Что ты сделал, дурак?

Глава II

Стоя на истекающей туманом под ногами палубе призрачного корабля, Вирт несколько ошалело оглядывался, постепенно осознавая новую реальность. Он что, умер, и это посмертные глюки? Он сильно ущипнул себя за бок и зашипел от боли – нет, не сон. Но что тогда? Как это возможно? Он ведь шел в овраг умирать – жить по-прежнему Путник, а он почему-то был уверен, что его следует называть именно так, по старому ролевому прозвищу, больше не мог. Слишком надоела беспросветная реальность, в которой не было никакой надежды хоть на какое-то изменение к лучшему.

Путь к оврагу от станции превратился в настоящее приключение, казалось, сама реальность вокруг делала все для того, чтобы не пропустить Вирта. Под ногами неожиданно возникали узловатые корни, об которые он спотыкался. Несколько раз едва не сломал ноги, полетев кувырком, но Бог миловал. Трижды тропинка, вильнув, вдруг обрывалась в болоте, которому, казалось, неоткуда было здесь взяться. Однажды Путник провалился по пояс и едва смог выбраться. Дальше приходилось идти через густую чащу, направление он ощущал инстинктивно и почему-то не удивлялся этому, а потом тропинка опять возникала словно ниоткуда, но постоянно пыталась увести идущего по ней в сторону, сбить с пути. Приходилось сходить с нее и снова идти по буреломам, порой перелезая через кучи полусгнивших деревьев. Но Вирт упрямо двигался вперед, не собираясь сдаваться. Почему-то ему казалось очень важным дойти, любой ценой дойти. Ибо если не дойдет – это конец. Конец всему.

Когда на небольшой полянке на Путника кинулись из зарослей с десяток волков, он приготовился к смерти, но произошло чудо – некая невидимая сила отшвырнула зверей в стороны, причем так, что больше половины остались на траве изломанными тушами. Остальные с надрывным воем сбежали. Причем бежали так, словно преодолевали сопротивление, как будто нечто непонятное хотело, чтобы они продолжали атаковать Вирта.

Еще несколько раз сбившись с пути, Путник все же добрался до оврага. Он остановился перед спуском туда и мысленно позвал, откуда-то зная, как нужно поступить. Кого позвал? Он понятия не имел, но все равно позвал. В голове сразу после этого загудело, в ушах зашумело, в глазах потемнело, одновременно Вирт ощутил чью-то радость, даже счастье, к нему кто-то потянулся, ментально обнюхал и радостно приветствовал, сопроводив это образом: «Наконец-то!». Странно, но Путник ничему не удивлялся, наоборот считал, что все идет, как надо, впервые за много лет и много жизней. Да-да, именно жизней, которых он, как выяснилось, прожил на Земле немало. И ничего хорошего ни в одной из них не видел – это Вирт тоже осознавал.

Овраг начало затягивать белым туманом, он сочился из-под земли, постепенно покрывая собой все вокруг. И казался таким родным, таким близким, что Путник даже прослезился. Его в этом тумане ждали, долго ждали, как бы не столетия. Следовало войти и принять себя, свою суть, какой бы она ни была. Когда Вирт уже собирался сделать это, позади внезапно раздался отчаянный вопль Татьяны, кричащей, что ему нельзя входить в овраг. Она-то здесь откуда взялась? Это наваждение? Или жена, от которой Вирта давно тошнило, поскольку от Талиэль, которую он в свое время полюбил, в этой склочной женщине ничего не осталось, реальна и догнала его? То-то некая сила изо всех сил пыталась его остановить, не позволить дойти.

Путник брезгливо посмотрел на несущуюся к нему с намерением схватить Татьяну, послал ее и все вокруг по известному адресу, после чего ступил в туман, мгновенно покрывший его с ног до головы. Вирт шел, ощущая, как прожитые годы спадают с него, как шелуха с луковицы, и радостно смеялся. Вот исчез лишний вес, вот тело стало стройным, мускулистым и подтянутым. Вот на лысине снова отросли волосы, причем ниже лопаток, пришлось даже завязать их в хвост нашедшимся в кармане шнурком. Вот зрение стало стопроцентным. Вот шаг стал скользящим, так ходили тренированные бойцы. Вот кожа стала гладкой, как у ребенка. Вот плечи развернулись во всю ширь, исчезла привычная сутулость.

Вирт не удивлялся происходящим с ним изменениям, все шло так, как должно было быть. Впервые за его жизнь все было правильно. Он не помнил, кто он, не знал, почему все это случилось, еще ощущая себя землянином, хотя умом понимал, что это отнюдь не так – не зря с раннего детства чувствовал себя в этом мире чужаком и изгоем, ему здесь было не место. Земле не нужны мечтатели и крылатые душой чудаки, ей нужны звери, убийцы, подлецы и скоты. Путник искренне думал так, поскольку, по его мнению, в этом страшном мире преуспевали только они. Честно работающие люди оставались нищими и никому не нужными, лишь так называемые бизнесмены были на коне – Вирт считал их всех нелюдью и нежитью, корыстными подонками без чести и совести. И если кто-то из знакомых начинал заниматься «бизнесом», он прерывал с этим человеком любые отношения, не желая иметь с ним ничего общего. Поскольку человеком «бизнесмен» оставался недолго, на глазах превращаясь в адскую тварь в человечьем обличье.

«Произвести разрыв связей с планетой?» – неожиданно возник в сознании чей-то вопрос, явно от какого-то искусственного разума, слишком безличным и безразличным он был.

«Да! – подтвердил Вирт. – Пусть она катится к чертям в ад!»

«Принято. Начинаю. Предупреждение: возможны болевые ощущения до третьего уровня. Прошу разрешения применить обезболивающие плетения».

«Разрешаю! Но кто ты?»

«Аварийный ментальный помощник, активировался после первичного разворачивания информационного пакета Перекрестка. После полной адаптации основного импланта в оболочках души я прекращу свое существование. Разумным не являюсь, я всего лишь программа».

На всякий случай Путник лег на палубу. Как вскоре выяснилось, поступил он правильно – из него начали вытягивать все жилы, это оказалось, невзирая на упомянутые ментальным помощником обезболивающие плетения, настолько больно, что Вирт заорал и забился, ничего подобного он не испытывал за всю свою жизнь, даже когда шел камень из почки, и то было легче. Но все это довольно быстро закончилось, он ощутил странные мягкие удары, четко осознав, что к нему со шлепками то ли по телу, то ли по душе возвращается что-то давно у него украденное. Именно украденное, он осознавал это четко.

Хотя боль и прошла, но ощущения все равно были очень неприятные, возникало ощущение, что из него постепенно выходит, выдавливается что-то очень неприятное, какие-то склизкие, но при этом когтистые щупальца. Причем они делали все, чтобы удержаться в его теле, и, наверное, душе. Но их все равно постепенно выдавливало, и с каждым исчезнувшим Вирту становилось все легче. Спадала пелена с сознания, которая раздражала его с ранней юности – из-за этого учеба давалась Путнику очень трудно. Только упорство позволило ему закончить университет, и усилий ради этого пришлось приложить как бы не вдесятеро больше, чем другим. Теперь стала ясна причина.

Сколько продолжалось все это, Вирт не знал, ему казалось, что бесконечно. Призрачный корабль успел подняться на орбиту, когда последнее щупальце с противным хлюпающим звуком оторвалось, и сознание Путника стало пронзительно ясным. Он легко вскочил на ноги и радостно рассмеялся, зачарованным взглядом окидывая Землю внизу. Там что-то происходило, кажется, в атмосфере собирались ураганы, в океанах виднелись смерчи.

– Ну, наконец-то, слава Сферам Творения! – раздался в голове Вирта чей-то захлебывающийся голосок. – Ты меня слышишь?!

– Слышу, – отозвался он. – А ты кто?

– Кайсат, призрачный корабль, ты стоишь на моей палубе. Раньше ты называл меня Каем. Но, как я понимаю, ты ничего не помнишь?

– Не помню, ты прав. Но всегда чувствовал, что мне на этой планете не место, что я не отсюда, что я здесь чужой.

– Неудивительно, – сымитировал вздох корабль. – Ведь ты – Путник Перекрестка! Как вас еще иногда называют – Проходимец. Вы ходите между мирами, пространствами, реальностями и временами, нигде не задерживаясь надолго, и являетесь носителями творческого начала. Именно поэтому вас очень хотят прибрать к рукам разные демиурги и прочие сволочи. Местному это удалось! Он, тварь поганая, тебе даже личность стер! Ты провел на Земле больше полутора тысяч местных лет, прожил почти три десятка жизней, и в каждой ощущал себя чужим здесь. Что, как я уже говорил, совсем неудивительно – долгое пребывание в одном мире постепенно убивает душу Путника, пока он не перерождается в… не могу сказать, не имею права, но это нечто страшное, поверь. Тебе до этого осталось всего одна-две жизни…

– Вот как?.. – скрипнул зубами Вирт. – Вернуть память можно?

– Со временем она сама вернется, – после недолгого молчания ответил Кай. – Но это может занять и сто, и двести, и триста лет. К сожалению, пока ты не вспомнил, кто ты такой, возвращаться на Перекресток тебе нельзя. Придется побродить по мирозданию. Только…

– Что?

– Очень прошу думать, что делаешь. Твои возможности и силы довольно велики, ты вполне можешь, желая хорошего, натворить такого, что никто не исправит. А судьей тебе служит, прежде всего, твоя совесть. Могу заверить, что более строгого судьи не сыщешь.

– Что я могу? – удивился Вирт. – Не ощущаю никаких особых возможностей или способностей!

– Не все сразу, – пояснил Кай. – Для начала подожди полного развертывания информационного пакета, переданного Основой.

– Основой?

– Перекрестком. Но пакет не сработал так, как он рассчитывал. Ты получил его триста лет назад, когда был бурятским шаманом. К сожалению, тогда пакет не развернулся, демиург понял, что тебе что-то передали и каким-то образом сумел предотвратить развертывание. Оно началось только сейчас. Единственное, что ты успел тогда, это освободить из пространственного кармана кайсат, то есть меня. После этого тебя сразу убили, чтобы опять переродился и ничего не помнил. Меня тоже пытались уничтожить, но я постоянно находился в фазовом сдвиге инопространства и иножизни, там демиург и его слуги достать меня не смогли. Но приближаться к тебе не давали, ведь наша встреча вернула бы тебе твою суть. Я старался попадаться тебе на дороге, но ты не обращал на это внимания, а когда обращал, тебе изо всех сил мешали добраться до меня. Что случилось, почему это вышло сейчас, я не знаю. Возможно, демиург был чем-то очень сильно занят и не отследил ситуацию. Или вообще отсутствовал на Земле. А его слуги прохлопали ушами. Или кто-то из них по какой-то личной причине решил тебе помочь.

– Зачем я ему вообще понадобился? – хмуро спросил Вирт, которому услышанное очень не понравилось.

– Ты, как и любой Путник Перекрестка, носитель творческой энергии и творческого начала, – с явной неохотой ответил Кай. – И не просто носитель, а структурирующий регулятор, позволяющий становиться творцами тем, кто готов к этому физически и морально, что дает огромный толчок для развития мира. Но в твоем случае, когда Путника используют посторонние, творцами становятся не готовые к этому. Тогда развитие идет криво и косо, неправильно, в итоге возникают жестокие, даже жуткие цивилизации. Сам знаешь, что творится на Земле в последние десятилетия. Но многих это не смущает, им важен сам факт развития, поэтому недобросовестные демиурги вместо того, чтобы создавать собственный регулирующий механизм, что долго и очень трудно, стремятся заполучить готовый. Из-за этого на Путников издавна идет загонная охота. Но удавалось вас пленить только несколько раз, и это всегда приводило к трагедии – пленный со временем перерождался, после чего Основе приходилось с болью отсекать переродившегося от себя, что означало для последнего медленную и страшную гибель. Полное уничтожение не только тела, но и всех оболочек души, оставался только голый атман, которому в итоге приходилось проходить весь путь перерождений заново, начиная чуть ли не с бактерий. Случай с тобой практически невероятен, еще ни разу не случалось, чтобы плененному Путнику удалось вырваться незадолго до перерождения. Тебе, как это ни грустно, придется очень долго восстанавливаться, не возвращаясь на Перекресток, пока не вернешь себя.

– Ясно. То-то мне было так неуютно на Земле…

– Тебе и не могло было быть там уютно, слишком чуждая энергетика. Тем более, что она пошла вразнос – развитие планеты двинулось совсем не туда, куда следовало. Причем опять же по вине демиурга – не стал бы тебя трогать, все шло бы относительно нормально. Но он поленился работать самостоятельно, решил на чужом горбу в рай въехать, так что пусть теперь радуется результатам своих действий, я уже отправил отчет Перекрестку. Скоро для этого креативного товарища настанут очень интересные времена, за счастье будет, если не лишат всех сил и не сбросят заново воплощаться обычным человеком, а то и животным. На пару сотен жизней, а может больше. Надеюсь хоть после этого до него что-то дойдет, а то совсем глупый.

– Я не останусь беспамятным? – поинтересовался Вирт. – Очень неприятно, знаешь ли, ощущать себя ничего не знающим и не понимающим…

– Нет, конечно, – засмеялся Кай. – Но, как я уже говорил, времени восстановление займет немало. Для начала я запущу преобразование тела, а то у тебя сейчас тело не Путника Перекрестка, а самого обычного человека, крайне уязвимого. И прости, но пока ты не освоишь максимум доступной защиты, я тебя никуда не отпущу. Сейчас отправимся в пояс астероидов на месте Фаэтона и там займемся работой над тобой, друг мой ситный. Больно не будет, но и удовольствия во всем этом тоже мало.

– А меня опять не отловят?

– Нет, Перекресток разработал новые защитные структуры, с ними никто до его детей не дотянется. Недавно даже Воспитатели по голове хорошенько получили, когда сунулись. После наложения этих структур от тебя и сверхсущность шарахнется, предпочтет не связываться. О чем речь, архидемоны, если доведется с ними столкнуться, будут вести себя вежливо, лишь бы их не тронули. Ну а кто полезет, пусть пеняет на себя.

– Ясно, – вздохнул Вирт. – За это время ты мне хоть что-то о моих возможностях и сути расскажешь? А то я как слепой щенок…

– Расскажу, конечно, – заверил Кай. – Ты, главное, не спеши. Разве что посоветую немного изменить историю этого варианта Земли, между временами мы без проблем можем перемещаться. Но тут тоже следует хорошенько подумать, что именно сделать. Скажу одно – там, где сохранился Советский Союз, все шло нормально, относительно, конечно, но нормально – все-таки та страна стремилась не к обогащению, а вверх, к небу.

Немного помолчав, он добавил:

– Отправляемся в пояс астероидов.

Земля начала быстро удаляться, за несколько мгновений превратилась в едва заметную искорку, а затем и вовсе исчезла. Вирт зачарованно наблюдал за открытым космосом с палубы кайсата – всегда, с раннего детства мечтал о полетах в космос, но слабое здоровье не позволило поступить в летное училище. И вот теперь мечта сбылась. Да еще и так – на палубе призрачного парусника.

– Это ты меня таким представил, – хихикнул Кай. – Я могу принимать любой вид, поскольку состою из энергетических полей особого вида. А так могу хоть планетарным разрушителем из «Звездных войн» выглядеть. Причем стороннему наблюдателю покажусь материальным, но ни одно оружие, даже самое мощное, вреда мне причинить не сможет. Как и тебе, когда ты освоишь хотя бы основы нужных знаний.

– А как тогда земной демиург меня поймал? – спросил Вирт.

– Подлость, – сымитировал вздох кайсат. – Самая обычная подлость. Он позвал на помощь, отправив в пространство символ большой беды, а Путники всегда помогают в таких случаях, да и не только они. Ты отозвался, вместе с ним справились с пробоем из хаотической реальности, после чего он заманил тебя к себе и, не знаю уж как, уговорил снять защиту. Или пропустить под нее что-то. В твоей памяти эта информация, к сожалению, не сохранилась. Но это именно подлость, так что ты ничем этому подонку не обязан. А вскоре его призовут к ответу.

– Дай-то Бог, – бывший ролевик скрипнул зубами, вспомнив свою беспросветную жизнь на Земле. – Достаточно он надо мной поизгалялся, сволочь поганая… Не прощу…

– Я потому и посоветовал вернуться в прошлое и спасти СССР, ему это будет, как нож в задницу.

– Слишком много возни. Я просто спасу нескольких погибших достойных людей и передам им информацию о распаде Союзе и фамилии в этом виновных. Может, даже до Сталина доберусь. Хотя он все же был слишком жесток. Там поглядим. Сначала, как ты говорил, надо выздороветь и хоть частично вернуть себя. Много времени займет преобразование тела?

– Месяца два, может, три. Это не такая простая задача, драгоценный мой. Особенно на грани перерождения в тварь. А ты вырвался именно на грани этого, из-за чего многие ментальные структуры у тебя искорежены, и их надо выправлять, иначе последствия будут печальными. Помимо того жизнь в телах обычных людей сильно изгадила и ослабила твою душу, сейчас тебе ни в один силовой поток соваться нельзя, сгоришь к чертям собачьим. Не говоря уже о плазменных ветрах, в которых ты раньше чувствовал себя, как дома.

– Чтоб этой паскуде тридцать лет с толчка не слезать! – от души пожелал земному демиургу много «приятного» Путник, от чего того потянуло икать, он сразу понял, кто его вспомнил, и поежился, сам прекрасно осознавая, что ничего хорошего его не ждет.

– Маловато будет! – противным голосом мужичка из «Падал прошлогодний снег» не согласился кайсат. – Ему веселее придется, обещаю. За все, паскуда, ответит.

– Очень хорошо, коли так, – кивнул Вирт. – Но я ему тоже кое-что сделаю. В прошлом. И погляжу, что из этого выйдет.

– Долго ждать придется, – возразил Кай. – Изменение реальности – вещь небыстрая, волны несколько лет накатываться будут. Соскучишься ждать. Можно будет погулять где-нибудь. Хотя бы по другим реальностям Земли пройтись – иногда очень даже интересные встречаются. И да, если запросит кто-то, что ты делаешь, надо будет отвечать, что ты в своем праве после того, что сотворил недодемиург.

– Долго еще лететь да пояса астероидов?

– Да уже прилетели. Сейчас найду удобное место и займемся тобой. Предлагаю сменить форму, все-таки парусник для космоса не слишком удобен, лучше сделать закрытый корабль. Тебе какой больше нравится?

– Да какая разница? – пожал плечами Вирт. – Лишь бы красивым и удобным был, терпеть не могу «кирпичи» и вообще сугубую функциональность. О, давай клингонскую «Хищную птицу» из «Звездного пути». Кстати, откуда ты знаешь земную культуру?

– Да я, пока тебя ожидал, чуть от скуки не помер! – фыркнул Кай. – Вот и отслеживал все интересное на планете, разослать малые тайды, это энергетические блоки-трасформеры, не проблема, демиург, не говоря уже о землянах, им повредить никак не мог – фазовый сдвиг. Даже умея им пользоваться, надо точно знать угол сдвига реальности, иначе не попадешь в нужную фазу. А у меня не только такая защита есть, но и кое-что похлеще. Потом расскажу, там довольно интересные решения. Ты прежний, между прочим, придумал. Прежняя твоя личность была тем еще выдумщиком.

– Ее никак не вернуть?

– А зачем? Не стоит возвращаться к старому, новая личность, думаю, будет не хуже. Кстати, я скопирую только внешний вид «Хищной птицы», внутри сделаю так, как удобно тебе. Прежнему, конечно, если что-то будет не по вкусу, скажешь, изменю.

– Мне бы хотелось перед тем, как окончательно покинуть Землю, скачать архив музыки, фильмов, игр и книг, – задумчиво сказал Вирт. – Не помешает в дороге, надо же чем-то от скуки спасаться.

– Сделаю, – ответил Кай. – Память у меня бездонная, так что никаких проблем.

Корабль начал на глазах меняться, превращаясь в подобие клингонского, его хищные очертания завораживали. Поначалу он тоже выглядел призрачным, но недолго таковым оставался, обретя материальность. Хотя она была кажущаяся, на самом деле никакой другой корабль кайсату вреда причинить не мог – он находился вне реальных времени и пространства.

Вирт оказался в рубке и с интересом оглядел ее. Три удобных кресла, пульт, выглядящий драгоценным камнем с голографическими экранами, множество неизвестных устройств. Ничего, со временем разберется. Все поймет и во всем разберется.

– Иди за зеленым пунктиром на полу, положу тебя на преобразование, это убогое человеческое тело нужно как можно быстрее менять, оно слишком слабое, – велел Кай. – Ничего не бойся, я – часть тебя, если разобраться, и уж вреда тебе точно не причиню. Если хочешь, могу дать клятву.

Но Вирт отказался, он и сам ощущал, что здесь в полной безопасности. Нигде и никогда раньше он не ощущал себя дома, на Земле такого чувства у него не было ни в одном месте – чужой и чуждый мир, в котором он и не мог ощутить себя своим.

Путник не стал ждать и двинулся по зеленому пунктиру, возникшему под ногами. Идти пришлось недалеко, метров двести, вряд ли больше. Наконец он оказался в шестигранном отсеке со светло-бежевыми стенами, посреди которого стояла кушетка.

– Ложись на нее. Сейчас ты уснешь, проснешься уже другим.

– Хорошо.

Путник на всякий случай разделся, чтобы одежда не помешала лечению, лег на тут же подстроившуюся под него кушетку и широко улыбнулся. Жизнь расцветала новыми красками, она наконец-то становилась полной, настоящей. Больше не будет унылых походов на нелюбимую работу и вечных упреков жены. Мечта, как ни удивительно, внезапно стала реальностью, и это вдохновляло, давало надежду, что однажды он все-таки вернется домой. Туда, где его любят и ждут.

Сознание медленно погасло.

Глава III

Новые знания и возможности восхищали Вирта, а ведь он только начал осваивать их. По словам Кая, и на долю процента пока не освоил. Но ничего – все впереди! Теперь-то он больше не в затхлом мире, где было так неуютно и тошно, так безнадежно и затхло. Впереди ждало нечто невероятное, и радость от осознания этого факта искристыми волнами колыхалась в душе. Путник часто беспричинно смеялся, ему впервые за очень много времени было по-настоящему хорошо и уютно.

Преобразование тела завершилось успешно, теперь он вполне комфортно чувствовал себя хоть в открытом космосе без скафандра, хоть купаясь в лаве. Да даже в короне звезды он будет как дома! Возможностей появилось множество, одна телепортация в пределах нескольких звездных систем многого стоила. Мышление шло шестью шестнадцатью параллельными потоками, благодаря развернувшимся в оболочках души ментальным имплантам, некому подобию нейросетей из земной фантастики. Да и вообще ментальная сфера отныне являлась одним из коньков Путника – он стал эмпатом и телепатом, причем и считывающим, и проецирующим. Мало того, мог получать любую информацию напрямую из ноосферы любой населенной планеты. Скрыть что-либо от Вирта после этого будет очень и очень трудно.

Плохо только то, что Путник так и не понял, кто он такой и что должен делать, Кай уходил от ответов на такие вопросы, говоря, что нельзя спешить. Сначала Вирт должен хоть частично вернуть себя, а это возможно только после того, как он погуляет по мирозданию, изменит несколько десятков миров к лучшему. Каждое изменение будет активировать какую-то часть воспоминаний. Это сильно раздражало, но бывший ролевик понимал, что иначе нельзя, что-то внутри него было согласно со словами кайсата. А раз так, то стоит подумать о том, что нужно сделать для спасения СССР – текущая реальность Вирту конкретно не нравилось, капитализм он ненавидел всеми фибрами души, а капиталистов и вообще богачей считал откровенной нелюдью. Поэтому жалости к ним не испытывал ни малейшей. И понемногу составлял список всех разбогатевших при распаде страны подонков, собираясь передать его спасенным в прошлом людям. Пусть ими и их семьями займутся органы, не допуская никого из этих семей во власть, не позволяя никому из них подняться выше дворника или рабочего. А Горбачев, тварь пятнистая, пусть так и останется комбайнером!