Великие Пределы. По праву рождения
- -
- 100%
- +
Снова постучали.
– Да, да. Входите. Я не сплю.
Протяжно скрипнула тяжелая дверь. В комнату вошла пожилая служанка. Она достала лучинку, с ее помощью от камина зажгла два небольших висящих на стене фонаря. Стало чуть светлее.
– Госпожа! Я должна передать Вам послание господина Хониса. Он приглашает Вас присоединиться к вечерней трапезе.
– Да, конечно, сейчас иду…
Таня принялась суетливо приводить себя в порядок.
– А кто такой господин Хонис?
– Господин Хонис – наместник Чертогов.
Они спустились вниз. В коридорах было невыносимо темно. Служанка несла перед собой маленький фонарик с непрерывно мигающим огоньком. Они шли тесными закоулками, длинными проходами, невольно наводящими на мысль о неприкаянных душах и привидениях в мрачных Чертогах.
Вскоре они подошли к небольшому трапезному залу, где их ожидали. Служанка осталась за порогом. Таня прошла в просторное уютное помещение. Там располагались наместник Чертогов старик Хонис, принц Доредона Бульвайк, маленький вертлявый карлик и женщина ослепительной красоты. Они сидели полукругом за общим столом в высоких кожаных креслах. Над столом низко свисала хрустальная люстра с горящими свечами. В углу весело потрескивало пламя в витиевато оформленном камине из белого камня. Женщина мило улыбнулась, мягким жестом пригласила сесть в свободное кресло. Мужчины хранили молчание.
Таня осторожно устроилась в кресле напротив обаятельной дамы, возраст которой было трудно определить. Женщина пребывала в расцвете своей зрелой пышной красоты. Тонкое, длинное, черное платье изумительно гармонировало с ее формами. Блестящие каштановые волосы были убраны в высокую замысловатую прическу, придающую ей загадочность. Камни в ожерелье на открытой шее и браслетах на запястьях мерцали в неровном свете свечей. Расслабленная поза, закинутая нога на ногу, слегка склоненная голова и ослепительная улыбка подчеркивали ее абсолютное превосходство. Таня мгновенно почувствовала себя неловко. Мятое заношенное платье не по размеру выглядело убожеством на фоне изысканных нарядов.
– Гоби, будь добр, поухаживай за нашей гостьей, – произнесла она томным голосом.
Карлик спрыгнул со своего кресла. Переваливаясь с боку на бок, убежал в дальний угол. Оттуда он прикатил небольшую тележку на колесах, заставленную едой, напитками и фруктами. Все это он поставил на стол перед Таней. Слюняво поцеловал руку и, отбежав, устроился прямо на полу у ног очаровательной женщины. Она ласково потрепала его по голове.
– Ну вот, теперь, когда мы все, наконец, собрались, давайте знакомиться, – женщина с улыбкой посмотрела на старика.
– Я – Лой Ивон, повелительница Сайглав, Царица Итаны. Этот достопочтенный господин – Хонис, наш верный хранитель Чертогов. Я полагаю, ты знакома с бесстрашным Бульвайком, принцем Доредона?
Бульвайк, не меняя выражение лица, метнул острый взгляд в сторону дамы. Она снова потрепала шевелюру карлика и усмехнулась.
– К сожалению, дорогая, сегодня нет иных господ под кровом Чертогов Валгаллы, которые могли бы присоединиться к нашей маленькой компании.
Наступила пауза, во время которой присутствующие пристально смотрели на Таню.
– Меня зовут Таня.
Женщина учтиво кивнула.
– Мы слышали, ты носишь Силу?
– Да, наверное…
– Так скажи нам Имя твоей Силы! – громко произнес старик Хонис скрипучим голосом. Он напряженно подался вперед, широко выпученные глаза подозрительно смотрели на нее.
Таня не знала, что ответить старику. Бесцеремонный вопрос был резок и груб. И это вывело ее из шаткого равновесия. Лой Ивон сжала губы, холодно посмотрела на старика.
– Видимо, достопочтенный Хонис сильно устал за сегодняшний день и плохо контролирует себя. Учитывая преклонный возраст, мы на первый раз его простим. Да, дорогая? – она дружески подмигнула Тане. – Но впредь не забывай, хранитель, что ты разговариваешь с Сильными, которые доверили тебе Чертоги. Помни, наместник, кто здесь хозяин!
Таня с интересом взглянула на собеседницу. Выходит, мрачный Хонис не был главным. Наместник лишь выполнял обязанности управляющего Чертогами.
Старик опустил тяжелый взгляд. Шумное сопение выдавало его чувства. Однако возражений не последовало.
– Кушай, дорогая. Ты еще не притронулась к еде.
Таня взяла бокал вина, сделала небольшой глоток. Вино оказалось кислым.
– Позволь тебя спросить… Таня – твое единственное имя? – Лой Ивон томным жестом подняла руку, стала накручивать прядь изящно свисающих волос на указательный палец.
Таня задумалась. Ее называли по-разному, особенно в детстве. Но к делу это, по-видимому, не относилось.
– Да, единственное.
– Видишь ли, дорогая моя, это не совсем так, – женщина мягко улыбнулась. – «Таня» не может быть Именем твоей Силы. «Таня» – простое имя.
– Я не совсем понимаю, о чем Вы говорите.
Лой Ивон удивленно подняла тонкие брови.
– Неужели?!
– Поверьте, я не вру…
– Конечно, конечно, дорогая… Ммм… Просто… – Лой Ивон беспомощно повернулась в сторону Бульвайка. – А как же ты тогда попала сюда, не зная своего настоящего Имени?
При этих словах старик Хонис еще больше сгорбился и зло смотрел исподлобья. Бульвайк продолжал молчать.
– Как? Ну, сначала я заблудилась. Там, в своем городе. Потом я шла, шла, пока не увидела Чертоги.
– Одна?
– Что одна?
– Ты шла одна или с тобой еще кто-то был?
– Да нет же, никого со мной не было… И почему вас всех это так интересует?
Женщина многозначительно посмотрела на наместника.
– Если вы знаете мое настоящее имя, то почему бы не сказать?
На лице старика Хониса отразилось беспокойство. Он хрипло откашлялся, потом спросил:
– Ты, Лой, что-нибудь понимаешь?
– Хотелось бы…
– Объясните мне, пожалуйста, что со мной случилось? Почему я здесь? – отчаянно выпалила Таня.
Женщина перестала накручивать прядь волос на палец, откинулась на спинку кресла. Улыбка сошла с лица, в глазах отразилось напряженное размышление. Таня ощутила на себе внимательный испытывающий взгляд.
– Мне кажется, она действительно не понимает, – сказала Лой старику. – Мы… ммм… Мы должны рассказать ей кое-что. Но сперва ответь на еще один вопрос. Как велика твоя Сила?
Таня почувствовала беспокойную возню демона. Она устало вздохнула. Тоже откинулась на мягкую спинку кресла, стала рассматривать остывающий ужин. Слишком много вопросов! Чтобы потянуть время, Таня взяла вилку, лениво поковыряла в тарелке.
Внезапно пришло ясное понимание, что в Чертогах Валгаллы можно довериться лишь Хол Дену. И это чувство постепенно перерастало в настоятельную потребность в любой ситуации искать помощи у своего демона. Который всегда рядом, который ее надежный защитник и незаменимый помощник. И совсем не хотелось делиться своим сокровенным с мало знакомыми и очень подозрительными людьми, проявляющими к ней настойчивый интерес.
– Я… Я ничего не знаю про Силу. Это получилось случайно, я не хотела, поверьте… И, если вы можете, помогите мне вернуться домой!
Лой Ивон продолжала напряженно размышлять. Старик Хонис поджал губы, закрыл глаза. Потом медленно произнес:
– Бульвайк, ты здесь единственный свидетель ее Силы. Скажи мне, принц Доредона, не ошибся ли ты?
– Свидетелей много. Спроси любого, кто был со мной. Ошибки нет, – прозвучал размеренный ответ Бульвайка.
После этих слов Лой, словно приняв решение, повернулась в сторону Тани.
– Сожалею, дорогая, но мы ничем помочь не можем. Мы не знаем, где находится твой родной Предел. А так хотелось бы… Впрочем, ты сама виновата. Не стоило лезть в Туман, не ведая своих способностей.
– Ну, кто-нибудь может мне помочь?
– Видишь ли, отыскать дорогу назад может лишь Сильный. А их не так уж много. Но… Пределы велики! Как в них отыскать тот единственный, если даже ты сама не знаешь, где он? Послушай, дорогая Таня, мне кажется, ты здесь надолго.
– Надолго?!
– Очень возможно, что навсегда!
* * *Поздней ночью Таня вернулась в свои покои. Служанка зажгла несколько свечей на столе и, пожелав приятных снов, с поклоном вышла за дверь. В комнате было неуютно. С окна тянуло прохладой, заставляя колыхаться неровные огоньки свечей. Чтобы немного согреть холодное помещение, Таня решила растопить погасший камин. Она взяла полешко, принялась разгребать золу в надежде отыскать горячие угли. Камин оказался холодным. Таня решила разжечь огонь с помощью свечи. Схватила ее со стола, почувствовала на руке пролитый горячий воск. Девушка вскрикнула. Свеча упала на пол, мгновенно потухла. Не зная, что еще предпринять, она выбежала за дверь. Но в темном коридоре служанки уже не было.
– Придется ложиться так, с угасшим камином, – обреченно произнесла она.
– Если моя госпожа пожелает, то я могу исправить положение.
– Как ж я могла забыть о тебе, Хол Ден? Да, пожалуйста.
В ту же секунду в камине ярко вспыхнуло желтое пламя. Туда сами собой легли несколько поленьев. Загудел жадный огонь, наполняя комнаты светом и теплом.
– Как хорошо, – Таня придвинула деревянный стул и села напротив камина.
– Рад послужить тебе, моя госпожа.
Девушка задумчиво смотрела на огонь. На спинке стула висела ее сумочка. Рука машинально достала телефон. Сети нет, новых сообщений нет, девятнадцать процентов зарядки.
«Достаточно, чтобы сделать несколько фото. А то мне никто не поверит, когда вернусь назад».
Ей так хотелось рассказать родителям или друзьям о своих приключениях. Невозможно было принять мысль о том, что назад пути нет.
«Обязательно должен существовать хоть какой-нибудь способ. Ведь не может быть, чтобы в одну сторону дорога была, а в другую нет!» – размышляла Таня.
Ни Хол Ден, ни Лой Ивон не могли помочь. А может, Лой просто не хотела? Таня прикрыла глаза ладонью. В сознании возникла картина вечернего ужина. Она стала вспоминать каждое слово, каждый жест, каждый взгляд. Они очень хотели знать ее Имя. Ее настоящее Имя!
– Послушай, Хол Ден! Ты, наверняка, знаешь мое настоящее Имя. Как там?.. Имя моей Силы?
– Конечно, моя госпожа.
Это было настолько просто. И почему она раньше не догадалась спросить своего демона?
– Ну? И как же меня зовут?
– Ты – Вильзайна!
Таня вздрогнула всем телом. Внутри нее что-то шевельнулось, мышцы сами напряглись, отзываясь на звук Имени.
– А род? Ты знаешь мой род? – прошептала она.
– Мы из Сумеречного рода, моя госпожа.
– Мы?
Около ее кресла быстро со всех сторон стянулась тьма, которая скрыла свет камина. На Таню взглянули два красных глаза.
– Да, это наш род! Сумеречный род – род демонов!
– Значит, я демон, как и ты?
Послышался ужасный смех, от которого волосы встают дыбом, и замирает сердце. Пронзающий хохот, заставляющий кровь стынуть в жилах. Затем хохот перешел в протяжный вой веселящегося демона. Казалось, сама ночь содрогнулась и замерла в тревожном ожидании. Причем Таня отчетливо осознала, что этот смех разносится далеко вокруг.
Однако ей не было страшно. Напротив, ей стало весело. Существовало что-то притягательное в этом звуке, который напоминал живущим о ней, о ее Силе и власти.
– Нет, ты не демон, моя госпожа. Мы – отражения друг друга в разных мирах. Я – твое отражение в Мире Теней. Ты – мое в Великих Пределах!
Глава 6. Закат Сумеречного рода
Николай стоял около Источника Силы. Он занимал его мысли с той минуты, когда впервые увидел белый столб. И это не было пламенем. Источник Силы был чистым светом, идущим из глубины колодца. Он поднимался фонтаном, уходил вверх сквозь каменный свод пещеры. Внутренне Николай знал, далеко не каждому человеку доступно это зрелище. Удивительно было то, что свет из колодца не освещал пещеру. Лишь горящие факелы слабо боролись с мраком, царящим в огромном пространстве зала.
Николай протянул руку к Источнику. Диковинный свет пополз по ней. Сначала осветил пальцы, потом ладонь, кисть… Он резко отдернул руку. И та медленно «угасла». Но приятное ощущение внутри осталось.
«Сила! – подумал Николай. – Вот что такое Сила!»
Он погрузил руку в Источник по плечо. Сила стремительным потоком хлынула в него, смывая усталость, боль и недуги на своем пути. Он зарычал от удовольствия.
«Так, значит, вот какая ты, Сила! И раз познавший Тебя будет вечно стремиться к Тебе!»
Николай чувствовал растущую в себе мощь. Захотелось прыгнуть в колодец, навсегда раствориться в чарующем свете. Сила завораживала, звала, манила. Он наклонился к Источнику. Свет ударил в лицо, в грудь. Все исчезло, кроме единственного желания – утонуть в Источнике, навек остаться в потоке Силы…
«Стоп-стоп, назад! – испугался Николай. – Пожалуй, для первого раза достаточно».
Он осторожно отошел от Источника, постепенно возвращаясь в реальность с приятным чувством вседозволенности внутри себя.
– Ну как, тебе понравилось?
Николай вздрогнул от неожиданности. Как и в первый раз, мать появилась незаметно, со стороны наблюдала за ним.
– Только прошу тебя, милый мой, будь осторожен. Пока ты еще очень слаб и многого не знаешь… Обещай мне, что один больше не подойдешь к Источнику. Только со мной… Ну, или еще с кем-нибудь… Ладно, мой хороший?
Она нежно взяла его за руку, потрепала волосы, чмокнула в щеку.
– Тилина и Саида мне все рассказали. Я рада за вас.
Николай почувствовал, что даже в тусклом свете редких факелов стало заметно, как он покраснел от смущения.
– Я так счастлива, что ты со мной… Мне больше ничего и не надо… – продолжила она.
Какое-то время они вдвоем любовались дрожащим светом Силы. Потом она дотронулась его руки.
– Пойдем, я покажу тебе место, где проживает твой народ. Вернее, его жалкие остатки.
Николай удивленно посмотрел на нее.
«Народ?!» – пронеслось у него в голове.
– Идем, сынок. Неумолимо приходит время становиться Повелителем!
И они пошли по мрачным закоулкам бесконечной пещеры. Первое время Николай пытался запомнить дорогу. Но очень быстро оставил затею.
Постепенно становилось свежо. Сырой запах пещеры уступал место сухому морозному воздуху. Стены покрылись толстым слоем инея. Через два поворота они пошли по сугробам рыхлого снега, нанесенного долгими метелями. Наконец, пещера раздалась, они вышли на горный уступ, небольшую площадку, окруженную отвесными скалами.
Острый порывистый ветер сдувал снежную пыль в пропасть. Едва заметное бледное солнце пряталось в мутных облаках среди горных хребтов. Холодный воздух тысячью иголками впивался в обнаженное тело. Однако это было даже приятно. Внутри Николая горел огонь. Сила гуляла по раскрасневшемуся телу, согревала лучше всякой одежды.
– Посмотри вниз, – попросила мать.
Николай обернулся. Мать стояла на самом краю пропасти, босиком на ледяном снежном насте. Ветер трепал волосы и шелковую накидку за ее спиной.
«Сколько же ей лет?» – в очередной раз подумал Николай.
Он давно намеревался спросить, но до сих пор не решился.
– А ты уверена, что я твой сын? Что ты не ошиблась? – прошептал он тихо-тихо.
В ответ она звонко рассмеялась. Ветер щедро рассыпал ее голос по окрестным горам. Повернувшись, она обняла Николая, нежно коснулась пальцами его лица, носа, губ…
– Ты мой! От пят до макушки ты принадлежишь мне! Я тебя носила под сердцем столько, сколько не носит ни одна женщина! Я тебя родила. Я выкормила тебя грудью… И скорее Небо упадет на Землю, и распадутся Великие Пределы, чем Я – Готрайна, женщина Сумеречного рода, не узнаю своего единственного сына, Повелителя Мрака!
Ее зрачки расширились. Глаза превратились в два черных бездонных колодца, из которых на него смотрела Тьма. Ее тело невероятно напряглось, дрожало от Силы. Николай увидел клубы черноты. Они, как провалы в ночь, вихрем кружились вокруг.
– Никогда! Слышишь, никогда не смей сомневаться во мне. Ты – мой сын! Я – твоя мать!
Николай опустился на колени, обхватил ее талию руками, уткнулся лицом в теплый живот.
– Да, да, да… Прости меня…
Она опустила руки на его плечи.
– Ты многого не ведаешь. И в том нет твоей вины, сынок. Сейчас тяжелые времена, ибо никто не ждет возвращения Повелителя Мрака. Кроме разве что горстки людей, которых я смогла спасти. Не так и не здесь мой сын должен вступать в свои права… Но Судьба не была благосклонна к Сумеречному роду и его людям. Тебе придется тяжело… Очень тяжело! – она замолкла на некоторое время. – Но, как бы тяжело ни было, знай – у тебя есть мать, которая будет с тобой всегда!
Потом она снова попросила посмотреть вниз. В Долине Четырех Гор белой лентой извивалась закрытая льдом речка. Вдоль нее неровной цепочкой чернели низкие шалаши. Вверх поднимались и уносились ветром сотни серых дымков. Людей не было видно. Наверное, все грелись в убогих жилищах. От поселка в разные стороны убегали протоптанные в снегу тропинки.
– Вот и все, что осталось от некогда могучего народа Сумеречных Земель, не пожелавшего подчиниться Закону Доредона. Людей совсем мало. Здесь, в Гористом Пределе, им живется нелегко. Я как могу помогаю. Но много ли я, женщина, могу? Ты, Повелитель, их последняя и единственная надежда. Здесь, в твоих руках находится будущее Сумеречного рода и наших людей. Каким бы оно ни было.
По щеке Готрайны скатилась одинокая слеза. Она оперлась о руку сына, поправила золотистые волосы. Порывистый ветер сорвал со склона снежную пыль и с голодным завыванием бросил в них. На горячем теле снег быстро превратился в струйки талой воды. Николай вытер лицо.
Далеко внизу мерзли люди, которые не знали Силы и ее тепла. Эти люди были его народом. Николай вспомнил Тилину и Саиду. Следом пришло ощущение тоскливой безысходности. Он почувствовал себя в роли предводителя затерянного в ледяных горах небольшого племени полудиких людей. И что он может сделать для них такого, чего не в состоянии сделать мать?! Она, словно прочитав мысли, сказала:
– Не спеши, сынок. Ты еще не знаешь, на что способны наши люди. Ты даже не ведаешь, на что способен сам… Не торопись, смотри внимательно…
И он смотрел. Он видел долину людей, судьба которых теперь зависела от него. Жизнь Николая, до этого размеренная и предсказуемая, где все было налажено и предусмотрено, вдруг сделала неожиданный поворот. Воспоминания о близких, работе, друзьях, просто знакомых были очень свежи. Но Николай чувствовал, как это безвозвратно уходит и больше никогда не вернется. Как никогда не вернутся сердечная боль, слабость, врачи и таблетки. И хотя Николай многого не понимал, он, стоя на заснеженном скалистом уступе, твердо осознал, что здесь его место, здесь проходит нить его судьбы.
– Это, мальчик мой, давняя история, – стала рассказывать Готрайна. – Ей больше трехсот лет. Многими она забыта. Еще больше о ней ничего не знают. А те немногие, кто знает, очень хотят забыть навсегда…
…Они как саранча распространялись во все стороны, пожирали все новые и новые Пределы. И этому не было конца. Когда-то Доредон провозгласил свой Закон. И лишь одна Земля знает, сколько крови было пролито за и против него. И сколько еще будет пролито…
Девять Принцев с одержимостью бешеной собаки лезли во все известные Пределы, дабы навести там свой порядок. Твой отец сначала смеялся над ними и их Законом. Но шло время, Доредон рос. Все больше Пределов попадало под его власть.
– Отец?! Где он?!
Глаза Николая зажглись страстным огнем. Отец! Он раньше и думать боялся о нем. Внутри все затрепетало от томительного ожидания и нетерпения. Ему хотелось знать о своем отце.
Ее взгляд наполнился грустью. Голова опустилась. Долгое время Готрайна молчала, вспоминая давно прошедшие, ведомые только ей одной времена.
– Твой отец был великим воином. Никто не мог сравниться с ним по Силе. Ему не было равных. И не будет, наверное! Его звали Анхесгар. Это имя наводило ужас не только на Срединные Пределы, но и на сам Доредон! Они боялись его, как жалкие гиены боятся могучего льва. И ненавидели за это. Ибо ненависть Девяти Сильных проистекала из их страха…
Ты совсем не похож на него… В тебе нет его Силы и его ярости. Ты совсем другой и… Нам еще только предстоит узнать тебя. Дорогой мой, ты все еще ребенок, хотя давно уже вырос… Но, умоляю, не обижайся на меня! Постарайся понять!
У Николая к горлу подкатил ком, застрял колючим ежом. Дыхание стало тяжелым, появился вкус горечи и обиды. Вдруг он опомнился.
«Надо же! Без пяти минут Повелитель, а уже какие амбиции!» – с иронией подумал Николай.
Стало смешно. Смешно над собой. Он сначала улыбнулся, а потом расхохотался во весь голос. Скалы эхом поддержали веселье. Мать в недоумении смотрела на сына. Когда смех прекратился, Готрайна задумчиво произнесла:
– Ты совсем другой.
– Что же дальше было, расскажи, – попросил он.
– Они все же убили Анхесгара…
– Как?!
– Они его боялись больше смерти. И потому лезли к нам, пытаясь убить. Кто знает, сколько людей полегло в этих сражениях. Поля белели от костей врагов, текли реки крови. А они все шли и шли за своей смертью.
Но не Силой в честном бою, а подлым обманом Девять Принцев одержали победу над бесстрашным Анхесгаром. Не знаю, как им удалась эта подлость. Но Источник Сумеречных Земель был разрушен в одну ночь.
Под утро вдали из Тумана показались корабли. В тот раз они пришли с моря. Все Девять Принцев пожаловали к нам. Море вспенилось от полчищ кораблей, идущих к берегам наших земель. Весь Сумеречный род поднялся навстречу врагам.
Последняя битва была ужасной. Люди гибли и днем, и ночью. На смену упавшим приходили новые, чтобы через несколько мгновений присоединиться к мертвым товарищам. Но Девять Принцев оказались сильней.
На исходе третьего дня отец сказал мне, что завтра будет последний бой для всех Сильных Сумеречного рода. Зная, что больше никогда не увидим друг друга, мы провели последнюю ночь вместе. Тогда же я зачала тебя, как нашу последнюю надежду, дабы Сумеречному роду не сгинуть во времени. Отец завещал мне сохранить тебя. На рассвете я увела остатки нашего народа из Сумеречного Предела. С тех пор я не видела Анхесгара.
Но Девять Принцев не успокоились на этом. Они хорошо познали ярость нашего рода, чтобы дать мне спокойно уйти в иные Пределы со своим народом. В погоню отправили Родина – самого удачливого и коварного Принца Доредона. Триста лет он преследовал нас с безумством голодного шакала.
Три века… Это не одна, а три жизни… Люди рождались, старели, умирали. А мы все шли и шли, меняя Пределы… О! Если бы ты знал, сколько Пределов хранят отпечатки наших ног! И в каждом сотни и сотни могил воинов, что оберегали наш поход. Я до сих пор не могу забыть чувство постоянной тревоги, когда в любую минуту надо быть готовой все бросить и искать спасения в других Пределах.
Но Родин рано или поздно находил нас. И опять гибли люди, опять мы срывались с едва обжитых земель. Все начиналось сначала. Только с каждым прожитым годом нас становилось меньше. По сути, мы были обречены. Родин это знал. Едва ли один из двадцати младенцев становился взрослым. А среди мужчин не было старше тридцати – большинство погибало гораздо раньше. И если в начале пути люди шли широкой полосой от горизонта до горизонта, то через пару столетий от могучего народа осталась лишь жалкая горстка, которую можно охватить взглядом с невысокого холма.
Но всему есть конец. Пришел конец и нашим скитаниям!
Она улыбнулась, воздела руки к небесам. Закрыв глаза, что-то быстро полушепотом проговорила, а потом рассмеялась.
– Сейчас над нами загорелась счастливая звезда. Я в это верю! И я чувствую – маятник качнулся в другую сторону…
– Родин… Он потерял ваш след?
– Родин ничего и никогда не теряет. Нет! Он шел за нами до конца! Но, как бы силен он ни был, всему есть конец! Триста лет – большой срок даже для Родина…
Да, нам повезло… Кто же мог знать, что в окраинных Пределах тоже можно найти Источник. Гористый Предел – наша последняя и самая долгая стоянка. Здесь я имею Силу, а он – нет! Здесь я должна жить, а он должен был умереть! Но Родин гораздо умнее, чем я думала. Даже вдали от всех Источников Доредона он оказался мне не по Силе… Родин ушел, оставил нас и больше никогда не появлялся.
– А я? Когда родился я? Ты сказала, что вы скитались три века… Но это невозможно!!!
– Мой мальчик, ты не дослушал до конца. Все это время ты был со мной…
– Ты была беременна триста лет?! – Николай почти прокричал, недоуменно уставившись на нее.
– Да!
Это было настолько невероятным, что разум отказывался верить. Она будто от холода смущенно повела плечом. И Николай вспомнил, что они почти без одежды чувствуют себя комфортно на ветру в страшный мороз.
«А почему бы и нет?» – подумалось ему.
Почему-то факт того, что она прожила гораздо больше трех веков, он воспринял как должное. Отчего же нельзя быть беременной такой срок? Он родился в очень необычной семье. Возможно, что детей здесь принято вынашивать не девять месяцев, а триста лет…