Хроники Бастарда. Ив
- -
- 100%
- +
– Я хочу доставить удовольствие тебе, – прошептала она, прижимаясь всем телом.
– Поверь, я этого хочу не меньше, – не удержался от улыбки Риган, проводя пальцами по ее губам. Она вызывала смешанные чувства: с одной стороны, казалась неопытной, неумелой девчонкой, с другой – прекрасной женщиной, в которой только-только просыпалась чувственность. – Повернись.
Ив удивилась такой просьбе, но послушно перевернулась на живот.
– Так я не смогу прикасаться к тебе, – подушка приглушила ее обиженный голос, и он подавил смешок, поцеловав ее в шею. Она поерзала, устраиваясь поудобнее, и Риган с трудом удержался от порыва пропустить прелюдию и просто трахнуть ее. Лицо и руки у нее были загорелыми, благодаря постоянным путешествиям, а спина, ягодицы и ноги значительно светлее. Это тоже показалось ему весьма сексуальным.
Ив не представляла, что он собирается делать и сейчас замерла в предвкушении. Сердце ее отчаянно колотилось. Риган помедлил, прежде чем снова коснуться губами основания ее шеи. На сей раз массаж был гораздо продолжительным и интимным, он не обошел вниманием ни один участок ее спины, поясницы, ягодиц. Спускаясь ниже, заставил ее приподнять бедра и скользнул пальцами между ног.
Она была настолько возбуждена, что сдерживаться самому становилось все труднее. Стояло у него знатно, причем с того самого кабинета.
Под его прикосновениями Ив подалась назад и громко застонала. Цепляясь руками за подушку, бесстыдно развела бедра, внутренняя поверхность которых была в потеках. Риган не выдержал, притянул ее к себе, входя на всю длину. Сжал зубы, чтобы не сорваться на рваный, яростный ритм, провел ладонью по пояснице, заставляя прогнуться сильнее.
Ив замерла на мгновение, привыкая к ощущениям, но потом расслабилась и подалась назад. Она больше не сдерживала стонов и всхлипов. Она была узкой и влажной, и Риган потерялся в ощущениях.
Он не привык быть осторожным, и, хотя никто не жаловался, с этой девчонкой получилось иначе. Ему до безумия хотелось впиться зубами в плечо, почувствовать вкус ее крови и трахнуть так, что она будет кричать от наслаждения, смешанного с болью. Сейчас приходилось сдерживать себя, и от этого он заводился еще больше.
Ив приподнялась, дотянулась до его руки и положила на свою грудь, а дальше реальность утратила очертания. Он вбивался в нее, представляя алые разводы на тонкой светлой коже. Во рту стало солоно от крови: Риган не сразу осознал, что прокусил губу, не почувствовав боли. Фантомное наслаждение ее вкусом было так велико, что каждое движение внутри вкупе с лаской, на которую Ив отзывалась стоном, сносило крышу на раз.
Он приходил в себя дважды. Первый раз во время оргазма, на котором хриплое дыхание сорвалось на рык, а пах свело наслаждением, и второй – когда почувствовал слабое шевеление рядом. Они лежали на кровати, простыни насквозь пропитались потом, а запах секса был повсюду.
Риган дотронулся тыльной стороной ладони до подбородка, стирая кровь. Он был чертовски голоден, а рядом лежала девчонка, которую он хотел во всех смыслах, и это сводило с ума. Он никогда и ни с кем не церемонился, а раны, которые его любовницы обнаруживали у себя порой в самых пикантных местах, под внушением списывали на порывы страсти.
Риган лежал неподвижно, неотрывно глядя на бешено бьющуюся пульсом жилку на виске, на сеточку сосудов на запястье, на тонкую шею, на которой прядь волос сейчас слишком точно повторяла контур подрагивающей вены.
Она распахнула глаза, и в них светилась нежность и благодарность. Ив расслабленно потерлась щекой о плечо но, заметив, как напряглось его тело, с беспокойством поинтересовалась:
– Все в порядке?
– Все в порядке, – эхом отозвался Риган, провел рукой по ее волосам, положил руку на затылок, притягивая к себе и глядя Ив в глаза. Это помогло расслабиться. Ей. Перед тем, как он прокусил плечо, сходя с ума от запаха и вкуса крови.
Секс для измененного нельзя назвать полноценным, если он не совмещен с распитием крови партнера. Это природа, инстинкт, и все попытки сдерживать его ни к чему хорошему не приводят. Зверь все-таки взял свое.
Ив вскрикнула, пытаясь его оттолкнуть, забилась в руках, но жалких человеческих сил было недостаточно даже для того, чтобы причинить ему хоть малейшее неудобство. Он чувствовал ее страх, и это заводило еще больше.
– Нет, пожалуйста, нет.
Остановился он только когда Ив замерла в его руках, тяжело дыша.
Риган вглядывался в ее заплаканное лицо. Рваная рана на плече выглядела неприятно, тонкая струйка крови стекала вниз, пачкая простыни. Скажи он ей сейчас, до чего это сексуально выглядит, девица убежит с визгом.
Он непроизвольно облизнул губы: голод отступил, но легче не стало. Ив была целиком и полностью в его власти, но то, что еще пару минут назад представлялось чем-то необычным, сейчас обернулось пошлой банальщиной. На душе было невыносимо мерзко и муторно.
Медальон на ее шее представлял собой внутреннюю часть штуковины, которую просила добыть Кло. Значит, есть еще и вторая половина. Вопрос в том, где она.
– Что это? Где вторая часть? – он подцепил пальцами цепочку, глядя ей в глаза. Не хотел использовать внушение до последнего. Пусть скажет все, что думает, пусть ответит или промолчит. Так, по крайней мере, будет справедливо.
Ив вздрогнула, и сейчас в ее глазах застыло недоверие. Слез больше не было, она просто смотрела на него. По венам струился страх, с которым Ив пыталась справиться.
– Вторая часть? – прошептала она. – Это подарок отца из последней экспедиции. – И добавила уже тверже. – Думаю, вторую я найду на месте.
Риган мысленно выругался. Стоило догадаться, что все не так просто, иначе ему бы поставили конкретные сроки. Его спонтанное решение поехать с ней на раскопки было вынужденным. Правда, тогда он еще об этом не знал.
– Я поеду с тобой, – сказал он, – как мы и договаривались. Мне нужна эта чертова штука. Целиком.
Странно, но ему будто становилось легче от того, что он говорил. Говорил не под внушением, оставляя себе надежду услышать правду, а не туманный лепет послушной куклы. Охренительная исповедь с соблазнительной полуголой девицей, которую сначала удовлетворил, а потом покусал. Эка невидаль, сколько таких девиц было в его жизни?
Таких не было. Ему хотелось рвать и кромсать, как в старые добрые времена, как будто вместе с кровью своих жертв он мог выпустить собственную боль, сочащуюся сквозь поры вот уже который год. Иногда ему становилось интересно: говорят, что время стирает все. Сколько веков пройдет, прежде чем он окончательно погрязнет в цинизме и безразличии?
Страх и удивление в глазах Ив сменились яростью. Она рванулась так, что чудом не порвала цепочку с медальоном.
– Если хотел заполучить это, – она презрительно сощурила глаза и спрыгнула с постели, совершенно не стесняясь наготы, – то не нужно было так напрягаться и соблазнять меня, Эванс. Ужасно, что тебе придется составить мне компанию на раскопках.
Схватив халат, Ив накинула его на плечи, и Риган едва успел перехватить ее у дверей. Умеет же девчонка разрядить обстановку: ее только что цапнули за плечо, и она должна бежать от кровожадного любовника, сверкая пятками.
Она и бежит, вот только совсем по другой причине. Потому что считает, что ему нужны были не ее прелести, а старинная побрякушка. Риган даже не старался сдерживать смех, обнял ее за талию и притянул к себе.
– Я хотел тебя, – весело сообщил он, – и сейчас хочу не меньше. Твоя бирюлька всего лишь повод. Но сейчас я рад тому, что повод нашелся.
Его прикосновения по-прежнему волновали ее, но Ив продолжала злиться, и в объятиях словно превратилась в статую. Это не отменяло того, что для Ригана она оставалась горячей штучкой. Прав он все-таки был в своих предположениях, что в тихих девочках самые сильные водовороты страстей.
– Убирайся, – тихо, но твердо приказала она и добавила уже язвительно. – Ты не сможешь меня убить, пока не нашел то, что ищешь. А я единственная в поле зрения, кто знает, где искать.
– Открою тебе секрет, дорогая Ив, – насмешливо произнес Риган, – захоти я того, ты мне выложишь все, не сходя с места. Где, что, как. Но я не хочу. Я хочу провести это время с тобой.
Он притянул ее к себе, целуя в губы, положил руку на соблазнительную задницу. Ив яростно ответила на поцелуй, соски от прикосновения к груди затвердели, а ее сердце колотилось так, будто собиралось выпрыгнуть из груди.
– Не все так просто, – услышал Риган, едва оторвавшись от ее губ, – потому что я сама пока многого не знаю. Но только я способна разгадать вторую часть шифра, оставленного отцом.
Она говорила правду. Страх испарился, уступив место ярости и силе духа, благодаря которой она до сих пор держалась, не скатившись в истерику. Возможно, именно эта самая сила заставила его выжидать неделю перед тем, как перейти в наступление. Именно она побудила его открыться и не пудрить мозги вмешательством в ее разум. Впервые за долгое время Ригану хотелось понравиться женщине не на час или на неделю, представиться самим собой, а не фальшивым образом циничного дамского угодника.
– Вот как, – произнес он, увлекая ее за собой на кровать, – в таком случае, нам с тобой все же предстоит долгое совместное путешествие. А взаимное удовольствие – не худший вариант временного партнерства, не так ли?
Глава 4
Ив не могла поверить в то, что произошло. Поначалу она занималась самообманом, пытаясь перевести новое знакомство в дружбу, заставить себя поверить в то, что Риган ее совершенно не интересует, а потом позволила себя соблазнить.
За ангельской внешностью Эванса скрывался настоящий дьявол. Сознание археолога помогло смириться со странной природой нового знакомого быстрее, чем можно себе представить: принять его существование, как нераскрытый секрет огромного, до конца неизведанного мира.
Лишь только первый испуг миновал – а случилось это на следующее утро, когда Ив проснулась одна в своей постели, с шумом в ушах, слабостью и обнаружила рану на своем плече – на нее волной обрушилась ярость. Риган шел к своей цели, а она растаяла и доверилась ему.
Она проклинала наивность, из-за которой позволила ему проникнуть не только в свою постель, но и в тайну отца. Ив даже не знала, что ужаснее. Риган искал сокровища затерянного мира, а она оказалась его счастливым билетом в мир, который для нее дороже всего. Она по-настоящему увлеклась им, но нужна была только для того, чтобы получить древнюю реликвию. Он использовал ее.
Когда все закончится, Риган просто уйдет и забудет, что такая наивная дура встречалась на его пути. От злости и отчаяния Ив желала никогда не найти вторую часть медальона, но понимала, что это уже ничего не изменит. В ней самой.
С вечера их первой близости прошло еще несколько дней. Риган продолжал развлекаться с ней, заставляя хотеть его и испытывать настоящее блаженство. Как бы ни старалась Ив списать все на его чары, она прекрасно понимала, что он не делает ничего такого, чего ей самой не хотелось бы.
Тело предавало ее раз за разом, и Ив отдавалась на милость победителя. Риган знал, как доставить ей удовольствие, где прикоснуться, поцеловать или укусить. Ив словно в тумане помнила, как замирала от наслаждения, кричала от сладкой боли. А утром, когда он уходил, ненавидела себя. Потому что знала, что он вернется снова и желала того, чтобы он хотел ее, а не древнюю побрякушку.
Подарок отца был частью тайны, и он оставил после себя лишь зашифрованные послания. Язык, которому отец учил Ив с детства. У них с Томой ушли годы, чтобы определить местонахождение затерянного города. Невероятно, но находился древний мир на острове Крит. Цивилизация под цивилизацией.
Оставались еще знаки, которые предстояло расшифровать на месте. Ив знала, что все связанное с загадочным миром опасно, подозревала, что смерть отца просто представили несчастным случаем, но отступить не могла и не хотела. И только одно заставляло сердце сжиматься от боли: что если отца преследовали такие же существа, как Эванс? И что, если это они его убили?
Как вести себя с Риганом она не представляла. Он приходил к ней каждую ночь, и они занимались сексом до рассвета. Он доказывал, что она зря годами лишала себя удовольствий. Обойди Ив целый мир, вряд ли нашла бы любовника лучше. Она поверила в то, что он хотел ее не меньше, иначе все и в самом деле закончилось раньше.
Но Ив не переставала чувствовать себя игрушкой, и это приводило в ярость. Гнев позволял не впасть в уныние. В подобных метаниях проходило время до дня отъезда. Днем она предавалась сомнениям, самобичеванию и страхам, а ночью забывала обо всем в его объятиях.
***
Ив садилась в поезд, мечтая отплатить Ригану той же монетой. Она хотела получить над ним власть. Как достучаться до сердца повесы и монстра, Ив не представляла, но теперь у нее появилось время. В постели Риган предпочитал заниматься сексом, а не болтать о делах. В путешествии они постоянно будут вместе.
Сначала им предстояло добраться на поезде в Марсель, а затем пересесть на паром. Ив могла себе позволить билет первым классом, потому что не хотела более двух суток трястись на деревянной жесткой скамье. Разумеется, она яростно отказалась от предложения Ригана оплатить ее путешествие, чем вызвала у него безудержное веселье и целый поток издевок на тему модной нынче женской независимости.
Когда она пробовала разозлиться, Риган просто начинал смеяться, а когда пыталась холодно отмолчаться, он во весь голос выдавал такие откровенные непристойности, что ей стоило немалых усилий уговорить его замолчать и не привлекать внимания.
Устроившись на мягких сиденьях пульмановского2 вагона, Ив не скрывала возбуждения от предстоящей поездки. Голубоватая с серебристым узором обивка кресел, шторы и ковры в тон, роскошь и удобство. Кресла были расположены друг против друга, разделенные столом. Шторы скрывали пассажиров, создавая иллюзию уединения.
Приключения всегда манили ее, и каждое новое путешествие начиналось с поезда. Она рассматривала в окно поля, которые они проезжали, и улыбалась. Риган, расположившийся напротив, изучал ее с таким откровенным беззастенчивым интересом, что она не выдержала и решила сменить ход его мыслей.
– Любите поезда, месье Эванс?
– Обожаю, – Риган улыбнулся уголками губ и многозначительно посмотрел ей в глаза, – в них можно делать много всего интересного.
– Например? – вырвалось у Ив раньше, чем она поняла, что ход ее мыслей только что сменил он. – Еще немного и я решу, что вы ни о чем другом не думаете.
Она никак не могла привыкнуть к его манере общения. Не выдержав, Ив поднялась, отдернула шторы и выглянула в проход, осматривая пассажиров дорогого вагона. Напряглась, потому что поблизости большинство мест оказались свободны. За закрытыми шторами непонятно было, есть ли кто-нибудь еще, зато в конце вагона сидели двое представительного вида месье, с заумным видом беседовавших о чем-то, и Ив облегченно вздохнула. У него же хватит мозгов, чтобы не приставать к ней прилюдно?!
– Вы можете рассказать мне о вещице, которую ищете, – Ив вернулась на место, поступив, как и их зримые попутчики – нарочно не задернув штору.
– Между прочим, другие интересы у меня есть, но они все такие незначительные, – подхватил ее тон Риган, и добавил, – по-моему, это вы можете мне рассказать о ней. Я-то всего и знаю, что она вот… – он сцепил два пальца одной руки, образуя круг и выразительно продел в него согнутый палец другой руки. – В общем, состоит из двух частей.
Проходящий мимо пожилой мужчина покосился на них и поспешно засеменил дальше. Ив прикрыла рот рукой, чувствуя, что уже не краснеет и готова смеяться над его пошлыми шутками.
Подавив смех, она положила локти на стол и подперла подбородок.
– Мне неизвестно, из скольких частей она состоит. Эта часть досталась мне от отца. Плюс письма и заметки, которые мы с Тома переводили. Зачем она вам понадобилась?
– Мне? Да ради всего святого, Ив, я что, похож на коллекционера древних побрякушек? Меня всего лишь попросили об услуге. Кто именно я вам сказать не могу, но поверьте, что знакомство с ним – сомнительное счастье.
Ив снова не сдержала улыбки. При свете дня она чувствовала себя увереннее.
– А что от этого получите вы? – не унималась она. Ей не верилось, что Риган будет трудится ради дружбы или просто так. – Деньги?
Отец мечтал открыть новый мир человечеству, а некто просто так, походя, собирался присвоить его себе. Ведь этот медальон – ключ ко всему.
– Вас, мадмуазель Ламбер, – улыбнулся Риган, – в свое полное безраздельное пользование до конца времен.
Он откинулся на спинку сиденья и задернул шторку со своей стороны, прикрыл глаза – похоже, ему было не так-то комфортно днем. Ив подумала об этом безо всякого злорадства и сделала то же самое. Только когда воцарился полумрак, до нее дошел смысл сказанных им слов.
От такой наглости Ив потеряла дар речи. Это шутка, или он серьезно? Выходит, она станет его игрушкой навсегда? Нет, вряд ли. До тех пор, пока не надоест.
Риган снова открыл глаза и сейчас смотрел на нее так, что она невольно вспомнила прошлую ночь. Ив с ужасом поняла, что снова возбуждена, ее щеки пылали. Чтобы скрыть свое состояние, она перешла в наступление.
– А вы будете в моем пользовании?
– Можно и так сказать, – рассмеялся он, – я за равноправие во всем.
На этот раз Ив пропустила мимо ушей сарказм на тему суфражисток3, и ей не удалось скрыть смущение, потому что картинки про «пользование» Ригана так и лезли в голову.
Ив глубоко вздохнула, пытаясь успокоить свою фантазию.
– Возможно, я соглашусь, – она попыталась вложить в улыбку всю свою чувственность. Ив не умела кокетничать с мужчинами, и сейчас сильно об этом сожалела.
– Возможно? – он снова улыбнулся и накрыл ладонью ее руки. – Мне нравится, как ты это говоришь. Пожалуй что…
Риган едва уловимым движением усадил ее к себе на колени, лаская поверх платья.
У Ив перехватило дыхание, когда она оказалась сидящей спиной к Ригану в одной из самых неприличных поз. А от его объятий закружилась голова. Не об этом ли она думала минуту назад? Но здесь нельзя.
– Что ты делаешь? – зашипела Ив, вцепившись в его руки. – Нас заметят! Это непристойно.
Несмотря на правила приличия, тело Ив считало иначе. Соски напряглись под слоями одежды, а сердце отстукивало в такт поезду. Риган пожал плечами. Она снова осталась наедине с ним и желанием, и сейчас взмолилась о том, чтобы проводник, который время от времени прогуливался по проходу, не появился в самый неподходящий момент.
Риган не позволил ей вернуться на свое место, потянул на себя, шепнул на ухо:
– За несколько дней нашего более чем близкого знакомства, мы разобрались с тем, что делаем. Разве нет?..
Два быстрых движения – и к фасону платья добавились боковые разрезы, а если точнее – боковые разрывы, в том числе и на нижней юбке. Треск ткани прозвучал в ее ушах с громкостью выстрела. В ответ на смущение Ив, Риган ухмыльнулся и устроил ее на коленях, на сей раз лицом к себе. Она все еще не могла поверить в то, что он всерьез решил заниматься сексом. Но, казалось, его ничего не смущало.
– Расстегнешь мне брюки, радость моя? – запустив руки под платье, Риган легко сжал ягодицы поверх панталон.
Ив вложила в свой взгляд все, что о нем думала, и начала дергать пуговицы на брюках, чтобы отмстить за испорченную одежду. Обхватив его член ладонью, она провела сверху вниз, наслаждаясь тем, как темнеют от страсти глаза Ригана. Она не меньше хотела его, а сама ситуация делала ощущения более пикантными. Страх и возбуждение смешивались в общий коктейль, который хотелось выпить до дна.
Он усмехнулся, заставил приподняться и потянул вниз ее панталоны, отбрасывая их прямо на пол. Свободной рукой Ив притянула Ригана, целуя в губы. А он ласкал внутреннюю поверхность бедер, не торопясь переходить к более откровенным ласкам. Ив изнывала от желания, хотела, чтобы он перестал ее мучить. Кусала губы, сдерживая стоны, чтобы весь вагон не сбежался на них посмотреть.
Если раньше она рассчитывала на общество, теперь искренне огорчалась, что они не одни. Тем не менее, Ив готова была скорее умереть, чем прерваться. Жар разлился по всему телу. Она уперлась коленями в поверхность сиденья и привстала, прижимаясь к Ригану сильнее. Оставалось лишь опуститься на него, но он удерживал ее, лаская и дразня, не позволяя перейти к главному.
– Если ты сейчас ничего не сделаешь… – угрожающе процедила она, укусив его за ухо.
– То это сделаешь ты? – он нахально улыбнулся, погладив ее по спине. – Так я не против.
Другого приглашения ей не потребовалось. Ив не смогла сдержать стон, когда опустилась на его возбужденный член. Было необычно, но в этом положении именно она могла делать с ним все, что ей захочется.
Победно улыбнувшись, она поймала взгляд Ригана и впилась поцелуем в его губы. Она начала с издевательски-медленных движений, возвращая ему ожидание, но очень быстро потерялась в ощущениях, ласках и взгляде светло-серых глаз, который сводил ее с ума.
Риган мягко поддерживал ее за бедра, словно Ив была пушинкой. Она испытывала невероятное наслаждение, которое с каждым движением становилось все ярче. Во время оргазма Ригану пришлось скрывать поцелуем ее крик.
Ив рухнула на него, сильно сжимаясь, и в тот же миг Риган впился зубами в ее шею над воротом платья. Руки с силой сжались на ее запястьях, не позволяя двинуться и причинить себе вред. За несколько дней Ив привыкла к тому, что Риган кусается во время сексуальных игр, и послушно расслабилась в его объятиях. В этом была особая прелесть, иногда она даже возбуждалась вновь, но сейчас слишком устала – сумасшедший коктейль эмоций сделал свое дело.
Ив потянулась за новым поцелуем, ощущая знакомый металлический привкус на губах. С той ночи он никогда не пил ее, только пробовал на вкус снова и снова, и за это она была ему благодарна. Вряд ли она протянула бы долго такими темпами, как во время их первой близости. Она уже не раз задумывалась: каково это, быть Им? Кровь приносила Ригану не меньше удовольствия, чем блаженство их секса.
Он погладил ее по голове, позволив свернуться клубочком у себя на руках, и тут к ним все-таки заглянул проводник.
– Месье, мадам, прошу… – он замер на полуслове, оценив обстановку, оголенное бедро Ив, деталь ее туалета на полу, и лицо его стало пунцовым. – Что… вы… тут… разбросали… Это возмутительно!!! Я сообщу…
– Черт бы подрал этих моралистов в самом непристойном смысле слова драть, – беззлобно перебил его Риган. Устроил Ив на сиденье, поднялся, и сунул ему под нос ее панталоны.
– Месье, это женские панталоны. В вашем возрасте пора бы знать, – он покрутил их на пальце и на глазах абсолютно обалдевшего проводника отправил обратно на сиденье, перехватил его взгляд. – А вообще, забудьте о том, что вы только что видели, идите в вагон-ресторан и соблазните шеф-повара прямо на рабочем месте.
Лицо проводника, сменившее несколько оттенков красного, утратило всякое выражение, взгляд стал бессмысленным. Он повернулся и зашагал по проходу, Риган помахал ему рукой и вернулся на свое место.
– Ох уж мне эти высокоморальные мальчики, – фыркнул он.
Ив не знала смеяться или плакать. То, что случилось между ними, было божественно, и все же она нарушила все правила приличия, какие только возможно. Лицо проводника действительно было комичным, а она сама заливалась румянцем от стыда. Что Риган только что сделал и почему тот так безропотно и безоговорочно ушел?
Она сгорала от любопытства расспросить его обо всем, но нужно было что-то сделать с собственным внешним видом. Растрепанная оборванка, путешествующая первым классом выглядела нелепо. Она подобрала белье, которое теперь нуждалось в стирке, и вручила его Ригану.
– В следующий раз будьте сдержанней, – попросила Ив. – Я не хочу остаться без одежды.
На следующей же остановке она переоделась, после чего почувствовала себя намного лучше. Хотя и не была уверена, что ей придется долго ходить в целом платье.
Ночью снова не удалось поспать, разве что задремать на его плече ближе к утру, в блаженной истоме. А ближе к обеду Ив с аппетитом налегала на мясные блюда, чтобы не терять сознание. Весь следующий день им предстояло провести в пути, и она впервые решилась спросить у Ригана про ему подобных.
– Вы всегда были таким? Пили кровь женщин и боялись солнца?
– Лично я, – он задумчиво подцепил вилкой кусочек слоеного пирога и отправил его в рот. – Такой всего девяносто лет. А кровь женщин… честно говоря, я и мужчин ем, я не феминист. Просто привык совмещать приятное с полезным, а во втором случае это не прокатит.
Девяносто лет?! Ив не скрывала изумления. Перед ней сидел человек, который годился ей в дедушки. Риган выглядел на двадцать семь: высокий статный, легкие морщинки в уголках глаз появлялись, только когда он улыбался.