Бремя императора: Скрытое пророчество

– Его имя – Поющий Ночью. Думаю, вы с ним подружитесь, ты ему понравилась.

Эльф ласково улыбался. Девушка держала в дрожащих руках лук и все никак не могла поверить, что он отныне принадлежит ей. Она любовно ощупывала и поглаживала лук, шепча про себя его имя. Поющий был прекрасен, не верилось даже, что кто-то смог сделать такой. Экое чудо…

– Хватит вам развлекаться! – оторвал Тайку от подарка недовольный голос Артина. – Пора. Выдвигаемся на позицию. Девушка останется здесь.

– Но я могу помочь! – возмутилась охотница.

– Подтверждаю, – подошел ближе Тинувиэль. – Она стреляет не хуже меня. Двумя луками мы легко сдержим любую контратаку.

– Даже так? – удивился командир. – Ладно, отвечаешь за нее головой.

– Принято, – согласился эльф. – Постреляем!

Горные мастера быстро собрались, а егерям и собирать было нечего. Маг куда-то ненадолго исчез, затем снова появился и принялся переправлять бойцов по двое-трое. Тайка приплясывала от возбуждения, глядя на это – их с Тинувиэлем забрали последними. Совсем близко виднелась ярко освещенная факелами высокая бревенчатая ограда. Вот же идиоты! Тайка только плечами пожала, хищно оскалившись. Сами облегчают лучникам задачу.

Эльф показал на одно дерево ей, а на второе взобрался сам, да так быстро, что девушка и уследить за ним не успела. Она нашла удобную развилку, устроилась в ней, приготовив Поющего и пучок стрел. Ими эльф обеспечил охотницу надолго, пять полных колчанов. Хватит, чтобы испортить убийцам отдых. Опершись спиной о ствол, Тайка ждала условного сигнала – двойного крика филина. Она зловеще скалилась, уже выбрав себе цель – здоровенного воина, зевающего на своей вышке. Недолго тебе зевать, будь ты проклят…

Ночь близилась к концу, часовые на вышках клевали носом, но задремать не решались, за это можно было и на костре оказаться, офицеры часто отдавали провинившихся солдат инквизиторам. Да и лесных призраков карвенцы боялись до одури. Отлучаться в лес в одиночку давно никто не смел, двух дней хватило, чтобы понять – это чистой воды самоубийство. Кто-то исподтишка резал любого, оказавшегося в сотне-другой локтей от лагеря. Многие вспоминали прежние надежды поживиться чужим добром со злой ухмылкой. Поживились. Ничего не скажешь. Как говорится, пошли за шерстью, вернулись стриженными. Еще не вернулись, конечно, но почти никто из рядовых не сомневался, что скоро придется возвращаться не солоно хлебавши. Да и многие офицеры думали так же. Никто, конечно, не высказывал свои мысли вслух.

Кто мог подумать, что имперцы станут воевать таким образом? Ждали самой обычной войны, ждали, что их встретят на побережье войска манхенского гарнизона, для которых было заготовлено немало сюрпризов. Однако элианцы первыми преподнесли врагу свой сюрприз. Солдат охватил мистический ужас, когда они поняли, что на побережье не осталось ни одного человека. Только бесчисленные пустые деревни вызывали дрожь своими распахнутыми окнами и хлопающими дверьми. В укрепленных городах были сильные гарнизоны, вооруженные новым страшным оружием – картечью. Да и колдуны сильно прореживали ряды наступавших своими паскудными файрболлами.

Часовой окинул взглядом стену деревьев в двух сотнях локтей от ограды и поежился. Хорошо хоть, додумались вырубить лес вокруг, не подберешься к лагерю незаметно. Хотя для этих дорхотовых горных мастеров ничего невозможного нет. Он поежился. Будь она проклята, эта война! Не сидится инквизиторам дома, жаждут еще кого-нибудь под себя подмять. А солдатам кровь проливать из-за их жадности. Надоело.

В лесу вдруг зажегся какой-то огонек, и часовой настороженно уставился на него. Огонек полыхнул жарким пламенем, и к ограде понесся, набирая скорость, файрболл. Один, другой, третий. Солдат едва успел крикнуть «Тревога!», как ему в глаз ударила зеленая стрела, и мир перестал для него существовать.

Паника поднялась почти мгновенно, лагерь осветился десятками факелов, офицеры пинками и воплями поднимали спящих солдат, гоня их на стены. Главное – защитить образовавшийся после атаки колдуна пролом. К нему из леса устремились темные фигуры, в которых многие с ужасом узнали орочьих егерей. Как умели воевать краснорожие, карвенцы хорошо знали. Не дай Единый такого врага! Арбалетчики едва успели дать один залп, как лучники из леса перебили их, и началась общая свалка.

Орки легко проломили спешно выстроенную стену щитов и оказались за спинами солдат. Навстречу им храбро выступили несколько нартагальских кирасиров, никогда не встречавшихся с егерями в бою, и быстро полегли – орочьи боевые топоры проламывали их щиты и доспехи с легкостью. Но орки напали не одни – рядом с ними дрались фигуры, затянутые в пятнистый камуфляж. Кем они были, в темноте разглядеть не удалось, но явно не урук-хай. Эти оказались еще опаснее, никого из них задеть не удалось, верткие, сволочи. Нападавших не раз пытались окружить, но они исчезали в туманных облачках, создаваемых их паскудным колдуном, и появлялись уже в другом месте, продолжая убивать.

Опытные офицеры быстро выстроили линию обороны, зная, что иначе орков не удержать – нелюди своих жизней никогда не жалели, прорываясь вперед с такой яростью, что дрожь пробирала. Хуже всего, что непонятно, сколько нападающих. Если егерский полк, лагерю конец – сметут. Если поменьше, можно и продержаться. Полных паладинов, способных противостоять егерям и горным мастерам на равных, было совсем немного, не больше двухсот человек, и именно их вражеские лучники выбивали первым делом. Меткие, гады! Ни одного промаха, каждая стрела нашла свою цель.

Бой продолжался до самого рассвета. Но не успело небо порозоветь, как нападавшие растворились в лесу, как всегда и происходило. После них не осталось ни трупов, ни раненых. Да и были ли у них вообще потери? Нартагальские лесные следопыты опять не нашли никаких следов, только выяснили, что лучников было всего двое: обнаружили места, откуда велась стрельба. Судя по всему, нападал не полк, орки просто так не отступили бы.

Кое-как приведя лагерь в порядок, высшие офицеры собрались в палатке командующего, чтобы обсудить сложившуюся ситуацию. Больше всего их потрясло, что все до единой вражеские стрелы, собранные на поле боя, оказались – ни много ни мало! – эльфийскими. Эльфы высадились на Манхене и сражаются рядом с орками? Невозможно! Но что же тогда произошло?! Офицеры долго ругались между собой, но так ничего и не поняли, только послали гонца с сообщением в главный командный лагерь войск Альянса.

Отряд собрался в знакомом овраге. Орки были сильно удивлены тем, что не потеряли никого из своих, а раны пострадавшим залечил маг. Горт довольно скалился, он неплохо поразвлекся этой ночью – карвенцы паниковали, и опытный егерь давил их, как кутят. Его топор побурел от чужой крови, и череп тщательно, любовно чистил оружие.

– Теперь можно и отдохнуть, – довольно улыбнулся Артин, присаживаясь к нему. – Хорошо вместе получается.

– А то! – не менее довольно осклабился орк, продолжая полировать топор. – Надо бы нам это дело продолжить.

– С вашим Кагалом не больно-то договоришься.

– Да пошел этот Кагал в габтов зад! – отмахнулся череп. – Достали своими склоками, грызутся и грызутся, никак шкуру неубитого медведя не поделят. Напрямую с егерями лучше договариваться. Могу взять это на себя, многие черепа полков с радостью помогут.

– Буду благодарен, – покивал горный мастер. – Но говорить с Кагалом все же придется. Император вскоре пришлет посла.

– Тогда пусть лучше Храта присылает, ему Кагал ни в чем не откажет, они перед парнем благоговеют. Хорошего вы бойца воспитали, слов нет.

– Егеря, которых недавно в ученики взяли, тоже со временем не хуже станут, – пожал плечами Артин. – Их уже гоняют как следует.

– Это еще когда случится, – проворчал Горт, спрятав топор в чехол. – А Храт все равно останется первым. Жезл Чести за последние полста лет еще никому, кроме него, не вручали.

– Я передам его величеству твое мнение, – кивнул горный мастер. – Думаю, он прислушается. Толковый мужик нам в императоры достался, ничего не скажу. А кузнец он какой!

– Завидую… – тяжело вздохнул череп. – Нам давно надоели старейшины, тянущие каждый в свою сторону. Пора своего императора на престол возводить. Пусть лучше один волк во главе будет, чем целая стая шакалов.

– Это уж вам решать, – ухмыльнулся Артин. – Тебя с ребятами сейчас домой отправлять?

– Ага. Надо еще отдохнуть чуток, днем мне в Кагале отчитываться. Скоро на границу, слава Создателю Миров. Не люблю в столице служить, скучно.

– Прекрасно тебя понимаю, сам такой же. Ронх, ты как?

– Сейчас, – недовольно пробурчал маг, подходя к ним. – Дай хоть отдышаться, умаялся я.

Но много времени ему не понадобилось, вскоре орки исчезли в туманном облачке. Тайка с интересом проводила их взглядом, она чувствовала себя усталой, но очень довольной. Доказала этим воинам-демонам, что не просто балласт, а тоже кое-что может! Она бросила взгляд на Энета и удивленно вскинула брови – юноша снова уткнулся в книгу. Нет, один в один их старый шаман, ничем не отличается. Только что молод. Но надо бы выполнить обещанное, охотница только при свете дня поняла, где находится овраг. Совсем рядом с последним стойбищем Белок, пробежаться недолго… Она подошла к Энету и сказала, что ее бывший дом совсем рядом. Юноша встрепенулся.

– Артин, – подошел он к командиру. – Отпусти, а? Мы быстро.

Тот тяжело вздохнул. Ну что ты будешь делать с этим сумасшедшим книжником?

– Я с ними смотаюсь, прикрою, – рассмеялся случившийся рядом Санти. – Лучше отпусти, а то ведь он никому покоя не даст. Плешь проест.

– А по шее? – приподнял левую бровь Энет. – Могу и дать.

– Это еще кто кому даст, – весело хмыкнул скоморох, поглядывая на друга.

– Ладно уж, обормоты, идите, – махнул рукой командир. – Только смотрите мне, попадетесь святошам – выдеру. Всех троих!

– Не хватало только! – хихикнул рыжий. – Пусть сперва попробуют поймать.

– Да были бы вы вдвоем, я бы и не беспокоился, но с вами девушка. Она воздушной акробатикой не владеет.

– Вытащим, – отмахнулся Энет, приплясывая в предвкушении, известие о предсмертной рукописи карвенского философа Делията возбуждало юношу донельзя.

Бежали быстро, деревья сливались в туманную полосу. Тайка не отставала от горных мастеров, даже смеялась на бегу, что не могло не удивлять. Впрочем, дикарка – охотница, для которой выносливость означает выживание. Дорога заняла полчаса, Энет первым заметил полусгнившие, сливающиеся с кустами, травяные шалаши и остановился. Оглянулся на девушку и замер. По щекам Тайки текли слезы, она с тоской смотрела на остатки стойбища. Здесь ведь погибли все ее родные. Он сочувственно поглядывал на девушку, застывшую у пологого холмика, в котором угадывалась могила.

– Идем, – голос Тайки был тихим и дрожащим. – Шамана я зарыла дальше.

Еще несколько холмиков обнаружилось между деревьями. А затем Энет увидел настоящее капище с грубо вырезанным деревянным идолом. Девушка низко поклонилась этому идолу, что-то неслышно шепча. Положила перед ним несколько отрезанных вражеских ушей – заранее озаботилась, наверное. Когда и успела-то? Как будто бы и не приближалась к месту боя, на дереве с луком сидела.

Поговорив с богом племени, Тайка в который раз поклонилась и направилась в большому дубу с морщинистой корой. Он был весь в дуплах, в одно из которых девушка и запустила руку. Немного порывшись, она достала кожаный сверток, вздохнула и протянула его Энету. Юноша дрожащими руками развернул его и замер. Исписанные плотным мелким почерком листы плохо выделанного пергамента из оленьей кожи. Энет попробовал разобрать написанное. По-карвенски. «О смысле бытия. Искание, испытание и суть, выделенные в тезисы. Писания Делията Изартана Этаронского».

Так и есть! Посмертная книга великого философа, которого в Карвене, конечно, приговорили к сожжению за ересь. Как он бежал оттуда, ведает, наверное, только Единый. Может, невидимки помогли? Но тогда почему он оказался на Манхене? Не захотел связываться с «колдунами»? Побоялся? Но чего? Император ведь переписывался с ученым, насколько было известно Энету, и не раз приглашал Делията в Элиан.

Тридцать лет назад северное побережье Манхена еще не принадлежало империи, и решивший не связываться с его величеством перепуганный до смерти человек вполне мог здесь высадиться. Эх, дурак высокоученый… Сколько бы он еще мог сделать, а предпочел столичному университету прозябание в лесу. Но все-таки оставил потомкам кое-что. И хорошо, что его работу удалось найти. Ректор Тарсидарского университета будет счастлив, увидев эту рукопись, она, наверное, сразу же пойдет в перевод и в типографию. Профессор Зарген – большой поклонник ранних идей Делията, и при виде посмертной книги своего кумира потеряет покой.

– И чего он тама накатал? – задала риторический вопрос Тайка. – Он шибко умный был, стоко занятного баял, никто боле так не мог.

Энет покосился на нее и вдруг осознал: эта вот дикарочка, неграмотная, невежественная, грязная, имела такую же, как и он, страсть к знаниям. Хотела все понять и пощупать своими руками. Бывает ведь, что уродится в диком племени вот такое. Что с ней станет-то? Пропадет ведь в незнакомой жизни, затопчут, сожрут. Она же не знает даже, что такое деньги. А как помочь? Граф на минуту задумался. Есть способ, но одобрят ли это друзья и его величество? Не одобрят? Ну и пусть. Девочка не заслуживает борделя, куда обязательно попадет, если оставить ее без помощи в любом городе империи.

– Хочешь стать моей ученицей? – негромко спросил он. – Научу всему, что знаю и умею сам.

– Ученицей? – удивилась Тайка. – Хочу.

– Вот и хорошо. Только смотри, гонять стану страшно, спать некогда будет. Я, пока в учениках ходил, об одном только мечтал – выспаться вдоволь, да чтобы отстали. Зато научишься драться, как мы, да и грамоте научу, сама книги читать сможешь.

– Правда?! – Глаза девушки расширились, ради этого она готова была на все.

– Правда-правда, – рассмеялся Энет.

Санти ехидно ухмыльнулся и открыл было рот, собираясь что-то ляпнуть. Пришлось показать рыжему кулак.

По возвращении на них накинулся Артин. Выслушав мнение командира о своих умственных способностях, граф сильно удивился. Что случилось-то? Сам ведь отпустил.

– Приказ по амулету связи пришел, – несколько успокоился мастер через некоторое время. – Вас срочно требует к себе император.

– Девушку я забираю с собой, беру ее в ученицы, – решительно сказал Энет, когда Артин закончил разоряться.

– Да что ж вы все девок-то берете? – удивился подошедший Лек. – Сперва Тини, теперь ты. С ними ведь возни втрое больше!

– Так получается, – отмахнулся граф, переглянувшись с ехидно ухмыляющимся эльфом.

Вскоре на поляне появилось туманное облачко, из которого вышел высокий, худой эльдар. Туманная маска на месте лица до смерти перепугала Тайку, вот теперь она видела перед собой настоящего злого духа, совсем такого, как описывал шаман. Да и мамка о них рассказывала, стращала, что вот придет страшный туманнолицый и заберет непослушную девчонку прямо в Бездну. Вот и пришел. Неужто – все? Но горные мастера почему-то ничуть не испугались, наоборот уважительно приветствовали пришельца. Девушка тяжело вздохнула и позволила увести себя в туманное облачко.