Бремя императора: Скрытое пророчество

– Да, ты дал мне еще один повод для размышлений, – мрачно сказал Маран, постукивая пальцами по столу. – Кол им всем в глотку! Что ж все эти гнойники одновременно лопнули?

– А вот потому, что одновременно, я и заподозрил единый центр. – Старый мастер невесело усмехнулся. – Ладно, твое величество, я в Тарсидар. Передам документы и лягу все же поспать, пока совсем не свалился. Переправишь?

– Что за вопрос? – пожал плечами император, создавая портал. – Иди, прямо в твою канцелярию ведет.

Ланиг попрощался и шагнул в туманное облачко. Император погасил заклинание и откинулся на спину кресла. Невеселые новости принес ему начальник тайной стражи… Ладно, с Диппатом все понятно, его дочь освободят, очень не хочется терять этого человека. Слабость, конечно, проявил, но понять и простить можно – родная кровинка ведь. Он снова поставил себя на место бедняги и вздрогнул – не дай Единый кому-нибудь такой страшный выбор. Маран не знал, как поступил бы сам, потому и готов был простить.

А вот маги Академии… Этим прощения нет. Если начнется война магов, то мир может не выдержать. Придется сходить в Замок Призраков за одним древним оружием, созданным как раз на такой случай. Власти, значит, вам не хватает, господа хорошие? Зря вы это, честное слово. Нет ничего опаснее мага, жаждущего власти, таких придется уничтожать без всякой жалости и оглядки на прежние заслуги. Опаснее всего, похоже, потомственные маги. Ими и придется заняться в первую очередь.

– Ваше величество! – заговорил амулет связи голосом начальника стражи императорской башни. – Мальчишки прибыли. Куда их?

– Ко мне, немедленно! – отозвался Маран. – И прикажи подать горячий обед на шестерых. Девушка с ними?

– Да.

– Хорошо, жду.

– Ее тоже к вам?

– Естественно! – рассердился на недогадливость офицера император. – Все?

– Так точно!

Вскоре дверь приоткрылась, и в кабинет осторожно заглянул Лек. Увидев Марана, коротко поклонился.

– Чего в дверях мнешься? – насмешливо спросил его величество. – Заходите, дорхоты бесхвостые, жду.

– Э-э-э… – покраснел горец, входя. – У нас тут новости…

– Энет ученицу взял? Знаю уже, доложили. Давайте ее сюда, погляжу.

Горец быстро исчез за дверью. Вскоре в кабинет вошли остальные ребята и рослая девица в костюме из плохо выделанной кожи, в ее широко распахнутых глазах плавало изумление. Она была на добрую голову выше своего наставника и шире его в плечах. Император только головой покачал – крупная девочка. И, похоже, совсем дикая. Маран задумчиво наблюдал за Охотницей, пытаясь понять, чего от нее ждать. Любопытно, первым делом с восхищением уставилась на книги. Так же любит читать, как и Энет? Тогда понятно, почему граф взял ее в ученицы – одного поля ягоды.

Тайка шла как во сне, не веря своим глазам. Все вокруг настолько не походило на родной лес, что девушке было сильно не по себе. Хорошо хоть Энет держал за руку… Она оказалась на огромной платформе, находящейся на непредставимой высоте. Бесконечные разноцветные шпили внизу заставили ее отшатнуться от края: упадешь – костей не соберешь. Энет повел Тайку за собой в какую-то непонятную, очень красивую пещеру.

– Вот и она, твое величество, – донесся до охотницы голос смуглого носатого парня, которого остальные почему-то называли наставником. – Зовут Тайкой, из дикого кочевого племени. Их святоши нашли и всех перебили, одна она чудом осталась в живых. Начала отстреливать карвенцев из лука. Поймали, конечно, собрались пытать, но мы освободили. А…

– Наслышан, наслышан о ваших подвигах, – прервал его туманнолицый демон в сером плаще. – Молодцы! Тайка, значит? Подойди ко мне, девочка.

Она осторожно подошла, вспомнив, что этот демон, по словам Энета, самый могучий вождь мира, что сильнее его никого нет. Несмотря на туманную маску, девушка каким-то образом поняла, что ее изучают.

– Вижу, ничего не понимаешь? – со смешком спросил император. – Не бойся, никто тебя не обидит. А поймешь со временем: жизнь здесь куда разнообразнее, чем в твоем лесу. Пойдем на балкон, посвятим тебя в ученицы. Потом тебе придется остаться у мастера Кертала, твой наставник отправляется в Форт-Астар, тебе там пока не место.

– Она не хуже меня, если не лучше стреляет, – возразил Тинувиэль.

– Этого мало, – отмахнулся Маран. – Кочевники атакуют Южные Цитадели по всей протяженности, вам тоже запрещаю лезть на рожон, но хочу, чтобы вы сами увидели, что такое штурм и оборона крепости. Пригодится на будущее.

– Как скажешь, твое величество! – поклонился Лек.

– Ты вождь здешний, тебе приказывать, – заставила себя заговорить растерянная Тайка. – Вождю не прекословят, вождю подчиняются.

– Правильно рассуждаешь, – одобрительно кивнул император. – Так, значит, и сделаем.

Все еще растерянную девушку отвели на балкон, затем Энет произнес какие-то малопонятные слова, их подтвердил громовым, перекатывающимся голосом туманнолицый вождь. Когда ее спросили согласна ли она стать ученицей, растерянная Тайка ответила «да», не совсем понимая, на что соглашается. В лицо охотнице ударил с вершины башни ярко-синий луч. Этого оказалось для нее слишком много, и девушка впервые в жизни потеряла сознание.

– Твое величество! – негромко сказал Энет, когда Тайку привели в себя и все вернулись внутрь. – Извини, но, по-моему, ты неправ. Может, все-таки лучше взять ученицу с собой? Тини ведь постоянно просил мага его в Тарсидар перебрасывать, чтобы проведать Раху. В любую свободную минуту. Сам знаешь, что первые дни – основополагающие в становлении отношений учитель-ученик.

Маран откинулся на спинку кресла и задумался. А ведь прав мальчишка, если разобраться. Технику дать любой толковый боец может, невелика проблема, а вот душевные травмы подлечить никто, кроме наставника, не сумеет. Да никому другому ученик и не доверится по-настоящему. Кертал, например, жаловался, что Раха – та еще проблема, голоса на нее не повысь, не ударь, не обзови. Плачет сразу, забивается в какой-нибудь закуток и тихонько так плачет, будто щенок обиженный. Старый мастер в растерянности разводил руками, не зная как воздействовать на девочку, как заставить тренироваться по-настоящему. Только Тинувиэль ухитрялся быстро выводить ученицу из этого состояния. Две-три шутки, погладил по щеке, и все – улыбается, горы готова свернуть. Втрескалась, конечно, в наставника по уши, что вполне естественно в таких случаях.

Император краем глаза покосился на дикарку, недоверчиво щупающую серый шнурок на своем плече и явно не понимающую, что это такое. Эту вот – тоже на голову замученного девяностолетнего старика? Наверное, пусть мальчишки все же сами занимаются своими ученицами. Опасно? Ничего, зато будут головами, а не другим местом думать, что в обычное время случается постоянно.

– Ладно, – заговорил он наконец. – Берите. Только на стены девчонок не пускайте, там без вашей подготовки легко сгинуть можно. Помните, что они еще не умеют того, что умеете вы. Неопытные наставники, забывающие об этом, довольно часто теряют учеников. Только в прошлом году пять таких случаев было. Не хотелось бы, чтобы это случилось с вами.

– Не пустим! – заверил Энет, подмигнув довольному эльфу, которому надоело быть обязанным отрядному магу за переброску в Тарсидар – тот порой требовал в благодарность совсем уж несуразных вещей.

И где, скажите на милость, взять кумыс, которого Ронх возжелал попробовать? Не продают его в империи, нет торговли со степняками. Нет и никогда не было! А когда эльф все-таки исхитрился обменять десяток своих знаменитых зеленых стрел на мех с кумысом у одного ушлого торговца, Ронх только плевался и говорил, что большей гадости в жизни не пил. Так зачем же заказывал, если гадость?! Тинувиэль с ужасом представил, чего тому еще может захотеться, и поежился. Нет уж, пусть лучше Раха при нем будет, всяко дешевле обойдется, чем капризного мага ублажать.

– Погляжу я, как вы с ними мучиться будете, вот уж посмеюсь… – едва слышно проворчал себе под нос Лек, но император услышал и ухмыльнулся под маской.

Да, горцу можно только посочувствовать. Четыре таких раздолбая в учениках? Это вам не просто так, господа, это жуть, как он еще не свихнулся, бедный. Уже и не ученики, но ведь бывший наставник все равно чувствует себя за них ответственным, никуда от этого не деться.

– Ладно, дорхоты бесхвостые, – вздохнул его величество, – даю вам время до завтра. Сейчас открою портал в Тарсидар, в поместье отца Энета. По городу не слишком шляйтесь. Это к тебе, Лек, относится в первую очередь! Не может она сегодня с тобой увидеться, иначе вся ее работа за три месяца насмарку пойдет. Извини, но придется подождать. Твоя Элиа играет заметную роль в одной очень важной интриге, если все получится, то мы, благодаря ей, хорошенько прижмем епископов.

– Понял… – грустно вздохнул горец. – Не буду шляться. Но в Тарсидаре ведь думают, что я умер.

– Кому надо, все знают. Уж лорд Дайар знает точно. Ушлый у тебя отец, Энет, очень ушлый, пальца в рот не клади. Иногда я подозреваю, что его разведка не хуже моей работает. А то и лучше.

– А на какого дорхота ему разведка нужна? – изумился граф, растерянно глядя на императора.

– Ты у меня спрашиваешь? – со смешком поинтересовался Маран. – Это ты у него спроси. Я знаю только, что разведка у него есть, и его люди не раз моим палки в колеса ставили. Терплю пока, но предупреди его, что терпение может и закончиться.

– Спрошу, – кивнул, нахмурясь, Энет, не замечавший за отцом склонности к интригам. – И предупрежу.

– Где твоя ученица живет, друг ситный? – повернулся к эльфу его величество.

– В казармах стражи, – ответил Тинувиэль.

– Тогда тебя я переброшу туда, забери девочку вместе с ее вещами к лорду Дайару. Теперь обращаюсь ко всем пятерым. Яды на вас больше не действуют, никакие, не волнуйтесь по этому поводу, отравить не смогут. Убийцы Черного Клана тоже не страшны, сила великих мечей убережет вас в любом случае, но на рожон не лезьте, а то я вас знаю.

– Не будем лезть, твое величество! – заверил Лек, но император ему почему-то не поверил, иронично хмыкнув.

Маран еще некоторое время смотрел на мнущихся юнцов и незаметно вздыхал. Знать бы, чего ждать, ох, знать бы. Увы, пророчество слишком туманно, да и сбываться начнет только после того, как к этой разбитной компании присоединятся Жрица, Беспалая, Неизвестная и Принцесса. Кого, интересно, подразумевал Элиан под Принцессой? Уж не одну ли из его дочерей? Не хотелось бы, вот только его не спрашивали. А какие еще в мире принцессы есть? У короля Нартагаля только малолетний сын, у касика Даркасадара есть одна дочь, но ей под сорок – толстая, капризная, склочная баба, к тому же – невероятная дура. Вряд ли кто-нибудь из юнцов способен обратить на такую внимание. Или это только прозвище? Кто его знает… Император в который раз поежился. И за что Единый возложил эту неподъемную ношу именно на него? Однако деваться некуда, придется тащить.

Похожие на теней слуги быстро накрыли на стол, опасливо поглядывая на императора, который нечасто баловал дворец своим присутствием. Как и всякого неизвестного, его побаивались. Канцлер был злом давно известным, привычным, каждый слуга хорошо знал, чего ждать от высокого лорда. А вот чего ждать от его величества? А дорхот его знает! Лучше стараться вести себя повежливее и понеприметнее. Никто не помнил, чтобы император приказал наказать слугу, но все ведь когда-нибудь случается в первый раз. Никому не хотелось стать таким первым, вот каждый и старался, как мог.

Оголодавшая молодежь быстро смела все со стола, ничуть не смущаясь присутствием императора. Маран с любопытством наблюдал за ними. Многое можно сказать о людях, да и не только о людях, по поведению за столом. Лека взять хотя бы. Привык есть, что дают, не пререкаясь, дома у него небогато, лорд Кетван прижимист. Ест аккуратно, держит кусок хлеба под ложкой, чтобы не упустить ни капли похлебки. Энет характеризуется только одним – прекрасным воспитанием, истинный лорд незнамо в каком поколении. Храт ест руками, как принято среди урук-хай, но тоже очень аккуратно, со стороны это выглядит даже красиво. Об эльфе и говорить не стоит, эстет до мозга костей во всем, в том числе и в поведении за столом. Каждую мелочь обставляет так, что залюбуешься. Санти. Да, Санти. Манеры скомороха оставляли желать лучшего. Улица оставила на парнишке свой гнусноватый след. Придется просить Энета дать кровному брату несколько уроков этикета, не помешает. Император покосился на дикарку и хмыкнул. Тихий кошмар – чавкает, вся перемазалась кремом. Наверное, в жизни пирожных не ела, вряд ли в ее племени знали другие сладости кроме меда и фруктов.

Когда все насытились, Маран не стал больше задерживать ребят – пусть отдохнут немного, а то замученные какие-то. Он открыл портал во двор дома высокого лорда ар Инвата. Горные мастера один за другим нырнули в туманную дымку и исчезли. Император вздохнул. Что же вас ждет, ребята? Почему именно на вас свалился весь этот кошмар? Стать исполнителями древнего пророчества? Врагу не пожелаешь.

Энет с интересом оглянулся, оказавшись во дворе родного дома. Почти ничего не изменилось, все так же спокойно, тихо, благообразно, только изредка мелькнет какой-нибудь слуга, бегущий по своим делам. Однако охрана не зевала: заметив выход нескольких человек из портала, воины на всякий случай изготовились к бою, однако, узнав молодого хозяина, расслабились. Кто-то побежал докладывать лорду Дайару о возвращении сына с друзьями, улыбающийся во весь рот начальник охраны подошел и низко поклонился. Любили молодого хозяина в этом доме, еще с тех времен, когда он был калекой. Не стал ведь капризной сволочью, как многие, совсем наоборот – всегда заступался перед строгим отцом за провинившихся слуг, а тот ни в чем не мог отказать любимому сыну – и прощал.

Не прошло и двух минут, как на лестнице показался хозяин дома. Дайар очень соскучился по сыну, ежедневно и ежечасно думая о нем. Ланиг ар Вортон на запросы отвечал только, что с парнем, мол, все в порядке, а этого измученному неизвестностью отцу было мало. И вот появился. Запыленный, замученный, оборванный, вытянулся едва ли не на голову. Сплошные мышцы и сухожилия, куда только подевался калека-книжник. А это еще что? Высокий лорд с недоумением уставился на черный шнурок, свисающий с левого плеча сына. Он уже младший мастер? За полгода?! Единый! Да разве такое бывает?

Друзья сына тоже носили черные шнурки, а значит – бывает. Нет, сегодня Энету придется рассказать отцу все, не отделается общими словами, как обычно. Но как же он изменился. Все-таки великое счастье, что покойный Лек ар Сантен взял сына в ученики. Стоп. Почему покойный? А это кто стоит? Покойник ведь, собственной персоной! Интересно. Слухи о том, что горец жив, доходили до лорда Дайара, но он не поверил, сам видел парня мертвым. Но, несмотря на это, – вот он, улыбается. Ох, какая-то здесь интрига. И понять, какая – просто необходимо.

– Искренне рад, что вы живы, светлый лорд, – поклонился отец Энета Леку, ничем не выдавая своей заинтересованности. – Добро пожаловать в дом рода ар Инват!

– Искренне благодарен за ваше гостеприимство, высокий лорд! – не менее церемонно поклонился горец. – А жив? Спрятали меня так, пусть святоши думают, что у них все получилось.

– Но вы здесь, они узнают.

– Теперь это уже не имеет значения. – Юноша позволил почти незаметной улыбке скользнуть по губам. – Яды ни на одного из нас больше не действуют. Вообще. Охотники Черного Клана тоже не страшны. К моему глубочайшему сожалению, этому есть цена, та древняя легенда оказалась правдой – все произошло из-за нее.

– Вы имеете в виду Пророчество Пятерых? – нахмурился лорд Дайар.

– Да. Оно о нас. Мы, все пятеро, носители великих мечей первозданных сил. Мечи наградили нас многими интересными способностями. Я говорю вам это, чтобы не возникало ненужных вопросов, если увидите что-нибудь из ряда вон выходящее. Впрочем, об этом лучше не здесь.

– Согласен. – Хозяин дома задумчиво посмотрел на горца.

– Отец, – заговорил Энет. – Я взял ученицу, теперь я несу за нее ответственность.

– Девушку? – искренне удивился лорд Дайар. – Почему?

– Так уж вышло, – развел руками юный граф. – Позволь представить тебе ее.

Он подтолкнул ошеломленную Тайку вперед, будучи не уверен в реакции отца. При виде рослой, на голову выше него самого девицы в грязной и рваной кожаной одежде лорд замер на месте, только брови взметнулись вверх, сложившись домиком. Обычно такого рафинированный аристократ себе не позволял, одно это говорило о степени его изумления. Лорд Дайар покосился на сына, тяжело вздохнул, поклонился и сказал:

– Добро пожаловать в наш дом, ученица моего сына! С этого момента он вам родной, сударыня. Даю в том слово главы рода ар Инват.

– Сп-па-а-асибо… – едва сумела выдавить ошеломленная Тайка, понявшая только, что перед ней отец ее наставника.

Девушка пыталась как-то разобраться в происходящем, но запутывалась с каждым мгновением все больше и больше. Взять хоть этого пожилого, роскошно одетого человека. Кто он? Вождь? Охотник? Шаман? Нет, что-то совсем иное. А что? Почему здесь все так сложно? Как просто было в родном племени… Тайка ощутила острую тоску при воспоминании о несчастных Белках, даже слезы на глазах появились.

Лорд Дайар сразу отметил это и вопросительно покосился на сына.

– Святоши убили всех в ее племени, – помрачнел Энет. – Даже детей. Она домой вернулась, а там…

– Ясно… – В глазах высокого лорда появилось сочувствие, он знал насколько это больно – терять тех, кого любишь. – Надеюсь, девочка, мы сумеем стать тебе новой семьей.

Этого Тайка уже не вынесла и, сев прямо на землю, разрыдалась. Энет кинулся утешать ученицу, но она ничего не замечала. Столько времени молча носимое в себе горе властно потребовало выхода.

– Не трогай ее, пусть выплачется, это даст хоть какое-то облегчение, – дотронулся до плеча сына лорд. – И вообще, в первые дни будь с ней поласковее.

Беда девушки сразу изменила отношение лорда Дайара к ней. Никогда он не забудет своего отчаяния после неожиданной смерти Ленеки. Только осознание того, что у него остался маленький беззащитный сын, удержало от самоубийства. Слишком лорд любил жену. Потерять всю семью, наверное, еще страшнее. Тем более – увидеть мертвые тела близких. А как карвенцы умеют изгаляться над «еретиками», Дайар хорошо знал, доводилось видеть последствия развлечений господ инквизиторов.

– Добрый вечер! – поздоровался вышедший из туманного облачка Тинувиэль, ведя за руку смущенную Раху.

Лорд Дайар только сейчас обратил внимание, что эльфа не было. Взглянув на крохотную орку, прячущуюся за спину принца, он едва слышно хмыкнул. И этот туда же. Что ж они все себе девчонок-то в ученицы набирают? Не понимают, сколько проблем те доставят? Женщины совсем другие, у них иные интересы, делать из женщины воина – неблагодарное занятие.

– А почему Тайка плачет? – удивленно вздернул уши эльф.

– Семью вспомнила… – вздохнул граф.

– Ясно… Раха, это – ученица Энета. Будете вместе жить и тренироваться. У нее всех родных святоши убили. Ты знаешь, как они убивают.

– Ой, мамочка, ужас-то какой… – Орочка вцепилась себе зубами в руку, с состраданием глядя на дикарку, уткнувшую голову в колени.

Тайка в конце концов сумела заставить себя успокоиться и встала. Покраснев, она уткнулась взглядом в землю, досадуя, что позволила себе распуститься – это недостойно охотника, который никому не должен показывать своих чувств. Никогда и ни при каких обстоятельствах! А она? Позор. Но люди вокруг почему-то не восприняли ее поведение как позор, как слабость, ни один не смотрел на девушку осуждающе. Наоборот, во взглядах каждого она видела сочувствие.

– Здравствуй! – подошла к Тайке невысокая девушка с красной кожей и выступающими из-под верхней губы клыками. – Меня Рахой зовут. Я ученица Тинувиэля.

Она показала на парня, с которым охотница соревновалась в стрельбе. Но раньше девушка не особо присматривалась к нему, отметила только, что очень красив. Теперь присмотрелась. У Тинувиэля были огромные, нечеловеческие глаза и лицо, заставляющее цепенеть от восторга. Даже постоянно шевелящиеся остроконечные длинные уши совершенно его не портили, совсем наоборот.

Тайка долго завороженно смотрела на эльфа. Ну, не бывает таких красавчиков. Охотница понимала, что у нее никогда не будет ни мужа, ни детей, это ей вполне доходчиво объяснили еще в родном племени. Ее судьба – одиночество. Навсегда. Но не смотреть на Тинувиэля не могла.

Многое еще случилось в этот вечер, о многом говорили давно не видевшие друг друга отец с сыном. Лорд Дайар был потрясен рассказом Энета, не хотел верить, но полупрозрачные крылья и горящие синим огнем картаги младшего ар Инвата говорили сами за себя. Значит, правда. И никуда от этого не денешься, придется учитывать новые обстоятельства в своих планах. Высокий лорд молча выслушал императорское предупреждение и высокомерно усмехнулся. Еще посмотрим, кто кого, тайной страже Марана до его разведки далеко, не умеют тонко играть, привыкли, что сильнее всех. А сила далеко не всегда решает, кто победит, тут еще и ум нужен. Так что – посмотрим, ваше величество. Но сын его не поддержит, это ясно. Ничего, со временем все поймет, молод еще. Для отвода глаз лорд Дайар пообещал не мешать имперской разведке, не собираясь, конечно, выполнять свое обещание.

Энет уснул прямо в кресле. Лорд приказал лакеям отнести сына в спальню, раздел, уложил, укрыл и долго еще смотрел на юношу, до боли похожего на мать. К сожалению, времена, когда Дайар был молод и любим, не вернуть. Осталось только обеспечить единственному сыну будущее, достойное наследника древнего королевского рода.