Двуликая

Отверженные или эрхо – это маги отступники, которые не согласились повиноваться законам своего Королевства, совершившие тяжкие преступления и освободившиеся после заключения. Последним магам было сложно находиться в обществе и сложнее найти работу, поэтому они присоединились к Отверженным, которые заработали плохую репутацию, благодаря убийствам и разбою. И теперь эти маги напали на наших. По какой причине они это сделали нам неизвестно. Эта не их территория, а это значит, что они имеют косвенное отношение к кровавому ритуалу.

Мы с Альбертом и ещё с двенадцатью магами отправлялись на место сражения через портал.

Когда дымка портала исчезла, то тут же кто-то закричал:

– На землю!!!

По команде, мы легли на землю и закрыли голову руками. Над нами пронёсся огромный ледяной шар, который с громким треском разбился об дерево и повалил его.

Стремительно вскочили на ноги и разбежались в рассыпную. Я увидела одного отверженного, глаза которого горели красным и бросила в него тьмой. Маг увернулся и оскалившись, соткал из своей магии два меча и пошёл на меня.

Р-р! Ненавижу мечи. Никогда не умела ими пользоваться, для меня оторвать его от земли было уже победой. Но вот сейчас, видя, как враг идёт на меня с намерением убить, я решилась на отчаянный шаг. Призвала тьму и отдала ей приказ убить. Тьма рванула в сторону отверженного и оплела его тело мелкими щупальцами, обездвиживая и разрыва плоть. Маг пронзительно закричал, роняя огненные мечи, которые опалили траву.

– Крис! К раненым! – крикнул Альберт, выбивая из рук врага меч.

Я побежала к одному из стражей, который лежал около дерева, сжимая окровавленный бок. Лицо его было бледным, а взгляд затуманенным. Ему осталось совсем немного времени. Рана была слишком серьёзной.

– Поздно, – прошептал он, когда я рухнула на колени рядом с ним и начала при помощи своей магии заживлять его рану, ― она была глубокой и грязной. Торчали части мелких веток, грязь и пожухлая листва. Наверное, заражение крови уже началось.

Мои руки трясись, магия срывалась, и я боялась не успеть.

– Никогда не поздно. Я не умею диагностировать состояние, но я могу кое-что получше, – нервно улыбнулся и сложив руки на ране, предупредила: будет больно.

Начала медленно вливать свою магию в его рану, параллельно очищая её. Страж закричал от боли. Я зажмурилась, пытаясь сделать всё как можно быстрее, чтобы он не мучался, но он потерял сознание от болевого шока. Испугавшись не на шутку, уже подумала, что сердце остановилось, но пульс был. Когда рана была очищена, оставила частичку тьмы на ране для полного заживления, накинула на него охранный купол и уже хотела помочь остальным, как раздался громкий холодный приказ.

– Двуликая! Убить!

Откуда раздался голос непонятно, но после этого приказа, в мою сторону направились три отверженных, один из которых был оборотнем в полной трансформации. Испуганно посмотрев на них, я поняла, что одна могу не справится, звать на помощь бесполезно, наших было мало и они были заняты.

– Ну же, малышка, призывай свою тьму! – мерзко ухмыльнулся один из них и кинул в меня метательный нож, который угодил в плечо и вошёл по самую рукоять. Я закричала от боли и одним резким движением вынула его из плеча. Из-за боли я потеряла контроль, и разъярённая тьма вырвалась наружу. Первым погиб оборотень. На подходе был ещё один маг, но вот третий ушёл из моего поле зрения до тех пор, пока в ногу не прилетел ещё один нож, а дальше и в руку. Упав на землю, я пыталась вытащить нож хотя бы из ноги, но боль была настолько сильной, что белая пелена упала на глаза. Отверженный сел на корточки рядом со мной. Протянул руку и погладил по щеке, поцарапав острыми чёрными ногтями кожу. С усилием воли сдержала крик и выдохнула сквозь стиснутые зубы.

Не сдаваться!

– Жалкая двуликая. Отродье тьмы! – выплюнул он и ударил меня по лицу. Во рту появился металлический привкус крови, а голова загудела от боли.

– Крис! – крикнул Альберт где-то совсем рядом, но я не увидела его. Я видела лишь лицо отверженного, который мне что-то говорил.

– Твой отец тоже вот так лежал передо мной, истекал кровью и смотрел на меня с ненавистью, – у меня дыхание перехватили от злости, но всё что я могла сделать, так это слушать. – Я сказал ему, что он может попросить меня о пощаде. Он выплюнул мне в лицо, саркастически ухмыльнулся и сказал лишь одну фразу: «Я лучше сдохну, чем сделаю это.» Я исполнил его волю. Теперь исполню и твою, – он тихо засмеялся и взяв меня за волосы, приподнял голову и схватил за горло.

Может ли он убить меня? Возможно. Но вот только не здесь и не сейчас. Да, этот человек убил моего отца, и сейчас он может убить меня, но не сейчас. Я улыбнулся ему и смотря ему в глаза, произнесла хриплым загробным голосом, смотря на стремительно бледнеющее лицо отверженного:

– Ты умрёшь следующим.

После чего погрузилась в свою силу на мгновение и выпустила всю ярость на волю. Тьма исходила от меня и окутывала отверженных, медленно убивая их. Я лежала на земле, пустыми лазами смотрела в небо и испытывала какое-то мрачное удовлетворение от происходящего.

Крики боли, страха, беспомощности оглушали лес. Повинуясь какому-то неожиданному чувству, моё тело поднялось и зависло над землёй. Словно в тумане я смотрела на магов, которые застыли и с ужасом смотрели на меня. Отверженный, который убил моего отца и намеревался убить и меня, смотрел с какой-то странной улыбкой на губах.

Рядом с магами, которые смотрели на меня с ужасом, находилась фигура, полностью сотканная из тьмы. Призрачная рука указала на них и в моей голове раздался хриплый голос этого существа, отчего мороз пошёл по коже, настолько он был страшным.

– Убей их всех. Эти жалкие маги, не понимают той силы, которой ты обладаешь. Они считают тебя магом низшего сорта. Ты как грязь под их ногтями! Докажи им, что ты сильна. Пусть они тебя боятся!

Я смотрела на них и была согласна с этим существом. Постоянные косые взгляды в мою сторону. Отсутствие друзей и личной жизни из-за моей силы, угнетали. Может, стоит послушать его и показать кто я такая на самом деле?

Какого это, когда тебя боятся и уважают, а не презирают? Как сладок вкус той эйфории всевластия?

– Убей их, – снова прохрипело существо и метнулась в сторону их главаря, который убил моего отца. – Этот отверженный убил твоего отца, а Стражи Ночи тогда не помогли ему. Его смерть и на их совести тоже. Так чего же ты ждёшь? Покажи им кто ты такая и какой мощью обладаешь! – прошипел он и навис над Отверженным.

Как бы он не был прав, но внутри меня что-то взбунтовалось, будто тьма, поглотившая меня, начала рассеиваться и давать трезво мыслить. Я мотнула головой, прогоняя наваждение. Существо зашипело, испаряясь в воздухе.

Но с одним я была согласна. Отверженные должны поплатиться за смерть моего отца.

Наверное, в этот момент мной двигало банальная месть, злость и желание показать кто я такая раз и навсегда.

Я не понимала, что я творю. Где-то на затворках сознания понимала, что это неправильно, нужно остановиться, но боль, жившая со мной все эти годы, хотела мести. Это существо… Возможно это и есть я, моя темная сторона, что жаждет отмщения. Сейчас, совершая ошибку (или выбирая верное решение) я поддалась ей.

Глядя на всех застывших магов, кровожадно усмехнулась и хрипло прошептала:

– Оcciditis inimicos!3

Тьма, которая исходила от меня густым туманов, мгновенно повиновалась и высосала жизнь из отверженных.

Я видела, как они высыхали буквально на глазах, как их кожа чернела, а из глаз и ушей шла кровь. Слышала их ужасные крики боли и предсмертные хрипы. Видела, в каком ужасе смотрели на всё это Стражи, но с их стороны не было попытки помочь им. Они лишь наблюдали за их странной смертью и не решались подходить. Возможно, для этих магов, которые повидали немало смертей, эта оказалась самой ужасной. Честно говоря, в какой-то момент я сама испугалась своей силы, но вспомнив что творили эти маги, когда грабили людей, злость возвращалась. В какой-то момент, почувствовав слабость во всём теле и боль от ножей, я упала на землю, теряя сознание. Тьма рассеялась и отступила от отверженных, возвращаясь ко мне.

Лазарет Стражей Ночи.

– Кто бы мог подумать, что такое возможно, – раздался тихий неизвестный голос в моей голове, освобождая от остатков сна.

– Не зря её перевили на домашнее обучение. Она опасна! – а вот это шипение явно принадлежало Кайлу, от чего невольно поморщилась. Его тут ещё не хватало.

– Согласен, но она наш единственный шанс на спасение, если она та, о которой мы думаем, то нужно как можно быстрее организовать экспедицию, – ответил холодный голос бастарду.

О, знакомые нотки! Король?

– Она не та, о ком мы думаем, – передразнил бастард мужчину, а я навострила уши.

– Её силу видели стражи, – осторожно заметил он. – Она убила десять Отверженных. Её магия намного сильнее других двуликих и опаснее. Мы не можем её огородить ото всех. Она на самом деле является…

– Она ею не является! – припечатал он, а я разочарованно вздохнула. Вот ведь, на самом интересном месте оборвал!

Ладно, нужно хотя бы с кровати встать и посмотреть, где я вообще нахожусь. А ещё заглянуть к этим магам и спросить о произошедшем, спрашивать у них кто я такая, по их мнению, не стану. Надоело всё, и сила и загадки.

Попыталась встать с кровати, но ногу неожиданно обдало болью, и я упала на пол, на своё больное плечо. Взвыла и снова хотела встать, как дверь стремительно открылась и на меня удивлённо посмотрел Эрвин.

– Далеко собралась? – рыкнул он и подхватил меня на руки, аккуратно опуская снова на кровать. – У тебя раны ещё не затянулись, а ты уже встать собираешься!

– Хотела спросить просто. Я же не виновата, что рядом никого нет! – пробурчала я, накидывая одеяло на себя.

– К тебе уже шёл я, можно было бы и подождать.

Конечно, мне стоило подождать, ведь у меня слух как у оборотня, а дар как у провидца! Но съязвить это вслух, не было ни настроения ни сил.

– Действительно, нужно было ждать, – раздался голос бастарда и тот вошёл в палату.

– Ты как? – обеспокоенно спросил Эрвин, а я улыбнулась ему и заверила, что все хорошо.

– На горе Марвоя были обнаружены датчики, что-то вроде сигнализации, на случай незваных гостей. Их расставили отверженные, их мотив выясняется, – Кайл сложил руки на груди, вставая рядом с Эрвином.

– А смогли хоть одного задержать? – безразлично спросила я, морщась от головной боли.

– Их главный сбежал, а вот остальные мертвы, – и тако-ой выразительный взгляд на меня.

А я что? Я ничего, сижу и думаю, было ли это реально и как объяснить. Второй раз в жизни чувствую эту мощную и весьма опасную силу в себе. Первый раз это случилось, когда архимаги достали, вот и психанула, но тогда сила была послабее и на вопросы отца, который меня расспрашивал я не отвечала, просто не понимала, что это было и начала уже боятся своей силы. Отец это понял и с вопросами отстал. Но вот сейчас мне допроса не избежать.

– Что произошло в лесу? – холодно спросил бастард, всем своим видом показывая, что отказа он не ждёт.

– А что произошло в лесу? – хмуро переспросила.

И не надо на меня так смотреть! Я сама не понимаю, что это было!

– Не прикидывайся! Ты убила десятерых за раз! Да от тебя такой магией фонило, что некоторые думали ты убьёшь там всех! Такого рода магия опасна и неуправляема. И возникает вопрос, – он посмотрел на меня с брезгливостью, что разозлило теперь меня. – Как ты управляла ей?

Я задумалась. Действительно, как? Может потому, что хотела спасти своих? Или сказать про то самое существо, которое говорило мне убить в том лесу всех? Что будет после этого, когда я расскажу? Меня запрут? Убьют? Запечатают магию?

– Я ничего не помню. У меня три колотых ранения! Я истекала кровью, один нож, который мне вонзили в ногу, задел нерв! Мне ли тебе говорить какая это боль? Как я могу рассказать то, что не помню?! Хватит строить из себя засранца, наплевавшего на чужие чувства! – рыкнула и вздохнула с облегчением.

Высказалась. Теперь и умирать можно спокойно.

– Ваше Величество, Вам лучше уйти, – Эрвин повернулся к бастарду, без опаски смотря ему в глаза. – Ей нужно отдохнуть, может она тогда вспомнит, – он посмотрел на меня и недвусмысленно указал на дверь парню. Кайл прищурился и исчез в желтом огне портала.

– Рассказывай! – требовательно приказал парень, как только мы остались одни в палате. Вздохнула и начала рассказывать, ничего не утаивая.

Под конец моего рассказа, Эрвин сидел задумчивый и каким-то отрешенным. Я ждала его ответа и боялась, что он мне скажет и как воспримет эту ситуацию. С одной стороны, мне было безумно любопытно какая сила во мне скрывается и на что я ещё способна. Но с другой стороны, она меня пугала. Когда я была поглощена тьмой, то тогда все чувства словно отключились. Было какое-то опустошение, наполнена невероятной яростью. И это существо, появившемся из ниоткуда. Оно будто было частью меня. Частью, которая твердила мне убить. А что, если эта лик моей силы? В нашем мире, лик силы проявляется ни у каждого, и принимает облик разного существа или предмета. Но тогда почему моя сила хотела смерти невиновным? Столько вопросов крутилась в голове и было ощущение, что она вот-вот взорвётся.

– Наверное, не следует сейчас говорить об этом никому и самим как-то решить твою проблему насчёт силы, – тихо ответил Эрвин.

– Мы одни не справимся, нужна помощь. Тем более, если и искать ответы, то у магов, которые обладают запретными знаниями.

И тут парень зашипел:

– С ума сошла?! Ты хоть представляешь какую цену они потребуют?!

Я оскалилась:

– Я смогу заплатить. Благо сила моя это позволяет.

Парень резко встал со стула, и тот упал с грохотом. Тот же, сложил руки за голову и смотрел в окно, туда, где солнце скрывалось за горизонтом и окрашивала небо в фиолетово-розовые тона. Я смотрела на ученика моего отца и не понимала его перемену. Какая разница какую цену они потребуют? Для меня важно узнать, что скрыто во мне и понять насколько оно опасно. Тем более, меня ждёт эта экспедиция, к которой я должна быть готова. Как я могу отправиться на неё, когда не знаю, что с моей силой?

Я уставилась на свои сцепленные руки и почему-то ждала ответ от Эрвина. Не знаю с чего это вдруг, но его мнение стало для меня важным.

– Я запрещаю, – тихо сказал он и устало вздохнул, опуская руки. – Тебя выпишут через два дня, будь добра не вставать с кровати и соблюдать все требования лекарей. Я приду на твою выписку и лично доставлю домой, – он подошёл к растерянной мне и поцеловав в лоб на прощание, ушёл, тихо затворив за собой дверь.