Способные люди

Published by agreement with Salomonsson Agency.

Copyright © Klas Ekman 2020

© Петров И. Н., перевод на русский язык, 2021

© Издание на русском языке, оформление. ООО Группа Компаний «РИПОЛ классик», 2021

Ее жизнь разрушилась в мгновение ока.

Еще месяц назад самыми большими проблемами Анны были трудности ее сына и необходимость жить с надоевшим мужчиной.

Сейчас она рассовывала части тел по мешкам для мусора.

А после приняла душ и, увидев себя в зеркале в ванной, констатировала, что выглядела точно, как обычно. Словно ничего не произошло.

Но от нее прежней ведь не осталось и следа.

Или она только сейчас стала сама собой? Неужели случившееся обнажило ее подлинную сущность?

Эта мысль была по-настоящему пугающей.

Глава 1

Четверг, 26 сентября

Детский психолог периодически почесывал бороду, и перхоть падала на его темный свитер. Постепенно ее становилось все больше и больше, и, глядя на мужчину, Анна подумала о первом снеге. До зимы теперь оставалось не так уж много времени. Лето пролетело очень быстро, пусть и было гораздо скучнее, чем предыдущие.

– Сикстен очень впечатлительный ребенок, – сказал психолог с таким видом, словно только сейчас осознал это.

Она увидела, как Магнус скривился. Ее муж никогда не стеснялся открыто демонстрировать свои эмоции, и это была одна из немногих черт характера, которая по-прежнему нравилась ей.

– Очень впечатлительный ребенок, – продолжил психолог и, торопливо заглянув в свои записи, посмотрел по очереди на собеседников поверх заляпанных потными пальцами очков.

Его голос с явно выраженным акцентом – польский или немецкий? – действовал усыпляюще. Он вряд ли был старше Анны. Пожалуй, даже моложе. В любом случае ему явно еще не перевалило за сорок.

– И что нам делать? – спросил Магнус и провел рукой по густым, уже седеющим волосам.

– Душевный комфорт. Спокойствие, – пустился в объяснения психолог, и Анна почувствовала, как у нее сдавило горло. – Спокойствие и душевный комфорт невероятно важны именно сейчас, на стадии как обследования, так и лечения.

Магнус вздохнул. Анна начала крутить обручальное кольцо, как всегда делала, когда нервничала. Порой это раздражало Магнуса, поскольку они поженились без помолвки, и ему казалось, что тем самым она в довольно агрессивной манере указывает ему на промах – кольцо у нее было только одно. Но тут он ошибался. И, кстати, сегодня кольцо сидело свободнее, чем обычно.

– На мой взгляд, сейчас наиважнейшей задачей для вас является свести к минимуму любые причины нервозности, – продолжил психолог. – Лучше всего сфокусироваться на создании как можно более спокойной обстановки вокруг Сикстена. Насколько я могу судить, это благотворно скажется на нем в будущем. Это сможет облегчить его дальнейшую жизнь.

– Что вы имеете в виду, говоря о причинах? – спросила Анна.

– Я имею в виду все, что вызывает беспокойство.

– То есть мы не должны переезжать, разводиться… вообще не должны делать глупостей, – уточнил Магнус таким тоном, словно мысль о подобных вещах казалась ему полностью абсурдной. – Это означает как можно более стабильную обстановку в доме.

Психолог кивнул:

– Именно. Как подсказывает мне опыт, излишняя активность, да и, пожалуй, контакты тоже, ни к чему хорошему такого мальчика, как Сикстен, не приведут. При нынешнем положении дел я предложил бы вам придерживаться одного и того же распорядка дня, чтобы избежать срывов, которые могут повлечь за собой любые неожиданные ситуации. По крайней мере, пока продолжается обследование. Я думаю, было бы замечательно, если бы при нашей следующей встрече вы смогли бы предоставить мне список возможных причин нервозности, а также рассказали бы о том, каким именно образом вы можете их нивелировать, – сказал он.

– Список? – уточнила Анна.

– Да, я думаю, вам самим будет полезно посмотреть на вашу жизнь как бы со стороны и выбросить из нее то, в чем нет особой необходимости, и что, пожалуй, в первую очередь влияет на Сикстена. По моему мнению, именно покой сейчас для него важнее всего. Впрочем, покой не помешал бы и вам самим.

Анна вздохнула. Ситуация скалывалась не лучшим образом.

– Как думаете, такая задача вам по плечу? – спросил психолог, как показалось Анне, сочувствующим тоном.

Она взяла свой бумажный стаканчик. К счастью, на донышке осталось еще немного кофе. И на том спасибо.

Сикстену было всего пять. Он начал вести себя все более и более странно после того, как одна из воспитательниц детского сада, куда он ходил, уволилась весной. Тревогу забили ее коллеги, когда заметили, что мальчик замкнулся, почти не отвечал на вопросы, а временами у него случались необъяснимые истерики. Он всегда не любил шум, но сейчас реагировал на него слишком уж бурно. К тому же стал с криками вцепляться в Анну или Магнуса, когда они уходили, оставляя его в группе.

А еще он писался по ночам.

Психолог поменял позу, и Анна увидела, что у него расстегнута молния на брюках. После этого она, правда, без особого успеха, старалась зафиксировать свой взгляд на чем-то ином, в то время как он рассказывал о душевном спокойствии, детском развитии и родительской поддержке, предлагал способы решения проблемы, уже известные ей из множества родительских форумов, а также от Магнуса, изучавшего все это на своих занятиях.

Психолог сказал, что ему было приятно познакомиться с Сикстеном и что он с нетерпением ждет их следующей встречи.

– К сожалению, мы не сможем увидеться в октябре, поскольку я буду на курсах в другом городе, но я вернусь в ноябре. Поэтому, может, мы встретимся седьмого числа? – закончил свою речь психолог.

Анна и Магнус проверили свои ежедневники.

– Мне это вполне подходит, – кивнул Магнус. – У меня не запланировано ничего особенного на этот день.

– А я могу взять отгул, – поддержала мужа Анна.

Психолог записал их на указанное время и попрощался.

– Этот мерзавец сказал «познакомиться с Сикстеном», – буркнул Магнус, как только они сели в машину. – Причем здесь какое-то знакомство? Кто так вообще выражается? Я думаю, нам надо обратиться к кому-то другому.

– По-твоему, результат от этого изменится? – спросила Анна. – Нам ведь рекомендовали именно его.

– Ты можешь по крайней мере посоветоваться с кем-то другим?

– В наших краях он считается лучшим. И к тому же ты сам в состоянии заняться этим вопросом, если считаешь, что сумеешь найти кого-то приличнее, – сказала она и услышала в ответ тяжелый вздох.

Магнус учился на психолога, и через десять дней ему предстояло сдать большую домашнюю работу и зачет. Поэтому он заранее давал понять, что все это время будет ужасно занят. Потом, естественно, все должно было измениться. Как обычно. Тогда он станет помогать намного больше. Хотя Анна знала, что у мужа сразу же появится новое важное дело, а затем они поссорятся в очередной раз и на все претензии Магнус лишь обреченно разведет руками. «Такова жизнь», – скажет он. Так бывало уже не раз. Ведь жизнь постоянно подкидывала Магнусу какие-то сюрпризы. Другие, пожалуй, сказали бы, что дело в неумении планировать время, но, по мнению самого Магнуса, он постоянно становился жертвой случайного стечения обстоятельств.

Он пристегнул ремень безопасности с таким видом, словно это стоило ему немалых усилий, и тут он, пожалуй, не притворялся, хотя бы отчасти. Магнус стал полнеть после того, как начал учиться. Сейчас он выглядел как типичный сорокалетний папаша маленького ребенка, чего, похоже, сам не замечал, поскольку по-прежнему посмеивался над жалким внешним видом и физическим состоянием «молодых» родителей одного с ним возраста. Он любил повторять, что природа благоволит ему, поскольку он-то, в отличие от всяких там толстяков, не постарел за пять лет как на пятнадцать.

Анна выехала с парковки и отвезла мужа на станцию, где у платформы уже стоял пригородный поезд.

– Увидимся вечером, любимая, – сказал Магнус и поцеловал ее в губы, прежде чем вылез из машины.

«Интересно, его губы всегда были вялыми или стали такими со временем?» – подумала Анна. Увы, но эта мысль посетила ее только сейчас, когда уж больше не с чем было сравнивать.

Она поехала к большому торговому центру и постаралась припарковаться как можно дальше от главного входа. Люди в их городе были невероятно ленивы и предпочитали развернуться и уехать, не разобравшись с делами, а не оставлять машину так далеко, как это делала она. А потому Анна могла спокойно сидеть в машине, не опасаясь, что какой-нибудь знакомый подойдет и постучит по стеклу с нарочито удивленным выражением лица, как будто встреча у единственного крупного супермаркета в округе была поистине невероятным событием. «Какое совпадение!» – обычно восклицали в таком случае, словно жили в настоящем городе, а не в пригороде, больше похожем на деревню. «Мир тесен!» – слышалось в ответ, как будто бы их муниципалитет не был самым маленьким в стране, и было истинным чудом столкнуться здесь с соседом. Многие, если, конечно, кто-то заводил разговор на подобную тему, рассуждали о жизни как обитатели самого настоящего мегаполиса. А ведь их городок был настолько мал и непримечателен, что попал на первую полосу местной газеты только после того, как его упомянули в одном из вопросов какой-то малопопулярной телевизионной викторине. Что примечательно, ответа на него так никто и не дал.

Анна уронила голову на руль и дала волю слезам. Почти сразу же ей стало чуть ли не физически плохо, как будто она давно уже разучилась плакать и теперь тело изо всех сил противилось охватившим ее чувствам.

Анна плакала из-за Сикстена. Она очень любила сына и страстно желала, чтобы он мог быть таким же глупеньким малышом, как и его друзья из садика, все эти дети, у которых, казалось, в голове еще не было ни одной мысли, они беспечно, словно щенки, носились повсюду, размазывали кулачками по лицам зеленые сопли, то и дело вытекающие из их крошечных носов. Почему именно Сикстен стал таким впечатлительным? Такие вещи всегда плохо заканчиваются для маленьких мальчиков. Разве он не мог расти более похожим на своего отца?

Слезы почти сразу закончились, и Анна бросила взгляд в зеркальце заднего вида. Как обычно, в отражении ее ждал неприятный сюрприз. Себя она узнала с трудом. Морщинок явно прибавилось. А скорбные складки по углам рта уж точно ее не красили. Белки глаз покраснели, тушь потекла. Она достала бумажное полотенце из бардачка. Однако, стерев тушь, поняла, что стала выглядеть не сильно лучше. Тогда Анна попыталась придумать какое-то разумное оправдание своему внешнему виду, чтобы сразу же пресечь расспросы коллег, однако и в этом деле особого успеха не достигла.

Будь у них только Сири, они, наверное, горя не знали бы. Дочка была на два года старше Сикстена. Спокойная, сильная, уверенная в себе, она ходила в школу, находившуюся рядом с детским садиком брата. Сейчас, когда малыша было так трудно оставить в саду, это было большим плюсом. Сири была как раз такой девочкой, какой Анна хотела бы видеть себя в детстве.

Впереди их ждали трудные и скучные выходные. Анна знала, что теперь ей придется обманывать не только других, но и себя, поскольку в противном случае жизнь Сикстена могла стать еще хуже.

Глава 2

Четверг, 26 сентября,

и пятница, 27 сентября

Коллеги встретили Ругера ликующими криками и принялись восторженно стучать по столам, когда он, слегка покачиваясь, направился к ним с подносом с напитками. Трезвый Юхан пока еще чувствовал себя довольно неуютно среди общего веселья. Ему пришлось дожидаться опоздавшего по каким-то причинам клиента, и он пришел в паб на полтора часа позже остальных. К тому времени коллеги уже успели прилично набраться и приветствовали его столь радостно, что ему стало не по себе. Корпоративы их фирмы обычно проходили довольно цивилизованно, но порой коллеги перебарщивали с выпивкой и заводили взрывоопасные разговоры. Юхан работал с этими людьми уже несколько лет, а потому еще до того, как началась настоящая чертовщина, понял – ничем хорошим этот вечер не закончится.

– Давай, Юхан, – крикнул Ругер, – догоняй нас! Ты должен выпить три раза подряд!

Веселились, конечно, после работы, а значит, субординацию вроде как не соблюдали. Хотя все было относительно – Ругер все равно оставался его шефом. Он раздал рюмки всей компании, и Юхан получил свои три штрафных.

– Мне надо сначала немного перевести дух, – сказал он, и этот ответ сильно не понравился шефу.

Ругер и в обычном своем состоянии из-за сильно изогнутого носа, плотно сжатых губ и густой белой шевелюры напоминал хищную птицу. А сейчас, когда глаза его пьяно блестели, и подавно. Казалось, будто от него ускользает добыча.

– Да черт возьми, Юхан, мы же нечасто выбираемся куда-то все вместе! – воскликнула Лена, тридцатипятилетняя женщина с короткой стрижкой, чье лицо на семьдесят процентов состояло из лба, между которым и непропорционально большим ртом, казалось, чудом поместились все остальные его черты.

София, молодая бледная блондинка, недавно появившаяся в их проектной группе, молча таращилась на Юхана. Она напоминала нежное растение, требовавшее осторожного обращения. Во всяком случае такое впечатление создавалось у Юхана всякий раз, когда он смотрел на нее.

– Давай, черт побери! – рыкнул Ругер. – Не думай о завтрашнем дне. Нам надо оттянуться по полной.

– Юхан! Юхан! – начала скандировать Лена, и к ней присоединились ветераны фирмы Хокан, Пелле и Бьорн, которые, несмотря на царящую в пабе жару, были одеты в почти одинаковые плотные гоночные куртки. Благодаря им и зачесанным назад седым волосам они вполне могли сойти за тройняшек.

– Да, да, это, пожалуй, не помешает… – пробормотал Юхан и опустошил все три рюмки.

– Пива, пива, пива! – завопил Пелле.

Никто в пабе не шумел так, как он, впрочем, Пелле этого не замечал.

– Вы неисправимы, – покачал головой Ругер, довольно улыбнулся, а потом поднялся и направился к бару.

Юхан увидел, как шеф энергично, несмотря на слабые протесты, растолкал другую компанию, тоже явно решившую расслабиться после работы. Мало кто любил корпоративные посиделки так сильно, как Ругер, и никто не мог помешать ему довести дело до счастливого, с его точки зрения, конца, а всех остальных заставить попусту тратить время.

Шеф вернулся сразу с несколькими бокалами.

– Это ИПА? – спросил Бьорн, который считал себя самым эрудированным в фирме.

– Естественно, – хмыкнул Ругер.

Быстро выпили. Это было традицией. Ругер снова прогулялся до бара, потом еще раз.

Юхан заметил, что Лена внимательно наблюдала за ним. Она молчала довольно долго, и это было крайне необычно для нее. Потом, пригубив содержимое своего бокала, она наклонилась к нему через стол и спросила:

– Ты трахаешься с кем-то?

Юхан почувствовал, что у него словно огнем запылали щеки, а Лена откинулась на спинку красного сиденья и громко рассмеялась.

– Я знала это! – крикнула она. – Я знала! Я умею видеть такие вещи. У меня просто дар.

Все посмотрели на Юхана, словно произошло что-то сверхъестественное.

– Ты трахаешься с кем-то! – повторила Лена. – Рассказывай!

– Он действительно смутился, – хмыкнул Бьорн.

– Отстань, – буркнул Юхан и проклял про себя предательский румянец.

– Все же видно по твоему взгляду, – продолжила Лена. – И это точно не малышка Марта! У тебя роман! Вот почему ты побрился наголо и начал так много бегать!

– Юхан… – сказал Ругер и покачал головой.

Но он улыбнулся. Ругер считал супружескую неверность признаком мужественности, а значит, новость его совершенно не взволновала, особенно в такой ситуации.

Юхан сделал большой глоток пива и смахнул пену с верхней губы.

– Мы разводимся, – сказал он. – Это уже не вызывает сомнения.

Он подождал, пока кто-нибудь выразит сожаление, но никаких комментариев не последовало.

– И к лучшему для тебя, – заключила наконец Лена. – Она настоящая снежная королева. И твой новый образ очень хорош.

София, заметно опьяневшая, медленно раскачивалась вперед-назад.

– Ты действительно стал лучше выглядеть, – сказала она. – Мы уже обсуждали это.

– Я не понимаю, почему ты ждал так долго, прежде чем решился сбрить волосы, – снова вступила в разговор Лена. – Все же получилось замечательно.

– Да, да, у вас ведь нет детей, – влез Ругер. – И в результате никто не пострадает.

Да, дело было и в этом тоже. Пожалуй, отсутствие детей было даже главной причиной, почему их брак дал трещину так скоро. Чуть ли не каждый вечер они сидели каждый в своем углу дивана и таращились в экран телевизора, словно оставляя пространство между для ребенка или детей, которые так и не родились.

– Мужчина, считай, толком не видел жизни, пока у него за плечами не остались по меньшей мере два развода, – заявил Хокан, живший уже с третьей женой и имевший детей от двух предыдущих.

– И кто твоя новая? – спросила Лена. – Ты должен рассказать.

– Мы никогда не поверим, что ты бросишь Марту, не найдя ей замену, – сказала София и рассмеялась.

Юхан немного разозлился, поскольку это было правдой. Да и вообще ему не нравилось, что коллеги слишком много о нем болтают.

– Тебе надо еще пива выпить, – сказал Ругер.

– Расскажи сначала, – потребовала Лена.

– Вы ее не знаете, – буркнул Юхан.

– Ты лжешь! – воскликнула Лена. – Это же рыжая малышка из соседнего офиса?

– Юхану надо еще пива, – настаивал на своем Ругер. – Только не говори пока ничего, я тоже хочу все знать.

Он отправился к бару.

– Это не рыжая, – буркнул Юхан. – Отстань наконец.

– Но это кто-то, кого мы в любом случае знаем, – не сдавалась Лена. – Все же по тебе видно.

Чтобы увильнуть от неприятных разговоров, Юхан направился в туалет. Он чувствовал себя уже довольно пьяным. Голова слегка кружилась, и, стоя перед вонючим писсуаром, он чуть покачивался, прилагая максимум усилий, чтобы не намочить брюки, а потом, помыв руки, на какое-то время замер перед раковиной. Интересно, о чем они там разговаривают сейчас? Он всегда старался уйти от ответа, когда получал вопросы о личной жизни. Неужели у него все было написано на лице?

Проснувшись, Юхан еще долго лежал в постели, даже не пытаясь встать на дрожащие от слабости ноги. Эпицентр головной боли толком определить не удавалось, казалось, вся она раскалывалась по частям. Юхан подозревал, что его сразу вырвет, стоит ему принять вертикальное положение.

В конце концов он осмелился подняться и спустился в кухню, которая находилась на первом этаже их дома типовой постройки.

Марта оторвала взгляд от газеты и с широкой улыбкой посмотрела на мужа. Она была одета в свое любимое кимоно, а ее темные волосы, как обычно, были нарочито небрежно завязаны узлом на затылке.

– Садись, – сказала она и показала ему на стул, в то время как сама поднялась и, подойдя к кофеварке, наполнила большую чашку черным кофе, которую затем поставила перед Юханом. – Доброе утро, любимый, – сказала она и поцеловала его.

Это стало рутиной. Он тоже все еще целовал ее по утрам, хотя они уже и решили дальше идти по жизни разными путями. Впрочем, «любимой» он ее больше не называл.

– Как вы повеселились вчера? – спросила Марта.

– Все было отлично, – ответил он и попытался вспомнить, что же, собственно, произошло.

Провалами памяти, по собственному мнению, он не страдал, но на ум не пришло ничего существенного, никаких сплетен. Во всяком случае ничего такого, о чем стоило бы рассказать. Однако стоило Юхану вспомнить слова Лены, как у него заныл живот. Что ж, похоже, его роман на стороне уже не являлся тайной.

Следовало ли признаться во всем Марте? Нет, это казалось излишне жестоким. И могло сильно усложнить ситуацию.

– Наверное, весело будет на встрече выпускников в выходные? – спросила она.

Юхан поперхнулся кофе.

Это была одна из его худших баек, придуманных для нее. Юхан вытер рот и кивнул.

– Да, должно быть, но я немного нервничаю, – сказал он.

– Ах, сейчас же все совсем по-другому, – заметила Марта.

Юхан ответил улыбкой, надеясь, что она получится благодарной. Он никогда не пошел бы на настоящую встречу выпускников. Однако ему не составило бы труда найти бывших одноклассников в Фейсбуке и после возвращения домой пошутить по поводу того, как они выглядели. Он уже нашел фотографии нескольких из них и констатировал, что время не пожалело никого. Одновременно ему показалось странным, что люди, в молодости считавшиеся красивыми, повзрослев, явно не заботились о своей внешности. Неужели они думали, что вечно будут оставаться такими же, какими были в двадцать лет?

Марта покинула кухню, а он сидел в тишине и слушал, как она справила малую нужду, потом почистила зубы и прополоскала рот. Он еще не осознал до конца, что скоро каждое его утро будет другим. Никто не подаст ему кофе, не будет всех этих, таких привычных, шорохов и звуков. Юхан до сих пор не мог решить, как именно относится к неизбежному расставанию. Зачастую он все-таки испытывал облегчение, но, возможно, каких-то мелочей ему будет не хватать.

Глава 3

Суббота, 28 сентября

Анна обняла Юхана и с силой прижала к себе. Однако их объятия продолжались всего несколько секунд, и все из-за договоренности соблюдать осторожность. Они ведь не могли знать наверняка, даже при всей невероятности такого поворота событий, что никто из знакомых не окажется рядом.

– Привет, ты тоже здесь? – сказала она с наигранным удивлением.

И это прозвучало крайне неубедительно. Все навыки, приобретенные ею в школьном драмкружке, от волнения мгновенно забылись.

Она еще чувствовала аромат тела Юхана. От него пахло потом и незнакомым парфюмом, обладавшим резким и по-настоящему мужским запахом. Решив, что с его помощью Юхан пытался спрятать свою природную мягкость, она испытала к нему очередной прилив теплых чувств.

Он был необычайно чутким человеком, и именно это делало его столь привлекательным в глазах Анны. Магнус сильно ему проигрывал. И вдобавок Юхан находился в значительно лучшей физической форме. Он и раньше занимался бегом, а после их знакомства стал уделять ему еще больше времени. Когда же он сбрил свои жидкие волосы, то и вовсе стал красавчиком.

Они долго стояли напротив стойки дежурного администратора и смотрели друг на друга.

– Возьмем пива? – спросил Юхан.

Могли ли они позволить себе это при таком скоплении народа? Сложный вопрос. Но Анне, без сомнения, нужно было выпить. Она потратила слишком много нервов и физических сил, чтобы попасть сюда.

Анна добиралась до этого крошечного отеля в забытом богом месте окружными путями из соображения безопасности. Хотя вернуться она могла уже вместе с Юханом. Конечно, ей не хотелось, чтобы кто-то видел, как она садится в его машину. Зато он смог бы высадить ее где-нибудь в удобном месте, и тогда ей не составило бы труда объяснить, что домой ее подвез знакомый, встреченный в городе. А вот если бы она уехала куда-то с мужчиной, Магнус, возможно, стал бы что-то подозревать. Собственно это, пожалуй, были излишние меры предосторожности, но при мысли о том, как ситуация складывалась сейчас, она не хотела рисковать. Да и на случай, если бы Магнусу вдруг вздумалось проверить ее бумажник, ей стоило бы обзавестись алиби, чем-то, что подтверждало бы невинность ее путешествия на «семинар по йоге», например, чеком за кофе и энергетическими батончиками, купленными в буфете спорт-клуба. Но тогда ее путь в это захолустье вообще оказался бы неимоверно трудным. Ей и без того пришлось два раза поменять автобус, а потом бесконечно долго кататься по лесным дорогам, любуясь скучным пейзажем за окном. Здесь, в этой части страны, даже природа выглядела унылой, мрачной и однообразной.

– Конечно, мы возьмем пива, – сказала она и закивала так рьяно, что несколько прядей волос упали ей на лицо.

Она смахнула их в сторону и одарила Юхана, как ей казалось, соблазнительной улыбкой.

Он заказал два больших бокала крепкого пива – крафтового в этой забегаловке отродясь не водилось. Пиво имело такой вкус, словно его прилично разбавили водой, отчего Анна сразу вспомнила пьянки в городских отелях во времена своей юности: праздники Люсии, школьные выпускные и тонущие в полумраке дешевые заведения с металлическими стульями, с которых так легко было вытирать разлитый во время гулянок алкоголь. Вспомнились ей и поцелуи с парнями, от которых пахло спиртным и жевательным табаком.

Потом они сравнили придуманные байки.

– Семинар по йоге. Это хорошо, – сказал Юхан.