Ветреная леди на стихийном факультете

Глава 1

Человек может бесконечно смотреть на огонь… Особенно, когда сжигает в нем чужое предательство. Я подкинула языкам пламени последнее письмо, и они жадно накинулись на него, уничтожая очередное доказательство моей глупости. Словно восточная танцовщица огонь извивался и плясал на клочках бумаги. Он завораживал своими переливами и вспышками, немного притупляя боль, засевшую глубоко в сердце.

Казалось бы, надо радоваться, что я вовремя обо всем узнала, но меня почему-то обуревало отчаяние. Как мог такой красивый, утонченный, образованный молодой человек так нагло врать? Чарльз ухаживал за мной всего месяц, но уже покорил сердце. Мне было безразлично его социальное положение, ведь знатность рода не сделала меня счастливее. Не волновали его доходы, ведь Чарльз любил меня до умопомрачения. Об этом он регулярно сообщал в письмах, а порой даже на званых вечерах, если ему позволяли присутствовать, как секретарю лорда Эванши, подающему большие надежды.

Каждый вечер возлюбленный присылал мне цветок белого левкоя. Со дня на день я ждала предложения руки и сердца. И оно поступило… вот только не от него! Отчим – лорд Пристли – объявил, что выдает меня замуж за какого-то иностранца! Словно я кукла бездушная, которую можно продать, если она вдруг надоела. А ведь мне уже восемнадцать лет! Исполнится через полтора месяца…

Искать защиты у матушки бесполезно: она всегда считала, что мужчины умнее и образованнее женщин. Поэтому она недолго горевала после смерти отца и вышла замуж за лорда Пристли. Ему – мужчине, лучше известно, как устроить нашу с ней жизнь, считала мать. С тех пор как умер отец, у меня началась темная полоса и вела она в пропасть.

– Ирейн! Ирейн, ты тут? – донесся из-за двери вместе со стуком голос подруги. – Открой скорее!

Промокнув платком сорвавшиеся с ресниц слезы, я тяжело поднялась с ковра и впустила Виолетту.

– Я все знаю! – с порога объявила она, приветственно приобнимая меня за плечи. – Замок гудит как растревоженный улей. Неужели лорд Пристли решился выдать тебя замуж?!

– Да, два часа назад он объявил мне об этом, – прошептала я, сглатывая ком в горле.

– Но почему ты не рада? Он выдвинул условия? – обрушила град вопросов Летти. – Давай присядем, и ты мне все подробно расскажешь.

– Что тут рассказывать? – я опустилась на диванчик. – Отчим выдает меня не за Чарльза.

Виолетта громко ахнула, а в глазах ее сверкнул восторг. Если бы не мое душевное состояние, я бы задумалась над такой странной реакцией.

– Некто лорд Фалоуми из Аравии попросил моей руки. Лорд Пристли не нашел повода для отказа.

– Не может быть… – прошептала подруга.

– Более того, когда я сказала, что жду предложения от Чарльза, и между нами почти все слажено – отчим рассмеялся мне в лицо и сказал, что этот мошенник никогда не женится на мне.

– Почему?

– Потому что он никогда меня не любил, – всхлипнув, я вновь не сдержала слезы. – Ему нужен был лишь мой титул и положение в обществе, которое давала женитьба на высокородной леди.

– Не может этого быть, – вновь выпалила Летти. – Это отчим сказал? И ты ему поверила?

– Доказательства были неопровержимы.

– И что ты будешь делать? – участливо спросила подруга. – Нельзя спускать им это с рук!

– А что я могу, Летти? – прерывисто вздохнув, я промокнула глаза платком. – Матушка и та на стороне лорда.

– Ты должна им отомстить! – Виолетта поднялась с места и принялась мерить шагами комнату. – Пусть они пожалеют, что так с тобой поступили. Ты… Ты…

– Что я могу? – выкрикнула в отчаянии. – Любимый предал. Жизнь кончена…

– Вот! Вот оно! – Всплеснула руками подруга и подскочила ко мне. – Ты должна лишить себя жизни, и тогда они все пожалеют!

Я замерла, пытаясь осознать ее предложение. Прервать эту черную полосу, начавшуюся после смерти отца, а заодно заставить лорда Пристли и Чарльза пожалеть о содеянном. Когда они поймут, что потеряли, будет поздно.

– Решайся! Нож или яд? – Виолетта приблизилась и взяла меня за руку. – Я восхищаюсь тобой!

– Нож? – еще плохо понимая происходящее, уточнила я. – И что с ним делать? Ты же знаешь, я боюсь крови.

– Тогда яд?

– А у тебя есть? – недоверчиво переспросила я, но по растерянному виду уже поняла ответ. – Я выброшусь с балкона.

– Правильно! – С некоторым облегчением выдохнула Летти, помогая мне подняться. – Иди.

– А ты? – Я вновь растерялась, плохо понимая, что происходит, но желая, чтобы этот ужасный день скорее кончился.

– Я подожду тебя здесь. – Подруга подтолкнула меня к нужной двери. Ее глаза сияли азартом и гордостью.

Подойдя к окну, скрытому шторами, я нащупала балконную ручку и повернула ее. Еще четыре шага и передо мной раскинулся безбрежный лес, испокон веку принадлежащий лордам Левандийским – роду моего отца. Сколько незабываемых минут я здесь провела. Моя комната располагалась в восточной башне, с высоты которой было видно даже кончик Махровых гор. К тому же здесь всегда гулял ветер. Мой друг, моя стихия. Я отрабатывала с ним самые сложные заклинания.

Вот и сейчас, приподнявшись и сев на широкий парапет, я перекинула ноги на другую сторону и тут же почувствовала касание родной стихии. Ветер задирал подол платья, путал длинные каштановые волосы, звал поиграть.

В голове забилась отчаянная мысль: неужели я этого никогда больше не почувствую? Не испытаю силу стихии, не поднимусь над землей?

Я вдохнула полной грудью, прикрыла глаза. Это позволило собраться с мыслями. Нельзя назло другим причинять вред себе. Но оставлять все как есть – тоже не стоило. Открыв глаза, я посмотрела вниз. Люди казались маленькими муравьишками, суетливо бегающими по своим делам. Меня никогда не пугала высота, наоборот – манила. Только не вниз, а вверх.

Последние десятилетия в нашем мире прогресс шагал широкими шагами. Лошади перестали быть самым быстрым средством передвижения – их обогнали паромобили. Потихоньку в воздух запускали парящие корзины. Но добиться свободного полета человека – не получалось. Маги, обладающие стихией воздуха, могли левитировать над землей или сдержать скорость падения, чтобы не разбиться, если вдруг сорвутся с крыши. Но преодолевать расстояния подобно птицам у людей пока не получалось. Неожиданно мелькнула мысль, насколько же прославится тот маг, который решит эту проблему. Подарить человечеству чувство полета – это должно быть что-то невероятное.

Еще немного поболтав ногами, я приняла окончательное решение и вернулась в комнату.

– Летти, что ты делаешь? – Я с удивлением смотрела на подругу, перебирающую украшения в моей шкатулке.

– Ирейн? Ты… как? Почему ты тут?

– Я решила сбежать из дома, – тут же переключившись на насущный вопрос, заявила я. – У меня есть тетя по отцовской линии. Мы мало общались после похорон, но думаю, она будет рада меня принять.

– Ну не знаю. Как ты выберешься из дома? Да тебя наверняка быстро найдут!

– Но мне больше не к кому податься, – я приуныла, потому что хороший план рассыпался на глазах.

– Ладно, не расстраивайся, – подбодрила Виолетта. – Я что-нибудь придумаю. Ты пока собирай пожитки.

– Что собирать? – не поняла я.

– Вещи, которые ты с собой возьмёшь. И подумай, на чем ты поедешь до тети.

– На поезде, конечно. В Элойск больше ничего не ходит.

Обсудив разные варианты, мы решили, что самый надежный способ выйти из дома – это в гости к Летти. Я не верила, что мне понадобится что-то придумывать, но подруга настаивала. Поэтому собранный саквояж мы попросили слугу отнести в паромобиль подруги. Переодевшись в дорожный костюм, я была готова выдвигаться. В груди скручивался тугой узел от волнения.

– Госпожа, позвольте поинтересоваться, куда вы направляетесь? – степенно произнес дворецкий у главных дверей.

– С каких это пор, Джакоб, я должна перед вами отчитываться? – дрожащим голосом поинтересовалась я.

– Простите, госпожа, но это распоряжение лорда Пристли, – дворецкий склонился в полупоклоне, как бы извиняясь.

– Тогда передайте ему, что я отправляюсь к подруге – лечить свои нервы!

– Только чур без глупостей, – раздался за спиной грозный голос отчима, и я медленно повернулась. – У нас с лордом Фалоуми уже все сговорено, юрист готовит документы на передачу приданого. Я не собираюсь терпеть твои выкрутасы.

Если до этого я еще сомневалась в том, что делаю, то после такого наглого заявления моя уверенность окрепла.

– Лорд Пристли, – свысока произнесла я, но голос предательски дрогнул, когда в голове всплыл наш последний разговор. – Кажется за годы нашего знакомства вы могли убедиться, что глупость мне не свойственна.

– Вот именно годы нашего знакомства вынуждают предупредить – не думай… Вообще не думай, тебе это хорошо удается.

Развернувшись, он направился в кабинет. А я осталась стоять, растоптанная и подавленная. Слова отчима совершенно не понравились и где-то в глубине зарождалось желание доказать ему как он ошибается на мой счет.

– Ирейн, пойдем, – взяла меня под руку подруга. – Тебя теперь одним чаем не успокоишь, а у нас еще столько дел.

На ватных от переживания ногах я последовала на улицу. В голове лихорадочно метались мысли. От «как теперь жить и стоит ли» до «он еще узнает, как сильно ошибался на мой счет». Паромобиль увозил все дальше от отчего дома, и пропорционально расстоянию таяла решимость покинуть эти места.

Если бы не Виолетта, поддерживающая мое начинание, не переставая хвалить за смелость, до поезда я бы не добралась.

Правда, меня удивило, что подруга не только передумала пить со мной чай (тогда я действительно могла опоздать на поезд), но Летти даже не проводила меня на вокзал, попросив высадить ее около дома зазнайки Генриетты. Что у них могло быть общего?

– До отправления поезда остается не больше часа, госпожа, – произнес водитель, доставая мой саквояж из багажника. – Не забудьте купить билет.

– Билет? – удивилась я, пытаясь вспомнить, был ли у меня билет в тот раз, когда мы с матушкой ездили в столицу.

– Да, госпожа, билет. Иначе контролер высадит вас на ближайшей станции.

Я растерялась, совершенно не представляя, где и как раздобыть этот волшебный пропуск в самостоятельную жизнь, без отчима и навязанного мужа.

– У вас есть средства? – мягко уточнил водитель, явно проявляя к моей судьбе больше участия, чем его хозяйка.

– Да, немного… – Я возвела хвалу богам, подсказавшим захватить пухлый кошелек для мелких расходов и шкатулку с драгоценностями.

– Проходите в здание вокзала. Справа от входа есть кассы. – Водитель, имени которого я так и не знала, протянул мне багаж.

Взяв у него сумку, я чуть не согнулась. Не то, чтобы она была такая тяжелая, но раньше за мной вещи таскали слуги.

– Простите, а вы могли бы оказать мне еще одну любезность, – стушевавшись спросила я. – Купите билет за меня? А я подожду вас здесь.

Водитель по-доброму улыбнулся, взял деньги и скрылся в здании вокзала. Я вся извелась, пока ждала его.

– Вот, госпожа, – водитель протянул мне билеты. – Пройдите сквозь здание вокзала и уточните у смотрителя, где остановится ваш вагон.

Я с удивлением рассматривала протянутую картонку.

– Спасибо вам, – спохватившись, поблагодарила я.

– Хорошей вам дороги, – произнес он в ответ и, сев в паромобиль, уехал.

Тяжело вздохнув, я направилась в здание вокзала. Внутри оказалось многолюдно. Сновали какие-то неопрятные мальчишки. Дородная женщина продавала куличи и коврижки. Носильщики в рыжей униформе постоянно переносили чемоданы и сумки с места на место. Пройдя несколько шагов, я остановилась, неуютно поежившись. Появилось ощущение, будто я голая, и окружающие не тычат пальцем только из вежливости. Почувствовав толчок в спину, я пошатнулась, но устояла.

– Простите, не заметил вас, – произнес приятного вида мужчина, обойдя меня. – Вы немного неудачно застыли напротив входа. Возможно, вам требуется помощь?

Я окинула незнакомца быстрым взглядом, пытаясь, как учила Виолетта, оценить его положение и состояние. Но в отличие от подруги мне эта наука давалась с трудом. Правда, я смогла отметить и привлекательную внешность, и хорошее воспитание.

– Нет, спасибо, – выпалила я, поняв, что слишком долго его рассматриваю. Но потом опомнилась: – Хотя, постойте. Подскажите, где выход на перрон?

– Идемте, я вас провожу, – вежливо предложил он. – Вы первый раз на вокзале?

– Можно сказать и так, – пробормотала я, перекладывая саквояж, уже казавшийся не таким легким, из одной руки в другую. – Первый раз без родителей. С ними мы подъезжали сразу к вагону.

– Как же вы решились отправиться в поездку без них? – полюбопытствовал незнакомец.

– В моем возрасте уже пора проявлять самостоятельность, – немного резче, чем стоило, ответила я.

– О, простите, я не хотел вас обидеть. Моя бестактность вызвана лишь беспокойством. Вы юны, хорошо воспитаны и прилично одеты – это отличная приманка для афериста.

– Но вы же не один из них? – не удержалась я от шпильки, все еще обиженная на него.

Мужчина рассмеялся, и сразу стал похож на озорного мальчишку.

– А у вас есть зубки, – произнес он, успокоившись. – Тогда я почти спокоен за вас. Нам вот в эту дверь.

Незнакомец придержал для меня тяжелую створку, пропуская вперёд. Мне захотелось всучить ему свой багаж, который почему-то становился все увесистее.

– А вот и перрон, – приятный баритон вывел меня из задумчивости. – На этом позвольте откланяться.

Предоставленная самой себе я стала наблюдать за окружающими, пока в определенный момент меня не осенила догадка: я же могу облегчить свой саквояж с помощью магии. Сделать воздушную подушку и на ней нести багаж. Идея настолько воодушевила, что я тут же принялась за ее исполнение. Буквально к приезду поезда я справилась с силовыми потоками и вносила багаж в вагон уже налегке. От этой маленькой победы страх перед неизвестностью немного отступил, настроение улучшилось. Проводник проверил мой билет и показал на какое место пройти. Разместившись у окна, я приготовилась к поездке, вспоминая прошлое путешествие с родителями. Нам предоставили большое отдельное купе. Экипаж подъехал прямо на перрон, никаких покупок билета или поисков выхода. Отец все держал под контролем, а мы с матушкой радовались новым впечатлениям.

Поезд тронулся, постепенно набирая скорость. Я провожала взглядом вокзал, родной город, людей. В самом конце перрона я вновь увидела мужчину, проводившего меня. Сейчас он показался мне довольно привлекательным: высокий, крепкий, с волевым подбородком и выдающимися скулами. Цвет глаз я, конечно же, отсюда рассмотреть не могла, а вот пшеничного цвета волосы, от ветра взлетевшие в беспорядке, привлекали внимание. Взгляд выдавал в нем неглупого человека, и по возрасту он явно был ненамного старше меня. Пожалуй, я бы не так расстроилась, если бы отчим его представил в качестве моего жениха, а не какого-то иностранного старика.

Воспоминания о причине моего побега вновь окунули в пучину тоски и страха, но поскольку сейчас меня некому было успокоить, я поняла, что разревусь, если срочно не подумаю о чем-то другом. Например, как я буду добираться от вокзала до дома тетушки? Адрес ее проживания я знала, а вот дорогу – нет. Увидев, что в вагон зашел проводник, я решила спросить совета у него.

Страх перед возвращением домой и разговором с отчимом толкал меня на несвойственные поступки. В другое время я бы ни за что не стала обращаться с расспросами к персоналу. А сейчас мне все так доходчиво объяснили! Оказывается на вокзале можно нанять паромобиль, который доставит по нужному адресу. Успокоившись на этот счет, я заказала себе чашку чая с пирожным.

Поезд прибыл на станцию поздно вечером. В быстро сгущающихся сумерках окружающие вокзал постройки и деревья казались зловещими. Я поспешила на площадь в надежде поскорее найти подходящий транспорт. В том месте, где стояла нужная табличка «Свободные паромобили» обнаружились такие развалюхи, что у меня в душе все похолодело.

Не могла же я – Ирейн Левандийская – воспользоваться таким убогим дешевым средством передвижения! Пусть я и сбежала из дома, но у меня осталась фамильная честь. Поэтому я отправилась в противоположную сторону, где стояли солидные дорогие средства передвижения. Наверняка, кто-нибудь из них захочет мне помочь, тем более не безвозмездно.

Пока я неспеша брела к стоянке, решая к кому обратиться за помощью, ближайший ко мне паромобиль распахнул свои дверцы, и в него вальяжно уселись две высокомерные дамы. Судя по размещенному на дверцах гербу – это оказался частный мобиль.

Я поспешила к следующему, на котором никаких гербов не просматривалось, а выглядел темно-синий монстр вполне достойно, чтобы довезти меня. Но стоило подойти к водителю и сказать, чтоб он открыл мне дверь, как сзади раздался противный голос:

– Кивриду запрещено разговаривать с посторонними.

Обернувшись, я невольно вздрогнула. Голос принадлежал худощавому мужчине с тонкими, даже какими-то злобными чертами лица. Завидев такого, хотелось отойти подальше, так как он способен испортить настроение одним своим видом. На языке вертелось множество вопросов, но ни один у меня не получалось озвучить. От страха пропал голос.

– Порядочной девушке не следует бродить одной. Тем более вечером у вокзала, – произнес незнакомец, пока водитель грузил его багаж. – Могу я вам чем-то помочь?

– Н-н-нет, спасибо, – смогла выдавить я, боясь даже подумать, что с меня попросят за помощь.

Отойдя в сторону, я окинула площадь печальным взглядом. Почти все приличные паромобили или уже разъехались, или сажали пассажиров.

Даже неприличных осталась всего парочка. Нужно было срочно на что-то решаться. Этот длинный и нервный день близился к завершению. Очень хотелось поесть и лечь в теплую постельку, а не встречать ночь на пустом вокзале. Я поспешила на другую сторону площади. Нести по воздуху саквояж становилось все труднее – я не привыкла так долго и в таких изматывающих условиях использовать силу воздуха.

Водитель паромобиля оказался совершенно невоспитанным мужланом – он даже не вышел из-за руля, когда я к нему обратилась, и не подумал открыть мне дверцу. Но по крайней мере выглядел он не как бандит и стоимость назвал подъемную. Поэтому вскоре я уже ехала к дому тети.

Глава 2

Полчаса спустя я сидела в уютной гостиной, отделанной в желтых тонах, и пыталась объяснить тете Вивьяльтине, как решилась на такой серьезный шаг, а главное – что собираюсь поселиться у нее. В моем воображении, когда я представляла, как буду жить свободной и независимой леди вместе с сестрой своего отца – все выглядело значительно радужнее и счастливее. По факту в воздухе витала неловкость и недосказанность. Нет, тетя мне очень обрадовалась, хоть и сетовала, что уже готовилась ко сну. Усадила меня пить чай, и тут повисла неудобная пауза.

– Ирейн, ты так давно ко мне не приезжала. Совсем забыла тетушку. – Хозяйка дома услужливо подвинула мне вазу с печеньем. – После смерти моего Эдди, мне так не хватает общения.

– Тетя Виви, ты же знаешь, отчим не разрешает нам с мамой навещать тех, кто напоминает о моем отце. – Я невольно всхлипнула. – Но теперь я решила, что не буду больше подчиняться его приказам. Хватит!

– Значит, мы будем чаще видеться! – обрадовалась родственница. – Как здорово. Где ты будешь жить?

– На самом деле, я хотела пожить у тебя… – Увидев, как удивленно расширяются серые глаза, я поспешила добавить: – Я тебя совершенно не стесню. У меня мало вещей. И потом мы сможем много общаться. Я так по тебе соскучилась…

Подскочив со стула, я обняла Виви, положив голову ей на плечо.

– Конечно живи, – она погладила меня по спине. – Места всем хватит. А то у меня из живых только рыбка, доставшаяся в наследство от Эдди, но с ней не поговоришь.

Я перевела взгляд на подоконник, где стоял круглый аквариум с небольшой пестрой рыбой с длинным пушистым хвостом. В какой-то момент мне показалось, что она махнула плавником в знак приветствия, пришлось тряхнуть головой, прогоняя наваждение. Вернувшись на свой стул, я посмотрела на тетю.

– Покажи, пожалуйста, где я могу разместиться?

– Да-да, конечно, пойдем. Ты наверняка устала с дороги, моя девочка. – Меня повели на второй этаж. – Вечером в доме никого посторонних нет, а днем ко мне приходит служанка: готовит еду, прибирается в комнатах. Вот в этой ты и можешь разместиться.

Тетя Виви открыла передо мной дверь, пропуская в небольшую темную комнату. У меня внутри все похолодело. В родовом особняке у меня только гардероб был размером с эту спальню. Как тетя могла жить в таких стесненных условиях, а главное почему? Это мне еще предстояло выяснить, а пока я прошла внутрь, поблагодарила за гостеприимство и, пожелав спокойной ночи, закрыла дверь.

На плечи навалилась дикая усталость. С трудом заставив себя умыться (благо каморка для умывания находилась прямо здесь за стеной), я переоделась в ночную сорочку и улеглась.

Время утекало, а сон почему-то не шел. Я смотрела в потолок, пытаясь утихомирить лихорадочно мельтешащие мысли. Сначала меня одолела гордость – я смогла, я сделала это. Если подумать, я впервые в жизни сделала то, что решила сама, а не указали отчим или мама. Более того, я сбежала из-под гнета лорда Пристли!

Затем подкралась паника – как жить дальше? Что будет, если меня найдут? А если не найдут – не станет ли только хуже? Как я вообще решилась на этот отчаянный шаг? Вспомнив события прошедшего дня, я поняла, что без верной подруги, вряд ли сама бы дошла до такого. Летти всегда обладала отчаянной смелостью, но теперь мы не скоро увидимся, и мне придется быть смелой за нас двоих.

Неожиданно воспоминания метнулись к Чарльзу. Я поняла, что в свете произошедшего, его предательство уже не так сильно меня волновало. Я ведь тоже оказалась не той, за кого себя выдавала, а более смелой, решительной. Правда, мне пока трудно было принять это в себе. За всеми переживаниями и впечатлениями сон все-таки сморил меня, унося в новое приключение на крыльях родной стихии.

Утро оказалось тяжелым и холодным. Служанка не растопила в спальне камин, и вылезать из-под толстого одеяла совершенно не хотелось.

– Камин… Служанка!.. – я резко села в кровати, переосмысливая навалившиеся воспоминания.

Теперь у меня нет персональной горничной, личного водителя и жениха. Зато появились свобода и чувство самоуважения. Осталось научиться растапливать камин, все же в каменных домах ночью стены быстро остывают.

Утренние сборы немного затянулись: я не привыкла укладывать самой себе волосы, поэтому ограничилась простым пучком на макушке, освободив пару локонов у висков. В гостиную я спустилась в хорошем расположении духа, надеясь поговорить с тетей и получить полезные советы о том, как жить дальше.

Лимонно-желтые стены встретили меня гробовым молчанием. Только рыбка на подоконнике булькнула хвостом по воде и уткнулась в выгнутое стекло аквариума своими выпуклыми глазами. Я обошла комнату по кругу, рассматривая обстановку и любуясь украшениями интерьера.

– Как есть-то хочется, – невольно вырвалось у меня, когда в животе заурчало. Только сейчас я поняла, что вчера осталась без ужина. Не привыкшая так долго находиться одна, тихонько продолжила мысль вслух: – Интересно, когда приходит служанка, и во сколько спускается тетя Виви…

– К обеду, – раздался немного странный мужской голос.

Я вскрикнула от неожиданности и заозиралась. Гостиная оставалась все также пуста. Никаких незваных гостей не обнаружилось.

– Ну что ты вертишься, как лист на ветру. Меня сейчас укачает. – Я повернулась в сторону окна, откуда и доносился голос. – А вообще, покрутись-ка еще, у тебя ладная фигурка, хоть полюбуюсь. Давненько сюда никто симпатичный не заходил.

Онемев от неожиданности, я рассматривала ту самую пеструю рыбку, которая теперь до половины поднялась из воды и, опираясь плавниками на край аквариума, смотрела на меня своими выпуклыми телескопическими глазами. Они двигались в разные стороны, отчего я совершенно не понимала, куда конкретно рыба смотрит.

– Подходи ближе, поговорим, – причмокивая толстыми губами продолжила водоплавающая все так же мужским голосом. – А то я уже забыл, как это делается. Вивьяльтина прикидывается, что не слышит меня и отказывается поболтать.

– Вы кто? – поинтересовалась я, подходя ближе. Все еще не уверенная, что мне это не снится, я протянула руку, чтобы убедиться, что передо мной живое создание.

– Но-но, без рук! – раздался возмущенный голос и меня стукнули мокрым плавником по пальцу, после чего рыбка сделала кульбит и ушла под воду, но вскоре опять показалась на поверхности. – Каждый норовит меня облапать. Чувствую себя разносчицей в таверне.