Что ты сделал, дурак?

Глава V

Спасение Гагарина, Королева и Сталина принесло Вирту мрачное удовлетворение, они явно не позволят случиться тому, что произошло в знакомой ему реальности. Волны изменений еще не достигла двадцать первого столетия, на это уйдет около года, но они начали накапливаться. События в памяти людей постепенно становятся другими, одни исчезают, другие появляются, и никто этого не замечает. Скоро, очень скоро демиург заметит неладное. Вот только сделать ничего не сможет. Не его уровень. И все его начинания рассыплются прахом. По заслугам! Нечего было такое творить! Вирт не сделал ему ничего дурного, наоборот, пришел на помощь, а эта тварь… Ничего, отольются кошке мышкины слезы, ох, и отольются же.

Вспомнив, как тошно и тесно было ему на Земле, Путник передернулся. Он на что угодно пойдет, лишь подобное не повторилось! Хотелось поскорее оставить этот затхлый мир позади, забыть о нем навсегда, но требовалось сделать последнее. Обеспечить Татьяну, хоть она вместе со своей дочерью и вызывала у Вирта только отвращение. Однако он прожил с этой женщиной почти тридцать лет, а это накладывало некие обязательства. Возиться Путник не собирался, достаточно найти большой кусок золота в астероидном поясе, это совсем не проблема. Оставит, а дальше пусть крутится, как хочет.

Золото действительно нашлось в огромных количествах во втором кольце Сатурна, выплавить сотню двухкилограммовых слитков тоже труда не составило. Затем Вирт переместился в нужное время, дня через три после своего ухода в прошлое. Сталкиваться с самим собой он желания не имел, чревато временным коллапсом.

Просканировав Питер, Путник вышел на квартиру, в которой прожил столько лет, и усмехнулся – думал уже никогда в ней не побывает. Впрочем, это нельзя назвать побывкой – он намеревался отдать золото и покинуть Землю, нестерпимо хотелось увидеть другие миры и реальности, в этой чужой и чуждой ему нечего больше делать. Потом как-нибудь надо будет сюда наведаться, чтобы посмотреть на результаты действий Сталина с компанией. Они явно были сильно обозлены полученной от Вирта информацией, а значит, снесут все, до чего дотянутся. И всех. Что ж, по заслугам тварям.

Татьяна с Викторией скандалили, последняя требовала что-то там купить, ей, мол, срочно надо, а мать отнекивалась, упирая на отсутствие денег. Вирт некоторое время с недоумением смотрел на это, удивляясь, что жил с этими двумя совершенно чужими ему женщинами. Особое отвращение вызывала бывшая жена – убогое ничтожество, причем сделала она себя таковой сама, прежде, в бытность Талиэль, она была совсем другой. Потому Путник в нее и влюбился, что девушка была вся устремлена к небу, не воспринимая окружающую убогую реальность. Но все это оказалось искусственным, на самом деле она хотела одного – денег. Иначе не превратилась бы в Татьяну, от одного вида которой его тошнило.

– Мама, да пойми, мне нужна машина! – нервно взвизгнула Вита. – Есть хорошая работа с отличной зарплатой, но за городом, туда без машины не наездишься!

– Заработай и купи! – отрезала Татьяна. – Я…

Ее прервал низкий гул, стена напротив засветилась каким-то призрачным светом, и из нее вышел одетый в свободные шорты и рубашку с короткими рукавами высокий широкоплечий мужчина с длинными русыми волосами, стянутыми в небрежный хвост на затылке. Он был красив какой-то неземной, но чисто мужской красотой. Мышцы были сухими, на открытых частях тела виднелись сухие квадратики тренированных мышц. Вита даже вздрогнула – она никогда не видела настолько тренированных парней, да и двигался он, как сытый, довольный жизнью кот. Вот только его лицо было знакомым, девушка вспомнила юношеские фотографии отца из семейного альбома, и даже задохнулась от неожиданности. Это он, что ли? Да нет, он старый уже был, наверное какой-то родственник. Отец ведь бесследно исчез, а мать так и не сказал, куда он подевался – только плакала в ответ на вопросы.

– Здравствуй, Татьяна, – негромко произнес гость.

– Пришел… – хрипло, с трудом выдавила та. – И?..

– Надо же, не орешь, неужели что-то поняла?

– Да вижу я, что мы тебе не нужны, не слепая… Ты снова молод и… Вон что можешь…

«Все же отец! – мысленно ахнула Вита. – Но… Но как?! Снова молодой?! Разве такое бывает?!»

– Все верно, – криво усмехнулся Вирт. – Татьяна вызывает у меня только брезгливость. Талиэль я любил, ее бы забрал с собой, но ты убила ее в себе, превратившись в ничтожество, в цивилку. А эта вот, – кивнул он в сторону девушки, – ко мне вообще отношения не имеет. Генетический анализ, причем не на земном уровне, не лжет. Это не моя дочь! Не знаю от кого ты ее нагуляла, но меня обманула и сказала, что моя. Я сдуру поверил. Удивлялся только, что настолько на меня не похожа, да и взгляды отвратительные имеет. А пришел я с одной целью – оставить вам золото. Я улетаю с Земли навсегда, меня ждут тысячи миров и вселенных. И все чудеса мироздания! Тебе чудеса не нужны, тебе бы поудобнее устроиться. Одного не могу понять. Зачем было притворяться мечтательницей, рвущейся в небо, если ты конченая цивилка?

– Тогда я действительно мечтала о всяких глупостях, – с горечью ответила женщина. – Потом повзрослела и поняла, что есть только реальная жизнь! Ты этого понимать не пожелал, остался витать в облаках.

– Как видишь, мое витание в облаках дало такой результат, какой никогда не даст ваша убогая реальная жизнь, – с презрением выплюнул Путник.

– Это несправедливо… – закусила губу Татьяна. – А дочь?.. Может, она и не твоя, на вечеринках тогда случалось всякое, я просто не помню, но именно ты растил ее. И то, что она выросла… такой, твоя вина тоже.

– Я принес двести килограмм золота, – сообщил Вирт, затем повел рукой, и в углу комнаты возникла стопка тускло блестящих прямоугольных слитков. – Вам деньги и удобство собственной задницы важнее всего на свете? Вот вам, ешьте, хоть подавитесь. Дальнейшее меня не касается. Живите, как хотите. А мне не терпится убраться из вашего поганого мира. Таким, как я, нельзя долго оставаться на одном месте.

Виту до онемения поразили услышанные откровения. Значит, отец ей не родной? Что еще скрывала от нее дорогая мамочка, чтоб ей провалиться? А уж то, что он помолодел, да и его магические способности вообще были чем-то непредставимым. Девушка прекрасно осознавала свои недостатки – неприметная внешность и несносный характер, но ничего поделать с этим не могла, такой уж уродилась. Отца она понимала – узнать, что ты всю жизнь растил чужого ребенка, очень больно. Если сразу знаешь, что ребенок не твой – это совсем другое дело. А вот если тебя обманули – обидно. Одно то, что он, уходя в совсем иную жизнь, подумал о них и принес много золота, уже много значит, а жизнь мага, способного на то, что видела Вита, однозначно не будет жизнью простого человека. На самом деле девушка почитывала фэнтези, только не слишком об этом распространялась, не приветствовались такие увлечения в кругу ее друзей. А быть одиночкой слишком тяжело.

– И как нам это золото продавать? – хмуро спросила Татьяна, жадно глядя на молодого и красивого мужа, таким она его и в прежние времена не видела, не было у него тогда таких мышц и такой осанки.

– Это уже ваши проблемы, – отмахнулся Путник. – Мне…

Его прервал взрыв, и в квартиру валом повалили «космонавты» с надписями ФСБ на груди.

– На пол! – рявкнул один из них, поведя стволом автомата. – На пол, я сказал!

Вирт с веселым любопытством смотрел на них, повредить ему эти бойцы не могли никоим образом. Интересно, что им нужно? И с какой стати они вообще ворвались сюда? Придется, похоже, преподать кое-кому пару хорошо запоминающихся уроков.

– На пол!!! – буквально завизжал эфэсбешник, тыча в него стволом автомата.

Татьяна с Викторией рухнули на пол и прикрыли затылки руками.

– Сам ложись, если тебе надо, – брезгливо бросил Путник.

– Я сказал – на пол! – повторил боец, его глаза в прорезях маски сверкнули злостью.

– Пошел на хрен! – выплюнул Вирт.

Ствол автомата опустился ниже и выпустил короткую очередь по ногам непокорного человека. Вот только пули исчезли в на мгновение вспыхнувшем вокруг тела Путника свечении, отправляясь в другую вселенную. Эфэсбешник ошалело замер и потряс головой. Затем выпустил в Вирта долгую очередь, к нему присоединились другие, однако результат оказался тот же.

– А если я в них выстрелю? – перевел ствол на Татьяну с Викторией боец, в его голосе появилась неуверенность.

– Вот это ты зря сказал, этим ты показал себя подонком, в женщин способен стрелять только подонок, а с таковыми у меня разговор короткий, – недобро прищурился Вирт.

Автоматы ворвавшихся в квартиру «космонавтов» мгновенно раскалились добела и стекли на пол лужицами расплавленного металла, далеко не все успели отшвырнуть подведшее оружие и теперь трясли обожженными руками. В глазах стоящего впереди билась растерянность напополам со злостью, ни с чем подобным офицер за всю свою жизнь не сталкивался. Что это за мистика такая?!

– В вашем поганом мире нет ничего способного нанести мне вред, – любезно пояснил Вирт, насмешливо ухмыляясь. – Кто вы такие и что вам нужно? Советую быстро отвечать, или начну принимать меры, которые вам сильно не понравятся.

– Полковник Федосеев, ФСБ, – показал удостоверение офицер, затем снял балаклаву, чтобы показать лицо. – У нас ордер на арест Виктора Ивановича Дарицкого.

– Арестовать меня вы не сможете никоим образом, мои возможности настолько превышают человеческие, что не вам со мной тягаться. Это я только что и доказал, – хмыкнул Путник.

– Если вы нашли что-то необычное, то вы обязаны передать найденное государству, это ваш долг как гражданина! – сжал кулаки возмущенный до глубины полковник, он всегда действовал с точки зрения силы и оказавшись в роли слабого чувствовал себя очень неловко.

– Чтобы оно досталось высокопоставленным скотам и подонкам? – презрительно выплюнул Вирт. – Да что вы говорите?

– Скотам и подонкам? – нахмурился Федосеев. – Откуда вы это взяли?

– Да вот, сами смотрите, – повел рукой Путник.

Стена превратилась в экран, на котором начали появляться лица арестованных за последние годы за казнокрадство и взяточничество депутатов и генералов. А затем лица самых богатых людей страны, олигархов, банкиров и бизнесменов. Плюс картины их гулянок, яхт, роскошных дворцов и прочего, прочего, прочего.

– То есть, по-вашему, если человек богат, то он обязательно сволочь?

– Практически всегда. Давайте рассмотрим такой факт. Народ не первый год собирает на армию, на беспилотники там, машину или багги для разных частей. Но собирают деньги простые люди, живущие на зарплату. Кто из сверхбогатых хоть раз помог армии? Вам известен такой случай? Мне – нет.

– Знаю и такое, – возразил полковник. – Богатые тоже разные бывают, среди них и хорошие люди попадаются.

– Но очень мало, а исключения только подтверждают правило, – криво усмехнулся Путник. – Для основной массы главное их прибыли. И если ему это окажется выгодно, богатей станет заживо сдирать кожу с детей. Ведь ему выгодно! Какое страшное слово – выгодно… О чести, совести, жалости, доброте и прочих человеческих качествах богатеи понятия не имеют! Я, еще в бытность человеком, прекращал общение с любым своим знакомым, занявшимся бизнесом. Занявшись бизнесом, человек прекращает быть человеком, а становится адской тварью, только притворяющейся таковым.

– Даже так?.. – укоризненно покачал головой Федосеев. – Зря, если честно. Занятие бизнесом еще не делает человека подонком.

– Делает! И если бы вашим богатеям досталось хоть что-то из моего «наследства», уж они бы развернулись. Ад на Земле создали бы.

– Могу только повторить, что вы неправы, государство нашло бы вашим находкам достойное применение. Использовать их лично для себя – свинство! Особенно сейчас, когда страна ведет спецоперацию.

– Достойно? – хохотнул Вирт. – Вы издеваетесь? Вам напомнить о количестве арестованных казнокрадов и взяточников? А скольких еще не поймали?

– Да, они есть, человеческая природа несовершенна, – вынужден был признать полковник. – Но в любых структурах хватает и достойных людей!

– Раз взяточников столько, то все там такие, – безразлично произнес Вирт. – К тому же узник ничем тюремщикам не обязан. Меня насильно держали в вашем мире полторы тысячи лет, но я вырвался. Чудом, наверное. Все мои находки принадлежат мне лично, принадлежат тысячи лет. Так что вы ни на что не можете претендовать. Да и не заслуживаете того, чтобы для вас делали что-либо хорошее. А тому, кто стоит за вами, меня снова не поймать. Вскоре он получит по заслугам, вся информация о его действиях передана на Перекресток. Так что жди, сволочь, скоро.

– За-а-а-ч-е-е-е-м?.. – раздался из ниоткуда надрывный стон, от которого эфэсбешники вздрогнули и заозирались.

– Кто это?! – резко спросил Федосеев.

– Земной демиург, – просветил его Путник. – Та еще тварь. Именно он держал меня здесь, именно он поймал в подлую ловушку. Но теперь он все заслуженное получит. По полной программе. Как, впрочем, и те, кто вас сюда послал. Вы полагаете, что они действовали, исходя из государственных интересов? Сильно в этом сомневаюсь и сейчас это докажу, сами поглядите, какие сволочи ваши начальники. Ими я займусь лично. Кай! – позвал он неведомо кого. – Отследи через ментал, кто все это затеял.

– Отследил, – через пару минут ответил незнакомый голос. – Генералы ФСБ Митрохин и Стерненко, плюс некий господин Нечаев, один из самых богатых людей России. Первые двое, похоже, полезли во все это с подачи последнего, он откуда-то узнал, что ты «нашел» что-то необычное. А сей господинчик обожает всякие загадки и секреты, искренне полагая, что на что-либо в этом роде имеет право только он сам, а потому подключил государственный ресурс, поскольку имеет выход на ФСБ. О, обнаружил, где эти трое сейчас. Будешь учить уму-разуму?

– Буду, – подтвердил Вирт. – Каждому да воздастся по делам его!

На стене засветились еще три голографических экрана, на которых были появились сидящие за столами и что-то делающие пожилые господа в хороших, дорогих костюмах.

– Это еще что?! – откинулся на спинку кресла один из них, увидев огромный экран напротив себя.

– Вы трое отправили бойцов арестовать Виктора Ивановича Дарицкого, – жутковато усмехнулся Вирт, от его улыбки у видевших ее мороз по коже пошел. – Просто так, ни за что, поскольку он владеет чем-то, чем захотели завладеть вы. Но вы никогда не сталкивались с силой, которой вам нечего противопоставить и забыли, что за все будет воздано. За каждый поступок. Так получите, что заслужили, подонки!

Трое важных господ вдруг завопили не своими голосами, попадали на пол и принялись извиваться. Потемневшие штаны каждого показали, что они обмочились и обделались. Выли виновные минут десять. Причем войти в их кабинеты никто не мог – стены и двери покрыло опаловое свечение, не пропускающее никого и ничего.

– Зря вы так… – сжал кулаки Федосеев, окончательно осознавший, что действительно столкнулся с чем-то невероятным и невозможным. – Генерал Митрохин хороший человек… Всегда помогал кому мог…

– Хороший человек? – вздернул бровь Путник. – Сейчас проверим. Кай, просканируй упомянутого господина через ноосферу. Ага, пошла информация. Нет, ну надо же, какая сволочь! Смотрите, что творил ваш «хороший» человек.

И на экране пошли записи того, как Митрохин брал взятки, по звонку сверху уничтожал чью-то карьеру, отправлял небрезгливых бойцов на полную зачистку деревень, включая женщин и детей. А уж скольких он предал и подставил, трудно было сказать. Мало того, он еще и брал деньги от американцев и европейцев, снабжая нужной им информацией.

– Ну что, это хороший человек? – пристально посмотрел на растерянного полковника Вирт. – Нравится?

– Сергей Петрович, как же так?.. – с болью глядя на человека, которого считал чуть ли не отцом, пробормотал тот, у него руки тряслись, но одновременно офицер понимал, что все увиденное правда, об этом говорило множество понятных знающему человеку деталей.

– Глупец чистенький… – прохрипел генерал, садясь на полу и с досадой глядя на вонючую лужу на полу, ему было очень досадно, что такой конфуз увидели другие люди. – Да, я клал кое-что себе в карман, но мои действия приносили стране намного больше пользы, чем вреда.

– И на амеров с европейцами шпионили ради пользы? – с горечью спросил Федосеев.

– Эх, Саша-Саша, – укоризненно покачал головой Митрохин. – Им я дезу сливал, причем в нужный момент. Или правду, но тогда, когда нам это было выгодно. Впрочем, все это лирика. Чего хочет господин, сотворивший с нами вот это? Я ведь правильно понимаю, что этот кошмар может в любой момент повториться?

– Правильно, – подтвердил Вирт. – У меня вы и вам подобные вызывают только отвращение и даже гадливость. Так вот, сообщаю, что я принес своей бывшей семье двести килограмм золота. И если эти женщины получат малейшую неприятность, то вас ждут незабываемые часы. Поверьте, никакие врачи вам не помогут. Причем мне безразлично, от вас последуют эти неприятности или от кого-то другого. Хоть от бандитов. Ваша задача, неуважаемые господа, беречь этих женщин, как зеницу ока, и помочь им с реализацией золота. Или последствия вам очень не понравятся.

– А вы? – хмуро спросил Нечаев.

– А я навсегда покидаю вашу Землю, благо я свободно перемещаюсь между мирами, реальностями, вселенными и временами, – усмехнулся Путник. – Я побываю там, где вам никогда не бывать. Не по чину!

– Неужели наша цивилизация ничем вам не интересна? – хрипло спросил бизнесмен, отодвигаясь от вонючей лужи.

– Капиталистическая цивилизация выгоды? – брезгливо скривился Вирт. – Чем она может быть интересна? Скотством и подлостью?

– То есть вы видите только скотство и подлость? – с горечью спросил Нечаев. – А все великие достижения человеческого разума?

– Созданные при помощи ворованной энергии? – хмыкнул Путник. – Ваш демиург такое сотворил, что ни у кого в голове не укладывается. Но я уже говорил, что он вскоре ответит. Да и вам всем недолго осталось.

– Это еще почему? – встревожился бизнесмен.

– Для моего последнего земного воплощения есть только одна Родина – СССР, – пояснил Вирт. – Поэтому я решил ей помочь. Слетал в прошлое и спас трех человек, предоставив им всю информацию по возможному отвратительному будущему. А спас я Гагарина, Королева и… Сталина. Уж Иосиф Виссарионович разберется со всей камарильей, которая привела Союз к гибели, так разберется, что никому мало не покажется. И убить его не смогут, его защищают дроиды сверхцивилизации, он почти неуязвим и проживет больше двухсот лет. Не будет больше капиталистического рая!

– Но почему тогда ничего не изменилось? – со страхом в голосе спросил Нечаев.

– Реальность довольно инерционна, изменения догонят вас через несколько месяцев, возможно, через полгода или даже год. Так что ждите, господа, ждите. Земля вскоре станет совсем другой. Надеюсь, сверхбогатым подонкам на ней места не останется!

– Что же вы наделали?.. – простонал бизнесмен, начав яростно тереть заболевшие виски. – А о людях, которые из-за изменения истории не родятся, вы не подумали? О людях, которые просто живут своей жизнью…

– Нет, не подумал, – безразлично ответил Путник. – Значит, их души воплотятся в кого-то другого. И мир все равно станет лучше. Не возникнет украинский нацизм, Сталину известно о нем все, поэтому ни один националист просто не выживет, а значит, не воспитает себе смену. Не смогут всякие сволочи ради своих прибылей грабить простой народ. Не будет жутких девяностых годов, не вымрут от голода, холода и отчаяния одиннадцать миллионов человек. «Эффективные» собственники не уничтожат все производства Советского Союза, не распилят на металлолом уникальное оборудование. Люди смогут с уверенностью смотреть в будущее и стремиться вверх, к небу, а не к мещанскому, убогому благополучию.

– Наивный простак… – простонал Нечаев, чуть не сходя с ума, до него наконец дошел весь ужас ситуации. – Что же вы натворили?..

– Это все лирика, – с отвращением посмотрел на него Вирт. – В общем, я все сказал. Ваша задача – помогать этим вот двум женщинам всем, чем сможете, и оберегать их от любой опасности. Если с ними что-то случится, то последствия вам известны. Не думаю, что вам понравилось плавать в лужах собственного дерьма. Вам все ясно, неуважаемые господа?

– Все, – уныло отозвались два генерала и бизнесмен.

– Засим можете быть свободны, – Путник взмахом руки погасил экраны. – А вам, господин полковник, задача починить выбитую вами дверь квартиры. До исхода дня, или будет наказаны так же, как ваши генералы.

– Я выполнял приказ, – хмуро ответил тот.

– Это не имеет значения. Вы выбили, вам и чинить. Помимо того советую решить с начальством вопрос охраны золота, а то желающие ограбить двух беззащитных женщин найдутся. Пострадают же после этого господа генералы со своим подельником. И вы.

– Починим. И вопрос с охраной решим. Я…

Внезапно Федосеев ощутил, что его губы, да и все тело ему не повинуются. А затем нечто отодвинуло его в сторону, и он снова заговорил каким-то гулким, нечеловеческим голосом:

– Зачем ты это сделал, Путник Перекрестка?

– О, надо же, нас удостоил визитом сам земной демиург! – удивился тот. – Какая честь, какая честь! А зачем? Ты же не думал, что твои преступления останутся безнаказанными, сволочь?

– Преступления? Я заботился о своем мире!

– За чужой счет! Тебе никто не мешал создать собственный регулирующий механизм, но ты решил пойти простым путем.

– Да, решил! – в голосе демиурга слышался с трудом сдерживаемый гнев. – Самому создавать слишком долго и затратно! И тебе это известно. Чего тебе не хватало? Жил, как все люди, да, возможно, я слишком много откачивал, и ты был неудачником, но жил же! И семью имел. Ах, видишь ли, тебя лишили возможности шляться везде, как последнему бродяге! И что такого? Посидел бы здесь еще лет триста, ничего бы не случилось.

– Ты, видимо, не знаешь, что я был на грани перерождения в тварь Бездны, – криво усмехнулся Вирт. – Не ты первый поймал одного из нас. Только это всегда кончалось печально и для самого Путника, и для мира, в котором его держали. Нам нельзя долго задерживаться в одном месте, или начинается перерождение. Еще лет сто, и тварь вырвалась бы. Уже не я – тварь! Что бы тогда случилось с твоей драгоценной Землей? Знаешь?

– Переродился бы в тварь Бездны?.. – растерянно переспросил демиург. – Этого я не знал. Зато за время твоего пребывания здесь мир шагнул вперед, он на грани превращения в космическую цивилизацию! Ах, еще бы лет триста… А теперь творческая энергия снова бесполезно рассеивается, число ученых и прочих творцов вскоре уменьшится на порядок. Многое пойдет вразнос. А тут выясняется, что ты еще и историю изменил… Зачем?..

– А ты никогда не слышал одного из основных законов мироздания? – насмешливо поинтересовался Путник. – Не делай другому того, чего не хочешь получить сам. Я воздал тебе по заслугам. И дал Земле шанс стать более добрым миром. Ты ошибся, выбрав капиталистический путь развития, за эоны и эоны лет ни одна капиталистическая цивилизация не достигла уровня Перехода. Мне странно, что ты этого не знаешь.

– Знаю. Но надеялся, что у меня получится переломить ситуацию. И получилось бы, если бы не ты!

– Следовало самому создать регулятор, а не держать в плену Путника. Впрочем, это неважно. Вскоре изменения докатятся до текущего времени. А ты готовься ответить за свои дела. Демиургом тебе больше не быть, и тебе это известно. И весь путь придется проходить заново. Может, научишься, наконец, соблюдать главные законы мироздания. О, что я вижу! За тобой пришли, дорогой! Землю удостоил визитом Палач! Он явно пришел по твою душу.

– Нет, нет, нет!.. – отчаянно завизжал недодемиург. – Я не виноват, я заботился о мире! Не надо! Не на-а-а…

Федосеев снова ощутил свое тело. Состоявшийся с демиургом разговор немало удивил его, но полковник предпочел промолчать, понимая, что стал свидетелем тому, чего обычному человеку видеть и слышать не следует.

– Не беспокойтесь, я не буду стирать вам память, хотя вполне могу, – понял его состояние Вирт. – Постарайтесь не становиться сволочью, полковник, это не окупается, поймите. Со временем за все придется ответить. Возможно, не в этой жизни, но все равно придется.

Затем он повернулся к вставшим с пола женщинам и негромко сказал:

– Татьяна, Виктория! Прощайте, я ухожу навсегда. Больше мы не увидимся. Незачем.

– Будь счастлив, папа, хоть ты мне и не родной… – потекли слезы из глаз девушки, она с трудом сдерживалась, чтобы не устроить истерику, прекрасно понимала, что это ничего не изменит.