. Вместе. Это будет нашей дипломной работой.

ГЕША. Может, вам уже вместе жить начать? Что вы всё только на работе да на работе.

ГАЛКА. Не истери. Я за его счёт карьеру делаю. Я не местная, в эти столичные норы так просто не пролезешь. А у него входа есть. Чего непонятного.

ГЕША. Иногда кажется, я схожу с ума. Я говорю «красное», мне говорят «синее»; я говорю «солнце», мне говорят «нет, это луна»; я говорю «вы трахаетесь», а мне говорят «нет, мы делаем карьеру!» Ты понимаешь, что ты делаешь из меня дебилоида!

ГАЛКА. Нет. Я пытаюсь выжить.

ГЕША. Ты хочешь сказать, он всё это делает из благородства? Просто от чистого сердца тратит на тебя деньги, время?

ГАЛКА. Он считает меня талантливой. Он учится у меня.

ГЕША (пародийно всплеснув руками). Ах, он учится у тебя – какая гуру! А нельзя поинтересоваться, почему это он с Лилькой перестал встречаться? Раньше они вместе как Шерочка с Машерочкой, за ручку, за попку. С ней бы и делал все проекты – однокурсница ведь.

ГАЛКА. Ты что, Лильку не знаешь.

ГЕША. Представь, не знаю.

ГАЛКА. Она, знаешь, сколько на него повесила? Ей в квартире ремонт сделай, каждый месяц по двести баксов на продукты, шмотки за его счёт, на машине возить куда надо…

ГЕША (с иезуитством). Ну да, а ты же не просишь ничего. Извини. Сорвался.

Геша садится за компьютер и пытается что-то печатать.

ГАЛКА. Я смотрела, ты с Сашкой собрался книгу писать.

ГЕША. Удивительно: ты ещё чем-то интересуешься насчёт меня.

ГАЛКА. Я хочу, чтобы ты стал зарабатывать нормальные деньги, а не копейки в этом дурацком лицее.

ГЕША. В этот лицей меня взяли по блату, без московской прописки. Ты всё прекрасно знаешь. Я два года искал подработку, но кроме торговли кофеварками или таблетками для похудения – ноль. Зеро!.. (Играет в игру-стрелялку на компьютере, чтобы успокоить нервы.) Знаешь, что мне сказал недавно один кореец?

ГАЛКА. Какой кореец?

ГЕША. Устраиваться я ходил в российско-корейскую компанию: должность престижная, знание английского, Фотошоп, Иксель, трали-вали… Вы, говорит, нам подходите, но, извините, у нас негласное распоряжение сверху, на хорошие места брать только москвичей.

ГАЛКА. А книжная серия? Извини, я увидела творческую заявку от тебя.

ГЕША. Хана: редактор отдал мою заявку своему приятелю. Значит, серию будет писать он.

ГАЛКА. Погоди, как это – взял и отдал. Это ведь ты придумал.

ГЕША. Вот так вот, взял и отдал. Кто я для него? Тварь иногородняя.

ГАЛКА. А в суд? Это же воровство.

ГЕША. Издеваешься? Ты что в Швейцарии живёшь.  Да меня в любом суде на смех поднимут – «Ах, у вас творческую заявку украли. А идеи по ночам у вас не воруют? А мысли? А хотелки?..»

ГАЛКА. Мда… Сделай потише, в ушах звенит… Олег тут мне предложение сделал.

ГЕША. Давно пора. И что ответила?

ГАЛКА. Не хами. Понтий предлагает переехать в квартиру его отца.

ГЕША. Это которая на Юбилейной?

ГАЛКА. Ну да. Небольшой ремонт за наш счёт. Потом только за коммуналку платить. Временную прописку сделает. Ты не будешь с этими кофеварками как скоморох прыгать, спокойно можешь работать.

Геша смотрит на жену так, будто видит её в первый раз – с любопытством и тревожным ожиданием.

ГЕША. Галь, ты серьёзно?

ГАЛКА. Гешик, я уже не могу на тебя смотреть – всё!.. Ты загибаешься. Занимаешься какой-то фигнёй. Я не могу на твоих костях делать свою карьеру. Мы даже ребёнка не можем сюда привезти – всё неустроено, садика нет, постоянной работы нет.

ГЕША. Не лги, я два года в лицее.

ГАЛКА. Эти копейки мы все отдаём за квартиру. Посмотри на себя, лицо осунулось, мешки под глазами… ходишь в дырявой обуви!.. Иногда кажется, ты пытаешься электричку обогнать. Я не хочу остаться вдовой.

ГЕША (иронично). Ты не останешься вдовой. Не бойся.

Галя идёт на кухню и закуривает.

Представляешь, Петька, наш новый педагог, мне идейку подкинул.

ГАЛКА. Идейка-индейка. Ну?

ГЕША. Из деревни куда бегут?..