Сквозь тени 90-x. Банды и магия
- -
- 100%
- +
Процессия из двадцати учеников направилась на школьное поле, за которым в несколько рядов росли сосны. За деревьями находилась площадка – именно там обычно выясняли отношения все желающие. Широкая стена по периметру образовательного учреждения и густая растительность с противоположной стороны скрывали обзор с окон школы и главной дороги.
На подобных разборках среди школьников принято перед состязанием оговаривать условия. Один на один? До потери сознания или первой крови? И прочее.
Кабан, разумеется, предложил бой до потери сознания. Он намеревался прилюдно меня проучить, нанести максимум ущерба, чтобы подкрепить свою славу главного школьного беспредельщика и дальше собирать дань со слабых духом бедолаг. Если одна из сторон предлагала драться до состояния отключки, отказ считался трусостью, поэтому я согласился. Так даже лучше. Но решил добавить условий.
– Кабан, давай так. Если побеждаю, ты возвращаешь те тридцать три тысячи, что я одолжил тебе ранее, плюс проценты, итого – пятьдесят. Если побеждаешь ты, буду платить тебе каждый месяц, но уже по двадцать тысяч. Согласен? Или зассал?
Я выстроил речь таким образом, чтобы заинтересовать Кабана и получить утвердительный ответ.
– Согласен, даю слово пацана. Тебя просить о том же не буду, ведь никакой ты не пацан.
Кодла прыснула хохотом, остальные девчонки с мальчишками выдали сдавленные смешки. Кстати, Аверьян, понятное дело, подобное мероприятие не посетил. Мой, в скором времени бывший друг – Пашка, сейчас не веселился, он едва не ревел, представляя унизительную и болезненную расправу.
Я обратил внимание на скромницу Катю, которая взволнованно следила за мной, не отводя глаз. Она всегда была немного странной мадемуазель: теряла дар речи и ходила с опущенной головой. Более бойкие девчонки часто издевались над ней, но она лишь молча терпела. Училась хорошо. Мне было непонятно, что она делает на этой площадке для выяснения отношений. Ей явно было бы лучше сидеть дома за тетрадками, пылящимися на столе.
– Без ног? – спросил я.
По понятиям криминальной шпане старшие запрещали пользоваться ногами при нанесении побоев – это считалось неуважением. Ногами можно бить только людей опущенных, а иначе потом кидали крупные предъявы. За такое старшие наказывали молодняк.
– Лично я без ног, хотя черту и не западло напинать. А ты как хочешь, все равно не поможет.
Слово – не воробей. Только что он дал сопернику преимущество, а на уличные понятия мне плевать. Это не рыцарский поединок.
Я принялся разминать руки круговыми движениями. Новое тело было слабым, не хватало еще растянуть неразогретые мышцы или получить другую травму из-за недостаточной разминки. Попрыгал на месте, присел несколько раз, совершил вращения корпусом.
Кабан сложил руки на груди, закатил глаза и сказал:
– Долго еще тянуть будешь? Понимаю, перед смертью не надышишься. Шевелись давай.
После этой фразы одноклассники не на шутку встрепенулись в ожидании кровавого зрелища. Катя стремительно пошатнулась, как воздушный змей под порывом внезапного косого ветра.
Что ж, всё идет по моему плану. Отличный способ придать духовитости новому телу.
– Погнали, – коротко бросил я.
Кабан встал в стандартную гоповскую стойку. Выставил кулаки перед лицом – так учили старшие. Короткие прямые удары с отсутствием замахов являлись эффективными против неопытных ребят. Только вот корпус у таких драчунов оставался открыт.
Двигаюсь навстречу и в этот самый миг ощущаю паническую атаку. Твою мать! Руки непроизвольно опускаются из классической боксерской позы. Не знаю каким чудом, но уклоняюсь от выпущенной двойки в мой адрес. Кабан мощно прикладывает меня под дых, да с такой силой, что я отлетаю на шаг назад и падаю, выставив руки.
– И все? А понтов-то было. Вставай, я подожду, – довольно произнес одноклассник.
Тело оцепенело, дикий первобытный страх завладел мной. Настало время применить одну ментальную психотехнику. Благо, для этого не требовалось обладание даром ведуна, каждый человек мог использовать. Я называл эту технику «огненный воин». Суть заключалась в том, чтобы в момент паники представить себя объятым пламенем. Но не в том, которое могло меня обжечь, а в том, что сжигало все страхи. Затем шла эмоциональная разгонка ярости, в которой я визуализировал себя берсеркером или викингом и разрубал страх ярко пылающими топорами.
Метод работал безотказно и отлично помогал против вражеских ментальных ведунов, что любили использовать заклинание страха. Долгие годы практики позволяли мне на автомате выполнить все шаги буквально за секунду. Помогло и в этот раз. Я вскочил, откашлялся и предложил продолжить. Обратил внимание на то, что Катя упала в обморок. Никто не пытался привести её в чувства. Девушка лежала бревном в сугробе.
Теперь-то повоюем! Азарт и юношеская удаль кипятят мою кровь, но рассудок остается холодным. Обманный финт правой, отскок назад, фронт кик (прямой удар ногой) в живот. Руки Кабана тут же опускаются. Сокращаю дистанцию и пробиваю кроссом в челюсть. Соперник отступает на несколько шагов назад. Выдается пауза, наполненная всеобщей тишиной. Слышно лишь, как ветер колышет верхушки сосен.
Пора заканчивать. Своей цели уже добился и преодолел страх Славы. Можно было бы еще поиграться с Кабаном, унизить его по максимуму, но я не был достаточно зол. Уважаю его крепость духа и смелость, несмотря на гоповские повадки. К тому же, он мне завтра денег должен принести, так что позволю проиграть без лишнего позора.
Соперник держался на ногах лишь благодаря волевым качествам. Последовал хук в висок. Я рассчитал силу – не хватало еще попасть в криминальные сводки. Кабан отключился и упал навзничь. Один из его корешей успел подхватить падающее тело.
– Бычок, тебе хана! – крикнул самый смелый из кодлы.
– Тот, кто еще хоть раз меня назовет Бычком – за глаза или в лицо – окажется на месте Кабана, – объявил я во всеуслышание, а потом перевел взгляд на дерзкого крикуна. – Юрка, ты понял меня?
Одноклассник молчал. Я двинулся навстречу, и, не дойдя нескольких шагов, услышал желаемое.
– Да понял я! Понял… не дурак.
Шокированные одноклассники постепенно начали расходиться, при этом робко перешептываясь. А я ждал, когда Кабан придет в себя. Юрка ударил сидящего на снегу друга несколько раз хлесткой пощечиной, и тот нехотя очнулся. Я подошел и присел на корточки рядом с ним.
– Кабан, претензий у меня к тебе нет. Не забудь, что ты дал мне слово пацана. Завтра жду пятьдесят косарей. Удар держишь крепко, красавчик.
Я протянул руку для рукопожатия, но не потому, что безмерно уважал Кабана. По понятиям удар ладонями закреплял результат. Чувствовал, что одноклассник ответит взаимностью. Проникся достойным проигрышем.
Кодла двинулась восвояси, я тоже решил ретироваться. Дошел до деревьев и боковым зрением заметил ее. Катю никто так и не привел в чувства, она до сих пор лежала в сугробе. Ну что за люди такие!
Опять сел на корточки, потормошил за плечо девушку.
– Катя, Катя-я-я! Ау! Просыпаемся, ты приехала, следующая остановка: завод минеральных вод.
Решил подшутить, дабы девушка не пустилась в истерику. Она открыла глаза и увидела мою руку на своем плече. На бледном лице заиграл румянец. Катя томно вдохнула воздух.
– Слава, ты живой? Как прекрасно, – произнесла потеряшка и по-доброму засияла.
Я даже и не помню, чтобы она когда-то улыбалась. Такое выражение лица ее определенно красило.
– Все в порядке, жив, цел. Идти сможешь сама?
– Не уверена, голова что-то кружится совсем, – лукавым голосом прочирикала одноклассница.
– Ладно, провожу. Только поторопись, а то у меня дел много.
Мы молча шли по улице, и я никак не мог не обратить внимание на то, что Катя светится от счастья. Неужели влюбилась, глупышка? От мыслей меня прервали слова спутницы.
– Знаешь, Слава, мне еще никогда портфель не носили.
Вот ведь вляпался. Обычная человечность воспринята за ухаживание. Хотя ладно, пусть девчонка порадуется. Если не начнет строить воздушных замков, то, ради бога.
На душе слегка саднил тот факт, что в данный момент я трачу время впустую. Катя еще идет так медленно… Но, с другой стороны, я не робот, и коль появилась возможность прожить молодость второй раз, то почему бы и нет? Легко перегореть, если смотреть на бытие слишком серьезно.
Не знал, что сказать, потому продолжал молчать. Мы дошли до пятиэтажки, где обитала одноклассница.
– А у тебя есть девушка? – прямо спросила Катя, при этом смущённо и плавно ковыряя асфальт носком сапожка, водя ступней то влево, то вправо.
В голове загорелась красная лампочка.
– В моем сердце живет одна неземная богиня, которую я буду любить вечно. Мне грустно оттого, что она сейчас далеко, – ответил я и вручил портфель Кате.
Покидая ее двор, единожды оглянулся. Одноклассница ссутулилась и смотрела себе под ноги… от былой лучезарной улыбки не осталось и следа. Неудобно получилось, но унывать вообще не хотелось.
По пути зашел в магазин. Обилием товаров полки не радовали.
– Здравствуйте. Вот вам три тысячи. Мне, пожалуйста, буханку черного и на сдачу пряники.
– Доброго дня. Хорошо! – доброжелательно сказала полненькая продавщица в синем фартуке и пилотке.
Женщина отсыпала в пластиковый пакет несколько пряников, что продавались на развес, а потом сверху добавила еще несколько сломанных и улыбнулась.
Радостно прихватил мучные изделия и помчался домой, не забыв мысленно поблагодарить вчерашних спонсоров сегодняшнего чаепития.
Ключ повернулся в двери, встречай, берлога.
Хмурый отец выскочил из зала. На нем были надеты боксерские перчатки.
– Ну и чем я провинился сегодня? – задал я вопрос предку угнетенным голосом.
Тот взял паузу в несколько секунд, корча серьезную рожу, и, не выдержав, заржал.
– Сынок ты мой, поляну замутил? Уважаю! Но это потом, отвори верхнюю полку, – приказным тоном произнес отец, но при этом не сдерживал улыбки.
Я открыл ту самую полку, с которой вчера пьяный предок достал перчатки, и обнаружил там еще одну пару черного цвета. Его, к слову, были синими.
– Готов к спаррингу?
– Всегда готов!
Советский бокс прекрасен и беспощаден. Однако время не стояло на месте, и спорт развивался. Поначалу батя пытался меня учить классическим связкам, например, двоечка, удар почтальона и прочее. Будучи в задорном настроении, я проводил контркомбинации, чем удивлял отца. Джеб, апперкот, хук. Апперкот с дальней, хук с передней. Джеб, хук, кросс. В зале грохотали удары, парированные перчатками оппонента. Разок мы даже уронили стол с пультом от телевизора.
В итоге учитель, каким себя видел отец, внезапно стал учеником.
– Ты где так поднатаскался? На мастера спорта же тянешь! – спросил отец.
– Дык помнишь кучку панков, с которыми я пропадал последние пару лет? Там один из них редкий бриллиант, что хоть завтра на мировую арену. Всегда хотел быть таким, как ты, потому и учился у него в свободное время.
Я играл на чувствах отца, как профессиональный гитарист на любимом инструменте. В моих планах на сегодня было провести день в тренировках: отжимания, приседания, растяжка. Сосредоточился на своих целях, когда вдруг неожиданно появился спарринг-партнер. Как же приятно! Внутри закипала радость – дополнительная поддержка и возможность отточить навыки. Это сделает тренировки намного интереснее и продуктивнее.
– Это тот здоровяк с кудрявыми волосами до пояса, что ли? Как его кличут? Мутаген?
– Именно!
– Ну нафиг. Думал обычный нефор-переросток. Скажу браткам, чтобы мимо проходили.
– Лучше обходите стороной, парень он отмороженный и с психикой там проблема. Все те, кто не носит косухи с длинными волосами, вызывают у него приступ ярости. А особенно его бесят бродяги с гопниками. Я и сам щас к нему не подойду с лысым-то черепом. – Решил нагнать я шороху, дабы моя ложь не вскрылась.
– Ничего, и не таких роняли. Чем больше шкаф, тем громче падает, – сказал залихватски отец. – А вообще, мне с Мутагеном делить нечего, пусть идет своей дорогой, пока на мой путь не встанет, – понуро продолжил он речь.
Глава 4
После спарринга мы уселись пить чай «Принцесса Нури» с пряниками, аромат которых заполнил комнату уютом. Теплый напиток согревал после напряженных тренировок, и в этот момент казалось, что усталость отступает. На весь остальной день и вечер я погрузился в плотные тренировки: отжимания, качание пресса, разнообразные упражнения. Отец ушел хулиганить на улицу, оставив меня наедине с собственными амбициями и рутинной дисциплиной. Каждый повтор становился шагом к цели, а энергия подгоняла к новым достижениям.
Тем же вечером – сходка «Тушаевских».
К безлюдному пустырю возле Воткинского шоссе вереницей стягивались члены группировки.
На одинокой баскетбольной площадке, примыкающей к заброшенному автокооперативу, собралась группа молодых людей во главе с Ахматом Тушаевым, ранее отбывавшим срок в тюрьме.
Лидер кавказской национальности провел будничные разговоры про сборы денег на общак, а также отправку чая и сигарет на зону. Далее последовала оценка действий молодняка в прошлых стычках с представителями других группировок. Закончив обсуждения, Ахмат спросил у штатного носителя списка посетителей:
– Прогульщики есть сегодня?
– Почти все на месте, только Махму́т по уважительной причине отсутствует. На похоронах дедушки был, сейчас проводит время с родителями, – после сверки с тетрадкой ответил косоглазый юноша в шапке-ушанке.
– Есть вообще вопросы у кого? Если нет, то разбег.
В центр круга неуверенно вышел Кабан.
– Тут дело такое. В общем, братва, в классе у меня учится терпила, Славиком зовут. Так вот, он исправно мне бабки нес не первый год, а сегодня вдруг на дыбы встал. Я ему стрелку забил после уроков. Перед махачем тот предложил мне платить больше в 10 раз каждый месяц, если я его уделаю, ну а если нет… то завтра принесу ему 50 косых. Вы же знаете, что в драке я хорош, тем более против такого дрыща. Сами понимаете, грех не воспользоваться возможностью. Ахмат, ты же сам меня учил так делать, верно? Рисковать. Этот Славик… он дрался как Брюс Ли. В общем, уложил он меня. А я слово пацана ему дал за уговор, поможете бабки собрать? Обещаю, при первой возможности верну.
Дослушав речь Кабана, Ахмат выругался и с презрением бросил испепеляющий взгляд.
– Дебил *цензура*, я тебя чему обучал? Никому никогда бабки не обещай, тем более, слово пацана не давай. Поплатился ты за то, что соперника недооценил. Лаванду мы тебе найдем, не переживай. Маду́к, накажи Кабаняру за проступок. И пусть каждому будет уроком.
В центр круга вышел крепкий кавказец. Самый старший и авторитетный среди шпаны, он явно был фаворитом Ахмата и метил на должность будущей правой руки. Мужчина внушал страх одним лишь своим видом. Его бешеный взгляд, полный агрессии, пронзал окружающих, словно меч. Каждый шрам на лице свидетельствовал о пережитых битвах и опасности, которую он таил в себе.
После череды крепких ударов Кабан свалился на землю. Под глазами красовались фингалы, а губы сочились кровью от нескольких рассечений.
– Вставай, Кабан, че разлегся? – яростно крикнул Ахмат.
Едва найдя в себе силы, Артур все же поднялся.
– Держи палтос, это бабки с общака. Значит так. Завтра отдаешь однокласснику, ну а потом заберем обратно еще и нагрузим. Сколько там у вас уроков, где живет Славик – все сообщишь Мадуку. А потом иди отдыхай.
– Спасибо, Ахмат. Не забуду, – благодарно сказал Кабан. – Только я не уверен, что Мадук в одиночку справится. Он мне как берцами по кишкам засадил, я даже увидеть не успел. Говорю вам, там юный Чак Норрис, мать его, не иначе!
Мадук хотел было возмутиться о том, что какой-то школьник может ему, опытному борцу, составить конкуренцию, но вдруг в разговор вступил иной член группировки в валенках по кличке Бомба́й.
– Погоди, ты сказал берцы? Это не лысый такой в косухе, то ли скин, то ли нефор?
– Ну да, все подходит, – почесав репу и утерев кровь с подбородка, ответил Кабан.
– Так этот каратист комнатный на днях меня с Ю́сиком разобул, конченый ваще. Сначала уронил по беспределу нас, ваще без причин из кустов выбежал и давай руками махать как мельница. Потом с меня берцы снял, а у Юсика карманы прошмонал, двадцать тысяч отжал. Так ведь, Юсик?
– Да! Внатуре, так все и было! Спортсмен, блин, зуб мне выбил. Кулаки его летали быстрее пуль. Я отвечаю! Такого только с волыны ложить, ну или на край, с арматурами толпой гасить.
Эта парочка не отличалась высоким интеллектом и не осознавала, что выставлять на показ свои недоразумения среди моталки – крайне неуместно. Их поведение вызывало недоумение у окружающих.
Мадук, услышав мнения, начал сопоставлять их и глубоко задумался. Глупым он не был, горячим – да.
– Ладно, Кабан молодой, ну а вы-то, почти старшаки уже… вас школьник отделал? – негодовал Ахмат.
Лидер еще пару минут яростно матерился. Ему хотелось взять Славика к себе в подопечные. Не так-то легко было найти опытных драчунов и завлечь в банду. Однако Ахмат уже сказал свое слово ранее и не был намерен менять курс.
– Кароче, сделаем так. Мадук, бери Юсика, Бомбая и еще пятерых ребят покрепче. Завтра его после школы по пути домой цепаните, ну а дальше сами знаете. Сильно не калечьте. Средь бела дня палевно. По лицу не бейте особо, по телу работайте. Главное – на бабки посадите покрепче. Все всё поняли? Расход!
Поздний вечер, квартира Огневых.
Приятная усталость нежными потоками плыла по телу. Долгая тренировка прошла весьма результативно. Завтра все мышцы будут болеть.
Мама уже вернулась с хлебокомбината и приготовила ужин. Сегодня у нас картошка по-французски в маринаде из лука. Именно такое блюдо заказал отец.
Подождал, пока родители поужинают, а после, когда на кухне выключился свет, принялся трапезничать и сам. Решил поймать момент, пока взрослые насытятся и пойдут к телевизору, ведь я претендовал на все оставшееся на столе! Половина кастрюли супа с картошкой и четверть буханки с парой пряников провалились в бездонный живот.
Направился спать. Именно в тот момент, когда я проходил возле зала, мать включила телевизор. Открылся канал ОРТ со срочным выпуском новостей.
Вчера в районе первой РКБ неизвестное животное растерзало группу молодых людей…
Мать надавила на кнопку пульта и переключила канал, на котором начиналась Санта-Барбара. Я оказался возле Клавдии в пару шагов, выхватил пульт и обратно включил ОРТ.
– Славик, я тебе щас…! – недовольно прокричала мать.
– Тут возле нас, у РКБ, дикие животные людей убивают, хочу посмотреть новости. Все равно заставка идет!
Что примечательно, у всех четверых погибших отсутствовали внутренние органы. Следствие предположило, что голодный медведь раньше времени выбрался из спячки и направился к городской черте в поисках пропитания…
Теперь уже мать выхватила пульт из моей руки, да включила обратно сериал. Для вида она сказала что-то вроде: «Ой, что же такое творится-то!», но поглотилась с первых же секунд любимым зрелищем.
Голодный медведь, ну-ну. Подобные нелепости говорят по телевизору, когда нечисть совершает громкие убийства. Вообще, новости стараются не освещать подобные случаи. Штатные сотрудники ФСВ ментально обработали бы мозги родственников погибших – и на этом все. Значит, мертвые тела видело множество свидетелей, которые потом разбрелись кто куда.
Неподалеку от первой республиканской клинической больницы в лесах завелся самый обыкновенный упырь. Именно эти твари любили поедать внутренности своих жертв. Упырями становились погибшие люди, но далеко не все. Вероятность пробуждения в облике нечисти составляла менее одного процента. Зачастую «новую жизнь» обретали сильные и амбициозные личности, не успевшие реализовать потенциал, а также несправедливо погибшие. В городских моргах патологоанатомы производили вскрытие, чем обнуляли вероятность появления на свет нового упыря. А вот люди, что погибли и не были найдены, имели вероятность ожить. Времена нынче смутные. Братки зачастую увозили в леса своих жертв и там оставляли. Так и появлялись на свет упыри.
Этот представитель нечисти создавал минимальную угрозу для ведуна. Обладал плохим зрением, ориентировался в основном на обоняние, боялся яркого света. Никогда не совался на территорию, освещенную фонарями. Днем прятался в любых подходящих укрытиях: землянках, под грудой бревен или под толщей снега. Передвигались поодиночке, иногда мигрировали в новые места. Сильнее среднестатистического человека почти в два раза. Практически не уставали, но все же проигрывали в проворности. Ногти упырей видоизменялись в когти и являлись основным оружием. Зачастую били в шею и живот. Одного взмаха было достаточно, чтобы лишить человека жизни. Грязные когти заносили в рану инфекции, но чаще жертва банально истекала кровью.
Скорее всего, в гильдии вольных ведунов уже висел ордер на истребление упыря. Времени у меня мало, и лучшего варианта для инициации не найти. Я бы отправился прямо сейчас, но устал, и к тому же нужны приготовления, чтобы увеличить шансы не столько на победу, сколько на саму возможность обнаружить упыря. Придется собраться с силами и обдумать каждую деталь, чтобы не упустить удачу.
***
Клавдия вырвала меня из объятий Морфея и наругала за то, что я прослушал треньканье будильника.
Сегодня опять едва не опоздал на уроки.
Заметил, что многие ученики в школе с опаской косятся на меня. Один парень из параллельного класса, впервые в жизни, подошел пожать мне руку. Околокриминальный элемент выразил уважение за победу над Кабаном. Забавно, как быстро можно заработать такую репутацию в школе…
Когда зашел в класс, то наткнулся на всеобщий страх перед моей нескромной персоной. Моментом позже понял, почему. Лицо Кабана заплыло от синяков, опухшие губы были разбиты. Он выглядел как перегруженная ботоксом красавица после недельного запоя: отекшее лицо и тусклый взгляд выдавали его мучительное состояние.
Значит, одноклассники подумали, что я подождал, пока все разойдутся, а потом продолжил мутузить Артура. Но то не моих рук дело. Очевидно, его наказали старшие из группировки. Что за изверги… так поступать с дружками. Увы, в данное время такое в порядке вещей. Бей своих, чтобы чужие боялись.
На перемене я перегородил путь Кабану в коридоре между учебными крыльями.
– Принес?
Одноклассник протянул мне руку, крепко зажав в ладони купюру голубого цвета с номиналом в пятьдесят тысяч рублей. Мы обменялись рукопожатием, и деньги спрятались в моем кармане. Кабан, уходя на следующий урок, едва заметно усмехнулся. Странная мимика для проигравшей стороны. Значит, строил план мести.
Если мыслить логически, Кабана наказали за «кривой въезд», как принято у них выражаться. Следовательно, ситуацию разобрали на сходке. Вероятно, у школы после уроков меня будут караулить члены его банды. Будь я ведуном, хотя бы самого низкого первого круга, то легко бы разобрался с напастью. Банальное заклинание отвода глаз – и никому до меня нет дела. Таким обладал абсолютно каждый ведун. Именно благодаря отводу глаз гражданские люди живут в неведении о том, что в стране полно нечисти, а по улицам разгуливают по своим делам сказочные волшебники.
Но я не ведун и не могу противостоять толпе – не с такими данными. Ударить одного, чтобы остальные разбежались? Это вряд ли сработает. Члены банды, зная друг друга, не бросают своих. Такое не прощают. Вызывать один на один? Это тоже пустая затея, ведь для братвы гасить черта толпой – обычное дело. Но вряд ли они осмелятся напасть на меня посреди бела дня. Главное, чтобы хулиганы не помешали моим приготовлениям к вечерней ликвидации упыря. Будущее покажет. Не хочу сейчас строить предположений. Есть вещи важнее.
Чтобы получить возможность пообщаться с приемной комиссией университета, в аттестате должны быть как минимум четверки. В противном случае заявку не рассмотрят, и приглашение не пришлют. Если ведун не смог стать ударником, то, вероятно, не обладал необходимым для студента интеллектом. Университет щедро финансировал подготовку военных специалистов, поэтому отсеивание было неизбежным.
Можно, конечно, вломиться внаглую в универ, но тогда меня быстро успокоят. Буду действовать наверняка.
По большинству предметов за год у меня выходили четверки, изредка пятерки. Тройки только по истории с химией. Последнюю знаю отлично – в прошлом, как-никак, достиг мастерства в алхимии и отчетливо понимал многие процессы. С историей же придется повозиться. Книги постоянно переписывают, события меняются. Пора начинать зубрить то, что написано в текущую эпоху.
Сегодня как раз третьим уроком история.
Вел себя активно, поднимая руку и отвечая на вопросы, за что заработал пятерку. Это вызвало крайнее удивление как у одноклассников, так и у преподавателя. Остальные уроки пролетели мимолетно, благодаря медитации, которая позволила мне сосредоточиться и отключиться от окружающего шума. Внутренний покой обволакивал тело, а мысли становились ясными. Вновь ощущал контроль над своим восприятием, и каждый урок превращался в захватывающее путешествие во внутренний мир.