В гостях у владыки Зимы

Однажды в наш мир пришли боги.

Зима, Весна, Лето и Осень.

Четыре владыки времени. Четыре повелителя сезонов. В определенный срок каждый из них занимал трон Погоды, выпуская на волю духов стихий. Существ, что преображали наш мир, то укрывая снежным одеялом, то раскрашивая яркими цветочными узорами. И так из года в год. На протяжении многих тысячелетий.

Сменялись поколения, а волшебная сказка о могуществе владык все передавалась из уст в уста. О чудесах, что они могли сотворить. Об исполнении самых заветных желаний.

Нужно было только найти владыку и попросить…

Эта история как раз об этом: о нелегком пути, самом заветном желании и невероятном даре.

– Аврора, Флора, Талия! – окрик мачехи, усиленный артефактом, заставил вздрогнуть и оторваться от готовки.

Отложив нож, я вытерла руки и поспешила на верхний этаж. Обычно леди Некта собирала нас в кабинете, когда-то принадлежавшем отцу. Но после его ухода за грань все имущество, как и сам дом, отошло к мачехе. Чем она и пользовалась, постепенно растрачивая состояние покойного мужа и наше приданое. Хотя сильно сомневаюсь, что хоть одна из сестер выйдет замуж. Леди Некта надежно прятала нас от всего мира, с утра и до поздней ночи загружая работой.

На входе в кабинет я столкнулась с сестрами. Они спустились с чердака, беспрестанно чихая. Три дня назад леди Некта решила разобрать сложенные под крышей старые вещи, чтобы найти что-нибудь для праздничного аукциона. Не могла же леди ее положения пропустить ежегодное мероприятие, организуемое по приказу короля на зимних гуляниях. Флора и Талия пытались объяснить леди Некте, что ничего приличнее астмы они там не найдут, поскольку все сто́ящие вещи мачеха давно припрятала в своей комнате или продала. Но та ничего не хотела слушать.

И вот сестры уже который день дышали пылью, перебирая коробки и протирая стеллажи. Я им даже чуть-чуть завидовала. Мне тоже хотелось прикоснуться к старым вещами и хоть ненадолго окунуться в прошлое. В чудесные времена, когда еще были живы родители. Как самая старшая, я хорошо помнила не только отца, но и маму. Ее вещи первыми отправились на чердак, стоило отцу привести в дом новую жену. Раньше мне еще удавалось тайком пробираться под самую крышу и перебирать безделушки в ее старой шкатулке. Но сейчас времени совсем не оставалось. Выполнив все задания мачехи, к вечеру мы с сестрами валились с ног от усталости.

– Ты не знаешь, зачем она нас позвала? – прошептала Флора, замявшись у дверей.

– Я слышала, что подъехала карета и «ведьма» сама пошла открывать. Что на нее не похоже…

– Не называй ее так, – тихонько охнула Талия, – а то превратит нас в мышей.

– Или еще хуже: в тараканов! – поддержала сестру Флора.

– Тогда некому будет приносить ей завтрак в постель, собирать хворост и стирать вещи, – парировала я. – От нас разбежались все слуги из-за ее жадности и вредного характера.

В этот момент дверь резко распахнулась, и мы посмотрели на мачеху совершенно невинными глазами покорных и милых девочек.

– Почему так долго? Входите!

Судя по тону, леди Некта была не в духе сильнее обычного. Зеленые глаза буквально сверкали гневом, заставляя нервно переступать с ноги на ногу.

– Что случилось, матушка? – едва уловимо поморщилась я, тяжелее сестер переживая необходимость называть так эту женщину. Перед мысленным взором стоял светлый образ той, которая действительно меня родила, любила и заботилась. Оберегала до последнего вздоха. И у меня язык не поворачивался обращаться так к злючке, когда-то вошедшей в нашу семью. Но ведьма нашла способ заставить меня подчиниться…

– Случилось то, что в моем доме живут неблагодарные девки! У вас есть все: крыша над головой, еда и одежда. А вот совести нет!

Мы покорно кивали, соглашаясь с каждым сказанным словом. И крыша была, и одежда, и еда. А совести да, совести не было. Только не у нас, а у мачехи. Но эти мысли мы благоразумно держали при себе, чтобы не дразнить и без того злую леди.

– Я растила вас, как своих дочек! Научила вас всему, что вы умеете. Делала все для вашего счастья! Пришло время отплатить мне тем же!

А вот это уже становилось интересно…

– Мы благодарны за проявленную доброту и заботу, леди Некта. И, конечно, готовы помочь всем, чем сможем, – кивнула я, слегка загораживая сестер.

– Сможете. Должны суметь! – зашипела мачеха, но затем взяла себя в руки и добавила уже спокойнее: – Ваша младшая сестра тяжело заболела.

– Как? – охнула Талия.

– Когда? – одновременно с ней спросила Флора.

– Вы же говорили, что она отправилась в гости к бабушке… – напомнила я леди ее слова.

В памяти тут же всплыл образ Селены, с какой радостью она укладывала еще горячие пирожки в корзинку, предвкушая, как порадует Ба. На щеках играл румянец, ангельские кудряшки подпрыгивали от каждого движения.

– Она и была в гостях. И там, на свою беду, привлекла внимание темного мага. Он сделал Селене предложение.

– Предложение? – охнули мы испуганно.

Темных магов в нашем государстве сильно не любили. Они занимались запрещенными ритуалами. Водились с нежитью. Могли проклясть любого, кто перейдет им дорогу или не угодит одним своим существованием.

– Да. Селена, как хорошая девочка и настоящая леди, отказала ему. И поплатилась за это проклятием…

– Что? – выдохнули мы с сестрами.

Младшенькую мы любили, хоть она и росла избалованной сверх меры. Зато отличалась красотой и веселым нравом, чем подкупала окружающих. Видимо, и темный маг пал жертвой ее обаяния. Только не учел острый язычок сестры и воспитание леди Некты.

– Почти месяц я искала магов, способных снять проклятие, но безуспешно. Ведьмы тоже оказались бессильны. Как и жрецы храма всех богов.

– Но, если все они не смогли ей помочь, что можем мы? – уточнила осторожно, не понимая, куда клонит мачеха.

– Одна из вас должна отправиться на поиски владыки времени, – глухо произнесла как-то вмиг постаревшая женщина, отворачиваясь к окну.

Кажется, я ослышалась. Леди Некта не могла о таком попросить. Не могла отправить нас на поиски сказки! Однако именно это она и собиралась сделать.

– Вы вольны сами решить, кто это будет. Как видите, даже в этом я вас не ограничиваю.

– Но, матушка, это же невозможно, – пискнула Талия, глядя на мачеху с ужасом. – Это ведь древняя легенда! Выдумка. Владык не существует!

– Существуют. – Вновь повернувшись к нам, леди извлекла из потайного кармана широкой юбки сложенный лист пожелтевшей бумаги с конвертом и протянула мне. – Жрецы сжалились надо мной и дали волшебную карту. Она приведет в нужное место. В чертогах времени растут особые цветы, из которых можно приготовить лекарство. А дальше дело за малым – попросить у владыки один цветок для вашей сестры.

– Но матушка… – попыталась вразумить ее Флора. – На дворе зима, какие цветы?

– Пререкаетесь? Хотите, чтобы ваша сестра умерла? Думаете, тогда все наследство достанется вам? – закричала леди Некта, вновь превращаясь в злобную фурию и, схватив со стола тяжелую книгу, бросила в нас. – Не бывать такому! Если что-то случится с Селеной, я сживу со свету каждую! Посему, утром одна из вас отправится на поиски лекарства! А сейчас убирайтесь! Прочь!

Мы спешно выскочили в коридор, вздрагивая от звуков удара о стену и дверь. Мачеха бушевала, разнося остатки отцовского кабинета. Впрочем, как и всегда, когда она была не в настроении.

Поманив сестер за собой, я спустилась на кухню. Это единственное место в доме, где я чувствовала себя спокойно и уверенно. Во-первых, потому что в детстве любила наблюдать за тем, как мама готовит праздничные блюда. Эти воспоминания согревали в самые тяжелые моменты. А во-вторых, леди Некта никогда сюда не заходила, боясь пропахнуть «кухонными ароматами».

– Неужели Кудряшка действительно заболела? – прошептала Талия, закрывая дверь и отрезая нас от грохота, доносящегося с верхнего этажа.

– Нужно сходить и проведать ее, – предложила Флора.

– Поддерживаю! Не представляю, как Селена справляется с этим… Встретить темного колдуна – само по себе страшно. А получить от него проклятие… – поддержала Талия.

– Вот этим завтра и займетесь, – произнесла я, убирая карту в один из ящиков. – А я отправлюсь в путь.

– Почему ты? – спросили сестры синхронно.

– Наверно, потому, что я – старшая?

– И именно поэтому тебе нужно остаться дома, – парировала Флора. – Ты единственная способна вразумить леди Некту, когда она психует. А последнее время с ней это происходит постоянно.

– Теперь мы знаем – почему. Болезнь Селены сильно ее подкосила. – Подойдя к плите, я разожгла огонь под чайником. Думать, согреваясь любимым напитком, было значительно приятнее. А главное – эффективнее. – Когда мачеха увидит, что я выполнила наказ, а вы действительно переживаете за сестру, она станет спокойнее.

– Я все равно не согласна! – Талия подошла к посудному шкафу и принялась сервировать стол. – Нельзя идти одной в такое опасное путешествие. Вдруг эта карта – обманка?

– И что ты предлагаешь? – глухо уточнила Флора. – Мачеха же сказала, что лекари бессильны, а маги не знают, как снять проклятие. И даже ведьмы отказались ей помочь. Хотя мы всегда думали, что она – одна из них…

Последние слова сестренка произнесла, понизив голос до шепота, чтобы не навлечь беду. Уж очень сильны были в наших краях суеверия про ведьм.

– Давайте найдем этого темного и попросим снять проклятие?

– Угу, так он тебя и послушает.

– Девочки, не ссорьтесь. Этим делу не поможешь. – Я налила сестрам чай, а сама вернулась к прерванной готовке. – Мы понятия не имеем, где искать темного. Да и неизвестно, что он потребует за снятие проклятия. А так у меня есть хотя бы карта.

– Раз Селена нашла негодяя, то и мы сможем, – пробурчала Талия недовольно. – Прижмем к стенке и заставим расколдовать сестру!

– Главное, чтобы он понял, что ты его именно для этого прижала, – хихикнула Флора. – А то одарит и тебя проклятием – ляжешь рядом с Селеной ждать спасителя.

– Точно! Надо найти спасителя, – вновь воспрянула духом младшенькая. – Я читала в одной книге про принца, который спас принцессу поцелуем. Если про владык времени – правда, может, и принцы такие есть?

– Как будто бы владыку найти проще, чем настоящего неженатого принца, – фыркнула Флора.

– А бывают ненастоящие?

– Ну, так в театре же!

– Хм, можем попробовать…

– Девочки, хватит, – остановила я этот поток идей. – Я уже все решила. Вы лучше подумайте, кто из вас возьмет на себя готовку. Вряд ли леди Некта захочет возвращать в дом кухарку.

– О нет, – несчастным голосом застонали обе сестренки. – Ты решила оставить нас в логове дракона еще и голодными!

– Надеюсь, хотя бы это сподвигнет вас учиться приготовлению блюд. Это не только полезный навык, но и очень увлекательный. Мне так отлично поднимает настроение.

– А мне опускает, – вздохнула Талия. – Особенно когда отскребаю горелые остатки со сковородки.

– Попробуй не отвлекаться на книги во время готовки, тогда и не пригорит, – посоветовала ей мягко.

– Я не отвлекаюсь, а все равно пригорает! – парировала Флора.

– Потому что ты вечно куда-то спешишь и делаешь большой огонь. А еда не любит спешки. Ладно, девочки, не переживайте. В холоднице есть запасы заготовок. До моего возвращения вам хватит.

– И когда оно случится, это твое возращение? – грустно спросила Талия.

– Надеюсь, что быстро, – улыбнулась сестрам, стараясь их успокоить.

Хотя самой было страшно до ужаса. Мы редко покидали отчий дом. Прогулки до рынка и обратно – не в счет. В мире было много разных опасностей: разбойники, дикие звери и темные маги, в конце концов! Я даже не представляла, что буду делать, если кто-то из них встретится на моем пути. Но… Выбора нет. Не столько из-за прихотей мачехи, сколько из-за страха за жизнь младшенькой. Я проводила за грань достаточно близких людей. Спасибо, больше не хочется!

– Сегодняшний ужин готовим вместе. А завтра, с первыми лучами солнца, я отправлюсь на поиски лекарства.

– Нужно собрать еду! Кто знает, куда поведет карта, и будут ли в тех местах люди, – вздохнула Флора.

– Я подготовлю сушеные фрукты, – тут же поддержала предложение Талия. – И сухарики! Точно знаю, что все путешественники берут их в дорогу.

– Лучше помогите в другом… – Я подошла к столу и понизила голос: – Нужно взять зачарованные сапожки мачехи. В них я хотя бы не промокну и не замерзну. Это значительно повысит шансы дойти зимой до нужного места.

– Сделаем! Все сделаем! – поддержали младшие.

Первые лучи солнца не хотели заглядывать в окно, путаясь в снежной перине. Дом медленно остывал, позволяя морозному узору ярче расписывать оконные стекла. Вздохнув и зябко поежившись, я потихоньку выбралась из-под одеяла. Как ни тяжело было вставать в темноте, а стоило поторопиться. Сделать завтрак, хотя бы на сегодня освободив девочек от этой обязанности.

Я решила приготовить новинку столичного сезона, о которой с придыханием рассказывала мачеха – горячие бутерброды. Леди Некта, вернувшись из города, вызвала меня в кабинет и долго распекала, что я готовлю ей как деревенской простолюдинке, а вот в городе даже в мелких тавернах знают, как угодить знатной леди. Правда, непонятно, что знатная леди там делала.

Рассыпаясь в восторгах, мачеха даже не подозревала, что для таких бутербродов используют старый, начавший черстветь хлеб и обрезки копченого мяса. Зачем выкидывать то, что можно переработать и выдать за именитое заморское блюдо?

На кухне я первым делом запустила огненный шкаф, потом смазала противень жиром, выложила квадратики хлеба, сверху начинку, присыпала сыром и поставила запекать. Сама же села изучать карту, выданную жрецами. Еще вчера меня в ней что-то насторожило, но я не стала разбираться при сестрах. Развернув пергамент на столе, я всмотрелась в неровные линии.

В правом нижнем углу пульсировал красный ромбик. Видимо, он определял место нахождения карты, поскольку рисунок напоминал наш дом. Палисадник, подъездная дорожка, ворота… Пунктирная линия убегала от парадного крыльца и через несколько улиц, достигнув конца города, упиралась в дорогу, ведущую в столицу.

На этом карта заканчивалась. На обороте продолжения тоже не было. Очень странно…

Как дойти до главной дороги я знала и без магических подсказок. А вот куда двигаться дальше? Вдруг карта работает только в руках жрецов? Или нужно сказать какое-то волшебное слово… Тогда зачем служители всех богов передали артефакт мачехе, которая совершенно точно не владела подобными навыками?

Почувствовав насыщенный аромат, я поспешила к огненному шкафу. Едва успела извлечь противень, пока бутерброды не подгорели. Пахли они восхитительно. И по вкусу действительно не уступали блюдам из благородных рестораций. Быстренько сделав себе бодрящий взвар, я позавтракала и собралась в дорогу.

Стеганая суконная юбка поверх вязаных чулочков и нижней рубахи прикрыла ноги от студеного ветра. Расписная душегрейка с меховым воротником, оставшаяся еще от матушки, не только согревала, но и служила оберегом. Однако с суровыми морозами ей одной не справиться, поэтому пришлось накинуть еще и овчинную безрукавку. Она как раз до середины бедра укрывала все самые мерзлявые части тела. На голову повязала пуховый платок. В прихожей, пока надевала припрятанные сестрами зачарованные сапожки, – упарилась, да пар костей не ломит. Взяв вышитые Флорой рукавички, закинула за спину холщовую котомку со всем необходимым: съестное да смена белья; и ступила за порог.

Морозный воздух тут же ущипнул за щеки, укусил за нос и, подхватив облачко пара, словно отступил, дозволяя отправиться в путь. Я не стала задерживаться. Первые робкие лучи уже показались над кромкой леса. Скоро домашние начнут просыпаться, а мне не хотелось с ними встречаться. Нет ничего хуже прощания… Когда не знаешь, сможешь ли вернуться домой. С чем вернешься. Что найдешь по возвращении? И уж тем более не сможешь дать обещания беречь себя. Только богам известно, найду ли я замок владыки Зимы или сгину в пути, так и не сумев помочь сестре.

Белый снег хрустел под ногами, вспыхивая драгоценными искрами. За ночь дорогу припорошило, так что приходилось идти осторожно, чтобы не поскользнуться на замерзшей луже. До большой дороги, отмеченной на карте, я добралась быстро. Теперь пришло время вновь обратиться к артефакту.

Стоило развернуть пергамент, как рисунок стал меняться прямо на глазах: все линии пришли в движение, перемешались, а затем выстроились в новую схему. Красный ромбик теперь мерцал у начала дороги, а пунктир уходил вдаль, но, не доходя до соседней деревни, сворачивал в лес. А там опять обрывался у края карты.

Значит, туда и идем. На всякий случай проверила, хорошо ли прикрепила к поясу снегоступы. А то мой подвиг закончится еще на кромке леса, когда начну тонуть в сугробах. Убедившись, что все на месте и ничего не забыто, я бросила последний взгляд на дом и поспешила прочь.

Солнце медленно поднималось из-за леса, и от одного вида его румяных щечек словно становилось теплее. Карту я спрятала в карман на груди, примерно прикинув, в каком месте нужно будет сворачивать с дороги. Но все равно чуть не проморгала этот момент, погрузившись в размышления. Интересно, как там Селена? И почему мачеха раньше не рассказала о беде? А главное, что это за темный маг, и почему его не наказали за бесчинства?

Я строила догадки и предположения, когда вдруг почувствовала тепло в районе груди. Не сразу поняла, что это нагрелась волшебная карта. Увидев, что она светится, я жутко перепугалась, решив, что артефакт воспламенился. Но оказалось, что умный помощник пытался подать мне сигнал: пора надевать снегоступы и сворачивать в лес. Летом в этом месте действительно виднелась утоптанная тропинка, ведущая в чащу. Но сейчас все занесло снегом.

Глядя на пушистые шапки деревьев, я набиралась смелости сделать первый шаг. Владыка Зимы дивным узором расписал все вокруг. Снег на ветках искрился словно драгоценные камни. Но это была опасная красота. Сколько так придется идти – неизвестно. А если до ночи не найду какой-то ночлег, то будет несладко.

Вспомнился рассказ соседа – старого охотника, о том, что в самой чаще стоит охотничий домик для уставших путников. Оставалось молиться богам, чтобы я нашла его.

Снегоступы поскрипывая проседали в сугробах, но погрузиться глубоко не давали. Я шла, целиком сосредоточившись на прокладывании пути, пока вдруг справа из лунки не выпрыгнула белая стрела. Стремительно пролетев передо мной, она нырнула в другую лунку. Не успела я перевести дух, как следом за ей выпрыгнул второй пушистый зверек и также стремительно скрылся. Но в этот раз я успела его рассмотреть – горностай. Шустрая парочка вскоре вновь выпрыгнула из сугроба и тут же нырнула в следующий. Остренькая белая мордочка выглянула на мгновенье, посмотрела на меня черными глазами-бусинками и спряталась в снегу. Кажется, эти двое не охотились, а играли.

Вспомнив, что у меня с собой есть вяленое мясо, я достала кусочек и попробовала приманить неожиданных попутчиков. В компании, пусть и звериной, как-то веселее.

– Ну что, проводите меня до охотничьего домика? – в шутку спросила я, когда один из горностаев учуял угощение и осторожно подбежал к протянутой ладони.

Кажется, от мороза у меня начались галлюцинации. А может всему виной волшебная карта, притягивающая непростых существ. В любом случае, я отчетливо увидела, как зверек схватил мясо, а затем поманил за собой. Действительно поманил, несколько раз махнув лапкой.

На миг замерев от удивления, я все же двинулась за ними. Пока маршрут не сильно отклонялся, можно немного подурачиться и проследить за горностаями. Мои нежданные спутники ловко проскакали вперед и, ожидая пока я их догоню, поделили угощение. Стоило мне приблизиться – они вновь поторопились проложить путь. То ныряя в сугробы, то молнией проносясь по насту. Если бы не черные кончики хвостов, я бы их едва различала.

Сложно сказать, сколько мы так шли – я уже стала порядком подмерзать. Горностаи тоже устали и в какой-то момент ловко прыгнули мне на юбку, с нее на овчинку, а оттуда на плечи. Покрутились, каждый на своем плече и уселись, свесив хвосты мне на спину.

– Ну что, удобно вам тут? – усмехнулась я, поворачивая лицо то к одному, то к другому.

И вздрогнула, когда левый что-то пискнул и выставил лапку вперед, словно приказывая идти дальше. Ну что ж, он был прав – в зимнем лесу стояние на одном месте смертельно опасно. Нужно быстро двигаться, если я хочу достигнуть цели. Но прежде чем отправиться дальше я достала карту и сверилась, сильно ли отклоняется путь в чертоги владыки от охотничьего домика. Самого домика я на схеме не увидела, но направление она указывала такое же. Славно, хоть ночевать буду под крышей… Если пристанище охотников не сгнило за столько лет.

В лесу сумерки наступали раньше. Мохнатые лапы елей словно захватывали золотые лучи в плен, не пропуская их ниже к земле. Только искрящиеся снежинки долетали до меня в унылом хороводе, уговаривающем привалиться к одному из стволов и отдохнуть. Смежить веки и помечтать о чем-нибудь теплом. Я гнала от себя подобные мысли, понимая, что если присяду, то уже никогда не выберусь из этого леса. Мои пушистые спутники тоже умаялись и свернулись кольцами на плечах, пряча черные носы под меховой воротник.

– Эй, лежебоки, – громко произнесла я, чтобы хоть как-то взбодриться, и потрясла плечами. – Долго нам еще идти?

Горностаи резко подскочили, заозирались. Прыгнули на ближайшую сосну, немного вскарабкались по ней, вновь осмотрелись. Потом спрыгнули на снег и длинными прыжками устремились вперед. Не знаю, откуда силы взялись, но я поспешила за ними. Было страшно остаться одной в этом стремительно темнеющем лесу.

Зверьки нырнули под разлапистые ветви елей и мне пришлось закрыть лицо руками, чтобы продраться следом. Снег сыпался за шиворот, обжигая кожу. Из последних сил я рванула вперед, освобождаясь от елового захвата. Отряхнувшись, я подняла взгляд и счастливо выдохнула.

Нашла! Я его нашла!

Пока только охотничий домик, но уже это достижение вселяло уверенность, что я смогу дойти и до чертогов владыки Зимы. Ради Кудряшки я справлюсь.

Горностаи крутились около двери. Стоило мне приблизиться, как они вновь шустро взобрались по одежде на плечи, а оттуда свесились на спину…

– Эй, хулиганы, вы зачем полезли в мешок? – Я быстро перехватила свои пожитки, пока их не утащили в сумрак леса. – Согласна, вы заслужили награду, но лезть в чужие вещи неприлично.

Мелкие спрыгнули на землю и стали нетерпеливо пританцовывать. Сняв рукавичку, я подышала на пальцы, пытаясь хоть чуть-чуть их согреть, и с трудом развязала узел. Достав немного мяса, поделилась с моими провожатыми. Горностаи схватили по кусочку, поклонились, и убежали прочь. Вот тебе и обычные зверюшки…

Дверь избушки поддалась с трудом: заваливший поляну снег служил лучше любых кованых замков. Но я справилась, используя снегоступы как лопату. Бревенчатый домик выглядел вполне добротным и крепким, но совсем небольшим. Комната с аккуратной печкой, пара лавок и стол. В углу какая-то добрая душа свалила дрова. Я едва их различила в сгущающихся тенях и поспешила развести огонь: несколько раз чиркнула огнивом, высекая искру. Маленький огонек заплясал на сухой траве, а затем проворно перебрался на дерево.

Как только пламя осветило комнату, я еще раз изучила обстановку. Путники сюда явно захаживали нечасто, о чем свидетельствовал слой пыли и одинокая паутина в углу. Но те, что бывали, старались не только поживиться, но и оставить какой-то скарб или провиант для последующих гостей. Лежанка на печи была устлана сеном, заменяющим пуховую перину. На полке стояла плетенка с сухарями, а под потолком висело несколько нитей сушеных грибов.

Поставив в печь еще несколько крупных поленьев, чтобы слегка их просушить, я схватила притулившееся под столом ведро и выскочила наружу. Горностаев уже не было видно, но на дальней сосне я приметила большую сову. Желтые глазища провожали внимательным взглядом каждое движение, словно примериваясь… Прости, птичка, но у нас с тобой разные весовые категории. Лучше поищи полевок, спрятавшихся под пуховым одеялом.

Быстро набрав чистого снега, я поспешила укрыться в избушке и приступила к готовке. Сначала позаботилась о воде, задвинув обнаруженный чугунный котелок в печь. Как только закипит, можно будет закинуть крупу и кусочки мяса.

Пока готовился ужин, я занялась верхней одеждой. Отряхнув от снега, разложила на лавках и тоже придвинула к печи. Время летело незаметно. За окном повисла густая темнота. Где-то вдалеке раздался звериный вой. Такой пронзительный, что ознобом прошелся вдоль позвоночника и клубком страха свернулся внизу живота. Передернув плечами, я поспешила к двери – проверить надежно ли задвинула засов. Он выглядел вполне крепким, но мне все равно хотелось подпереть еще чем-нибудь. Странное беспокойное чувство стало грызть изнутри. Казалось, что на огонек к охотничьему домику собираются все лесные хищник и вся не уснувшая нечисть.