- -
- 100%
- +
– Анна Стрюк? – преградил мне путь высокий и широкоплечий мужчина с непроницаемым лицом, как только я вышла из корпуса.
– Да, – испугалась я.
Кто он и что ему от меня нужно? Ни единой мысли в его глазах прочитать не получилось – они их просто не выражали.
– Пройдемте со мной.
– Куда и зачем?
– С вами хотят поговорить. Не бойтесь, вам ничего не угрожает, – все таким же безэмоциональным голосом сообщил гигант.
– О чем поговорить? Никуда я с вами не пойду, – попятилась я, но тут натолкнулась на какого-то студента.
– Это в ваших же интересах. Дело касается вашей семьи. Пройдемте, – взял он меня повыше локтя и настойчиво повел за собой.
Пришлось подчиниться, на крыльце уже становилось слишком оживленно. Ну и я подумала, что вряд ли мне в такой толпе студентов грозит что-то опасное.
Идти не пришлось долго – через каких-то тридцать метров мы остановились возле черного тонированного джипа. Сразу же распахнулась задняя дверца и мне предложили сесть в машину. Я оглянулась и поняла, что несмотря на оживление перед институтом, на нас никто не обращает внимания.
– Садитесь в машину, – повторил гигант. – С вами только поговорят.
Призвав на помощь всю свою смелость, я забралась в полумрак салона.
– Стас, погуляй, – тут же проговорил мужчина, лица которого у меня пока не получилось разглядеть. Но одно я уже поняла – этот мужчина мне не знаком.
Водитель вышел, и в салоне мы остались одни.
– Здравствуйте, Анна! – повернулся ко мне мужчина. Ничем не примечательная внешность, должна сказать. Какой-то блеклый, даже невзрачный. На вид лет сорок-сорок пять. Но от него исходила опасность, и ее я улавливала на ментальном уровне. – В жизни вы еще красивее, чем на фотографиях.
Каких еще фотографиях? И где он мог их видеть? Я ведь не какая-нибудь публичная личность, а всего лишь студентка третьего курса филфака. Комплиментом его слова точно не посчитала, как и отвечать не стала. Напряжение не только не покидало, но и возрастало.
– Анна, меня зовут Константин, но мое имя вам ничего не скажет. Раньше мы с вами не встречались, но я очень хорошо знал вашего отца.
– Что вам от меня нужно? – сжала я зубы так, что аж десны заломило.
Мой отец умер полгода назад, и рана в моей душе была еще слишком свежа. Упоминание отца из уст этого… Константина было неприятно.
– А вы прямолинейная – вся в отца, – усмехнулся Константин. – И это в вас мне нравится, как и подходит мне.
– Подходит для чего? Как вы правильно заметили, я вас не знаю.
– Ну тогда я перейду к делу с вашего позволения, – улыбка сошла с лица мужчины, а глаза его стали какими-то слишком холодными и колючими. Вот тут я испугалась – таким опасным он мне показался. Точно, какой-нибудь теневой делец. – Ваш отец остался должен мне крупную сумму денег. Как вы понимаете, такой долг я простить не могу.
– Сколько? – уточнила я, хоть внутри меня уже и все рухнуло. Так случалось всегда в последнее время, когда речь заходила о деньгах.
Он назвал сумму, от которой я похолодела. Это не просто крупная сумма, а огромная!
– У нас нет таких денег. Все, что у нас было, ушло на выплату долгов…
Мы продали все: дом, дачу, две машины. Закрыли все счета в банке. Осталась ничтожная сумма, которой нам хватило на двухкомнатную квартиру на отшибе. Мама, которая дня в своей жизни не работала, устроилась дворником. Я подрабатываю редактурой и копирайтингом. И мой брат нам помогает деньгами. На то и живем. А этот Константин хочет, чтобы мы ему вернули какой-то фантастический долг отца? Да даже если мы с мамой продадим все свои органы, не хватит, чтобы с ним расплатиться.
– Про ваше финансовое положение я наслышан, – не разозлился и не удивился Константин.
– Если знаете, что же вы от меня хотите?
– Я хочу справедливости, – расплылся Константин в улыбке, от которой по коже моей побежал мороз. – Если я не добьюсь ее, то, поверьте мне, сделаю вашу жизнь невыносимой. И не только вашу, но и вашего брата. И не советую вам сомневаться в моих возможностях.
Глядя в его глаза, я в этом уже не сомневалась. Рядом со мной сидел очень опасный человек.
– Брата оставьте в покое, – отвернулась я к окну, чтобы перевести дыхание и собраться с мыслями. – Последние десять лет он не общался с отцом…
– Знаю, милая. Я про вас все знаю. Но и вы меня поймите – своей цели я намерен добиться любым путем.
– Но что вам от МЕНЯ нужно?! Если вы про нас все знаете, значит, понимаете, что папин долг мы вам вернуть не сможем. Какого же рода услуга вам нужна от меня?
– А вы, Анна, умнее, чем я думал, – в голосе Константина мелькнуло уважение. – Пора перейти к сути нашей беседы.
***
– Мохито, пожалуйста. И можно побольше льда?
Я сидела на высоком барном стуле, закинув ногу на ногу. Приглушенно звучала музыка. Зал с моего места просматривался отлично. Только противная дрожь из тела не хотела исчезать.
– Пожалуйста! – поставил передо мной бармен высокий запотевший бокал. Поймала на себе его любопытный взгляд. – Новенькая?
– Что? – посмотрела я на него. – А, да, новенькая, – торопливо ответила и еще сильнее выпрямила спину.
В явно дорогом черном платье, которое вчера мне доставили прямо на дом, было очень удобно. Если бы я сама выбирала себе вечерний туалет, то остановилась бы тоже на нем. Оно облегало мою фигуру, но не сдавливало. По длине на ширину ладони не доходило до колена. Без рукавов и со скромным декольте, что намекало, но не показывало. И тонкая золотая цепочка со скромным кулончиком смотрелась в вырезе гармонично, дополняя мой наряд. Неудобство доставляли только лакированные туфли на высокой шпильке. Нет, смотрелись они сверх элегантно, делая мои ноги длиннее и стройнее, но я совершенно не умела на таких передвигаться. Обычно предпочитала более удобную и практичную обувь. И репетиция накануне мало чем помогла, даже наоборот – набила себе мозоли только.
– Посоветовать тебе рыбку пожирнее? – приблизился ко мне бармен.
– Спасибо, я сама, – выдавила я из себя улыбку.
Я ждала свою «рыбку», которая вот-вот должна была появиться. Ждала с замиранием сердца, находясь на грани потери сознания. Потому и припала к ледяному коктейлю, чтобы хмель хоть немного потеснил трусость. Да и несмотря на кондиционер, мне было душно. Хотелось бежать отсюда подальше – на свежий воздух и свободу, которой вскоре могу лишиться, если все пойдет не так.
– Ну, смотри, – потерял ко мне интерес бармен.
Где же он? Я уже час тут торчу, мозоля глаза богатеньким папикам и делая вид, что ни один из них меня не заинтересовал. Хотя, так оно и есть. Все они себе на уме толстосумы. И торговлю собственным телом за деньги я никогда не рассматривала, как возможный заработок. Лучше я буду ночами корпеть над километрами текстов, и спать по два часа в сутки, чем такое…
На этой мысли я и увидела ЕГО – впервые в жизни живьем, хоть местная пресса и медиа им пестрели. Как же, самый молодой миллиардер, сколотивший состояние буквально за год. Входит в лидеры списков самых богатых людей мира. И живет не в столице, а в моем родном городе, где сам родился и вырос. Нонсенс? Вряд ли. Думаю, очень скоро и он подастся в Москву или Питер, или куда еще такие уезжают?
Демид Сотников вошел в клуб в сопровождении двух телохранителей. Со всех ног к нему помчалась официантка. Телохранители остались у входа, а VIP-клиента проводили за его любимый столик, который отлично просматривался с того места, где находилась я.
Несмотря на еще больший испуг, наблюдала за появлением богача я во все глаза, стараясь не упустить ни малейшей детали.
А выглядит он в жизни даже моложе. Сколько ему? – напрягла я память. Двадцать восемь, кажется. Высокий, спортивного телосложения, одет в черный стильный костюм с приталенным жакетом и зауженными брюками. Прическа очень даже интересная – а-ля небрежный вид и челка на глаза. Но смотрится она так, словно он только что вышел из салона. Лицо вовсе не смазливое, как полагала раньше. Черты лица правильные до классического, но есть в них что-то мужественное. И взгляд уверенного в себе человека, который все знает о собственном могуществе.
Божечки! А дальше-то что? Паника подкатывала к горлу, а в ушах пульсировала кровь. Не хватало только стать пунцовой как мак. А это у меня получалось с легкостью с такой-то светлой кожей от природы. Благородная бледность. Ага, как же! Личное проклятье, вот что это. От веснушек летом спасу нет, приходится вечно выбеливать лицо. И натуральный цвет волос всегда мне казался блеклым, вот и окрашивала их дополнительно, чтобы становились белыми с легким стальным отливом. Только к собственным голубым глазам не имела претензий, но зато белесые ресницы, опять же, раздражали.
– Повторить коктейль? – поинтересовался бармен, когда я одним махом допила остатки.
– Нет, спасибо!
От одного-то умудрилась захмелеть. Храбрости это не придало, но некоторая расслабленность в теле появилась. Что же мне предпринять, чтобы обратить на себя внимание Сотникова? Можно продефилировать мимо его столика в туалет, тем более что я на самом деле туда захотела. Ну и, пожалуй, повиляю-ка я бедрами сильнее обычного.
Не самым элегантным образом я соскользнула со стула. При этом, чудом не зацепилась каблуком за перекладину. Но быстро взяла себя в руки, за что даже похвалила себя же. Краем глаза подметила, что в мою сторону Сотников не смотрит. Правильно, рано еще. Одернув платье и заправив волосы за уши, я выпрямила спину и медленно направилась в сторону его столика.
Чертовы шпильки! Их придумала какая-то мазохистка! На них же невозможно ходить, не чувствуя себя цаплей!.. Но и с этим я справилась, проплыв мимо интересующих меня столика и мужчины за ним, мазнув по всему этому равнодушным, хотелось думать, взглядом.
Свернув в коридор, ведущий к туалету, я на несколько секунд прижалась к стене, чтобы выровнять дыхание и усмирить сердцебиение. Аж ладони вспотели, и коленки мелко подрагивали. Но Сотников меня заметил и оглядел меня с явным интересом. Интересно, заглотил ли он крючок? Или мне придется и второй шаг делать самой?
«Человек предполагает, а бог располагает», – так, кажется, говорится? На обратном пути я намерена была блеснуть еще большей элегантностью, как оконфузилась по полной. Именно напротив столика Сотникова мой каблук, будь он неладен, поехал по скользкой плитке, и самым позорным образом я растянулась на полу. Да еще и коленкой ударилась так, что в глазах потемнело.
– Аккуратно… Вот так… Обопритесь на меня…
Я только и могла, что мычать от боли и смотреть на Сотникова, пока он помогал мне подняться и вел к своему дивану. И гораздо позже я решила, что добилась своего путем малой крови.
– Где болит? – присел он передо мной на корточки.
Боль очень медленно, но отступала, и я уже могла недоумевать. У моих ног сам Сотников. Ощупывает мою коленку. Та покраснела, но ссадин на ней не было. Жить буду, значит.
– Так больно? – посмотрел он на меня снизу-вверх.
– Немного. Уже проходит…
– Нужно приложить лед, – встал он на ноги, не утратив при этом и капли элегантности (не то что некоторые) и сделал знак официанту.
Вскоре я сидела на диване со скорбным видом раненного бойца и держала возле коленки несколько кубиков льда, завернутых в салфетку. Впрочем, довольно быстро это дело мне надоело, и лед я убрала. Да и место ушиба уже не болело. А еще радовало, что во всей этой катавасии уцелел каблук.
– Пьете? – поинтересовался Сотников.
– Нет, с чего вы взяли?
Я похожа на алкашку? – мелькнула шальная мысль. И это после трехчасового наведения внешнего лоска?
– Кажется, вы пили мохито, – улыбнулся Сотников, обнажая ровные белые зубы. И улыбка его мне тоже показалась мужественной. А еще я удивилась, что заметил он меня гораздо раньше, чем полагала.
Он снова сделал знак официанту и заказал «Мохито для дамы» и сок для себя. Позже я выяснила, почему он не пьет спиртное.
– Демид, – поднял он свой бокал.
Чуть не сказала: «Да кто ж вас не знает».
– Анна, – сдержанно отозвалась.
– Это твое настоящее имя? – довольно свободно перешел он на «ты».
– Конечно! – возмутилась я, а потом спохватилась. А ведь он принял меня за ту, за кого себя сегодня и выдавала. За дорогую проститутку в поисках состоятельного клиента на эту ночь. Краска стыда не заставила себя ждать. Оставалось радоваться, что в зале было не сильно светло.
– Я тебя тут раньше не видел.
– А я тут в первый раз.
– Новенькая, значит?
– Получается, что так, – соблазнительно улыбнулась я и повела плечами. Мне нравится, как это делают утонченные француженки в кино. Очень надеялась, что у меня получилось похоже на них.
– Что тебе заказать? – поинтересовался Демид.
– Я не голодна.
– А я голоден и хочу, чтобы ты мне составила компанию.
Это он меня так клеит? Осознание не принесло радости, а стало только страшнее. Ведь если у меня все получится, то эту ночь я проведу с ним. И ночью все и случится.
Мне пришлось съесть какой-то изысканный салат из морепродуктов и выпить-таки мохито. Демид плотно поужинал. Оба мы насладились приятной музыкой. Но разговаривали очень мало, больше молчали. Сотников оказался не самым разговорчивым. Я же и вовсе молчала, понимая, что неизбежно приближаюсь к развязке.
– Поехали? – посмотрел он на меня, закончив ужинать.
– Поехали, – судорожно сглотнула я.
Ночная бабочка не должна спрашивать, куда или зачем. Клиент платит, он и заказывает банкет. И моя роль на сегодняшние вечер и ночь была именно такой.
Глава 2
Нихрена себе! Я аж затормозила, когда увидела тачку Демида. Перламутровая синяя она переливалась в свете фонарей. Спортивная двухдверная, с низкой посадкой. Да это не машина, а мечта. Могла себе представить, какую скорость она может развивать. И пусть я не считала себя любителем быстрой езды, но на такой бы погоняла с удовольствием по свободной и ровной трассе. И тогда же я вспомнила, что уже пару раз видела эту машину в городе. Вряд ли здесь есть еще одна такая.
Мне хотелось погладить блестящее крыло, пока Демид занимал водительское место. А потом и с моей стороны дверца с плавным шуршанием отъехала вверх, приглашая занять пассажирское сидение. Что я и сделала, на время забыв, с кем я и зачем.
Черный джип, в который загрузилась охрана, тронулся следом за нами. И вскоре мы выехали за город и понеслись (прямо как в моих мечтах) по ночной и пустой трассе. Правда, длилось это не долго. Очень скоро мы свернули на узкую дорогу, петляющую по лесу. А когда выехали на поляну, я от изумления ахнула и глазам своим не поверила.
Сам дом Демида я пока не разглядела – из-за массивного бетонного забора показывалась, разве что, крыша. Но впечатляло уже то, что построен он был в лесу – со всех сторон территорию особняка помимо забора окружали вековые сосны. Снаружи вдоль забора через равные расстояния шли фонари – красивые, резные, разбрасывающие теплый желтоватый свет. Сплошные ворота в заборе при нашем приближении плавно разъехались в стороны.
Территория вокруг дома не показалась мне большой. Но все было выполнено с утонченным вкусом. К дому вела дорожка, усыпанная гравием. У самого забора стоял небольшой домик, с охраной, наверное. Все остальное пространство было засажено газоном. И никаких деревьев, лишь просторная деревянная беседка со столиком внутри, как успела заметить. Но и, конечно же, меня впечатлил дом. Совсем не такой большой, как я себе представляла, он выглядел, тем не менее, величественно. Наверное, так казалось из-за того, что был он белый и с колоннами, двухэтажный мансардного типа. И лестница перед входом была выполнена в виде полукруга, с широкими и низкими ступенями. А на втором этаже я разглядела симпатичные балкончики.
– Не думала, что ты живешь в лесу.
– А где, ты думала, я живу? – с интересом посмотрел на меня Демид.
Я же поняла, что сболтнула лишнего. Мы же только познакомились, как я вообще могла о чем-то думать?
– Ну… в современном пентхаусе каком-нибудь, – пожала я плечами.
– Терпеть не могу каменные коробки, – фыркнул Демид. – Нажился в таких. При первой же возможности перебрался подальше от людей и поближе к природе.
– Ты мизантроп? – не сдержала я интереса.
– С чего ты взяла? – рассмеялся он. – Скорее, интроверт.
– А по профессии ты кто?
– Ученый-изобретатель, – ограничился он.
А я знала, потому как навела о нем справки. И разбогател он на каком-то наноизобретении, продав то очень выгодно.
– А у тебя есть какая-то профессия, кроме той, которой занимаешься сейчас? – грубовато поинтересовался Демид.
Если бы я на самом деле была путаной, то, наверное, обиделась бы. Но даже без того вопрос прозвучал обидно, и мне показалось, что задал он его специально.
– Лучше всего я умею трахаться, – в упор посмотрела я на него.
– Ну это мы проверим, – хмыкнул Демид, а мне сразу же поплохело.
Ну что я плету! Половых партнеров у меня было всего два. С первым секс случился в ранней юности и по пьяни. Тогда я лишилась девственности. Со вторым умудрилась прожить полгода без любви, пока не поняла, что так нельзя. И вот уже полгода у меня вообще не было никого, как-то не до парней мне было со всеми последними событиями. И теперь мне вдруг стало так страшно. Что если он поймет, что я не та, за кого себя выдаю? Это значит, что я не смогу выполнить свою шпионскую миссию, скорее всего. И тогда пострадает моя семья. А Константину я верила – такие невзрачные с виду типы как раз и бывают очень опасными. Его угрозы явно не носили наносной характер.
– Прошу, – распахнул передо мной Демид дверь в дом.
Попала я сразу в гостиную, а когда вспыхнул свет, смогла по достоинству оценить ее. Стильно и просто. Местами даже строго. Кто бы мог подумать, что миллиардер предпочитает простую мягкую мебель, а не вычурные кожаные диваны с креслами. Журнальный столик самый обыкновенный. Неброский камин. Точечное освещение. Светлые стены и темные без узоров портьеры на окнах… Ожидала увидеть нечто особенное, а попала в простое жилище зажиточного человека.
– Проходи, устраивайся, – зашел за мной следом Демид и закрыл дверь. Я же обратила внимание, что охрана за нами не последовала. Посчитала это хорошим признаком. – Выпить хочешь?
– Пожалуй, откажусь. Двух коктейлей мне хватило.
Я бы с удовольствием выпила сейчас, чтобы снять напряжение. Но спиртное разморит меня, и я не дождусь нужного времени, когда отправлюсь на дело. А перед этим мне нужно умотать Демида. От подобной мысли становилось так дурно, что аж ноги подкашивались. Во что же я вляпалась? И как теперь выйти сухой из воды?
– Где твоя прислуга? – поинтересовалась я, лишь бы что-то спросить.
– Отправилась домой.
Об этом я тоже знала – прислуга у Сотникова была приходяще-уходящая.
– Ты живешь один?
– Как видишь, – обвел он гостиную глазами и снял пиджак. Без него, в рубашке он мне показался еще более стильным.
Больше задавать вопросов не рискнула, да и все, что мне нужно на сегодняшнюю ночь, я и так знаю. Осталось сделать так, чтобы меня оставили в особняке ночевать. И тут все будет зависеть от меня и моего умения перевоплощаться. В последнем я очень сомневалась, а глядя на свои дрожащие руки, и вовсе ждала провала. Он меня обязательно раскусит, как пить дать.
– Мне кажется, или ты нервничаешь? – спросил Демид.
Ну все – он уже догадался.
– Немного, – выдавила я из себя улыбку.
– Недавно этим занимаешься?
– Да, недавно, – обрадовалась я, что он за меня придумал объяснение.
– Понятно, – кивнул. – Хорошо, торопить не буду…
Он опустился на диван и включил плазму. Откинулся на спинку и прикрыл глаза. Хотелось бы мне и дальше сидеть в кресле и рассматривать его, но вряд ли могла себе это позволить. Пора было начинать действовать.
Первым делом я освободилась от шпилек и босиком приблизилась к Демиду. Прохладный ламинат приятно охлаждал босые ступни. Демид открыл глаза, но позы не сменил. Мне же вспомнился фильм «Красотка» с Джулией Робертс в главной роли, как она в точности так же подошла к Ричарду Гиру. Ну что ж, воспоминание мне подкинули вовремя, значит, действовать будем по знакомому сценарию, хоть в фильме все и осталось за кадром.
Я опустилась перед Демидом на колени и раздвинула его ноги, пройдясь по бедрам ладонями. При этом смотрела ему в глаза, очень надеясь, что делаю это призывно. Еще и губы облизала, как это делают роковые красотки в кино. Оставалось надеяться, что не выгляжу при этом пошло или вульгарно. Но ведь проститутки и должны быть немного вульгарными, по моему мнению. А Демид любит блондинок, как я (об этом мне сообщил Константин, когда вербовал на грязное дело). Его интерес я сразу заметила, когда поймала на себе первый взгляд. Ну и он не урод. Наверное, пора откинуть все сомнения и лишние мысли – просто соблазнить его и заняться с ним оздоровительным сексом, какого у меня не было давным-давно.
Он молчал, когда я боролась с пряжкой на его ремне. Не проронил ни слова, как и не сменил позы, когда расстегивала его брюки. А потом я повела себя, как героиня Джулии Робертс – потянула его за ноги на край дивана и приспустила штаны. Дальше начиналось самое сложное и волнительное.
Блин-блин-блин! Я справлюсь! Не я первая, не я последняя. Это всего лишь оральные ласки, не больше. Пока… Так я уговаривала себя, выпуская на волю член Демида, который стремительно рос на моих глазах. Росло и мое волнение, наверное, потому и обхватила твердеющий ствол сильнее положенного.
– Ого! Полегче, малышка – он не из железа, – с иронией выдохнул Демид.
– Прости, – пролепетала я, и собственный голос показался мне жалким.
А потом я лизнула его, представив, что это мороженое. Если мой опыт половых отношений был невелик, то минет я и вовсе делала всего пару раз за свою жизнь. Но ведь это не диссертацию писать, – тут же строго сказала себе и взяла его в рот на максимальную длину.
Дальше пошло чуточку проще. Ритмично посасывая член Сотникова и помогая себе рукой, я прислушивалась к его дыханию. По тому, как оно участилось, поняла, что мои манипуляции пришлись ему по вкусу. Ему нравилось, и его орган был тому подтверждением. Под моими ласками он достиг своих максимальной длины, толщины и твердости. Я могла собой гордиться. Об одном я боялась думать – если мне придется глотать сперму, не вывернет ли меня наизнанку? Ни разу этого не делала, а запах у этой субстанции был очень специфический.
– Пора прерваться, – положил мне Демид руку на затылок, заставляя замереть с членом во рту. – Не хочу кончать так быстро, хоть язычком ты работаешь прекрасно. Иди ко мне…
Он помог мне подняться и усадил к себе на колени.
– Поцелуешь меня? – спросил.
– Я?
Порядком растерялась – а разве проститутки целуются?
– А ты видишь тут кого-то еще? – тихонько рассмеялся Демид.
Он потянулся к моим губам, и я склонилась к нему навстречу. Губы его оказались мягкими, а поцелуй получился наполненным нежностью. И вышло это как-то очень интимно, как не должно быть. Эта ночь станет первой и последней. А потом мне предстоит исчезнуть из жизни Демида, существенно подгадив ему. Я не знала, что именно мне предстоит сегодня выкрасть у него, но не сомневалась, что эта вещь ценная. Иначе, вряд ли бы Константин простил нам долг отца. Впрочем, думать об этом преждевременно, лучше пока сосредоточиться на губах Демида и получить от поцелуя удовольствие.
– Сними платье, – попросил он, и я подчинилась.
Белье на мне было самое обыкновенное. Терпеть не могла кружевное и сексуальное – у меня от него все чесалось. Куда как лучше трикотажное.
– А ты не похожа на других, – хмыкнул Демид, скользя по мне ленивым и заинтересованным взглядом. – Но мне нравится. Можешь снять лифчик?
Все это время я переминалась перед ним, не зная, стоит ли возвращаться к нему на колени. И теперь вот меня просили раздеваться перед ним. Ну что ж, придется и это проделать в лучших стриптизерских традициях – бюстгальтер я постаралась снимать медленно и максимально сексуально. Кажется, у меня получилось, судя по тому, как разгорелись мужские глаза от вида моей обнаженной груди.
– А теперь сними плавки, – поступила новая команда.
Божечки! Как же мне было стыдно! И даже этого я не должна была показывать. Ведь для путаны обнажаться перед мужчинами – обычное дело. Для меня же и это было впервые. Обычно, я не делала этого в отрыве от непосредственно секса. Сейчас же это было частью моего представления для единственного зрителя.
Ну вот я и стояла перед Демидом в чем мать родила. Сразу же начали мешать руки – я не знала, куда деть их, пока не решила, что пусть и дальше висят как плети вдоль тела.
– Подойди, – проговорил Демид, и голос его прозвучал хрипло.