Мариванна, или Повесть о старом манекене. Сказка старого города

Глава 1. Вместо вступления

В те времена, когда тебя, юный читатель, ещё не было на свете, в городе Ленинграде, на набережной Обводного канала находилось знаменитое ателье для новобрачных. Теперь наш город называется Петербург, а ателье, увы, давно закрыто, но многие питерские старожилы вспоминают его до сих пор…

Впрочем, сказочное время особенное, и у него другие правила – когда захочешь, тогда и вернётся.

Высокое прямоугольное стекло  витрины ателье смотрело прямо на Обводный, а за стеклом стояли манекены – три жениха и три невесты в нарядных костюмах и платьях – таких замечательных, что все прохожие, проходя мимо него, поворачивали головы к витрине, да так и шли – сталкиваясь друг с другом, вступая прямо в лужи, извиняясь и ругаясь – но как было отвести взгляд от чудесных новобрачных

Манекены очень гордились собой и своей работой, и даже поговаривают, что по ночам, когда на улицах зажигались фонари, а в окнах домов гаснул свет, манекены потихоньку выходили из-за витрины наружу и чинно прогуливались по набережной вдоль Обводного. Запоздалые прохожие с удивлением встречали трёх странных женихов, ведущих под руку невест к Варшавскому вокзалу – степенно и важно, не поворачивая головы. Их, вероятно, принимали за призраки несчастных влюблённых (должно быть, из прошлого века) или за собственные видения… Ведь чего только не привидится ночью в Старом Питере, где легенд наберётся на несколько сборников – было бы кому их собирать! Да, эти манекены очень гордились собой! Но, говоря по правде, Мариванна тоже не жаловалась на свою судьбу.

Глава 2. О том, кто такая Мариванна, героиня нашей повести

А Мариванна никогда не красовалась за витриной, мало того – даже в салоне ателье, перед глазами посетителей ей представать не полагалось. Стояла она в пошивочном цеху, в углу у стены, как самый рядовой портновский манекен.

Видели ли вы когда-нибудь рабочий портновский манекен? Этакую «чёрную тетю» – без рук, без ног, без головы, – женскую фигуру, обтянутую тёмной материей, на поролоне и полом деревянном основании, со стойкой-штырём вместо ног на подставке? Вот такою наша Мариванна и была. Без головы и ног, но, безусловно, дамой фигуристой и стройной – 46 размера, каковой и бывает у большинства счастливых заказчиц ателье для новобрачных.

В плечах Мариванны вечно торчали вколотые портновские булавки – ими к ней прикрепляли лекала и детали ещё не готового платья. На неё примеряли и наряды готовые. И когда очередная невеста с восторгом получала своё замечательное, для неё одной сотворённое платье, то откуда же ей было знать, что Мариванна, в сущности, его уже носила…

Лучшей подругой Мариванны была портниха Вера. В ателье Вера считалась замечательной портнихой – каждую вещь шила тщательно, так аккуратно и ровно накладывая строчки и обрабатывая края, что платья, сшитые ею, можно было надевать хоть наизнанку. Много раз она проверяла, как ляжет плечико, как встанет кокетка, будет ли пышным фонарик рукава, задерживаясь после рабочего дня, и Мариванна без устали подставляла ей свое тряпичное плечо.

Вера сшила свадебные платья десяткам, а может и сотням невест. А своего у неё не имелось. Ни одного. Потому что в жизни Веры никогда не было свадьбы. Портниха жила одна, и дома её никто не ждал. Правда, у Веры имелись подружки – такие же портные и закройщицы из ателье, симпатичные и славные, всегда спешившие – сначала на свидания, а после по домам, уже к семье. Иные, выйдя замуж и обзаведясь детьми, вообще уходили с работы и только изредка звонили Вере. И лишь Мариванна, родное плечо, всегда была на своем месте и никуда не спешила, сколько бы месяцев или лет ни прошло…

А времена, как им и положено, менялись. И вот, город снова стал Санкт-Петербургом, как в старые годы, – тогда, когда самой портнихи Веры ещё на свете не было. Изменились названия улиц, и сами улицы стали другими. Пропали знакомые Вере с детства уютные маленькие булочные, мороженицы, кафе-кондитерские, а на их месте возникли вывески с чужими, непонятными словами – «бутик», «супермаркет», «бистро»… Так однажды исчезло и ателье на Обводном, уступив своё место большому магазину, который, вероятно, находится там по сей день. Мимо него проходят люди, – спешат, торопятся, как прежде, по делам… А если кто по старой памяти окинет взглядом новые витрины – молча вздохнёт, да и ускорит шаг.

Ты спросишь – что же стало с теми манекенами, нашими знакомыми новобрачными с витрины ателье? Да вероятно то же, что бывает со старыми куклами, когда они становятся ненужными для своих выросших хозяев. И вообще – со всеми старыми, забытыми и оказавшимися бесполезными, вещами.

Но только Мариванну эта участь не постигла. Потому что она всё еще была вещью полезной и нужной!

Глава 3. Новый имидж Старой дамы

Теперь Мариванна жила у Веры, Веры Петровны в коммунальной квартире на втором этаже старого дома на Московском проспекте. Вера Петровна иногда брала работу на дом, когда знакомые заказчики по старой памяти звонили ей. И тогда Мариванна, разумеется, с радостью подставляла ей свое неутомимое плечо. Однако звонков становилось всё меньше, и у пенсионерки Веры Петровны было всё больше и больше свободного времени.

Так она полюбила  гулять днём по городу, а ещё ходить по бесплатному пенсионному билету в музеи, где не бывала, пожалуй, со школьных времен… А потом, вечерами, усевшись пить чай за столиком напротив Мариванны, негромко разговаривала с ней – вспоминала прошлое, рассуждала о настоящем. Только о будущем Вера теперь не загадывала, – то ли боялась, то ли совсем разучилась мечтать…

А как-то раз, в прекрасном расположении духа, Вера Петровна заявила:

– Слушай-ка, подруга Мариванна! Вроде дама ты солидная, в годах, а представительности никакой! Давай, дорогая, займемся твоим внешним видом. Как это сегодня называют? Имиджем!

И Вера Петровна достала из шкафа своё любимое выходное платье – вишнёвое, мягкого бархата, сшитое к какому-то из юбилеев подругами (и где они теперь?), но почти совершенно не ношенное. Да нет, увы, совсем не потому, что слишком берегла…

– Хорошо же тебе, Мариванна. С фигурой у тебя, как всегда, порядок полный! – бормотала Вера, натягивая платье на чёрный Мариваннин торс.

– « Эх, к такому платью бы да ещё бы голову!» – не обижайся, дорогая, это поэт сказал, Маяковский. А ведь, кстати, – голову! Голову!

Тут Вера Петровна, прищёлкнув пальцами, полезла на шкаф, где стояла покрытая пылью шляпная коробка.

– И как я сразу не додумалась! Ну, Мариванна, теперь держись!

Вера Петровна извлекла из коробки большую, старомодную шляпу с высокой тульей, широкими полями, кокетливо украшенную цветами из шёлка, газа, кусочков меха и торжественно водрузила на шею манекена.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.