- -
- 100%
- +
(10-я повесть серии «Выпуклый мир».
3-я повесть подсерии “Детективное агентство «Семь размышляющих шляп»”)
Выпуклый мир, похожий на девушку с развевающими волосами, летел себе по Вселенной, минуя мелкие кротовые норы и колдобины, которые детектив Арчи Боно просто не чувствовал. Безделье одолевало его, но он ничего не мог поделать. Согласно полученным инструкциям он должен был ЖДАТЬ.
Многие из вас, дорогие читатели, могут подумать: «Подумаешь! Ждать. Ничего страшного». Но все дело в том, что Арчи Боно остался в полном одиночестве, в совершенно чужой стороне, которую жители Выпуклого мира называли Лахия, в отличие от местных жителей, именовавших свою родину «Лашская Земля».
В эту далекую небольшую часть Выпуклого мира, окруженную со всех сторон хребтом Кардун, похожим на мощную лежащую подкову, вела единственная дорога. Поэтому гости там были редкостью, да и тех местные жители, от рождения наделенные разными магическими способностями, почти не жаловали.
То ли Кардун всякими малахитами, да яхонтами набитый местным силу давал, то ли форма хребта на чародейских способностях отражалась, да только мысли чужаков читать или друг с другом без слов общаться – это было для населения Лахии, что стакан воды выпить. Оттого-то и называли обитателей этих мест чародеями.
А уж если чародей в птицу, зверя или гада какого мог перекинуться, то прямая ему дорога была в государи, потому как престолонаследия в Лахии сроду не было и каждый мог, с помощью верной рати, в государи пролезть. А поскольку, как вы понимаете, любой из чародаев (так называли умевших перекидываться) мог иметь множество как законных, так и побочных наследников, каждый из коих становился в ряды верной рати, то следствием этого была большая чехарда в смене правителей Лахии.
Каждая смена власти потрясала Лахию до такой степени, что название столицы Лашской Земли – Буза – стало нарицательным. Этим словом со временем стали называть любую неразбериху с применением силы.
А причем здесь Арчи Боно и детективное агентство «Семь размышляющих шляп»? – спросите вы, уважаемые читатели. Терпение друзья, сейчас мы вам расскажем, каким образом наш детектив, оказавшись в небольшой, но уютной гостинице «У старого чародая» был вынужден не действовать, а ждать.
* * *
По большому счету наша история началась в тот день, когда в клане Вайдеров произошел раскол. Бывший Колд, а ныне Вайдер Ун настолько поднаторел в делах внутреннего обеспечения пьютеров, что решил: «Пора посмотреть, чем это там народ внутри своих пьютеров занимается». Сказано-сделано. Как все рубахи-парни Ун своих принципов не менял, поэтому в его забубенную головушку эта, прямо скажем, неблаговидная мысль и явилась.
А поскольку мысль не только явилась, но и погостить осталась, то начал наш Ун думу думать: «Чем это таким закадычные вайдеры Ли и Тим занимаются, что ничего не кажут, да еще и на вопросы не отвечают?!».
Где колдовскими, где вайдерскими умениями, сляпал наш Ун чудограмму, которая могла аки змей Морриса по хитросплетениям в чужие пьютеры заглядывать.
СПРАВКА. Змей Морриса был открыт гномами-рудокопами Мором и Рисом во глубине Лурийских гор, как отдельный биологический вид. Описание: тонкий такой, в любую щель залезает и всё там засоряет.КОНЕЦ СПРАВКИ.
Этот чудограммный змей наведался непрошеным гостем к Ли и Тиму. Да только неувязочка вышла – заметили Ли и Тим это вторжение и в один голос заголосили:
– Что же это ты, неугомонная твоя душа сделал! Всю работу нам зарубил, зарубщик неуемный.
Услышал эти слова захожий новостник из новостного свитка «Время новостей» (не путать с листком!) и рассказал всему Выпуклому миру о том, как озорство и пытливый ум, индивидуальность и сообразительность, а также страсть к пьютерам и хитросплетениям привели к созданию Унова змея. Так в мире хитросплетений появилось новое слово – «Зарубщик», которое с быстротой молнии распространилось по всем ближним и отдаленным весям Выпуклого мира, а Унов змей стал кошмаром всяких разных хитросплетений и даже информационных ФБР (читай – Фигурных Барьеров Равенства).
Всякий малявка, поднаторевший в пьютерах, пытался эти самые ФБР зарубить. Начались своеобразные соревнования зарубщиков, которые привели к расколу в клане Вайдеров, утечке информации из Дворца Правителя Выпуклого мира и, даже, к попыткам подобраться к отдельным пьютерам Волшебных Кланов. Вот этого допустить никак было нельзя! Вся история Лахии доказывала – массовая магия ни к чему хорошему не ведет: ни покоя, ни конструктивных решений ждать не приходиться. Недаром каждому клану пришлось выделить своего представителя, чтобы сдерживать бузу внутри Бузы (уж, простите за новый каламбур!).
Конец недавно спасенного Выпуклого мира замаячил перед взорами всех, кто, так или иначе, отвечал за существование этого необычного мира, похожего на девушку с развевающимися волосами. В Конклаве было собрано Большое Экстренное Совещание (далее БЭС). Уна, конечно же, наказали. Да он и сам понял, что натворил: каялся, головой об стенку (воздушную) бился, самыми страшными заклятими клялся, что этого больше не повторится. Да что с того! Портреты Уна с исторической надписью «Батяня!!!» уже красовались в пьютерах всех уважающих себя зарубщиков, а Унов Змей стал эталоном чудограмм.
Но вернемся к нашим баранам, то есть к змеям.
В самый разгар важного для нашей истории совещания в зал заседаний Конклава ворвался чудик Фламм, оставленный на дежурство возле ГКЧП (читай Главного Конклавного «Ч-Пьютера»). Он как вихрь пронесся к говорильному месту, бесцеремонно столнул с него Уна и, задыхаясь, произнес: «Только что зарубщики попытались зарубить ГКЧП!».
Что началось в зале! Вайдеры и колды с мест повскакали, восклицая:
– Как зарубить?!
– Кто попытался?!
– Неужели зарубили?!
Чудики же и ведьмаги постарались сохранить спокойствие, рассудив, что эмоций и так полный зал, а кому-то и мозги нужно трезвыми оставить. Эйнш Чудесный – глава клана «Чудь» – подмигнул обладателю великолепного баса малютке Кару и тот незамедлительно возопил:
– Тишина! Дайте Фламму ситуацию обрисовать!
Кару помогла Белисса – глава клана «Ведь». Вспомнив свои обязанности Председателя Совещания, она что есть силы зазвонила в колокольчик и через мгновенье в зале наступила тишина, изредка прерываемая всхлипываниями впавшего в уныние Уна. Не обращая внимания на звуки, издаваемые незадачливым вайдером, Фламм начал говорить. Он уже справился с волнением и его незаурядный ум подсказал форму выступления.
– Уважаемое Собрание. Я приношу извинения за свою порывистость. Я буду краток. Зарубщики, которые появились в нашем мире благодаря некоторым несознательным личностям, стали реальностью. Это мы уяснили и приняли необходимые меры. В частности, коллега Вер Намм создал нечто поистине стойкое – систему защиты, в которую проникнуть НЕВОЗМОЖНО и которая сама способна любую систему и её защиту, так сказать, искромсать на кусочки. Мы назвали это создание «Меч Вер Намма».
В зале раздались аплодисменты. Чудик Вер Намм встал и раскланялся. Фламм поднял руку, давая понять, что ему еще есть что сказать. Белисса позвонила в колокольчик, Вер Намм сел на своё место, наступила тишина и Фламм продолжил:
– НО! Во время моего дежурства произошло нечто вопиющее. Я сейчас продемонстрирую вам то, что отразила вертикальная плоскость ГКЧП.
Фламм взмахнул руками и над говорильным местом появился, увеличенный в пять раз фантом ГКЧП, на вертикальной плоскости которого красовалось здание Конклава. И вдруг на здании появились трещины. Зал ахнул. Трещины расширялись. Вот от здания отвалился один кусок, вот – второй, рушились стены, вываливались окна. В считанные мгновенья здание Конклава превратилось в кучу руин, над которыми зависла механическая руку, держащая Голубой Куб с оскаленные мордами страшилищ и витиеватой надписью: «Мы – страшилища! Мы – дивизион! Ждите нас, мы отомстим».
Фантом растаял. В зале повисла звенящая тишина, которую нарушил голос Фламма:
– Меч Вер Намма не подвёл. Он отбил атаку Голубого Куба, искромсал его и даже выявил откуда началось вторжение.
Фламм, несмотря на чудаковатый вид, любил и умел создавать спецэффекты. Он замолчал. Пауза затянулась. Чудик явно ждал, у кого не выдержат нервы. И они не выдержали. Конечно же, у того, кто всё это затеял. Ун вскочил и каким-то странным дискантом прошелестел:
– Не томи! Ну, виноват я, Фламмушка. Но это не я! Не быть мне ни колдом, ни вайдером!!!
– Конечно не ты, – спокойно ответил Фламм. – Там целая группа орудует. «Дивизион страшилищ» придумали в Лахии! Атака шла оттуда!
* * *
События БЭС в очень сжатом виде были донесены до детектива Арчи Боно и Размышляющих Шляп в тот же вечер. Спокойствие в известном вам, уважаемые читатели, особняке нарушила весьма эффектная, одетая во все красное, включая шляпу, дама. Даже темные очки, закрывавшие половину её лица, имели красную оправу.
Нежданную посетительницу встретил и проводил в гостиную Ритц. Пока она поднималась по лестнице, Арчи, благодаря шляпам, узнал, что гостья у них необычная – Вторая Ведьмага Лина, секретарь Белиссы.
Арчи поднялся из любимого кресла, приветствуя негаданную гостью, пригласил её сесть, где она сама пожелает, отдав должное её маскировке: красный наряд сразу же привлекал внимание, но описать посетительницу детективного агентства не смог бы ни один житель Выпуклого мира. Дама в красном – вот и всё!
– Что привело уважаемую сударыню в нашу скромную обитель? – на правах руководящей шляпы проскрипел Ладьян.
– Дело, которое нужно сделать так, как будто его никогда и не было! – мысленно ответила Лина.
– Правильно ли мы понимаем, – перехватил инициативу Шенорхис, – что Волшебные кланы не желают, чтобы это деликатное дело обернулось большими бедами для всего Выпуклого мира?
– Абсолютно! Дело касается Лахии. Что вам известно об этом крае?
В ментальный разговор вступил Арчи:
– Совсем немного. Лахия – земля, отгороженная высочайшим и неприступным хребтом от всего остального мира, местные жители которой, наделенные от рождения магическими способностями, постоянно выясняют отношения на почве смены власти.
– В целом это верно. Я расскажу вам некоторые нюансы. Именно эти нюансы привели меня к вам.
– Простите, не хотели бы чего-нибудь выпить? Наш домоправитель делает великолепные натуральные напитки, – вслух предложил Арчи Боно, а мысленно добавил:
– Будем иногда произносить незначительные фразы вслух. Мало ли кто может очутиться под окнами. Пусть думают, что вы обычная посетительница.
– Вы правы, – согласилась с Боно Лина и вслух добавила:
– С удовольствием.
Арчи вызвал Ритца, распорядился принести напитки для него и гостьи и дальше разговор пошел полосками по принципу: вслух-ментально.
Вслух.
Лина:
– Дело моё касается нашего рода.
Арчи:
– Мы вас внимательно выслушаем, уважаемая. Мы умеем хранить тайны.
Лина, протягивая чистый лист бумаги:
– Прочтите это
Боно:
– Разумеется.
Ментально.
Лина после короткого пересказа событий БЭС:
– В Лахии всё идет к новой смене власти. Три рода собрали достаточные рати, чтобы начать новую бузу. На это время мы обычно блокируем единственную дорогу из долины Кардун. Нам хватило событий, случившихся при королях последней династии, когда победившая рать вырвалась за пределы Лахии с намерением свергать всех попавшихся им под руку, в том числе и магическими методами. Тогда пролилось много крови. Нам удалось остановить беспредел жесточайшими мерами! Белисса лично обращала в камни восставших, о чем до сих пор не любит вспоминать. Эти своеобразные статуи, чтобы впредь неповадно было, установили на всем протяжении единственной дороги в Лахию: от переправы через Олт до Ворот Карду.
Боно:
– А как же современная буза? Или бузы?
Лина:
– Обычай перехода власти в Лахии был поставлен на бескровную основу: население разоружили, сформировали Тройку Наблюдателей от Волшебных кланов и, главное, эмпиреии над Карду наполнены Смотрящими. Но сам обычай мы запрещать не вправе – Лахия автономная земля. Со времен кровавого мятежа чародаи в целом придерживаются установленных правил. Рати собираются, но идут стенка на стенку при всём честном народе. Все события происходят в Гигантуме, специальной арене, построенной для этих целей. На трибунах тоже будет драка и в городах Лахии сторонники разных ратей, сложа руки, сидеть не будут. Так что меры предосторожности утраиваются.
Вслух.
Боно:
– Я очень внимательно ознакомился с вашим документом. Агентство «Семь размышляющих шляп» возьмётся за это дело. Ознакомьтесь с нашими ценами.
Лина:
– Да, конечно.
Она же ментально.
– Мы думаем, что зарубщики, столь мощно заявившие о себе, сыграют в наступающих событиях ключевую роль. Они создадут перевес. И, что самое опасное, не физический, а ментально-магический. По сути, их вторжение в хитросплетения Конклава – это предупреждение, что далекие события могут повториться снова на уровне лишения личностей личности во всём Выпуклом мире. Такая обработанная из Лахии личность способна на всё! Остальное вы узнаете утром. Вам надлежит безо всяких предосторожностей, в открытую, явиться в магазин «Лабиринт отражений».
Вслух.
Лина:
– Ваши цены меня устраивают.
Боно:
– Мы договорились. Ритц, проводи нашу гостью. До свидания, сударыня.
Лина:
– До свидания, детектив Боно и уважаемые Размышляющие шляпы.
* * *
Популярность магазина «Лабиринт отражений» столичного города Эри можно было сравнить, разве что, с популярностью магазина игрушек майстера Анатоля. Любой представитель Выпуклого мира мог найти в «Лабиринте отражений» желаемую одежду и обувь (если таковая была нужна). Приветливые продавцы и продавщицы, представители всех обитателей Выпуклого мира, могли подобрать костюм так, что даже самый последний гоблин уходил довольный своим видом, поскольку выглядел почти писаным красавцем, что подтверждали отражения в многочисленных зеркалах магазина.
Продавцы и продавщицы «Лабиринта отражений» весьма дорожили своей работой. Этому способствовали добрый нрав и компетентность в финансовых делах хозяйки магазина Нани (с ударением на И) Пато (с ударением на О), и прекрасные условия труда. Посудите сами, даже на свои рабочие места персонал магазина заступал на час позже его открытия – утром Нани Пато сама принимала и обслуживала посетителей.
Истинная причина утренних обслуживаний заключалась в том, что Нани была доверенным лицом Конклава (одна из её бабушек принадлежала к клану «Ведь», но свои магические способности не передала, а оставила при себе) и обеспечивала конфиденциальные встречи лицам, которых, по тем или иным причинам, в открытую вызвать в Конклав не представлялось возможным.
Приносим извинения, уважаемые читатели! Забывчивость, проклятая забывчивость. Следует упомянуть о том, что Нани все-таки обладала одной магической способностью, причем в совершенстве. Она умела создавать настолько живо выглядящие фантомы, что даже случайные утренние посетители, увидев такой фантом в магазине (да еще отраженный в зеркалах), не сомневались в его, так сказать, живости. Правда, при условии «руками не трогать».
Не полагаясь на случайности, Нани и вышеозначенное условие продумала: посетитель, вызванный на встречу, заходил в примерочную кабинку, Нани одним щелчком создавала великолепный фантом и зеркало-дверь, реагирующее на присутствии фантома, открывалось.
А как вы думали? Никаких кнопок, даже тайных. Мало ли кто, куда нажать может! С той стороны зеркала – другое дело. А с этой стороны ни-ни. Вы согласны, что случайности в таком серьёзном деле должны быть исключены?
Словом, посетитель проходил дальше, а Нани занималась обслуживанием фантома, который иногда даже произносил фразы типа: «Принесите другую рубашку» или «Галстук, пожалуйста». Это продолжалось до тех пор, пока гость Конклава не возвращался обратно через ту же примерочную, вполне довольный и встречей, и парой обновок (для правдоподобия), за которые даже платить не приходилось, поскольку всё уже было оплачено Конклавом.
Арчи Боно, как человек, привыкший к точности, явился в магазин ни свет, ни заря, то есть прямо к открытию. Нани встретила его такой очаровательной улыбкой, что наш детектив подумал: «Нужно пригласить её потанцевать. Эта девушка – само совершенство!». Однако вслух он произнёс совсем другие слова:
– Мне хотелось бы подобрать рубашку к этой жёлтой шляпе.
– Конечно, проходите.
Как вы уже догадались, уважаемые читатели, детектива Боно на этот раз сопровождал оптимист Бровник – жёлтая шляпа. И вовсе не потому, что Шенорхис занемог! Как раз, наоборот. Шенорхис остался, чтобы помочь Ритцу собрать побольше информации о Лахии, поскольку Размышляющие Шляпы решили: пока Арчи занят, Ритц вполне может отправиться в Городской архив Эри.
Нани создала фантом Арчи (восхищение девушкой с улыбкой ребёнка достигло у Боно крайнего предела!), зеркало-дверь открылось, настоящий Арчи, послав воздушный поцелуй хозяйке, спустился вниз, а фантом (и даже в шляпе!) начал привередничать, то и дело, гоняя Нани в торговый зал и обратно.
* * *
Серьёзность ситуации детектив Боно оценил сразу же, поскольку в овальной гостиной, освещенной приятным розоватым светом, его ждали Первые лица волшебных кланов: Белисса, Эйнш Чудесный, Колд Обин и Вайдер Майк.
– Не будем терять время на лишние приветствия и жесты, время не ждет! Садитесь за стол.
Эйнш Чудесный был краток и рационален. В разговор вступила Белисса:
– Отвечайте быстро, не задумываясь.
На Арчи градом посыпались вопросы.
– Вы человек?
– Какими способностями обладаете?
– Вы помогаете Размышляющим Шляпам или они вам?
– Умеете ли вы драться?
– Что предпочитаете при расследовании дел: силу, волю или ум?
– Готовы ли вы овладеть мечом Вер Намма?
– Как вы относитесь к миссии в Лахии?
– Как переносите Большую Скуку?
Арчи отвечал быстро, едва отметив про себя, что все происходящее похоже на игру «понг» – мячик туда, мячик сюда. Если на миг остановишься, пропустишь мяч.
Наш детектив был на высоте – на все вопросы отвечал быстро и четко. И лишь вопрос о Большой Скуке заставил Арчи задать встречный вопрос:
– Простите, что такое Большая Скука?
– Бездействие, милок. Долгое бездействие. Когда даже мозги жиром заплывать начинают, – усмехнувшись, ответил Колд Обин.
– У меня не бывает Большой Скуки. Всегда есть с кем пообщаться.
– О, нет! Общаться на постоянной основе вы не будете! В Лахии это означает провал. Пока вы общаетесь, куча местных жителей изучает ваши мысли! – сказала, как отрезала, Белисса.
– Ну что, милок, сильно мы тебя напугали?
– И чего этот колд так ко мне обращается? – невольно подумал Арчи.
– А оттого, милок, что ты, уж прости старика колда, еще зеленый. И с такой зеленью в Лахию соваться – там навеки остаться, – наслаждаясь растерянностью Боно, вслух ответил Обин и добавил:
– Думаешь, ты первый? Ты последний у нас!
– Сударь, – в разговор снова вступил Эйнш Чудесный, – ситуация вкратце такова. Никто из представителей наших кланов не имеет права действовать в Лахии. Мы связаны условиями давнего договора, который гласит, что чародаи будут придерживаться всех обговоренных пунктов, пока нет вмешательства в дела Автономии (так правители называют Лахию) с нашей стороны. Все официальные визиты обговариваются заранее, каждый наш шаг на территории Лахии выверяется и обсуждается.
– А как же вы все это обговариваете?
– Сильный вопрос, сударь! Если у нас есть вопросы для обсуждения, мы посылаем сизую почтовую голубку, если у них – они. Почтовые хитросплетения хороши, но не для конфиденциальных отправлений.
В разговор снова вступила Белисса.
– Сейчас мы вынуждены вмешаться. Вы знаете, что произошло недавно на заседании Конклава. Зарубщики доставляли много хлопот, но, так сказать, на уровне обывателей. А теперь кто-то пытается вмешаться в расстановку сил, нарушить хрупкое перемирие и, главное, сосредоточить в своих руках крупные магические силы.
– А он справится! – уверенно произнес колд Обин.
– И я так думаю, – добавил молчавший до сих пор вайдер Майк.
– Справится, если вместе с Размышляющими Шляпами, Ритцем, Рони Вульф и Кузикисом овладеет мечом Вер Намма, – заключил Эйнш Чудесный.
– А я вам не мешаю? – ехидно поинтересовался Арчи. Особого пиетета он ни испытывал даже к Волшебным кланам и их руководителям, поскольку в Лахии рисковать придется ему.
– Нет, – улыбнулся Эйнш Чудесный. – А это хорошо, что вы не теряете чувства собственного достоинства. Этот показатель, пожалуй, сыграл главную роль, когда мы вас выбрали.
– А нас вы тоже выбрали? – неожиданно для всех проскрипел Бровник.
– Конечно, сударь Бровник, – подтвердил Эйнш Чудесный. – Мы выбрали всех, даже Кузикиса. Насколько нам известно, Размышляющие Шляпы могут общаться друг друга на расстоянии не более чем пятьсот условных единиц. Это, так сказать, ваш радиус общения. Так что вам всем предстоит обеспечивать связь на всем протяжении от Эри до Лахии на головах ваших знакомых.
– Вот это поворот, – проскрипел Бровник. – А почему мы ничего до сих пор не знаем?
– Ладьян уже знает, – ответила за всех Белисса. – С ним, уходя, успела пообщаться Лина. Вы узнали сейчас. И как только вы или Ладьян передадите информацию остальным – они узнают тоже. Но я попрошу вас воздержаться до вечера, когда все гости соберутся в вашей уютной гостиной. Остальное вы узнаете от Вер Намма.
– Обучение пройдет быстро, методику мы разработали, – сообщил вайдер Майк.
– Удачи. Чтобы дверь открылась, нажмете красную кнопку, – подвела итог встречи Белисса.
И не успел наш детектив моргнуть, как остался один. Все исчезли, будто их и не было, а еще через пару мгновений Арчи Боно с Бровником на голове вновь оказался в примерочной магазина «Лабиринт отражений», успев заметить, как растворяется его фантом.
* * *
Итак, Арчи Боно в полном одиночестве, в совершенно чужой стороне, которую жители Выпуклого мира называли Лахия – ждал. Впрочем, с ним был Ладьян, синяя Руководящая Шляпа. Выбор пал на него, потому что все художники, приезжающие в Лахию, по необъяснимой причине носили синие шляпы.
Причем тут художники, спросите вы? Все просто. Наш Арчи въехал в Лахию под своим художественным псевдонимом Ренье Хаим, имея при себе чемоданчик с личными вещами, мольберт и сумку, набитую до отказа красками и кистями.
Днем он бродил по узким улочкам Вышнего Града, так в Бузе называли старый город, рисуя в основном пейзажи, а вечера проводил в своей комнате гостиницы «У старого чародая». Отлучаться вечерами ему было категорически запрещено, поскольку Ладьян, обученный Вер Наммом, мог прикрывать истинные мысли Арчи только днем. Уставал Ладьян! Размышления отбирают силы, а Ладьян, как вы помните, был хоть и шляпа, но Размышляющая! Поэтому вечером защиту ставил сам Арчи. Но в силу своих более скромных, чем у Ладьяна способностей, он мог поставить лишь стационарную защиту, используя схему «Я сплю и вижу фантастические сны».
Меч Вер Намма работал безукоризненно. Толпа зевак, неизменно собирающаяся за спиной Арчи Боно, ох, простите, Ренье Хаима, сканировала мысли жадно и интенсивно, но неизменно наталкивалась на варианты типа «Вот сделаю еще один мазок и пойду обедать» или «Какое прекрасное дерево растет вон на том склоне! Нужно завтра подобраться поближе». Ладьян делал свое дело не хуже Нани Пато, создавая вокруг головы детектива стойкий информационный фантом.
Через несколько дней Арчи заметил, что толпа за его спиной заметно уменьшилась, а еще через несколько дней, когда совсем никого не осталось, Ладьян наконец-то (до этого момента он едва успевал блокировать очередного чародея) смог передать Боно мысли окружающих: «Совсем неинтересный этот Ренье Хаим. Занят своими картинами. Каждый день одни и те же мысли. Тьфу ты, даже и не мысли вовсе, а так – мыслишки. Одним словом – художник!»
Арчи усмехнулся. Он любил не только риск и борьбу, но и интеллектуальные испытания: творческое преодоление или обход ограничений. И первое испытание в Лахии, правда, с помощью меча Вер Намма, было успешно преодолено. Шелест Ладьяна, закодированный при помощи того же меча скрип Размышляющей Шляпы, мог услышать и понять только Арчи. Остальным казалось, что шелестит ветер. А о чем шелестит ветер, то в Лахии никому было неведомо, разве что Смотрящим в эмпиреях.
Не торопясь возвращался наш детектив-художник в гостиницу, обдумывая новую картину. Он даже разрешил Ладьяну снять фантом. Во-первых, потому что мысли Ренье Хаима (читай Арчи Боно) на самом деле приняли, так сказать, художественный уклон, а во-вторых, Ладьян должен был передать по цепочке отчет о достигнутых результатах при создании в Лахии ментальных фантомов.