Если не сегодня, то завтра
- -
- 100%
- +
Стеф недовольно фыркнул:
– Какая же ты все-таки злюка, Дель.
– Я очень плохо ориентируюсь в пространстве, – смущенно проговорила я.
Я почувствовала, как кончики ушей начали пылать, как маленькие факелы. Сложно признавать свои слабости, а еще сложнее делиться ими с другими.
– Может ты просто скажешь, где живешь, и кто-нибудь из нас тебя проводит? – предложил Себастьян.
Я произнесла адрес. Все замерли, переглядываясь друг с другом немыми взглядами. На какое-то время повисла неприятная тишина, от которой мне стало неуютно.
– Это же… – начал говорить Том, но тут же замолчал.
– Да ты у нас богачка, дорогая, – заметила Дель. – А мы подумали, что ты нормальная.
Но в этот раз Дель никто не остановил, все как-то странно смотрели на меня.
– Давайте обсудим это как-нибудь в другой раз, – вмешался Стеф. – Рей, так совпало, что с тобой в одном доме живет Арчи. Он тебя и проводит. Ведь так, Арчи?
Все перевели взгляд на Арчи, кроме меня. В какой момент все обернулось таким странным образом? Ребята вели себя подозрительно, будто я совершила что-то мерзкое, будто предала их.
Я почувствовала на себе безразличный ледяной взгляд, не предвещающий ничего хорошего.
– Еще чего, – с усмешкой произнес Арчи. Его голос скрипуче отдавался в ушах и имел привкус железа. – Мне что, делать нечего?
Том быстрым шагом подошел вплотную к Арчи, который уже собирался свалить.
– Как раз таки да, – раздраженно ответил Том. – Ты тут только мешаешься, помощи от тебя никакой. Тебе все равно по пути, хоть раз сделай что-то полезное.
Том был намного выше Арчи. Он нависал над ним, как коршун – над добычей, но «добычу» это совершенно не устраивало. Арчи наградил яростным взглядом Тома, но тот, в свою очередь, сделал то же самое.
– Как же все бесит! —Арчи грубо оттолкнул Тома, схватил рюкзак и выскочил на улицу.
Как ни в чем не бывало Том поправил воротник и повернулся ко мне:
– Я думаю, тебе следует поторопиться, либо придется ждать, пока мы закончим.
Том знал, что такое самообладание, и не выказал на лице приступов злости и возмущения. Его голос был спокойным и ровным, будто все, что произошло раннее, никак его не касалось.
Я махнула всем на прощание и поспешила к выходу. Дверь за мной со скрипом захлопнулась.
***– Ты не думаешь, что это было слишком грубо, Дель? – забеспокоилась Дина. – Она теперь даже и нос сюда не сунет из-за тебя. Так сложно сдержать свою язвительность или что?
Дель опешила от внезапных нападок со стороны подруги. Дина часто не обращала внимания на проступки Дель, и, если она злилась, это означало, что та перегнула палку.
– Извини, – пробурчала Дель.
Дина выжидающе уставилась на нее, всем видом показывая, что простым извинением здесь не обойтись.
– Хорошо, я извинюсь перед ней в следующий понедельник. Только перестань на меня так смотреть.
Дина сменила гнев на милость и примирительно обняла подругу. Хоть Дель никак не показала этого, она была рада благополучному исходу.
– Все, отставить телячьи нежности, – приказным тоном сказал Стеф. – Давайте уже уберемся здесь. Я так устал и хочу домой.
Девочки начали подметать пол, Стеф задвигал стулья. Пока все были увлечены уборкой, Себастьян осторожно подошел к окну, в которое пристально вглядывался Том.
– Странная девушка, тебе так не кажется?
– А мне показалась, что она тебе понравилась, – невзначай бросил Себастьян.
Том хмыкнул.
– От тебя, как всегда, ничего не скроешь, но это уже не имеет значения. – Он кивком указал на парочку, стремительно удаляющуюся от кофейни.
Себастьян молча положил руку на его плечо. Том перевел взгляд на своего друга и улыбнулся. Его улыбка всегда была лучезарной и доброй, а глаза так и оставались безжизненными, лишенными всякой надежды.
***Выбежав на улицу, я заметила фигуру Арчи, с каждой секундой становящуюся дальше и дальше. В какой-то момент я даже подумала, что уже потеряла его. Пришлось немного пробежаться, чтобы наконец-таки нагнать Арчи и даже схватить рукав его толстовки.
–Да подожди же ты, – выпалила я из последних сил.
Все же спорт был моей самой большой слабостью. Мне нужно было отдышаться, поэтому я согнулась, поставив свободную руку на колено. Ненавижу опустошающее чувство в груди, будто из легких выкачали весь воздух.
Он остановился.
–Ты можешь не прикасаться ко мне? – Арчи брезгливо отдернул руку.
Такой поворот событий выбил меня из колеи. Я выпрямилась, чтобы смотреть ему прямо в глаза. Он оказался чуть выше меня. Прищуренные ярко-голубые глаза пристально смотрели на меня, словно насмехаясь.
– Не много ли ты о себе возомнил, парень? – с наездом спросила я.
– Что-то я не заметил этой твоей смелости, когда ты слезно просила тебя проводить, – усмехнулся он. – Если уж набралась храбрости наезжать на меня, то иди домой одна. А то плетешься за мной, как беспомощный ребенок, потеряешься еще где-нибудь, а меня потом обвинят. Нет уж, спасибо. И без тебя проблем хватает.
Я сжала кулаки от раздражения и удерживала себя, чтобы не пнуть Арчи в колено. Я была очень зла на него, он был груб и нахален без всяких причин, что еще больше сбивало меня с толку. Еще никто не относился ко мне столь предвзято.
– Значит я сама доберусь домой, – самоуверенно воскликнула я.
И пошла. Без понятия куда, но главное пошла. Все же надо было постараться запомнить дорогу, когда я шла сюда с Дель и Диной, а не языками молоть. Да и темно как-то здесь, фонари что-то тускло светят. Кто-то в кустах копошится, надеюсь, собака. Вообще не припоминаю этого перекрестка. Наверное, прямо надо… или нет.
– Хорошо-хорошо, я понял. – Арчи подбежал ко мне со спины. – Пойдем уже домой. Не хочу всю жизнь винить себя, если с тобой что-то случится.
Я хитро посмотрела на Арчи.
– Неужто заволновался?
Он оторопело покосился на меня и отвернулся. Видно, не хотел, чтобы я видела его смущение. Неосознанно я нашла границу его самоуверенности. Вот так перекинешься с грубым человеком парой слов, а он уже не такой и грубый, да и вообще милейшее создание. Просто выражается по-своему. Чем-то Арчи мне напоминал Дель, только она умела извиняться.
– Не мели чепухи, а то точно тебя здесь оставлю.
– А вот и нет.
Я самодовольно улыбнулась и пошла рядом с ним. Он громко фыркнул, но промолчал. Мне больше не нужно было делать миллион шагов в минуту, Арчи спокойно шел рядом, подстраиваясь под мой темп.
Я мельком поглядывала на него. Желтоватые, похожие на цвет опилок, волосы были непослушными и торчали в разные стороны. Рядом с губой виднелась складка, показывающая любовь к ухмылкам. Голубые глаза угрожающе поблескивали от света фонарей.
Мы наконец дошли до дома. Арчи жил в соседнем подъезде, что радовало меня – не придется пересекаться по пустякам.
– Если тебе интересно, ты пошла в совершенно другом направлении, – уточнил Арчи и скрылся за подъездной дверью.
Рассуждать об этом не было времени, я пулей влетела домой и встретила бледные лица родители, успевшие похоронить меня и оплакать. Хотя неудивительно, я пришла на час позже положенного времени, чего еще никогда не случалось. Мне пришлось много раз извиниться, прежде чем они успокоились. Знали бы вы как сложно успокаивать отца, наводящего панику при всяких мыслимых и немыслимых происшествиях. Чувствовала себя героиней.
Наконец очутившись в своей комнате, я почувствовала, как же сильно устала после пережитого вечера. Быстро переодевшись в домашнюю одежду, я поспешила выключить свет и залезть под махровый мягкий плед. В темноте лучше всего вспоминать о прожитом за день. Образы новых знакомых всплывали в голове яркими картинками.
Я была так благодарна, что Дель и Дина решили меня позвать с собой. Еще и недели не прошло, а я уже очутилась в веселой и дружной компании. Все оказались такими разными. Дружелюбный Том и всезнающий Стеф, загадочный Себастьян и угрюмый Арчи. Очень редко в жизни встретишь столь разношерстных людей в одном месте, так еще и в качестве друзей. Но все же их резкая смена настроения после того, как я сказала, где живу, удивила меня. «Да ты у нас богачка, дорогая». Не думаю, что дело было в деньгах, слишком мелочно для такой, как Дель.
Размышляя о своих новых знакомых, я уснула.
В следующий понедельник Дель сразу же подошла ко мне, как только я появилась в классе. Спрашивала, как мое самочувствие, как дошла до дома и все ли хорошо. Я не сразу поняла, что она так своеобразно пыталась извиниться и увидеть степень моей обиженности. Я заверила Дель, что совсем не обижена, на радостях она побежала к Дине, чтобы все рассказать. С каждым разом я все больше понимала, что не смогу общаться с девушками так же близко, как они общались друг с другом. Казалось, Дель и Дина давным-давно отгородили себя таким же куполом, который был и у меня до недавнего времени. Только они забыли о его существовании и больше не смогут его убрать самостоятельно.
– Дом, в котором ты живешь немного не такой, как остальные, – расплывчато объяснила Дина.
Мы сидели в столовой и уминали мини-пиццы – странные маленькие кругляшки с перегретым сыром и большим количеством помидоров. Вокруг было довольно людно и громко, всем не терпелось потратить карманные деньги на что-то сладкое и бесполезное.
– Немного не такой? – вмешалась Дель. – Он уж слишком не такой. Этот дом, как корпорация зла – отбрасывает зловещую тень, нависая над всем городом.
– Да, прям как бельмо на глазу, – подтвердила я. – Не знаю, почему родители выбрали именно его, они никогда не любили кичиться деньгами. Я даже удивилась, когда увидела этот дом, он выглядит таким фальшивым, таким вылизанным.
– Вот-вот. – Дина согласно закивала. – Все, кроме живущих в нем, ненавидят его. Все богачи города обосновались там. Даже эту школу построили, чтобы их детишкам было ближе ходить домой…
Даже Дель удивленно захлопала глазами. Дина перехватила взгляд подруги и не сразу поняла, что произошло не так, но потом тут же спохватилась:
– Ой, Рей, я не про тебя. Я вообще никого не хотела обидеть…
Я покачала головой.
– Вы слишком часто извиняетесь. Я такой же ребенок, как и вы. Да, мои родители много зарабатывают, но разве это что-то меняет? Я бы многое отдала, чтобы жить жизнью обычного подростка, когда родители приходят к шести, а после смотрят глупые мелодрамы по телевизору. Когда у тебя есть друзья, которых ты знаешь с пеленок, и глупая такса. Не стоит извиняться просто за то, что у вас есть свое мнение.
Дина растрогано шмыгнула носом, не найдя подходящих слов.
– Если бы все эти детишки не вели себя так высокомерно, будто в их карманах не чужим трудом заработанные деньги, а тайны человечества, то я бы еще смирилась, – раздраженно проговорила Дель. – Я думаю, они и на свое отражение так же смотрят, павлины недоделанные.
Она жадно откусила кусок пиццы.
– Почему же вы тогда здесь учитесь? – удивленно спросила я. – Зачем было уходить в эту школу, если вы ее так ненавидите? Мне в прошлый раз так никто и не ответил.
– Родители заставили, – досадливо призналась Дина. – Эта школа оказалась намного ближе, чем прошлая. Раньше мы добирались до школы на автобусе, а теперь можем дойти пешком. В семьях, где еда составляет половину зарплаты, нужно пытаться экономить на всем.
Обида и несправедливость смешались на лицах девушек, заставляя их сгорбиться, спрятаться за волосами, сделаться меньше. Дина попыталась изобразить на лице что-то наподобие улыбки, но сразу же сдалась. Я знала, что над ними издеваются. Одноклассники подкидывают записки с мелочью и грубыми высказываниями к девочкам в карманы, громко шепчутся, когда те проходят мимо. И даже сейчас, когда мы сидели в столовой, рядом с нами никто не садился, хотя вокруг было слишком людно.
Я застыла, боясь сделать неверный выбор. Один шаг вперед мог превратиться в два шага назад. Я не знала, что они чувствуют, но знала, как можно испытывать одиночество, находясь в толпе.
Я положила руки на их ладони, стараясь тем самым стать ближе к ним, насколько это было возможно.
– Не обращайте внимания ни на что. Вы не можете изменить данную ситуацию, но никто не мешал взглянуть на нее под другим углом. Пока ваши обидчики тратят свое время на зависть и злобу, вы – на дружбу и любовь. О вашей дружбе некоторые могут только мечтать, так как сами доверять никому не могут. Да и не забывайте, что теперь вы не одни.
Дина и Дель переглянулись.
– Ты все больше мне нравишься, – Дель подмигнула и крепко сжала мою руку.
Прозвенел звонок на урок.
Глава 3
Смотрящий на звезды
Дни поплыли вперед, не давая и шанса за ними угнаться. Пришлось много времени посвятить учебе, чтобы нагнать программу. В десятом классе не нужно готовиться к экзаменам, но к учителям не помешало бы и приспособиться. Учиться я не особо любила, но понимала, что у меня не было выбора как такового, вот и старалась делать то, что требуется. Не больше, не меньше.
Каждую пятницу я заглядывала в кофейню. Пришлось пройтись до дома и обратно несколько раз, чтобы запомнить дорогу. Больше не хотелось устраивать «душераздирающих» сцен. Даже если я была не против прогуляться с Арчи еще разок, с того дня он больше не появлялся.
– Не волнуйся ты за него. – Том поставил передо мной чашку с дымящимся кофе. – Как станет скучно, Арчи сразу же приползет обратно.
Прошел только месяц с начала осени, а ветер с каждым вечером становился все холоднее. Тучи над городом нависали слишком низко, казалось, что через мгновение они обрушатся на землю. Деревья безвозвратно теряли листья, шелестя от каждого легкого порыва ветра. Кофты и ветровки сменились на куртки и пальто. Прохожие начали надевать маски грусти и депрессии, лишь только наша кофейня была лучиком в сером царстве. Лишь здесь было по-настоящему тепло. Я приобняла подушку, раннее лежащую рядом со мной, и отпила из стаканчика.
– Наверняка боится, что Том его побьет, вот и не показывается, – хихикнула Дина.
Тому не нравились разговоры про Арчи. От них он становился раздражительным и резким.
– Правильно делает, – согласился Том. – Да что на него нашло? – Он сел рядом со мной. – Целый вечер молчал, будто случилось что-то, а потом разозлился на какую-то ерунду. Никогда не мог его понять.
Том озадаченно почесал голову и, подув на дымящееся кофе, отпил из чашки.
– Да ладно вам, ребят. – Стеф всегда пытался сгладить углы, особенно если это касалось Арчи. – У всех бывает плохое настроение. Что было, то прошло.
– Мы к такому поведению Арчи уже успели привыкнуть, а вот Рей – нет, – заметил Себастьян. – Он мог хотя бы постараться быть слегка помягче, из-за его выходок она могла больше не появиться здесь. Рей, он тебя не напугал?
Эмоции на его лице не совпадали с произнесенными словами. Себастьян неприятно оскалился, обнажая зубы, и практически сразу же прикрыл рот. В голосе слышались сочувственные нотки, а вот глаза то и дело рыскали по лицу, исследуя каждую складочку и каждый прыщик. Себастьян смотрел на меня с отрешенным любопытством, словно заинтересованный чем-то, но не настолько, чтобы выпадать из образа. Он ждал моей реакции, ждал моих слов. От меня ожидали определенных действий, но я не понимала каких именно.
– Нет, – сказала я твердым голосом и слегка подалась вперед. – Совершенно не напугал.
Себастьян блаженно отпил кофе и откинулся на спинку дивана. Мой ответ оказался правильным или хотя бы удовлетворил Себастьяна. Он молча вернул чашку на стол и поглядел на Тома.
– Думаю, на сегодня достаточно разговоров о том, кто даже не удосужился прийти, – надменно сказал Том и дернул бровью. Было точно понятно, что Тому мой ответ не пришелся по душе.
Стеф начал рассказывать – безусловно – увлекательную историю, которую я все никак не могла уловить. Мысли были заняты всякими бредовыми догадками и рассуждениями. Хорошо, что Стеф не заметил, как я витаю в облаках, а то еще обиделся бы. Если он что-то рассказывал, все должны были слушать, иначе он капризно отворачивался и ждал пока перед ним не извиниться обидчик. В каждом из присутствующих существовали странные замашки, так что к такому поведению быстро привыкаешь.
Весь оставшийся вечер я старательно пыталась увидеть в глазах Себастьяна хоть какой-то намек на произошедшее, но он лукаво улыбался и старательно отводил взгляд. Я чувствовала себя глупой дурочкой, которая не понимает очевидного. Надо мной определенно издевались, а я ничего не могла с этим поделать.
Родители перестали волноваться, когда я стала заявляться домой позже десяти часов вечера. Я объяснила им всю ситуацию, рассказала, как я из чистых побуждений помогаю своему новому другу с уборкой после работы, и они все поняли. В моих мечтах. Споры и пререкания могли длиться вечность, если бы я не сказала, что меня каждый раз будут провожать до дома. Идея пришла в мою голову спонтанно, у меня не было времени хорошенько ее обдумать. Родители быстро согласились, устав от споров. Все бы было хорошо, если бы не так глупо. Я не очень хорошо понимала, точно ли мне нужно выполнять данное мной обещание. Можно было попросить Тома, но я не хотела его перетруждать после работы, хотя он и сам предлагал свою компанию. Еще был вариант уходить одновременно с Арчи, тогда и просить его не надо, и родителям моим спокойнее. Но я не знала, когда Арчи появится в кофейне, да и вообще появится ли он.
Я возвращалась после очередной уборки, когда заметила его. Уже целых полтора месяца прошло с того момента, когда я в первый и в последний раз увидела Арчи. Он сидел на скамейки у соседнего подъезда. Его голова была поднята вверх, будто бы он рассматривал небо. На нем не было куртки или чего-нибудь теплого, что меня сильно удивило. Лишь тонкая кофта, через которую легко просачивался октябрьский сырой воздух. Мне захотелось снять свое пальто и отдать ему. На улице обитала непроглядная темень, жильцы дома обитали в своих богатых и теплых каморках, даже не подозревая о тощем мальчике, сидящем на вычурной скамейке. Вокруг не было никого, кто бы смог предложить ему помощь и разбавить тоскливое одиночество. Лишь бездонное небо смотрело на Арчи миллионами глаз в виде звезд и собирало плотные тучи, готовясь заплакать.
Я старалась подходить тихо, чтобы не отвлекать Арчи от созерцания прекрасного.
– Всегда любила смотреть на небо и думать, что кто-то смотрит так же на меня, – осторожно поделилась я и присела рядом.
Арчи невольно вздрогнул и повернул голову в моем направлении. Две острые льдинки сверкнули в темноте. Не дожидаясь ответной реакции, я заговорила дальше:
– Представь, если кто-то так же сейчас смотрит на тебя с какой-нибудь планеты, похожую на нашу, и думает, один ли он такой одинокий во Вселенной. – Я заметила, как голубые глаза все больше округлялись от удивления, но не могла заставить себя замолчать. Я боялась представить, что может последовать после тишины. – Возможно, у него есть друзья, которые любят его и дорожат им, но он все равно чувствует себя каким-то другим. Он пытается найти ответы, смотря в небо, но слышит лишь молчание. Может, все это происходит лишь потому, что этот кто-то не желает взглянуть вокруг и поискать помощи где-то ближе, чем на другой планете?
Я тараторила без умолку, пока не почувствовала неприятную сухость в горле. Повисла тишина, я хотела быстренько уйти, пока Арчи не успел сказать ни слова. Но вскоре услышала смешок, потом второй, а после он громко рассмеялся. При желании и открытых окнах его смех можно было услышать и с двадцать пятого этажа. Тогда я впервые увидела, как Арчи расслабился, всего на пару секунд, но и этого было достаточно. Я молча сидела и хлопала глазами, не понимая, что так рассмешило его, но – признаюсь – было приятно.
Арчи облегченно вздохнул.
– Твою мать, Рей. Я уже думал все. – Он повернул голову к небу и накрыл глаза руками. – Ты меня напугала. Взялась из пустоты, начала рассказывать какую-то чушь. Я уже подумал, что какой-то педофил пристал. И все, прощай, жизнь. Боже, я так обрадовался, когда понял, что это ты… – Он запнулся. – В смысле, уж лучше ты, чем маньяк. Хотя это спорно.
На удивление Арчи оказался довольно многословным, что крайне отличало его от того молчаливого и грубого парня, которого я встретила в первый день. С перепугу бедный мальчик обрел дар речи.
– Больше так не делай, поняла?
– В следующий раз буду за километр предупреждать, что я приближаюсь.
Арчи фыркнул, после улыбнулся. Небо надо головой перестало давить облаками, сливающимися с чернотой вокруг. На улице стало светлее, половинчатая луна выглянула из-за дома и повисла над нами, как откушенный сыр.
– Зато теперь ты не выглядишь как потерянный ребенок, – сказала я.
– Чего? – переспросил Арчи, но ответа не дождался. – Тебя твои мамочка и папочка не будут ругать, что ты еще не дома?
Я достала телефон, чтобы посмотреть время. Уже было слишком поздно, чтобы звонить родителям и выдумать всевозможные причины не быть в такое время дома. По-хорошему, уходить пора, но оставлять Арчи одного в холодный осенний вечер совсем не хотелось.
– А я скажу, что ты меня проводил, – сказала я. – И они не будут беспокоиться.
Глаза Арчи округлились чуть ли не на пол-лица.
Папа меня часто ругал, когда я делаю что-то прежде, чем подумаю. Ох, папа, знал бы ты, как сейчас я ругаю себя за это. Но ниже падать некуда, так что я решила продолжить. Если позориться, то до конца.
– Теперь мы сможем вместе уходить домой из кофейни, и тебе не будет так одиноко.
Хотелось ударить себя по лбу чем-то тяжелым, чтобы остался здоровенный след, напоминающий мне о позоре. Было желание не просто провалиться под землю, а собственноручно выкопать себе ямку, да и лечь. Прямо сейчас, вот под тем деревом.
Арчи все же попытался собрать себя обратно по частям.
– А кто сказал, что мне одиноко?
Как же я сейчас была ему благодарна. Мои щеки готовы были запылать ярче солнце, если бы Арчи продолжил мусолить эту тему.
– А чего ты тогда тут один сидишь?
– Просто воздухом дышу, что непонятного?
Я пожала плечами.
– Ну и хорошо. Значит я тоже подышу.
Понимая, что от меня не так просто прогнать, Арчи потер лоб и запрокинул голову на скамейку. Я заметила, как его шея была усеяна мурашками, да и сам он дрожал.
– Почему ты тут воздухом дышишь, а не на балконе, например? Если уж хотел выйти на улицу, приоделся бы хоть. Лето как бы закончилось уже.
Арчи громко вздохнул.
– Ладно-ладно, молчу, – буркнула я.
Я смиренно сидела рядом, покачивая ногами. Вдалеке слышался вой диких собак, гудение машин и гул засыпающего города. Огни в окнах не желали гаснуть: завтра выходной, можно лечь и позже. Ветер усиливался, поднимая опавшие листья в воздух, а после швыряя их вниз.
Арчи вздрогнул и согнулся, пытаясь сохранить тепло.
– Не хочу возвращаться в тишину.
Он сказал это тихо, практически шепотом, но я услышала и взглянула на окна. На каком этаже живет Арчи? Горит ли там сейчас свет? Он сидел сейчас здесь, мучая себя холодом и мыслями, лишь бы не возвращаться домой, в тишину. Можно было предположить, что тишина вызвана отсутствием людей или их нарочитым молчанием. В любом случае одинокая фигура, сидевшая на скамейке, была и правду одинока.
Я хотела обнять Арчи, но не могла. Даже если он находился рядом, чувствовалось, что Арчи не хочет никого к себе подпускать. Он продрог и сломлен, но не беззащитен.
– Я не эксперт по части советов, – предупредила я, – но тебе стоит прийти в следующую пятницу. Я ничегошеньки не знаю ни о тебе, ни о твоей жизни и не могу сказать что-то грандиозное, чтобы это врезалось в твою память и перевернуло мир, но пойми, никто не сможет тебе помочь, если ты сам об этом не попросишь.
Арчи молчал.
– Да и вообще, это очень эгоистично с твоей стороны. Стеф так по тебе скучает, все оглядывается по сторонам, а тебя нет…
– Мы каждый день в школе видимся.
– Ой. Ну, может ты Тома боишься. Я могу попросить его, чтобы он тебя не бил.
– Боюсь Тома? – усмехнулся Арчи. —Ты это сейчас серьезно? Этот смазливый пацан ничего не сможет сделать. Он слишком…
Из кармана джинсов донесся звонок, прервавший Арчи. Не удержавшись, я слегка наклонилась, чтобы посмотреть. Звонок был от мамы. Арчи поморщился и, ни секунды не думая, заблокировал телефон.
– Почему ты не ответил? Если я отвлекаю, то могу уйти. Она, наверное, волнуется.
Арчи грубо посмотрел на меня, пока я мысленно пыталась забрать свои слова обратно.
– Ну и почему ты подумала, что тебя это касается? – Ледяной голос обжег уши. – Не лезь не в свое дело.
Глаза наполнились безразличием. Арчи скрестил руки на груди и отвернулся, давая понять, что разговор окончен.
Не понимая, что произошло, я попыталась извиниться, но Арчи никак не реагировал на мои слова. Он отвернулся от меня и погрузился в свои мысли. Мир, в котором я сейчас находилась, перестал его интересовать. Я понимала, что сейчас мне лучше уйти, но оставлять его одного в таком настроении… Я ничего не могла с этим поделать, но мне так хотелось, чтобы в будущем Арчи еще хоть раз заговорил со мной. И он так сильно мерз.