Аромат желаний

The Devil and the Deep

© 2012 by Amy Andrews

© ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015

© Перевод и издание на русском языке, ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015

Пролог

Прожив на свете целых двадцать лет, леди Мэри Бингхэм никогда не встречала такого превосходного представителя сильной половины человечества, как тот, кому она протянула руку, чтобы подняться на борт. Пират или нет, Васко Рамирез пленил ее своей мужественностью. А если и не пленил, то его голубые, как океан, глаза тронули такие струны ее души, о которых она не подозревала раньше.

Если бы леди Мэри обладала способностью падать в обморок, это был бы самый подходящий момент. Но она этого не умела и, по правде сказать, презирала женщин, падающих в обморок и требующих нюхательную соль каждые две секунды, как, например, ее тетя.

Рамирез бесцеремонно изучал каждый дюйм ее тела. Когда он поднял свои невероятные глаза, опушенные длинными ресницами, у нее не осталось сомнений в том, что ему понравилось увиденное.

Леди Мэри смотрела на его экзотическое лицо, зная, что ей следовало бы испугаться: ведь она из огня угодила прямиком в полымя. Но, как ни странно, ей не было страшно. Даже когда он взглянул на ее тонкую шею. И даже когда его взгляд скользнул по ее груди, вздымающейся над тугим корсетом.

Ее дядя, будучи епископом, наверняка объявил бы его орудием дьявола. Перед Мэри стоял мужчина, увлекающий ничего не подозревающих девушек к самому краю пропасти под названием Грех. Как ни странно, ей еще никогда так сильно не хотелось переступить черту. Однако она, глубоко вздохнув, начала раздражаться оттого, что слишком быстро после знакомства морской разбойник решил навести на нее ужас.

В конце концов, разве не все пираты одинаковы?

Она смотрела, как его пальцы плавно скользят по ее локтю.

– Не смейте прикасаться ко мне! – высокомерно отрезала Мэри.

Улыбка Рамиреза состояла из девяти частей обаяния и одной части наглости.

Он медленно, очень медленно убрал руку.

– Как пожелаете, – прошептал Рамирез, проводя пальцами по нежно-голубым венам на ее запястье.

– Я требую, чтобы вы немедленно вернули меня дяде.

Васко восхищался смелостью девушки. Вчерашний подросток, она уверенно смотрела ему прямо в глаза, не выдавая страха, который ощутил бы даже участник сотни сражений в открытом море.

Только Господу Богу известно, что произошло с ней за те два дня, когда она была отдана на милость Хуана дель Торо и его головорезов. Но что-то подсказывало Рамирезу, что эта высокомерная английская мисс умеет постоять за себя.

К тому же девственницы ценились куда выше на рынке рабов.

– Как пожелаете, – повторил он.

Мэри прищурилась, не доверяя столь быстрой капитуляции:

– Вы знаете моего дядю? Вы знаете, кто я?

Васко улыбнулся:

– Вы леди Мэри Бингхэм. Епископ поручил мне… вернуть вас.

Впервые с момента похищения Мэри почувствовала облегчение и чуть не упала прямо на мокрую палубу у его ног. Она много слышала о невольничьих рынках и была до смерти напугана.

Но, увы, воспитанные юные леди не падают к ногам пирата, и не важно, послан он ее дядей или нет.

– Спасибо, – сказала она вежливо, – я благодарна вам за успешное выполнение поручения моего дяди. Люди Хуана дель Торо понятия не имеют, как обращаться с леди.

– Не благодарите меня, – улыбнулся он. – Отсюда до Плимута тысячи миль, и в конце пути мои люди могут увидеть в вас не леди, а женщину.

Мэри приподняла одну бровь, надеясь, что это скроет участившееся биение пульса.

– И вы допустите такое поведение?

Васко одарил ее самой обаятельной улыбкой, однако взъерошенные волосы делали его похожим на дьявола.

– Моей команды? Конечно нет, леди Бингхэм. Но капитаны иногда пользуются своими привилегиями.

Стелла Миллз закрыла глаза и вздохнула, возвращаясь из отчаянного восемнадцатого века в настоящее время.

Увы, факт остается фактом: одна книга не делает тебя писателем.

Одна книга не делает карьеры.

И не важно, сколько издательств боролись за «Охоту за наслаждением», или сколько раз роман входил в десятку самых продаваемых, или сколько писем ей прислали фанаты, или какую сумму предлагали кинокомпании за экранизацию.

И даже не важно, что мир сходил с ума по Васко Рамирезу.

Все ждали от нее большего.

Стелла уставилась на мигающий курсор на пустой странице. Все тот же курсор, все на той же странице, на которую она смотрит вот уже год.

– О боже, я автор одного бестселлера, – простонала она, опустив голову на клавиатуру.

Раздался стук в дверь, и, подняв голову, Стелла увидела на мониторе абракадабру. Она скривилась: это все, на что она была способна.

В дверь снова постучали, уже более настойчиво.

– Иду! – крикнула она и поспешила к двери. – Сейчас открою!

Увидев голубые, как океан, глаза, она удивилась:

– Рик?

– Стел, – пробормотал он, целуя ее сначала в одну щеку, потом в другую.

Стелла закрыла глаза, вдыхая знакомый запах морского бриза и соленой воды, исходящий от Рикардо Гранвиля. Когда она их открыла, то за спиной Рика увидела свою мать с опухшими глазами.

Мать Стеллы жила в Лондоне, а Рик называл своим домом океан. Что они делают здесь, в Корнуолле? Вместе?

Она нахмурилась в ожидании плохих новостей и поинтересовалась, переводя взгляд с Рика на свою мать:

– Что случилось?

Мать подошла и обняла ее.

– Дорогая, – прошептала она, – Натан…

Стелла моргнула, услышав имя отца. Она посмотрела на мрачное лицо Рика.

– Рик? – спросила она в надежде увидеть хоть искорку, осветившую ту пропасть, над которой она оказалась.

Он взглянул на женщину, которую знал много лет – почти всю свою жизнь, – и грустно покачал головой:

– Извини…

Глава 1

Шесть месяцев спустя…

Курсор на мониторе все так же мигал на пустой странице. Правда, Стелле казалось, что он давно перестал просто мигать и теперь издевается над ней.

Слов не было. Истории тоже.

В ее голове не звучали диалоги главных героев. Сюжет не разворачивался перед глазами, как в кино.

Все та же тишина и пустота.

А скоро приедет Диана.

Обычно стук в дверь означал, что на пороге стоит лучшая подруга Стеллы, и она кинулась бы встречать Диану, но не сегодня. Стелла даже подумывала, не стоит ли вовсе не открывать дверь.

Сегодня Диана появится не как подруга.

Сегодня она придет как представитель издательства.

И Стелла обещала ей первую главу…

– Я знаю, что ты там. Не вынуждай меня выламывать дверь.

Ее голос был приглушен разделяющей их дверью, но весьма решителен, и Стелла сдалась на волю судьбы, проходя через холл с огромным окном, из которого открывался вид на живописное побережье. Она глубоко вздохнула и распахнула дверь.

Диана вскинула руки:

– Лапуля! – Она сжала Стеллу в объятиях, чуть не переломав ей ребра. – Как дела? Я беспокоилась о тебе.

Стелла приняла сестринские объятия и даже обрадовалась появлению подруги. На глаза навернулись слезы. Познакомившись в университете, они дружили всего пару лет, но Диана звонила почти каждый вечер, а после похорон это был уже ее десятый визит.

– Паршиво, – призналась Стелла, уткнувшись носом в плечо Дианы.

– Ну, конечно, – успокаивала ее подруга, гладя по спине, – твой папа умер…

Родители Дианы умерли незадолго до их знакомства со Стеллой, так что она знала, каково это – терять близких.

– Я хочу, чтобы это чувство ушло.

Диана обняла ее крепче.

– Оно уйдет. Когда-нибудь уйдет. А пока делай то, что должна. А начнем мы, пожалуй, с бокала красного вина.

В руках у Дианы была бутылка вина, купленная в маленьком магазинчике в Пензансе по дороге к коттеджу. Стелла сняла его сразу после разрыва с чопорным Дриари Дейлом, не справившимся с тяжелой ношей успеха «Охоты за наслаждением» и сбежавшим от Стеллы.

Стелла посмотрела на часы и впервые засмеялась:

– Два часа дня, не рановато ли?

Диана неодобрительно фыркнула:

– Как вы, писатели-маринисты, говорите? Солнце уже над фок-реей? К тому же сейчас ноябрь – на улице почти стемнело.

Не дожидаясь ответа, она вошла в дом, захлопнув дверь ногой в туфле на четырехдюймовом каблуке, стряхнула с себя длинное кожаное пальто, сняла с шеи платок. Все это Диана проделала не выпуская бутылку из рук.

В серых брюках и нежно-розовом кашемировом свитере Диана выглядела типичной представительницей современного Лондона. Стелла, оглядев подругу, невольно почувствовала себя неряхой в серых спортивных штанах и толстовке, облитой кофе. А хвост, который она соорудила не смотрясь в зеркало, только дополнял картину безразличия к себе.

Правда, Стелла была писателем-затворником, но было бы лучше, если бы она хоть что-нибудь написала за последние восемнадцать месяцев.

– Садись, – скомандовала Диана, направляясь к серванту за бокалами.

Стелла, подчинившись, уселась на красный кожаный диван. Да и как не подчиниться женщине ростом около шести футов, когда в тебе самой чуть больше пяти?

– Держи. – Диана сунула ей бокал. – Сразу полегчает. – И, сделав внушительный глоток, добавила: – Я пью за это.

Стелла молча кивнула и отпила из своего бокала.

– Ведь глава не готова? – спросила Диана после долгой паузы.

Стелла уставилась на свой бокал, не поднимая глаз на подругу.

– Нет, – еле слышно проговорила она, – прости…

– Все нормально, – откликнулась Диана.

Стелла покачала головой и вслух высказала то, что мучило ее все эти месяцы:

– Что, если я больше не напишу ни одной книги?

Этот страх появился у нее сразу после завершения первого романа. Бегство Дейла усилило его, а смерть отца укоренила окончательно.

Васко Рамирез просто родился у нее в голове, и его история с легкостью оказалась на бумаге.

А что теперь?

Теперь издатели хотят новую историю, а Стелле нечего предложить.

Диана махнула рукой.

– Напишешь, – твердо сказала она.

– А если нет?

Стелла не ведала вкуса поражения, и одна только мысль об этом приводила ее в ужас. Что, если Джой, ее редактор, возненавидит ее новое творение? Что, если будет смеяться до слез?

У нее была мечта: подписать контракт на несколько книг с шестизначным гонораром, попасть в список бестселлеров «Нью-Йорк таймс» и заключить сделку с кинокомпанией.

Но что, если успех первой книги – просто случайность?

Диана подняла указательный палец:

– Ты. Напишешь.

Стелла почувствовала укол вины, слегка приправленный алкоголем. Именно Диана уговорила ее временно отказаться от преподавания английского языка и написать эту чертову «Охоту за наслаждением».

Она же первая ее и прочитала. Первой разглядела потенциал и настояла на необходимости показать рукопись ее боссу, которая в то время искала что-то в духе исторического любовного романа.

Будучи ассистентом редактора, Диана твердо верила в успех, и предложение от издательства не заставило себя ждать.

Стелла посмотрела на подругу, надеясь, что отчаяние на ее лице не так уж заметно.

– Тебя уволят, если ты вернешься ни с чем?

Через год, когда были пропущены все мыслимые и немыслимые сроки, Джой пустила в ход тяжелую артиллерию. Зная, как близки Стелла и Диана, она приказала последней получить второй роман любой ценой.

Диана покачала головой:

– Нет. Сегодня мы об этом говорить не будем. Сегодня мы напьемся, а завтра обсудим книгу. Идет?

– Идет, – ответила Стелла с облегчением.

Два часа спустя поднялся шторм и стало совсем темно. За окнами выл ветер, стучал ставнями, но двум женщинам, уютно устроившимся у камина, было все равно. Приканчивая вторую бутылку вина и большую упаковку чипсов, они до слез смеялись, вспоминая учебу в университете.

От неожиданного и громкого стука в дверь обе вздрогнули и тут же посмеялись над одинаковой реакцией.

– Вот черт! – Диана прижала руку к груди. – Я думала, что меня хватит удар.

Стелла поднялась, немного пошатываясь, однако продолжала смеяться.

– Это невозможно. Красное вино очень полезно для сердечной мышцы.

– Не в таких количествах, – парировала Диана.

Стелла снова рассмеялась, направляясь к двери.

– Погоди, ты куда? – пробормотала Диана, тоже поднимаясь.

Стелла нахмурилась:

– Собираюсь открыть дверь.

– А что, если там чудище болотное? Ведь за окном ненастная ночь.

Стелла икнула.

– Сомневаюсь, что чудища стучатся, но, если это оно, я скажу ему, что Бодмин чуть севернее.

Диана фыркнула, а Стелла продолжала хихикать, открывая дверь…

…Васко Рамирезу. Собственной персоной!

Свет, падающий из прихожей, очертил его подбородок и скулы, озарил голубые глаза. Его волосы длиной до плеч, вероятно отголосок бурной молодости, свисали мокрыми прядями, а капельки дождя дрожали на длинных ресницах.

Настоящий пират.

– Рик?

У Стеллы перехватило дыхание, как и всегда, когда он был рядом. Воспоминания о почти поцелуе, едва не случившемся десять лет назад, снова разлетелись разноцветными бабочками по ее серой реальности.

Рик улыбнулся, увидев нахмурившуюся Стеллу:

– Это что еще за приветствие?

И он нагнулся для рутинного поцелуя в обе щеки.

Его окутал запах кокоса. Когда-то Натан покупал дочери гели для душа с запахом кокоса, и она до сих пор продолжает пользоваться ими.

Стелла закрыла глаза и вдохнула аромат соленой морской воды, ожидая, что хор ангелов запоет в ее голове. Рик был таким идеальным, что казалось, его послали небеса.

Он отстранился.

– Все в порядке? – спросила она.

Сердце в ее груди забилось чуть быстрее. Не из-за эротичного прикосновения к ее щекам его извечной трехдневной щетины и не из-за легкого касания его губ, а из-за его последнего визита.

В прошлый раз он явился без предупреждения, мрачнее тучи, и новости были ужасные.

– Мама?..

Рик прижал пальцы к ее губам:

– С Линдой все в порядке, Стел.

От облегчения она чуть не упала в его объятия. Рик улыбнулся, заметив это. Подул ветер, залив их дождем, и они снова почувствовали себя детьми, прятавшимися от ненастья.

– Так… Значит, не чудище болотное, – констатировала Диана, прерывая их грезы.

Рик поднял голову и посмотрел в глаза вроде бы знакомой красивой брюнетке. Она разглядывала его с нескрываемым восхищением, и он ухмыльнулся.

Боже, он любил женщин!

Особенно таких, как она: любящих посмеяться, хорошо провести время, насладиться флиртом и ни к чему не обязывающей компанией.

– Милая, я буду тем, кем скажешь, – произнес он, переступая порог и протягивая руку. – Привет, я Рик. Похоже, мы встречались?

Диана улыбнулась и кивнула:

– Да. На похоронах. Я Диана.

– А, да, точно, – ответил он и замолчал.

Тогда Рик был поглощен происходящим и занят помощью Линде и Стелле, так что ничего вокруг не замечал.

– Ты, кажется, работаешь в издательстве, с которым сотрудничает Стел?

Диана ухмыльнулась, а ее глаза, в которых не было и намека на обиду, засветились.

– Пришлось поднапрячься, чтобы вспомнить?

Стелла наблюдала за флиртом своей лучшей подруги и своего… Кем же для нее был Рик? Другом семьи? Партнером отца? Человеком, ставшим ей братом?

Почему она не способна вести себя так, как Диана? Она чувствовала себя комфортно наедине с одним-единственным мужчиной – ее выдуманным пиратом. Даже отношения с Дейлом не могли сравниться с этим.

Дождь усилился, и холодная вода вывела Стеллу из состояния оцепенения.

– Чем обязаны? – спросила она, закрывая дверь и присоединяясь к диалогу.

Рик посмотрел на милый вздернутый носик Стеллы.

– Ну, – он подмигнул ей, прежде чем повернуться к Диане и провести пальцами по оправе ее очков, – до меня дошел слух, что здесь вечеринка.

Диана рассмеялась и посмотрела на подругу.

– Ты не говорила, что он обладает даром ясновидения, – пошутила она и поспешила за третьим бокалом.

Рик проводил ее взглядом и посмотрел на Стеллу. Его снова охватило желание прижать ее к себе и обнять.

– Как дела, Стел?

Уход Натана Миллза опустошил его куда больше, чем смерть родного отца. Натан был опекуном и наставником Рика с семи лет – с того момента, как Энтони Гранвиль был убит в драке в баре. Рик был очень близок с отцом Стеллы, и сейчас он мог только догадываться, что испытывает она сама.

Стелла пожала плечами, ощущая горе, сблизившее их с Риком еще больше. Она увидела в его глазах сочувствие и задумалась о том, как порой сложно в этом трудолюбивом, ответственном, отзывчивом мужчине разглядеть импульсивного подростка – героя ее грез.

– Ненавижу это, – прошептала она.

Стелла нечасто виделась с отцом с тех пор, как поступила в университет и нашла работу. Стала взрослой, как сказала бы ее мать. Мимолетные визиты на Рождество, посылка с ракушкой идеальной формы, найденной на пляже, глядя на которую ей всегда хотелось улыбаться. Изредка она получала по электронной почте фотографии Натана и Рика или удивительные кадры подводного мира, снятые ими. Но одно только знание того, что папа где-то там осуществляет свои мальчишеские мечты, удерживало ее мир в равновесии.

А теперь его нет, и ничто уже не станет прежним.

– Знаю. – Рик обнял ее за плечи и прижал к груди. – Я тоже.

Он тоже ненавидел. Ненавидел заниматься своим делом без единственного человека, который действительно понимал его. Ненавидел отсутствие мудрых советов Натана и его фирменного похабного юмора за ужином.

Рик закрыл глаза, все еще остро ощущая потерю, и прижал Стеллу крепче, отдаваясь знакомому чувству ее близости. Ему нравилось, как она утыкалась в него, как ее щека прижималась к его груди и как от нее сладко пахло кокосом.

Когда они были детьми, Рик изображал пирата, а Стелла русалку и они часами играли в поиски затонувших сокровищ. Веселясь, они не заметили, как зародилась прочная связь друг с другом, которая не была разорвана и по сей день.

Конечно, когда они стали подростками, их игры иногда принимали рискованный оборот. Ни разу не перейдя черту, они порой заходили достаточно далеко.

И, обнимая ее сейчас, Рик вспомнил, как давно это было.

– Ладно, ладно, вы, двое, – поддразнила их Диана, всовывая бокал красного вина в руку Рика. – Сегодня без сантиментов. Это правило. Сегодня ешь, пей и веселись.

Рик заставил себя оторваться от Стеллы, мысленно поблагодарив Диану за своевременное появление, вернувшее их на землю. Со дня смерти Натана он много думал о Стелле. Больше, чем обычно.

И не все его мысли были так уж невинны.

Рик взял бокал.

– Отличный план, – сказал он, чокнувшись с обеими женщинами.

Пригласив всех к камину, Стелла стояла, наблюдая, как Рик снимает с себя пальто, под которым оказались изрядно поношенные облегающие джинсы и толстый свитер с высоким воротником.

Даже на суше было понятно, что этот человек провел большую часть жизни в море. Диана откинулась на подушки, равнодушно оценивая Рика, но запотевшие стекла очков усложняли ей задачу.

– У меня такое чувство, будто мы встречались раньше, – протянула она.

Стелле не нравилось задумчивое выражение лица подруги. Она уже не раз видела этот взгляд и не хотела давать Диане слишком много свободы.

– На похоронах. – Стелла попробовала отвлечь подругу, всегда начинающую фантазировать после пары бокалов вина.

Диана прищурилась.

– Не-а, – покачала она головой, – мне кажется, мы виделись где-то еще.

Уже на похоронах Диана заподозрила, что лицо Рика ей знакомо. А теперь, глядя на него в образе одинокого волка, бороздящего моря, она была почти уверена, что где-то его видела.

– Может, я похож на какого-нибудь книжного героя? – рассмеялся Рик.

Диана расхохоталась, отпивая вино из бокала. Стелла немного позавидовала подруге, чей звонкий смех разнесся по комнате, словно фея взмахнула своей волшебной палочкой. Стелла была уверена: проделай она то же самое, вино непременно попало бы ей в нос.

Диана погрозила пальцем:

– Хорошая попытка, но ты не похож ни на кого. – Она снова прищурилась. – Не переживай, я вспомню. Просто мне надо, пожалуй… – Она посмотрела на почти пустой бокал. – Немного времени.

Рик поднял свой бокал:

– Не терпится услышать твои предположения.

Рик посмотрел на Стеллу, тихо сидящую в кресле и наблюдающую за происходящим. В свете камина выбившиеся из прически пряди казались золотыми, и он снова вспомнил их детские игры, в которых она была русалкой, заманивающей корабли на рифы. Сколько раз они вместе ныряли, и длинные светлые волосы Стеллы плыли у нее за спиной, словно у русалки из сказки?

– Итак, – спросил он, когда пауза слишком затянулась, – ты получила ее?

Стелла нахмурилась:

– Что?

– Свою половину.

– Половину чего?

Рик ехидно улыбнулся:

– Карты.

Она покачала головой:

– Ты о чем?

Он нахмурился и поставил полупустой бокал на кофейный столик.

– Ты должна была получить это еще в начале недели. Я отправил ее вечность назад.

Диана закатила глаза:

– Она, скорее всего, получила. Просто в последнее время мисс Миллз не утруждает себя ответами на письма.

Стелла покраснела, а Диана направилась к тумбочке в коридоре. Когда она ее открыла, нераспечатанные конверты высыпались на пол, и Стелла зарделась еще больше. Она избегала любого контакта с внешним миром, особенно со своим редактором. Она не вскрывала письма, избирательно отвечала на звонки и не заглядывала в электронную почту.

Диана разгребла груду конвертов и вытащила большой желтый пакет с таким количеством марок, что можно было начинать собирать коллекцию.

– Это? – поинтересовалась она.

Рик кивнул.

– Арррр, – произнес он, как настоящий пират, – оно.

Настала очередь Стеллы закатывать глаза. Рик освоил пиратский жаргон еще в детстве, добавляя достоверности их играм.

Диана рассмеялась и кинула пакет Стелле.

– Ты говоришь на пиратском? – спросила она Рика.

– Так точно, милая.

– Забудь, – пробормотала Стелла, вертя пакет в руках. Одну его сторону украшало огромное количество разноцветных марок и штампов. – Диана – фанатка Джека Воробья. Ты тратишь свое время зря.

Рик оскорбился:

– То есть я не подхожу на роль Капитана Джека?

Стелла очень хотела сказать, что он в тысячу раз сексуальнее, чем герой фильма. Рик был выше и шире в плечах, да и моральных ценностей у него было куда больше, чем у пирата.

– Хм, даже не знаю, – задумалась Диана, – я, конечно, не специалист…

Но Стелла уже не слушала подругу. Надпись, сделанная почерком ее отца, поглотила все внимание, и она нежно провела по ней пальцами, как будто это могло вернуть его.

В комнате повисла тишина, и Рик взглянул на Диану. Та безнадежно пожала плечами, и стало понятно, что горе Стеллы тронуло и ее тоже.

– Где ты это взял? – спросила Стелла.

– У меня наконец дошли руки до стола Натана. Конверты лежали в одном из ящиков. Один тебе, и один мне.

Стелла рассеянно кивнула. Получить письмо от отца спустя полгода после его смерти было очень странно. Как будто послание с того света.

– Ты не собираешься открывать? – тихо спросил Рик.

Стелла подняла глаза и посмотрела на него сквозь белокурую челку, выбившуюся из-под заколки:

– А я хочу?

Он ухмыльнулся и закивал, довольный:

– Если это то, что я думаю, определенно хочешь.

Стелла сильно в этом сомневалась, однако перевернула пакет и осторожно вскрыла его. Внутри оказались бумаги, и после еще одного ободряющего кивка Рика она вытащила их. На первом из листов была приклеена записка отца:

«Стел,

Сокровища Иниго существуют, я уверен.

Плывите с Риком и найдите их.

Я буду гордиться вами.

На мгновение в глазах у Стеллы задвоилось. Тяжело было смириться с результатами аутопсии, подтвердившими, что у отца был рак, и с предположением, что несчастный случай при погружении с аквалангом был не просто несчастным случаем.

Но этот пакет был доказательством того, что он знал, сколько ему осталось жить, и решил идти своей дорогой, занимаясь только тем, что любил больше всего на свете.

Она посмотрела на Рика:

– Ты получил то же самое?

– Да.

Стелла опустила глаза на документы, пролистывая их один за другим. Самой последней была карта, нарисованная от руки. Точнее, половина карты.