Эпизоды индейских войн в Северной Америке. Часть первая

Анатолий Павлович Смирнов Переводчик

© Эдвард Эллис, 2024

© Анатолий Павлович Смирнов, перевод, 2024

ISBN 978-5-0064-9649-1 (т. 1)

ISBN 978-5-0064-9648-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Эдвард Сильвестр Эллис (1840 – 1916)

Предисловие

История индейских войн Соединенных Штатов – это история непрерывной череды ошибок, мошенничества, угнетения, несправедливости и преступлений, которые являются упреком для нашей нации. Яркие страницы в летописях сияют еще ярче из-за их контраста с реальной окружающей тьмой. Никто не может оценить количество уничтоженной собственности, количество принесенных в жертву жизней и ущерб, нанесенный цивилизации и прогрессу нашими отношениями с индейцами. У нас есть два класса экстремистов: те, кто утверждает, что есть только один хороший индеец, и он мертв, и те, кто считает, что краснокожий человек был неизменной жертвой, а не преступником, во всех бедах белых людей. Последнее является правдой и в большинстве случаев, неоспоримо, но столь же верно и то, что не раз предательство, жестокость и зверства индейцев не имели и тени оправдания. Проблема индейцев все еще стоит перед нами, но знание нашей истории и знакомство с точками зрения тех, кто годами изучал черты, привычки, особенности и природу краснокожего человека, и кто понимает его аномальное положение среди нас, должны позволить всем найти истинный ответ на вопрос, который привел к потере стольких жизней.

Глава I. Североамериканские индейцы

Никто не знает, откуда пришли североамериканские индейцы. Существует множество гениальных теорий, объясняющих их присутствие на нашем континенте. Одна из них, которая сейчас общепринята, заключается в том, что их предки нашли свой путь из Азии через Берингов пролив много веков назад и, мигрируя на юг, постепенно распространились по Северной и Южной Америке. Последние научные исследования добавляют обоснованности этой теории.

За исключением, возможно, эскимосов, индейцы обладают общим сходством. Их характеристики таковы: кожа коричневая или цвета корицы; волосы длинные, черные и прямые; борода редкая; глаза глубоко посаженные; нос широкий, но выступающий; губы полные и округлые; лицо широкое на щеках, которые выступают, но менее угловатые, чем у монгольского типа людей. Общая форма головы квадратная, с низким, но широким лбом, затылок приподнят, макушка приподнята, мощные челюсти. Теменная область также сильно развита, глазницы большие, ступни и руки маленькие и пропорциональные, зубы белые и здоровые. Рост, хотя и не выше, чем у других рас, в некоторых случаях показывает заметную разницу. Осейджи высокие, в то время как шошоны ниже среднего роста. Мышечное развитие американских индейцев невелико, и тела проявляют тенденцию к полноте, когда пищи много; а их привычное поведение вялое. Они уступают белой расе в трудах, требующих компактности мышц и длительного напряжения. Цвет лица варьируется от темно-коричневого у калифорнийских племен до почти белого у манданов и чинуков. Борода редкая, за исключением атапасков, и ее росту препятствует их обычай выщипывать ее. У индейцев тусклые, сонные глаза, в которых мало огня, если только его страсти не возбуждаются. Черты лица часто правильные и выражают благородство. Многие из их женщин красивы. Кожа индейца гладкая, нежная и тоньше, чем у белых рас. Индеец надменен и молчалив, но бдителен и хитер в неожиданных ситуациях, настойчив в преследовании и мстителен в уничтожении своих врагов. Он жесток к пленным, взятым на войне, независимо от пола или возраста, и когда сам оказывается в плену, стоически переносит самые ужасные пытки. Он ленив в мирное время, за исключением случаев, когда занят охотой или развлечениями; гостеприимен и благодарен за подарки.

Американский индеец проявляет почтение к возрасту и сильную любовь к детям. Их военные танцы, колдовство и многочисленные церемонии отмечены излишествами и нелепостями, характерными для низших форм варварства. Брак у них, как правило, расторгается по желанию сторон. Полигамия распространена, и женщины подвергаются всем тяготам труда. Индеец суеверен, он верят в существование Высшего Существа, воплощающего принцип необычайной благосклонности, и которому надлежит быть благодарным за все удачные события жизни. С другой стороны, они боятся духа зла, который, как они верят, также принимает активное участие в их жизнях.

У индейцев Северной и Южной Америки более четырехсот языков и двух тысяч диалектов. Тем не менее, каждое племя обладает своими особенностями, и его члены легко различаются по своим внешним чертам и одежде.

При таком огромном количестве племен, многие из которых насчитывают всего несколько сотен членов, классификация затруднена. Однако индейцы, которые в настоящее время занимают нашу территорию, могут быть классифицированы следующим образом:

Семейство пауни-арапахо, включающее:

– пауни

– арапахо

– джетанов, которых испанцы называют команчами

Колумбийское семейство:

– тушапо

– мальтнома

– змеи или плоскоголовые

– шошоны

– чиллукиттекуа

Семья сиу-осейджей:

– сиу или дакота, самые могущественные из независимых аборигенов, которые делятся на собственно дакота и ассинибойнов, причем последние живут в союзе с чиппевами

– омава или маха, подразделяющиеся на несколько племен

– осейджи, подразделяющиеся на три племени.

Семья мобайл-натчес или флоридская. Включает шесть основных независимых ветвей, каждая из которых подразделяется на несколько племен:

– натчес, которые почти вымерли, остатки разбросаны среди криков и чокто

– мускогги или крики, самые многочисленные из первоначальных племен, состоящие из верхних и нижних криков, последние из которых называются семинолами

– чикасо – чокто – чероки

Семья могавков, гуронов или ирокезов, которая когда-то образовала самую мощную индейскую конфедерацию на этом континенте, включает в себя большое разнообразие племен:

– могавки, которые вместе с сенеками, каюгами, онейдами и онондагами создали «Конфедерацию пяти наций», которые впоследствии стали «Шестью Нациями», добавив тускароров. В нее также входят канои, молигане и нантикоки.

Семья ленапе:

– кикапу

– саки, сохи и оттогаме, называемые также фоксами

– майами

– иллинойсы

– потаватоми

– виннебаго

– делавары или лени-ленапе

– могикане

– абенаки

– микмаки

– алгонкины

– чиппева

Апачи, сыгравшие столь видную роль в наших последних индейских войнах, принадлежат к мексиканской семье.

Глава II. Первые английские поселения и первые индейские войны

История индейских войн в этой стране по праву начинается с первого поселения. Было остроумно и с некоторой долей правды сказано, что когда пионеры Новой Англии высадились на наших берегах, они сначала упали на колени, а затем на аборигенов.

Сент-Огастин (белая стрелка)

Прошло более ста лет после открытия Америки Колумбом, прежде чем французские, голландские или английские колонии прочно обосновалась на ее земле. В Американской Испании было небольшое поселение в Сент-Огастине, * основанное в 1565 году, которое, несмотря на многие страдания, держалось, но остальная территория, охватывающая миллионы квадратных миль, была заселена только краснокожими индейцами и дикими зверями.

* Сент-Огастин – старейший город США в северо-восточной части штата Флорида – А.С.

Границы колонии Вирджиния с 1607 по 1776 год на современной карте США. Джеймстаун (белая стрелка). Западная граница современного штата Вирджиния значительно сместилась на восток, теперь там расположен штат Кентукки, а к северу – штат Западная Вирджиния

После нескольких безрезультатных попыток Англии основать колонию в этой стране, король Яков I предоставил патент или хартию двум компаниям, по которому они получили в дар весь континент Северной Америки от тридцать четвертой до сорок пятой параллели. Это не мешало французам на севере и испанцам на юге, но патент включал все нынешние штаты вдоль Атлантического побережья, к северу от Южной Каролины, за исключением части Мэна. Название, данное этому огромному участку, было «Вирджиния».

Хартия короля разделила эту территорию на две части. Южная половина принадлежала Лондонской компании, а северная – Плимутской компании, с мудрым условием, что их ближайшие колонии должны разделяться нейтральной полосой шириной в сто миль и между колониями не должны допускаться ссоры.

Река Кеннебек (белая стрелка)

Последовали попытки поселения. Колонисты Мэна прибыли в устье Кеннебека в августе 1607 года, но были настолько обескуражены перспективой пребывания там, что не задержались надолго. Большинство из них вернулись в Англию осенью того же года. Несколько человек остались до следующей весны, когда их лидер, Джордж Попхэм, умер, остальные вернулись на родину. Они привезли с собой такие мрачные вести о негостеприимном климате, что прошло двенадцать лет, прежде чем была предпринята следующая попытка заселения Новой Англии.

В декабре 1606 года Лондонская компания отправила три судна на борту которых находилось сто пять мужчин и ни одной женщины. Самым известным членом компании был капитан Джон Смит, который вел жизнь, полную странных приключений, которые продолжились в Новом Свете. Колония высадилась на полуострове, примерно в сорока милях от устья реки, которую они назвали Джеймсом в честь короля, и основала поселение Джеймстаун. Осталось всего несколько руин, отмечающих место первого английского поселения в этом месте.

Новая колония страдала от жары и других неудобств. Наступило время, когда, вероятно, все поселенцы погибли бы, если бы не доброта индейцев, которые дали им еду. Всем известна история о спасении капитана Джона Смита от смерти Покахонтас, * дочерью великого индейского вождя Поухатана, в результате чего Поухатан стал другом англичан и поддерживал эту дружбу до конца жизни.

* Более подробно история знаменитой Покахонтас изложена в книге «Индейские войны в Истории США. Часть первая». Книга доступна в электронном и печатном виде в интернет-магазинах Литрес, Озон и Wildberries – А.С.

Брак Покахонтас с англичанином Рольфом состоялся в 1613 году. Поухатан умер пять лет спустя, и его преемником стал его брат Опеканканоу, который ненавидел английских захватчиков. Но он был проницателен и обладал всей общеизвестной хитростью своей расы. Он решил истребить всех незваных гостей.

Вождь был слишком мудр, чтобы открыто атаковать или дать знать, что он враг англичан. Поэтому он действовал как их друг, строя планы их гибели, скрывая их так тщательно, что соседние племена, которые были дружелюбны к белым, не подозревали о его намерениях. В глубине дремучих лесов краснокожие заговорщики проводили тайные собрания, на которых раздували огонь ненависти и совершенствовали свой план убивать каждого белого человека, который входил в их охотничьи угодья.

Ужасный удар был нанесен Опеканкано в марте 1622 года, когда его воины обрушились на британские поселения. Со своими ужасающими воплями индейцы напали на поселенцев, многие из которых были настолько неподготовлены, что у них даже не было оружия, которым они могли защищаться. Возраст, пол, болезнь, прежняя дружба не помогли остановить бурю индейского гнева. В течение одного часа были убиты триста сорок семь мужчин, женщин и детей, а восемьдесят цветущих плантаций, высаженных вдоль реки Джеймс, были уничтожены. Только англичане на шести плантациях смогли спастись благодаря предупреждению дружественного индейца, который принес весть в Джеймстаун в ночь перед днем, назначенным для резни. Из Джеймстауна были отправлены гонцы, чтобы предупредить все поселения, но они были разбросаны на таком большом расстоянии вдоль реки, что до многих не удалось вовремя добраться.

За этим злодеянием последовало быстрое возмездие. Поселенцы провели следующее лето, укрепляя свои владения против дальнейших нападений и готовясь отомстить за атаки краснокожих. Они пренебрегли всеми другими занятиями, даже посадкой своих сельскохозяйственных культур. Не нужно говорить, что белые люди были столь же жестоки, как индейцы. Они не проявляли к ним милосердия и прибегали к тем же методам, которые использовали их враги. Более того, поселенцы притворялись, что готовы заключить с индейцами мир, но когда ничего не подозревающие воины и вожди встретились с англичанами, последние, используя численное превосходство набросились и убили многих индейцев, прибывших на встречу.

Вождь Опеканкано среди индейцев

Некоторое время считалось, что среди убитых был и великий вождь Опеканкано, но старик объявился двадцать два года спустя и нанес колонистам еще один страшный удар. Никто лучше него не понимал важности терпения и выжидания, поэтому, когда настал час действовать, ему было около восьмидесяти лет, и он был настолько слаб, что его пришлось нести на носилках во главе своих воинов.

Опеканкано хорошо справился со своей задачей. Все индейцы на шестьсот миль вокруг были в заговоре. Роковая драма началась в апреле 1644 года, когда было совершено массовое нападение вдоль границы колонии. Резня продолжалась два дня, в течение которых было убито от трехсот до пятисот белых, наибольшие разрушения были вдоль рек Йорк и Памунки, где Опеканкано командовал лично. Уильям Беркли * с вооруженными мушкетами воинами остановил продвижение индейцев, а затем их сильно потеснил.

* Уильям Беркли (1605 – 1677) – английский губернатор колонии Вирджиния. По возможности пытался поддерживать дружеские отношения с индейцами. Добился того, что в 1646 году вожди соседних с колонией индейских племен признали верховенство короля Англии, и в результате проведенного разграничения территорий колонистам было запрещено появляться на землях индейцев, а индейцам на землях колонистов. – А.С.

Сражение было отчаянным, вождь Опеканкано был взят в плен. К этому времени он был настолько истощен и измотан, что, как говорят, не мог даже поднять веки. Тем не менее, его с триумфом доставили в Джеймстаун.

Когда вождя поместили в отведенный ему дом, он потребовал встречи с губернатором. Когда появился Беркли, разгневанный вождь сказал:

«Если бы мне посчастливилось взять Уильяма Беркли в плен, я бы не стал подло выставлять его напоказ своему народу».

Пленного вождя Опеканкано проносят по улицам Джеймстауна

Есть сведения, что следующей ночью старый вождь был застрелен английским солдатом, назначенным его охранять.

После такого поражения индейцы притихли, и наступил мир, продолжавшийся тридцать лет.

Глава III. Истребление пекуотов

21 декабря 1620 года пилигримы, числом 102 человека, высадились с корабля «Мэйфлауэр» на суровом побережье Кейп-Кода. Все они были сильными, крепкими людьми, изгнанными из своих домов в Старом Свете религиозными преследованиями и хорошо подготовленными к тому, чтобы стать основателями новой нации в Новом Свете.

Мыс Кейп-Код (белая стрелка)

Их страдания были ужасными. Через некоторое время половина небольшой группы умерла, и наступил горестный период, когда в колонии осталось всего семь здоровых человек. Но они упорно держались, и постепенно наступило процветание, хотя оно и не пришло быстро.

К счастью, индейцы не тревожили их. Если бы они это сделали, то могли бы легко истребить небольшую группу. Удивление первопроходцев было велико, когда однажды ранней весной из леса вышел индеец и приветствовал их словами:

«Добро пожаловать, англичане! Добро пожаловать. Англичане!»

Этим краснокожим человеком был Самосет, который несколько лет назад выучил несколько слов по-английски у рыбаков на побережье Мэна. Он принадлежал к племени вампаноагов, вождем которого был Массасойт.

Самосет был встречен так любезно, что стал преданным другом поселенцев и через несколько дней нанес еще один визит в сопровождении Массасойта, вождя племени. Вождя приняли с таким же гостеприимством, в результате чего он заключил союз с англичанами, по которому оба народа должны были воздерживаться от вреда и помогать друг другу против всех врагов. Этот договор добросовестно соблюдался в течение полувека, и Массасойт обеспечил подчинение королю Якову девяти других племен.

В результате такой гуманности и мудрости со стороны пионеров, а также политике Уильяма Пенна, * наступил период, который является одним из самых поразительных уроков в истории нашей страны.

* Уильям Пенн (1644 – 1718) – основатель и глава колонии, которую назвали Пенсильванией —А.С.

Пока пилигримы трудились и страдали в Плимуте, другие, но довольно слабые поселения были основаны вдоль побережья. 29 июня 1629 года пять судов, одним из которых был тот же знаменитый «Мэйфлауэр», вошли в гавань, сейчас называется гаванью Сэлем. Они привезли четыреста пассажиров, а также крупный рогатый скот, коз и сельскохозяйственные орудия. Их отправила новая английская корпорация под названием «Губернатор и компания залива Массачусетс в Новой Англии». Королевский патент на их земли простирался от Мерримака до нынешнего города город Бостон.

Река Мерримак (голубая стрелка), Бостон (желтая стрелка), Сэйлем (белая стрелка), Роксбери (коричневая стрелка), Уотертаун (черная стрелка)

Новая колония была известна как колония залива Массачусетс. Джон Уинтроп прибыл в следующем году в качестве нового губернатора, приведя с собой восемьсот колонистов. Среди вновь прибывших было много богатых, культурных и влиятельных людей, и это поселение затмило скромную колонию в Плимуте. Они основали город Сэйлем, а затем поселились в Бостоне, Роксбери и Уотертауне и в менее важных местах.

Две колонии долгое время были независимыми. Массачусетский залив процветал больше, чем Плимут, и в 1692 году колонии объединились под названием Массачусетс, которое произошло от названия одного из соседних индейских племен.

Однажды летом 1636 года Джон Гэллап из Бостона плыл на небольшом рыбацком судне со своим товарищем и двумя мальчиками, когда около острова Блок его внимание привлекло странное поведение другого рыбацкого судна. Оно дрейфовало, хлопая парусами, и Гэллап был уверен, что на борту никого нет, если бы не увидел несколько человек, двигающихся по палубе.

«На судне что-то не так», – сказал Гэллап своим товарищам, направляя свое судно к другому, в котором он вскоре узнал парусник своего соседа.

Еще на некотором расстоянии он увидел, как индейское каноэ отошло от судна и поспешно поплыло к берегу. Пристальный взгляд на фигуры на палубе показал, что это были индейцы. Не было сомнений, что краснокожие убили тех белых, кто был на борту, и завладели судном.

Гэллап был храбрым человеком. У него было два ружья, два пистолета и много боеприпасов. Он приказал своим товарищам править прямо к другому судну, а сам, встав на носу, открыл огонь по индейцам. Он был одним из лучших стрелков на границе и целился с такой тщательностью, что каждый раз, когда он нажимал на курок, падал краснокожий.

Судно Гэллапа направлялось прямо на другое, и индейцы так перепугались, что многие побежали под палубу, чтобы спастись от свистящих пуль, так как мальчики и другой мужчина присоединились к стрельбе. Минуту спустя судно Гэллапа врезалось в другое, и шесть испуганных индейцев прыгнули в воду. Отскочив, судно ударило во второй раз, и все дикари, за исключением четверых, прыгнули в море. Гэллап и его товарищи перепрыгнули через планшир и напали на дикарей с такой яростью, что еще двое прыгнули в море, в то время как оставшаяся пара молила о пощаде и была взята в плен.

Судно Гэллопа атакует захваченный индейцами парусник

Индейцами, захватившими парусник, были пекуоты. Губернатор Вейн, узнав о происшествии, отправил девяносто человек на остров Блок, где они атаковали и разогнали племя дикарей, сожгли их хижины и вернулись в Бостон, не потеряв ни одного человека. Кампания против пекуотов была столь мелкомасштабной, что вместо того, чтобы устрашить, она их разозлила и подстегнула краснокожих к еще большей враждебности. Как и Опеканкано, они решили истребить всех белых людей в стране.

Это был грандиозный план, но пекуоты знали, что бесполезно начинать войну без помощи других племен. Их старые враги, наррагансетты, могли выставить на тропу войны пять тысяч воинов, и, если бы они объединили свои силы с пекуотами, были бы основания надеяться на успех. Соответственно, к наррагансеттам были отправлены гонцы, и все искусство и способы убеждения, известные индейским ораторам, были использованы, чтобы привлечь бывших врагов к союзу. Успех был почти достигнут, когда Роджер Уильямс, проповедник, изгнанный из Новой Англии и живший среди наррагансеттов, склонил чашу весов в пользу англичан, и возможные союзники отказались присоединиться к пекуотам.

Отчаявшись, пекуоты в одиночку начали войну с тайных нападений на хижины и расстреливая рабочих на полях. Если они захватывали пленника, что случалось довольно часто, они казнили его, предварительно подвергнув пыткам. Осмелев от успеха, они атаковали маленький городок Уэзерсфилд и чуть не захватили его. У индейцев была тысяча воинов, и их действия стали настолько угрожающими, что колония Коннектикут умоляла Плимут (город в 55 км к юго-востоку от Бостона) и колонию Массачусетского залива прийти на помощь.

В ответ было отправлено девяносто человек под командованием капитана Мейсона, который был ветераном войн с индейцами. Перед тем, как покинуть Хартфорд, большую часть ночи ополченцы провели в молитвах. Семьдесят могикан под командованием Ункаса, вождя этого племени, пошли с англичанами. Были некоторые подозрения относительно лояльности этих смуглых союзников, но они остались верны белым людям.

К Мейсону присоединился капитан Андерхилл, командовавший ополчением Коннектикута, и было решено атаковать пекуотов с тыла, пройдя через страну наррагансеттов. Соответственно, вечером 20 мая три небольших судна с войсками двинулись на восток вдоль побережья и вошли в залив Нарагенсетт. Следующий день, воскресенье, был посвящен религиозным обрядам, а шторм помешал высадке до 23 мая.

Залив Нарагансетт (голубая стрелка), Хартфорд (белая стрелка), Гротон (желтая стрелка)

Когда войска 25 мая приблизились к главному укреплению пекуотов на возвышенности (в нынешнем городе Гротон, штат Коннектикут), и союзники-могикане и присоединившиеся к англичанам нарраганскетты были напуганы почти до паники. Они остановились и держались на безопасном расстоянии от укрепления.

Индейский форт представлял собой частокол, опоясывающий круг площадью более акра (4046 кв. м). Высота частокола была около дюжины футов (3,6 м), бревна были установлены так плотно, что человек не мог протиснуться между ними, в то время как у индейцев было достаточно интервалов, чтобы использовать свои луки. Внутри частокола располагались ряды вигвамов.

Притаившись в лесу, белые ополченцы услышали звуки грубого веселья и кутежа, доносящиеся из укрепления. Не подозревая об опасности, краснокожие развлекались в своей шумной манере и, возможно, занимались пытками какого-то пленника, что всегда вызывало веселье у дикарей.

Осторожно проведенная разведка обнаружила два входа в форт пекуотов. Они находились напротив друг друга и были защищены лишь тонкими жердями. Было решено совершить одновременный рывок через два этих прохода.

Первые проблески света еще не появились на востоке, когда сторожевая собака около восточного входа обнаружила несколько темных фигур в лунном свете, крадущихся по земле к форту. Пес залаял, и сонные часовые, вскочив, издали крик:

«Owanux! Owanux!» (Англичане! Англичане!)

Капитан Мейсон выскочил из кустов и со своими солдатами и первым вступил в бой.

Андерхилл, услышав звуки боя, атаковал укрепление с другой стороны.

Пекуоты были одними из самых храбрых воинов, и они сражались с отчаянием и доблестью, которые вскоре заставили нападавших отступить.