Ночь черных звезд

Он поклонился Тариэлю, отошел к дивану, сел и закрыл глаза. А эльф задумался об услышанном.

– Я думала, что эрсай общаются только с Сэфес или Встречающими, – Дарли с удивлением смотрела на Атона, который, в свою очередь, с интересом рассматривал ее каюту. – Как ты сюда попал?

Вопрос был, конечно, чисто риторическим – только что Дарли разговаривала с одним из двархов, и никакого Атона в каюте, конечно, не было. Он просто появился перед ней, возник из ниоткуда и теперь оглядывался, прищурившись и вежливо улыбаясь.

О том, кто такой Атон, Дарли уже знала от Даши, которая успела встретиться с ним несколько раз – и на Орине, и на секторальной станции. Даше эрсай не очень понравился, но с выводами целительница не спешила. В отношении подобных существ любые выводы чаще всего оказывались в результате ошибочными.

С одной стороны посмотреть – сволочь же. Играл с командой, как кот с мышами, причем мыши в клетке, деваться им некуда. Мог бы помочь, наверное. Мог – и не помог. Не вмешался. Не сделал ничего, чтобы облегчить жизнь тем, кого курировал несколько месяцев. Дарли вспомнила несчастные глаза Скрипача, который предлагал снять ключ, отлично понимая, что это для него смертельно. Это что, такое вот испытание? Проверка на прочность? Подло, до чего же подло… Зачем, для чего этой твари нужно было приумножать количество боли в мире, где боли и так с избытком? Задерганный Ри, делавший работу на пределе своих возможностей. Доведенный до отчаяния Ит, устроивший в результате ту безобразную сцену. Чудом оставшийся в живых Скрипач… Хороша помощь, ничего не скажешь. Замечательный куратор. Лучше не бывает.

Но с другой стороны… Существует вероятность, что без него они не сумели бы сделать то, что сделали. Сдались бы. Опустили руки. Не сумели бы перейти на уровень выше. Не спасли бы никого и не спаслись бы сами. Ведь если смотреть на результат, то результат хороший. Станция дошла до Орина, ключ в Сети, ключ в Ордене, ключ уже у нескольких повстанческих флотов, в составе экипажей которых есть эмпаты. Ситуация начала улучшаться, Блэки удается блокировать, и – факты упрямая вещь – все живы. Да, вычищать пораженную область придется несколько столетий (тут Дарли иллюзий не строила), но, по крайней мере, есть реальный шанс вернуть все в конце концов на круги своя. А может быть, что-то даже улучшить. Время покажет.

Вот только эта двойственная ситуация сейчас слегка сбивала Дарли с толку. И возникал вполне закономерный вопрос – какого хвоста Проклятого этому эрсай понадобилось от нее?..

– Как я сюда попал? – переспросил Атон. – Скажем так: пришел.

– По делу? – ехидно спросила Дарли.

– А как ты сама думаешь? – неприязненно поинтересовался в ответ эрсай. – Естественно, по делу. Зайти просто так, поиграть в шатуа, например, я могу к очень немногим. Но боюсь, что в ближайшие триста лет времени на шатуа у меня не будет.

– Что такое шатуа? – приподняла брови дварх-адмирал.

– Это n-мерная стратегическая логическая игра, – объяснил эрсай. – С очень длинными партиями. С Фэбом, например, мы играем одну партию последние полтораста лет, и сейчас я все-таки начал одерживать над ним верх. По крайней мере, мне так кажется, – самокритично признался он. – При этом я допускаю, что ему кажется то же самое.

– Безумно интересная и, без сомнения, очень важная информация, – скривилась Дарли. – Так зачем ты здесь на самом деле?

– Заскочил предупредить, что вы собираетесь двигаться в неправильную сторону.

– То есть? – не поняла Дарли.

– То есть вы сейчас сделали все правильно, – Атон, конечно, имел в виду операцию с флотом Блэки, – но теперь собираетесь делать неправильно. А надо, чтобы правильно. Я хорошо объяснил?

– Великолепно, – сардонически усмехнулась дварх-адмирал. – И очень понятно. Особенно мне понравилась та часть объяснения, в которой про правильно и неправильно. Так, а теперь серьезно. Что именно неправильно мы собираемся делать?

– Вы ищете сейчас не тех и не там, – Атон прищурился. – У вас возникла хорошая версия, и если вы отработаете ее, то…

– Какая именно? – напряглась Дарли.

– Угу, сейчас, уже сказал, – ехидно бросил он. – Э, нет. Так дело не пойдет. Я все-таки эрсай, уважаемая дварх-адмирал, а не энциклопедическая программа. У меня нет и не может быть готовых ответов. Максимум, что я имею право сделать, – это задать направление.

– Ну так задай!

– Ну так задал! У вас есть три схожие версии, верно? Так вот, правильной является лишь одна из них.

– Какая именно? – поинтересовалась Дарли.

– А я не знаю. Нет, серьезно – не знаю, – Атон развел руками. – Мало того, я не могу этого знать.

– Бред какой-то, – Дарли села на ложе. – Атон, это действительно звучит как полнейшая ерунда, уж прости.

– Ну… в этом мире многое зачастую звучит как полнейшая ерунда, – эрсай нахмурился. – А на поверку оказывается, что эта ерунда и не ерунда вовсе, а весьма важная информация или факт.

– Это все демагогия. Ты понимаешь, о чем вообще речь? – Дарли потихоньку начала злиться. – Ты понимаешь, что поставлено на карту?!

– Я-то как раз отлично понимаю. Но у меня… – Эрсай замялся. – Видишь ли, у меня ограничены возможности.

– У тебя? – Дарли очень удивилась его признанию. – Прости, но все, что нам известно о вашей структуре, говорит об обратном. У вас, если я правильно понимаю, возможностей гораздо больше, чем у тех же Бардов или Сэфес… а их в очень многих мирах признают или демиургами, или, как минимум, равными демиургам.

– Возможности, дварх-адмирал? – тихо переспросил Атон. – Возможности – или ответственность? Ты сейчас путаешь одно с другим, Дарли Эстель Фарлизи. Как в детской сказке, да? Где маленькая девочка находит волшебный артефакт, становится большой и сильной и дает по шее всем врагам? Или как мальчик случайно читает в старинной книге заклинание и обретает способность повелевать вселенной? Что такое демиурги, Дарли? Не на их ли крови и слезах выстроено все то, что мы видим вокруг? Сэфес и Барды – это всего лишь те, кто видели Бога. У них нет никаких возможностей, равно как и у меня. Мы просто видели Бога и хотим, чтобы этот мир, весь мир, существовал таким, каким Он его создал. Мы отдаем себя, как умеем – они одним способом, мы – другим… вы и вам подобные – третьим. Вот и сейчас я сделал ровно то, для чего предназначен. Не больше, но и не меньше. Я сказал тебе то, что имел право сказать, то, что знаю сам. Могу повторить – у тебя, у Кержака и у Теймо возникли три догадки. Одна из них практически правильная. Сами решайте какая. И, как бонус, вот еще момент. Без экипажа секторальной станции вы ничего не сумеете сделать. Вам предстоит решить довольно сложную головоломку… думаю, Баг справится, он сумеет. Но станция – один из элементов, без которых головоломку не сложить.

Дарли слушала его молча, скрестив руки на груди.

«Сволочь, – думала она отстраненно. – Но вынуждена признать – чертовски умная сволочь… кажется, он на меня обиделся. Интересно, на что именно? Вся его отповедь началась с того, что я сказала о возможностях…»

– Да, дварх-адмирал, ты сказала о возможностях, и я обиделся, – подтвердил эрсай. – Хотя бы потому, что ты сейчас ляжешь спать, а мне предстоит тащиться на станцию и вправлять мозги ее экипажу.

– Там что-то не так? Опять?! – Дарли огорчилась.

– Разумеется, там все опять не так, – подтвердил Атон. – Если это все кончится благополучно, я лично от себя сделаю Даше какой-нибудь очень хороший подарок. Самый лучший, какой смогу придумать. Не будь ее, там бы до смертоубийства дошло, наверное. Или как минимум до очень серьезной ссоры. Ладно, все. Я побежал. Отрабатывайте версии.

– Ты еще придешь?

– Конечно, приду, куда я денусь, – безнадежно махнул рукой эрсай. – С каким бы удовольствием я сейчас сидел под деревом, беседуя с Фэбом, с чашечкой травяного чая в руке, и обсуждали бы мы какой-нибудь особенно удачный или изящный ход в шатуа… а вместо этого я ношусь, задрав хвост, по всей вселенной, и конца этому не видно.

– Сочувствую, – улыбнулась Дарли. – Что ж, увидимся.

– Увидимся, – покивал эрсай.

– Кто ты на самом деле? – с интересом спросила дварх-адмирал.

– Я могу принять любой облик, – усмехнулся эрсай. – Могу стать человеком, рауф, нэгаши, арахном, змеем, драконом, каплей росы, облаком, радугой. Но на самом деле – я игла и я нить. Я сшиваю куски вероятностей. Живые существа, события, явления. Я всего лишь игла и всего лишь нить, и мне самому неведомо, что получится в итоге.

– А кому ведомо?

– О… – Атон печально улыбнулся. – Это сложный вопрос. Возможно, в конце этого пути ты получишь ответ.

Дарли нервно прохаживалась у зависшей в воздухе голографической карты пораженных зон. Вот-вот должен был прибыть Кир-Ванег, именно с ним предстояло решить, какие именно флоты Ордена отправятся к Миру Изначальному. Военный Совет одобрил участие в этой как будто чужой войне. Но чужой она была только внешне. Каждый аарн понимал, что если не раздавить Блэки сейчас, то они когда-нибудь обязательно придут во вселенную Ордена, и тогда победить их будет уже невозможно.

Что же все-таки за сила стоит за Блэки? Каким образом сила такого уровня вообще получила влияние на проявленный мир? Ведь обычно подобные силы имеют огромное число ограничений и заняты чем-то своим в отдаленных реальностях. Очень похоже, что этой силой просто кто-то воспользовался. Вполне возможно, что тот, кого Блэки называют Великим. Или «Великий» всего лишь чей-то аватар? И это может быть.

Дварх-адмирал покосилась на зависшего под потолком в позе лотоса Кержака. Старый орк, похоже, что-то знает или подозревает, но молчит, как рыба. Считает, что она не созрела для такого знания. Как всегда. Причем он не раз помогал Дарли понять то, что она раньше не понимала. Дварх-адмирал была ему благодарна за это, но считала, что вести себя можно и иначе. Необязательно постоянно демонстрировать ей, что она – маленькая девочка, которую еще учить и учить.

Легкий шум за спиной дал Дарли понять, что пришел Кир-Ванег. Гвард вошел, как всегда, не спеша, переваливающейся походкой, и приветственно распахнул пасть, продемонстрировав все три ряда своих зубов. Затем опустился на узкую кушетку, перевалив через нее толстый куцый хвост. Его маленькие желтые глаза светились живым интересом.

– Здравствуй, Кир, рада тебя видеть, – улыбнулась Дарли.

– И я тебя, – прищелкнул зубами тот.

– Ты подумал о составе сборного флота?

– Подумал. Считаю, что переложить решение данного вопроса только на нас неправильно. В нашей вселенной достаточно крупных государств, имеющих сильные флоты. Тем более, что Фарсен, Кэ-Эль-Энах и Трирроун уже запрашивали, для чего это наши корабли собираются в одном месте. Я взял на себя смелость проинформировать их правительства о происходящем.

– И? – подалась вперед Дарли.

– Они были крайне обеспокоены, – ответил Кир-Ванег. – Особенно когда узнали, что сотворили Блэки в родной вселенной. Число уничтоженных планет их, скажем так, сильно впечатлило. Все три правительства спросили одно: если сейчас оставить Блэки в покое, то не придут ли они потом сюда? Я заверил, что обязательно придут.

– Ты в своем репертуаре, – рассмеялась Дарли. – Их военные министры, наверное, перепугались до полусмерти.

– Ну, не совсем перепугались, но заволновались. И решили поучаствовать в войне.

– Толку-то от них… Без имеющих ключ эмпатов на борту они будут беззащитны перед любым ржавым корытом Блэки.

– Я им так и сказал, – покивал Кир-Ванег. – И объяснил почему. Кээльэнахцы и трирроунцы согласились на присутствие на борту их кораблей аарн, а фарсенцы утверждают, что у них есть защита от такого рода воздействий. Опять же доставшаяся от предков. Я, если честно, не уверен, что они понимают ситуацию полностью.

– Я тоже, – согласилась Дарли.

– Поэтому я предложил им отправить в эту вселенную на разведку один «Призрак». Пусть сами посмотрят, с чем имеют дело. Но на всякий случай отправил за ними в режиме невидимости наш корвет. Естественно, его экипаж имеет Ключ и сможет, в случае чего, остановить атаку Блэки.

– Самоуверенность фарсенцев не знает предела, – тяжело вздохнула Дарли. – И никогда не знала. Ну, да Благие с ними! Если честно, получить небольшую оплеуху им не помешает. Главное, чтобы живы остались.

– Экипаж корвета проинструктирован должным образом и не допустит их гибели, – заверил Кир-Ванег. – Давай вернемся к нашим баранам. Кэ-Эль-Энах и Трирроун готовы выделить до двухсот тысяч кораблей. Из них шесть тысяч боевых станций. Остальные – линкоры, крейсера, авианосцы и эсминцы.

– В общем, неплохо. Но это будет едва ли шестая часть флота.

– Меньше. Насколько мне известно, Мир Изначальный защищают миллионы кораблей. Даже если лишить их экипажи доступа в Белую Грань, корабли все равно останутся боеспособными и крайне опасными. Я, по крайней мере, предпочитаю думать о худшем.

– Как и я, – усмехнулась Дарли. – Поэтому предлагаю отправить шесть атакующих и десять линейных флотов в полном составе.

– А не слишком ли? – ошарашенно приоткрыл пасть Кир-Ванег. – Может, не стоит так оголять родную вселенную?

– Стоит! – отрезала Дарли. – Если мы сейчас не раздавим эту заразу там, то вскоре нам придется давить ее дома!

– Толку от ваших флотов почти ноль… – Кержак медленно опустился из-под потолка, зависнув в полуметре от пола. – Если не удастся отсечь «любителя птичек» от силы, то он превратит флоты в пыль, не особо напрягаясь.

– Но что-то же делать надо? – возразила Дарли. – Не зря же Сэфес попросили собрать флот.

– Не зря, – оскалил клыки старый орк. – Никогда не думала зачем? Зачем Контролирующим наши флоты?

– У них очень много ограничений. Немало из того, что можем сделать мы, они делать не имеют права.

– Это только одна сторона вопроса.

– А какая вторая?

– Думай. Я не обязан разжевывать пищу и класть тебе в рот.

– Знаешь, ты мне все больше Атона напоминаешь! – вспылила Дарли.

– Каждый, кто много понимает, в чем-то похож на эрсай, – грустно усмехнулся Кержак. – Все мы можем только подтолкнуть. Если вести за руку – толку не будет. Такие вещи каждый обязан понимать сам.

– Ладно, как хочешь. Но хотя бы сказать, что ты думаешь по поводу силы, стоящей за Блэки, можешь? Атон говорил, что мы собираемся двигаться в неправильную сторону. Меня это сильно беспокоит.

– Правильно беспокоит, – наклонил голову орк. – Ошибка обойдется очень дорого. Что еще он говорил?

– Что у нас есть три версии, из которых правильная только одна. Это моя, твоя и Теймо. Но если мы с Теймо свои версии о природе силы озвучили, то ты – нет.

– О природе силы? – вздернул вверх кустистые брови Кержак. – Слишком смелое заявление. Речь идет лишь о некоторых сторонах одной из ее ипостасей. Не более того.

– Хватит говорить загадками, прошу тебя, – Дарли устало потерла виски. – Я понимаю твою страсть учить всех, но сейчас не время. Просто выскажи свои мысли. Атон сообщил, что начали мы правильно. Ты сам говорил, что ошибка обойдется дорого. Так неужели тебе трудно сказать?

– Эх, девочка-девочка, – в глазах орка появилась грусть. – Ты не понимаешь, что многие истины для неподготовленного ума очень опасны. Но я скажу. Эта сила – все и ничего одновременно. Но ты не можешь коснуться только какой-то одной ее стороны, как бы тебе этого ни хотелось. Ты все равно коснешься всего, даже если думаешь иначе. В этом и заключается самая страшная ошибка «любителя птичек». На этом он и погорит, я думаю.

– Ничего не поняла… – уныло помотала головой Дарли. – Как это относится к нам и нашим действиям? Ведь мы должны действовать, и действовать правильно. А из того, что ты сказал, неясно, что именно правильно.

– А по-моему, все ясно, – внезапно заговорил Кир-Ванег, обычно предпочитавший избегать Кержака вместе с его любимыми парадоксами. – Сама смотри. Ты говорила, что эта сила сделала Блэки лучше, сделала их крылатыми. Теймо – что эта сила похожа на ребенка. Однако эта сила ответственна за гибель тысяч населенных миров. Я думаю, она еще многое, но большинство сторон мы, в силу особенностей своего восприятия, просто не видим. Поэтому мы, как нам казалось, обращались к какой-то одной стороне, например, размахивали конфетой перед ребенком. Но не учли, что одновременно коснулись и других аспектов. И никто из нас не имеет ни малейшего понятия, к чему это в итоге приведет. Потому-то Атон и предостерег тебя от продолжения действий в том же духе. Один раз это сработало, но во второй те же самые действия приведут к совершенно иным результатам.

– Браво! – Кержак трижды хлопнул в ладоши, глядя на гварда с искренним изумлением. Тот спохватился, со щелчком захлопнул пасть и внутренне пожалел, что вообще ее открыл. Ведь теперь орк с него не слезет, начнет «воспитывать». В своем понимании этого слова.

– Так получается, наши флоты никому не нужны? – нахмурилась Дарли. – А зачем же нас тогда просили их созвать? Гоняться за отдельными эскадрами Блэки и отсекать их от Грани? Так это же глупо. Все равно, что носиться по городу с мухобойкой в руках, пытаясь перебить всех мух.

– Смысл есть, – осклабился Кержак. – Очень большой смысл. Но осознать его можно будет только после того, как части головоломки соберутся воедино. Еще не составят узор, но уже соберутся.

– Но как не совершить ошибки, о которой предупреждал Атон?! – Дарли прижала кулаки к груди. – Как?!

– Нас попросили собрать флот и отправиться в точку сбора. К ненаселенной планете, на которую транспортная сеть во время реакции выбросила Ри и Ита. С нее все началось. Так давай просто сделаем то, что нас просили, не добавляя ничего от себя.

– Хорошо, давай.

– Кстати, – вспомнил Кержак, – а к Блэки, которых вывели в Эйдос, Ключ уже применили?

– Еще нет, – ответила Дарли.

– Срочно применить! – встревоженно рявкнул орк. – Повторяю, срочно! А то как бы поздно не оказалось…

Дварх-адмирал не стала больше ничего спрашивать, Кержак без причины беспокоиться не станет, а связалась с Эвенном и отдала нужные распоряжения. Не прошло и десяти минут, как тот доложил, что Ключ применили, но сработал он на крайнем напряжении аарн, участвовавших в данном деле. Экипаж боевой станции, доставивший ключ в Эйдос, сейчас поголовно в лежку лежал, словно из них выпили жизнь.

– Слава Создателю, успели! – облегченно выдохнул Кержак.

– А если бы не успели? – насторожилась Дарли.

– Не знаю, – скривился орк. – Но ничего хорошего, это точно. Силе, похоже, понравилось в Эйдосе, и она начала пускать там корешки. Потому-то с таким трудом удалось отсечь ей туда доступ. Она не хотела уходить. Понимаешь, эта вселенная слишком специфична, там есть нити определенного рода энергии, которые сила могла использовать для своих целей. Когда-нибудь нити помогут бывшим Блэки, поселившимся там. Но для этого им надо стать чем-то иным.

– Ясно… Что ж, тогда к делу. Кир, отбери шестнадцать флотов и позаботься, чтобы они были готовы к старту. Стартуем через шесть дней.

– Сделаю, – кивнул тот.

Затем подозрительно покосился на пристально глядящего на него Кержака, неуверенно пощелкал зубами, попрощался и вышел. А Дарли, тоже посматривая на снова закрывшего глаза орка, опять принялась ходить туда-сюда и размышлять о том, что должна сделать в ближайшее время.