Боль и сладость твоих рук

«БДСМ-клуб «Сабспейс»

© Энканта, 2019

© Издательство «Aegitas», 2021

Глава 1

Романтичная девушка

Когда ей было шестнадцать, во всей школе не было более романтичной особы, чем она. Она влюблялась во всех мальчишек подряд, но даже тогда знала, что это пустое. В ее голове был образ особенного мужчины. Кого-то абсолютно невероятного, не от мира сего. Кого-то, кому она могла бы довериться полностью и слушаться, чтобы он взял ее за руку и повел в новую жизнь – идеально правильную и абсолютно волшебную. Жизнь, в которой нет места жестоким играм, жестоким ошибкам и жестоким разочарованиям.

И это была бы такая жизнь, в которой никогда не просыпаешься далеко после тридцати, понимая, что от шестнадцатилетней романтики не осталось ровным счетом ничего. Если бы кто-то сказал ей, шестнадцатилетней, что пару десятков лет спустя она станет звездой БДСМ-клуба, где практикуют свободные отношения, она бы звонко рассмеялась. К тому времени, по ее плану, она давно должна была быть замужем за своим особенным принцем.

Они давно уже жили бы долго и счастливо. Их хрустальный замок прослужил бы им достаточно, чтобы нуждаться в первом ремонте. Или даже втором. Ее дети должны были уже подрастать. Вместо этого – вот она, звезда «Сабспейса». Ни детей, ни принца, ни замка. В прошлом – несколько лет без мужчин, в будущем – полный мрак неопределенности. В настоящем…

В раздевалке Лори заметила, что ее руки слегка дрожат. Именно заметила в зеркале – она этого совершенно не чувствовала. Все ее мысли были только о том, что будет между ними. Готова ли она сегодня к тому, чтобы весь клуб узнал – она теперь подпускает к себе мужчину? Готова ли к такому она сама?

Дима был особенным случаем. Одной ночи – точнее, того странного утра – было достаточно, чтобы это понять. Они были близки словно в странном сне. Необычность обстановки только усиливала это впечатление – в клубе, но без всех, после закрытия. БДСМ, но без боли. Без удерживаний. Даже без жесткости. Только нежные и спокойные приказы. Подчиняться которым было сплошное удовольствие.

Господи боже, она и не предполагала, что он так вырос за эти два года. Ведь был же совсем мальчишкой – неопытным, немного даже пугливым. Она бы соблазнила его, научила всему сама, если бы у нее достало смелости. Но куда там – пару лет назад она еще была разобрана на части, не могла даже коснуться мужчины.

А сегодня оставалось только жалеть, что она упустила то время – время, когда он был безопасен. Когда она могла бы приручить его.

В то утро, неделю назад, она наивно полагала, что это еще возможно. Только поэтому она пришла к нему сама, ожидая, что он будет немного стесняться, что он не будет вести себя настолько уверенно, и настолько… обаятельно. Он научился смотреть, как лучшие доминанты в клубе. Научился правильно двигаться и держать голос на правильной бархатной ноте, которая, тем не менее, отливала железом. Он научился быть мужчиной, которому хотелось подчиняться.

Как будто этот мальчик, горько-сладкий, как кусочек натурального черного шоколада, без того не был привлекательным! Ох уж эта загорелая смуглая кожа, ох уж эти яркие глаза с длиннющими ресницами. Ох уж эти ловкие пальцы, подбрасывающие бутылки и бокалы, которые умели и вовремя налить, и вовремя погладить по плечику каждую расстроенную или напуганную новенькую.

Как же она пропустила этот момент, когда по нему стали сходить с ума все неопытные сабочки? А потом – и опытные?

Лори помнила только его диалог с одной глупенькой блондинкой, которая пришла в клуб на одну ночь и больше не появлялась. Она услышала его случайно, когда жадно пила в коротком перерыве между аукционом и игровой сценой – у нее было всего пять минут. Это было год назад… или уже полтора?

– Почему этот коктейль называется «анальный секс»? – понизив голос от полупритворного смущения, спросила тогда блондинка у стойки, и Лори обернулась. Среагировала она не на слова, конечно – такие слова здесь произносили по десять раз в минуту. Ее удивил тон: девушка явно флиртовала с барменом.

– Попробуй, – предложил ей Дима, как обычно не сводя глаз с нее, Лори. Но затем все же повернулся к блондинке, которая молча сделала небольшой глоток и закашлялась.

– Ужас! – прохрипела она, когда снова смогла говорить. – Адская смесь!

– Это еще не адская. Но вставляет до самой жопы, – невозмутимо бросил он, и на лице новенькой быстро сменилось несколько эмоций: от изумления, до легкого шока и, наконец, девушка заливисто рассмеялась.

Лори снисходительно улыбнулась и перевела взгляд на Диму, не сомневаясь, что встретится с ним глазами и поймает заговорщическую улыбку – он всегда вел себя открыто и просто.

Но Дима смотрел на блондинку, и выражение его лица в тот момент поразило ее: оно было почти хищным. Лори почти могла видеть, как он мысленно съел ту девочку и обсосал косточки.

Тогда был первый раз, когда она увидела в Диме настоящего дома и зрелого мужчину. Наверное, в ту ночь она и начала смотреть на него как на кое-кого большего, чем просто влюбленный в нее мальчишка за барной стойкой. И он действительно был кем-то намного большим.

Видит бог, она бы предпочла увидеть больше погрешностей в том, как он себя вел с ней. Но он был почти безупречен. И этим он напугал ее едва ли не до смерти. Правда, она осознала свой страх не сразу – не тогда, когда заставил ее раздеться для него и сидеть на коленях на кофейном столике, пока он изучал ее взглядом, кончиками пальцев. Он погладил руку, потом бедро – словно не видел ее обнаженной груди и доступной киски.

Не тогда, когда он приказал ей закрыть глаза и молча наслаждаться случайными прикосновениями к телу, а потом ласками, а затем – все более интимными касаниями, пока не заставил ее кончить ритмичными поглаживаниями в том месте, где больше всего было нужно. Она определенно не была напугана и в тот момент, когда он поднял ее на ноги, нагнул над спинкой дивана и трахнул сзади – быстро, очень страстно, но почти не жестко.

Лори испугалась намного позже – когда приехала домой и поняла, что не может выйти из машины. И сидела еще минут пятнадцать, пережидая приступ паники.

Страх пришел, когда она вдруг поняла, что он не пытался извлечь из этого никакого особенного удовольствия. Он сказал, что ждал ее два года, но не попросил не минета, ни анала, ни игр. И в то же время он не пытался разыграть для нее шоу, произвести неизгладимое впечатление и заставить кричать от наслаждения. Не порол, не связывал, не пугал, не интриговал. И ничего не требовал, только давал.

Этот секс походил на бархатную визитную карточку в минималистичном стиле: элегантное обещание чего-то намного, намного большего. Но не сразу.

Оглядев себя в зеркале, Лори вдруг поняла, что оделась неправильно. Слишком вызывающий красный балахон – он может решить, что она настроена воинственно. Или это неплохо? Ему необязательно знать, как она ног под собой не чует. Как она еле-еле набралась храбрости прийти. Просто потому, что он заслужил это. И не нашлось ни одной логичной причины не выдать ему минимальный кредит доверия, сколько она не перебирала разные поводы.

Что она наделала? Может, ей надо бежать, пока не поздно?

Эта мысль пришла в голову почти одновременно с хлопком двери в раздевалку. Влетела Лиза.

– Привет, – выпалила запыхавшаяся саба, на ходу срывающая с себя пальто. Бросив его на одно из кресел, она рывком открыла деревянную дверцу изящного шкафчика, едва не сорвав ее с петель. – Боже, я опаздываю. Макс будет в бешенстве.

Лори невольно улыбнулась, глядя на раскрасневшееся лицо подруги, и спокойным изящным жестом, который был полной противоположностью движений Лизы, заперла свой шкафчик.

– Не миновать тебе порки. Какая досада!

Заливисто засмеявшись, Лиза разделась до трусиков и вытянула из пакета длинное прозрачное платье, сразу ныряя в него с головой:

– Ужасная досада, – подтвердила она, улыбаясь до ушей, вынырнула из складок ткани с волосами дыбом и принялась поправлять на себе платье. Лиза даже не пыталась скрыть радость предвкушения, и Лори внезапно почувствовала, что ее тоже отпускает.

Какого черта она напугана как курица? Ведь она идет развлекаться с мужчиной, которого хотела уже давно.

– Пойду, – коротко бросила она Лизе, решительно зажав ключ от шкафчика в ладони.

– Увидимся, – бросила Лиза в ответ, широко улыбнулась, но затем заглянула в большое зеркало, размещенное перед дверью, и издала вопль отчаяния при виде беспорядка на голове.

Покинув раздевалку, Лори ни капли не удивилась, когда встретила в прохладном предбаннике Макса. Она хорошо его знала – он всерьез терпеть не мог опоздания, и каждый раз раздражался, когда Лиза не могла прийти вовремя. Однажды, после особенно большого опоздания на праздничный вечер в клубе, он даже изменил программу и высек свою сабу розгами на скамейке для порки посреди клуба.

Публичная сцена тогда привела многих обитателей «Сабспейса» в экстаз – Макс был реально раздражен, Лиза реально чувствовала себя виноватой, и сцена получилась очень эмоциональной.

Лори тоже любила смотреть их публичные сцены – Макс был профессионалом восьмидесятого уровня в том, чтобы обеспечить нужный накал страстей, и при этом всегда в первую очередь заботился о безопасности Лизы. Многие новички не замечали этого, но Лори хватало опыта, чтобы подхватывать малейшие нюансы – то, как он наклоняется к ее лицу, чтобы проверить состояние, то, как шепотом задает ей вопросы – и не продолжает сцену до тех пор, пока не получает ответ. То, как нежно прикасается к ней свободной рукой, успокаивая или лаская в нужные моменты.

Другие сабы могли только мечтать о таком уровне доверия, который был между ними.

– Лиза там? – нетерпеливо осведомился Макс, едва поздоровавшись.

– Причесывается, – понимающе улыбнулась Лори. Его взгляд скользнул по ее платью, и глаза Макса сузились:

– Сегодня с Димой?

– Да, – смущенно ответила она, на этот раз пряча глаза. Макс слишком много знал о ней такого, что сейчас не хотелось обсуждать. Он был ее психотерапевтом слишком долго, а потом еще какое-то время – любовником, но больше она не хотела бы возвращаться ни к тому, ни к другому.

– Хорошо. Зови меня, если что.

– Спасибо, Макс. Надеюсь, это не понадобится.

– Пожалуйста.

Он посторонился, пропуская ее к двери в святая святых клуба, и Лори с медленным вздохом прошла мимо охранника внутрь.

Дима внимательно следил за каждым движением бармена, и на какое-то время даже завис. Он отмечал каждый неловкий поворот, когда казалось, новый мальчишка вот- вот разобьет или стакан, или бутылку. Наконец он заставил себя усилием воли отвести глаза. Сегодня он гость в клубе, а не повелитель барной стойки. Он не должен угробить ночь на наблюдение за новичком. Тем более, что вот-вот появится гораздо, гораздо более интересный объект для его внимания.

Лори слегка запаздывала, но он не беспокоился – эта женщина задерживалась везде и всюду. По правде, он был даже рад – не понадобится придумывать неправдоподобных поводов для наказаний. Ему не терпелось почувствовать ее теплую, слегка пружинящую плоть, под ладонью. Отшлепать восхитительно нежную круглую попку самой желанной сабы в клубе, желательно на виду у всех – что могло быть лучшим началом этого вечера?

Он долгих два года ждал, когда она обратит на него внимание. Терпеливо собирал информацию о ней по крупицам, готовился, учился. Его предупреждали: ненормальная, опасная женщина, которая надолго не уживается ни с кем. Но те, кто предупреждали, на самом деле тоже до одури хотели ее.

Дима сам не знал, к чему так фанатично готовился – просто знал, что рано или поздно шанс представится.

Лори захватила его внимание с первой его ночи в клубе, но тогда, совсем зеленым, еще необученным доминантом, он не был готов предлагать ей что-либо. Он бы умер со стыда, если бы ей пришлось его учить. И даже в последний год, каждый раз, когда она выходила на аукцион, и рука тянулась сделать ставку – он одергивал себя. Что он мог сделать с той, которая уже играла с лучшими доминантами клуба? Он хотел не просто разок провести с ней пару часов – его целью было заинтересовать ее, завладеть ею.

Дима хотел быть идеальным для нее, хоть и зубы скрипели, когда приходилось наблюдать за ней с другими. Он верил, что в нужный момент он будет рядом, чтобы предложить ей свое общество. Но все получилось немного иначе.

Лори пришла к нему внезапно, сама. И теперь у него лишь одна задача – взять ее в плен, привязать к себе так, чтобы никуда даже не дернулась. Стать для нее особенным. А для этого он намерен в первый же вечер заявить на нее права. Игра у барной стойки – идеальный вариант.

Приняв это решение, Дима почувствовал, как наполняется куда большим нетерпением. Он заметил, как пару минут назад Макс, точно так же ожидающий прихода своей сабы, двинулся в сторону раздевалок с каменным лицом. Возможно, ему тоже стоит встретить Лори там? Не для того, конечно, чтобы устроить ей выволочку у входа, как Макс иногда делал с Лизой – к такому они еще не готовы. Всего лишь дать немного поддержки – на случай, если она нервничает.

Но, стоило ему повернуться в сторону входной двери, как она сразу открылась и на пороге появилась Лори. Его глаза сузились, быстро пробегая сверху вниз по ее изящной, очень хрупкой фигуре, затянутой в красное – до босых ног. Всего один взгляд в ее лицо – и он понял, что Лори далеко не так уверена, несмотря на кричащий наряд. Кожа бледная, глаза растерянно скользят по залу – она машинально начала искать его у бара, но там не было никого, кроме новичка и пары саб, ожидающих своих домов. Рука то поднимается, то опускается, нервно теребит длинную сережку, платье и, наконец, сжимается в кулачок.

Он направился к ней, и тогда Лори заметила его. После секундного замешательства она также не спеша направилась к нему, соблазнительно покачивая бедрами. Но он уже видел тот момент, когда она приросла к полу, словно размышляя, не пора ли бежать. И он заметил, как тревожно блеснул ее взгляд перед тем, как она скрыла эту эмоцию нежной улыбкой. Он все заметил.

– Привет, малыш, – мягко сказал он, наконец, оказавшись на расстоянии вытянутой руки.

– Добрый вечер, мой господин.

Мелодичный голос, нежная улыбка, мягкий изгиб слегка опущенных ресниц – пару лет назад он повелся бы, решил, что она всем довольна и счастлива. Но он не для того месяцами учился у лучших, чтобы теперь не заметить трепещущую жилку на ее шее, неестественное напряжение тонких плеч и чуть более, чем это было уместно, сияющую улыбку – слишком старательную, чтобы быть настоящей.

В мгновение ока он пересмотрел все свои фантазии и планы насчет игр у стойки бара. Его нежная пугливая саба даже близко не была готова к такому. Дима мысленно вознес тысячу благодарностей Максу, который научил его быстро понимать такие вещи. Но это не означало также, что она готова остаться с ним наедине наверху.

Он сделал еще полшага ей навстречу и осторожно приподнял подбородок двумя пальцами:

– Как насчет выпить по коктейлю в лаунж-зоне?

Явное облегчение от его слов ей скрыть не удалось. Лори порозовела, когда поняла, что была поймана, и перестала, наконец, сиять фальшивой улыбкой.

Наградой за его проницательность был смущенный кивок. Опустив руку, Дима обнял ее за талию и повел туда, где сабы обычно чувствовали себя в наибольшей безопасности: там они не оставались наедине с домами, и в то же время были защищены от любопытных взглядов высокими спинками диванов.

По дороге, стараясь уберечь Лори от изумления постоянных обитателей клуба, впервые увидевших ее с мужчиной-домом, Дима быстро заказал кофе для себя и ее любимый «Мохито» – и увел ее в самый дальний угол, где атмосфера спокойствия была обеспечена приглушенным светом и огромной спинкой широкого дивана, развернутого к стене.

Пространства для пары вполне хватало – в этом углу размещался столик для еды и напитков, на полу лежал мягкий ковер и подушки, располагавшие к играм. После небольшого ремонта в клубе стало намного уютнее, хотя и ценники заметно поднялись. Впрочем, его это не беспокоило – как и другие работники, Дима имел бесплатный входной билет на все свои свободные ночи.

– Как ты после субботы? – спросил он, внимательно наблюдая за ее лицом. Лори села на край дивана, словно боясь занять слишком много места – изящная прямая спина, мягкие движения, взгляд на своего господина из-под ресниц – все отражало готовность служить.

Дима все еще стоял, наблюдая за ней. Его взгляд скользил по белой коже на тонкой длинной шее, по хрупким запястьям, длинным пальцам. Стоило большого труда не пялиться на грудь – у Лори она была точеной, восхитительной, нежной. Он не знал, чего хочется больше – гладить ее и ласкать или крепко сжать в ладони, чтобы почувствовать мягкую упругость и услышать от нее стон легкой боли. Но он знал только одно – такие мысли обеспечивают крепкий стояк и полный туман в голове. Поэтому надо смотреть на запястья и лодыжки – и наслаждаться сладким предвкушением, сохраняя рассудок.

– Хорошо.

Румянец на ее щеках стал интенсивнее и грозил залить ее лицо до ушей. Хмыкнув, он опустился на диван и прикрыл глаза:

– Расскажи, что любишь, саба.

– Что люблю? Эмм…

В ее голосе было настоящее удивление. Возможно, раньше ей не так часто задавали этот вопрос.

– Да, что любишь здесь, в клубе. Девайсы. Практики. Игры. Выкладывай.

Он слышал, как она сглотнула, хоть больше и не смотрел, чтобы не смущать. И сдержал понимающую улыбку: информация подобного рода могла использоваться домом двумя способами. Он мог поощрить сабу какой-нибудь любимой практикой. А мог, напротив, нарочно избегать их, чтобы заставить умолять.

– Я люблю служить, мой господин, – наконец медленно сказала она. – Я могу делать массаж, ухаживать за вами, выполнять приказы. Мне нравится раздеваться для вас, ласкать, двигаться.

Дима усмехнулся, когда заметил, что она украдкой разглядывает его, как и он ее. И также как он, сдерживает сама себя – только совершенно по другим причинам. Как ни трудно было в это поверить, глядя на ее милое спокойное лицо, но Лори до здорово боялась. И это приходилось постоянно держать в уме, чтобы не допустить фатальной ошибки.

Подошла официантка, которая работала в клубе уже около года – в свободное время саба, но сейчас она просто работала и служила украшением по совместительству. Она поставила на стол их напитки и заговорщически улыбнулась. Дима улыбнулся ей в ответ одними глазами, даже не взглянув на полуобнаженное тело, и подвинул к себе чашку кофе.

– Продолжай, – сказал он Лори, когда девушка скрылась, и протянул ей стакан с коктейлем. Их пальцы на секунду соприкоснулись, но она не дрогнула – хороший знак.

– Благодарю, мой господин, – мягко сказала она, сделала маленький глоточек, поиграла трубочкой в бокале. Он продолжал с интересом наблюдать за ее изящными движениями – пауза, похоже, была вызвана не стеснением. Она всерьез обдумывала каждое слово, явно не доверяя ему. Да и с чего ей ему доверять?

– Порка, – наконец, тихо сказала она. – Мне нравится это в игре, но не сильно. Не всерьез. Не хочу сильной боли вообще. Больше никогда.

– Саба. Сосредоточься, пожалуйста, – сказал он, мгновенно прерывая ее, когда лицо Лори потемнело. – Я просил говорить о том, что тебе нравится, а не наоборот. Табу обсудим позже.

– Простите, мой господин. Это случайно вырвалось.

Ее ресницы задрожали, но губы тронула еле заметная улыбка, намекая на то, что ему удалось, наконец, успокоить ее.

– Ты прощена, малыш.

Лори сделала большой глоток мохито и надолго замолчала. Дима сделал глоток из чашки своего «американо». Он не намеревался торопить ее.

Глава 2

О тебе кое-кто спрашивал

Изумление, которое она испытала, услышав новости, было бы невозможно скрыть – и Ирина не стала даже пытаться.

– Лори? С Димой? Это серьезно?

– Возможно, а что? – спросил Макс, так внимательно изучая ее лицо, что она вспыхнула, сразу догадавшись о причине его любопытства.

Неделю назад он спрашивал ее, не надумала ли она переключиться на верхних. У Макса было что-то на уме для нее, и это нисколько не удивляло – владелец клуба любил покровительствовать тем, кого считал друзьями. Он нечасто брал на себя роль купидона, но с теми, кому он помогал, это работало отлично. У Макса был опыт психолога и опыт тематика с приличным стажем. Он интуитивно понимал, кому что нужно или, точнее сказать, кто.

Вот только Ирина не была готова.

Помимо того, что она вообще не была уверена, что найдет подходящего парня, ей было совсем не с руки портить репутацию в клубе. Здесь все домы относились к ней уважительно, поскольку знали ее как домину. Стоило только дать понять, что она готова попробоваться в роли сабы, как от желающих отбоя не будет – но и от насмешек тоже. А это ее не прельщало.

Она была завсегдатаем клуба уже годы – назад, наверное, дороги нет. Когда-то Ирина сделала выбор: быть верхней проще, понятнее. Как быть сабой и не позволять обижать себя по-настоящему, она не понимала. Когда пробовала – не получалось, после секса оставалось какое-то горькое чувство и непонимание: почему верхние занимаются удовлетворением только своих фантазий, не спрашивая, чего хочет она. Ирине хотелось, чтобы партнеры проявляли больше чуткости, но таких не попадалось.

Зато когда она стала верхней, все получали то, что им было нужно: Ира умела сделать так, чтобы ее партнер чувствовал себя комфортно, подчиняясь ее желаниям.

Она и эмоций отсыпала с горкой, и горячих сцен в жанре передачи контроля и воспитания. Умела даже неплохо пороть, хотя не особенно это дело любила.

Но влюбленностей не было. Партнеры менялись каждые два-три месяца, часто уходили от нее к другим. Она служила для них учителем и своеобразным лекарем, что было забавно с учетом того, что Ира действительно работала врачом и руководила клиникой в том же здании, где располагался клуб. И все они, помимо прочего, ходили к ней на прием.

В клубе она была с самого начала, как Макс и Ник. Еще на этапе аренды помещения они договорились с ней о своеобразном партнерстве: у Ирины была небольшая доля в их бизнесе и бесплатный членский билет. В обмен на это она обследовала всех новичков в клубе и время от времени принимала постоянных обитателей «Сабспейса». И это был еще один повод не портить репутацию в клубе – уважение было важно еще и для бизнеса. Все обитатели клуба прекрасно знали, что статус сабы не способствует успеху в карьере или предпринимательстве – и потому-то их общество было таким секретным. Всех любителей чесать языками не подпускали на пушечный выстрел к «Сабспейсу».

Но вот внутри клуба все знали все про каждого. Знали и про то, что она играла с Ником как саба год назад – один раз и на спор. А вот о том, что это было неоднократно и в удовольствие, знали только трое. Ее короткий роман с Ником продлился месяца два и о том, что они вытворяли у нее дома, Ира до сих пор вспоминала с нежной улыбкой. Пусть он был очень жестким домом, но он был человеком с огромным сердцем, и многое сделал для нее тогда. Она перестала панически бояться порки, начала доверять мужчине, освоила пару новых практик, которые ни за что не стала бы изучать с кем-то другим.

И все же Ирина действительно не хотела, чтобы это вылезло наружу, поэтому оба владельца «Сабспейса» берегли ее секрет. Возможно, они оба не знали, где найти для нее второго Ника, от которого можно потерять голову – особенно с учетом того, что она и в первого влюбиться не захотела?

– Макс, тот факт, что я пару раз переспала с Ником, не означает… – резко начала Ирина, но Макс качнул головой и перебил:

– Дело не в нем. О тебе спрашивал кое-кто.

– Ого.

Ирина почувствовала, что у нее внезапно ослабели колени, и она сделала пару шагов в сторону, присев на барный стул. Макс последовал было за ней, но потом качнул головой, покосившись на парочку поблизости и нового бармена, навострившего уши:

– Поговорим лучше наверху.

Второй этаж был наполнен мягким светом и предвкушением – так казалось Ире всегда в начале вечера, когда здесь еще никого не было. Она часто поднималась сюда первой, особенно если имела дело с новенькими – часто они не хотели показываться на публике.

Перебросив на грудь недавно приобретенную косу, Ира почувствовала себя немного неуверенно. Ей всегда было не по себе, когда приходилось оставаться наедине с мужчиной. И даже зная, что Макс не станет с ней заигрывать, она все равно «словила» заметное напряжение во всем теле. Споткнувшись на последней ступеньке, она едва не упала. Макс придержал ее за локоть и посмотрел ей в лицо обжигающе внимательным взглядом – и, конечно, все заметил, но ничего не сказал.